Текст книги ""Фантастика 2025-132". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Яся Белая

Все телеги, на которых прибывшие везли скарб, амуницию и запасы, а также те, что поставили нам продовольствие, были выкуплены и слегка доработаны для повышения мобильности наших баталий. Одним из элементов обучения королевских баталий стали марш-броски с применением гужевого транспорта. Если уж драться плечом к плечу, то все войска должны соответствовать общим требованиям.

Еще через неделю в мою ставку доставили захваченных неприятелей. Оказалось, что то не лазутчики, не авангард противника, а гонцы, чьей задачей было сначала найти, а потом донести до командующего войсками Мерсалии, то есть до меня, приглашение на переговоры. Где, в каком количестве и под чьей командой эти самые войска находятся, отправитель не знал, потому и отправил конверт «на деревню дедушке».

Ничего особенного, очередное письмо очередного короля. Король Иманта Георг «первый своего имени», как в моём далеком прошлом величали коронованных особ в каком-то уже забытом сериале. Так вот, из его письма следовало, что войско ведет он сам дабы покарать наглого захватчика, но конкретно сейчас Георг предлагает встретиться и обсудить детали предстоящего сражения конкретно и войны в целом. Ну да, обговорить правила, сделать ставки, заказать вино и закуски…

Мне не было нужны ехать вслепую, и помощь гонцов не требовалась. Отряды быстрого реагирования вошли на территорию сопредельного королевства в локации, свободные от противника и одновременно примыкающие к месту встречи двух воюющих сторон. Пока я с отрядом поддержки графского достоинства, приближенными дворянами и слугами выдвигался в условленное место, ко мне поступали доклады от групп. По ним выходило, что король Георг также движется в район рандеву, попыток сосредоточить отряды или скрытно блокировать район не выявлены. Нет, я понимаю, что как-бы глупо подозревать в таком непотребстве целого короля, но жить хочется. Хочется жить хорошо и на свободе в собственном дворце или замке в окружении… Замечтался, не надо мне окружения, не люблю сидеть в осаде. Один раз попробовал, и то быстро психанул, сам взял противника в осаду близ замка Прист.

 
Солнышко светит, птички поют,
В замке дер Пристов тепло и уют!
Едет дружина, доспехи гремят,
Славной добычи вояки хотят!
 
 
Бьют барабаны, команда «Вперед»,
В битву лихую дружина идет!
Маги ударят, да мы поднажмём,
Снова победа и полный разгром!
 

Шутки ради я написал бодрую песенку, бойцы с охотою разучили, теперь баталия едет верхами, распевает как может. Громко и в лад более-менее, а большего и не надо. От воинской песни что требуется? Чтоб бодрость своим внушала и несла смятение в стан врага. Мол, поют гады, веселятся, значит уверены в победе. Значит что? Есть у них какие-то козыря, а то и козыри, которые помогут разгромить нас несчастных. Напугал, считай половину победы добыл.

Нарочито бодро и одновременно дружелюбно паркуемся на лугу, слуги тут же разбивают шатер. Стоп, разбивают лагерь, а у меня всего один шатер, который они поставили. Я прибыл первым, значит на мне организация места проведения переговоров. Уверен, какие-то видаки сейчас сняли картинку и несутся своему королю докладывать, что противник на переговоры прибыл, песенки поют, шатер ставят, к встреча вашего величества готовятся.

Ближе к обеду их величество подрулил на стрелку на черном «Мерседесе», в смысле на вороном жеребце в окружении своей свиты. У него свитские покруче моих, хотя и у меня целый маркиз под боком во временных вассалах. Так-то он чуть повыше меня в иерархии, и мы с ним оба ваши сиятельства, но пока вассальная временная присяга не закончила своё действие, я выше его по статусу. Кстати, не наглею в том числе и по этой причине, что скоро он перестанет мне подчиняться и будет выстраивать свои отношения со мной на основе опыта предыдущего периода. А с кем нет желания ссориться, так это с дер Булем, умный дядька, еще и от меня нахватался идей. Почти Кутузов, если по комплекции и талантам смотреть. Оттягивать момент встречи уже некуда, надеваем радостную улыбку, производим выход из шатра навстречу дорогому гостю.

Глава 25
Мысли и планы

А вот мой гость не улыбается. Кажись, он даже не очень осознаёт, что переговоры ему вести вот с этим юношей, что лезет под ноги августейшей особы. А сейчас ему разъяснят. У меня для этого маркиз припасён. Длительный и несколько раздражающий ритуал представления друг другу, который мог бы начаться в другой ситуации, сейчас был сведен к логичному минимуму. То есть сначала зачитали все титулы короля Георга, а потом все мои. Не надо только ржать, я и рыцарь, и виконт, и граф, и командующий объединенной армии королевства Мерсалия, графства Прист и графства Долинол. Королю очень не понравилась такая заявка, но тут вопрос спорный, король Мерсалии меня согласовал, ксиву выдал, в приказ внёс и даже на довольствие поставил. В извращенном виде, то есть платить я должен ему, а не он мне.

Так что спор теперь идет не между королем и самозванцем, а промеж двух монархов, и я данном случае «всего лишь» военачальник, инструмент разрешения спора. Это если формально, а если копнуть глубже, то на втором слое найдем меня-зачинщика и и организатора казус-белли, повода к войне. Только Георг тоже понимает, что на третьем слое он снова натолкнется на Якоба Третьего, по воле которого моя авантюра и свершилась. Так что политесы и расшаркивания и повод для драки в одну сторону, суровые реалии и причины войны в другую.

– Граф, ты знаешь хоть, в чем причина конфликта между Имантом и Мерсалией?

– Ваше величество, я в такие глубины не лезу – меньше знаешь, лучше спишь. Но думаю, всё как обычно – деньги. Повод может быть любой, а причина чаще всего одна.

– Угадал. При всей твоей молодости ты выглядишь достаточно разумным человеком. Так что предлагаю тебе сдачу в плен на почетных условиях.

– Отлично, ваше величество! Вы тоже проявили себя мудрым человеком! Я рад, что мы обойдемся без лишних смертей и дополнительных финансовых потерь – лицо Георга разгладилось. – Я целиком и полностью согласен с вашими условиями и готов прямо сейчас принять ваш меч. Можете даже колено не преклонять, не велика я шишка, чтоб король передо мной на колено вставал. Давайте уже своё оружие.

Я думал, короля кондратий хватит, еще и сзади что-то сипело и булькало как перегретая скороварка, травящая пар через клапан. Потом скороварка начала кашлять, а кто-то сердобольный начал её лупить по металлическому боку… Всё-таки обернулся – красный как рак марки дер Буль изо всех сил пытался не ржать, ну или его заколдовали злые волшебники.

– Прошу простить моего вассала, ему нездоровится сегодня, видать что-то съел несвежее.

– Я думаю, ему стало плохо от вашей выходки, достойной ребенка. Или вы не понимаете, что у вашего войска нет ни одного шанса не то что победить, а просто уцелеть. Мы раздавим вас.

– Ваше величество, вы очень убедительны. Простите, я с чего-то решил, что вы адекватно оценили соотношение сил и собираетесь минимизировать потери. Я ошибся, придется вас разгромить, оставить жен сиротами, детей вдовами, кредиторов банкротами. Да и хрен с ними, с кредиторами. Лошадок жалко, целое ж состояние в землю закопаем. Может, сказать окрестным крестьянам, чтоб на тушенку всё мясо перевели? У вас едят тушёную конину?

– А у вас?

– Если я прикажу, то будут. Сам же первый и начну для примера, чтоб ресурс не пропадал.

– Граф, вы вообще о чем! Мы не для того собрались тут! Что вы себе позволяете, какая тушенка, какие крестьяне?!

– Тутошние. Пусть собирают конину и варят, всё подспорье в хозяйстве. А то они у вас недоедают, малохольные через одного.

– Всё, хватит про селян. Я предлагаю через два дня собраться на луговине в двух милях к северу отсюда.

– Зачем?

– То есть как зачем? Для генерального сражения. Пусть наши армии сойдутся в честном бою и силой оружия решат, спор.

– Честный бой – это здорово. А ваши успеют за два дня убить половину ваших?

– Что вы несете, граф?

– Ваше величество, вы сказали, что мы с вами собираемся устраивать честный бой. Я согласился. Еще можно организовать приём ставок и продажу мест для зрителей. А раз декларируется честный бой, то вам придется уполовинить своё двухтысячное войско, чтоб драться на равных, по-честному. Вы готовы?

– Что за ерунда, конечно нет! Честный бой, это когда все ваши силы против всего моего войска…

– Прошу прощения, что перебил. Бой на ваших условиях, в удобное для вас время в удобном для вас месте – я ничего не перепутал про честный бой?

– Вы боитесь, граф?

– Ваше величество, а вы медведей боитесь?

– Я что, маленький мальчик? Конечно нет!

– То есть вы готовы сейчас выйти безоружным и бездоспешным против взрослого медведя?

– Как это? Зачем?

– Так зачем мне выходить против вас? Лучше я нападу на вас ночью, или в другое удобное для меня, а не для вас время. Раз вы не захотели по-честному…

За спиной опять раздались звуки, причем уже многочисленные. Видать, утром имело место массовое отравление. Что значит, мои ближники питаются всякой хренью, а не из одного котла с дружинниками. Я вон здоров, не давлюсь, не фыркаю как лошадь.

– То есть вы не собираетесь соблюдать неписаные правила войны? Что ж, зато честно. Тогда и мы не будем миндальничать с вами. Вас не пугает, что моя армия в два раза больше?

– Нормальное соотношения, меня устраивает. Вот если бы вас было больше раз в десять, то я начал бы беспокоиться. Столько конины селяне не переварят. Впрочем, что мы всё о делах? Ваше величество, давайте перекусим по-походному. Я слышу запах готового шашлыка, если вы не пробовали это блюдо, то просто обязаны попробовать сейчас. Уверен, вам понравится.

– Шашик? Странное название. Но запах действительно чудный. Пришлю своего повара к вашему, пусть расскажет рецепт.

– Ваше величество, ни в коем разе! Это благородное блюдо, его способен приготовить только благородный человек с титулом не ниже баронского. Не знаю, почему, но простолюдинам не дано постичь его тайну. Так что пришлите пару ваших сановников к моим, они расскажут и накормят заодно. А нас ждет легкая закуска и вина из подвалов дер Пристов.

– Настойки тоже будут?

– Непременно. Я по молодости организма не способен наслаждаться настойками, а такой зрелый муж как вы обязательно оценит букет. И я уже распорядился подготовить для вас пару бочонков нашего вина.

– Вот за это спасибо. Признаюсь, граф, как переговорщик вы несносны, но как аристократ достойны общения с монархами. Признайтесь, с Якобом Третьим на короткой ноге?

– Он дарил мне рыцарские шпоры.

– Ха, это всё объясняет. Вы его цепной пес.

– Даже не знаю, как расценить ваши слова, ваше величество. Вроде и комплимент, но не куртуазный. Ну да ладно, война войной, а обед по расписанию.

Короче говоря, два в достаточной мере наглых и не сильно скованных рамками морали человека всегда поймут друг друга. Хоть этот факт и не отменит обоюдного желания воткнуть нож в собеседника. И чем больше понимание, тем сильнее желание. Переговоры из разряда «так принято» закончились именно так, как и должны были. Хотя по некоторым оговоркам я понял, что у Георга была надежда, что мы уберемся из графства или как минимум начнем торговаться. Но раз нет, то давайте поедим и разойдемся, оставшись при своих.

Нормально переговорили, в конце концов ложные ожидания и надежды обеих сторон развеяли. Хотя, у меня не было никаких ложных ожиданий, ни разу в голову не пришла мысль, что король Иманта оставит такую мою выходку без реакции. В данном случае не попытаться отбить графство никто бы не понял. Даже если Якоб Третий выдвинет на границу десятитысячную армию, Георг будет обязан об неё постучаться. Потеря ресурсов и подданных не так страшна, как репутационная.

Георгу было с самого начала понятно, что нападение на его королевство, причем так изящно организованное малыми силами, но с максимальной эффективностью, есть дело рук, а точнее ума короля Якоба Третьего. Не первый год он пытался оставить Имант без доходов от выгодного географического положения Иманта, оседлавшего устье Девоны. Честно сказать, Георг и удара ждал именно оттуда, и силы там держал серьёзные. А оно вон как обернулось, вместо отвлекающего удара Якоб нанес поражающий, пусть не в жизненно важный орган, но кровотечение открылось, организм ослабеет на какую-то толику. А в большой драки порой этой самой толики сил и не хватает, чтоб одолеть равного по мощи врага.

Но мог быть и другой вариант – если бы Георг отреагировал масштабно, ввел в Долинол большое войско, то Мерсалия решилась бы напасть на Приречье. Тут как в шахматах вилка получилась у Якоба Третьего. Одну фигуру защищаешь, вторую потерял. В этом свете Долинол даже не лёгкая фигура, а пешка в сравнении с рекой, дающей солидный денежный ручей. Так что, смириться с потерей и ждать, когда обстоятельства окажутся благоприятными? Бред, конечно, нужно попробовать вернуть графство теми силами, какие смог выделить на этот поход.

Тогда следующий вопрос, размышлял сам с собой Георг, хватит ли моих двух тысяч на то, чтобы восстановить суверенитет над Долинолом? Непростая пара нарисовалась во главе войска противника. Маркиз дер Буль вояка опытный и уважаемый, значит фактическое руководство кампанией осуществляет он. А граф этот, Жорж? Молодой выскочка, чудом уцелевший в нескольких авантюрах и сражениях, уже в шрамах и с непомерной наглостью. Цепной пёс, который даже не стал делать вид, что обиделся на это прозвище. Стало быть, он не только ширма или кукла на троне, как раньше думал король Иманта, видимо он приставлен надзирать за исполнением королевской воли и кусать отступников. А то и рвать горло отступникам, пусть даже мнимым. Кому попало короли золотые шпоры не дарят. Это как сказать – вот мой фаворит, моя длань простерта над этим человеком. Кто такого парня тронет? А нет, находятся те, кто пытается. Видать, нешуточные там страсти кипят, раз гнева королевского кто-то не убоялся.

Седерик уже показал себя незаурядным стратегом, продолжал выстраивать логические цепочки Георг, идея сделать реку Кошу непреодолимой по всему течению гениальна! Мало того, он еще и сухопутную границу мотыжил всю осень и зиму… тем самым Седерик оставил всего три места, в которых войско сможет нормально войти в графство и развернуться в боевые порядки. Во всех остальных местах его дружины будут должны просачиваться через топи и засеки чуть ли не в колонну по одному, что создаст угрозу нападения на марше. Войско, построенное в боевой порядок и войско на марше – это совершенно разные вещи. В походном порядке теряется возможность маневра, управления, концентрации сил для удара или просто слаженной обороны. Так что наступать придется там, где нас ждут. Как сказал самозванец Жорж, «не там и не тогда, где вам это удобно».

Хорошо сказал, самую суть ухватил. Да уж, умеет Якоб находить исполнителей своей воли. И ведь молодой совсем, почти пацан, а черт старый углядел, приблизил, обласкал. Говорят, за убийство моего племянника дом ему недалеко от королевского дворца подарил. Убийством, конечно, это не было. Если судить по докладам, честная дуэль. Насколько честной может быть дуэль между шестнадцатилетним юношей и мужчиной под тридцать. У соседей-северян есть воины-берсерки, они готовы броситься в бой против кого угодно с любым оружием. Но это другой случай, этот умный и еще более от того опасный враг. Говорят, когда встречаешь смертельно опасного противника, попробуй сделать его союзником, если не можешь сделать другом… Не тот случай. Или не в данное время.

Ладно, не нами сказано: «Делай что должен, а будет как будет», время слов прошло, началось время большой войны! Король Георг кивком головы подозвал слугу и велел собирать малый военный совет. Пора выдвигать армию на рубежи удара по противнику.

– Ну что, друзья мои! Переговоры с его величеством Георгом прошли в теплой и дружеской атмосфере, мы решили немного повоевать! – Мой спич был прерван слитным ревом и ударами ладоней по плечам соседей: большой военный совет, это не столько способ услышать умный совет от подчиненных, сколько психологическая накачка для командиров всех уровней, раздача заданий и ролей. У благородных господ, знающих мои закидоны была опаска, что я выкину какой-нибудь фортель и сведу войну к окончательному непотребству. – Маркиз, скажите своё мнение о прошедших переговорах и шансах Георга на победу – так изящно я перевел стрелки на маркиза Седерика.

– И скажу! Господа, вы меня знаете давно, я впустую не трезвоню!

– Да! Говори, чего хотел! – как-то уж очень неформально совет у нас проходит. Напоминает казацкую вольницу.

– Наш предводитель граф Жорж предложил королю сдаться на милость графа. Представьте, король так опешил, что даже не сразу нашел, что ответить. Но потом решил не сдаваться. Так что битва будет.

– Здорово! Да-а-а! Покажем Иманту, почем нынче земелька!

– А насчет победы… никто не обещал, что будет легко. Враг силен, в чистом поле он нас сомнет запросто, так что соглашусь с графом. Биться надо не числом, а умением. Манёвр, засада, охват – всё, что мы умеем и знаем о тактике ведения войны против превосходящих сил противника. По возможности бить по частям, если нам дадут такую возможность.

– У них три коридора для входа. Если пойдут через один, будут долго накапливаться для развертывания баталий – можно будет уничтожать отряды по одному.

– Да, а если начнут вход в трех местах сразу, нападем на один из кормпусов всеми силами и уничтожим до подхода к ним подкрепления.

– Это конечно, удачно сложилась ситуация.

– Сложилась? Да мы её полгода складывали, копали день и ночь! А он такой приходит весной и заявляет «сложилось» – угу, начались тёрки между свежими вояками и теми, кто всю зиму тут сидел.

– Седерик прав, если мы победим, я первый скажу, что мотыга победила меч.

Ну да, мотыга, топор и пила. Где запруды, где канавы, где засеки, приведшие леса в совершенно непроходимое состояние. Действительно на всей обширной территории было всего три удобных района вступления в графство. Вот только погорячился барон с тем, что вводить войско по коридору Георг будет долго и нудно, не настолько он узкий. И да, мы уже знаем, напротив какого из трёх окон группируется войско противника. Так что нежданно или со спины не нападут. Вот только не так уж всё безоблачно у нас. Копать придется опять.

– Господа, а ведь нашим бойцам опять придется поработать мотыгами.

– Как?! А воевать?

– А потом воевать. Поскольку мы уже знаем направление удара, я предлагаю перегородить его не только нашими телами, а еще и насыпать холмы ромбовидной формы как волнорезы у берега. А перед ними выкопаем рвы, из которых будем брать грунт для насыпи.

– А если просто обойдут холмы?

– И что? Уйдут дальше, оставив наше войско в тылу?

– Да нет, не пройдут. Им надо нас разгромить целиком, а тут вот они мы. Еще и в окружении окажемся.

– Не окажемся, несколько насыпей в ряд, через которые они не смогут пройти. Точнее попытаются, но лезть наверх неудобно, а идти между холмами придется под постоянным обстрелом и магическими атаками.

– А в это время одна из наших баталий ударит в спину в тумане.

– Ты что, научился туман по заказу поднимать?

– Вообще-то да. Там озерцо сбоку, из него воду и подгоним. – Это один из наших воздушников, который в паре с воздушником прямо чудеса начал творить. Угу, маг начал творить чудеса – забавно.

– А может, всё-таки комариными укусами по ночам? Как уже не раз раздергивали противника?

– Жорж, зачем?! – на меня посмотрели как на великовозрастного дебила, попытавшегося отнять конфету у ребенка – Незачем месяц бегать за врагом, когда он сам лезет в ловушку.

Глава 26
Финальная битва

Никто так не подгадит человеку, как может это сделать он сам. Это универсальное правило действует практически всегда и на всех особях. Кто дергал за язык дер Баниша, сказавшего, что но с приданными магами земли сможет внести сумятицу в атакующие порядки прямо перед самой атакой. Как? Просто слегка изменив конфигурацию редутов. С другой стороны, барон дер Баниш понимал, что именно в такие моменты можно поймать свой миг удачи. Особенно если ты не боевик, а сугубо мирный маг земли.

Мне что жалко, захотел барон Уле проявить инициативу, пусть она его имеет. А он пусть приподнимет редуты и углубит рвы. Хотя я не уверен, что то, что в ночь перед атакой мы дружно копали, было именно редутом. Четырьмя редутами. В голове мелькали какие-то непонятные флеши, куртины, равелины, даже машикули. Бойцы, буквально все бойцы, заняв свои позиции, прямо ночью под надзором своих командиров копали в шахматном порядке ромбы, вытянутые в сторону противника. Вместо ромбов в итоге получились эллипсы, передняя часть которых была сильно выше задней. Это для того, что атаковать их солдатам противника было максимально тяжело, а драпать моим бойцам предельно удобно.

Смутно вспоминаю историю Полтавской битвы, во время которой шведы допустили все косяки, какие только можно было придумать и понимаю – такого подарка воинство Георга мне не сделает. И так помогли враги, за что им спасибо. Чем помогли? Пересекли границу и развернули баталию не рано-рано по утру, а после обеда, намекая на время начала битвы – завтрашнее утро. Мои войска демонстративно выстроились напротив них за пару тысяч шагов, демонстрируя, что завтра грудью встанут, лягут все, а не дадут пройти супостату. И уже ночью принялись копать без фанатизма, раз барон Уле утром доделает начатое.

Вечером у меня прошел еще один совет, малый, даже можно сказать, совсем малюсенький, на котором я разжаловал маркиза дер Буля из командующих обороной в командира баталии:

– Нет, Седерик, я не смогу тебе поручить оборону.

– Но почему, Жорж?

– Ты не сможешь вовремя дать приказ на отступление. Да ты вообще вряд ли сможешь его отдать.

– А зачем нам отступать?

– Вот-вот. Так что, извили, маркиз, но делать ты будешь то, что тебе больше всего нравится.

– Вот только не говори про засадный полк, я не буду сидеть в лесу, пока вас будут затаптывать в твои холмы и рвы.

– Не угадал. Сегодня вечером ты возьмёшь сотню бойцов, всех огневиков, двух воздушников из тех, кто с огненными вместе работать умеют, и пойдешь в обход озера. Ваша задача – зайти в тыл армии Иманта, а когда начнется битва, уничтожить обоз. Подчеркиваю – уничтожить. Мне не нужны пленные, не нужны лошади и провиант. Всё в пепел и прах. Попадется случайно казна – забирайте, всё остальное в пыль. Это ясно?

– Погоди, там будет никак не меньше трёх сотен.

– Четыре, по докладу разведчиков. Четыре сотни с большим обозом без командиров, магов, без готовности сражаться. И я не уверен, что кто-то кроме тебя сможет убить их всех. Да еще и не начнет грабить.

– Я понимаю, ты хочешь, чтоб мы оставили Имант без обоза и при этом не потеряли мобильность.

– Всё верно.

– В этом нет чести.

– В этом есть необходимость. Ты готов выполнить мой приказ?

– Да, ваше сиятельство. Я это сделаю.

– Спасибо, маркиз.

Утром, едва рассвело, от позиции противника донесся шум, лязг и гул – началось. Четыре редута как четыре корабля, рассекающих морскую гладь, возвышались над полем, и перед каждым глубокий ров подковкой, словно схлынувшая вода. Один флагманский сильно впереди, следом номер два и три сзади и по бокам от первого, а четвертый замыкает группу. Девять сотен дружинников и три сотни обозников стояли на спинах этих не то кораблей, не то китов. Добавляя сходства, на носу первого стояла пушка, расчет которой ждал только моей команды. Левый наш фланг был надежно прикрыт озерцом и топью, справа был вполне проходимый кустарник, но это если пешком. А на лошадях вряд ли – не полезут лошади в такие заросли, чай не носороги, не кабаны. Если нас начнут обходить пёхом, то процесс затянется, противник будет вынужден разделить силы, так что вряд ли.

Сигналы давно разучены, действия дружины отрепетирована, командиры полны энтузиазма, опять же баронство ждет удачливого командира из благородных, а дворянская перевязь счастливого храбреца из простолюдинов. Об этом я тоже уведомил своих воинов. Пусть ищут благородство в доблести.

Когда расстояние до наступающих уменьшилось до приемлемых четырехсот шагов, прозвучала команда и раздался такой знакомый и родной звук – по атакующим отработала пушка, еще раз, пошла потеха! Я не знаю, каково это – скакать навстречу врагу, слышать это ужасное «бабах» с неумолимой периодичностью, видеть, как из твоего строя вместе с конем исчезает то один дворянин, то другой, слышать крики и лязг доспехов, сминаемых падающими всадниками, спотыкающимися об убитых товарищей… Зато я точно знаю, что снаряды моей пушки порой прошибают еще и следующего рыцаря. Я сам велел заряжать через один простые свинцовые снаряды и стенобойные со стальным сердечником.

Команда «Стеляй!» раздалась, когда до противника осталось полторы сотни шагов. Одновременный залп более семисот луков и арбалетов в зенит был подхвачен магами воздуха и почти не ослабленный борьбой с окружающей средой достиг атакующей кавалерии. Почти достиг, потому что встречная волна магического ветра сдула почти все стрелы, бессильно попадавшие под копыта лошадей. Только болты проткнули воздушную подушку без заметной потери кинетической энергии, но погоды не сделали. «Стреляй!» следующая волна стрел была также подхвачена магией и опять не нанесла ощутимого урона. А вот третья ударила уже хорошо – противник приблизился на сотню шагов, а сил у вражеских воздушников уже не было.

Сотня шагов до противника, по команде орудийный расчет покатил свою пушку с холма, выводя её из-под обстрела. Её следующей позицией будет четвертый рукотворный холм. И так хорошо поработали, я думаю, что не меньше трех десятков благородных, составляющих цвет войска, они вышибли из рядов конницы насовсем. Это с учетом той кучи-малы, которая возникала при каждом попадании в первый ряд всадников.

Полсотни шагов до противника, лучники и перезарядившиеся арбалетчики снова бьют сверху уже почти в упор, а войска Георга накрывает плотный туман – следующая фигура «Марлезонского балета». Мы проверяли, туман получается такой плотный, что руку свою еще видно, а дальше уже всё – только силуэты и серая хмарь. Еще и звуки доносятся как… как в тумане. У меня практически нет конницы в этом бою кроме той сотни, что ушла в тыл противника и сотни в резерве. Мало того, я не знаю, зачем Георгу в этом бою кавалерия – я слышу, что с ней происходит и опять начинаю жалеть лошадок – в тумане кавалерия влетает в ров и самовыпиливается с жуткими криками и звуком, напоминающим работу гигантской электромясорубки, в которую упала великанская связка ключей.

Еще живые воздушники, следовавшие в последних рядах конного строя пытаются сдуть туман, мои его усиленно закачивают. Их огневики пытаются вслепую бить по моим баталиям, чаще сего ошибаясь и с направлением, и с высотой целей. Нет здесь привычки воевать на холмах, видимо. Увы, не все удары мимо, на первом холме наблюдаю серьезные потери.

Нулевая отметка, пятно постоянно подпитываемого тумана доползло до первого «кита», по команде его живые защитники бегут назад и вниз, откатываясь за последний холм и занимая оборону справа и слева от него. Там, в тумане невидимый пеший противник пытается штурмовать крутой склон, на котором уже никого нет, а стрелки со второго и третьего «китов» всё мечут и мечут стрелы на звук и просто наугад. Вырывающиеся из тумана выжившие конники оказываются под фланговым обстрелом. У них только один вариант уйти из-под обстрела – гнать вперед. А впереди следующий холм и ров перед ним, так что ни одного шанса выжить.

Из тумана на горбу первого холма вынырнули бойцы войска Иманта, они взяли холм ценой больших, я надеюсь, потерь. Тут же группа попала под обстрел пушки и стрелков с четвертого холма, а дружинники с двух боковых героически отступают, порой бегом, падая, помогая друг другу встать и теряя оружие, волоча раненых. Мне сейчас важнее сохранить свои баталии, а не чей-то арбалет. Поэтому все заранее предупреждены – лучше кинь оружие и помоги боевому товарищу отступить, чем он героически погибнет сейчас, а ты потом. Единственный запрет – отступать без приказа. И всяк верует, команда отступать будет, если нет шансов удержать позицию. А если команды нет, значит и позиция не безнадежна, так что дерись как герой или беги как герой, но всегда по команде.

Второй и третий холмы захвачены, чертов туман не хочет держаться на верхушках, зато он хорошо лежит внизу. Поэтому слаженными залпами стрелков и пушки с горбов сметены все живые дружинники врага, а в тех, что в ложбинах стреляют на авось, не жалея стрел. Оттуда тоже летят стрелы, но совсем наугад.

Стена щитов слева и справа от последнего не взятого холма. Один раз в них уже ударили прямо из тумана, еле удержались. Противник отходит, собирается напротив в молочном тумане и перегруппировывает силы. Вот только кто ему даст? Справа без криков и молодецкого посвиста выкатывается, наращивая скорость, резервная сотня. Незачем беречь резервы, если есть шанс нанести максимальный урон врагу – их задача пройти через туман перед мордой четвертого холма, не свалиться в ров и смести всех, кого зацепят, причем наощупь. Самоубийство? Так война, она всегда чуть-чуть самоубийство. Сотня верховых рыцарей с короткими копьями, мечами и топорами влетает в туман, в гул и звяканье, в крики и стоны. Из тумана вырываются примерно восемь десятков, делают дугу и возвращаются в тыл нашего войска. Хватит, больше я их туда не кину.

Туман расходится, у моих магов кончились силы. А у противника их тоже не осталось, ряды пехоты выстроены в стену, на вскидку их осталось немногим больше тысячи. Пушка с холма садит с нечеловеческой мерностью. Темп упал, в сравнении с началом боя, но каждые полминуты раздаётся: «Бабах!» и кто-то умирает. Залпы лучников с холма не так пафосны и уже жидковаты – противник своими ответными действиями тоже проредил моих бойцов. Но вот еще один залп, уже из-за холма, поддержанный магией, падает на головы противника почти отвесно и что-то меняет. Баталии противника дрогнули и поддерживая строй начали отступать.

Нет, парни, так отступать вам дорого обойдется, как только вы отойдете от холмов, мои лучники на них взбегут и усилят стрельбу. Выучка у войска Иманта не подкачала, под непрерывным обстрелом, постоянно теряя бойцов, они отступали от холмов. Даже побег десятка всадников, которые кого-то увозили, лежащего поперек седла, не стал поводом к беспорядочному бегству пехоты. Скачите, скачите… В лагере вас ждет сюрприз, если Седерик не напортачил. Во всяком случае сейчас с холма я вижу что-то похожее на дым в той стороне, что не может не радовать.