Текст книги ""Фантастика 2026-62". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)"

Автор книги: А. Таннер

Поспать толком опять так и не удалось. В два часа ночи Михаила разбудил Шамарин.

– Лес атакуют, командир. Плохи дела.

Бойко привстал с топчана, ошалело мотая головой. Затем он быстро подскочил к рукомойнику и ополоснулся, вытерся бумажной салфеткой, надел амуницию, подхватил Клин и ввалился в помещение Рубки. Там уже царила знакомая рабочая суета. Проценко что-то кричал в микрофон гарнитуры, главный экран показывал только вспышки на черном фоне, большинство других экранов были просто отключены. Все-таки на улице ночь. На боковом дисплее шли строчки оперативной информации. Дежурные связисты, сидевшие позади, громко выкрикивали главные новости. Шамарин уже сел в правое кресло у пульта и что-то набивал на клавиатуре.

Михаил с минуту наблюдал этот рабочий бардак, затем вернулся в отсек отдых, налил в кофемашину воды, засыпал пахучего кофе и включил ее в сеть. Благо генераторы работали пока исправно. В Рубке он появился уже с большой «атаманской» кружкой кофе. По помещению стал разливаться чудесный аромат, подвигнув одного из связистов также сбегать за кофе. У всех штабных вид был усталый и красные «кроличьи» глаза. Атаман спокойно прошел к своему креслу, поставил чашку на раздвижной столик, затем полез в карман разгрузки и достал оттуда плитку темного шоколада. За всеми этими действиями с любопытством наблюдал полковник Стеценко.

– Знаете, Михаил Петрович, вы прямо, как командир крейсера в Цусимском сражении. В каком-то старом, еще черно-белом фильме подобного вашего благородия наблюдал. Такой же невозмутимый типаж.

– Что у вас тут? – тоном сварливой базарной бабы поинтересовался в ответ на сомнительный комплимент Михаил. Позади кто-то сдавленно хихикнул.

– Пока разбираемся. Пятнадцать минут назад противник пошел в атаку на наш левый фланг, находящийся в лесном массиве. Ловушки в этот раз так хорошо не сработали. Видимо у них саперы грамотные вперед прошли. Рейдеры активно используют тяжелые пулеметы, бьют очень точно, значит, ночники на них имеются. У группы Хазова уже имеются потери. Замечен также один миномет штурмовиков, но работает редко. Командир отряда принял решение уйти на вторую линию. Вот сейчас пытаюсь выяснить почему.

– Ему виднее – флегматично заметил Михаил – там Хант и Потапов несколько видов тактики прорабатывали. И у Хазова в загашнике наверняка еще всякие пакости припасены. Меня больше действия диверсантов беспокоят. Им сейчас самое время ударить. Распорядитесь, чтобы все посты немедленно усилили. И по дорогам без надобностей чтобы никто не шастал.

– Будет исполнено, господин Атаман – Стеценко шутливо козырнул, он и в Рубке не снимал свое форменное кепи. Ну, раз человек находит место шутке, значит не все так плохо.

Михаил же повернулся к Шамарину – Василий Иванович, что у нас там с ранеными?

Тот наморщил лоб, и ответил не сразу, видимо тоже накопившаяся усталость сказывалась.

– Да нормально. Потапова перевели в другую палату. Аресьеву сделали переливание крови, Архипов и Складской пока в реанимации, но жить будут. Медики сообщают, что ожидали большего наплыва раненых.

– Еще будут, не переживайте. Связисты, соедините меня с Вязунцом – Михаил включил гарнитуру и отодвинулся в сторону – Илья, привет! Тоже не спишь? И правильно. Что говоришь? Украинский патруль пропал?! Что предпринял? – Атамана привстал с кресла, все находящиеся в Рубке обернулись на него, ЧП было серьезное.

– Слушай сюда, шериф – голос Атамана заледенел – всем сидеть на местах. Ты доклад Складникова хорошо читал? Понял кто это? Срочно всем передать: усилить бдительность, сидеть на постах, слушать! Порошенко тоже пусть на базе сидит, не дай бог в темноту рванется! Оставь поиск диверсов Кораблеву и его ребятам. Сам на базе с резервистами сиди, жди сигнала. До утра никуда не дергайтесь! Понял меня? Складников где? В засаде?! Хм, наверное, и правильно. Все, отбой!

Михаил отключился и нервно заходил по Рубке на манер Стеценко – Идиоты! Они вообще кого-нибудь слушают? Им же Складников все расписал! Заигрались как пацаны! – Бойко оглянулся и разъяснил – Гэбэшник правильно предположил, что эти кавказцы имеют боевой опыт, не зря орденские их пригрели. Значит, они и есть прорвавшиеся диверсы, а это волчары еще те. Не зря их рейдеры так хорошенько прикрывали, не считаясь с потерями. Козырь это ихний. Схарчили патруль у хохлов, как пить дать они!

– Что делать то будем? – поинтересовался полковник. За эти дни он уже привык к феноменальной чуйке Атамана, да и сам он как человек все больше и больше вызывал у военного неподдельное уважение своим умом, и даром находить выход из самых острых ситуаций. А настоящие боевые действия это и есть сплошные острые ситуации.

– Мы? – Михаил задумался – Пока работайте по левому флангу. С раннего утра поднять все Птички. Осмотреть сгоревшую рощицу и провести тщательные поиски диверсионных групп. Их скорей всего мало, не хватит у орденских людей для комплектации множества групп. Вы анализ Складникова читали?

Стеценко кивнул головой, полковник ГБ доклад задержал, но анализ в нем был грамотный. По словам пленных, данным радиоперехвата, и съемкам воздушной разведки выходило, что всего в группе рейдеров Ордена насчитывалось чуть более двухсот боевиков, и около сотни человек гражданского персонала и охраны. Орден и в самом деле испытывал острейший дефицит специалистов в военном деле. Сказывались и потери этой зимы, и полный разгром рейдерской группы в мае. Новых же людей находить было все сложней и сложней. Костяк боевой группы составили старые проверенные команды: спецназ космических войск, бывшие полицейские, служивших в охране трудовых лагерей, команда нацистов и сильно поредевшая разведгруппа из состава бывших военных. При допросах сильно помог Мелехов, он знал многих в Ордене, и его прямое присутствие у следователя заставило захваченных в плен рейдеров сильно нервничать и меньше врать. А с захотевшими, было, поиграть в молодогвардейцев, он поступал жестко, для этого Бойко лейтенанта и прикомандировал к Складникову.

Неожиданно много оказалось у рейдовой группы Ордена боевой техники. Они основательно покопались на площадках многочисленных военных частей Подмосковья. Другое дело, что военных специалистов для этой техники было намного меньше. У рейдерской группы насчитывалось три танка, два Т-72, на счет модели третьего общего мнения пока не сложилось. Василек был один, и отдельно 2 взвода минометчиков, всего четыре 82-мм миномета. Нашлись к ним и два бывших военных контрактника, они и занялись обучением новобранцев, что объясняло сильную минометную составляющую в огневой поддержке рейдеров.

После получения шокирующего известия о тотальном разгроме майского рейда, руководители Ордена объявили массовый призыв на службу, и почти два месяца тренировали рекрутов на специально приспособленной для этого дела базе. В топку военных действия они также бросили половину охранников Трудовых лагерей, так орденские называли места обитания новоявленных рабов. Космический спецназ почти целиком находился здесь, по всей видимости, они и действовали в лесном массиве, совместно с когортой нацистов. Бывшие разведчики, подчиненные Мелехова, стояли напротив моста у Фишки. Они были усилены охранниками и, по всей видимости, использовали тех в качестве боевого мяса. По-настоящему опасными для ополченцев были именно они и еще одна интересная группа.

Этой зимой разведка Ордена активно выявляла оставшиеся в Подмосковье анклавы выживших людей. Часть из них прижали к ногтю, часть разорили, с некоторыми начали сотрудничество. И тут на горизонте орденских вырисовалось интересное образование в районе поселка Богородское, где расположена известная ГАЭС. Эту местность оккупировала группа кавказцев, создавшая там свой небольшой эмират. Как они туда попали, и откуда пришли, было неизвестно. Но в среде оставшихся в живых местных они уже прославились жестокостью и жадностью. Каким-то образом руководство Ордена смогло найти с кавказцами общий язык. В общем-то, Орден был намного более мощной структурой, а люди с Кавказа силу всегда уважали. И они договорились, поэтому в этом рейде участвовала небольшая, но сплоченная и умелая группа боевиков из эмирата. Взятый в плен нацист сразу определил среди них людей, имеющих большой боевой опыт. Не нравились «белокурые бестии» и гордые сыны гор друг другу, один раз у них чуть даже до перестрелки дело не дошло. Михаил при прочтении файлов, присланных Складниковым, сразу же отметил этот интересный момент. И вот сейчас, похоже, горцы и всплыли, работа как раз в их стиле. Если они воевали, то с партизанскими методами были хорошо знакомы.

– Нам только фугасов не хватало – задумавшись пробормотал он.

– Это вряд ли – неожиданно рядом раздался голос Пономарева – что ставить то будут? Они ж налегке идут, с бесшумным оружием и приборами ночного зрения. Сейчас где-нибудь лежку нашли и информацию собирают. На рассвете начнут «Аллах Акбар».

– Ты чего здесь?

– Петрович, не хочешь послать меня на левый фланг? Больно там стрельба сильная идет. Жмут наших.

– Полковник, есть, что новое оттуда?

Стеценко считывал в это время что-то важное с экрана, потом повернулся к атаману и стал четко, по военному докладывать – Только сейчас стали пошли доклады. Ситуация пока такая: противник сбил заслоны и резко продвинулся вперед, активно использует миномет и подствольники, с их стороны постоянно идет поддержка тяжелыми пулеметами. Наши отошли ко второй линии, эвакуировали раненых. Противник массово использует приборы ночного видения, поэтому Хазов попробует сейчас вариант «Флеш», генератор они уже запустили. Ждут сейчас новой атаки, орденские подтягивают подкрепления. Группа Рогатых только что сообщила, что пресекла прорыв вдоль болота. Наши там на сухом месте два пулемета выставили и с фланга ударили по идущим штурмовикам. Сейчас отошли, по ним миномет работать начал. Организация боя у противника на этом участке очень хорошая, даже можно сказать отличная. Против нас явно работают профи.

– Спецы космические гадят, значит – прокомментировал Михаил – сейчас они снова полезут, не хотят Полигон в лоб брать. Так что Саша – он обратился к командиру группы Центр – бери Бэтэр, пикап с Кордом, бойцов и дуй туда.

– Есть – коротко ответил Пономарев и убежал через заднюю дверь.

Через пять минут пришли еще доклады от группы Хазова. Рейдеры полезли вперед, хотели скрытно подобраться ко второй линии обороны, действуя в современных маскировочных костюмах, с бесшумным оружием и ноктовизорами, они были очень опасны. Но и у ополченцев там также находились самые опытные бойцы – разведчики Потапова и два десятка ополченцев, разбивших в мае рейдеров. Как только сработали поставленные еще Хантом ловушки, наши включили установленные на деревьях мощные прожектора. Под землей заранее, спрятав в металлические трубы, наши техники провели туда электрокабели, на самых крепких деревьях развесили простые и надежные строительные прожектора, направив их вниз и замаскировав. Половина из них все-таки пострадала от вражеского огня, но и оставшихся хватило, чтобы намертво ослепить рейдеров, массово использующих приборы ночного зрения.

По команде «Флеш» разведчики и ополченцы сняли «ночники» и закрыли глаза. В лесу вспыхнуло зарево огней, это наблюдали и на экранах сидящие в ЦУБе. Ослепших на некоторое время врагов тут же стали расстреливать из всего, что было под рукой. Палили Печенеги и ПК, АКМ и карабины Вепрь, использующие более мощные патроны, которые пробивали насквозь бронежилеты. Вскоре поступил доклад о массированном минометном обстреле наших позиций, работали снова два миномета. Видимо все, что осталось у Ордена. Хазов принял решение отойти на третий, самый укрепленный рубеж. Перед ним находился только редкий подлесок, который специально еще сильнее проредили, и здесь наступающих штурмовиков ждал очень неприятный сюрприз. Заместитель Потапова сообщил о трех убитых и десятке раненых. Их под вооруженной охраной доставят сейчас на Полигон. Ночью все рейсы в Каплю отменили. Сергей Носик и пара его помощников находились в это время в специально отведенной для полевого медпункта подземной комнате. Туда же перенесли приборы и медикаменты.

Напряженно шли минуты. Михаил допивал уже третью чашку крепкого кофе, Стеценко нажимал на чай. Силком выгнали из Рубки отдыхать смену связистов, сменился и дежурный офицер Рубки. Им нужны были свежие головы, чтобы переваривать и сортировать столько информации. Поступило неожиданное сообщение с Фишки, кто-то пытался их атаковать, но спас ситуацию самый верный сигнальный прибор – их собака Дозор. Он оправдал-таки свою кличку и яростно залаял в темноту. Врагу пришлось начать атаку сразу после обнаружения, только нападающие не учли, что Фишка сейчас была отлично укреплена и все сектора вокруг пристреляны. Получив мощный отпор из самого здания и подъехавшей бронетехники, диверсанты быстро ретировались. У наших оказалось только два легкораненых.

Только перевели дух, как со стороны леса снова зазвучала яростная перестрелка. Только теперь громче всех долбили тяжелые пулеметы, установленные на технике. Разведчики заранее соорудили проезды и небольшие капониры для бронетехники, и сейчас БТР80 Пономарева и БРДМ с Дефенгом группы Север заехали в лес и мощным огнем прикрыли оборону ополченцев. А у противника кроме минометного огня, уже потерявшего свою эффективность, противопоставить оборонявшимся было нечего. Попытки ударить гранатометами штурмовикам ордена успеха не принесли. Ракеты или ударялись в деревья, или били по брустверам, а зазевавшиеся гранатометчики падали от выстрелов снайперов. Поэтому атака рейдеров как-то быстро захлебнулась.

Пономарев радостно сообщил, что только их Бэтэр скосил пятерых штурмовиков. Отойти спокойно назад Орденскому отряду также не дали. Слева по флангу ударила группа Рогатых. Те тихой сапой просочились в лес, хорошенько там замаскировались, и стреляли теперь прицельно. Со стороны же Полигона ударили снайпера. С Новгорода прибыли два опытных парня по этому делу, один воевал в Дагестане, второй жил в деревне с дедом, ходил с детства с ним на охоту. Стрелки были, как говорят «от бога». «Мародерщики» как раз с базы спецназа ФСБ привезли несколько современных снайперских винтовки большого калибра. Пользоваться у нас ими никто толком не умел, но сейчас они находились в опытных руках. Снайпера доложили о четырех попаданиях и сразу же поменяли позицию. С той стороны также имелись опытные стрелки. «Хорошо, что Шабалина в этом замесе не присутствует» подумалось вдруг атаману. Канонада в самый пик боя слышалась из леса просто жуткая.

Михаил выглянул наружу, начинало светать. С крайних окопов, расположенных ближе к склону, начинали виднеться деревья леса, находящегося за небольшой речкой Жорновка. Землю пока еще покрывала серая мгла, хотя абрисы деревьев уже просматривались, чуть размытые по бокам, как старинное растушеванное изображение. Вместо яркой летней зелени сейчас наблюдалась картинка в стиле ретро: синевато-серое изображение. Чем ярче будет свет наступающего утра, тем насыщеннее станут цвета этого мира. Михаилу вдруг с горечью подумалось, что ту яркую картину встретят сегодня далеко не все.

С того берега пришли нерадостные вести: восемь погибших, двенадцать раненных – почти половина направления Север. Враг бросил туда самых сильных бойцов, но и тем серьезно досталось, хребет элитным штурмовикам все-таки они поломали. Видно было, что отходили те очень неслаженно, даже не всех раненых с собой прихватили. И теперь на поле боя раздавались жуткие звуки умирающих там людей. Нескольким раненым ополченцам требовалась срочная операция, поэтому сейчас готовили усиленный конвой в Каплю. БРМД, два пикапа с пулеметами и бронированный КАМАЗ. На том берегу еще иногда постреливали. Михаил, не высовываясь из окопа, в оптику внимательно осмотрел противоположный обрывистый берег и перенес наблюдение вперед. Видимость здесь была только до угорчика, находящегося как раз посередине подъема на холм. «Вполне проходимое место для танков» подумалось Михаилу.

Левый ДОТ с ПТУРСом они потеряли, рядом остался нетронутым ДОТ с Утесом, и большая закрытая позиция со стрелками Воронова. В находящемся позади капонире стояла наготове БМП-2, ее уже починили, боезапас уложили. В окопе, кроме АГС-25 и трех ПК находилось еще два расчета с противотанковыми гранатометами Вампир. Последний рубеж обороны.

Рядом послышался шорох. К стоящему у уреза воды дереву прополз один из связистов Подольского. Его тут же стал прикрывать боец с ПК. Оказывается, это была обычная процедура смены батареи для камеры, висевшей на этом дереве. Сигнал с изображением шел по вай-фаю до ретранслятора в окопе, а вот батареи каждые шесть часов приходилось менять. Работа опасная, на той стороне иногда появляются снайпера. Вчера задело проходившего мимо техника, нога оказалась насквозь простреляна, пуля срикошетила от ствола дерева. Поэтому голову сейчас просто так никто не высовывает, а на самого связиста напялили аж два бронежилета и мощную каску, и привязали фал. Ополченцы по ходу сражения тоже многому учились.

У въезда на Полигон атаман застал оживление. Рычали движки машин конвоя, раненых грузили в кунг КАМАЗа. Ругань, крики, звуки команд, в общем, обычная рабочая обстановка. Распоряжался здесь Воронов, Стеценко пинками удалось загнать поспать. А в Рубке оставили командовать Шамарина, он собирал со всех постов и наблюдательных пунктов информацию о текущей обстановке. Неподалеку, в пустом капонире Михаил заметил Лешу Скворцова, тот готовил небольшой коптер к полету, ведь скоро будет вставать солнце.

– Что улыбаешься, баловень судьбы? – улыбнулся и сам Михаил.

– Да Птичку 3 ребята нашли. Оказывается она в ветках запуталась, в том лесочке, где бой шел. Когда лампы вспыхнули, ее и заметили. Сейчас мои помощники пару винтов поменяют и пустим ее в дело, а то четвертая сдохла совсем.

– Эту – атаман кивнул в сторону беспилотника – куда?

– Рощу облетим. Эта птичка вообще внеплановая, только на такие маленькие вылеты и годится. Если собьют, не жалко.

– Хм, тогда узнают, что они у нас есть.

– А они и так знают. Птичку 2 вчера пытались сбить, машина патрульная за ней погналась. Хорошо она в паре с четвертой работала, дали оператору наводку, куда увести машинку. Но четвертую тогда же и попортили.

– Что поделаешь – философски заметил Бойко – война.

Леха вдруг остановил работу и посмотрел на своего командира совершенно неюношескими глазами – Никогда, дядь Миш, не думал, что это так страшно: видеть своих товарищей мертвыми и умирающими. У меня сейчас в душе против этих уродов такая злоба и ненависть!

– Успокойся, Леша, мы их еще прижучим. Они и так третий день тут стоят и под нашу дудку пляшут, работай спокойно. А вообще, ваша команда молодцы!

Попрощавшись с командиром группы беспилотников, Атаман подошел к машинам конвоя. Здесь он неожиданно столкнулся с Витей Хазовым. Парня было совершенно не узнать. Где тот юноша-компьютерщик на спортивном велосипеде? Теперь перед ним стоял настоящий мужчина-воин. Глаза глубоко запали и тускло мерцали серым светом, лицо обветренно, грязно, на правой скуле кровоточащая царапина, обмундирование в нескольких местах порвано. Только руки нервно сжимают Калашников, а вены на кистях вздуты до невозможности.

– Как ты? – Михаил подошел к земляку и обнял его по-мужски. Чуть отстранился и еще раз оглядел – Выглядишь хреново, но главное цел.

– Я да, цел – Виталий уронил голову – но Ваню Трапезникова, Серегу Миленникова и Юру Лозу убили. И Ванька Рыбаков тяжело ранен, не знаем, выживет ли. Из разведчиков, командир, только треть в строю.

Михаила эта тяжкая новость стукнула, как обухом по голове. Неожиданно из-под ног ушла земля, все окружающее немыслимо закрутилось вокруг неведомой оси, глаза заволокло какой-то черной паволокой, казалось, и время вокруг него таинственно замерло. Он ошарашено взирал через мутную пелену на замерших вокруг людей, в ушах как ватой заложило. Вдруг послышалось какое-то смутное бурчание, все движения резко вернулись обратно, и он оказался обратно в этом мире. Атаман ошеломленно оглянулся вокруг и поймал на себе множество испуганных и удивленных взглядов.

– Командир, ты чего! – с тревогой в голосе спросил Виталий.

– А что было? Я как будто улетел куда – Атаману вдруг стало плохо, голова кружилась.

– Осторожно, осторожно – послышался рядом голос Пряслина – ну-ка присядь, Петрович, ну ты и выдал.

– А что было то? – Михаил хорошенько хлебнул из поданной ему фляжки.

– Кто бы рассказал, не поверил бы – вдруг шепотом стал докладывать Володя – вокруг тебя как будто темное облако стало образовываться, еще бы минуту, и реальная паника среди народа пошла. И так слухов о тебе полно всяческих ходит.

– Знаю – Бойко уже пришел в себя – разгони тут народ, пусть делом займутся. От стоящих машин отделилось несколько фигур. Сразу за Хазовым он увидел идущего к нему Сергея Носика. Тот сел рядом и стал с деловитым видом закатывать у атамана рукав.

– Ты чего, Сережа?

– Сейчас вам укольчик сделаем. И поспать, командир, не помешало бы, пока затишье у нас. Плохо выглядите, Михаил Петрович.

– Да – согласился Бойко – устал, но что поделать, война. Вот какой вот финт выкинул.

– Хм. После вашей дочки ничему уже не удивишься – неожиданно ляпнул Виталий.

– Это про что это ты? – удивленно вперился в земляка Михаил.

Носик сердито зыркнул на друга, и убрал шприц в сумку. Витя вдруг засопел носом и стал суетливо почесывать на лице свежепоставленный пластырь, совсем как нашкодивший пацан.

– Давай колись уж, дружок – голос атамана несколько заледенел.

– Да это, мы тут случайно видели. В июне дело было. Пацаны баловались у водокачки, и прицеп с мешками цемента под горку столкнули, а у воды малышня плескалась. Беда бы приключилась точно! Мы на лодке мимо проплывали, увидели это дело, но не успевали помочь. Так дочь ваша, Огнейка, взглядом, значит, этот прицеп остановила. Так руки вытянула к прицепу и стоит на его пути. Он в метрах трех от нее остановился, как будто об стену ударился. Мы чуть с лодок тогда не попадали. Бегом к берегу, там визг, крики, прицеп оттащили. А Огнейка, как вы сейчас, в обморок хлопнулась.

– Фига себе – Михаил был сильно поражен, хорошо сидел – много народу об этом знает?

Парни переглянулись, Хазов осторожно ответил – Да нет, мы молчали. А мелюзга толком и не видела ничего, все подумали, что тележка об рытвину споткнулась. Да и кто нам поверит то?

– Это точно, поверит мало кто – согласился Бойко – значит и она…

Атаман многозначительно замолчал.

– Ну, мне пора – Носик попрощался и убежал к КАМАЗу, колонна уже выстраивалась в походный порядок. Совсем рассвело, верхушки деревьев уже купались в солнечном зареве. Наступал следующий, тяжелый и самый кровавый день эпохальной битвы новой Эры.

Михаил выскочил из сна, как из ледяной воды. Он приподнялся и сел на кушетку, потом ошалело помотал головой и зевнул. На соседней кушетке сидел Пряслин и внимательно смотрел на своего командира.

– Ну как вы, Михаил Петрович? Кофейку?

Михаил прислушался к своим ощущениям, похоже, выспался хорошо и чувствовал себя вполне прекрасно. Потом накатили воспоминания сегодняшнего утра, и он глянул на часы.

– Мать честная, это ж сколько я проспал! Почему не будили?

– Не велено – флегматично заметил Володька, совсем как ординарец генерала какого. Вошел в роль, стервец эдакий – Кофию?

Атаман сразу успокоился, раз не будили, значит, ничего страшного не произошло – Только лицо сполосну и зубы почищу.

Во рту было погано, ночью он стрельнул у парней сигарет, и на нервах выкурил несколько штук подряд. Освежившись и присев за столик, он начал нехитрую трапезу. К кофию полагались домашние вафли с вареньем, банка консервированной ветчины и банка горбуши. Рыба дальневосточная, в тех местах консервы производили отменные, можно было до сих пор есть. А горбуша рыба нежирная, но сытная, очень подходит для сухпайков. Михаилу она всегда нравилась. Он и солил ее сам с провансальскими травами, всем друзьям нравилось. Семга по его вкусу была жирновата.

– Сегодня кашеварили на месте – заметил Пряслин – конвой обратно только к обеду будет.

– Ну, давай, рассказывай новости – с полным ртом говорить неудобно, но Михаила просто распирало любопытство.

– Сначала супруге вашей позвоните, только вас доискивалась.

Михаил залпом выпил кофе и потянулся к телефону, Нина ответил сразу, а Володя тут же вышел из комнаты – Как ты, дорогая? – Михаилу было радостно слышать голос жены – Веселая у вас ночка была?

– Да, несладкая – Нина говорил медленно, так бывает с ней, когда очень устала – только ты мне скажи сначала, что опять там отчебучил, говорят тучи, гром и молнии наводишь? Странные слухи тут о нашем атамане циркулируют.

– Э.. – Бойко замялся – просто новое проявление моей исключительности. Скоро буду совсем как Зевс.

– А я Гера? Ну-ну, ты бы осторожнее, Мишенька.

– Что все обо мне? Со мной все в порядке! Вы-то как там?

– А что мы? Как бой у вас начался, тут всех на уши поставили. Вязунец везде посты наставил, пулеметчиков на чердак. Машины с пулеметами у входа всю ночь простояли. Стреляли где-то. Потом рано утром раненых доставили, и сразу так много! Пришлось всех задействовать, сразу три операции одновременно шло. Сережа Носик бедный, как вышел из операционной, так и упал. Студенты тоже по-взрослому работали. Тяжело было, но справились, всех с того света вытащили. Спасибо Образцову, заранее подумал обо всем, сам же и ассистировал. Оперировать не может, руки и зрение не те, но организатора лучше не найти. Мы тут немного растерялись поначалу и чуть в панике не ударились, когда столько ребят выгружать из машины стали, трое совсем плохих, а Образцов как закричит, всех построил и на нужный лад наставил. Молодчага, в общем! А тут еще и стрельба с диверсантами. Говорят, Кораблев в этот раз постарался. И Оля добавила в счете, они со Складниковым кого-то на болоте обнаружили.

– Когда это было? – Михаил перешел на служебный тон.

– А ты что, не в курсе?

– Да меня только сейчас разбудили, стервецы!

– Не ругай уж их сильно, пожалуйста. Все же хорошо кончилось.

– Устала? – Михаил успокоился.

– Конечно же – Нина притихла – еще за тебя, и за Петьку волновалась. Пошла такая стрельба, у нас ставни все завесили, грузовики у окон встали. Девки-ополченки на нервах, они ж в боях не участвовали. Хорошо все обошлось, мужики сами справились. Сейчас пойду отдыхать.

– Иди, милая, иди. Постараюсь к вам сегодня заехать.

– Хорошо.

Михаил отсоединился и задумался, потом резко встал и направился к входу в Рубку. В центре управления было спокойно и тихо. Стеценко сидел в своем рабочем кресле, держа в руках огромную пузатую кружку с чаем. Он оглянулся на вошедшего атамана и сделал приглашающий жест рукой.

– Почему не разбудили? – хмуро спросил Михаил.

– Не было надобности, Михаил Петрович. Все проблемы решились достаточно быстро. А пока затишье.

– Тогда докладывайте – атаман прошелся к своему креслу и присел.

– Сейчас майор покажет и расскажет, ролик наши связисты уже подготовили – Стеценко кивнул в сторону военного из Неноксы.

Охрименко оглянулся, нажал пару клавиш и начал – Сначала доклад по потерям на левом фланге, вот видео с утренней съемки.

На центральном экране появились виды соснового леса. Сейчас он был весь избит и поломан, на деревьях появились отметины от пуль и снарядов, ветки искромсаны осколками от мин и ВОГов. Подлесок также был здорово подчищен пулеметами, то там, то тут валялись ошметки мха и ветки, оторванные пулями. Досталось и людям. Ролик был смонтирован с нескольких камер, часть кадров взята с файлов, полученных с маленького беспилотника. Другие с камер, уцелевших на деревьях, и снова подключенных к питанию, но большинство кадров было снято просто с рук. Поэтому можно было воочию убедиться в больших потерях спецназа рейдеров. Между соснами, в окопах, ямах лежали, висели, сидели сломанные фигуры, некогда бывшие живыми людьми. Странные маскировочные накидки, новейшее вооружение и амуниция. Некоторые лица были скорчены в невыразимых муках, доставшихся им перед смертью. Кое-где валялись фрагменты тел, оторванные пулями от тяжелых пулеметов. Мох из зеленого в некоторых местах стал буквально бурым от крови. Но Михаил спокойно смотрел на эти ужасающие кадры, ведь те мертвецы пришли убивать нас и наших детей, поэтому пощады им ждать не приходилось.

– Конкретный замес там произошел – атаман прокомментировал увиденное на экране.

Охрименко кивнул и продолжил – Основные моменты боя вы уже знаете. Спецназ Ордена подкрался очень близко и оказался у самых наших окопов. Передовому охранению пришлось срочно уносить ноги, хорошо местность была знакомая. Видимо спецы использовали какие-то особые накидки, отражающие тепло, наши приборы их не заметили. Затем Хазов использовал вариант «Флеш», ослепил противника и нанес чувствительные потери: передовые порядки рейдеров были основательно выбиты. А в них работал именно спецназ. Затем наши бойцы спокойно отошли на третью линию, под прикрытие бронетехники, и там встретили отряд идущих вперед нацистов массированным огнем. Вот посмотрите.

Майор передал Михаилу знакомый ему по иностранным фильмам немецкий пистолет-пулемет; приемистый, с раскладным прикладом, большой пистолетной ручкой, и удобной рукояткой спереди. На стволе висел толстый набалдашник глушителя, сверху коллиматор. Атаман покрутил машинку в руке.

– Удобная штука. Откуда?

– Сняли с убитых спецназовцев, это Heckler und Koch MP5SD – с тоном знатока прокомментировал Охрименко – видимо закупились до Катастрофы для своих нужд, используется в основном спецназом. Поэтому у рейдеров и получился успех в начале атаки: теплоизолирующие накидки, бесшумное оружие, хорошие навыки бойцов, радиомолчание. Их вели по лазерным меткам, видимым только в ночниках. Если бы не наши ловушки и основательная подготовка, смяли бы «лесовиков».

– А это точно спецназ Ордена? – Михаил положил пистолет-пулемет на стол.

– Я забыл сказать, что наши во время прочесывания взяли двух пленных, один кровью истекал, сейчас в клинике, второй был контужен. Рейдеры своих раненых побросали, когда уходили, так что поломали мы их, основательно поломали, Михаил Петрович, сбили спесь и гонор напрочь.

– А где сейчас второй пленный?

– Как где? У Складникова песни поет. В клинике спецназовец – командир целого отделения. Его по-быстрому допросили, он слаб еще, но жить хочет, поэтому говорит. А второй пленный нациком оказался, тоже сразу заголосил. Сейчас точно известно, что там работал полный взвод группы спецопераций Ордена, костяк его состоит из боевиков специальных сил Космических войск, с ними в атаку шел отряд «Валькирия» из роты нацистов. Вот такие пироги складываются.