Текст книги ""Фантастика 2026-62". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)"

Автор книги: А. Таннер

Детектив 11

Во всём комплексе стояла какая-то зловещая тишина, как будто все разом вымерли. Наши с Дюраном шаги казались нам самим оглушительными, будто не два человека идут, а скачет отряд конных. Подошвы стучали по бетону, которым тут всё было залито, будто подкованные копыта боевых коней. От этого становилось как-то не по себе. К тому же мы не встретили ни одной живой души, пока быстро шагали по комплексу. Он словно вымер. Я понимаю, что, скорее всего, учёных и обслуживающий персонал на время боевой тревоги запрятали поглубже, но не могли же террористы перебить всю охрану. А за то время, что мы провели внутри стен комплекса, нам не встретилось ни одного живого жандарма. Только трупы, отмечающие путь террористов.

И потому, наверное, выстрелы для нас стали чем-то вроде маяка, позволив вынырнуть из омута подавляющих тишины и безлюдья. Если где-то дерутся, значит, нам туда. Мы со всех ног бросились на звук, однако вскоре нам преградили путь.

Он точно не был жандармом или бойцом внутренней охраны комплекса. Я сразу узнал его по многочисленным описаниям, которые прочёл в допросах рабочих со злополучного склада в порту. Именно он примчался туда накануне визита силовиков надзорной коллегии и солдат гарнизона с предупреждением о готовящейся атаке. За его автомобилем проследили до того самого дома, где ждал нас Папа Док. Только теперь этот полуэльф носил не костюм, а насквозь утилитарную одежду – свободные штаны, ботинки на шнуровке, свитер крупной вязки и пару воронёных наплечников. В руках он держал короткий меч с простой гардой.

– Дальше ни шагу, люди, – бросил он, прочертив перед собой границу клинком.

Я поднял пистолеты, готовясь нашпиговать его свинцом, однако Дюран остановил меня. Он убрал свой «Фромм» с увеличенным магазином в кобуру.

– Нам не одолеть его, – покачал головой мой бывший взводный. – Это эльф-разведчик, специально выведенный, – когда он произнёс это слово, черноволосый слегка скривился, – и натренированный. Он справится с нами обоими, можешь не сомневаться.

– И что теперь? – глянул я на него. – Просто развернёмся и уйдём?

Ситуация складывалась, прямо скажу, идиотская. Пустой и тихий комплекс, обслуживающий сверхорудие, и эльф, стоящий с обнажённым мечом перед нами, будто герой из легенд. Он не пытался атаковать, просто преграждал дорогу.

– Нет, – ответил Дюран. В правой руке, словно по волшебству, появился боевой кинжал. Он не раз проделывал этот трюк на фронте, вынимая клинок прямо из воздуха, говорил, что это одно из немногих искусств магии, что он сумел постичь. – Я дам тебе шесть секунд, ротный, может, меньше. Не пытайся прикончить его.

Слышавший нас эльф презрительно усмехнулся. Он щёлкнул пальцами, и по телу его пробежала зеленоватая дымка – не то защитное заклинание, не то ещё какое. Он готовился к схватке, не собираясь упускать преимуществ, что даёт ему магия.

Мы прыгнули на него с двух сторон. Эльф двигался с невероятной скоростью, просто размываясь в воздухе, и сумел перехватить нас обоих. Вот только у Дюрана был козырь в рукаве, о котором не знал даже я. В одно мгновение он преобразился в лоа – наездника своего отца. Тощая фигура Барона Самди мелькнула чёрным вороном, ловя клинок вражеского меча между ладоней. Эльф попытался вырвать оружие, но лоа держал крепко.

Понимая, что другого шанса не будет, что Дюран сделал с собой нечто такое, чего не проделывал даже на фронте, когда мы оказывались в полной заднице, я последовал его совету. Не стал нападать на эльфа, а со всех ног бросился мимо него дальше. Туда, где звучали выстрелы.

Интерлюдия

Смерть явилась им в облике высокого среброволосого эльфа народа ши, одетого в кожаный плащ со стальными наплечниками. Вооружён он был несуразно длинным мечом странной формы, чем-то похожим на оружие Серой Лисицы, только с круглой гардой и рукояткой, рассчитанной на двуручный хват. Эльф вполне справлялся и одной правой, держа меч так, словно тот ничего не весил.

– Вы сыграли свою роль, – бросил он террористам, – и вмешались в мою игру. Теперь вас придётся убрать с доски. Жаль, – произнёс он задумчиво, – вы ещё могли пригодиться.

Первым выстрелил Джосайя Блэк – его аришалийская винтовка трижды рявкнула. Выстрелы слились в один. Эльф легко отбил все три пули стремительными взмахами меча. Оружие такой длины просто не могло двигаться так быстро, однако эльф об этом, по всей видимости, не догадывался.

Револьверы Билли и Оцелотти заговорили почти одновременно. Хотя Серой Лисице удалось понять, что первым из них двоих открыл огонь всё же Адам. Две дюжины пуль также ушли «в молоко». Высокий эльф плёл вокруг себя настоящую паутину стальных росчерков, отбивая их в разные стороны. Пули рикошетили от бетонного настила и стен зданий, расположенных неподалёку.

– Имейте силу, жалкие создания, – почти пропел эльф, – примите неизбежность и умрите.

Уже понимая, что обречена, как и все остальные, Серая Лисица заступила ему дорогу. Она нарочито медленно обнажила меч, спрятанный в рукоятке зонтика, и встала перед эльфом. Ножны со стуком упали на бетонный настил. За её спиной Оцелотти с Блэками лихорадочно перезаряжали оружие, но ей уже не было до этого дела. Она попрощалась с жизнью и готовилась к последнему бою.

– Ты считаешь, что я приму твой вызов, маленькая альвари, – усмехнулся эльф. – Ты понимаешь, кто я? Жалкая попытка.

Серая Лисица молча преграждала ему дорогу, держа перед собой меч. Воины и воительницы народа альвари не разговаривают с теми, кого собираются убивать.

– Я мог бы разрезать тебя на тысячу кусков, но время дорого. Я сделаю всё быстро.

Его выпад был невероятно стремителен – длинный меч сверкнул, оставив в воздухе серебристый росчерк. Движения его не сумел бы заметить человеческий глаз, как и тело самого тренированного бойца любого народа людей вряд ли сумело бы парировать его. Но Серая Лисица была воительницей альвари, она отбила удар, хотя мышцы и сухожилия отозвались болью. Она сумела парировать и два следующих. Клинки встречались, высекая снопы искр, замирали на миг, чтобы вновь разлететься друг от друга для новой атаки и нового парирования.

Перезарядив оружие, Блэки и Оцелотти разошлись веером, обрушив на противника настоящий ураган свинца. Он шутя отбивал пули, продолжая атаковать Серую Лисицу. Вот только теперь сплющенные о клинок его меча пули летели вовсе не хаотично. Теперь они находили свои цели.

Первым рухнул на бетонное покрытие Джосайя Блэк – две тяжёлых пули из его же винтовки пробили ему плечо и грудь. Билли не стал бросаться на помощь отцу, понимая, что ничего поделать не сможет. Он перекатился через плечо и вместе с Оцелотти всадил последние заряды из обоих револьверов в эльфа, сражающегося с Серой Лисицей. Не успел юноша встать на одно колено, чтобы перезарядить оружие, как взгляд его поймал серебристый росчерк вражеского клинка. Билли вскинулся, но большего сделать не успел. Длинный клинок пробил ему грудь слева и вышел из спины. Юноша повис на нём, словно бабочка, пришпиленная булавкой. Враг стремительным движением освободил меч и обрушил на Серую Лисицу град ударов, которые она едва успевала парировать.

Оцелотти с воистину кошачьей грацией уклонился от летящих в него пуль, перекатился по почти идеально ровному бетону. Он не обратил внимания на гибель Блэков. Сейчас ему было не до того – он отдался стихии боя весь, без остатка. Иначе он не умел. Ещё один перекат с опустевшими револьверами в руках, и он оказался почти вплотную к сражающимся эльфам. Среброволосый не мог не обратить на него внимания. Его выпад был столь же быстр, как и остальные, вот только Оцелотти сумел принять его на скрещённые револьверы. Оба револьвера не выдержали натиска усиленного магией вражеского клинка – он разрубил их с той же лёгкостью, с какой рассекал человеческую плоть. На это ушла всего пара секунд, не больше, но именно они и была нужны Оцелотти. В его руках, словно по волшебству, оказался третий револьвер – и в следующий миг он уже выстрелил. Дважды.

* * *

Капитан небесной крепости очень гордился своим заданием. Он понимал, что вряд ли вернётся, и хотя фатализм обитателей островов Шиона ему не близок, был горд тем, что погибнет во славу родины. Он настоящий патриот Сидхейской империи и её нации и готов принять за них смерть. Слишком молодой, чтобы поучаствовать в Великой войне, он пошёл в небесный флот – элиту вооружённых сил Северной лиги – понимая, что только там сможет принять участие в боевых действиях. Будущий капитан небесной крепости, как и все сидхе, понимал, что доживёт до следующей войны, ведь она не за горами, даже по меркам короткоживущих рас. Но ему не терпелось пустить кровь врагу уже сейчас, не ожидая долгие годы.

Отчаянной отвагой, проявленной во время налётов небесных пиратов, среди которых он добился уважения и страха, будущий капитан обратил на себя внимание власть предержащих. И эта дорога в конце концов привела его на борт поднятой со дна морского небесной крепости.

Он с радостью обрушивал гнев её орудий на людской муравейник, представляя себе, сколько сейчас гибнет этих жалких безволосых обезьян. Его смерть послужит толчком для грядущей войны, и от этого душа капитана просто пела. Пусть ему не увидеть, как могучие легионы Сидхейской империи сомнут врага, но он умрёт сегодня, зная, что приблизит того день, когда это случится.

– Расчётное время до атаки на сверхорудие? – спросил у него стоящий за плечом разведчик.

Капитан продублировал его вопрос – лишь он мог во время боя отдавать приказы на мостике, и разведчик это прекрасно понимал, а потому обращался только к капитану. Крепость вздрагивала от попадания тяжёлых снарядов береговой обороны. Она подошла достаточно близко, чтобы по ней лупили почти в упор. То и дело капитану докладывали о потерях и повреждениях корпуса – крепость всё же была восстановлена и далеко не в штатных условиях, а потому даже жалкие орудия людей могли нанести ей вред. Впрочем, не настолько серьёзный, чтобы капитан задумывался об этом. Крепость могла сровнять с землей весь урб, прежде чем враг нанесёт ей сколь-нибудь ощутимый урон. Это при условии, что по ней будут палить все пушки береговой обороны, что и сейчас. А именно в этот момент главный калибр крепости удачным прямым попаданием разнёс каземат с тремя орудиями, проделав в защите урба очередную дыру.

– От четверти часа до получаса, – доложил старший артиллерист.

– Есть ли возможность сократить его?

Снова капитан продублировал вопрос, хотя старший артиллерист готов ответить сразу.

– Никак нет, – покачал он головой, перо на форменном берете качнулось в такт, – слишком плотный заградительный огонь. Если ускоримся, то орудия береговой обороны будут бить нам не только в лоб, но и в борта. Под их прикрытием могут подойти дирижабли и аэропланы.

– Они могут нанести нам вред? – удивился разведчик.

– Есть риск повреждения прицельной электротехники и дальномеров, – ответил уже сам капитан, не отвлекая старшего артиллериста, у которого дел было по горло. – Я читал о сражении крепости, в котором она была сбита. Первым делом враг ослепил её, поэтому я не допущу повторения подобного.

Они помолчали какое-то время. Крепость содрогалась от попаданий. Её орудия разносили порт урба и оборонительные сооружения, превращая всё на пути небесной крепости в руины.

– Почему молчит их главный калибр? – не оборачиваясь, спросил у разведчика капитан.

– Готовят нам сюрприз, – ответил тот. – Смертоносный, уж будьте покойны.

И словно отзываясь на его слова, ствол суперпушки сверкнул так, будто собирался выплюнуть солнце.

* * *

У Руфуса Дюкетта была собственная смотровая площадка – небольшая привилегия, которую ему удалось выбить благодаря своему положению. Оттуда он мог видеть весь урб, хотя и был лишён превосходных приборов, установленных в боевой рубке. Но он в них и не нуждался. Здесь Руфус получал отчёты от всех нужных служб. Его мало интересовала обстановка в урбе и количество жертв – сейчас куда важнее были результаты грандиозного эксперимента, который подходил к финальной стадии. Миновав учебные стрельбы, суперпушка готовилась раскрыть весь свой потенциал.

– Электростанции с первой по двенадцатую вышли на расчётный максимум, – сообщил сухой голос из динамика селекторного телефона. На площадке у Руфуса стоит небольшая АТС, и он принимает доклады отовсюду. К примеру, сейчас он узнаёт, что те самые новые электростанции, строительство которых стоило урбу регулярных отключений света, работают с полной нагрузкой.

– Энергия поступает в накопители, – подключается другой голос, – расчётное время полной загрузки батарей десять минут. Потери примерно полтора-два процента.

Это вполне укладывается в расчёты Руфуса, и он молча кивает самому себе. Кроме него никого на смотровой площадке нет.

– Доложить о состоянии центрального накопителя, – не оборачиваясь, приказал он, стараясь не думать о заключённой в кристалл фигуре, которую так называют.

– Состояние стабильное. Признаки первичного беспокойства в пределах нормы. Экранирование не нарушено.

– Приготовиться к снятию экранирования, – приказал Руфус. Именно он, а вовсе не вежливый капитан первого ранга отвечал за залп суперпушки сейчас. – Удвоить наблюдение за состоянием центрального накопителя.

– Есть приготовиться к снятию экранирования и удвоить наблюдение за состоянием центрального накопителя, – донеслось в ответ из динамиков.

И почти перебивая этот доклад, пришло сообщение о полной загрузке накопителей.

Сейчас где-то внутри секретного корпуса басовито загудели громадные батареи, готовясь расстаться с накопленными невероятными запасами энергии, чтобы почти сразу наполниться снова.

– Начать снятие экранирования.

У Руфуса на мгновение перехватило дыхание – после этого приказа дороги назад не будет.

Террорист 7

Я видел, как среброволосый ублюдок убивает моих людей, но понимал, что ничего не могу с этим поделать. Я видел, что все «дикие коты» прижаты к земле – в закрытой части комплекса поднялась тревога. В воротах открылись бойницы, откуда теперь торчали стволы винтовок, скорее всего, автоматических «Шатье», вряд ли на защиту особо охраняемого корпуса поскупились. Стоит моим бойцам поднять голову, и на них обрушится шквал свинца. В таких условиях ни один разумный солдат не станет ничего предпринимать. Им оставалось, как и мне, скрепя сердце сидеть и ждать развития событий.

Нет ничего тяжелее такого беспомощного ожидания.

Я тискал в пальцах скользкую от пота рукоять крупнокалиберного револьвера. Модель не серийная – его сделал для меня Тонкий, гений соединения магии с современными технологиями. Пули – всего три – в его барабане также были творением гоблина. Он обещал, что по убойной силе они будут превосходить даже те, которыми мы убивали демона. Вот только я очень сильно сомневался, что от пуль будет толк, если враг их отобьёт мечом.

Я пожалел, что не отдал пистолет Оцелотти, когда тот ценой обоих своих револьверов сумел-таки дважды попасть в среброволосого эльфа. Две пули из аришалийского револьвера в живот – это весьма серьёзно, как правило, смертельно серьёзно. Но только не для среброволосого.

Эльф замедлился лишь на мгновение, Серая Лисица посчитала, видимо, что этого хватит для отчаянной атаки. Её клинок стремительно рванулся к врагу, но тот в последний миг остановил его. Просто перехватил затянутой в перчатку левой рукой – заточенное до бритвенной остроты лезвие не причинило ему ни малейшего вреда. Раны на животе быстро затягивались, из них и крови-то всего ничего не вытекло.

– Вы сумели разозлить меня, – ровным голосом произнёс эльф. – Теперь потрачу чуть больше времени, чтобы прикончить вас не так быстро, как собирался.

Серая Лисица отпустила рукоять меча, но больше ничего сделать не успела. Ударом ноги эльф отбросил её на несколько футов, она покатилась по бетону. Отшвырнув её меч, эльф обернулся к Оцелотти так быстро, что тот успел выстрелить лишь ещё один раз. Среброволосый легко принял пулю, не обратив на ранение в грудь ни малейшего внимания. Оцелотти попытался отпрыгнуть, но длинный меч уже летел к нему. Я видел, что удар смертельный – клинок разрубит Адама от плеча до паха. Но этого не случилось.

Трижды рявкнула винтовка Джосайи Блэка. Не в силах встать, он опёрся спиной о стену здания, рядом с которым лежал, и выстрелил. Он целил не в эльфа, а в его меч. Тяжёлые винтовочные пули лишь слегка отклонили клинок, но Оцелотти этого хватило. Текучим кошачьим движением он ушёл в сторону, перекатился через плечо и оказался вне досягаемости эльфийского меча.

Быстрым, мстительным ударом среброволосый отсёк голову Джосайе и снова переключился на Оцелотти с Серой Лисицей. Альвари успела вскочить на ноги и даже добралась до своего меча.

– Теперь я покончу с вами, – произнёс среброволосый. – Не так быстро, как мог бы, но и не так долго, как хотел бы.

Он ринулся в атаку, двигаясь вдвое быстрее, чем прежде, хотя казалось, это просто невозможно.

Детектив 12

Я выскочил к месту схватки среброволосого эльфа с террористами и замер, даже не зная, в кого стрелять. Кем был этот эльф, я не понимал, но что-то мне подсказывало, что именно он поймал Папу Дока и натравил его на нас. Бомон говорил, что враг у нас общий, и сейчас я впервые увидел его.

Я вытащил из кобуры «Фромм» с последними чёрными патронами. Всего один магазин, и права на промах у меня нет. Не знаю, как они подействуют на среброволосого, вряд ли прикончат так же легко, как тех магиков на фронте, но обычные боеприпасы ему вообще не вредили.

Одетый длинный плащ-пыльник, какие носят аришалийские пастухи, стрелок всаживал в него пулю за пулей из своего револьвера. Однако среброволосый не обращал на них внимания. Раны на его теле затягивались раньше, чем из них вытекала хоть капля крови. Эльф сражался с одной только женщиной, как он сам вооружённой мечом, но не таким длинным. Они плели кружево поединка, двигаясь так быстро, что я едва различал их выпады и парирования.

Стараясь не шуметь, я подобрался к ним поближе и поднял «Фромм». Прицелился точно в затылок среброволосого эльфа, задержал дыхание на секунду и начал выбирать слабину спускового крючка, чтобы нажать на него как можно плавнее. Права на промах у меня не было.

Но прежде чем я выстрелил, произошли сразу несколько событий одновременно.

Интерлюдия

Руфус ждал и боялся этой фразы ещё больше, чем собственного приказа о снятии экранирования центрального накопителя. Но когда она прозвучала, он не мешкал ни секунды.

– Энергия поступает в центральный накопитель, – сообщил дрожащий от волнения голос, – орудие готово к выстрелу.

– Дать корректировку прицела, – распорядился Руфус.

– Есть корректировка, – доложил ему капитан первого ранга Годен.

– Огонь.

Орудие вспыхнуло, словно породив маленькое солнце. Вокруг его исполинского ствола заплясали тысячи крошечных искорок, преобразившихся в коронные разряды. Они танцевали на металле, переплетаясь, будто яркие змеи, но все они померкли перед лучом чистой энергии, вырвавшимся из орудия.

В мгновение ока он врезался в небесную крепость, испарив четверть её корпуса. Броня, внутренние перегородки, палуба и экипаж, находившийся в этих помещениях, просто перестали существовать. Испуская клубы жирного дыма – почти во всех остальных отсеках начались пожары, – крепость начала заваливаться на правый борт.

Мостик был испарён попаданием луча, машинное отделение охватил огонь. Обречённая крепость, лишившаяся управления, беззащитная перед ударами орудий береговой обороны, медленно валилась на порт. Она падала плавно, с грацией, присущей всем летающим объектам такого размера.

Но почти никто в урбе не обращал на это внимания.

Детектив 13

Схватка между эльфом и его противниками закончилась за считанные секунды до выстрела сверхпушки. И буквально за мгновение до того, как я нажал на спусковой крючок. Мужчина в пастушьем наряде отделался сравнительно легко – среброволосый отсёк ему правую руку ниже локтя. А вот женщине с мечом досталось куда больше. Найдя брешь в её защите, эльф тремя стремительными взмахами отрубил ей обе ноги и правую руку у самого плеча. Оба противника эльфа распластались на бетоне, истекая кровью из ран.

Он шагнул вперёд, переступая через корчащихся в агонии врагов. Я уже давил спусковой крючок «Фромма». И тут грянул выстрел сверхорудия.

Выстрел был беззвучным, но ударил по всему урбу, а мы были ближе всех к суперпушке. Небо почернело, луч молнией промелькнул над нами, ослепив на несколько секунд. Но куда страшнее оказался кошмарный крик боли, обрушившийся на нас.

Я рухнул на колени, выронив пистолет. Прижал руки к ушам, но это не помогло. Крик ввинчивался в мозг, словно алмазное сверло чистой боли. Кажется, я и сам кричал, чтобы заглушить его, но не слышал себя. Я упал на бок, свернувшись в позе зародыша. Крик сверлил мне мозг и саму душу, разбрасывая кровавые ошмётки моей сущности. В глазах потемнело, взгляд заволокло красной дымкой.

А потом по телу начал разливаться блаженный холод. Изменённый королевскими алхимиками, мой организм сумел справиться даже с такой ударной дозой вредоносной магии.

Я с трудом встал на колени. Из глаз лились слёзы, я стёр их тыльной стороной ладони. Среброволосый эльф как раз тоже справился с шоком от выстрела и крика и поднимался на ноги, опираясь на свой длинный меч. Я нацелил пистолет ему между лопаток, понимая, что в голову могу и не попасть. Ни о какой плавности нажатия на спусковой крючок уже не думал – просто надавил на него.

Первая пуля разлетелась осколками, отражённая волшебной защитой, которой окружил себя эльф. Но я не сдавался – в магазине оставалось ещё пять особых патронов. Должно хватить!

Вторая и третья пули также исчезли во вспышках света, уничтоженные магическим щитом. Но по его поверхности шли всё более сильные волны. Я видел их невооружённым глазом.

Эльф обернулся ко мне, наши взгляды встретились, и я снова нажал на спусковой крючок. Ещё две пули разбились о его защиту, но пятая вспыхнула крошечным чёрным солнцем, и пузырь, закрывавший среброволосого, лопнул, рассыпавшись тающими осколками.

И тогда я выстрелил в него последний раз. Эльф взмахнул мечом, словно хотел отбить пулю, и может быть, у него бы это получилось. Вот только он не до конца восстановился после повергшего нас наземь крика. Пуля вошла ему в грудь и вышла из спины, выплеснув наружу кровь, осколки рёбер и куски лёгких.

Эльф упал на колено, опираясь на меч. Я же, наоборот, встал на ноги. И в этот момент я понял – одной, последней пули мне не хватило, чтобы добить врага. Потому что умирать среброволосый не собирался, а чудовищная рана его медленно, но верно затягивалась.