Текст книги ""Фантастика 2026-62". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)"

Автор книги: А. Таннер

***

Когда вездеход подъехал к посту, обнаруженному Княгиней и Шрамом, все мы смогли разглядеть получше тех, кто нас ждёт. Не нас конкретно, как я надеялся, а всякого, кто едет этим путём. Десяток человек оказался дюжиной, среди них восемь носили серые шинели и стальные шлемы с полумасками, закрывающими лицо, четверо же были одеты в бурую форму и вместо вполне современных кавалерийских карабинов, которыми вооружены вагрийцы, носили длинноствольные ружья, как бы даже не капсюльные. За их спинами мирно щипали траву пять здоровенных мохнатых яков. Зверюги впечатляли размерами и насколько я знаю, бегать быстро не могли, что вполне компенсировалось яростью в бою и невероятной выносливостью и неприхотливостью. Вот и сейчас они выдирали какую-то невидимую нам траву из-под камней и выглядели вполне довольными жизнью.

А вот эльф среди них выделялся не только ростом – были вагрийцы, кто вряд ли смотрел на него снизу вверх. Выделяла его царственная осанка, идеально прямая спина, и видно было, это вовсе не благодаря доспеху, он и без него не станет сутулиться. Эльф стоял, опершись на длинный меч с несуразно тонким клинком. Вид у него был такой, словно он не посреди холодной пустоши под пронизывающим ветром торчит, а проводит время на скучном, но обязательном приёме у кого-то из дальних родичей. Так не умели держать себя ни альбийские, ни розалийские, ни даже веспанские аристократы, кичившиеся древностью рода и каждое слово и поступок примеряя на родовую честь, которую не дай святые уронить хоть на йоту. Головным убором он пренебрёг и ветер трепал его светлые волосы, подстриженные довольно коротко. Эльф глядел прямо на вездеход, словно знал, что может остановить его, не пошевелив и пальцем. Быть может, так оно и было.

Снежный крейсер остановился в полусотне метров от поста, и мы с Руфусом и Шрамом выбрались из его недр. Я предпочёл бы компанию Чёрного змея, однако одного неотёсанного охранника (то есть меня) в свите тилвит-тега более чем достаточно. Шрам же, пускай я и испытывал в нему неприязнь, был выходцем из старого имперского рода (как говорят у него на родине «из бывших»), и по части вежливости и знания условного этикета он превосходил всех остальных на две головы. Даже Княгиню, ведь та росла при отце – сначала имперском генерале, а после командире наёмников, и несмотря на титул образование получила весьма отрывочное, а уж по части этикета так и вовсе никакого. В этом она призналась мне сама, предложив скрепя сердце вместо себя Шрама. Что ж, враг оказался ко мне предельно близко.

Мы прошли разделявшее нас расстояние и почти синхронно опустились на колено, отдавая дань статусу возглавлявшего пост эльфа.

– Cyfarchion, tilwit-tag[1], – произнёс эльф, и мы не поняли ни слова.

Вот тут-то и вскрылась главная наша ошибка. Никто из нас не владел даже азами эльфийского. Мы в Аурелии слишком привыкли к лингве, на которой говорят абсолютно все, отличаются лишь диалекты в разных странах, однако все понимают друг друга без проблем. В Лиге всё совсем по-другому. И если в вассальных государствах жители ещё худо-бедно говорят на лингве, чтобы понимать соседей, то эльф себя никогда чужим языком не замарает.

– Helo i chi, uchel Arglwydd Sidhe[2], – раздался тихий голос, звучавший, как мне показалось прямо у меня в голове.

Я знал, кто это говорит, знал, что рано или поздно она проявит себя, однако вздрогнул, услышав этот голос. Её появления всегда были неожиданными.

Руфус явно услышал те же слова, потому что постарался воспроизвести их в точности. Вышло – не очень, однако собеседник как будто иного и не ждал.

– Mae gormod o waed dynol ynot Ti, Tilwit-teg. Rydych chi'n siarad cymraeg yn uchelgeisiol, – разразился эльф длинной тирадой, и пренебрежение в его голосе не услышал бы только глухой.

– В тебе слишком много людской крови, тилвит-тег, – перевёл невидимый голос для нас троих. Уверен, Шрам тоже слышал его. – Ты уродуешь высокую речь. – И тут же продолжил на эльфийском. – Nid yw fy iaith yn gallu siarad yn uchel ag urddas. Gofynnaf yn ostyngedig i chi barhau yn lingua, fel nad wyf yn drysu eich clyw, uchel Arglwydd Sidhe, gyda fy ynganiad gwael.[3]

– Atebwch fi yn yr iaith gymraeg. Ni fyddaf yn condescend i'r iaith farbaraidd hon, ond mae eich ynganiad yn tramgwyddo fy nghlyw.

– Отвечай мне на лингве. Я не снизойду до этого варварского языка, но твоё произношение оскорбляет мой слух, – перевёл голос.

– Благодарю тебя, высокий господин эльф, – произнёс Руфус. – Позволь нам подняться и говорить, глядя тебе в лицо.

Эльф ничего говорить не стал, лишь жестом дал понять, что не против, предоставив Руфусу говорить дальше.

– Мы – свита высокого господина Хидео из рода Тэйалла, клана Д’лэн дель’Аматар, – представил Хидео полным именем Руфус. – Наш господин и повелитель путешествует по землям союзников, желая ознакомиться с местом под названием Колыбель.

– At ba bwrpas? – поинтересовался эльф, и голос перевёл его вопрос: – С какой целью?

– Наш господин не посвятил нас, – ответил Руфус.

– Ac mae hynny'n iawn[4], – кивнул сам себе эльф, на сей раз голос промолчал, видимо, не придав значения сказанному.

– Уступите дорогу нашему господину, – произнёс Руфус, сделав в конце фразы весьма выразительную паузу, намекая, что эльфу хорошо бы представиться, однако тот намёк проигнорировал.

– Pwy ydw i i sefyll yn ffordd Hideo glan Tayalla, clan D'lan del'amatar? – растянул тонкие губы в усмешке эльф. – Ond mae rhai ffurfioldebau yn fy rhwystro.

– Кто я такой, чтобы стоять на пути Хидео из рода Тэйалла, клана Д’лэн дель’Аматар, – быстро переводил для нас голос. – Но некоторые формальности мешают мне.

– Что мне передать моему господину?

– Yn dod allan ac yn siarad â mi yn bersonol.

– Чтобы он сам вышел ко мне и поговорил лично, – перевёл для нас голос.

Ответ на подобную реплику у нас был готов заранее.

– Мой господин не желает покидать своё транспортное средство, однако он будет рад принять вас, – снова пауза, чтобы собеседник представился, которую эльф проигнорировал, – у себя. Быть может, интерьер внутри не соотвествует вашему статусу, – новая пауза, которую эльф упорно игнорирует, и я понял, без кровопролитья не обойдётся, – однако мой господин будет рад побеседовать с высоким эльфом, о чём он уведомил нас.

– Byddwn yn falch o dderbyn cynnig mor hael, ond ni allaf adael y swydd.

– С радостью бы принял столь щедрое предложение, но не могу покинуть пост, – почти синхронно переводил нам голос.

– Тогда уступите дорогу Хидео из рода Тэйалла, клана Д’лэн дель’Аматар, – добавив в голос напора произнёс Руфус. – Вы не смеете вставать на его пути.

И тут один из вагрийцев повернулся к товарищу и столь громким шёпотом, что услышали все, произнёс короткую фразу на родном языке.

– Knivene er korte og tungene lange, – смотрел он при этом исключительно на меня.

Переводчик и тут не остался в стороне и сообщил, что вагриец заявил, что ножи у нас короткие, а вот языки длинные.

– Если считаешь мой нож коротким, – глядя ему прямо в глаза заявил я, – то подходи поближе и познакомишься с ним.

– A yw eich dyn yn deall Vagrian? – приподнял почти невидимую бровь эльф. – Gadewch iddo siarad, nid lingua.

– Твой человек понимает вагрийский? – легко переключился с одного языка на другой переводивший для нас голос. – Пускай говорит на нём, а не на лингве.

– Он именно что понимает, – Руфусу пришлось искать слова, подобного поворота событий мы не ожидали, и он оказался в затруднительном положении. – Но говорить не сможет, по крайней мере так, чтобы его поняли твои люди.

– Mae ganddo iaith hir, ond mae'r gyllell yn rhy fyr i ryfelwr. Mae fy ngŵr yn amau ei fod yn rhyfelwr.

– У него длинный язык, но нож слишком короткий для воина. Мой человек сомневается в том, что он воин.

– Что ж, как сказал мой товарищ, – Руфус выделил тоном последнее слово, – пускай твой человек подойдёт и проверит, что он может сделать своим длинным ножом.

Вагрийцы явно поняли Руфуса и загоготали. Крелльцы не отстали от них. Даже эльф позволили себе тень улыбки, правда его лицо быстро снова стало бесстрастным. Он кивком разрешил говорливому вагрийцу подойти к нам. Я дождался разрешения от Руфуса и тоже выступил вперёд. Теперь нас разделяли едва ли пара метров.

– Kan du jobbe med tungen Din, Sørlending? Du kan gjøre det, jeg vet.[5]

На сей раз голос ничего переводить не стал, однако по похабному выражение на роже вагрийца я понял в общих чертах, о чём идёт речь, и за словом в карман не полез.

– Пока ты тут работаешь языком за двоих.

Он побледнел, и рука его метнулась к рукояти ножа – действительно у него тесак был куда больше моего, тут не поспоришь. Но у короткого ножа его одно преимущество. Он не вынул свой из ножен и наполовину, когда я прикончил его. Кажется, никто толком не понял, что произошло, пока я не выдернул клинок у него из бороды. Вагриец постоял мгновение, кашлянул в бороду кровью и повалился к моим ногам.

– Короткий нож, – я понял, что без финальной реплики короткая схватка будет неполной, – куда проще загнать врагу в горло. Прежде чем он успеет достать свой.

Я повернулся спиной к ошеломлённым вагрийцам с крелльцами и вернулся к своим. До начала кровопролитья остались считанные минуты.

– Nawr ni allaf eich colli heb dial. Dyro i mi dy ddyn. Mae'n llofrudd, – разразился эльф гневной тирадой. Понять её можно было и без перевода, однако голос продолжил свой труд.

– Теперь я не пропущу вас без воздаяния. Выдайте мне своего человека. Он – убийца.

– Это была честная схватка, – вполне резонно возразил Руфус. – Твой человек задирал нас, и мы ответили честь по чести. Не наша вина, – не сумел удержаться он от обидной шпильки в адрес вагрийцев, – что твои воины так скверно обращаются со своими большими ножами.

Вот тут уже он ступил на очень тонкий лёд. Однако Дюкетт не хуже моего понимал – схватка неизбежна, просто нужно начать её на наших условиях. Спровоцировать драку – не худший вариант.

– Rwy'n mynnu vira ar gyfer fy dyn! – не унимался эльф. – Un i chi am un i mi!

– Я требую виру! Один ваш за одного моего!

И тут Руфус выхватил из-под пальто укороченную двустволку – не обычный обрез, какими пользуются бандиты, но сделанное явно на заказ оружие. Крупный калибр и короткий ствол, то что нужно на небольшой дистанции.

Я отступил в сторону, кладя руку на рукоять пистолета, нож убирать в ножны после убийства вагрийца и не подумал. Шрам сдёрнул с плеча автоматическую винтовку, но на врагов пока наводить не спешил.

– Приди и возьми, – на лице Руфуса появилась жестокая ухмылка. Он был готов к схватке.

[1] Привет тебе, тилвит-тег (эльфийск)

[2] Здравствовать тебе, высокий господин сидхе (эльфийск)

[3] Мой язык не способен говорить на высокой речи достойно. нижайше прошу, продолжим на лингве, дабы я не смущал твой слух, высокий господин сидхе, своим скверным произношением (эльфийск.)

[4] И верно (эльфийск.)

[5] Может языком поработаешь, южанин? Вы это умеете, я знаю (вагрийск.)

***

– Felly byddwch yn[1], – кивнул эльф. Перевода не последовало, да и не было в нём нужды – какая разница, что говорит тот, кто кидается в атаку. Вряд ли с мечом в руках он говорил о мире.

Своей целью эльф выбрал меня, как будто и в самом деле хотел взять виру кровью за своего человека. Словно всё это не было натуральной, шитой белыми нитками провокацией. С какой целью, не знаю, но с самого начала он провоцировал нас, и теперь всем нам придётся пожинать кровавые плоды.

Я понимал, что закрыться ножом от удара длинного меча не сумею – вес и скорость атаки против меня. Эльф двигался стремительно, несмотря на доспехи и невероятной длины клинок. Насмотрелся на таких – много они горя принесли нам на фронте. Парировать удар ножом – глупость, сил не хватит остановить вражеский меч, нужно уклоняться. Однако эльф невероятно быстр, а значит, уклоняться нужно в последний миг, когда вражеский клинок буквально на волосок от тебя. Иначе успеет нанести второй удар и прикончит, вскроет, как камбалу от пупка до горла.

Я вскинул руку с ножом в жесте притворного отчаяния – уверен, именно этого и ждёт от меня эльф. Их всегда подводила самоуверенность, вера в собственное превосходство над всеми другими расами Эрды. Я же напружинился, словно кот, готовясь отпрыгнуть в последний миг перед самым ударом. Риск большой, но другого выхода нет.

Но прежде, чем эльфийский клинок обрушился на меня, и я попытался сыграть с его владельцем в кошки-мышки, раздался характерный скрежет стали о сталь. На пути вражеского клинка встал другой – не уступающий ему ни в чём, потому что тоже был выкован эльфами, пускай и тигейцами, которых собратья-сидхи считают не более чем варварами. Голос, переводивший для нас слова командира поста, обрёл плоть.

Фигура проявлялась не сразу, заклятье невидимости сползало с неё словно простынь. Первым появился клинок, скрежещущий сталью о сталь вражеского меча. Затем руки, держащие оружие. Они были закованы в лёгкую броню, так могло показаться сначала, однако я точно знал, что правая рука – это хитрый, изготовленный по особому заказу и стоивший безумных денег протез. После рук показались плечи и голова в сферическом шлеме с глухим забралом. А после покров спал со всей фигуры. Перед эльфом в чёрной броне стоял противник в лёгком, изготовленном на заказ доспехе.

– Pwy ydych chi? – Эльф был так близко ко мне, что я расслышал удивление в его бесстрастном голосе. – Pam ydych chi'n mynd ar fy ffordd?[2]

Обладательнице голоса было не до разговоров, поэтому я так и не узнал, чего от неё хотел эльф. Она оттолкнула его клинок, и атаковала сама. Она двигались невероятно быстро, но и её противник оказался не промах – несмотря на доспехи он легко противостоял ей, размахивая своим кажущимся несуразно длинным оружием. Это был утончённый танец, вмешиваться в него было бы кощунством, да и попросту опасно, и я сосредоточился на других врагах – благо их вполне хватало.

В правой руке у меня всё ещё был нож, и я выдернул левой из кобуры «нольт», тут же, не целясь, расстрелял весь магазин по вагрийцам. Ни в кого не попал, но и цели такой у меня не было. Заставил их пригнуть головы, затормозить пускай лишь на считанные секунды, уже хорошо. Сам же бросился к Дюкетту и Шраму. Те как раз вскидывали оружие, но слишком поздно. Командир у крелльских ополченцев оказался опытный, он успел перестроить своих людей ещё когда мы с вагрийцем только затевали перепалку. И теперь его люди дали слитный залп по команде. Тактика из давних времён, однако сейчас она сработала отлично. Руфус и Шрам рухнули на снег. Белоснежное пальто Дюкетта уродовали растекающиеся в районе левого плеча и левого же бедра пятна крови. Что со Шрамом я не успел понять, однако вряд ли тот повалился просто так, не успев дать очередь из своей штурмовой винтовки.

На бегу я спрятал «нольт» и нож – кидать их не стал, не так уж мы богаты снаряжением, чтобы разбрасываться им. Сорвал с плеча автоматическую винтовку. Две очереди по три патрона проредили строй крелльцев. Те стояли плечом к плечу по команде офицера перезаряжая длинноствольные ружья. На наше счастье, они в самом деле оказались капсюльными дульнозарядными, и даже у умелых бойцов на перезарядку ушло не меньше полуминуты. Смертельно долго в современном бою.

Первые три пули достались офицеру – он подавился свинцом и повалился на снег, истекая кровью. Второй очередью прошёлся по остальным трём крелльцам – одного ранил, остальные же пригнули головы, однако тут же побросали ружья, взявшись за тяжёлые револьверы. Я перекатом ушёл с линии огня, вскинулся на колено и очередью срезал ещё одного крелльца. Тот как раз взводил курок револьвера. Оставшиеся двое взяли меня на прицел, позабыв о Руфусе и Шраме – зря, очень зря. Оба были живы и вполне могли сражаться, несмотря на ранения.

Рявкнул двуствольный дробовик Дюкетта. На таком расстоянии от дроби толку не было, и он правильно сделал, что зарядил его пулями. Пара стальных флешетт разворотила живот раненого крелльца, заставив того переломиться пополам, словно он решил вдруг отвесить мне поясной поклон. Второй даже успел выстрелить из своего револьвера, но там, куда он целил, меня уже не было. Я хотел уже прикончить его, но пока менял магазин в винтовке, меня опередил Шрам. Его МЗ-13 рявкнула трижды, и последний креллец повалился на каменистую землю прямо под ноги якам. Здоровенные зверюги продолжали выдёргивать неизвестно откуда тощие стебли травы и флегматично жевали их. Пальба и кровь их ничуть не смутили.

Вагрийцы пришли в себя – видимо, я прикончил их командира, что не лучшим образом сказалось на дисциплине, однако теперь они решили взять нас в клещи. Нас с ними разделяла схватка эльфа с его противницей, вмешиваться в которую вагрийцы тоже не спешили. Разбившись на две группы, они обходили нас с обеих сторон, прикрываясь сражающимися эльфами. Палить через схватку не рискнули ни мы, ни они, хотя вагрийцы держали свои кавалерийские карабины наготове.

– Идти можете? – спросил я у со стоном пытающегося встать Руфуса.

– Вряд ли, – честно признал тот.

– Шрам, хватай его, – велел я, не оборачиваясь, – и бегом к вездеходу. Я прикрою.

– Бегом не выйдет, командир, – раздался из-за спины голос Шрама. – Мы оба хромые утки.

Я рискнул обернуться, на мгновение выпустив из поля зрения вагрийцев, и увидел, что Шрам пускай и стоит на ногах вполне уверенно, однако бежать вряд ли сможет. Правая штанина ниже бедра у него была вся в крови.

– Хромайте так быстро, как сможете, – бросил я и снова повернулся к врагам.

Вагрийцы уже обогнули схватку и вскидывали карабины – расстояние было просто убойное, останусь на месте, и я точно покойник. Однако в первую очередь нужно прикрывать отступающих, а потому моя жизнь сейчас не на первом месте. Я дал длинную очередь во всю дюжину патронов из магазина, заставив одну группу из троих вагрийцев залечь. Кажется, даже зацепил кого-то, но вряд ли серьёзно. Четвёрка тут же открыла по мне огонь из карабинов. Я бросился наутёк, на ходу вставляя второй магазин. В запасе оставалась ещё пара. Тут меня поддержал Шрам. Стрелял он держа винтовку одной рукой, но ни о какой меткости и речи не шло – он вёл огонь на подавление, стараясь прижать к земле бегущую четвёрку северян.

Несмотря на это все семеро вагрийцев открыли по нам ответный огонь. Пули засвистели опасно близко, но пока мне везло. Вагрийцы не лучшие стрелки, они предпочитают рукопашный бой. В окопах от них уже не спастись, перережут, на открытой же местности шансы есть.

Я успел найти укрытие, нырнув за выступающий из земли скальный выход. Залёг за ним и навёл винтовку на бегущих вагрийцев. Патронов осталось мало, поэтому бил короткими очередями. Старался уже не прижать к земле, я выбивать по одному-двое, срезая тех, кто бежит слишком близко. Они быстро смекнули откуда ветер дует и кинулись врассыпную, кое-кто последовал моему примеру и залёг, чтобы уберечься от моих выстрелов. Однако была и троица вагрийцев, несмотря ни на что бежавших вперёд. Они палили из карабинов без особого порядка, вот только вместе с остальными заставили меня пригнуть голову. Я успевал высунуться лишь на секунду, дать короткую очередь и тут же нырнуть обратно, прижатый плотным огнём врага. Одного из троицы сумел срезать, но оставшиеся двое упорно бежали ко мне.

Я понимал, что рукопашной не избежать. Не боялся её, хотя она может обернуться по-всякому. Слишком уж круты в ней вагрийцы, в Аурелии с ними мало кто может потягаться на равных. Расстреляв предпоследний магазин, я перезарядил винтовку, примкнул штык и достал левой рукой из ножен нож. «Нольт» был бы удобнее, но не в этот раз. Мне очень быстро может понадобиться скорострельность и убойная сила МЗ-13, которой и близко не может похвастаться даже столь мощный пистолет, как «нольт».

Как только парочка вагрийцев оказалась рядом со мной, я встал в полный рост, держа винтовку на предплечье левой руки. Не самый удачный выбор, однако сейчас иного мне просто не оставалось. Бежавшие ко мне вагрийцы притормозили, и тут же оба получили по три пули в грудь. Я перекатился в сторону, встал на колено и открыл огонь по остальным, прижимая их к укрытиям. Вот только врагов было слишком много, и очень скоро укрытие пришлось искать мне самому.

Подходящих камней рядом не оказалось, и я просто распластался на земле и принялся отстреливаться короткими очередями. Винтовочные пули рыхлили землю всё ближе, рикошетили от камней рядом со мной. Я пытался прижать врагов, но я был один, а их четверо – даже если кто-то ранен, численное преимущество слишком велико, а для рукопашной схватки расстояние великовато. Даже если рвану к ним со всех ног, вагрийцы расстреляют меня раньше, чем доберусь до первого. Открытая местность не лучшее место для подобных манёвров.

Вагрийцы приближались короткими перебежками. Я пытался срезать их короткими очередями, однако меня уже натурально прижали к земле, и я едва успевал сделать хотя бы пару выстрелов, прежде чем на меня обрушивался шквал свинца. Огонь неприцельный, но палили густо, пачками, патронов не жалели, не оставляя мне даже призрачного шанса на ответный выстрел.

А потом я услышал самую сладкую музыку – лучшей не придумать в этой ситуации. И даже солирующий хриплый баритон Громилы ворона её не испортил.

– Прижмись к земле, командир! – выкрикнул он, и голос его, усиленный рупором, заставил пригнуть головы всех. Кроме сражающихся эльфов, конечно, тем как и якам, было на всё плевать – они были полностью поглощены схваткой.

Музыкой же, что аккомпанировала ему, был гул раскручивающегося блока стволов. Я вжался всем телом в землю, и почти сразу на вагрийцев обрушился ливень свинца. Тяжёлые пули нашпиговали их в считанные мгновения, превратив в разорванные на куски трупы. Очередь смолкла также быстро, как и началась, и я поднял голову. Ни одного живого, и даже целого вагрийца рядом, лишь окровавленные куски мяса, что прежде были людьми.

Нет, меня не тошнило от их вида – на фронте и не такого навидался, да и жалости к убитым не было. Достаточно вспомнить оставленные ими позиции с ритуально умерщвлёнными пленниками, которых часами пытали во славу мрачных богов Севера.

Я спрятал за спину винтовку, вынул «нольт» и нож, однако к месту схватки приближаться не рискнул. Наблюдал со стороны. Когда же снова услышал звук раскручивающегося блока стволов пулемёта, тут же вскинул руку, останавливая Ворона. Без связи, конечно, сложновато, жестами на таком расстоянии обмениваться не лучший выбор – Громила мог просто не увидеть меня, однако выбора у нас не было, пришлось полагаться лишь на них. Ворон, к счастью, обратил на меня внимание, и блок стволов погудев ещё секунд десять, остановился.

Кажется, за то время, что мы сражались с вагрийцами и крелльцами эльфы только ускорились. Оба превратились в пару расплывчатых пятен и взблесков клинков. Увидеть движения обоих было практически невозможно. И всё же иногда я различал короткие эпизоды их схватки. Они словно замирали на короткое мгновение, прежде чем снова сорваться в вихре безумной пляски боя. Tottettanz – пляска смерти, так на староэкуменическом, бытовавшем прежде современной лингвы, называли подобные поединки. Одно из таких вот мгновений и решает его исход – так вышло на сей раз.

Эльфийка с тигейским мечом не стала парировать очередной выпад противника. Златоволосый сидх стремительно изменил движение своего здоровенного и кажущегося неуклюжим оружия с такой ловкостью, что показалось, в его теле нет ни единой кости. Но эльфийка сумел проскользнуть под ним – заточенный до бритвенной остроты клинок оставил длинный след на её броне, однако серьёзно повредить не смог. А вот тигейский меч вспорол броню у него на животе. Эльф даже не дёрнулся, хотя боль должна быть просто невыносимой. Он попытался достать противника, но двигался слишком медленно – хлещущий из раны на животе поток крови явно сказался на его рефлексах не лучшим образом. Эльфийка выпрямилась, уклоняясь от быстрого, но уже недостаточно, выпада, искривлённый клинок её тигейского меча прошёлся по открытой шее врага. Так они и замерли на одно долгое мгновение. На каменистую землю лилась кровь эльфа, и это было единственным звуком, если не считать чавканья невозмутимых яков и негромкого урчания двигателя нашего вездехода. А потом голова эльфа свалилась с плеч, и тело последовало за нею. Эльфийка невозмутимо обтёрла клинок о край вражеского плаща и направилась ко мне. Покойник её не волновал совершенно – опасности безголовый эльф уже точно не представлял.

Она подошла ко мне, не обращая внимания на громаду вездехода. Остановилась шагов за десять, поднесла пальцы к виску и медленно открыла забрало. Каждый раз, когда она делала так, я едва мог сдержать стон боли. Ведь под шлемом скрывалось знакомое лицо – Серая лисица, изуродованная в схватке с среброволосым эльфом, но каким-то чудом оставшаяся тогда в живых. Теперь она навсегда заключена в высокотехнологичный доспех, соединяющий достижения современной науки и магии. Рука и ноги её заменены совершенными протезами, однако жизнь в едва не скончавшемся от полученных ран теле, поддерживают многочисленные системы доспеха. Благодаря ему она двигалась куда быстрее других, с просто ненормальной скоростью, что и позволило победить эльфа. И да, больше никто не звал её Серой лисицей.

– Ты не друг мне, командир, – выдала она, – сколько бы денег не угрохал на этот доспех.

Да, все операции и создание доспеха оплатил я, потратив едва ли не все фонды, что имелись у меня лично. И всегда считал это отличным вложением денег, что бы ни говорила сейчас Серая лисица.

– Я – твой командир, и этого достаточно, – подпустив в голос холода, ответил я. – Спасибо, что спасла нас. Без тебя мы бы вряд ли выбрались из этой западни.

– Это была западня, ты прав, – кивнула Лисица. – Все подступы к Завесе перекрыты постами вроде этого. Границу с Гэль закрыли плотно, как будто ждут вас.

– Не обязательно нас, – покачал головой я.

– А кого ещё? – пожала плечами Серая лисица. – Вряд ли они опасаются своих.

– Я был на разведке в городке на побережье, – ответил я. – Там торчит прорва вагрийцев, ждут кораблей на родину. Значит, и до нас здесь стояли усиленные гарнизоны. Куда круче этого поста. Мне кажется что-то затевается внутри самой Лиги, и это как-то связано с тем, кого мы везём.

– Я чую его, – произнесла Лисица. – Он спит, но пробудится, скоро.

– Только так его можно уничтожить, – сказал я. – В этом Дюкетт нам не солгал. Нужно тело, куда ты сможешь всадить клинок.

– Это опасно, командир, – прошипела Лисица. – Он будет невероятно силён, сильнее чем тогда…

– Знаю, – кивнул я, – но и уязвим также, а уж боеприпасов у нас в достатке.

– Приказы? – спросила она, явно оставшись не слишком довольной моими словами.

– Оставь нас и отправляйся к Колыбели. Примерное местонахождение её ты знаешь, разведай всё вокруг неё. Местность, деятельность вероятного противника – мы должны знать всё, что там происходит. И жди нас.

– Как я узнаю, что вы на уже там? – поинтересовалась она.

– О, – протянул я с не слишком весёлой улыбкой, – наше появление ты точно не пропустишь.

Хотел бы я ошибаться в этом, но нет – не ошибся.

[1] Быть по сему (эльфийск.)

[2] Кто ты? Почему встаёшь на моём пути? (эльфийск)