Текст книги ""Фантастика 2026-62". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)"

Автор книги: А. Таннер

В итоге Мальчик-с-пальчик с большим богатством возвращается к родителям, которые принимают своих детей с радостью и облегчением.

Подоплёка: версия Шарля Перро появляется в контексте большого голода, бывшего в правление Людовика XIV и высвечивает неустойчивость крестьянской жизни и положение детей, ими первыми жертвовали в случае бедствий.

Интерлюдия

Город-порт Бристоль

Кабинет Антуана Ричарда Уэстлендского

– Элизабет снова ускользнула? – хмыкнул Антуан, сплетя тонкие сильные пальцы в крепкий замок и сложив ладони на дорогую столешницу.

– Да, поймать с любовником её не смогли, – кивнул лорд Итан, преданный советник принца.

– Какая у меня сестрица предусмотрительная, всё никак не получается её скомпрометировать, – откинувшись на высокую спинку мягкого кресла, Антуан Ричард прикрыл тяжёлые веки, – говоришь, её подданные настолько запуганы, что делают всё, что им прикажут под страхом страшной смерти? Крестьяне пашут с утра до ночи, отдавая все силы возделыванию земли, и в последнее время она даже перестала им платить за тяжкий труд... так там все вымрут и очень скоро, как она не понимает: если берёшь – отдай что-то взамен... и ни одна крестьянская семья даже помыслить о бегстве не может – ибо чревато смертью, хмм...

Принцесса Элизабет сделала ставку на сельское хозяйство и за три года добилась неплохих результатов, даже заслужила весьма сдержанную похвалу от отца на последнем Зимнем балу. Но было заметно, что Вильгельм с трудом подбирает слова, а его глаза были холодны, как воды Северона... В их стране рабство было под запретом, но, кажется, Элизабет это не волновало вовсе. Разведка докладывала, что к каждому полю были приставлены надсмотрщики, и на поясах этих людей висели страшные даже на вид плети.

– Вчера вернулись корабли с похода на прибрежные города дикой Русии, – продолжил доклад лорд Итан, отвлекая Его Высочество от размышлений о сестре, – знатно пограбили, добыли великое множество хорошо выделанных мехов, просто отменного качества.

– Парочку сохрани, – вдруг перебил его принц, – отправим Её Высочеству Элоизе в качестве подарка. Мне нужно с чего-то начать переговоры о закупке арбалетов.

– Будет сделано, Ваше Высочество!

Антуан дёрнул подбородком, давая понять, что отпускает советника и желает остаться один.

Лорд Итан встал, поклонился и, чуть задержав взгляд на принце, вышел за дверь. Сам же подумал, что ему когда-то крупно повезло и он попал под начало именно к Антуану Ричарду и пусть тот был жёстким, но вполне справедливым и предпочитал сражаться более-менее честными способами. Правда, всё же не пренебрегал иными вариантами, когда ситуация выходила из-под контроля...

За три года принц стал настоящим мужчиной, и пусть ростом не выше метра семидесяти пяти, но с широкими плечами и узкой талией мог посоперничать в красоте с любым двухметровым силачом. Хищная грация в каждом движении, властные манеры, способность осадить любого одним лишь взглядом – всё это делало его очень опасным противником. А женщины любили такой вид мужчин, и, насколько было известно лорду-советнику, ночами принца грели каждый раз разные красотки.

За это время первенец короля добился многого: перестроил порт, сделав его шире и удобнее для кораблей, увеличил за счёт удачных походов оплату труда ремесленникам, что трудились на благо Его Высочества, позволил проложить каменные дороги по всем улицам и протянул их в соседние города и даже в крупные деревни. Не стал запрещать желающим учиться в вечерней школе. Жители Бристоля уважали Антуана, но... не любили... особенно матери, которым приходилось отдавать своих сыновей во флот юного принца. И не все из них возвращались после очередного путешествия за богатством.

Антуан, чувствуя глухое недовольство людей, принял решение объявить набор желающих обогатиться среди соседних городов. Ему, конечно, не хотелось брать в члены экипажа разбойников, воров и убийц, но выбирать не приходилось – кто не рискует, тот в итоге проиграет. А он хотел выиграть главный приз.

И пока дружить с Элоизой было выгоднее, чем враждовать. Антуан Ричард был осведомлён, насколько успешно развернула свою деятельность малышка Лои, и что отец весьма благоволит младшенькой, но его всё это слабо волновало, он был уверен, стоит ему со всей его командой прийти к берегам Уолсолла, как девчонка тут же сдастся на волю победителя и сойдёт с гонки, отдав ему всех своих мастеров и рецепты по производству хрусталя, каменной дороги, эликсира от чёрной хвори и многое другое, в итоге всё будет принадлежать только ему, закон сильного в любом мире нерушим! А Элоиза... если умна, то выйдет замуж куда-нибудь подальше, если нет, то он будет очень грустить о её столь несвоевременной кончине...

***

Ландон

Йен Роббинсон

Йену скорее хотелось вернуться домой. Его ждала любимая женщина – леди Бэлла Гронг. Она ему понравилась ещё при первой встрече, а потом взаимная симпатия переросла в нежное, воздушное чувство, имя которому любовь.

Уолсолл стал для него всем: настоящим домом, где его ждут и любят, где примут в любом случае, что бы он ни сделал. Но он не будет вредить всеми обожаемой принцессе, впрочем, Йен и сам проникся глубоким уважением к этой хрупкой девушке. Он знал многое, если не всё, что происходит вокруг принцессы и давно догадался, кто является автором всех тех новинок, что выпускают мастерские города. Также, как и тайну, что Её Высочество – магиня не из последних и дар у неё особенный, с таким он и не встречался никогда. И был готов все эти тайны охранять ценой своей жизни и защищать Её Высочество до самого конца.

Три года назад с помощью Элоизы Уэстлендской и мага-артефактора Линкольна Биэрда получилось создать артефакт-поглотитель отрицательной ментальной энергии, куда он мог "сливать", как выражается Её Высочество, накопившееся хоть каждый день, не копя в себе чуждую сущность. Его ученику Арно весьма повезло появиться в Уолсолле именно в этот период – период расцвета иной магии, магии артефактов. Теперь Арно не грозит сойти с ума или погибнуть от отката. Артефактам, заполненным отрицательной маной, нашлось неожиданное применение: если раскрыть шкатулку и кинуть в сторону врага, предварительно закрыв уши затычками, то супостату мало не покажется – оглохнет на всю жизнь. Странный эффект, словно разом орут несколько десятков лужёных глоток.

Арно же оказался талантливым и схватывал всё, чему его учил Йен, буквально на лету. Они вчетвером попробовали поместить чистый, не "загрязнённый" дар менталистов в артефакт, чтобы сканировать приходящих жить в Уолсолл на наличие скрытых недружественных намерений. Но, как показала практика, человек мог думать с негодованием и злостью о своих родственниках, а никак о желании навредить городу или самой принцессе. Посему артефакт отложили до лучших времён, может быть, со временем получится что-нибудь придумать, но пока это оказалось пустой тратой времени.

Йен чуть замедлил шаг и вдохнул поглубже свежий воздух, наполненный ароматами ранней весны. В голове было пусто. Непривычное ощущение. За три года уже можно было и привыкнуть, но он всё никак не мог поверить, что после допроса можно слить негативную ману в маленький золотой артефакт с драгоценным камнем внутри, а не копить всё в себе, забивая голову чужими эмоциями.

– Мистер Роббинсон! – окликнул его мистер Нийом, личный секретарь Его Величества, – поспешите, карета уже подана.

Менталист тряхнул головой, отгоняя лишние мысли прочь, и ускорил шаг. Ему и мистеру Нийому предстояло посетить порт, сильно изменившийся за последнее время. Он стал гораздо удобнее, и как выразилась бы Её Высочество, намного функциональнее. Проект порта чертила лично Элоиза Уэстлендская и также отправила знающих мастеров в помощь местным умельцам. Стройка закончилась всего полгода назад, но преимущества от внесённых изменений, успели оценить все: и моряки, и жители столицы.

Йен был свято уверен – лучшей королевы для Англосаксии не найти во всём мире!

– Ваше Высочество! – в кабинет вошла леди Маргарет, – мистер Роббинсон прибыл и готов предоставить отчёт о путешествии в Ландон.

Я оторвала задумчивый взгляд от окна, которое появилось в каждом помещении замка чуть более года назад, и перевела взор на помощницу.

 – Пригласи, – кивнула я, отгоняя навязчивые мысли прочь. Всё грезился мне воздушный шар, даже по ночам снился. – И тумэнбаши кликни, он должен быть где-то поблизости.

– Хорошо, Ваше Высочество, – многозначительная улыбочка Маргарет мне вовсе не понравилась. Я внимательно посмотрела на неё в ответ, и она тут же засмущалась, – простите, Ваше Высочество, но он вас таак любит, просто души не чает.

– Леди Маргарет, – поморщилась, – давайте оставим матримониальные вопросы на потом. Мне сейчас вовсе не до дел сердечных.

– Как скажете, Ваше Высочество, – потупившись, ответила Маргарет и вышла, а я грустно вздохнула. Каждый из моих приближённых стремился намекнуть, всячески поспособствовать нашему с Батуем сближению. И, если сам степняк был совсем не против, то я стояла на своём – нет.

Мне нравился тумэнбаши, не раз уже доказавший свою преданность лично мне. Но позволить чувствам возобладать над разумом я себе не могла – игра ещё не выиграна, союз принцессы с Батуем, пусть и титулованным по меркам орды, в высшем свете Англосаксии будет воспринят резко отрицательно, более того этому браку будут противиться все, наделённые хоть какой-нибудь властью; для снобов королевства Батуй Чёрный в первую очередь степной дикарь и переубедить их в обратном будет невозможно.

Если трон будет моим, то в будущем, переломив и подавив самых ярых противников, я бы могла выйти замуж за того, кто мне по сердцу, но это столько грязи и стресса, что мне даже думать об этом не хочется. По крайней мере пока. Тут дожить бы до следующего года.

Долго предаваться печали мне не дали, в кабинет вошёл Йен и Батуй. Вот и замечательно!

Оба, как положено по этикету, поклонились и замерли, ожидая дальнейших распоряжений.

– Йен, – вперила в него немигающий взгляд, – Его Величество мне должен был дать ответ...

– Да, Ваше Высочество, – с поклоном Йен ыложил на стол запечатанный конверт, копия из моего прошлого мира.

Бумага, производимая на землях Уолсолла и в некоторых регионах Англосаксии под протекцией короля, принесла нам всем невероятное богатство! На ней одной я и мои подданные могли не работать лет пять, а потом секрет производства стал бы известен, ведь шило в мешке не утаишь, посему позволить почивать на лаврах я себе никак не могла. И продолжала толкать колесо прогресса без продыху, успевая лишь отереть пот со лба.

Сама бумага за три года стала различаться качеством, ценой и даже толщиной. Спрос превысил предложение и, если бы не моя предусмотрительность, когда я решила всё же поделиться технологией производства с отцом, то мы бы просто не выплыли, либо же выполняли только срочные заказы для первых лиц различных государств. И Византия была самым прожорливым из всех. Куда им столько? Но, меня это не касается, главное платят честь по чести и ладно.

Я взяла письмо в руки, взломала печать, вчиталась в размашистый, чуть угловатый почерк отца.

Дочитав послание, прикусила кончик карандаша и посмотрела в окно, перистые белоснежные облака весело бежали по весеннему голубому небу, а из головы не шёл воздушный шар, и никак не укладывались слова письма в общую единую фразу.

Прикрыла веки, накладывая полученную из письма информацию на свои размышления... и этот шар... мхм... что-то щёлкнуло в голове и меня озарило!

– Так, – хлопнула я ладонью по столу и повернулась к терпеливо ожидавшим мужчинам, – первое, церковники готовятся к войне, – кивок на письмо Его Величества, – раскол в стране, когда мы только-только окрепли Его Величеству совсем не нужен. Поэтому перед нами стоит непростая цель: пробраться в стан врага и уничтожить всю правящую верхушку. Попытаться сделать это тихо – задача максимум. Если не выйдет, отец планирует действовать на опережение, то есть королевские войска выступят в сторону Лестера и приграничных регионов. Также небольшие, но очень агрессивные атаки планируются на центры клириков во всех крупных городах королевства.

– Мой отряд магов-воинов готов отправиться немедленно, – выступил вперёд Батуй и, сверкнув тёмными глазами, уверенно добавил, – Папу Иннокентия возьмём тёпленьким, прямо в кровати, если требуется живым он оттуда уже не выйдет.

И посыпались идеи одна сумасброднее другой.

– А как вам такой вариант, – улыбнулась я, выдвинула верхний ящик стола, достала давным-давно готовый и доведённый до ума чертёж воздушного шара, – всё, что вы предложили – прекрасно, просто отлично. Вот только вы думаете, что клирики не обучили таких же магов-воинов, каких подготовили мы? Я вот вообще считаю, что их воины гораздо более подготовлены, чем наши и многочисленнее.

На это мужчинам нечего было возразить.

– Тумэнбаши, вы же сражались с ними, и пусть силы были равны, но ведь они вас победили? Разгромили. – Внушительно посмотрев каждому из них в глаза, я развернула лист и, поманив их пальчиком, сказала, – вот, смотрите: это воздушный шар, с его помощью можно подняться на крышу собора, где обитает Папа и через бойницы проникнуть в святая святых церковников.

Я говорила, говорила... до хрипоты, меня очень внимательно слушали и в глазах мужчин появлялось одобрение.

– Муамм Арафат так высоко летать не умеет, этот трюк ему всё никак не даётся. А прыгать из окна в нашей самой высокой башне он не хочет. Я считаю, что это связано, прежде всего, с врождённым страхом высоты, и отсутствием примера. Или определённых эмоций, – добавила я, мне, увы, летать не было даровано местными высшими силами, я вынуждена, как говориться ползать, но ведь я знаю то, чего не знают они и самолёты, и дирижабли, и простые воздушные шары – всё это позволяет покорить высоту и выйти за рамки воображения. – Соберём лучших воинов-магов, самых сильных, ловких, умелых. Отправимся в Лестер, с собой возьмём разобранный воздушный шар, он будет приличных размеров, понадобится вместительная повозка. Перемещаться будем только ночью, а днём отдыхать.

– Простите, Ваше Высочество, что перебиваю, – встрял в мою вдохновлённую речь Батуй, – почему вы всё время говорите "мы"?

– Потому что собираюсь отправиться вместе с отрядом, – пожала я плечами, сделав непроницаемое лицо. – Мои способности по обнулению иной магии пригодятся в этом сложном задании.

– Нет, – сказал, как отрезал Батуй, неприкрытая злость мелькнула в тёмно-карих глазах. – Это по меньшей мере глупо. Безрассудно! Авантюра чистой воды! Я не могу позволить вам так собой рисковать! Ваше Высочество!

Йен пристально посмотрел на разошедшегося тумэнбаши, а потом перевёл взгляд на меня и спокойно заметил:

 – Её Высочество права, – степняк едва не поперхнулся от услышанного, зверем развернувшись к менталисту, хотел было что-то сказать, но Йен его опередил, – Её Высочество давно доказала, что не склонна к необдуманным действиям и всегда наперёд просчитывает все свои шаги, видит то, чего нам, простым смертным не дано. Оттого я и поклялся в верности ей, а не кому-то иному. И буду защищать Её Высочество до самого конца. Тебе ум застит любовь, Батуй, – моя челюсть чуть не отвисла, – а я смотрю на ситуацию более трезво и предложение нашей принцессы, – поклон в мою сторону, – весьма интересно и разумно. Его стоит рассмотреть без всех этих, – менталист повертел кистью в воздухе, пытаясь подобрать нужные слова, – лишних эмоций, – нашёлся он и чуть натянуто улыбнулся.

– Спасибо, мистер Роббинсон, – кивнула ему я, а сама подумала, что мне предстоит ещё несколько битв со своими приближёнными, что точно будут против этой затеи, тот же лорд Райт костьми ляжет, боясь меня выпустить за пределы Уолсолла; я снова украдкой посмотрела на тумэнбаши и заметила, что разговор со мной ещё не окончен, начальник моей внутренней разведки был взведён до предела, и лишь впитанные с молоком матери сдержанность и железное самообладание не позволили ему вступить со мной и менталистом в жаркий спор.

– И ещё, – решилась я, – Батуй, вы не идёте с нами. Для вас у меня будет иная задача. Не менее важная, но требующая решительных действий.

Тумэнбаши, услышав это, открыл было рот, чтобы возразить, как я добавила:

– Нужно освободить людей из рабства, а для этого следует устранить первопричину. И в данном вопросе я вам доверяю, как никому другому!

– Город, в котором хочется остаться, если посетить его хотя бы раз! – воскликнул гость лорда Райта, стоя на Центральной площади Уолсолла.

Лорд Клай многозначительно улыбнулся, но смолчал, ничего не сказав в ответ. Старый товарищ, человек ушедший в отставку из-за состояния здоровья всё же смог найти силы и время посетить заболоченный край Англосаксии.

– И ты говоришь, что всё это было сделано всего за три года?! – продолжал восхищаться лорд Димитрий Ели.

– Да, – с достоинством и нескрываемой гордостью кивнул лорд Райт.

– Весьма и весьма впечатляюще, – снова одобрительно огляделся мужчина, бывший глава внешней разведки Англосаксии. Цепкий взгляд из-под тяжёлых кустистых бровей быстро пробежался по площади ещё раз и замер на лотке со сладостями.

– Давай возьмём воон тех сладких пирогов к чаю, лорд-советник? – и медленно направился в ту сторону, лорд Клай чуть замешкался: отдал приказ гвардейцам остаться на месте и догнал неугомонного гостя, когда лорд Ели уже был на полпути к торговке.

– Нищего у церкви усадить – это вы хорошо придумали, – тихо бросил тот Райту, при этом губы его даже не шевельнулись и сказано было так тихо, что лорд Клай подумал было, что ослышался. – Вон на той крыше, на три часа, макушки мелькнули, ты бы сказал начальнику, пусть даст нагоняй...

Лорд Райт внутреннее чуть напрягся, но потом вспомнил, кто перед ним и попробовал расслабиться.

– Ты писал, что был за морем, – огладив аккуратную бородку, лорд-советник заговорил о другом, – как там? Понравилось?

– Душно, – тут же получил ответ, – влажно, днём вообще невмоготу было, но море сделало своё дело – мне стало гораздо лучше.

– Оттого ты так долго отвечал на моё письмо?

– Даа, – протянул лорд Димитрий, – пока оно дошло в моё поместье, затем оттуда со всей корреспонденцией его отправили ко мне в дальние земли – ушло времени неприлично много. Потом ведь я ещё должен был подумать над твоим приглашением, и если не бумага, на которой оно было написано, то ты бы получил отказ.

– А сейчас, своим прибытием, ты даёшь мне чётко понять, что на всё согласен? – хитро прищурившись, лорд Клай сразу же приступил к волнующим его вопросам. Службы внешней разведки у Её Высочества не было, точнее, жалкая имитация, но тут нужен профессионал и не лишь бы какой, а самый лучший во всех Королевствах, ибо дела, совершаемые на землях Уолсолла, были такого масштаба, что становилось страшно за жизнь принцессы, которая стала ему, как родная дочь.

– Нет, – лукавая улыбка тронула тонкие строгие губы, – я всё ещё думаю, друг мой... я всё ещё в раздумьях, – и без перехода, – голубушка? а положите-ка нам, старикам, вот тот большой вишнёвый, верно? пирог.

Сложив угощение в маленький плетёный короб, улыбчивая женщина подала им тару и приняла оплату.

– Благодарствую вам, лорд Райт, – добавила она в конце, – за всё, что сделали и делаете для нас, простого народа. Если позволительно будет, передайте Её Высочеству, что вся моя семья неустанно молится о Её здоровье и благополучии!

– Непременно передам, – кивнул советник и попрощался с румянощекой торговкой.

Коробочку со сладостью передали слуге, шедшему позади них.

Гвардейцы, замершие чуть поодаль, зорко следили за охраняемыми высокими лордами.

– Пойдём, прокатимся на паровозе, – предложил лорд Райт и заметил, каким предвкушением вспыхнул взор лорда Димитрия.

На мини-станции, откуда забирали людей и везли через мост на другую половину Уолсолла, названному в итоге Нью-Уолл, они оказались за пять минут до прибытия паровоза.

– Что это?! – воскликнул лорд Ели дрогнувшим голосом, всегда умевший держать лицо бывший руководитель масштабной сети внешней разведки Королевства, в этот раз растерял всю свою сдержанность: брови взлетели высоко вверх, рот распахнулся, а глаза стали такими круглыми, какими никогда не были!

– Это паровоз, – весело огладив бороду, озвучил очевидное лорд Райт.

– Я читал донесения и даже рисунки видел, – продолжал говорить, но уже гораздо тише лорд-разведчик, – но это ведь... настоящий железный монстр! До чего же огромный!

Тут машинист потянул за ручку и окрестности огласил трубный рёв железного коня! Лорд Димитрий схватился за сердце, и замер, следя, как чудо человеческой мысли неспешно проезжает мимо, а через минуту и вовсе останавливается.

– Прошу! – улыбаясь, повёл рукой лорд Райт, прекрасно понимая все чувства долгожданного гостя, сам ещё не мог привыкнуть к этой машине.

– Говоришь, – проведя рукой по деревянной панели внутри вагона, задумчиво протянул лорд Димитрий, – это дело рук человеческих? И никакой магии?

– Первый образец был сделан только кузнецами, как и паровой двигатель. А вот эти, последние машины, уже создали совместно с огневиками-инженерами. Потому результат так отличается от тех рисунков, что ты видел в донесениях. И да, – хитро блеснув карими глазами и забавно подвигав бровями, лорд-советник добавил, – всё же до конца от дел ты не ушёл? Раз следишь за всем, что творится на нашей земле.

– Бывших разведчиков не бывает, – в тон ему ответил лорд Димитрий, – в этом вагоне поедем только мы и наши сопровождающие?

– Только мы, – подтвердил лорд Райт, – я весь наш маршрут на сегодня запланировал и расписал каждый час.

– Даже так, – хмыкнул лорд Димитрий, – слушай, а скажи мне, это правда, что и корабли самоходные у вас есть?

– Есть, но на нём мы прокатимся завтра, если честно когг на двигателе такой медленный, по мне под парусами можно преодолеть гораздо большее расстояние и в два раза быстрее! Но Её Высочество утверждает, что нужно время и разумники сделают так, что скорость увеличится в несколько раз.

– Часто слышу о принцессе Элоизе, – выцепив главное, опытный лорд-разведчик тут же сделал верные выводы, – всё вертится и крутится вокруг малышки.

– Ты не спрашиваешь, – покачал головой лорд Райт и глубоко вздохнул, – всё вокруг неё... даже не знаю, как Её Высочеству это удаётся, но она умеет находить людей и правильно определять их способности. Понимаешь, Элоиза Уэстлендская однозначно наделена Божьим даром руководить, правильно делегировать задачи и получать, выжимать максимум из задуманного.

– Какие слова ты используешь, однако, – заметил лорд Димитрий и смолк, перед ними поставили столик и служанка шустро накрыла на стол: купленный недавно, ещё тёплый пирог с вишнёвой начинкой, чашечки для горячего взвара, розетка полная душистого мёда и серебряные ложечки.

Пили напиток в благостном молчании и смотрели в окно на проплывающий мимо старый Уолсолл: дома выглядели ухоженными, один к одному, с небольшими садиками спереди и позади домов, чисто выметенные дворы и улочки.

– Хорошо у вас тут, – констатировал второй раз лорд Димитрий, – люди какие спокойные, редко я вижу таких счастливых людей причём их гораздо больше, чем недовольных.

Лорд Клай тут же напрягся.

– Расслабься ты, – усмехнулся сухими губами бывший глава разведки, сделал глоток вкусного взвара, – всем не угодишь, недовольные найдутся всегда. Да, на площади были такие люди, но это мелочь, если каждого тащить в холодную на допросы – от горожан ничего не останется – всем есть, что скрывать и у каждого есть свои мысли насчёт действующей власти.

Переезжая мост, лорд Димитрий заметил белый дым вдали:

– Это ваш беспарусный когг? – спросил он старого друга.

– Он самый. Её Высочество называет его пароход, но отчего-то всегда весело смеётся. Может, она знает то, чего не знаем мы? – пожал тот плечами.

– Несомненно, – кивнул лорд-разведчик, – это несомненно, друг мой! Человек, придумавший всё это, однозначно знает очень много.

С этим поспорить лорд-советник никак не мог – всё правда.

До Нью-Уолло добрались через полчаса, паровоз шёл медленно, позволяя двум аристократам насладиться поездкой.

Ветка вела по окраине города, паровоз остановился на станции, люди сошли на перрон в том числе и два представительных мужчины.

– Железная дорога идёт прямиком к торфяникам, и дальше к трём большим мастерским по производству хрусталя, зеркал, цемента, – перечислил лорд Райт, – завтра в Старом Уоллсолле покажу тебе иные интересные места.

– Добро, – кивнул лорд Димитрий, оглядываясь по сторонам: люди спешили, весёлым ручейком направляясь каждый по своим делам. Это место жило в своём неповторимом ритме, такого он не видел даже в заморских богатых городах.

Новый Уоллсолл оказался небольшим, его стройка всё ещё продолжалась. Лорд Клай сразу же приступил к рассказу о проделаной работе. Лорду Ели очень нравились широкие улицы, на которых могли разъехаться сразу две массивные телеги, удивило покрытие дорог: на земле вместо бетона лежал шлифованный камень квадратной формы, уложенный так, что практически не было заметно стыков; привели в восторг узкие ливневые желоба для отвода стоков, прикрытые простой металлической решёткой, и тротуары, где без опаски ходили горожане. Всё это лорд Димитрий запоминал и делал определённые выводы. И ему они очень нравились. Неужели в Англосаксии, наконец-то, родился достойный правитель? Думающий не о себе любимом, а о людях вокруг?

Ему было о чём подумать, а пока старый разведчик, отодвинув свои мысли прочь, просто наслаждался променадом и приятным собеседником в лице старого друга-лорда Клая Райта.