Текст книги ""Фантастика 2026-90". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)"

Автор книги: Ольга Смышляева

Ладно, его взяла. Прощай, уныние, и здравствуй, тысяча первая попытка открыть, мать их за ногу, чакры!

* * *

После ежевечернего забега на тренажёрах, от которого может освободить разве что сломанная в трёх местах конечность, я отправилась в деканат. Хотела лично отнести заявление на должность лидера курса подполковнику гвардии Алисе Святославовне Рязань-Тульской.

Как и следовало ожидать, у декана возникли ко мне серьёзные вопросы. Справится ли Тобольская? Такая ответственность мало совместима с ветром в голове, и если я вызвалась только ради честолюбия и красивой строчки в дипломе, то лучше отказаться прямо сейчас, пока не испортила жизнь товарищам и не добавила мигрени ей самой. Вика озвучила лишь часть обязанностей лидера курса. Помимо своевременной выкладки расписания в общий чат и бесконечной отчётности, в них входила комплексная работа по всем направлениям жизни курса, начиная с учёта посещаемости и заканчивая заседаниями под руководством председателя факультета раз в месяц. Прав был Ваня – пахать придётся много.

Рязань-Тульская собиралась дать мне время на размышления, ожидая, что я испугаюсь поднапрячь мозги и сдам назад, но просчиталась. Отступать от принятого решения не в моём духе, тем более в вопросах выживания. Нравится вам кандидатура или нет, смиритесь, товарищ подполковник гвардии! Меня выбрал курс, а ваше дело завизировать заявление. Что, в конце концов, она и сделала.

Покончив с письменными формальностями, декан выдала мне пароль к закрытому разделу для курсантов-управленцев и отличительный значок на форму – ту же самую фиолетовую звёздочку только с золотой окантовкой. Отныне я лидер первого курса подсобников. Маленькая и самая простая ступенька в карьерной лестнице пройдена, с чем я себя и поздравила, купив в автомате большую плитку белого шоколада.

Заседание лидеров факультета «Логистики и снабжения» состоялось аккурат на следующий день. Председатель Гриша Псковский, курсант пятого курса и будущий выпускник, немало удивился моему присутствию на собрании, однако проявил тактичность и вежливо поздравил со вступлением в должность. В отличие от своих коллег. Лидеры остальных курсов поздоровались со мной пожеланиями «Сгинь, обнулённая». Какие потрясающе неоригинальные милашки!

Их открытая враждебность ничуть не помешала мне внимательно выслушать программу действий на ближайшие месяцы, гвоздём которой, чего и следовало ожидать, стали январские олимпиады. Гриша потребовал предоставить подробные списки участников с каждого курса на каждый предмет согласно своей параллели уже к началу Рождественских каникул – к 23 декабря, и закончил заседание победным напутствием показать всему институту, что подсобники не тупицы.

Так начался качественно новый этап моего пребывания в дивном мире Великого Княжества Российского. Новый и куда более интересный, хотя бы потому, что сейчас я видела реальный результат собственной работы.

Забив на вечернюю медитацию, до глубокой ночи составляла план по руководству курсом, и уже следующим утром приступила к его всесторонней реализации. Времени на раскачку нет, до каникул всего неделя!

Первым же распоряжением назначила Надира своим заместителем. Мне помощь, ему дополнительные очки рейтинга и красивая строчка в резюме. Самаркандский не единственный, кто будет подавать заявление на перевод к стражам, в плюс пойдёт любая мелочь. Затем нарисовала и утвердила официальную эмблему курса. Отныне нашим тотемным животным стал счастливый кролик из прошлой жизни Ирэн. Сокурсники не возражали. Они приняли его за воздушного маньчжурского зайца – быструю, ловкую и крайне опасную зверюгу с Дальнего Востока.

Важным моментом стала организация совместных факультативов по подготовке к зачётам вроде тех, что практиковали мы с Надиром и Викой. Пользуясь привилегиями лидера и настойчивостью, я выбила на эти цели отдельный зал в библиотечном крыле с кулером минеральной газировки и удобными диванами. Участие сугубо добровольное, поэтому я не рассчитывала на массовый наплыв желающих, но в первый же день на факультатив явились сразу двенадцать ребят! Ещё через день их было уже четырнадцать. А всё благодаря Надиру. Он здорово разбирается в экономических премудростях и умеет доходчиво объяснять материал.

Со списками на олимпиаду провозилась долго и закончила только 21 декабря, в день зимнего солнцестояния, когда в главном холле института устанавливали праздничную ёлку. Несколько вечеров подряд мы с Викой разбирали заявки и распределяли претендентов в соответствии с их оценкой по выбранному предмету. Партия сказала «надо», комсомол ответил «есть»! Разрекламированная перспектива получить допуск «В» сотворила невероятное – недостатка в желающих побороться за призовые места не было, и, справедливости ради, у ребят имелись все шансы на победу. Логисты не сильны в эссенции стихий, не отрицаю, но в теоретических знаниях по общим дисциплинам им нет равных. Ботаники в лучшем своём проявлении!

Своё имя я вписала в графу напротив «стихийной зоологии и зоогеографии», Вика взяла «военную историю», а Надир представит нас в показательных соревнованиях шаолиньцюань. Надир и Ваня. Парни лучшие бойцы курса, мне до них как до Луны. Благодаря тренировкам с Яром, в спаррингах у мастера Ли я умудрилась набить 120 очков рейтинга из 300 положенных нормативом, но Ивана Ужурского так до сих пор не нокаутировала.

Глава 21

Наступило 23 декабря 2036 года, вторник. Органайзер в телефоне высветил очередную дату: семьдесят восьмой день пребывания в Великом Княжестве Российском. Я всё ещё вела подсчёт, хотя давно смирилась, что никогда не вернусь домой, и даже привыкла не шарахаться от собственного отражения в зеркале.

– Пора заканчивать, – смахнула грустную строчку в виртуальную корзину.

Её место сразу же заняла пометка из общего чата курса. Сегодня последний и самый важный экзамен в сессии – экзамен по титульному предмету «Управление логистическими процессами» у декана Рязань-Тульской. На этом всё, завтра начинаются десятидневные каникулы. Здешняя Россия не знала Октябрьской революции, поэтому отмечала Рождество по-старинке – в ночь с 24 на 25 декабря.

Надев тёмно-зелёную форму с фиолетовой звёздочкой и значком лидера курса, привычно поправила фамильный медальон Тобольска и забрала волосы в высокий пучок, в сумку сунула телефон и три метательных ножа. С момента стрельбы в душевой я больше не выхожу без стальных друзей даже на пять минут. К счастью, их помощь не потребовалась. Пока. Ощущение слежки исчезло, но потеря бдительности станет уверенной заявкой на титул идиот года.

В успешной сдаче экзамена я практически не сомневалась, поэтому вместо последнего взгляда в конспекты решила забежать в библиотеку, чтобы вернуть пособие по медитации для «чайников»; толку от него ноль.

Просторные холлы были безлюдны, впереди длинные выходные, настроение выше среднего. Ничего, как говорится, не предвещало сюрпризов. Я не почувствовала ни малейшей опасности вплоть до того мгновения, когда чужие руки обняли меня сзади, крепко прижали к жёсткой груди своего хозяина и рывком дёрнули в пространство между колоннами.

– Тихо, это я, – у са́мого уха прошептал вкрадчивый голос с пугающе нежными нотками, вызвавшими целую лавину непонятных мурашек по коже.

Тело и разум сработали синхронно. Как только в мозгу проскочила страшная мысль о покушении, я резко присела, одновременно поднимая согнутые в локтях руки вверх и в стороны. Быстро освободилась от захвата и с разворота врезала открытой ладонью в грудь противнику, откинув его к стене.

Что странно, он не сопротивлялся.

– Вася, ты чего? – симпатичный парень с волосами цвета ночи, глазами самого синего льда и значком факультета управленцев на лацкане пиджака испуганно сглотнул.

В стену, аккурат возле его уха, воткнулся один из моих ножей. Два других застряли рядом с шеей.

Откуда они взялись?

Я перевела обалделый взгляд с ножей на упавшую сумочку. Её бок украшала неаккуратная дыра, из которой на пол вывалились телефон и прочая мелочёвка.

Красавчик заискивающе улыбнулся. В вырезе его рубашки, по-пижонски расстёгнутой до середины груди, поблёскивал платиновый медальон с алым гербом. С левого края на нём изображались облака, откуда выглядывала рука, держащая золотую державу и серебристый меч с красивым эфесом. Моих знаний хватило, чтобы узнать Вологду – административный центр Вологодской губернии.

– Вася, лисонька, успокойся, – парень протянул ко мне руку, вынудив отпрыгнуть в сторону. – Всё в порядке.

А ведь мы с ним встречались! Это он, тот робкий брюнет, что порывался поговорить со мной в самый первый день после злосчастного ритуала да так и не осмелился. Опасности не представляет и, похоже, вовсе не желает мне зла.

Тем не менее, это не повод хватать со спины.

– Объяснись, кто ты такой и какое, дичь тебя заклюй, право имеешь называть меня лисонькой⁈

– Милая, я тот, кто любит тебя, и кого любишь ты! – патетически воскликнул он.

– Да ладно? – я с неподдельным скепсисом сощурила правый глаз. – О чём ты говоришь, парниша, я никого не люблю. За три года в институте ни одного романа и вообще…

– Конечно. Мы были осторожны в своих чувствах.

– Нет, не были! И чувств тоже не было!

– Ты вправе злиться, милая, – синеглазый аполлон свёл брови домиком, отчего стал похож на херувимчика. – Я виноват в том, что избегал тебя столько дней, и полностью заслужил гнев в свой адрес, но теперь страстно хочу извиниться. Нельзя разрушать наши отношения из-за… гм… маленького недоразумения.

Меня опалило неуместным жаром и почему-то захотелось расхохотаться.

Приветствуйте, дамы и господа – перед нами брат Ивана Ужурского, таинственный страдалец с разбитым сердцем! Вот только Ванюша почему-то не упомянул одну деталь – любовь между голубками была обоюдной. Сейчас, пристально глядя на синеглазку, я понимала это каждой клеточкой тела, отчего вдруг стало противно. Ирэн на такого «щеночка» в жизни не клюнет.

Пришлось ослабить ворот блузки и сделать несколько глубоких вдохов, чтобы не задохнуться в бурном океане вскипевших эмоций.

– Значит, – откашлялась, – ты считаешь тотальный игнор маленьким недоразумением? Мне могло быть неприятно.

– Я испугался! Лисонька, мы же поклялись быть откровенными друг с другом, и тут я внезапно узнаю о кровавом ритуале. Даже не от тебя! Представляешь мои чувства, когда весь институт обвинил тебя в настолько ужасном поступке? Как топором по шее!

– Погоди, так это ты названивал мне всё утро после ритуала?

– Само собой, – оскорбился парень. – Я до последнего не верил слухам, но ты не ответила ни на одно сообщение.

Паша. Его зовут Паша, тот таинственный абонент из запароленных контактов в телефоне. Что ж, минус одна загадка, плюс одна шиза.

– Да, не ответила, – с вызовом упёрла руки в бока. – И что ты сделал? А ничего за два с половиной месяца! Пообщаться лицом к лицу религия не позволила, да? Между прочим, Марта, моя бывшая лучшая подружка, сразу высказала претензии, а не ныкалась по углам, словно таракан от ботинка.

– Прости, – Паша натуральным образом бухнулся на колени. – Мне было так горько, так обидно…

– Ах, обидно? – я скривила личико в пренебрежении. – Бросил девушку наедине с её демонами, когда она нуждалась в поддержке больше всего, и ни разу не вступился, когда ей в спину кричали «обнулённая», а теперь жалуешься, что я не кидаюсь тебе в объятия? Жертва, блин, нашёлся.

– Больше такого не повторится, клянусь! – он прижал правую ладонь к сердцу. – Любовь к тебе сильнее здравого смысла. Соверши ты хоть десять ритуалов, отныне мне будет плевать, я готов остаться и принять на себя часть твоего позора. Прошу, давай восстановим наши отношения.

– Нет, никогда! Забудь и не вспоминай. Я не люблю тебя, Паша, – на языке крутился более грубый отказ, но из уважения к покойной Василисе ограничусь цензурными выражениями.

– Не верю! Можешь сколько угодно обманывать меня словами, лисонька, но твоё сердце говорит обратное. Вот доказательство, – проворно вскочив на ноги, парень схватил меня за левую руку. – Это кольцо…

– Что с ним?

– Я надел его на твой пальчик в Бухаре, и ты до сих пор его не сняла.

Тонкий золотой обруч с зелёным камушком блеснул в бледном свете зимнего утра. Кольцо уже было на моей руке, когда я очнулась после ритуала. Оно красивое и аккуратное, не хотелось снимать. Сейчас же я принялась стаскивать его с остервенением, но обруч, как назло, застрял на суставе.

Паша использовал момент замешательства с толком – крепко сжал меня в объятьях и с пылкой страстью впился своими губами в мои.

Только я собралась ему врезать, как тело охватило странное ощущение эфемерности происходящего. Текущая реальность в секунду растворилась, согретая тёплыми лучами далёкого весеннего солнца и яркими красками беззаботного счастья дня минувшего прошлого.

* * *

Василиса – та, настоящая – нежилась в объятьях Паши, будто кошка на капоте машины, а он ласково поглаживал её по волосам. Юные голубки облюбовали один из пустующих залов в библиотеке, где никто не мешал им самозабвенно целоваться.

– Терпеть не могу летние каникулы, – Вася со стоном отстранилась от жарких губ возлюбленного. – Три месяца вдали от тебя покажутся бесконечно невыносимыми.

Я чувствовала, как пылают её щёки и сбилось дыхание, тугой клубок физического желания в груди медленно спускался вниз. Меня – Ирэн – замутило. Многое бы отдала, чтобы эта вспышка памяти закончилась прямо сейчас, пока ребята снова не вернулись к поцелуям.

– Ну что ты, лисонька, мы увидимся раньше, – Паша сверкнул белыми зубками.

– Где? Ты в Вологде, а я в Тобольске, между нами две тысячи километров и сотни любопытных знакомых. Если нас увидят вместе, будет скандал.

– Нет, не будет. Помнишь, я обещал тебе сюрприз? Держи, – из внутреннего кармана формы парень вынул серебристую карточку с изображением реактивного поезда на одной стороне и здания в восточном стиле на другой. – Это путёвка в Бухару на седьмое июля, там нас никто не увидит и точно не узнает. Номер в лучшем бутик-отеле, обслуживание класса люкс, тебе понравится.

– Откуда…

– Деньги? Я стащил у отца кредитку. Ты ведь сможешь удрать из дома на неделю?

Василиса даже не задумалась:

– Без проблем! Совру про поездку в спа-салон, Мартышка с девочками прикроют меня.

– Чудесно! Прости, что не согласовал дату с тобой, нужно было действовать быстро. Кажется, у твоей семьи были планы?

– Сейчас загляну в календарь, – Вася достала телефон в розовом чехле.

Введите пароль.

Тонкие пальчики с элегантным маникюром запорхали над цифрами 7051806.

– Проклятье, – строчка в открывшемся окне омрачила её настроение. – На эти числа у меня стоит поездка в Красноярск. Тринадцатого июля у Яра день рождения, двадцать один год стукнет.

– Но ведь ты…

– Пропущу, – беспечно улыбнулась девушка. – Я бы всё равно не поехала на праздник. Яр для меня никто, ненавижу его! И помолвку эту дурацкую! И отца!

– Тише, лисонька. Ты не выйдешь за Красноярского, обещаю.

– Правда?

– У меня есть надёжный план, – хитро поведал Паша.

– Расскажешь?

– Конечно.

А я ни разу не была в Малинках

До этого дня, точнее, до вечера…

– С прошлого года всё тот же рингтон, – Паша притворно нахмурился. – Не надоело?

– Никогда! Ой, – Вася глянула на дисплей, – это отец. Тсс, надо ответить…

Весь разговор с родителем занял не более десяти секунд и не содержал в себе ничего важного.

– Тебе пора, – догадливо вздохнул синеглазый красавчик, как только Вася нажала отбой. – Позволишь проводить до машины?

– Прости, не хочу рисковать. Наша любовь в безопасности, только пока о ней никто не знает.

– Понимаю, – синеглазка снова вздохнул. – Тогда увидимся в Бухаре, любовь моя!

Вася быстро чмокнула его в губы.

– Обязательно…

* * *

Завершилось видение так же неожиданно, как началось. Язык Паши скользнул по моим губам, требуя ответа, и он его дождался. Классический хук справа отправил трусливого Ромео целовать более покладистого партнёра – мраморные плиты пола.

– Больше никогда ко мне не прикасайся, – дёрганым движением я вытерла рот, затем, в лучших традициях мылодрам, рывком сняла кольцо с пальца и швырнула его парню в лицо. – Между нами всё кончено!

– Заслужил, признаю. Я дам тебе время остыть, лисонька, но не сдамся. До последнего буду бороться за нашу любовь! Вечную!

Дослушивать ванильную муть не стала. Подхватив сумочку, наспех покидала в неё рассыпанные вещи, не забыв вынуть из стены ножи, и со всех ног помчалась в обратную сторону от библиотеки. Жалко синеглазку не было. Он опоздал со своей «вечной любовью» на 78 дней, а Ваня, оказавший брату медвежью услугу, вбил последний гвоздь.

Остановилась не раньше, чем добежала до лестницы, ведущей в учебное крыло. Меня трясло и от гнева, и от отвращения. Больше, конечно, от отвращения.

Оказывается, у Василисы был тайный роман с сокурсником! Причём, серьёзный роман, раз дело дошло до совместной поездки на курорт и кольца в подарок. Пресвятая дичь, только бы они с Пашей не поженились в той Бухаре! Красавчик говорил о надёжном плане не допустить свадьбы с Красноярским, а что может быть надёжнее невесты, ставшей женой другого? Если так, отец мне шею свернёт, даже если завтра я возьму все десять рангов силы разом. Спасибо тебе, Ромео, блин!

Коктейль праведного негодования разбавляло только одно – странность с ножами. Как они оказались в стене рядом с Пашей? Не могли же они напасть на него по собственной воле? Электроники в них нет.

Или они среагировали на мой подсознательный призыв? Помнится, в голове проскочила мысль о том, как глупо носить их в сумке под замком, если опасаешься нападения. Хм… Теория настолько же правдоподобна, как свет с Венеры, отразившийся от верхних слоёв атмосферы, но проверить всё равно надо. Мало ли странностей вокруг? Взять хотя бы обломки в душевой.

– Ножи, приказываю вам вылететь из сумочки!

Секунда, две, минута. Эксперимент не сработал – ножи не двинулись. Чего и следовало ожидать. Видимо, я ошиблась с выводом или настрой не тот. Паша хорошенько шокировал своим признанием, сосредоточиться не получалось напрочь, а потом эта мерзкая, слюнявая любовная сценка из прошлого…

Понятия не имею как и почему меня накрыло видением, но пришлось оно в тему. Помимо новых знаний и отвращения, я получила неожиданную пользу в виде пароля от телефона. Цифры 7051806 намертво въелись в память, даже записывать не пришлось. Не став откладывать на потом, сразу же проверила их работоспособность на деле.

Доступъ разрѣшенъ с первой попытки! Отлично, наконец-то я познакомлюсь с настоящей Тобольской.

Отойдя к стенке, прямо тут щёлкнула на закрытую папку и принялась изучать её содержимое. Особо не всматривалась, файлов было много, но общее впечатление получила без труда. Внутри маленького девайса в розовом чехле прятались целые гигабайты фотографий Васи с бойфрендом Пашей и в дупель пьяными подружками, видео бесчисленных вечеринок с бутылками дорогого бухла, ролики из салона автомобиля с зашкаливающим спидометром, приватные смс-ки от «любимого», больше похожие на секс по телефону в исполнении двух брёвен, и… личный дневник. А вот это уже по-настоящему интересно!

Только собралась прочесть первую запись, как за спиной раздался голос Надира:

– Так вот где ты прячешься, Василиса! Стоишь и стенку подпираешь, пока мы с Викой ищем тебя по всему институту, высунув языки.

– Что-то случилось?

– Да не, ничего важного, кроме того, что Рязань-Тульская вот-вот явится в аудиторию, а наш лидер курса куда-то пропала и телефон выключила.

– Прости, – спохватилась я. – Телефон упал на каменный пол и, видимо, кабель связи снова отошёл. С ним такое бывает.

– Очень вовремя. Через пятнадцать минут у нас профильный экзамен, между прочим.

– Точно, логистика! – я закрыла дневник. Сперва дело, а потом уже испанский стыд. – Совсем вылетело из головы.

– Как такое может вылететь?.. Ого, да ты вся красная, – заметил Надир, подойдя ближе. – С тобой всё в порядке?

– В полном, просто мысли вдруг накатили. Неожиданно вспомнилось, какой легкомысленной дурочкой я была совсем недавно, только и всего.

– Вот уж напрасно. С легкомысленной ещё соглашусь, но дурочкой ты не была, кто бы чего не говорил. Ты хороший человек, просто зачем-то маскируешься.

– Не будь таким уверенным. Ты не знал меня до ритуала.

– Возможно…

– Эй, народ, вы совсем обалдели стоять тут с видом потерянных варежек? – с другого конца коридора завопила Вика. Подлетев танцующей походкой, она фамильярно подхватила нас под локти и настойчиво повела в учебное крыло. – Нашли время ворковать. После экзамена пожалуйста, но сейчас цыц! Мы и так все на нервах. Половина курса разъедется по домам уже сегодня, рабочего настроя ноль, а тут логистика. Вот скажите на милость, кто ставит самый важный предмет курса накануне лучших праздников в году? Рязань-Тульская хочет завалить нас?

– Ничего личного, просто расписание, – ответила я.

– Если что, я сдаюсь первой, – подсуетилась рыжая лиса. – Поезд до Саратова отходит в четыре тридцать, а у меня ещё чемоданы до конца не собраны.

– Ты домой едешь или на курорт? – весело поинтересовался Надир. – У меня только сумка.

– Всё просчитано: отвезу старые шмотки, привезу новые, – кокетливо заулыбалась Вика. – Ох, как же я соскучилась по родителям! И по Саратову. Дедушка, глава нашей семьи, каждое Рождество устраивает грандиозную ярмарку с гуляниями на две недели. Ёлки стоят повсюду, на улицах музыка, в окнах гирлянды… Нет, словами не описать, эту красоту надо видеть!

– А мы в Самарканде ёлок не ставим; украшаем гирляндами обычные деревья и подсвечиваем здания миллионами огней, словно в сказках тысяча и одной ночи. Тоже неплохо смотрится.

– Никто и не спорит. А в Тобольске как празднуют?

Друзья посмотрели на меня с нескрываемым любопытством. Тобольская губерния одна из самых богатых в Российском Княжестве, а какому богачу не хочется заявить о своих богатствах показухой на всё государство?

– По-всякому, – обошлась без выдуманных подробностей. – По правде говоря, не хочу вспоминать, в этом году всё равно останусь в институте. Пока я обнулённая, в родовом гнезде мне не рады.

– Как жаль…

– Ничуть! – перебила я с искренним чувством. – Поверьте на слово, здесь гораздо лучше. Хотя бы спокойно помедитирую без «Новогодней» песни Дискотеки Аварии из каждого угла.

Вчера вечером пришло лаконичное письмо от отца с запретом возвращаться домой на праздники, а следом письмо от мамы с привычными извинениями за мужа. Характер у Тобольского тяжёлый, и не потому что золотой, он до сих пор не остыл после выходки непутёвой дочки, поэтому я могу забыть о традиционном Святочном балу в Княжеском дворце, поездке в Петроград и новой кредитной карте с обалденным лимитом. Расстраиваться не стала. Больно надо давиться новогодним оливье за семейным столом, тем более мне действительно лучше остаться в институте. Как минимум, полезнее. Эссенция стихий сама себя не восстановит, а я кровь из носа должна достичь четвёртого ранга к концу мая.

– Неужели будешь медитировать все десять дней? – скуксилась Вика.

– Только семь. Ещё два потрачу на стихийную зоологию. Профессор Кунгурский дал мне доступ в свою лабораторию, там собрана шикарная коллекция материалов о животных Центральной Америки.

– А в оставшийся день?

– Займусь планом организации факультативов на вторую половину года. Якутский подкинул неплохую идею включить в них викторины.

– Ого, да ты серьёзно нацелилась стать председателем факультета! – Вика, кажется, только сейчас это поняла.

– Страсть как хочу заполучить допуск «Б», – полушутливо объяснила я. – Слышала, с ним можно бесплатно пить дорогой кофе из автоматов. Скучаю по нему, сил нет!

– С такой целеустремленностью, может, и выгорит, – усмехнулся Надир.

Уже перед тем, как войти в аудиторию, он протянул мне брелок из слоновой кости в виде верблюда.

– Маленький сувенир из солнечного Самарканда. Хотел отдать его после каникул, но лучше сейчас. Нехорошо встречать Новый год в одиночестве, а так у тебя будет компания, пусть и молчаливая.

Я с благодарностью сжала подарок в руке.

– Спасибо, он прекрасен.

И ничуть не слукавила. Даже будь он простой пуговицей, это первая вещь, которую я могу назвать своей с полным на то правом. Потом прицеплю на новую, не разрезанную таинственной силой сумочку.