Текст книги ""Фантастика 2026-90". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)"

Автор книги: Ольга Смышляева

Глава 14

Белобрысый зазнайка принял боевую стойку и замер в ожидании. В правой руке клинок прямым хватом, в левой обратным, что позволит ему с одинаковой лёгкостью атаковать как сверху, так и снизу. На серьёзном лице полная сосредоточенность. Жест я оценила. Оскорбления и подначки остались на словах в качестве дани многолетнему соперничеству, когда как на деле Яр вовсе не собирался делать мне поблажки даже ради шутки. Он помнит Васю титулованным фехтовальщиком, а не девицей, взявшей в руки меч буквально на прошлой неделе.

Х-ха! Моно-практик воздуха с одним клинком против трио-практика огня-воздуха-воды с двумя! У меня плохое предчувствие насчёт этого…

Пофиг, выложусь на полную.

Рванув вперед, я взмахнула Кроликом, наотмашь делая широкий диагональный удар сверху вниз и одновременно усиливая атаку, выдвинув тело вперед с разворотом по часовой стрелке. Ярослав парировал удар скручивающим движением, эффективно погасив инерцию моего выпада, и тут же нанёс горизонтальный удар правым клинком по корпусу, левый метил по ногам. Первый я отбила, а от второго ушла боковым прыжком, чтобы тут же напасть снова. Как любил повторять Константин Леонидыч, мой тренер по боксу: «Все в боевых искусствах связано с защитой. Кроме защиты. Защита связана с нападением».

Симулятор на то и симулятор, что здесь можно не сдерживаться. Обхватив рукоять обеими руками, я била клинком вновь и вновь приёмами из всех доступных техник, и каждый раз Красноярский уходил от ударов, пока моя ярость не начала брать верх над разумом. Верной дорогой иду, но эссенция даже не думала помогать. Ни искры не проскочило!

– Хорошо, ненависть сделала тебя могучей, – подбодрил Яр интонацией лорда ситхов. – А теперь давай-ка займёмся настоящим боем!

И он усилил натиск. Безжалостные атаки посыпались на меня серией режущих ударов, оттесняя к краю площади и вынуждая с концами уйти в глухую оборону. Память тела штука хорошая, но пять месяцев без тренировок сказывались на мышцах и рефлексах, к тому же Василиса раньше действовала двумя клинками, и сейчас моя левая рука то и дело порывалась выставить блок несуществующим оружием. В один из таких моментов Яр сильно полоснул по ней, а затем круговым ударом ноги свалил меня на землю.

– Ты издеваешься? – парень со злостью воткнул оба своих клинка в каменные плиты. Заряженные эссенцией, они вошли в них как в масло. – Серьёзно, Тобольская, я уже устал спрашивать: что с тобой не так? Два наших боя из пяти заканчивались твоей победой, а сейчас ты даже с подсобниками-первокурсниками не разберёшься!

– Давно не практиковалась, – огрызнулась волком.

– Давно это всю жизнь? Не-ет, с тобой что-то конкретно неладно.

– Кровавый ритуал поломал мне всю эсс-систему, это тебе не насморком переболеть! Я до сих пор не восстановилась.

Глубокий порез на руке не кровоточил, боль терпимая, но приятного всё равно нет. Стихийный клинок знатная вещь, распорол кожу стихийника будто лист бумаги! Без доспехов драться вне симулятора чистый мазохизм. В симуляторе, к слову, тоже.

– Как моим эсс-каналам разогреться, если ты не даёшь атаковать? Я бо́льшую часть времени в защите.

– А что мне делать? – Яр развёл руками. – Поддаваться?

– Признать, что ты хреновый учитель!

Я напала без предупреждения. В один момент расслабленная поза превратилась в быстрый, исполненный силы выпад, нацеленный проткнуть противника насквозь. И у меня бы получилось, не успей белобрысый гад схватить один из своих клинков и прикрыться огненным щитом.

Парировав неминуемый контрудар, я тут же ушла в сторону, крутанулась и вновь атаковала. Стараться, осторожничать и раздумывать над выбором техники более не посчитала нужным, полностью переключилась на универсальную Нулевую. Мастерство предсказуемо просело, но зато повысилась скорость. Что любопытно, усилить удары психокинезом не получилось. Псионика на стихийные клинки не действовала – ни на мои собственные, ни на чужие.

– Все претензии к Вэлу, это он назначил меня добровольцем, – Яр уже не выглядел таким расслабленным, как минутой ранее. – А ты-то почему согласилась?

– Выбора не было!

Почти достала его мощным диагональным ударом снизу вверх и вправо, однако блондинка поставил встречающий блок ребрами обоих клинков, а затем резко опустить центр тяжести вниз, полностью обезопасив себя от инерционного удара. От контратаки я снова увернулась.

– А как же Вологодский? Могла бы попросить о помощи любимого Пашу. Он, кстати, скучает по тебе.

– Откуда…

– Знаю о ваших тёплых отношениях? – на лице блондинки расплылась приторная улыбочка. – Так он сам рассказал. Недели полторы назад заявился ко мне в комнату и выложил как на духу все горячие подробности вашего тайного романа. С фотографиями и перепиской!

– Видела я те фото – не было там ничего горячего! – во мне закипела уже не злость, а ярость. – Максимум снимки в купальнике и смс-фантазии двух девственников, знакомых с порно только по вкладышам из жвачки!

Заступив на камень у края площади, я высоким сальто перепрыгнула Красноярскому за спину и хорошенько полоснула его. Лезвие скользнуло по металлическим пластинам, превосходно защитившим тушку. Не будь на парне доспехов, он бы громко взвыл.

– Не ожидал от вас такой страсти, Василиса Анатольевна, не ожидал. Ты вовсе не бесполый гуманоид, каюсь за кличку. Передо мной, оказывается, преданный лебедь!

– А передо мной осёл!

Яр попытался подрезать мои ноги «ножницами», только я была начеку. Ловко ушла влево, развернулась на носке правой ноги против часовой стрелки и на выходе нанесла короткий, но мощный удар сверху вниз. Одновременно с ним в глубине груди будто лопнула хрустальная ваза, и в ту же секунду тёмно-серебристое лезвие сверкнуло жёлтой дымкой стихии воздуха. Это эссенция! Она усилила поражающий эффект клинка, и острое лезвие наконец-то сумело оцарапать доспехи Красноярского.

Заострять внимание на успехе не стала, жажда мести бурлила фонтаном.

– Надо же, полтора года скрывались, конспираторы любовного фронта, – фривольно подмигнул Яр, усиливая собственные клинки стихиями огня и воздуха-воды, чтобы не дать мне пробить следующий блок.

– Да хоть два с четвертью! Какого хрена Вологодский вообще на исповедь к тебе приполз?

– Тебя хочет вернуть, разве не понятно? Благородный рыцарь решил, будто ты… как он там выразился?.. Ах да: под гнётом семейного давления сдалась в битве за любовь и приняла печальную судьбу брака по расчету. Он не мог такого допустить, поэтому вздумал спасти тебя любой ценой.

– От чего спасти? – натурально зарычала я. – Наша с тобой помолвка и так на паузе!

Ещё один удар угодил в блок. Ярослав оттолкнул меня водяной изморозью.

– На паузе – да, но до конца не разорвана. Видишь ли, Паша из тех немногих, кто верит в твои силы взять четыре ранга в срок, вот и предложил мне самому отойти в сторону. Вроде как вероломная измена невесты должна оскорбить мою гордость настолько, чтобы я согласился потерять солидный кусок собственной губернии. Представляешь абсурд ситуации, а?

– Идиот Вологодский, – я с чувством ругнулась.

Спасибо, что не к моему папочке прискакал, но ведь ещё не вечер! Синеглазый красавчик упёртый и влюблённый до одури, крайне опасное сочетание. Как бы парниша вообще не додумался до классики русской драматургии «Так не доставайся же ты никому!»

– Раз уж мы начали откровенничать, – Ярослав «угостил» меня ударом тёплого воздуха, – не расскажешь, что за кошка между вами пробежала?

– Обойдёшься, блондинка. – Я вильнула в сторону и снова пошла в атаку. – Не лезь в мою личную жизнь, как делал с момента заключения помолвки, и будет тебе счастье.

– Да не будет мне счастья, пока ты не бросишь попытки вернуть ранг!

В этот раз я пропустила стихию по клинку вполне осознанно. Она легко скользнула по лезвию, словно никогда не капризничала, и то, как она это сделала, открыло мне истину.

Оказывается, эссенция вовсе не струится по эсс-каналам хаотичным потоком. Она похожа на электромагнитные волны, и как все приличные волны имеет длину, частоту, амплитуду, период и скорость. Миг, и сигнатура ВЗ-1−1–0 «Дыхание ветра» перестала быть кучкой рельефных палочек на странице учебника, она стала набором чётких параметров, воспроизвести которые «на выход» больше не составляет труда.

Теперь каждая моя атака и защита усиливалась «Дыханием». К сожалению, других ВЗ– пока не знаю, а выставлять параметры наугад так себе идея.

– Вот тебе выход: попробуй рассказать о моём коварстве своему отцу, – прорыв в понимании эссенции ничуть не сбил меня с мыслей. Тема-то острая. – Быть может, он проявит мужскую солидарность и найдёт тебе более приличную невесту.

Яр поморщился с таким недовольством, что едва не проворонил удар.

– Скорее коммунисты захватят власть! На желание моего отца заключить бредовый союз не повлияет даже Великий Князь. Сдалась ему Тобольская губерния! Пусть вы третьи по территории, но в экономике пятые, когда как наша, Енисейская, вторая по обоим показателям. В Княжестве полно более перспективных партий, нахрена цепляться за ваши болота?

– Не болота, а нефть, газ и дерево! – Я в ярости нанесла два широких удара сверху вниз справа налево и слева направо, вынудив Красноярского воспользоваться щитами техник ОГ-4– и ВЗ-5-. Я ощущала их дребезжание каждой клеточкой тела; оно походило на вибрацию хрусталя в бабушкином серванте.

– Сырьевой придаток с самомнением! – фыркнул парень.

– Зато у тебя его не хватает! Уж не потому ли твой папочка так отчаянно хочет заполучить в невестки решительную Тобольскую, чтобы в вашем доме наконец-то появился тот, кто способен на смелые поступки? Без мужика-то в семье тяжко.

Отношения с отцом больная тема для Яра, новогоднее видение возле стихийных камер не даст соврать. Мне удалось достать женишка, и я даже успела получить некое удовольствие, щёлкнув его по носу, но какой ценой?

Ценой всего.

Отбросив левый клинок в сторону, блондинка перехватил правый обеими руками и полностью сосредоточился на атаке. Мощь посыпавшихся на меня ударов в исполнении трио-практика седьмого ранга ошеломила. Если в простом фехтовании я могла бы ещё отбиться с горем пополам, то стихии – это козырь. Тем более, сразу три.

Уже на первой атаке я потеряла практически всё здоровье и здравый смысл. Ошибкой стал инстинктивный разрыв дистанции с уходом на противоположный конец площади. Стихийные клинки способны наносить урон на расстоянии, о чём в аффекте битвы я напрочь забыла. В меня полетела огненная нить. С виду ничего особенного, но внутреннее дребезжание перешло в ультразвук.

Тело сработало на автомате. В попытке защититься от неминуемого удара левая рука дёрнулась в классической боксёрской подставке, а дальше произошло нечто маловразумительное. В считанных сантиметрах от ладони огненная нить рассыпалась безобидными искрами, и вся её убойная мощь развеялась по ветру. Чем бы это ни было, но дребезжание не прекратилось. Оно сменило тональность и стало похожим на… шестое чувство! Действуя под его влиянием, я пригнулась и резко ушла влево. Спустя мгновение в место, где только что стояла, прилетела колючая дрянь. Часть её осколков неприятно впилась мне в ногу, но особого урона не нанесла.

Следующие три-четыре секунды иначе чем чудом не назвать. Я увернулась от целого каскада хлынувшей в меня эссенции, будто заранее знала, куда разъярённый соперник собирается ударить.

Увы, но вечно везти не может. Только проскочила шальная мысль о контратаке, как наваждение внезапно схлынуло. Я моргнула, потеряв концентрацию, и тут же в грудь прилетел воздушный кулак. Его силы хватило оторвать моё тело от земли, протащить несколько метров по воздуху и выбросить в бесконечную пропасть за пределами площади.

Полёт был до безобразия коротким. Вспышка тьмы, а затем я открыла глаза в малом зале номер четырнадцать в навороченном кресле-симуляторе. На одном из экранов сияла надпись: «Бой оконченъ. Побѣдилъ Ярославъ Красноярскiй».

– Что за дрянь⁈ Ты убил меня! – Я мигом вскочила на ноги, готовая сражаться уже кулаками. – Мы не о таком договаривались.

– Пофиг! Цель достигнута. Ты наладила передачу эссенции на клинок, остальное не интересно. На этом всё, Тобольская. – Яр наставил на меня клинок и лёгким нажатием острия толкнул обратно в кресло. – Больше никаких дел между нами, сколько бы ни просил Вэл. Отныне я ему ничего не должен. Возникнут какие проблемы, а у тебя они наверняка возникнут, разбирайтесь без меня. А ещё лучше не разбирайтесь!

– Не указы…

– Даю тебе совет, куколка, – он наклонился вперёд, пригвоздив меня к спинке ледянющим взглядом. – Не восстанавливай ранг.

– Иначе что? – не постеснялась спросить.

– Пожалеешь.

– Извиняй, блондинка, но нет. Угрозы моего отца пострашнее твоих будут.

Красноярский гневно скрипнул зубами вместо ответа и вылетел из помещения раздраконенной фурией.

Мне захотелось запустить ему вслед Кроликом, но вместо этого я счастливо улыбнулась. Несмотря на отстой, показанный мной в битве, тренировку с полным на то правом можно назвать успешной. Эссенция сдалась на милость победителя, а остальное придёт с практикой!

Первым делом, конечно, следует выучить Четвёртую технику. Благо, не с нуля, а на базе аж трёх других. Вася талантливая девочка, а Ирэн трудолюбивая – наш тандем идеален. Уже к концу года я напомню всем в институте, насколько Василиса Тобольская крута в эсс-фехтовании! Обязательно и непременно.

Прогресс в стихии воздуха событие знаковое, однако больше всего меня порадовало другое. В запале сражения Ярослав вряд ли успел заметить, что случилось с его огненной нитью, и почему противница вдруг показала чудеса в уклонении. Я сама нехило удивилась, пока не вспомнила возможности псионики. Только уже не второго ранга. И даже не третьего…

Третьему рангу соответствует умение рассеивать чужую эссенцию. В отличие от классических стихий с их щитами на выбор, псионика может защитить своего владельца только так.

Что касается второй странности – это уже предчувствие, четвёртый ранг. Четвёртый! В учебнике его называют ускоренным анализом действий соперника в боевой обстановке. Навык едва ли не самый полезный, какой только может быть у бойца! Он позволит мне побеждать даже с низким рангом в стихии воздуха да так, что никто не раскусит.

– Спасибо, Красноярский, – усмехнулась в пустоту. – Удачный был спарринг, определённо удачный!

Глава 15

Весь следующий месяц прошёл в нескончаемых тренировках. Я занималась как проклятая душа в самом прямом смысле, пока от свободного времени не осталось ни минуты с минусом. Днём лекции, вечером факультативы по теоретическим дисциплинам с сокурсниками, а перед сном попытки научиться Четвёртой технике цзяньшу.

Сперва я тренировалась в своей комнате, но разбитый в процессе шкаф доходчиво объяснил, как это неправильно. Пришлось переместиться в более подходящее место. Им стал малый зал для аспирантов под номером шесть, тот самый, в котором мы с Яром проводили спарринги ушу. Руководство института сменило код к замку, однако для псионика, умеющего улавливать эхо прошлого с предметов, попасть внутрь не составило труда. Жаль, такие замки не на всех помещениях! Для ректората по-прежнему нужно удостоверение с допуском уровня «Б».

Здесь мне никто не мешал. Почти все аспиранты СВИ люди семейные и не рвались проводить вечера в тренировках, а у председателей в преддверие сессии есть дела поважнее. Неизменной популярностью пользовались только боевые симуляторы этажом выше. Блокировав дверь, я убавляла свет, проецировала видео упражнений на стену и методично повторяла движения за голографическими мастерами. Приём за приёмом, ошибаясь и переучиваясь, в гордом одиночестве.

На втором занятии проскочила идея привлечь Надира, он ведь тоже практик воздуха, но по здравому размышлению решила не наглеть. Самаркандский сейчас всё свободное время тратит в камерах стихий. Спарринги в простом фехтовании ему не интересны да и не нужны, а в симуляторы нет допуска. Вика, как практик воды-огня, сразу мимо. Оставалось уповать только на собственные силы, и я восприняла эти слова буквально.

Партнёр для отработки ударов нашёлся в одном из самых неожиданных мест – в шкафу, где мастер Ли хранит вспомогательный инвентарь. Почему нет? Раз уж я псионик, грех этим не пользоваться. Моим новым другом стал сэр Ланселот Молчаливый, для друзей Лэнс, меч цзянь из стихийной стали низкого качества. Противник не самый умелый (первые десять дней вообще безбожно тупил), но безотказный и с нравами джентльмена. Не грубил, не торопил, не бесил. А ещё он всегда позволял мне выиграть!

Занятия с Ланселотом помогали совмещать сразу два полезных дела: фехтование и тренировку в психокинезе. Силой мысли я направляла цзянь, а затем отбивала его удары Кроликом. Получалось неуклюже и, наверняка, весьма комично со стороны. Только к концу второй недели мне удалось более-менее хорошо освоиться с управлением, и наши с Лэнсом бои перестали напоминать танцы двух клешней из автомата с игрушками. Через некоторое время я даже усилила тренировку, добавив к «спаррингу» метательные ножи. Они ничего особого не делали, просто кружили по периметру верными пчёлами и время от времени атаковали невидимых врагов.

«Если сидеть и думать, как стать лучше, лучше не станешь, сколько бы не думал», – как говорит Вэл.

Хочешь чему-то научиться?

Тренируйся!

Хочешь чему-то научиться быстро?

Тренируйся чаще!

Я же хотела не просто стать лучше, я хотела стать лучшей, насколько это возможно. Так же, как Надир. Сразу после факультативов мы с ним направлялись в комплекс «Двух Клинков» каждый в свой уголок, и обратно возвращались только к полуночи, а утром вместе заправлялись крепким чаем без сахара, чтобы не спать на налогах и бухгалтерии.

Особой моей гордостью стала левитация. Трюк с камнем, проделанный на пути к Пагоде, не давал покоя сладкими мечтами о полёте и манил повторить. Что и сделала. «Лифтом» выступил всё тот же Лэнс. Щит был бы удобнее, не спорю, но в мою задачу входила попутная тренировка равновесия.

Стоя на узком лезвии, словно чокнутая гимнастка, я в первый же день воспарила под потолок… а затем потеряла концентрацию и больно грохнулась на пол. Начинать, по ходу, лучше с тридцати сантиметров. Как освоюсь с мечом, переключусь на собственные туфли, после чего научусь разгоняться до нормативов стометровки, и тогда безумная фантазия о сандалиях Гермеса воплотится в жизнь! Практики воздуха, кстати, способны левитировать себя с пятого ранга, впоследствии мне даже не придётся скрываться.

Чтоб ты сдох, Зэд, но спасибо! Фиг я отдам твою силу обратно, хоть затребуй.

После попытки заарканить меня у Пагоды, он больше не давал о себе знать. В прошлом месяце в институт заезжали высокие чиновники с инспекцией, и ректору волей-неволей пришлось заткнуть дыры в безопасности чем-то, кроме словесных обещаний.

Псионика давалась мне гораздо легче воздуха и нравилась не в пример больше, но для всех Василиса рядовой моно-практик. Пусть низкого ранга, зато сильный. На следующий день после незабвенного спарринга с блондинкой я первым же «Дыханием ветра» выбила сотню процентов и отправила интерактивную болванку в стену так, что Благовещенскому пришлось перенастроить манекен, понизив его восприимчивость под мой уровень.

– Вот сейчас ты вернулась по-настоящему, – всегда сдержанный квадро-практик одобрительно улыбнулся. – Только не очень-то задавайся и, будь добра, в следующий раз обойдись без позёрства. Ты не на факультете «Управления», здесь большинство твоих товарищей откровенно слабые практики. Прояви уважение, не тычь превосходством им в лицо.

– Разумеется, мастер, – почтительно склонилась в ответ.

Вообще-то, удар не планировался настолько сильным. Оно само получилось. Потенциал Василисы Тобольской действительно не ровня потенциалу ребят с факультета «Логистики». Как говорится, сила мощно течёт в нашей семье и всё такое. Пусть артефакты не позволят мне достигнуть высокого ранга, но изначальный «объём» ядра эссенции стихий от этого меньше не стал.

Простенькими ударами техник ВЗ-1– вчерашняя обнулённая, в которую верил только Вэл, наносила больше урона манекенам, чем мои сокурсники техниками второго ранга. Всего за несколько тренировок я заняла вторую строчку в списке лучших практиков курса, с заметным отрывом переплюнув дуо-практика Ужурского. Приятное чувство!

Возглавлял список, что и следовало ожидать, Надир. Средний потенциал в эссенции парень успешно компенсировал невероятным упорством, высоким мастерством фехтования и потрясающей меткостью ударов. Благовещенский назвал его снайпером – практиком с редким талантом посылать эссенцию в цель так, чтобы она била в точку, а не рассеивалась по площади. ВЗ-2−2–4 «Игла» в исполнении Надира запросто пробивала щит стихии земли четвёртого ранга с расстояния в пятнадцать метров! Это невероятно круто, учитывая, что моя «Игла» едва-едва справлялась со щитом третьего ранга на семи метрах.

Практические занятия с пошаговой и зачастую монотонной отработкой одних и тех же приёмов здорово подтянули подсобников в эфирном плане. К концу марта почти все из них взяли второй ранг, а Надир, Ужурский и я – третий, о чём любезно сообщил камушек-индикатор в браслете. Теперь мы могли отрабатывать техники вплоть до Стихия-3–10–10 (первая цифра – требуемый ранг силы, вторая – категория удара и третья – его разряд). Всё, что выше, только в симуляторах, но к ним доступ дадут не раньше апреля. К слову, сила −3–10–10 равна 60 джоуль-секундам. Однажды Надир упоминал про единицы измерения эссенции стихий, но подробностями я не интересовалась. Может, потом как-нибудь.

На радостях по случаю одного из самых важных для себя достижений – взятие третьего ранга – Самаркандский вновь пригласил нас с Викой в ресторан «Юлдуз» и сделал заказ на всю мартовскую стипендию.

– Гулять так гулять! – заявил он, лучась удовольствием. – Экзамены на высший балл сдать можно, но без третьего ранга к стражам не возьмут даже племянников Великого Князя.

– Не празднуй раньше времени, – цыкнула Вика. – Плохая примета.

– Не в этом случае, Вик. Ранги назад просто так не откатываются.

– Но прекрасно обнуляются в один момент, – припомнила я.

– Значит, буду избегать кровавых ритуалов. Кажись, их опасность сильно преувеличивают, – шутливо поддел Надир. – Ты, Вась, справилась с последствиями всего за полгода, более того – наверстала три ранга в рекордный срок. Другие обнулённые полжизни на это тратят. Половина института тебя в настоящие феномены записало!

– А вторая?

– Считает, что твой отец купил жульнический браслет.

– Такие бывают?

– За деньги бывает всё.

– Колись, подруга, – Вика отложила в сторону тарелку с шашлыком и взялась за жареный лагман. – Как ты так быстро взяла ранг? Медитация помогла или снова волшебный чай Цзяо Лань?

– Гены, – ответила заготовленным шаблоном, способным объяснить всё и не сказать ничего. – До обнуления я была одной из самых сильных практиков на факультете «Управления» и уже на третьем курсе взяла шестой ранг, а это вам не балет.

Отсалютовав в небо пиалой с земляничным напитком, залпом её опустошила. Ну, за псионику! Без неё столь скорый прогресс в стихии воздуха был бы возможен только самым натуральным чудом.

– Жаль, что секрет не в чае, – хихикнула Вика. – Ты могла бы разбогатеть, торгуя им.

– Сильно вряд ли. Гиностемма семилистная вымирающее растение. Произрастает только на юге Тибетского нагорья и плохо культивируется. Если собирать её в промышленных масштабах, земляным джейранам нечего будет есть, и они окончательно исчезнут как вид.

– Здравствуйте, профессор Кунгурский. Без вашей зоологии воскресенье было таким скучным!

– О, тогда давайте поговорим о манчжурских водяных волках. Нет зверя прекраснее…

– Официант! – позвал Надир. – Принесите даме десерт с ядрёной хурмой, пожалуйста.

– Или с ирисками, – добавила Вика.

– Волки-то чем не угодили вам? Они не логистика, не налоги и не ещё один факультатив после лекций. Они огромные, белые и пушистые пёсики! Вы не любите пёсиков?

– Посмотрим, что ты скажешь, когда столкнёшься с ними вживую.

– Если столкнусь. Их не просто так назвали манчжурскими, в России они не водятся.

– Так Манчжурия же наша, – удивился Надир.

– Вся?

– На две трети. Хех, радуйся, что в списке зачётов нет географии, отличница!

– Ого! Широка страна моя родная.

– И не говори, – согласно кивнул друг. – Каких красот в ней только нет. Ты обязательно должна побывать в Самарканде, Вася! Пройтись на рассвете по площади Регистан, когда на ней никого, и увидеть, как восходящее солнце медленно «зажигает» позолоченную стену медресе Тилля-Кари. Поверь, такое зрелище ты никогда не забудешь.

– Приглашаешь?

– Спрашиваешь ещё! – с намёком улыбнулся парень. – Моя семья будет рада тебе в любое время. И тебе, Вика. Самаркандские люди гостеприимные: напоим, накормим, спать уложим. У моей двоюродной сестры чайхана в центре города. Между прочим, лучшая во всей области!

– Там готовят узбекские пельмени?

– Обижаешь, Вик! Не пельмени, а чучвару. Это вообще разные блюда.

– Да ну? – она скептически хмыкнула. – И то и это мясо в тесте.

– Надеюсь, ты так шутишь, – вздохнул Надир. – Ничего, сейчас мы тебя просветим, лагман только не доедай. Официант, будьте добры, принесите даме миску чучвары…

Время за вкусными блюдами и хорошей беседой обо всём подряд пролетело стрекозой из басни Крылова. Мы просидели до позднего вечера и «домой» вернулись аккурат к самому закрытию главных ворот; проскочили в последнюю минуту. На территорию институтского городка после десяти вечера входа нет, и неважно, кто ты по статусу.

Мой прогресс в эссенции наделал гораздо меньше шума, нежели обнуление. Неудачи Тобольской греют душу, когда как успехи вызывают раздражение и даже досаду. Досаду на самих себя. Не следует высказывать «фи» в лицо дочкам губернаторов, чего бы они ни натворили. С отцом я помирюсь рано или поздно, а с бывшими подружками нет.

Мама традиционно поздравила меня письмом с ободряющими речами и денежным подарком на новую сумочку, а вечером курьер доставил шикарный букет крупных огненно-красных роз с золотистыми прожилками.

«Опять Вологодский», – с недовольством подумала я, намереваясь отнести цветы коменданту общежития, когда заметила визитку.

На алом картоне красовался лев с высунутым языком и сельхоз инструментом в лапах – серпом и лопатой. Енисейская губерния, мать её! Подписи не было, да этого и не требовалось, такой герб ни с чем не спутаешь. Надо же, князь Красноярский разорился на букетик бывшей-будущей невестке. Дальновидный мужик. Розы, даже самые дорогие, для него буквально копейки, зато какой жест! И будто не было той сценки в кабинете ректора, где они с моим отцом соревновались, кто сильнее оскорбит Васю…

Эти цветы отдавать не стала. Красивые и, главное, подарены без эмоций. Водружая вазу на тумбочку возле кровати, я не чувствовала себя чем-то обязанной дарителю.