Текст книги ""Фантастика 2026-62". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)"
Автор книги: А. Таннер
Соавторы: Айлин Лин,Ал Коруд,Борис Сапожников
Жанры:
Боевая фантастика
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 174 (всего у книги 352 страниц)
Глава 39
Интерлюдия
– Папа, мама! Рон! – дверь распахнулась и внутрь главного зала вихрем влетела Шариз-Эльхам. Горн не растерялся, подхватил девочку на руки и закружил. Тоненькая, как тростиночка, маленькая, хрупкая – его дочь. – Я так по вам скучала! – выдохнула Эль, когда вождь поставил её на пол. Маленькая шаманка сейчас совсем не грозная, метнулась в объятия матери и крепко прижалась к родительнице.
– Милая моя, – Газиса ласково погладила спутанные волосы дочки, – как всё прошло?
– Хорошо!
Рон с трудом разлепил слипающиеся веки и хотел было сказать сестре, как он рад её видеть, но тут его глаза зацепились за входную дверь, оставшуюся распахнутой.
– О-о! – округлил он тёмные очи, – А-а-а! Это кто?! – вскричал малой, вскакивая на кресле и тыча куда-то пальцем, сон как рукой сняло, Рондгулу было жутко любопытно, но инстинкт самосохранения не позволил сорваться с места и подхватить на руки красивого маленького зверя.
– Это Арх, – Шариз подошла к замершему на пороге коту. Животное забавно подёргивало чёрным носиком, словно принюхиваясь к новому месту и людям в нём. – Он обладает магическими способностями, понимает человеческую речь и вообще очень интересный гость, а, возможно, в будущем, член нашей семьи.
Девочка наклонилась к Арху и взяла его на руки.
– А можно мне? – заворожённо, словно сомнамбула, Рон подошёл к Шариз и протянул руки к коту.
– Арх, это Рондгул, мой младший брат. Он очень хороший, пусть иногда и совершает всякие глупости, – шутливо добавила Эль, на её слова Рон не обратил никакого внимания, с жадностью разглядывая необычное для него животное. – Пойдёшь к нему?
– Мря! – и Арх позволил мальчику взять его на руки.
– Ему нравится, когда гладят между ушками и бока, – проинструктировала Эльхам, мелкий только кивнул, давая понять, что всё уразумел.
Горн и Газиса молча следили за происходящим. Вождь хмурился, его супруга не знала, как реагировать.
– Это гаури? – только уточнила она.
– Нет, – вместо Шариз ответил Горн. – Я не чувствую в нём жажды крови и черноты в душе.
– Да, Архимаг хороший, – кивнула Эльхам и потянула носом воздух, – есть хочется, – простодушно добавила она, просяще посмотрев на маму.
– Пойдём, – кивнула женщина, рассматривая мальчишеские шаровары, рубаху и жилетку на любимой дочери. – И не скажешь, что девочка. Прехорошенький мальчуган.
– Этого мы и добивались, – довольно кивнул Горн. – Пойдём, пока Эль будет есть, мы попьём горячего взвара и послушаем её рассказ про путешествие и как ты встретила это животное. Их кличут бархасы, ночные кошки пустыни. О них есть упоминания в старых свитках, но из ныне живущих никто не видел.
– А в этих свитках говорилось, что они обладают некими магическими способностями?
– Нет, – покачал головой Горн. – О них вообще очень мало, что известно.
– Может, видели, но совсем в другой форме, – таинственно прищурилась Эль, подходя к умывальнику.
Будить слуг никто не стал, даже несмотря на то, что они все были в курсе махинации с отъездом. Слуги и телохранители прошли через ритуал, который провела юная магиня, и теперь на некоторое время все они не были способны открыть рот на вопрос о старшей дочери правителя Зэлеса. И даже написать не смогут.
– Папа, завтра я пойду в Лечебницу, надо кое-что сделать для некоторых людей. И ещё загляну в одно место, там назрела проблема, надо её разрешить.
– Не поделишься? – нахмурился Горн. Тем временем девочка споро помогла матери накрыть на стол, разлила по кружкам горячий взвар и села за стол. – А это кому? – кивнул на плоскую тарелку с горкой тушёного мяса хозяин дома. – Для бархаса?
– Угу, – ответила Эль, уплетая рагу. – Мм, как фкуфно! – пробормотала она, споро работая ложкой. – В общем, смысл такой: помочь заблудшим душам, затуманенному разуму найти путь к свету. Вернуться к нам из мира снов и видений, в реальность.
– Ты хочешь сказать?..
– Да, недавно изучали с Хранителем тему лабиринтов сознания, когда человек заболел душевно, мне понравились несколько практик. Обе очень перспективные.
– Что требуется от тебя? – подозрительно уточнил вождь, даже наклонился вперёд, как зверь, почуявший угрозу.
– Войти туда и вывести человека наружу.
– Игры с душами людей крайне опасны, девочка моя. Даже прежние ведуньи, что носили хатэ до тебя, не осмеливались на эдакое, обходя стороной припадочных, – на подобном определении я поморщилась. – Поскольку опасались остаться в чужом сознании навсегда, заблудиться, не смочь помочь больному, и потерять себя, – с каждым словом Горн становился всё мрачнее, кустистые брови хмурились, губы превратились в бледную, тонкую линию.
– У меня есть надёжный якорь, – нисколько не смутившись, ответила шаманка.
– Какой же?
– Вы, – улыбнулась Шариз.
***
Перед сном я отправилась в свою виртуальную библиотеку. Это стало неотъемлемой частью моего распорядка. Время в хатэ длилось не так, как в реальности. Я могла провести там несколько часов безо всякой опаски куда-то опоздать или не выспаться.
– Хранитель, – лёжа в удобном мягчайшем, как облако, диване, я смотрела на звёздный потолок и задавала вопросы, накопившиеся после прочитанного, – почему эти люди сошли с ума?
– Ты сама знаешь ответ, – хмыкнул дух, зависая где-то сбоку.
– Наследственные или приобретённые болезни, глубокие душевные раны. И если первое неизлечимо, то второе поддаётся коррекции, так ведь?
– Да.
– Я хочу попробовать и с теми и с другими, – поделилась мыслями с ним.
– Но почему ты решила взяться именно за таких людей? Неужели иные, вполне здоровые умственно, не нуждаются в твоей помощи? Те же калеки? Ты же можешь создать протезы, облегчить им жизнь. Захворавшие дети?
– До всех доберусь, дайте только время… А ответ на твой вопрос прост до невозможности: потому что до душевнобольных чаще всего никому нет дела. Они как растения живут, пока кормят, ухаживают. Даже родные стараются позабыть о таком члене семьи, словно это что-то постыдное. Не знаю, почему я решила начать именно с них, но это правильно. Чувствую, нет, даже уверена, что на верном пути.
– Не мне спорить с магиней такого уровня силы, как у тебя, – вздохнуло вполне по-человечески тысячелетнее приведение.
– Наверное, – пожала плечами я и встала с дивана, – ещё кое-что почитаю и спать.
До самого вечера я гуляла по городу в виде мальчика, с глубоко надвинутой на глаза куфиёй и слушала, запоминала и размышляла. Дети тут болели, но их было очень мало, и волнушка всецело справлялась с поддержанием в них жизни. Со стороны вполне здоровые, а внутри есть проблемы. Но если деток вывезти за пределы Ньеры, они и дня не протянут без настойки, созданной на основе магических водорослей. Я не врач, но с помощью магического зрения точно видела, где именно и в чём заключалась проблема. Если она генетическая, то тут я бессильна, поскольку влиять на такие тонкие материи, как клетки было мне не под силу. Если приобретённая, то с таким справятся целители уровня Маглии.
Зок и остальные мои телохранители растворились в толпе, но я чувствовала их присутствие и была спокойна за свои тылы. Ближе к вечеру, я таки дошла до дома сестры Зока. Девушка, по описанию похожая на Гульхаим, развешивала чистое бельё на заднем дворе двухэтажного обшарпанного дома. Загоревшее до черноты лицо было прекрасно несмотря на морщины в уголках глаз – они появлялись от частого прищура, когда солнце бьёт в лицо. Усталые, даже мученические складки в уголках рта были не по возрасту глубоки и многочисленны. Вот вроде юная девушка, а чуть повернёт голову – и перед тобой забитая, измученная непростой жизнью старуха.
– Доброго дня! – поздоровалась я. Забор был достаточно высок, поэтому пришлось встать на булыжник, чтобы заглянуть во двор.
Услышав мой голос, молодая женщина вздрогнула и резко ко мне обернулась. В глазах какая-то страшная пустота.
– Пить хочу, угостите? Прошу вас.
В ответ молчание.
– А ещё, – я вытянула руку, сжимая ладонь в кулак, – тут нашёл какое-то украшение, кажется, золотое, оно, случайно, не ваше? – мне требовалось, чтобы Гульхаим подошла ко мне как можно ближе.
– Что? – тихо переспросила она, делая неуверенный шаг ко мне. В глубине тёмных глаз мелькнул страх.
– Вот, кольцо. Посмотрите, – спокойно повторила я, – ваше?
Гуля резко, затравленно оглянулась, а потом быстро подошла к забору и протянула руку, коснувшись моей.
Глава 40
Я тут же схватила девушку за тонкую кисть и сжала.
– Смотри мне в глаза, – прошептала я и Гуля последовала чёткому приказу. – Гульхаим, сейчас ты пойдёшь со мной. Иди на шаг позади. Ничего не бойся, рядом с нами будет твой брат, Зок. Мы поможем тебе.
Медленный, чуть заторможенный, кивок. И вот Гуля идёт следом за мной, петляя по узким улочкам Зэлеса. Мы шагали к определённому пункту – Ньере. Я уже облюбовала на озере местечко, куда редко кто заглядывал. Вот и сегодня там никого не было.
Усадив женщину на мягкий, ещё тёплый песок, поймала её блуждающий взор, и заговорила вновь:
– Расскажи, что происходит в твоей новой семье?
– Я-я… – не ответ, а сип какой-то.
Мой взгляд скользнул по тонкой фигурке. Никакого беременного живота. Странно.
– Ты в положении? – и тут же поняла, что это был неправильный вопрос. Девушку буквально током пронзило, затрясло, она взвыла раненым зверем, упала набок и заскребла обломанными ногтями по песку.
Я смотрела на приступ в полной растерянности. Никогда бы не подумала, что стану свидетельницей чего-то подобного. А ещё в глубине души поднялась волна гнева на того, кто сделал это с юной красавицей. Не дав Гуле причинить себе боль, я села ближе и накрыла её руки своими и сжала. Из самого моего нутра по венам потекла магия. Тёплая и ласковая, щедрым потоком пролившаяся на трясущееся тело Гульхаим.
Минута, вторая… судороги стали тише, а из горла лежащей вырывалось лишь прерывистое загнанное дыхание.
– Он забрал его у меня, – мне на мгновение показалось, что ослышалась – настолько тихо она это сказала, буквально одними губами.
– Не мучь себя, просто позволь мне посмотреть самой?
В ответ получила едва заметный кивок. И я прикоснулась к сапфировому кулону на груди. Рядом тут же проявилась хатэ – мой проводник в чужую душу и мысли. Надев шапку на голову, сказала:
– Ляг поудобнее и закрой глаза, – попросила, и когда Гульхаим вытянулась и смежила веки, пересела так, чтобы оказаться над её головой. – Я с тобой. Мы проживём все твои воспоминания снова, но вместе.
Прижав указательные пальцы к горячим вискам притихшей женщины, позвала силу шапки. Она была отличной от моей водно-воздушной магией, шапка могла помочь магу или шаману проникнуть в чужое сознание, помочь отыскать путь к свету и стереть те воспоминания, что мешали жить. Были свои опасности в сей непростой ворожбе, но я была уверена, мой якорь в этой реальности невероятно крепкий, его так просто не сломить. А ещё очень многое зависело от личности колдуна. То есть в данном случае моей.
Такая ворожба носила прозаическое название – ментальная магия.
Вдох-выдох. И ещё раз. Биение сердца всё спокойнее, всё медленнее. Красноватый свет перед глазами, веки закрыты, и солнце просвечивало сквозь кожу, окрашивая всё в алый, постепенно становился всё темнее, словно кто-то, не спеша, закрывал портьеры, погружая меня во мрак ночи.
Шум в ушах от происходящего спустя минуту стих и я "очнулась", чтобы оказаться в тёмном длинном тоннеле.
– Гульхаим? – позвала я, немного напрягшись от пугающей мёртвой тишины.
Тут же, где-то сбоку, как в фильмах ужасов, мелькнул силуэт в белом летящем платье.
– Гуля, помоги мне пройти туда, кому дороги нет.
С каждым мгновением я чувствовала присутствие Гульхаим, пусть незримое, но вполне ощутимое. И ощущала, как женщина колеблется.
– Ты Шаманка? – неуверенно раздалось откуда-то издалека.
– Да. Меня зовут Шариз-Эльхам…
– Так это тебе служит мой старший брат Зок? – голос стал ближе и на градус теплее.
– Он замечательный человек и прекрасный воин, – кивнула я.
– Брат говорил, что ты странная. Но очень добрая. И ещё не только шаманка, но и маг. Я слышала, как ты играла с водами Ньеры в тот день… Сама прийти не смогла, мне было тогда так больно… Кровь несколько дней не стихала, текла и текла. А он… – голос невидимой собеседницы задрожал, – он вливал в меня настойку из волнушки, чтобы я не померла. Чтобы я мучилась дальше рядом с ним. Моё вечное наказание…
– Покажи, – мягко попросила я, – и ничего не бойся. Я рядом с тобой.
Гуля протяжно вздохнула, а потом появилась неподалёку от меня и поманила тонкой кистью, чтобы я следовала за ней в темноту её воспоминаний.
Дагар, супруг Гульхаим, истязал её и не только телесно. Он убивал её духовно. Каждый день давал отраву, чтобы вытравить плод. Заставлял пить, стягивая красивые волосы жены в своей грубой ладони и с силой впихивая отвратительное зелье, что готовила его мать, старуха Висак.
– Я жениться на тебе, гадина! Из-за тебя упустил любовь всей своей жизни! Дочь заклинателя Аэба дала согласие на моё щедрое предложение. А твой мерзкий брат заставил меня взять тебя в жёны, мои мечты порушены. Пока ты будешь жить, избавиться от тебя так скоро после свадьбы – привлечь лишнее внимание, но вот убить твоего ублюдка я могу, и мне за то ничего не будет!
– Это твоё дитя! – шептала, давясь, молодая женщина.
– Он не нужен мне от какой-то нищебродки! – брызжа слюнями, вопил мерзавец.
Зелье надо было принимать в течение нескольких дней, и в этот период Гуля жила, словно в преисподней. Каждую секунду, минуту, часы – она страдала. Девушка любила своего ещё нерождённого малыша, и не хотела с ним расставаться.
Я смотрела на эти картинки из её прошлого, и моя душа леденела…
Прервать связь оказалось непросто, Гульхаим присосалась ко мне, ища человеческого понимания и тепла, но дольше необходимого оставаться в её мыслях нельзя. Поэтому я дёрнулась, как птица в силках, затем ещё раз и, наконец-то, вырвалась на свободу, обессиленно рухнув на холодный песок.
В небе давно мерцали звёзды. Ночь вступила в свои права.
А я лежала и содрогалась от ужаса, переваривая увиденное и услышанное.
– Зок, – позвала я и мужчина тут же вышел из-за густого кустарника, росшего неподалёку. – Отнеси её к нам домой. Я буду лечить её душу. А Маглия поможет с телесными ранами, не всё прошло бесследно.
– Что сделал Дагар? – глухо прорычал мой охранник, закутывая дрожащую от холода сестру в мягкий шерстяной плед.
– Он поплатится за содеянное, – вместо прямого ответа, выдала я.
– Это я виноват, кабы не заставил его жениться на Гульхаим, ничего бы этого не было, – голос воина был глух и тих.
– Твоей вины тут нет, ты не провидец, чтобы смочь предугадать будущее, – покачала головой я. – Будь уверен, Дагар испытает все те муки, что прошла Гульхаим, и даже больше, намного.
Моего обещания было достаточно, чтобы Зок чуть усмирил свой гнев.
– Я иду к Маглие. Ночь будет долгой, поскольку днём появляться на пороге лечебницы мне никак нельзя.
– Рэним за вами приглядит, – предупредил Зок. – Я подойду позже, сразу же, как оставлю Гулю вашей матери.
– Договорились, – кивнула я вставая.
Двигаться по тёмным улицам Зэлеса оказалось весьма волнительно. Жаль, что Арха нельзя было взять с собой, ему бы понравилось. Но светить необычное, мифическое животное всем подряд – сознательно подставиться, привлечь ненужно внимание к моей личности.
Что я хотела сделать с мужем Гули? Всё просто – дать ему выпить то же зелье, коим он поил супругу. О, ему однозначно "понравится". Зловещая улыбка коснулась моих губ. Я вовсе не кровожадная, скорее уравновешенная и не подвержена вспышкам ярости, но тут этот недочеловек перешёл все дозволенные границы. Размышляя обо всём увиденном в сознании бедной женщины, повернула за угол. Я уже находилась недалеко от лечебницы, которая располагалась на окраине города. Улицы здесь были глухими и совсем безжизненными. Повернув за угол очередного здания, услышала плач. А потом удар. Затем протяжный вой, человеческий, но такой отчаянный…
Обернулась, позади не было заметно моих телохранителей, но они точно где-то неподалёку. Думаю, прекрасно меня видят и наверняка последуют за мной. Я же собиралась разобраться с происходящим. Оставить того, кто просит о помощи, никак не могла.
Пройдя на звук, оказалась в каком-то тупичке, слабо освещённом серебристой луной.
– Прекрати ныть! – хлёсткий удар по лицу.
Я же замерла, пытаясь разглядеть детали. Несколько парней возрастом от пятнадцати до двадцати лет, окружили лежащую на земле тощую девочку лет десяти-двенадцати. Из её носа тонкой струйкой текла тёмная кровь.
– Тебе понравится, поверь мне, ещё никто не жаловался! – парень судорожно дёрнул завязки на штанах, не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, для чего он это сделал. Хулиганы-пособники мерзко загоготали, послышались просьбы оставить и им "сладкий кусочек".
– И что это вы все тут собрались на ночь глядя? – не став больше тянуть, заговорила я, непринуждённо облокотившись плечом о стену дома.
Смех и шутки тут же оборвались, каждый из участников резко дёрнулся, разворачиваясь ко мне.
– О-о, кто это к нам пожаловал, – стоило главарю шайки и всем остальным рассмотреть меня – тощего мальчугана, который выглядел даже младше их жертвы, пластом лежавшей на стылом песке, как былая уверенность воротилась в их злобные взоры. – Дядька Мол любит мальчиков, мы тебя ему подарим!
И шагнул ко мне, за ним все остальные. Но пройдя несколько шагов, вдруг притормозили. Глаза бандитов расширились – в них поселился самый настоящий страх.
– Господин? – позади меня плотными тенями воздвиглись мои воины.
Я вскинула руку с раскрытой ладонью, останавливая своих людей.
– Тут я сама. Такой мерзости нет места в этом мире. Общество ничего не потеряет, если их не станет, – каждое слово камнем падало на утрамбованную землю и острыми шипами впивалось в мозг стоявших напротив нас недолюдей, собравшихся насиловать ребёнка.
– Господин, – поклонился Рэним, отступая в сторону. Буду ли я использовать магию? Нет, сегодня мне хватит и клинка.
Глава 41
Они не боялись меня. Их больше смущал, блеснувший в свете луны, клинок, возникший в моей правой руке, как из воздуха. А ещё взоры малолетних насильников часто перебегали с меня на стоявших в глубокой тени рослых воинов. Парни сразу же усекли, что перед ними кто-то из богатеньких, а позади мальчугана, то есть меня, его многочисленная охрана.
– Не смотрите на них, – сказала я, замирая на полуразрушенной лестнице, – если сможете победить, то вас отпустят. Раните, уйдёте.
– Ты… Вы… – тот самый главарь шайки прочистил горло, явно сведённое судорогой от переживаний, – обещаешь-ете?
– Воины мои, – не оборачиваясь, повысила голос, чтобы слышали все, – если хоть кто-то из них ранит меня, отпустите их и не преследуйте.
– Слушаемся, господин, – за всех ответил Рэним, мне даже глядеть в их сторону не нужно было – каждый телохранитель склонил голову, соглашаясь с приказом.
– Заберите девочку, – добавила я, спокойно глядя прямо перед собой.
Двое бойцов, чеканя каждый шаг, устремились напрямик к нестройной шеренге замерших бандитов. Те, от греха подальше, мигом отскочили в разные стороны, чтобы их не протаранили мои воины. Грязные трусы, ударение можно и так поставить и эдак, всё одно.
Девочку на руки взял Рэн, второй прикрывал ему спину, пока заклинатель нёс её в безопасное место. Они прошли мимо меня, и я успела рассмотреть лицо бедняжки: бледное, с чёрными синяками под глазами, всё в страшных кровавых разводах.
Неожиданно ребёнок открыл глаза и посмотрел точно на меня, кровоточащими сухими губами едва слышно пробормотала:
– Спа-си-бо…
Я молча кивнула. Мне нечего было сказать в ответ. Ребята уж точно смогут о ней позаботиться, как минимум догадаются дать воды.
– Приступим? – спросила я, делая ещё один шаг вниз.
Эти шакалы, поняв, что им всё может сойти с рук, тут же оскалились. В их горящих животным огнём глазах я прекрасно видела, насколько они жаждут убить богатого выскочку, не ранить, а именно прикончить. Потом сказать, что не рассчитали силу: вон, какой маленький и давить на мною же данное обещание – отпустить.
Ещё один шаг, второй, третий… и вот я стою на песке импровизированной арены, окружённой старыми заброшенными домами с пустыми чёрными провалами оконных глазниц. Ветер играл с мусором, в достатке лежавшим то тут, то там. Ерошил выбившиеся из причёски пряди моих волос, а лунный свет заставлял вглядываться в чумазые лица парней. Некоторые из них ведь ещё дети, подростки, но всё же дети. Мне не хотелось их убивать, разве что только тех, кто собирался нанести девочке непоправимый физический и эмоциональный вред, поскольку точно делали это раньше.
– Лишить вас памяти? – задумчиво пробормотала я, медленно выходя в центр площадки, – залезть в ваши бедовые головы, покопаться в них, стереть многое, и помочь вам начать всё с нуля? Опасность лишь в том, что если лишить вас большей части воспоминаний, то вы превратитесь в безмозглых баранов, каждый из вас станет чуть ли не растением. Нет, это жестоко, гораздо хуже смерти. Что же мне с вами делать?
– Чего ты там бормочешь? Прекрати нести бред, – фыркнул главарь. – Сейчас мы поучим тебя уму-разуму, ты сам напросился и папенька сегодня тебе не поможет. А ну, давай, покажи, на что способен! – и бросился ко мне, взмахнув своей неплохой, в общем-то, саблей. Следом за ним кинулись все остальные.
Легко увернувшись, пропустила мимо себя чей-то грубый прямой удар. Каждый из них не был бойцом, будто все они дети дровосеков: коряво, неумело. А главное, медленно…
***
Интерлюдия
Рэним тревожно смотрел на юную госпожу, следя за каждым движением девочки. Он восхищался смелостью принцессы и ругал её за глупость, но противиться прямому приказу маленькой повелительницы не посмел. Ко всему прочему Шариз-Эльхам была Шаманкой рода, и магиней. Его бы просто не поняли. Оставалось лишь смотреть и молиться, чтобы маленькая Эльхам оказалась столь же искусной в бою на шамширах, как в своей магией.
И она не разочаровала…
– Откуда?.. Такие навыки? – спросил Горэн, заворожённо следя за боем, точнее, за избиением младенцев, в которых неожиданно превратились мелкие засранцы. – Я думал, принцессу ещё не начали учить сражаться.
– Значит, ошибся. Посмотри на стремительность, как правильно она оценила свои шансы против них. Узнаёшь танец?
– Один в один Повелитель Горн! Дочь двигается, как отец!
Тем временем Шариз поднырнула под руку одному из врагов и чиркнула прямо по рёбрам, оставив глубокий кровавый след, тут же крик боли, присоединившийся к нескольким таким же. Один удар – один лежачий, который больше не мог встать.
На закуску остался главарь. Заметив, что он один и у него более нет помощников и живых щитов, парень тут же кинул свою саблю и поднял трясущиеся ладони вверх.
– Не убивай меня, молю… – слёзно попросил он, упав на колени.
– Что думаешь? – осведомился Горэн, покосившись на молчаливого Рэнима.
– Она никого из них не убила, значит, измыслит иное наказание, даже не уверен… возможно, смерть была бы для них милосерднее.
– Полагаешь? – вскинул тёмную бровь Горэн.
– От нашей принцессы можно ожидать всё что угодно. Всегда знал, что в городе по своим вонючим норам прячутся вот такие мрази, ведаю, что на них денно и нощно идёт охота, очень осторожные твари… Но встретить их вот так, считай, в начале ночи невероятно! Кажись, крысы осмелели.
– Судя по настрою нашей госпожи, некоторых из них мы сегодня прикончим.
– Да будет так!
Мужчины вели беседу, при этом продолжая цепко следить за "полем боя", дабы не упустить ножа в спину маленькой госпожи. Между тем девочка сделала плавный, скользящий подшаг к стоящему на коленях мерзавцу, взмахнула мечом и чётко одним движением прижала острие шамшира прямо над кадыком, отчего сдавшийся боялся лишний раз сглотнуть.
– Ты сейчас же расскажешь мне, кто такой дядька Мол и где его найти. А дальше я решу, что с тобой делать. Но в любом случае не надейся избежать наказания. Своими откровениями ты можешь лишь облегчить их, и даже остаться живым, сохранив все части тела. Но, знаешь, не мне решать, – девочка резко убрала саблю в сторону, чиркнув по коже и оставляя кровавую полоску, сама же наклонилась так, чтобы оказаться с парнем практически лицом к лицу. – Твою участь решит Горн Наннури, – в глазах насильника мелькнул дикий страх. – Вяжите их всех! – отступив на пару шагов от поверженного противника, приказала девочка. – Мы идём в гости. И это не лечебница.
