Текст книги ""Фантастика 2026-62". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)"

Автор книги: А. Таннер

Глава восьмая. Волшебный двор

Детектив из «Интерконтиненталя» заявился к нам прямо самого утра. С него можно было рисовать рекламный плакат агентства – не молодой, но и не старый (я бы дал года тридцать три, не больше), высокий, подтянутый, даже можно сказать спортивный, гладко выбритый и пахнущий довольно недешёвым парфюмом. В хорошо пошитом костюме, лишь немного (как мне показалось даже нарочито) выпиравшем под мышкой, где скрывалась кобура. Он не удовольствовался лишь удостоверением и нацепил на лацкан пиджака значок агентства с открытым глазом и подписью мелким шрифтом «Мы бдим всегда».

Кингсфорд тут же выпроводил нас из кабинета, внезапно выдав талоны на усиленное питание, чтобы мы, как он выразился, хорошенько подзаправились в столовой и ему не забыли взять порцию. Сам же заперся с детективом, так что о чём они говорили, никто из группы не узнал. Но проговорили довольно долго – спустился в столовую Кингсфорд больше чем через час и вид у него был довольный.

Утреннюю выволочку шеф перенёс именно так, как и говорил – легко и без последствий. Только прочёл нам уже в столовой короткую лекцию о бдительности в отношении властями предержащих, и напомнил круг лиц, к которым нельзя подходить и близко без ордера, подписанного королевским судьёй. Мы внимали, работая челюстями. Зашёл в столовую и детектив, но сел отдельно, взяв себе пару тёмного пива и бутерброды на закуску.

– Хорошо живут, ребята, – почти с завистью кивнул в его сторону Варбёртон. – Можно с утра тёмным заправиться, не то что нам.

– С их заработками пивом можно заливаться хоть целыми днями, – буркнул особенно мрачный с самого утра Тимберс.

Он ещё ни разу не просил отпустить его. Когда наша группа отправилась в столовую, пошёл вместе со всеми, даже не попробовав улизнуть.

– И много заработаешь, если пиво пить целый день? – спросил у него Крисмидор.

Тимберс ничего не ответил, сосредоточившись на еде.

Не успели мы закончить внезапный второй завтрак, как в столовую влетел непосредственный начальник Кингсфорда, и куратор нашей группы – королевский прево сэр Найджел Суинни. Именно из его кабинета вернулся шеф после ожидаемой выволочки.

– Сидите тут, – рявкнул он на всю столовую, так что большинство головы пригнули, чтобы не заметил. Исключением был разве что детектив, потягивающий своё пиво с равнодушным видом. – Бегом все в машину – и марш в Бригсти. Ночью кто-то разнёс Двор чудес. Криминальная полиция уже там.

Выдав эту короткую тираду, королевский прево убрался восвояси, закрыв за собой дверь столовой.

К моему удивлению ни Кингсфорд, ни остальные не спешили выполнять приказ. Лишь принялись быстрее доедать.

– Мы не армия, – глянул на меня Крисмидор, собирая с тарелки остатки пирога с курицей. – У нас после окрика никто не бежит, сломя голову.

– Ну так криминальная полиция уже там, – удивился я, но, конечно же, вскакивать и бежать в гараж не стал.

– Вот пускай и работают, – кивнул Кингсфорд, – а мы приедем, и они нам всё доложат в лучше виде. Не горит же, так что и спешить некуда.

Покончив с едой, мы направились в гараж. Только Тимберс почти бегом помчался в кабинет забирать свою аппаратуру.

– Запахло работой, и наш гном забыл о том, что его тут незаконно удерживают, – усмехнулся Крисмидор ему в спину.

– Тимберс у нас настоящий гений по части фотосьёмки, – заявил по дороге Варбёртон. – Такого найдёт и наснимает, что криминалисты диву даются. Открыл бы ателье, мог бы хорошие деньги зарабатывать. Уж точно на пиво каждый день хватило бы.

– А почему он просит, чтобы его отпустили? – рискнул спросить я.

– Давняя история, – усмехнулся Крисмидор. – Тимберс ни в прокураторе, ни даже в криминальной полиции не служит. Шеф заметил его в одном дельце и затащил в нашу группу, поставил на довольствие, обеспечил аппаратурой по первому разряду.

– Так чего ему не хватает-то? – удивился я. Мы все уже стояли в гараже, ждали фотографа, и я воспользовался возможностью закурить.

– Да, железнобок правильно говорит – Тимберс запросто мог бы фотоателье открыть. Он и денег подкопил и выкупил аппаратуру, да только шеф не пускает его. Не хочет терять такого классного фотографа. А ссориться с прокуратурой Тимберс, само собой, не желает.

Кингсфорда совершенно не смущало, что о нём говорят в его присутствии. Он дымил крепким пеллмеллом, не обращая на нас внимания, и думал о чём-то своём. Если честно, впервые видел его в таком настроении.

Но стоило примчаться Тимберсу, выглядевшему комично из-за длинного штатива рыцарским копьём лежавшего на плече, и объёмного (почти с него размером) саквояжа с аппаратурой, как Кингсфорд тут же скинул с себя задумчивость, каблуком раздавил окурок сигареты, и велел всем рассаживаться.

На сей раз за руль сел не я, а пожилой дядька с шикарными усами. Именно он выдавал нам автомобили для прошлых поездок, и видимо был кем-то вроде штатного шофёра группы. Ехали мы в том же роскошном «Ласситер 69», что на встречу с Мишелем, вот только на сей раз пришлось сильно потесниться. Кингсфорд уселся спереди, вместе с водителем, а мы заняли заднее сидение, рассчитанное, вообще-то, на трёх человек. Щуплый Тимберс и тощий Крисмидор всё же занимали места больше, чем один обычный человек. К тому же гном наотрез отказался класть саквояж с аппаратурой в багажник, устроив его рядом с собой на сидении.

Так и ехали в тесноте до самого Бригсти, где располагался Двор чудес. Место это было знаменито на весь урб, хотя далеко не только здесь обретались маги-нелегалы, изгнанные из гильдий за те или иные нелицеприятные поступки, а то и шаманы гоблинов, гномьи руноплёты и просто колдуны, никогда не имевшие образования и патента от королевского министерства тауматургии. Их услугами пользовали воротилы криминального бизнеса, конечно же, те, кто мог себе позволить их расценки. В нескольких бандах лидерами были бывшие боевые маги, натворившие на фронте такого, что даже война списать не могла. И вот теперь оказалось, что Двор чудес кем-то разгромлен, вот только я не понимал, для чего туда погнали именно нашу группу – ведь у нас же своё задание.

Спросить я решился почти через час поездки. «Ласситер» катил по улицам, объезжая пробки, выскакивая на встречную под вой клаксонов и ругань водителей. Когда надо, наш шофёр включал сирену, сообщавшую всем, что едет не обычный автохулиган, а детективы по важному делу, и потому нам разрешено плевать на все правила дорожного движения. Приоритет у нашего «Ласситера» едва ли не высший, как пояснил шофёр, когда выдавал мне машину в первый раз, я обязан уступать дорогу только правительственным кортежам, даже инкассаторов могу свободно подрезать.

– Начальство решило, что это дело как-то связано с бойней в «Бычьей голове», – буркнул с переднего сидения Кингсфорд. – Приедем на место – увидим.

– Мне пораньше сойти? – спросил Варбёртон.

– Не стоит, – ответил шеф, – туда настоящих профи понагнали, за своего не сойдёшь. Лучше работай, когда мы уже на месте будем.

– Лады, – кивнул Генри.

– А мне? – подал голос Крисмидор.

– Костюм не тот, – отмахнулся шеф с досадой. – Времени переодеваться уже нет.

Ничего больше говорить полуэльф не стал, и до самого конца ехали молча.

Наконец, «Ласситер» остановился у полицейского ограждения, за которым дежурили несколько констеблей с дробовиками и один с «Мелотской трещоткой». Старший остановил нас повелительным жестом. Кингсфорд вышел, показал удостоверение, и старший поста велел своим парням поднимать переносной шлагбаум, которым они перегородили улицу. Кингсфорд не вернулся в машину – до Двора чудес отсюда было уже рукой подать. Если честно, немного пожалел, что не вышел вместе с ним, размяться после долгой поездки в тесноте очень хотелось.

Первым из салона выбрался Тимберс со своими саквояжем. Одновременно с другой стороны вылез Варбёртон, и я смог, наконец, вдохнуть полной грудью. Как же это приятно! Я выбрался следом за здоровяком, подавив в себе желание тут же сделать короткую разминку, чтобы кровь разбежалась обратно по телу. Лишь потянулся, как и Варбёртон.

– Начинаем, – велел нам подошедший Кингсфорд. – Генри, на тебе постовые из местных, вытряси из них всё, как умеешь. Стенас, ты берёшь на себя спецов, таскаешь за Фонкином штатив и саквояж, пока он будет снимать, и беседуешь с криминалистами, другими фотографами, медиками. В общем, со всеми, до кого доберёшься.

Оба кивнули, хотя, уверен, в инструкциях не нуждались особо. Варбёртон вытащил из салона здоровенную кепку-четырёхклинку, натянул её, став похожим на одного из детективов, что сновали вокруг вроде как без особой цели. Крисмидор легко подхватил на плечо штатив, забрал у Тимберса увесистый саквояж, и они вместе направились к зданию, где располагался Двор чудес.

– А мне что делать?

– Держись рядом со мной и мотай на ус, – усмехнулся Кингсфорд, и широким шагом пошёл следом за фотографом и полуэльфом.

Нас пропустили за вторую линию оцепления, и мы вошли в небольшое здание – всего три этажа – которое прежде занимал Двор чудес. Стоило мне пересечь порог, как я понял, отчего сюда вызвали именно нашу группу. По полу ползали криминалисты, собирая стрелянные гильзы – их тут было, наверное, даже больше, чем в «Бычьей голове». Мы то и дело переступали через обведённые мелом силуэты тел, натыкаясь на раздражённые взгляды специалистов, работавших внутри здания.

– Знатно с ними тут поработали, – качал головой Кингсфорд, пока мы шли через не так давно заваленные трупами коридоры, иногда заглядывая в открытые двери. О том, где лежали тела, говорили обведённые мелом силуэты и пятна крови на полу. Сами тела уже убрали.

– Думаешь, те же наёмники?

– А кто ещё? Видел же, гильзы и экспертов – девять на девятнадцать империал, точно как в «Бычьей голове».

– Они отдельно револьверные складывали и от дробовиков, – заметил я.

– Это ты молодец, приметил, но видел же, насколько тех меньше, а имперского калибра тысячи, наверное. Так что лупили тут явно не из «фроммов» или «бергов».

Насколько я знал «принудители» аришалийцы делали под свой патрон, но, наверное, частным армиям в Аурелию продавали модели, сделанные под самый популярный у нас боеприпас к пистолетам и пистолет-пулемётам.

– Кто-то из нападавших нашли? – походя спросил у эксперта-медика, работавшего над очередным пятном крови на полу стене, Кингсфорд.

Тот глянул на нас усталыми глазами человека, который много работал и знал, что ещё очень много работы впереди, но до ответа снизошёл.

– Есть следы волочения, значит, вытаскивали трупы своих. Местных добивали и оставляли валяться как есть.

Комиссар и пара следователей криминальной полиции нашлась в центральном помещении Двора чудес. Чтобы добраться до них, нам пришлось пройти едва ли не половину здания, и времени на это ушло, куда больше, чем в обычный день. Грязные, кое-где отходящие обои в коридорах были густо забрызганы кровью, где-то судя по силуэтам на полу жертвы пытались сбежать или спрятаться в комнатах, где-то оборонялись. Один из коридоров даже перегородили импровизированной баррикадой из пары массивных столов. Там убийцы единственный раз применили гранаты, так что вряд ли она долго продержалась.

Кингсфорд представил меня комиссару по фамилии Гидеон, следователи же так и остались безымянными. Знакомиться с ними Кингсфорд счёл ниже своего достоинства, и меня это высокомерие удивило и покоробило, но, конечно же, промолчал.

– Делись, Джордж, – назвал комиссара по имени шеф, – что сумели нарыть, пока мы к вам ехали?

– Вроде материала прилично, а толку – чуть, – пожал широкими плечами тот. – Вломились внутрь, и тут же начали убивать. Это не бандитская разборка, а самая настоящая боевая операция. Прямо как на фронте. Вошли, перебили тут всех – не без потерь, кстати, – и ушли. Быстро и эффективно. На такое способна только армия.

– Наёмники?

– Частная армия тоже, – кивнул Гидеон.

– И всех своих они забрали, верно?

– Совершенно, – кивнул комиссар. – Потери у них были, и довольно приличные. Особенно здесь. Видишь же, что тут творилось.

Пока они говорили я осматривал зал. Здесь на полу не осталось места от перекрывающих друг друга белых меловых силуэтов, рисовали их прямо по крови, коркой покрывающей доски давно рассохшегося паркета. Вообще, Двор чудес занимал когда-то не самый дурной доходный дом на несколько десятков квартир для рабочей аристократии – инженеров, мастеров и просто квалифицированных рабочих с семьями, чей заработок позволял жить в отельной квартире, а не в комнате общежития на несколько сотен семей. По какой-то причине доходный дом этот пришёл в упадок во время войны и здесь поселились первые маги-нелегалы, со временем ставшие костяком Двора чудес. Большой зал, где мы сейчас находились, представлял собой несколько квартир со снесёнными стенами. Как я понял, его использовали для общих собраний и встречи гостей. Здесь же, видимо, обитатели Двора чудес и приняли свой последний бой.

– Слушай, они же маги, почему не приложили чем-то убойным? – спросил я.

– Хороший вопрос, – кивнул комиссар. – Вот только маги-то они так себе. Сильных волшебников во Дворе чудес не было. По-настоящему сильным магам прощают всё, приятель, их не вышвыривают со службы с волчьим билетом. Ребята со Двора чудес были круты по меркам Бригсти, могли навести шороху и на Семи улицах, да и в других районах, но только против бандитов. А здесь им устроили самую настоящую зачистку – быструю, жестокую и эффективную. Прямо как в «Бычьей голове».

– Может, они подчищали хвосты? – предположил я.

– Подробнее, – тут же обернулся ко мне Кингсфорд, явно заинтересовавшийся моими словами.

Тут мне пришлось юлить и выдумывать. Тот, кем я прикидывался, не был в «Бычьей голове», только материалы дела читал, так что пришлось немного попотеть, объясняясь с шефом и комиссаром.

– Я хотя и не очень внимательно читал отчёты баллистиков и трасологов, но понял одно – наёмники не ворвались в «Бычью голову», как это было здесь. Они открыли огонь, уже находясь внутри, сразу с нескольких точек.

– Думаешь, их прикрывал маг, – кивнул Кингсфорд. – Вполне возможно, что именно здесь его наняли, а теперь подчистили за собой. Работают по площадям, тот же стиль, что и в «Бычьей голове». Молодец, правильно мыслишь! Есть ещё гениальные идеи, а? Они бы нам сейчас пригодились.

Я только руками развёл в ответ.

Я опасался выдавать слишком уж много идей – это могло показаться подозрительным. Ведь тот, чьё место я занял, был командиром роты разведки, но никак не опытным детективом, и многих вещей понимать просто не мог. В силу малого опыта именно в деле расследования преступлений. Однако если не пойти на этот риск, расследование может упереться в тупик, Кингсфорд, конечно, малый не промах, но что-то мне подсказывало, детектив из него в лучшем случае посредственный. Другой профиль работы у бейлифов и прево Королевской прокуратуры.

– Хотя, – осторожно протянул я, взгляды Гидеона и Кингсфорда буквально буравили меня, – почему их зачистили именно сейчас?

– Поясни, – быстро потребовал шеф.

– Почему не сразу после расстрела в «Бычьей голове»? – объяснил я. – Не в тот же вечер, а на следующий, например. Мы ведь могли выйти на Двор чудес и раньше, верно? Если кто-то здесь представлял для убийц такую опасность, что они перестреляли всех, как и в «Бычьей голове», то им нужно было убирать его как можно быстрее, а не ждать все эти дни.

– Кто-то здесь затеял свою игру, – кивнул Кингсфорд. – Решил половить рыбку в мутной воде.

– Да Картуш, кто же ещё, – усмехнулся комиссар. – Только этот чокнутый розалиец мог ввязаться в настолько опасную игру.

– Он ведь был главой Двора чудес? – спросил у него Кингсфорд.

– Был, – кивнул Гидеон. – Его едва опознали, столько пуль он слопал. Этот парень любил риск и это окупалось. Он не был самым сильным магом во Дворе чудес, зато его авантюры всегда удавались, и потому остальные признавали его и подчинялись ему. Но в этот раз, видать, зарвался и решил прыгнуть выше головы. Вот его на голову и укоротили, вместе со всем Двором чудес.

– Но ведь всех-то перебить не могли, – снова рискнул я. – Двор чудес не тюрьма, чтобы тут все постоянно находились. Кто-то на деле, кто-то у подруги завис, кто-то просто в запое.

Комиссар с шефом снова уставились на меня, и спустя полминуты, наверное, Гидеон произнёс:

– А он у тебя умный.

– Других не держим, – с гордостью заводчика выдал Кингсфорд, и даже не слова, но сам тон его покоробил меня.

– Я подниму на уши всех осведомителей, стукачей и сексотов, – пообещал Гидеон, – куплю или выбью из всех, до кого доберусь, любые крохи информации. Верь мне, Уолтер!

По всей видимости, мои слова воодушевили комиссара на поиски. Очень хорошо, но не слишком ли я раскрылся? Была ли в тоне Кингсфорда лишь гордость или ещё тень подозрения, и не они ли царапнула мой слух? Тяжко, невыносимо тяжко жить под чужой личиной. Как это только профессиональные шпионы, меняющие лица и биографии как перчатки, не сходят с ума?

Обратно ехали молча. На заднем сидении стало ещё теснее, к саквояжу с аппаратурой Тимберса добавился не очень большой опечатанный ящик с отснятыми плёнками. Несмотря на его скромные размеры он доставлял всем прилично дискомфорта, потому что и так развернуться было негде, а гном цепко держал его одной рукой, ругаясь на водителя едва ли не на каждом повороте.

По приезде мы выбрались из «Ласситера» и тут же, не сговариваясь закурили. Курить на заднем сидении шофёр запрещал, а потому куда сильнее чем размяться после долгой поездки в тесноте, захотелось как следует затянуться. Не куривший из солидарности Кингсфорд расщедрился и угостил всех своим пеллмеллом. Лишь Тимберс тут же умчался в фотолабораторию, проявлять плёнки и печатать фотокарточки.

В кабинете шеф усадил меня строчить подробный отчёт, а сам принялся расспрашивать Крисмидора с Варбёртоном о результатах работы. Я монотонно строчил на пишмашинке, все пальцы отбил с непривычки – давно уже не бил по клавишам, да ещё столько. Разбирать не самый понятный почерк Кингсфорда оказалось непросто, но как-то приноровился. Крисмидор же, напротив, писал грамотно и красиво, даже в собственных записках машинально соблюдал правила каллиграфии, забытые мной сразу по окончании гимназии. А вот что накарябал Варбёртон даже не пытался понять столько там было ошибок, да ещё почерк такой, что словом «каракули» всего ужаса не передать. Но это не мешало слушать разговор шефа с полуэльфом и бывшим железнобоким.

Варбёртон обошёл едва ли не всех постовых из оцепления, расспросил об обитателях Двора чудес, о том, кто первым вызвал полицию (ведь места там такие, где это не то чтобы принято делать), были ли внутри мародёры, и вообще побольше узнать из первых рук. Он не предъявлял удостоверение бейлифа, просто подходил и разговаривал с полицейскими. Легко и быстро находил с ними общие темы, ведь большинство рядовых констеблей были такими же отставными сержантами из штурмовых и линейных батальонов, а потому легко делились всей информацией с собратом, которого считали просто чуть более удачливым, ведь он попал не в патрули, а в криминальную полицию. Варбёртон не врал им, предоставляя констеблям самим заблуждаться насчёт него.

С его слов картина вырисовывалась такая. Несколько (от трёх до пяти, тут рассказы противоречили друг другу, но ни в одном не было меньше или больше) чёрных автомобилей по виду немного устаревшие, но весьма распространённые шестицилиндровые «Шуберты 6» или «Болт В», подкатили к Двору чудес. Оттуда без суеты и спешки вышли парни с пистолет-пулемётами, и тут же открыли огонь. Сняли короткими очередями топтавшихся у входа быков, закинули в ближайшие окна гранаты, и вошли в здание. Не ворвались, а именно вошли – на это указывали все, с кем говорил Варбёртон (едва ли не единственное в чём они сошлись). Изнутри около получаса раздавались выстрелы и взрывы, разлетались окна, оттуда вылетали не то покойники, не то ещё живые, било пламя, валил дым. А когда всё закончилось и затихло, наёмники вытащили из здания своих покойников, покидали в подкативший вместе с остальными полуфургон «Шуберт 38» и уехали. Всё делали быстро, но без спешки. То и дело в речи Варбёртона звучали слова «зачистка» и «боевая операция», и каждый раз он ссылался на того или иного ветерана-констебля.

– Выходит, вошли, зачистили, вышли, – протянул Кингсфорд. Я как раз сделал перерыв, разминая онемевшие пальцы. – Точь-в-точь, как в «Бычьей голове», так что это дельце тоже теперь наше. Гидеона подтянем по линии криминальной полиции, с его людьми будет попроще. Нам не разорваться на все направления.

– Медики и эксперты особо не порадовали, – заявил Крисмидор. – Пулевые и осколочные ранения, всех добивали выстрелами в грудь или затылок. Профессиональная работа. Не думаю, что снимки Тимберса хоть что-то прояснят. Эти ребята не оставляют следов.

– Знать бы ещё кто они такие, – протянул Варбёртон, отхлёбывая воды и стакана. Он говорил долго и, видимо, в горле у него успело пересохнуть.

– Вряд ли залётные, – пользуясь перерывом в работе на пишмашинке, выдал я.

– С чего ты взял? – поинтересовался Кингсфорд.

Я понял, что хожу по опасно тонкой грани, тоньше остро отточенного клинка. Но отступать поздно, и я пустился в объяснения.

– Для начала представьте, насколько сложно будет перебросить в Альбу сразу столько наёмников. Ведь это спаянное боевое подразделение, а не собранные с бору по сосенке наёмники. Любое пересечение границы наёмным отрядом такой численности не останется незамеченным.

– Они могли приехать из разных стран, к примеру, – возразил Кингсфорд.

– Ещё сложнее получается, – покачал головой я, понимая, что с каждым сказанным словом пробуждаю подозрения. Но отступать поздно. Это как из траншеи рвануть прямо на пулемёты, раз уж выскочил, обратно нырять глупо – твоя пуля тебя всё равно найдёт. – Найти отряд наёмников, развести их по разным странам и мелкими группами завезти в Альбу. Это нужно несколько месяцев на подготовку, а разве располагали ими те, кто всю эту кашу заварил?

– Если предположить, что целью расстрела был Бэзил Психолирик, то – нет, – согласился шеф.

– А кто ещё, кроме него? – развёл руками Крисмидор. – Остальных, кто имел хоть какой-то вес, мы отработали. Ради них никто не стал бы затевать такую бойню, ты сам говорил, шеф.

Кингсфорд кивнул, правда, вид у него было не самый довольный, и жестом велел мне продолжать.

– Постовые в оцеплении говорили, что оружие у тех, кто разнёс Двор чудес было не наше, – вдруг встрял Варбёртон.

– Что значит, не наше?

– Да то и значит, шеф, что не наше. Пистолет-пулемёты с большим кожухом, без приклада и прямым магазином, и что-то похожее на наши «мелотские трещотки», тоже без приклада и с магазином поменьше.

– Аришалийские что ли? Как их там, «принудители», что ли? – удивился Кингсфорд. – А те, что с кожухом, это чьи?

Я не спешил делать предположений, хотя и знал, что это «ригели» десантной модели, без приклада. Из таких косили всех в «Бычьей голове». Но молчание не затянулось, Крисмидор заявил, что это могут быть только они, десантные «ригели», других с большими кожухами пистолет-пулемётов он не знает.

– Аришалия и Лига, – покачал головой Кингсфорд, – это уже дело для контрразведки. Может, попробуем им это дело сбагрить?

– Патроны были девять на девятнадцать империал, – напомнил я. – Значит, и «ригели» и «принудители», если это были они, конечно, переделаны под стандартный патрон Аурелии.

– Вот что ты за человек такой въедливый, а? – осклабился Кингсфорд. – Скинули бы контрразведке оба расстрела, и горя не знали, а теперь расхлёбывай. Хорошо, – перешёл он на деловой тон, – убедил, это были наши, или постоянно находящиеся на территории Альбы наёмники. Есть предположение кто они такие?

– А если это дивизион К? – предположил Крисмидор. – Как раз в их стиле, разве нет?

О дивизионе К – отряде профессиональных ликвидаторов на службе его величества ходили легенды, а сам он был окружён настоящим полем мифов и кривотолков, в котором легко тонет любая правда. Неизвестно даже существует ли он на самом деле, хотя я отчего-то был уверен, что это так.

– И ради такой мелкой сошки как Психолирик будут поднимать отряд элитных ликвидаторов? – глянул на него почти с сочувствием Кингсфорд. – Ты сам-то в это веришь, Стенас?

Под этим взглядом полуэльф смутился и опустил глаза. Развивать мысль и возражать шефу не стал.

– Почему они забирают своих? – спросил я. – Это ведь ещё один аргумент за то, что они – местные. Вряд ли это проявление какой-то чести или солидарности – наёмным головорезам это чуждо. Их просто могут опознать.

– Тогда это вполне может быть отряд на службе кого-то связанного с Эдвардсом, – согласно кивнул Кингсфорд. – Некая частная армия.

– И скорее всего легальная, вроде охранного агентства или службы безопасности какого-нибудь картеля или корпорации.

– А если это парни из концерна Онслоу? – вдруг предположил Крисмидор.

– Ричарда Онслоу, – задумчиво произнёс Кингсфорд, – международного торговца оружием. А ведь очень даже может быть, – потёр он подбородок. – Этот ублюдок ни перед чем не останавливается, когда идёт к своей цели.

Я был полностью согласен с шефом, а про себя подумал, что это полностью стыкуется со сбивчивой исповедью Мишеля в подвале особняка. Кому как не одному из крупнейших оружейным магнатов может быть на руку постоянное развязывание конфликтов.

– Не наша лига, – покачал головой Крисмидор. – Нам к нему не подобраться никогда.

– Может и так, но копать будем пока не прикажут бросить лопату, – уверенно заявил Кингсфорд. – А пока такого приказа не было, продолжаем.

– И что делать? – спросил я.

– Искать зацепки по Онслоу, – заявил шеф. – У него потери в службе безопасности, если наша версия, конечно, верна, так что, Генри, тряхани всех вербовщиков, до кого доберёшься. Расспроси насчёт срочных, долговременных контрактов. Даже если это не Онслоу, а кто другой, он должен пополнить ряды после акции в Доме чудес.

– Думаешь, их там так сильно потрепали, – сказал я.

– Думаю, да, – кивнул он. – Обитатели Двора это не посетители «Бычьей головы», которых застали врасплох, они поняли, что их будут убивать без жалости и дрались отчаянно. Как бы круты ни были эти наёмники, они понесли потери.

– А мне что делать? – поинтересовался Крисмидор, которому, конечно, тоже нашлось занятие.

– Переодевайся и ищи выживших со Двора чудес. На информаторов криминальной полиции надежда есть, но и самим не стоит сидеть сложа руки. Расспрашивай, узнавай, всё как ты умеешь.

– В лучшем виде, – кивнул полуэльф.

В этот момент с ним произошла некая метаморфоза. Вроде он не пошевелился даже, но поза стала какой-то развязной, как у мелкого, но опытного уголовника, изменилось выражение лица, хотя на нём не дрогнул ни единый мускул. За считанные доли мгновения мой сосед по столу из бейлифа Королевской прокуратуры превратился в уличного жулика, какого примут за своего на Семи улицах и в Бригсти.

– Ты по клавишам-то стучать не забывай, – напомнил мне Кингсфорд. – Всё надо вбить сегодня, завтра мы с тобой приглашены на завтрак к титулованной особе.

– Так быстро, – удивился я.

– В «Интерконтинентале» умеют обделывать дела со скоростью света, – кивнул шефа, – особенно когда их привлекают к делам полиции или прокуратуры. Работать-то приходится за гроши.

Конечно, за гроши по сравнению с обычным вознаграждением детективов агентства. Все государственные контракты оплачиваются не слишком щедро и расценки на работу агентов «Интерконтиненталя» установлены в разрешении на работу в Альбии. Поэтому разделаться с таким контрактом стараются как можно скорее, чтобы освободить своих людей для более прибыльных дел.

– А мне там что делать? – спросил я. Не ожидал, если честно, что Кингсфорд возьмёт на встречу с виконтом Корвдейлом меня.

– Мотать на ус, конечно, – усмехнулся шеф. – Дел для тебя всё равно пока нет, а встреча с сильными мира сего никогда не бывает скучной. Так что заканчивай сегодня с отчётом, завтра с утра у нас будет много дел.