Текст книги ""Фантастика 2026-62". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)"

Автор книги: А. Таннер

Глава 16

Стих мой – о воле и власти.

Разве о боли?

Разве о счастье?

И кем измерено, и чем поверено

Страданье каждого на его пути?

Но каждому из нас сокровище вверено,

И велено вверенное – донести.

"Не о том (Отвечавшим)" Зинаида Гиппиус.

Я стояла на причале и с интересом рассматривала торговые корабли. Пузатые высокобортные одномачтовые парусники, перевозящие товары.

Как инженер я когда-то изучала историю кораблестроения и представшие моему взору средневековые образцы точно были коггами – «круглыми кораблями» (от древнегерм. kugg – круглый). Насколько я помнила, данные модели не могли развивать большую скорость хода, зато брали на борт большой груз, что и требовалось укреплявшему свое положение купечеству. Конструкция и такелаж обеспечивали груженым коггам хорошую устойчивость.

А ещё это были самые настоящие крепости, понятно почему пираты обломали зубки об эти крепкие орешки. На носу и на корме каждого корабля было отведено много места для стрелков из лука. На всех суднах точно посреди палубы были установлены мачты, собранные из нескольких брёвен. На мачтах закреплены специальные «бочки» для наблюдателей и лучников, оборудованные системой блоков, чтобы поднимать наверх боеприпасы. Там вполне могла разместиться дюжина лучников или арбалетчиков.

Хорошие корабли. И при этом прекрасно сделанные. Надёжные.

– Ваше Высочество Элоиза! – хором воскликнули трое богато одетых мужчин, низко мне поклонившись. А следом за ними и все остальное члены экипажа переломились пополам.

– Можете встать, – спокойно ответила я, восхищённо поглядывая на величавые когги, – вижу вас немного потрепало? – заломила бровь, указывая взглядом на несколько треснутых досок.

– Да, Ваше Высочество, – вперёд вышел полный, даже тучный мужчина с густой чёрной бородой, говорил он с лёгким акцентом, – прошу вас оказать нам честь и осмотреть наш скромный товар.

Я про себя тихо хмыкнула, готова поспорить на пол королевства, что товары их далеки от скромности. Впрочем, так и оказалось.

Мне хотелось начать с дальнего корабля, что-то тянуло меня к нему, какая-то непреордолимая сила. Усилием воли отогнав непонятные чувства, я направилась к ближайшему судну.

На первом корабле везли ткани, тончайший шёлк, и его вид – абровый шёлк, очень красиво сделанный, я тут же зацепилась за один отрез и уже не смогла отказать себе в удовольствии – купила. Фрейлины, предупреждённые мной, что сегодня они могут "оторваться по полной", без оглядки и стеснения окунулись в шоппинг.

Трюм был забит под завязку не только тканью, но и разнообразной посудой из серебра, золота и даже мутного сткекла, но и ювелирными изделиями. Особое моё внимание привлекли ящики, стоявшие чуть в стороне и крепко перевязанные между собой, а верёвки примотаны на штыри, торчавшие из пола.

– Что у вас там, уважаемый Сейха? – спросила я, оглядывая примечательную конструкцию.

– Ооо, – округлил он глаза, – это особый королевский заказ Его Величества Вильгельма Первого – посуда из фарфура. Его никак продать не могу, – добавив печали в голос, сказал он.

– А взглянуть? – лукаво уточнила я, – хоть одним глазком?

Мужчина помялся немного, но отказать возможной королеве Англосаксии, даже с мизерными шансами взойти на этот самый трон, он никак не мог. Поэтому вскорости одну коробку всё же вскрыли. И я посмотрела на посуду неплохого, даже отменного качества для этого времени. Чаша, которую мне преподнесли, как самое хрупкое в мире стекло, скорее всего предназначалась для омовения рук.

– В этом сосуде Его Величество сможет обмыть лицо и руки, – подтвердил он мои догадки.

– Где вы это закупили? – посмотрела я тому в глаза. Не верится, что Китай этого мира уже открыл свои границы. И по глазам поняла – не скажет. Ну да ладно, я могла бы надавить авторитетом, но зачем мне это нужно? Лучше попробовать подружиться. – Так вы говорите, что назад пойдёте в начале весны?

– Да, Ваше Высочество, – с поклоном ответил Сейха.

– И тогда же вы можете заглянуть к нам ещё раз? – продолжила говорить я, – у меня будет, что вам предложить на продажу.

Мужчина задумался на мгновение и осторожно уточнил:

– Могу я узнать, что именно Ваше Высочество хочет нам предложить?

– Можете, но я вам не смогу показать даже образец, но, – хитро посмотрела я ему в глаза, – будьте уверены, ничего подобного вы в жизни не видели.

– Мне остаётся поверить лишь вам на слово, – снова поклон и полный сомнения взгляд.

Ну-ну, посмотрим, как ты запоёшь, когда возьмёшь в руки самый настоящий хрусталь, производство которого я планирую наладить за три зимних месяца.

На первом корабле я не задержалась надолго, а вот девочки, кажется, были потеряны для общества по крайней мере ещё на час. Они разглядывали украшения, готовые платья, необычную обувь без длинных носов (кстати, также предназначенные на среднюю ногу).

А я взошла на борт второго корабля и окунулась в ароматы экзотических специй и благовоний[4]4
   Основным центром торговли пряностями стал Константинополь, куда пряности свозили арабские купцы и через византийских купцов продавали их европейским купцам. Кроме того, активная торговля пряностями велась на Пиренейском полуострове, где арабы непосредственно соприкасались с европейцами.


[Закрыть]. Маленький мешочек с чёрным перцем был равен двум таким же мешочкам с золотом, которые перекочевали из рук недовольного лорда Райта в довольные лапки Сейха. Но отказать себе в этой слабости я не смогла.

За фунт мускатного ореха купец запросил овцу (экипаж нужно кормить). Но я отказалась и предложила просто купить животное. Мускатный орех я не любила.

Также я не удержалась и прикупила сушёных[5]5
   В средние века зажиточные европейцы, помимо местных сушеных груш и яблок, употребляли привозимый из дальних странствий ароматный изюм, экзотические финики и инжир, целебные сухие цитрусовые. Доказано, что в монастырях средневековой Европы сухофрукты были обязательным атрибутом ежедневных трапез. Местные сухофрукты: яблоки, груши, сушеную сливу и вишню употребляли каждый день, а привозные (лимон, инжир, финики, изюм) появлялись только на праздничных столах. Именно в средневековье на территории современной Германии появился рецепт легендарного рождественского пирога из сухофруктов.


[Закрыть] фруктов от абрикосов и до фиников. Побалую верных мне людей.

– А что у вас на третьем этаже? – полюбопытствовала я, спускаясь по ненадёжным сходням.

– Там особые заказы, Ваше Высочество, – замялся Сейха, – очень особые, – выделил он слово интонацией, – и их уже ждут хозяева.

Он прекрасно понимал, что скрывать от меня подобную информацию не стоит, я так или иначе могу послать гвардейцев и прошерстить всё судно сверху донизу.

– Хочу взглянуть, – мотнула я упрямо головой. Необъяснимое чувство тревоги охватило меня с самого начала променада по купеческим заморским кораблям.

– И если мне не понравится то, что я увижу… – мой взгляд был более чем красноречив. Сейха сглотнул комок – кадык судорожно дёрнулся вниз и вернулся на место.

– Это всего лишь заказы, Ваше Высочество, – зачастил он, – мы всего лишь торговцы, исполнители. Не более того.

Не вслушиваясь в его речь, я устремилась на третью коггу.

– Прошу Вас, Ваше Высочество, не стоит, – запинаясь бормотал торговец, отстав от меня на шаг.

А через полчаса – столько времени потребовалось матросам вывести из трюма "живой" товар, передо мной выстроились в два ряда люди: мужчины, женщины разных возрастов.

Все выглядели ухоженными, видно было, что за ними всё же присматривают, обмывают и дают достаточно еды и воды, чтобы те не заболели.

– Эти – колдуны и колдуньи, – кивнул Сейха на людей в первом ряду. На каждом из них были надеты толстые серебристые ошейники, – этот металл не позволяет им колдовать, сдерживает их силу. Поэтому вам не стоит их опасаться.

Я внимательнее вгляделась в возможных магов. Насчитала пять человек. Три женщины неопределённого возраста и два молодых человека.

– Эти просто красивы и экзотичны, обучены искусству удовлетворения мужчин и женщин, – ткнул он толстым пальцем в пленников во втором ряду. Их уже было гораздо больше – десять человек.

– Говорите, их уже купили? – прищурилась, но Сейха не успел ответить. В этот момент на палубу два дюжих матроса вынесли небольшой ящик, прикрытый тёмной плотной тканью. Из короба доносились странные, едва слышные, жалобные звуки.

– Сэр Джейми, прошу вас, – кивнула я на клетку, и мой телохранитель тут же, резким движением руки, сдёрнул пыльную ткань, откинув её прочь.

Глава 17

Они приходят к нам, когда

У нас в глазах не видно боли.

Но боль пришла – их нету боле:

В кошачьем сердце нет стыда!

Смешно, не правда ли, поэт,

Их обучать домашней роли.

Они бегут от рабской доли:

В кошачьем сердце рабства нет!

"Кошки" Марина Цветаева.

Покрывало было скинуто и я уставилась, онемев, на забитое маленькое существо. Оно было грязным, тощим, и в его облике сложно было угадать будущего царя зверей. Но это, несомненно, был самый настоящий львёнок.

– Что вы с ним сделали!? Он не доедет живым… – это были первые слова, которые я смогла из себя вытолкнуть. Комок слёз подкатил к горлу. Мне было дурно. Единственное желание – как можно быстрее прочь отсюда, лишь бы не видеть умирающее животное и этих покорных судьбе и человеческой воле рабов. Ни один из них не попросил помощи, они стояли и равнодушно смотрели на окружающих. Хотя… о чём это я? Для них неизвестная богато одетая девица – такая же как все. И доброго от меня ждать не стоит, а может и вовсе – я ещё хуже их прежних хозяев.

Взяв себя в руки, заставила вслушаться в бормотание купца.

– Ваше Высочество! Мы не истязали его, он отказывается принимать пищу! Рычит и кусается, если мы пытаемся к нему прикоснуться! – толстый палец, унизанный перстнями с драгоценными камнями, осуждающе ткнул в львёнка. – Он не принимает из наших рук ничего, разве что воду иногда пьёт…

Сейха резко замолчал, повинуясь моему останавливающему жесту.

– Только вы так хорошо говорите на англосакском? – уточнила.

– Да, Ваше Высочество, только я. Остальные с трудом понимают вашу речь, и знают несколько простых слов, – ответил он, судорожно сглотнув.

– Львёнок помер в дороге, – сказала я тихо, приблизившись к торговцу практически вплотную, – животное я немедленно забираю в замок. Пусть клетку снова прикроют.

Купец кивал, не смея возразить.

– Сегодня вечером жду вас в замке Уолло на ужин и беседу. Очень важную беседу, – надавила я голосом и Сейха обречённо кивнул.

– Уходим, – обернулась я к сэру Локвуду и королевским гвардейцам, что недвусмысленно держали ладони на рукоятях мечей.

– Сэр Локвуд, – позвала я, и верный страж тут же оказался рядом, – не стоит оставлять корабли без присмотра.

Рыцарь понятливо кивнул, довёл меня до моей кареты и, оставив двух гвардейцев для пригляда, испарился выполнять поручение. Я же откинулась на спинку сиденья и задумалась. Ход моих мыслей прервал шум весёлых голосов: фрейлины, довольные безмерно, впорхнули в экипаж, где уже сидела я.

На третий корабль их не пустили, впрочем, они и сами не рвались на его борт.

Устроившись, принялись делиться со мной впечатлениями от покупок. Но через несколько минут всё же заметили моё хмурое настроение и смолкли, недоумённо переглядываясь.

– Ваше Высочество, – обратилась ко мне леди Маргарет, – что-то случилось?

Я устало вздохнула и ответила:

– Ничего такого с чем я бы не справилась, – более вопросов не последовало и через десять минут, когда покупки и клетку с детёнышем, погрузили в другую карету, мы тронулись в путь.

А я вернулась к своим размышлениям. За живой товар заплатили. И я больше, чем уверена, что это была очень приличная сумма. Скорее всего она у меня наберётся, но это значит, что многие мои планы останутся лишь планами. В принципе торопиться мне некуда, но и не мочь сделать то, что было задумано на определённый отрезок времени я тоже никак не могу.

А значит, придётся чем-то поступиться. Нелёгкий выбор, если честно.

Возвращение в замок было унылым. Девушки, чувствуя моё настроение тоже погрустнели.

Выбравшись из экипажа с помощью лорда Райта, я первым делом распорядилась.

– Львёнка накормить на замковой кухне. Держите меня в курсе касательно самочувствия малыша.

– Будет сделано, Ваше Высочество, – ответил лорд Райт, но я видела, что от вопросов дотошного советника мне не отделаться, поэтому просто кивнула и поспешила к себе. Мне хотелось побыть одной и подумать.

Расположившись у горящего камина, медленно пила горячий, согревающий взвар с мёдом. Всё же на улице, несмотря на солнечный день, было достаточно прохладно, а уж на реке тем более. Я грелась и думала, думала…

Осторожный стук в дверь отвлёк меня от размышлений.

– Ваше Высочество, – внутрь вошла леди Маргарет, – там кухонный рабочий пришёл, говорит, что зверь отказывается от всего, что ему предложили и даже успел цапнуть помощника повара.

– Ну что же, – вздохнула я, – придётся брать ситуацию в свои руки.

На кухне я оказалась в рекордно быстрые сроки, хотя идти до неё очень приличное расстояние. Девушки, увязавшиеся вслед за мной, даже не запыхались. Вот что значит делать по утрам зарядку.

Львёнок нашёлся всё в той же клетке, жалобно порыкивая, он лежал на тонких лапках и равнодушно смотрел по сторонам.

– Молока парного, – скомандовала я.

Люди же встали на колени при виде меня и низко склонили головы.

– Встаньте, – еле удержалась, чтобы не выплеснуть на ни в чём не повинных людей своё раздражение. Они ведь не виноваты, что львёнок в таком состоянии. Да и видели они такое животное скорее всего впервые в жизни. – Жак, – обратилась я к своему повару, – молока тёплого, чистую тряпицу. Поскорее.

Тот понятливо кивнул и хлопнул в ладони, призывая всех очнуться и начать выполнять мои приказы.

– Не трогайте его, Ваше Высочество, – неизвестно каким образом рядом со мной материализовался сэр Локвуд, – это дикий зверь. Укусит и вы останетесь без руки.

– Сэр Джейми, не смешите меня, – улыбнулась я, глядя на едва движущегося львёнка, – он сейчас даже мухи не обидит.

– Не скажите, Ваше Высочество, – сказал Жак, держа в одной руке кувшин с молоком, а в другой запрошенную тряпицу, – оно успело укусить Роша за палец. Довольно глубоко, кровь до сих пор капает.

– Пусть Рошу на рану польют самое крепкое вино, – тут же нахмурилась я, – и отведите его к травнице, она очистит рану.

Белла прочно заняла место травницы в замке. Способностями не светила, немного помогала ускорить процесс заживления, не более. Люди уже оценили её таланты и считали гораздо более сведущей, в сравнении со старой Груней, которую, по моему мнению, давно пора было отправить на заслуженный отдых.

Я молча подошла к клетке и откинула щеколду с дверцы. Створка с тихим скрипом отворилась. Львёнок открыл гноившиеся глаза и устало посмотрел на меня. Я, стараясь не делать резких движений, протянула к его носу пальцы, давая понюхать и привыкнуть к моему запаху.

– Какой ты красавец! – тихо, но твёрдо сказала я, – вот поправишься и я обязательно подарю тебе крутое имя. И в клетке ты больше никогда сидеть не будешь. Весь Уолло будет в твоём полном распоряжении.

С каждым произнесённым словом толпа, окружившая меня и клеть, отступала всё дальше, видать людям не понравились мои обещания.

Словно понимая о чём я говорю, львёнок ткнулся в мою ладонь тёплым носом и тихо рыкнул.

Осмелев, я погладила его по спутанной, грязной шерсти, а через минуту и вовсе обнаглела – подняла его и усадила прямо на свои колени.

Толпа синхронно ахнула. В их возгласах слышались нотки страха и восхищения.

– Мой ты хороший, – гладила я тугую короткую шёрстку, под слоем грязи было видно, какого она красивого песочного цвета, – обязательно искупаемся, ты же повелитель зверей!

Урчание превратилось в почти кошачье мурлыканье.

– Жак, вот сюда поставь бутыль и положи тряпку. – указала я на место рядом с собой.

Приказ пришлось повторить ещё раз – поварёнок не сразу понял, о чём я ему говорю.

Скрутив тряпицу в жгут, обмакнула в тёплое молоко и приставила влажный кончик ко рту животного. Тот сначала фыркал, вяло отворачивался, но я была настойчивее и в итоге влага с импровизированной "соски" была высосана.

– Вот и отлично, ну-ка, давай повторим, – бормотала я, забыв о том, что я, как бы принцесса, и мне по статусу не положено сидеть на каменном полу замковой кухни и лично кормить львёнка.

Мне было всё равно. Я наслаждалась мгновениями.

– Умничка, мой ты хороший! – приговаривала я, почёсывая зверя за ушком.

Тот уже спал, "высосав" треть кувшина.

– Сэр Локвуд, возьмите малыша и отнесите ко мне в покои, – распорядилась я негромко.

Мужчина без тени страха или сомнений, очень осторожно подхватил спящее животное, и бесшумно покинул кухню.

Я же с помощью фрейлин поднялась на ноги, уже порядком затёкшие и даже озябшие немного, посмотрела на молчаливых людей.

– Ваше Высочество, а откуда вы знаете, что это за зверь такой диковинный? – за всех поинтересовался Жак.

– Читала в древних свитках. Даже рисунки видела, – не моргнув глазом, сказала полуправду. – Ну всё, побездельничали, да и хватит. Возвращайтесь к работе, – устало улыбнулась всем, – и старайтесь сильно не болтать.

Конечно, сплетни разлетятся со скоростью света. Запрет не болтать я дала скорее просто по привычке, прекрасно зная, что день-два и о произошедшем будет знать вся округа.

Но лев – это не колдуны. Меня ждал серьёзный разговор с купцом. И решение касательно его "живого" товара я уже приняла.

Глава 18

Много зла и коварства таится кругом,

Ты друзей не найдешь в этом стаде людском.

Каждый встречный тебе представляется другом,

Подожди: он окажется лютым врагом.

"Много зла и коварства таится кругом" Омар Хайям.

Интерлюдия

Город-порт Бристоль

Его Высочество Антуан Ричард

Молодой принц сидел за широким столом из красного дерева с дорогой резьбой на ножках и по краям. И слушал доклад личного помощника, с которым работал с самого начала.

– Ваше Высочество, флот неимоверно разросся за эти несколько лет, уже практически нет места в Дальней бухте для кораблей.

– Джонсон, шторма начнутся через пару месяцев, зиму пусть стоят, – перебил Антуан, не дослушав советника, – а потом мы отправим их на маленькую войну, пора посмотреть мой флот в действии, – хищно добавил он, поправив прядь вьющихся волос.

В центре плана молодого принца был флот. Антуан с двенадцати лет ездил в Бристоль, проводил очень много времени за изучением кораблестроения, навигации, организовав и подготовив свой собственный флот с громким названием Королевские пираньи.

Антуан Ричард Уэстлендский всегда стремился стать королём. Лорд Итан Джонсон работал с принцем, как только ему исполнилось десять лет и уже тогда мальчик был гениален. Прирождённый стратег и интриган. И в нём не было зла, как, например, у Её Высочества Элизабет Матильды.

Иными словами, даже на старте, Антуан Уэстлендский уже была впереди остальных.

– Что там мои родственнички? – спокойно спросил принц, подписывая какой-то документ.

– Её Высочество Элизабет послала в Бристоль больного чёрной хворью. Обезвредили.

Высоко вскинутые брови Антуана, дали ясно понять, что он ждёт деталей.

– Впрочем, она также поступила и с другими. До Его Высочества Роберта страшная посылка дошла, у них город перекрыли, принц сидит в замке и носа не кажет. А до Её Высочества Элоизы чумной ещё не добрался. Стоит ли ей отправить голубя с предупреждением?

Антуан откинулся на спинку кресла и прищурил голубые глаза. Решение он принял мгновенно:

– Нет.

Лорд Итан коротко кивнул.

– Можешь идти, – отпустил его Антуан коротким взмахом руки.

Советник тут же подскочил и, низко поклонившись, вышел прочь.

Оставшись один, наследный принц медленно поднялся из-за стола и подошёл к горевшему камину.

– Будет жаль, если вы погибнете, – тихо сказал он вслух, – особенно Роберта. Но это игра. А победителей не судят, – помолчав немного, весело хмыкнул, покачав головой, – Элизабет, как же грязно ты играешь. И глупо. Следует тебя наказать. Это моё королевство и мои подданные. Стоит обдумать варианты, – он потёр длинными пальцами виски, после чего вернулся на рабочее место, чтобы обдумать пришедшие в голову варианты.

* * *

Город Бирмингем

Роберт Бонэм Уэстлендский

– Мэтью, отпишите Лои, – устало сказал он, – есть вероятность, что мы успеем её предупредить о посылке.

– Разведка доложила, что это Её Высочество Элизаберт Матильда постаралась.

– Плохая у нас разведка, Мэт, – силы покидали юношу, и он прикрыл свинцовые веки, – просто отвратительная…

Лорд Мэтью Тэйлор поднялся и подошёл к распахнутому окну. И тут же в его взгляде мелькнула обречённость: столбы тёмного дыма горели повсюду. Её Высочество Элизабет – сумàсшедшая. Уничтожить половину города, ни в чём неповинных людей только, чтобы убить младшего брата? Она точно ненормальная.

Он отпишет Её Высочеству Элоизе, но навряд ли эта девчушка что-то сможет сделать против надвигающейся угрозы. Лорд Мэтью запомнил её, как добрую, ничего не смыслящую в политике девчушку. Божий одуванчик. Принц Роберт чувствовал себя неважно, и лорд Томас опасался, что он заболел. Хотя особых проявлений болезни пока заметно не было.

* * *

Город Йорк

Элизабет Матильда Уэстлендская

– Пирс, – обратилась она к своему советнику, – вышло?

– Ваше Высочество, – склонил голову мужчина, внутренне содрогаясь от безумного блеска бледно-голубых глаз принцессы, – посылки отправлены. До вашего старшего брата не дошла – перехватили.

– Этого и следовало ожидать, – почему-то довольно кивнула девушка, – Антуан умён. И предусмотрителен.

– До Роберта Бонэма дошли. Город закрыт на карантин.

– Ух! – весело рассмеялась Элизабет, – неожиданно. Но я думала, и он играючи справится с этой проблемой. Видать братцу Роберту вовремя не доложили. Плохо работают его люди в моём окружении. А что там с маленькой Элоизой?

– Пока неизвестно, – покачал головой лорд Пирс Вильямс, – она живёт в такой глуши, что все сообщения от наших шпионов приходят с большим опозданием.

– Епископ Керье очень полезный человек в стане врага. Жаль, если помрёт от чёрной смерти. Но ничего. Незаменимых не бывает, Вильямс, – хищный взгляд принцессы проморозил нутро советника, – вы должны это понимать, как никто.

Лорд Вильямс судорожно сглотнул, но тут же опомнился и склонился чуть ли не до каменного пола. Не стоит показывать свой страх принцессе. Это чревато.

– Передайте святым отцам, что я собираюсь посетить их резиденцию в Лестере до первого снега. Они обещали показать мне своё великое оружие, хочу убедиться, что наш с ними договор заключён не зря.

Советник принцессы кивнул и степенно вышел, сдерживаясь, чтобы не побежать. Куда подальше от Элизабет Уэстлендской, да и из замка, а, может, и вовсе из Королевства.

Если девчонка сядет на трон, он даже боялся представить, чем это может обернуться для них всех. Чудовище, а не принцесса.