Текст книги ""Фантастика 2026-62". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)"

Автор книги: А. Таннер

Соавторы: Айлин Лин,Ал Коруд,Борис Сапожников
сообщить о нарушении

Текущая страница: 129 (всего у книги 352 страниц)

Глава 7

Интерлюдия

Князь Вадбольский Иван Тимофеевич, дворянин московский и воевода, сидел в своей карете и старался отдохнуть: всё же кости уже не те и от долгой езды верхом нещадно ноют и болят. Напротив него, обмахиваясь веером, расположилась красивая женщина, и даже едва заметные морщинки не портили её высокий белоснежный лоб. А серо-голубые глаза, такие же, как и у младшего сына Данилы, смотрели на супруга с пониманием и лёгкой насмешкой.

– Жаль, что на свадьбу не смогли поехать, – устроившись удобнее, в который раз пожаловался князь Екатерине Павловне, – и какая она, наша невестка, будущая королева Англосаксии? Кто бы мог подумать, что четвертый ребёнок Вильгельма вскорости займёт трон. Я, должен признаться, и не рассчитывал на подобный исход.

Княгиня решила, что молчать более – будет верхом неприличия и всё же ответила:

– Дорогой мой супруг, кажется мне, наша невестка непростой человек. Если судить по тем делам, что ею уже были сделаны, то это человек большого ума и достоинства. Посему совет тебе мой, может пригодится: не предлагай ничего, могущее поставить нашу семью и русичей в неудобное положение. Различные преференции по ценам, али редким товарам, подобное, думаю, Её Высочеству Элоизе, не придётся по душе. Захочет, сама предложит.

– Интересные слова ты говоришь, Екатерина Павловна, весьма занимательные. Я предполагаю, что преференции нашей семье – само собой разумеющееся условие!

Помолчали.

– Намаялся я, так далеко ехать... Но оно того стоит, бесспорно стоит, – пробормотал мужчина и через некоторое Екатерина Павловна услышала посапывание.

Отодвинув светлую занавеску от окна, посмотрела на проплывающий мимо зелёный лес. Первый месяц лета. Подняв кружевной платочек с искусно вышитой монограммой в уголке, неспешно отёрла лоб.

Мысли женщины текли плавно, размеренно, впрочем, как и вся её жизнь. Замуж её выдали по уговору, но она не жаловалась: супруг её Иван Тимофеевич оказался неплохим мужчиной и крепким хозяином. Жили она в большом достатке, растили детей, в которых души не чаяли. Князь любил Алексея – старшего сын, а вот она – Данилу, её полную копию. И пусть ей, как женщине, воспитанной в строгости и скромности нельзя было путешествовать, но никто и никогда не запрещал ей читать труды великих странников, побывавших в самых разных частях света и написавших о них невероятные истории.

Екатерина Павловна жаждала куда-нибудь отправиться, и такая возможность ей предоставилась благодаря Даниле. Парень вырос в красавца-мужчину, один был минус – у него проснулась магия, и родители старались скрывать её так долго, как могли. Но пришло время, Данила стал мужчиной и принял решение покинуть отчий дом и отправиться за приключениями.

Ход мыслей мечтательной и очень умной женщины, авантюристки в душе и благовоспитанной леди снаружи, прервал громкий крик возницы.

Князь мгновенно распахнул глаза:

– Сидите тихо, дорогая, наружу не кажите даже носа! – и, распахнув карету, весьма шустро спрыгнул на землю.

Сердце княгини дрогнуло: её трепетную душу затопили противоречивые чувства. С одной стороны ей было страшно, а вдруг напали разбойники? С другой – вот они, настоящие приключения, она так давно мечтала оказаться в самом их эпицентре.

Ждала, гадала, но мужа не ослушалась и замерла на месте, лишь пальцы судорожно комкали платочек.

– Дорогая Екатерина Павловна, – дверца резко распахнулась, и внутрь экипажа заглянул Иван Тимофеевич, – всё в порядке, впереди лежит каменная дорога аглосаксонцев. Много о ней слышал, но ни разу не видел, хоть и просил совет Велкого Князя закупить такое на Русь. Но Великий Князь был непреклонен, посчитав, что наши дороги итак хороши.

– Ах, вот оно что, – пробормотала княгиня, пока супруг устраивался напротив неё, карета тронулась и она, отодвинув занавеску, выглянула наружу.

А вообще женщина считала, что на Руси дорог нет, так, направления, но благоразумно держала подобные мысли при себе.

Разницу между каменной дорогой и той колеёй, по которой они ехали практически всё время, ощутили все: колёса перестали нещадно скрипеть и стонать, и даже подушки, подложенные под попу, уже не особо и нужны были.

– Какая разница большая, дорогой мой Иван Тимофеевич! – воскликнула женщина, удивлённо качая головой, – попробовал бы сам Великий Князь по такой земле проехаться, точно закупил для Руси всё необходимое.

– Я подумаю, может у нас на землях сделаем. С Данилой переговорю, может отцу совсем бесплатно сделает.

На его слова Екатерина Павловна лишь едва заметно осуждающе покачала головой.

Такая дорога была всего одна и шла она сквозь города к самому сердцу королевства – столице.

– А от городов то, таких дорог нет, – ухмыльнулся глава княжеской охраны, воевода Петрович, обращаясь к рядом с ни едущему князю.

– Дай время, везде построят, – уверенно заметил Иван Тимофеевич, – я уже оценил удобство, и увеличившуюся скорость передвижения. И кони устают меньше, подковы еще ни одна не отвалилась. Одни достоинства.

Петровичу нечего было возразить, он и сам понимал, что сморозил глупость, но его широкая душа не могла принять того факта, что где-то есть, а на его любимой Родине нет.

– И у нас будет, – словно прочитав его мысли, добавил князь и подхлестнул коня, ускоряясь.

***

В столицу Королевства въезжали с помпой, под шумные выкрики весёлой толпы.

Их встречали представители Вильгельма Первого и сопроводили до королевского дворца.

По правилам, принятым в Англосаксии, гостям дают время до последующего приёма пищи, чтобы прибывшие могли отдохнуть с дороги и переодеться.

Но не успела дверь за дворецким закрыться, как в апартаменты, выделенные чете Вадбольских, стремительно влетел Данила и, бросившись к Екатерине Павловне, нежно поцеловал узкую, белоснежную ладонь, и сказал:

– Матушка, как же я рад вас видеть! Наконец-то вы добрались до нас! – и поцеловав её ручку ещё раз, обернулся к улыбающемуся отцу.

– Мать ты всегда любил больше, – беззлобно заметил князь и крепко обнял младшего сына, ощутимо хлопнув того по широкой спине, – а возмужал-то как! Прямо и не узнать! Выше меня на целую голову! – довольно качая головой, отшагнул от него отец, разглядывая стать сына.

– Позвольте представить вам мою жену, Её Высочество Элоиза Уэстлендская, – Данила развернулся к скромно стоявшей у дверей девушке.

Только сейчас князь и княгиня заметила, что сын пришёл не один.

– Простите, – светло улыбнулась девушка, сапфировые глаза задорно сверкнули, и по всему было заметно, что она очень рада приезду родных Данилы, искренне, без притворства, – это я настояла. Мне показалось, что с родителями Данилы нужно познакомиться сначала вот так, неформально, по-простому.

И князь, и княгиня неплохо знали англосаксонский, и потому ответили девушке на её же языке, не прося Данилу перевести.

– Конечно, дорогая! – всплеснула руками княгиня и шагнула навстречу принцессе, – это было правильное решение! Мы же теперь семья.

– Всё верно, дорогая, – к женщинам приблизился Иван Тимофеевич, – князь Иван Тимофеевич, отец этого непоседы, – кивок на улыбающегося Даню, – супруга моя Екатерина Павловна, добрейшей души женщина.

– Элоиза, – кивнула девушка, – зовите меня просто Лои.

Жест оценили все.

– Вы отдохните, как следует, а за час до ужина приглашаю вас на прогулку, чтобы нагулять аппетит, – продолжила без перехода говорить Элоиза.

– Мы будем готовы, – продолжая улыбаться, ответил Иван Тимофеевич, ему однозначно понравилась эта девушка. Ореол силы, исходивший от принцессы, даже его, видевшего за свою долгую жизнь разных людей, впечатлил.

– Мы тогда пойдём, не будем вам мешать, – улыбаясь, кивнул им Данила и, подхватив Элоизу под локоток, вышел из комнаты.

– Какая замечательная девушка! – воскликнула княгиня, но не успела обсудить знакомство с супругом, как в дверь постучали и в комнату вошли слуги княжеской четы, нёсшие сундуки с личными вещами хозяев.

***

Чета Вадбольских успела смыть дорожную пыль, откушать лёгкие закуски и даже немного поспать, прежде чем за ними пришли.

Высокий, подтянутый человек с военной выправкой, представившийся, как мистер Йен Роббинсон, пригласил чету Вадбольских следовать за ним.

Князь и его супруга думали, что их ждёт обычная конная прогулка по городу, с посещением самых красивых мест Ландона, они уже настроились на лёгкий вечерний променад, но, как только они спустились на первый этаж, их отчего-то повели куда-то вглубь дворца и в итоге вывели во внутренний двор через заднюю дверь, и не успел Иван Тимофеевич удивиться сему обстоятельству, даже возмутиться: где это видано, чтобы князей водили задворками, как все слова буквально застряли в горле, и изо рта вырвался лишь непонятное сипение, а охнувшая княгиня всё же смогла воскликнуть:

– Что же это такое?!

***

Полёт на воздушном шаре буквально выбил почву из под ног гостей, весь ужин они могли говорить только об этом и более ни о чём другом, и, если Элоиза старалась сдерживать довольную улыбку и продолжала отвечать на многочисленные вопросы Ивана Тимофеевича, то Его Величество подобной ерундой не страдал: широко улыбался, показывая всем, насколько доволен и польщён изумлением, восторженностью новых родственников из далекой Русии.

– А ведь благодаря вашим разумникам в каждом дворянском поместье, в каждой городской резиденции установлены водопроводы и канализация, – признался князь.

После ужина гости преподнесли подарки хозяевам дома: пушнина, дорогое, украшенное драгоценностями оружие, бочонки мёда и так далее.

А потом был бал и танцы были...

***

Чета Вадбольских провела неделю в гостях у сына и невестки.

– Никогда не думала, что приключения могут быть вот так близко, настолько, что можно коснуться их рукой, – призналась мужу Екатерина Павловна. – Так не хочется отсюда уезжать!

– Данила говорит, что у них с женой грандиозные планы по развитию Королевства и заключению взаимовыгодных договоров с иными государствами, – поделился своими мыслями князь Иван Тимофеевич, – вот, – похлопал он по маленькому сундучку, лежавшего рядом с ним на скамье, – это бумаги для Великого Князя, там очень много интересного предложено... уверен, наш Князь не сможет отказаться...

– Да-да, – одобрительно кивнула княгиня, а мыслями была в том подарке, который ей вручила Лои перед самым отъездом, со словами:

– Екатерина Павловна, вам непременно понравится...

Княгиня вся сгорала от нетерпения поскорее остаться в карете одной и вскрыть бархатную коробочку. Почему-то проявлять нетерпение при муже не хотелось. И визжать от восторга при нём тоже. А то, что там нечто совершенно чудесное, она ни на миг не сомневалась! Невестка умела удивлять!

Глава 8

Ежегодный Зимний бал.

Осталось всего два дня до этого знаменательного события.

Наконец-то я побываю на нём!

Полгода кропотливой работы позади, можно подвести маленькие итоги: дороги строятся, железнодорожные пути в основные города проводятся, фундаменты для различных заводов и мастерских заложены. Аристократы в палате лордов готовы есть из моих рук и любое наше с Даней предложение встречают на ура и готовы мчаться выполнять каждое поручение. Не все, конечно, есть и недовольные (они такие по природе своей), но и они не особо капризничают, и своё "фи" стараются говорить в вежливой форме, не переходя границ дозволенного, чувствуя, за кем сила.

Отец постепенно скинул решение государственных вопросов на меня и Данилу. Сначала это было не очень заметно: мы совещались, спорили ругались, но всё чаще Его Величество стал самоустраняться, пока однажды утром его советник и секретарь не пришли ко мне, огорошив новостью, что Его Величество взял отпуск и отбыл в Уолсолл к Роберту Бонэму, передохнуть и набраться сил.

– Это ты ему внушила мысли об отпуске, – хмыкнул Данила, кивнув на лежащий на столе золотой обруч короля. – Он устал, – вдруг серьёзно добавил он, – нам с тобой придётся заниматься всем самим.

Письмо от отца было вручено мне лично в руки.

"Лои, дочь моя, красавица и разумница!

Трон не бросаю, просто хочу собраться с мыслями, проявить хоть раз в жизни слабость и побыть простым человеком; засим взял отпуск и отбыл к Роберту Бонэму; он обещал мне невероятную рыбалку с применением магии... не знаю, что меня ждёт, но звучит весьма интригующе! Вернусь, как нагуляюсь, хе-хе, твой папенька.

Ах, да! Во время моего отсутствия постарайтесь не развалить королевство. И собственное здоровье! Питайся, как положено, делай зарядку или что ты там выполняешь для бодрости тела и духа. В общем, за всё спрошу строго!"

– Его Величество стал писать письма, как ты, со всеми этими "хи-хи, ахаха", – покачал головой Даня, и озорно блеснул глазами, – ты такая серьёзная сейчас, что-то не так?

– Отец в последнее время, и правда, как-то скукожился, – попробовала я подобрать правильное слово, – сгорбился.

– Потеря двух детей не прошла бесследно, – кивнул муж и, подойдя к столу, налил в стакан воды и протянул мне.

– Спасибо, – благодарно кивнула я, и махом осушила бокал.

И вот сегодня, спустя два месяца, Его Величество решил вернуться в Ландон, прямо к празднику. Роберт Бонэм прибудет вместе с ним.

– Ваше Высочество, – в комнату после короткого стука вошла леди Маргарет, – вам письмо.

– От кого? – нахмурилась я, погладила ещё раз плюшевый лоб Лёвы и встала.

– Роза доставила, – хитро прищурившись, ответила фрейлина. – Она и Лиам только что прибыли в замок, я их отправила отдыхать, сказав, что с вами встретятся сразу же, как передохнут с дороги.

– Правильно сделала, – одобрила я и вскрыла конверт.

"Ваше Высочество!

Пишу Вам, чтобы выразить благодарность за ту неоценимую помощь, что Вы оказали в борьбе с хорезмшахами и их правителем Тадж ад-Дин Ил-Арсланом, оказавшимся достойным противником и сильным воином.

Но мои воины не посрамили отцов своих, вышли из схватки победителями. И во многом это ваша заслуга! Война закончена, отныне земли Орды свободны от захватчиков, народ ликует.

Вчера состоялась церемония... и отныне я Великий Хан Золотой Орды, мою власть приняли все безоговорочно; также назначена свадьба с прекрасной принцессой Алагай, коснувшейся моего сердца своим умом, смелостью, великодушием и любовью к своему народу.

Она мне напоминает Вас, моя Северная Принцесса.

Хочу сказать, что все воины Орды встанут на вашу сторону, стоит Вам только позвать.

Я же всегда буду рядом, как бы далеко ни находился...

Тумэнбаши Батуй"

Не Великий Хан Батуй Черный, а тумэнбаши... великолепный мужчина!

И я желаю ему огромного счастья с Алагай.

Уже убирая письмо в ящик стола, глаз зацепился за фразу "Северная Принцесса".

Батуй вспомнил.

От понимания сердце моё пропустило удар, а рука, державшая послание, дрогнула.

Пусть так, я даже рада, что память его полностью восстановилась, не представляю, каково это жить лишь с частью воспоминаний.

Письмо Батуя решила вложить в конверт и убрать, но оказалось, что внутри него лежит ещё один лист.

Приглашение на свадьбу Великого Хана Золотой Орды Батуя Чёрного и Принцессы Алагай, дочери Великого Тэмуджина.

Церемония назначена на первое марта.

– Хмм, – задумалась я, прижав палец к губам, – возможно, эта поездка будет интересной. Надо обсудить с Даней.

– Что ты хочешь со мной обсудить? – я подняла глаза и встретилась со смеющимися серо-голубыми глазами мужа, картинно застывшего в проёме двери.

– Нас пригласили на свадьбу Великого Хана Батуя и принцессы Агалай, – спокойно ответила я, – мне бы хотелось поехать, если ты не против.

– Я только за. Нужно налаживать добрососедские отношения со степняками, – ответил Данила. – Кстати, об отношениях с другими странами: с Великим Князем Святославом Игоревичем всё вполне неплохо складывается: он готов закупить каменную дорогу и со своей стороны всячески посодействовать прокладке железной дороги между нашими государствами. С иными правителями на этом материке идут живые переговоры, вроде как и они не против железной дороги.

– Хорошая новость, развитие торговли между разными государствами – прекрасный толчок для дальнейшего прогресса. Для всех, – улыбнулась я.

Данила подошёл ближе и крепко прижал меня к своей широкой груди.

– Навстречу Его Величеству отправил корабль, – сказал он, вдыхая запах моих волос, – завтра утром должны прибыть в Ландон.

– Нужно готовиться к Зимнему балу, нас ждёт финальная примерка праздничных нарядов, завтра прибудут портные, – Даня тихо, обречённо застонал, картинно закатил глаза и, глядя в потолок, произнёс, – готов биться с самым страшным врагом, лишь бы не стоять истуканом перед зеркалом, пока в меня тычут иголками, так и норовя проткнуть в самых неожиданных местах!

Я рассмеялась, представив эту картину и покачала головой:

– Потерпи, это последняя примерка. И ещё, – добавила я, подходя к столу и выкладывая на стол стопку приглашений. – Вся зима полна свадеб наших приближённых. Не знаю, как там Лиам и Роза, но, подозреваю, и они что-то такое запланировали.

– Я перекинулся с Лиамом всего парой фраз, – сказал Даня, перебирая приглашения, – и отправил его отдыхать, уж больно уставшими выглядели и парень, и его спутница. И повзрослели оба, м-да, война оставляет на лицах свой особый отпечаток... Так вот, – продолжил делиться новостями муж, – он сказал, что битва за земли в степи была нешуточная, наши артефакты неприятно удивили хорезмшахов, переломив ход главного сражения в пользу Батуя. А Роза добавила: война за территории закончилась, а вот противостояние Хана Батуя и принцессы Алагай только началось. Но оба пылают, – многозначительно добавил он.

– Как со стороны выглядят чужие отношения, – хмыкнула я, вспомнив письмо Батуя и его признание, что Алагай "коснулась его сердца".

Приезд короля обставили с особой торжественной помпой, мы с Данилой встречали его на лестнице перед дворцом, солнце слепило глаза, а снег искрился в его лучах, как мириады мелких бриллиантов.

– Не замёрзла? – заботливо спросил Даня и из его рта вырвалось тёплое облачко, – холодно сегодня, очень морозно, – добавил он и приобнял меня за плечи.

Вообще королям и королевам не полагается прилюдно выражать свои чувства, но Даниле правила не писаны: он всегда делал, что хотел, поступал так, как считал правильным, прежде, правда, выслушав контраргументы. И если они были обоснованы, соглашался, а если нет, поступал по-своему.

Король вышел из кареты и, увидев нас, радостно заулыбался. Его Величество похорошел, отдых явно пошёл ему на пользу: мужчина отъелся, на щеках играл здоровый румянец, и походка у него чуть изменилась, словно он скинул десяток лет.

Следом за ним на камень внутреннего двора, припыленный снегом, спрыгнул Роберт-Бонэм, и счастливо потянулся.

Я не удержалась, сбежала по лестнице вниз и ухнула в широко раскрытые объятия отца.

– Лои, дочь моя! – воскликнул он, прижимая меня к себе.

– Папенька! Я так рада, что вы вернулись в добром здравии и в прекрасном расположении духа!

– А как я рад, словами не передать, – признался он, отодвигая меня и внимательно разглядывая, – хорошо выглядишь, дочка. Рад, что государственные проблемы не пошатнули твоё здоровье.

– Данила не позволил бы, – усмехнулась я в ответ.

Тут к нам подошёл Роберт Бонэм и потеснил Вильгельма.

– Отец, дай обнять сестру! Я её не видел дольше тебя, должен заметить! Как ты, Лои? Он не обижает? – наигранно сурово посмотрел в сторону стоявшего чуть в стороне, но всё прекрасно слышавшего Данилу.

– Не обижает, – фыркнула я в ответ. – Мне кажется или ты стал ещё выше? – спросила я, запрокидывая голову, чтобы оценить размах.

– Не знаю, – пожал Роберт плечами.

– На него устроили самую настоящую охоту все красавицы Уолсолла, – добродушно рассмеялся Его Величество и добавил, – пойдёмте во дворец. Хочу погреть старые кости у живого огня. Лёва, – обратился он к моему питомцу, застывшего на пару ступенек выше нас и с царской снисходительностью взиравшего на сцену воссоединения семьи.

– Иногда мне кажется, друг мой, – подошёл к нему Его Величество и осторожно погладил рыжую гриву, – что ты какой-то заморский принц из дальних-дальних уголков мира...

И оба медленно пошли вверх, к услужливо распахнутым двустворчатым дверям.

– Пойдём, брат, – позвала я Роберта Бонэма, – отчёты отчётами, они сухие и безэмоциональные, а мне хочется послушать живой рассказ о моём Уолсолле и его жителях.

Глава 9

Интерлюдия

Миледи Анна Браун сидела в одном из мягких кресел перед горящим камином и задумчиво смотрела на так ею любимый огонь.

– Дорогая, – к молодой женщине подошёл высокий красивый молодой мужчина, – как ты? Почему грустишь?

– Грущу? – мягко улыбнулась она, а Джордж присел на корточки и взял нежные руки супруги в свои, – нет, я вспоминала весь тот путь, что прошла от никому ненужной бесприданницы до главы нескольких ведущих заводов по производству оружия, хрусталя и стекла. Тогда, будучи подростком я ведь и не думала – не гадала, что ко всем моим проблемам добавится ещё одна и я стану колдуньей. А в то время подобное было смерти подобно.

– Нас должны были повесить, – кивнул Жоржи и поцеловал тыльную сторону ладони девушки, – и если бы не Её Высочество...

– Нас бы уже не было в живых, – договорила Анна и, притянув мужа к себе, чмокнула его в кончик носа, – и мы никогда бы не встретились.

– Но "бы" мешает, – усмехнулся мужчина в ответ, – всё так, как и должно быть. Королевство защищено от внешних и внутренних угроз. Люди спокойно спят по ночам и могут позволить себе не скрывать одарённых детей, могут учиться сами и дать образование детям, работы хватает, голод не грозит никому. И за всё это благополучие, за будущее наших детей, я отдам жизнь, – без пафоса, совершенно искренне сказал он и приложил крупную, шершавую от постоянных тренировок с мечом, ладонь на чуть выступающий живот супруги, – надо же, у нас будет малыш. Чудесный, крохотный, орущий комочек.

– Последнее это ты точно подметил, – звонко рассмеялась леди Анна и положила свою руку поверх его, – я чувствую, как с каждым днём наш малыш становится всё сильнее и крепче. Я уже люблю его больше жизни.

– И я, – мечтательно растянув губы в улыбке, граф Джордж Браун вдруг подхватил супругу на руки и закружил по комнате. Бережно, словно она хрупкий сосуд, поставил на пол и, прижав к себе, прошептал в пахнущие розами волосы:

– Люблю вас, миледи!

– И я вас, милорд!

***

Сэр Джэйми Локвуд держал в руках конверт и всё ещё не мог осознать одну простую вещь: отныне он не безземельный рыцарь. Теперь он граф Джэйми Локвуд. И более не является личным телохранителем Её Высочества Элоизы.

И это единственное, что ему не понравилось, но он вынужден был согласиться.

Теперь он владеет обширными землями на востоке страны; графство Гемпшир полностью отдано ему и является наследным для его детей.

– Дорогой мой милорд, – улыбаясь, к нему подошла миледи Маргарет и обняла мужчину со спины, – Её Высочество умеет вводить людей в ступор и лёгкое ошеломление, не правда ли? Неужели ты всё ещё не привык к её непредсказуемости?

– Никогда мне не привыкнуть к такому, – покачал головой Джейми и, обернувшись сграбастал жену в свои объятия, – и ты готова оставить пост личного секретаря Её Высочества?

– Да, – просто ответила Марджи, – знаешь, беременной не шибко-то и побегаешь по замку...

Глаза новоиспечённого графа округлились, он даже забыл, что нужно дышать, но через секунду опомнился и, подхватив любимую женщину на руки, закружил по гостиной, хохоча от счастья и радуясь предстоящему отцовству.

– К тому же, – улыбаясь, призналась миледи, – в нашем графстве Гемпшир, входящее в состав герцогства Эссэкс, будет строиться цех по производству парфюмерии. Не только духов, но и различного рода масел для тела, ароматизаторов для белья и прочее...

– Звучит интересно, – кивнул граф Локвуд, и немного растерянно добавил, – из простого безземельного рыцаря стать лордом с землями и руководителем такого большого производства – о таком я и мечтать не мог, справлюсь ли?

– Справимся, – уверенно ответила Маргарет, одной своей улыбкой согревая сердце рыцаря, – мы справимся...

***

Леди Сильвия, леди Катрин и леди Аманда Уиллоу собрались в гостиной Её Высочества, и пока любимая принцесса была на совещании лордов, девушки обсуждали ближайшие планы:

– В Ландоне уже открылись несколько школ, – разливая по фарфоровым хрупким чашечкам ароматный травяной взвар, сказала Сильви, – Её Высочество предложила мне возглавить одну из них, – добавила она, подавая чашку рядом сидящей Катрин. – Право слово, я и не знаю, как быть...

– Соглашайся, – уверенно заявила Аманда и аккуратно надкусила воздушное пирожное.

– Да, – Катрин была полностью солидарна с подругой, – ты же ничего не теряешь.

– Действительно, – прекрасные светло-зелёные глаза Сильвии вдруг подёрнулись грустью.

– Ты всё ещё думаешь о нём? – покачала головой Катрин, заметив состояние подруги, – если он обещал и не выполнил, то и не нужен тебе такой мужчина.

Аманда незаметно наступила на ногу Кэти, за что получила от той непонимающий взгляд.

– Может, ты и права, – вздохнула леди Сильвия, делая маленький глоток горячего душистого травяного чая. – Не мог же он задержаться в Уолсолле аж на полгода. И даже не написал ни разу. Это о многом говорит.

– Ты, я надеюсь, не слала ему писем? – нахмурилась более решительная и резкая в суждениях леди Катрин Денни.

– Нет, не слала, – покачала головой Сильви, – но писала и прятала в шкаф.

Стук в дверь прервал задушевную беседу, в комнату вошла хорошенькая служанка и объявила:

– Леди Сильвия, к вам приехал джентльмен, представился лордом Алистером Донованом. Я проводила его в голубую гостиную.

Леди Росс вскочила со стула, руки задрожали.

– Но почему так долго? – воскликнула Аманда, вставая следом за подругой.

– Не важно!  – махнула рукой Сильви, – главное, он всё же приехал!

И опрометью бросилась на выход. Сердечко юной красавицы билось, как птичка в клетке, руки дрожали и холодели от одной мысли, что вот сейчас она увидит его, будет рядом с ним снова...

Перед дверью в голубую гостиную, где принимали гостей, она резко остановилась, чтобы выровнять дыхание и только потом, чуть успокоившись, шагнула внутрь.

Ей навстречу шагнул лорд Донован. Всё такой же красивый, подтянутый, разве что сильно загоревший.

– Леди Сильвия! – воскликнул он, – как же я по вам скучал!

Девушка хотела оттолкнуть его руку, всё же обида жгла душу, но она, пересилив себя, не стала этого делать, а просто спросила:

– Где же вы были эти полгода, лорд Донован? И даже ни строчки мне не написали...

– Вам разве не сказали? – ошеломлённо спросил он, следя, как девушка прошла к мягкому дивану и присела на самый краешек, готовая вспорхнуть с него в любой момент, чтобы убежать от него.

– Нет, – отрицательно качнув головой, как можно холоднее, ответила она, – а должны были?

– Да, – растерянно пробормотал он, не зная, куда себя деть от расстройства, – я написал вам письмо и просил своего помощника Роба Уилсона выслать его вам с первым почтовым дилижансом. Виконт Грей отправил меня в Византию, к Его Высочеству Михаилу, чтобы я перенял новые методы обучения и поделился в ответ нашими наработками. Путь туда не близок, потом пару месяцев мне пришлось провести в Константинуполисе, и лишь потом позволил себе вернуться на Родину. Но я писал вам и там. Не знаю, почему письма не дошли, а с Уилсона я строго спрошу. За халатность он будет наказан лишением трети от жалованья.

– Не ругайте его, может, забыл в суете дней. Ведь он ваш заместитель, на него столько ответственности свалилось... Главное, вы живы и здоровы... и вы здесь.

– Да, – Алистер присел перед девушкой на одно колено и открыл коробочку, непонятно каким образом оказавшуюся в его руке. – Леди Сильвия Росс, я вас давно люблю, и поэтому хочу осмелиться и сделать вам предложение руки и сердца.

Девушка замерла, глядя на сверкнувшее в лучах полуденного солнца, заглянувшего в окно, кольцо с большим изумрудом.

– Я согласна, – ответила она, и только окрылённый Алистер надел на её пальчик колечко, как в дверь постучали.

– Леди Сильвия, простите, но прибыл гонец, и привёз вам вот этот короб.

А в коробе том оказались плотно перевязанные бечёвкой письма, что слал ей лорд Донован, будучи в Византии.

– Главное, что они, наконец, добрались до адресата, – хмыкнул он, а леди Сильвия счастливо рассмеялась.

***

Леди Амелия Браун и лорд Муамм Арафат стояли на страже покоев Их Высочеств в полной тишине.

– Ты подумала, – первым не выдержал Муамм, смотря прямо перед собой.

– Да, – кивнула она, – я подумала. И пока мой ответ по-прежнему "нет".

– Но почему, упрямая девчонка?! – взвился Муамм, резко оборачиваясь к любимой женщине. – Даже Лиам убедил свою пиратку, что им суждено быть вместе и они уже ждут первенца!

Ами лишь беззлобно фыркнула в ответ:

– Я не могу выйти замуж и оставить Её Высочество непонятно кому. Когда-то давно я поклялась себе, что в благодарность за помощь мне и Джорджу, буду защищать принцессу до последнего вздоха!

– Но ведь эта клятва не мешает тебе... нам... быть вместе, иметь семью, родить детей! – буркнул Муамм, и в голосе его послышалась усталость.

Амелия сжалась, и отвернула голову в другую сторону: она не могла себе позволить выпасть из привычной жизни и засесть за шитьё распашонок. Ей, если честно, было просто страшно отказаться от привычного и попробовать что-то другое.

Тут дверь в апартаменты резко распахнулась и в коридор высунулась голова Её Высочества Элоизы.

– Амелия, дорогая, – сказала он с серьёзным выражением на лице, хотя принцесса выглядела весьма необычно и даже забавно, – зайди на минутку.

Муамм не знал, о чём с его возлюбленной беседовала Её Высочество, но Амелия вернулась только полчаса спустя, розовощёкая и очень взволнованная.

– Я согласна, – вдруг сказала она, а сильнейший маг королевства растерянно замер, хлопая длинными ресницами.

– Не понял? – усмехнулась она, – я согласна стать твоей женой, конечно, если ты вдруг не передумал.

Девичий полный счастья визг, разнёсшийся по пустому коридору, вызвал улыбку у Элоизы, замершей у столика со стаканом воды в руках.

– Ррр, – рыкнул Лёва, вытягиваясь у горящего камина.

– И тебе найдём прекрасную львицу, – пообещала ему Лои, на что Лёва пренебрежительно фыркнул, и прикрыл глаза, давая понять, что он хочет спать.

– Пришло время любви, – пробормотала принцесса и, допив воду, вернулась в спальню, где тихо посапывая, спал её любимый мужчина.

***

– Как дела в нашем Королевстве? – спросила леди Бэлла, встречая мужа у входной двери.

Она всегда так делала, если не задерживалась допоздна в Лечебнице, то непременно дожидалась Йена и угощала того поздним ужином. Чаще они оба молчали – за день успевали наговориться на работе, к тому же, они давно понимали друг друга с полужеста, с полувзгляда.