Текст книги ""Фантастика 2026-90". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)"

Автор книги: Ольга Смышляева

Соавторы: Василий Седой,Лилия Орланд,Тата Алатова,Наташа Эвс,,Крафт Зигмунд
сообщить о нарушении

Текущая страница: 155 (всего у книги 350 страниц)

– Сейчас все не так. Что-то меняется, что-то происходит. Я ощущаю это и не знаю, что мне делать.

– Ты о чем?

– Я не знаю, как победить Самаэля. Как узнать, где его ахиллесова пята? Через какие врата его возвращать? Где эта чертова игла Кощея? Мне пришла мысль – я просто убью Валентина. Пожертвую своим братом. Да. Именно. А как иначе? Как?

– Марк, убийство твоего брата не решит проблему. Древнего нужно возвращать на Изнанку по законам, а так же его темную свору. Давай, проверим, на что способен наш союз, плевать, если это дойдет до Штефана, а потом найдем обходной путь, минуя планы, которые мы так долго выстраиваем.

– Мне нужен мой сын, – прошептал я.

– И мне нужен сын. Только я хочу вернуть его так, чтобы он не пострадал.

– Послушай, я готов взять пистолет и проникнуть в кабинет Валентина, чтобы убить его. А потом заберу Владислава и приеду домой.

Мия покачала головой:

– А остальных тринадцать ты будешь отстреливать по очереди? Что с тобой, Марк?

– Я не знаю… Но после возвращения союза, что-то произошло.

В этот момент к нам подошла Мирослава. Она довольно помахала разукрашкой и объявила:

– Я ее закончила. А есть еще?

Мия удивленно оглядела дочь.

– Ты почему в таком виде?

Мирослава откинула свои длинные взлохмаченные локоны за плечи и возразила:

– Я не хочу косички, мам. Я хочу «хвост-петельку».

– Мира, твои волосы нужно заплетать. Я не раз говорила об этом. Зачем ты их расплела?

– Я не хочу косички! – с возмущением повторила Мирослава. – Почему я все время должна делать так, как хочешь ты⁈

В эту секунду разукрашка в руках дочери свернулась спиралью и вытянулась.

– Я же не кукла! У меня есть свое мнение! – После этих слов нахмуренная Мирослава бросила свернутую разукрашку нам на стол и обиженно вышла из комнаты.

Мия побледнела, глядя на трубочку из детской разукрашки.

– Марк… – прошептала она, – что это?

Я осторожно взял свернутый дочерью журнал, который стал плотным, будто был сделан из картона, а не бумаги, и попытался его развернуть. Но не смог.

– Думаю, это ее способности.

– Боже мой, – тихо произнесла Мия. – Это все же произошло.

Отложив разукрашку, я взял Мию за руку.

– Любимая, мы знали, что это возможно. Только успокойся. Мы сделаем все, будем объяснять, учить. Будем контролировать. Мы справимся.

Взглянув на меня с болью, Мия качнула головой:

– Ты прав. У нас нет другого выхода. Мы должны помогать и контролировать. Только это означает, что у Владислава тоже проявились способности. Как на это отреагирует Штефан?

Какое-то невыносимое отчаяние навалилось на меня в этот момент. Я посмотрел на свернутую в трубочку разукрашку и процедил:

– Я выкраду Влада. Заберу его у этого монстра. А потом застрелю Валентина.

– Марк, это не лучший вариант.

– Я хочу проснуться. Я очень хочу проснуться…

– Твои руки, Марк. – Мия напряженно выпрямилась, указывая на мои ладони, из которых вспыхивало пламя. Но я этого даже не замечал, потому что был поглощен мыслью о похищении сына и убийстве брата. Я просто смотрел на журнал, который скрутила моя дочь, и представлял сцену освобождения.

– Мне нужно проснуться. Я больше так не могу… Я хочу проснуться…

Вспыхнувшее пламя заставило меня очнуться. Я вскочил и рывком вернул огонь в свои ладони. Взглянув на стоящую по другую сторону стола Мию, понял, что она готовилась остановить мой неконтролируемый выброс силы.

– Прости меня, – прошептал я и шагнул к ней, чтобы снова взять за руки. – Не хотел тебя пугать. Но со мной что-то происходит. Я плохо себя контролирую, и эта ненависть… Во мне столько энергии, и этой силой хочется разорвать Валентина. Просто уничтожить этот сосуд, с помощью которого Самаэль распространяет себя в нашем мире. Честно говоря, со мной такое впервые. Наверное, возвращение сил имеет последствия. И мне нужно время, чтобы привыкнуть к этому. И главное, чтобы научиться этим пользоваться, научиться управлять собой так же хорошо, как на острове. Иначе, не знаю, как я буду жить.

Мне действительно нужно было учить самого себя управлять всеми импульсами. И я начал уходить в лес и тренироваться. Все мои способности остались со мной, я взял у каждого инверса из союза соответствующую силу, как и в прошлый раз. Только теперь эти силы стали значительно мощнее. И появилась еще одна: порталы. Я хватал внутренней энергией, своей невидимой рукой, материю пространства и пробивал в ней пустоту, ведущую куда угодно. Это и был туннель портала, в который можно было закинуть любую вещь и даже мысленно отправить ее в определенное место. Таким образом я перемещал игрушку дочери, закидывал в портал в лесу и отправлял домой, а дома находил эту игрушку.

Но помимо всего во мне таилось еще что-то, та самая энергия, которой хотелось порвать Валентина на куски. Этот сгусток был очень сильным, и мне казалось, я его едва сдерживаю. Был еще один секрет, который я скрывал даже от самого себя. Меня тянуло к Валентину. Необъяснимым образом что-то связывало меня с этим страшным человеком. Я боялся такого родства, потому что помнил его с острова, когда чувствовал близкое в чудовище, пришедшем с Изнанки. Мой альтер эго, тот другой Марк, был беспощадным. И он наслаждался такой властью. А вместе с ним наслаждался и я. Марк Равинский, лидер инверсов и потенциальный лидер движения сопротивления.

Каждый день я боролся с ненавистью к Валентину. И с непонятной тягой к нему. И еще в глубине себя не оставлял надежду устроиться на работу в систему Серого Города. Мне нужно было внедриться в среду́, где перемещается мой брат, и найти способ его уничтожения. А перед этой операцией я хотел забрать своего сына, поэтому стал думать прежде о том, как вернуть Влада, но ничего, кроме похищения, на ум не приходило. К тому времени способности Мирославы стали явными. Своенравность дочери вызывала вспышки ее сил, что приводило к скрученным предметам и вещам. Мия очень переживала по этому поводу и постоянно поясняла дочери, как управлять собой. А я смотрел на это и думал, что Владислав сейчас во вражеском гнезде с активированными способностями. И этим легко воспользуется мой брат. Как это отразится на моем сыне? Как исковеркает его сознание? Проникнет ли тьма в его сердце? Самое страшное потерять своего ребенка вот так. Я прошел через испытания тьмой, поэтому знал, как тяжело избавиться от черной сажи.

Через какое-то время я пришел к решению забрать Влада, а вернее украсть его, чтобы вернуть домой.

– Это опасно, – сказала Мия. – Я не хочу, чтобы Владислав пострадал.

– Любимая, он пострадает, если мы не заберем его. Тянуть больше некуда.

Мия вздохнула:

– Да. Я знаю. Ты уверен, что сможешь провернуть это в одиночку?

– Команда больше одного может привлечь внимание. Наш сын должен быть с нами прежде, чем я соберусь уничтожить Валентина. Бездействие разрушит нашу семью. И нашу жизнь.

Я не сказал Мие о решении устроиться на работу в Серый Город, ведь для этого придется принять условия, среди которых вакцинация. Но мне казалось, что я как-нибудь справлюсь, обойду этот момент. Иначе Валентин останется призраком нашей семьи навсегда.

Чуть позже я рассказал подполью о своем плане похищения сына и последующем уничтожении Валентина с разрушением его системы. Но пока умолчал о решении поступить на работу. Все поддержали меня и даже оживились, видя мою решительность.

– Мы поедем с тобой, – заявил Януш.

– Нет, друзья, эту операцию я должен совершить один. Боюсь привлечь внимание, чтобы не сорвать последующий план уничтожения. А вот там уже понадобятся все. И инверсы, и все подполье. Потерпите. Сначала мне нужно вернуть сына.

После этого я выбрал день и отправился к головному зданию Серого Города, где обычно находится Валентин и мой сын. Припарковав мотоцикл чуть дальше от главного входа, я отошел к зеленым насаждениям и остановился там, накрыв себя непроницаемым куполом. Потом настроился на просмотр и открыл зрение Стефании, чтобы увидеть, где сейчас Влад и Валентин. Серафим сказал, что мой брат везде таскает с собой Владислава, и где бы Валентин не появился, рядом с ним всегда мой ребенок.

На верхнем этаже их не было, и я стал просматривать этаж за этажом, в каждом крыле. Поиски не принесли результата, это меня очень расстроило. Я искал и искал, провел в таком режиме не один час, как вдруг увидел кортеж черных машин, который проехал мимо меня. В окне второго автомобиля я заметил своего сына, а рядом Валентина. Машины подъехали к главному входу, где тут же выстроился ряд дронов, и остановились. Я затаил дыхание, видя, как из открытой дверцы вышел Валентин, а за ним появился Владислав. Мой сын изменился, он стал похож на маленькую копию моего страшного брата. Классический черный костюм, волосы гладко зачесаны назад, и еще невозмутимый взгляд, словно свысока. Я видел сына, но не узнавал его. И это было самым пугающим.

Валентин с Владом поднялись по ступеням и скрылись за дверями, после чего я снова активировал зрение и стал смотреть месторасположение сына.

Владислав поднялся на верхний этаж в сопровождении своего темного наставника и остался в знакомом мне секторе. Какое-то время Валентин находился рядом, а после спустился и остановился в другом корпусе. Это был шанс. Я тут же отправился внутрь здания, но на этот раз решил проникнуть через боковой вход.

Продолжая укрываться под непроницаемым куполом, я построил поверх него голограмму, которую выставлял на острове. Голограмма пустого места помогла мне пройти через все входы и подняться на верхний этаж, в сектор, где находился Влад. Я торопливо пробежал по коридору и вошел в нужное помещение, тут же сняв все защиты. Там в большой комнате с книгами и различной техникой я увидел сына. Он сидел в широком мягком кресле с прозрачным планшетом в руках и внимательно водил по экрану пальцем.

– Влад, – тихо позвал я, подбираясь ближе. – Привет, сынок.

Владислав поднял голову и посмотрел на меня.

– Привет, пап.

– Ты знаешь, мы так скучаем по тебе, – начал я, стараясь вести себя более естественно, – особенно мама. Она очень хочет тебя увидеть. Поехали со мной, навестишь ее, побудешь с нами, а потом я привезу тебя обратно.

Владислав помолчал, глядя на меня, а затем вздохнул:

– Пора перестать обращаться со мной как с маленьким ребенком. Я прекрасно понимаю, что ты хочешь забрать меня у дяди. Но мне здесь нравится. Я получаю знания, которые не получу больше нигде. Ты смотришь на мой возраст, но это неправильно. Валентин видит во мне личность, а не года. В этом ваша разница.

Совершенно шокированный ответом сына, я даже не находил слов. Но все же попросил:

– Просто дай твоей маме увидеть тебя. Ей без тебя очень плохо.

– Это лишнее, – ответил Влад. – Чем реже мы видимся, тем больше она смиряется. Рано или поздно мы встретимся, но сейчас я прохожу обучение, которое нельзя прерывать.

Я был в отчаянии.

– Пожалуйста, сынок. Хотя бы на час. Поехали со мной. Ты сегодня же вернешься, обещаю.

Влад поднялся и подошел к столу, где взял ручку и лист и стал что-то писать.

– Вот, передай это маме, – сказал он, протягивая мне сложенный лист. – Можешь прочесть.

Я взял записку дрожащей рукой, но не успел раскрыть, потому что в комнату влетели два дрона.

– Проникновение, – монотонно произнес один и подлетел ко мне. – Это запрещено. Вы арестованы. Следуйте за мной.

Тут же внутренне собравшись, я выпустил пламя из ладони и метнул огненные шары в наблюдателей.

– Фиксирую сопротивление В-1.01, – объявил отскочивший к стене дрон. – Вы нарушаете закон.

– Я разберусь с этим, – сказал вошедший Валентин, он подал знак дронам, после чего те нас оставили. – Нарушать закон вошло в твою привычку, – обратился ко мне мой родственник.

Я тут же смял записку, пряча ее в руке.

– Мне нужно было проведать сына.

Валентин подошел ко мне почти вплотную и внимательно посмотрел в глаза. Я сразу выстроил купол, опасаясь, что мои силы будут раскрыты. Темные шлейфы Валентина потянулись ко мне, но встретили сопротивление. Я изо всех сил старался держаться и держать защиту, потому что мое сознание получило сбой. Облик и поведение Владислава привели меня в замешательство, и я рисковал сорваться.

Валентин выдержал долгий давящий взгляд, в котором читалось желание выпотрошить мою душу и сердце, чтобы узнать намерения. Но я не сдался. После этого мой родственник прекратил воздействие и улыбнулся:

– Молодец, брат. Держишь планку.

– Зачем ты это делаешь? – с болью спросил я.

– Что именно? – Валентин неторопливо прошелся по комнате и развернулся у стены с книгами.

– Зачем ты делаешь из моего сына свою копию?

Валентин посмотрел на Влада, который продолжал стоять с планшетом в руках, и довольно взглянул на меня.

– Ты находишь? Это комплимент в мою сторону.

– Хватит язвить! – не выдержал я. – Если Влад для тебя личность, оставь ему выбор.

Выразив удивление, Валентин протянул руку в сторону моего сына и попросил:

– Владислав, удели нам внимание.

Влад отложил планшет на стол и кивнул.

– Скажи, пожалуйста, – продолжил Валентин, – почему ты носишь такую одежду? Разве удобно в костюме?

– Удобно, – ответил Влад. – Мне нравится такой стиль, он дает возможность быть более собранным.

– Хорошо. Ты изменил прическу. Почему?

Помолчав, Владислав с серьезным видом ответил:

– Мне кажется, каждый мужчина должен выглядеть так. Это красиво. Это аккуратно. И указывает на чувство стиля.

Валентин с довольным видом взглянул на меня и снова обратился к Владу:

– Может быть, этот образ ты у кого-то увидел?

– Я понимаю, о чем ты, – спокойно заявил Владислав. – Даже если бы я не знал тебя, сделал бы все так. Это идеальный образ.

– Мне нравится, что наши вкусы совпадают, – самодовольно улыбнулся Валентин и развернулся ко мне. – Еще вопросы?

Я выглядел беспомощно перед братом и своим сыном, которые несомненно имели связь. Для меня поведение и слова Влада всегда были непонятны. Его взрослые взгляды и размышления не соответствовали возрасту. Но сейчас мой сын стал для меня совершенно неузнаваем. Он выглядел как копия своего наставника и выглядел до равнодушия отстраненным ко всему происходящему.

Взяв себя в руки, я подошел к сыну и присел перед ним.

– Владислав, ты стал совсем взрослым. И можешь рассуждать, как мужчина. Вижу, что тебе здесь нравится. Это хорошо, но ты должен понимать, что абсолютных плюсов в чем-то быть не может. Как по-твоему, какие минусы в твоей жизни сейчас? Они ведь есть.

– Есть, – ответил Влад. Его лицо выражало абсолютное спокойствие и уверенность. – Единственный минус в том, что меня отрывают от процесса обучения. А я не могу позволить себе терять время. Поэтому хотел бы продолжить. – После этого Владислав посмотрел на Валентина.

– Конечно, ты можешь продолжить, – ответил он. – Не отвлекайся на нас.

Влад взял со стола планшет и направился к широкому мягкому креслу в конце комнаты.

– Чему ты учишь моего сына? – вполголоса возмутился я. – Чем ты его окружил? Своими древними идеями разрушения мира?

Валентин усмехнулся:

– Как плохо ты знаешь своего ребенка. Мой племянник гениален, он познает массу информации и не может насытиться. Ему не нужен поводырь. Я лишь корректирую область.

– Знаем мы твои области, – огрызнулся я. – Владислав ребенок, ему нужно учиться обычным образовательным наукам.

– Удивительно, – покачал головой Валентин, – ты всегда видишь во мне только чудовище. Твой сын получает все знания, которые дают в школе, и в десятки раз больше. Он на порядок опережает сверстников. Во всем. И сам может дать знания школьным учителям.

Еле сдерживаясь, я закрыл глаза и выдохнул:

– Кому принести жертву за то, чтобы ты покинул наш мир…

– Точно не мне, – улыбнулся Валентин. – Ты категоричен. Но дружить не захотел.

– Мне не нужна твоя дружба, – процедил я. – Мне нужен сын.

– Владислав во все времена останется твоим сыном. Так же как и моим племянником. Ты еще не знал о нем, а я уже его ждал. Я знал его в то время, когда он был соединен пуповиной со своей сестрой и матерью. И вот, настало мое время.

Я замер, настороженно взглянув на своего страшного брата.

– Что? Ты знал? Значит, похищение из роддома это твоя организация?

Валентин дернул бровями.

– Каюсь.

– Ты украл дочь. Зачем?

– Недоразумение. Мне нужен был Владислав.

– Мия перепутала конверты…

– Да, да, да, – остановил Валентин. – К сожалению, посыльный разумом не блестал.

– Значит, ты уже тогда был здесь, – прошептал я.

– Разумеется. – Валентин указал рукой на дверь, за которой располагался его кабинет с большими панорамными окнами до пола. – Я ведь не завершил дела, – продолжил он, усаживаясь в кресло у окна, – поэтому возвращение было предсказуемо. Марк, я слишком силен чтобы проиграть.

Я оглядел элегантного уверенного человека перед собой и покачал головой:

– Ты украл жизнь у моего брата. Ты убил его дважды.

– Я воспользовался им лишь однажды, – поправил Валентин. – И даже тогда по воле его непутевой матери. Во второй же раз меня пригласили. Слезно и сопливо. Так что я не нарушаю законов.

– Да. Я помню твой рассказ. Но как вернулись все тринадцать? Как им это удалось?

– Все просто. Коллективное мышление. Они должны были вернуться. Для меня. Когда я обрел силу, заставил их сосуды подчиниться, и они были покорны. Теперь мои братья со мной.

– Ты страшное зло, – прошептал я. – С каким желанием я бы вышвырнул тебя из нашего мира.

Глаза Валентина резко почернели. Он поднялся и направился ко мне, остановившись в полушаге.

– Я слышу, как течет кровь в твоих венах, – холодно произнес он. – Я знаю о тебе все. Твои силы обновились, и в прошлой жизни я бы имел к тебе внимание, но не теперь. Я потерял к тебе интерес, Марк. Потому что нашел превосходящую тебя замену.

В этот момент из соседней комнаты вышел Влад и подошел к нам, встав рядом с Валентином. Почему-то я сделал шаг назад, затем еще и еще. Передо мной стояли сын и брат, но по сути это были чужие мне люди.

Валентин опустил руки на плечи Владислава, который встал перед ним, словно закрыл своего наставника, и я увидел тесную связь между ними.

– Твоя замена, – продолжил Валентин, – это лучшее, что могла преподнести ваша жизнь.

Меня тут же наполнил ужас. Я сделал еще шаг назад и покачал головой:

– Нет… Нет, только не это.

– Марк, ты очень отстаешь, – холодно заметил мой родственник. – Шагов на сто.

– Подожди, стой, – спохватился я. – Давай поговорим, у меня есть предложение.

– Ты не сможешь заинтересовать меня, брат. Уже нет.

– Я готов на все твои условия. Слышишь? На все.

На фоне переживания во мне все задрожало, а затем стало трясти, и я с трудом сдерживал себя, опасаясь проявить силы перед сыном.

– Мое расположение к беседе заканчивается, Марк. Не советую тебе злоупотреблять моим терпением.

Я был в отчаянии.

– Валентин, помнишь, ты хотел, чтобы я работал на тебя. Преданный раб, исполняющий все пожелания. Я готов подписать любой договор. Любой. В обмен на свободу сына.

Мой родственник оглядел меня и с неким равнодушием ответил:

– Старая игрушка теряет свою ценность, если появилась новая.

В этот момент в кабинет вошли два охранника, с ними влетели два дрона. Охранники подошли ко мне и, взяв под руки, потянули на выход. Я стал упираться, глядя на сына, который продолжал стоять перед Валентином и смотреть на меня таким же равнодушным взглядом, как у его чертового наставника.

– Сынок! – крикнул я, выкручивая свои руки. – Мама не сможет без тебя! Она умрет! Пожалуйста, дай ей тебя увидеть.

Владислав глубоко вздохнул, продолжая смотреть на то, как служащие в форме оттаскивают меня к выходу.

– Передай маме, что я жив и здоров, – напоследок отозвался он. – Со мной все хорошо. Мы увидимся, но позже.

Когда меня вытолкнули на уличное парадное крыльцо, я готов был разрыдаться и в то же время разрушить это здание. Спустившись, я схватил овальную емкость мусорного бака и вырвал ее из креплений, а затем швырнул в портал. Я был в таком состоянии, что если бы мне попался охранник, я бы убил его или закинул бы в подобный портал. В никуда. И навсегда.

Я был опустошен. Широкий каблук начищенных до блеска туфель Валентина раздавил меня, не оставив сил сопротивляться. Я понимал, что мне еще возвращаться к Мие, что нельзя опускать руки, но не мог ступить больше ни шага. Просто с трудом отошел к зеленой изгороди и опустился на землю.

Как жить дальше? Он забрал моего сына. Влад не имеет ни малейшего желания возвращаться. И теперь стоит на стороне Валентина. В буквальном смысле.

Что произошло? Когда мой страшный родственник соединился с моим сыном? Где это было? При каких обстоятельствах? Валентин – настоящее чудовище, у которого новая игрушка. И эта игрушка мой сын. Что с этим делать? Как бороться? И каким способом?

Во что он превратил мою жизнь… Мой страшный брат. Древняя верховная тварь. Беспощадная. Хитрая. И очень умная.

Мне нужны силы, чтобы бороться с ним. И не просто бороться, а победить. Я должен. Мы должны. Мы все ждем нашей победы.

Нужно собраться.

Собраться.

Выдохни, Марк Равинский. Ты лидер особых сил. Решение придет. И мы отвоюем свою жизнь.

Через некоторое время я летел по трассе домой в поселение. Мне было очень плохо и гадко на душе. Как смотреть в глаза Мие? Как оправдываться? И как быть дальше? Где дно у той пропасти, в которую я упал? Легче оттолкнуться от самого глубокого дна, чем быть в постоянном падении.

Заехав в поселок, я увидел Локку, она стояла у пушистой елки и смотрела на меня. Я оставил мотоцикл, чтобы поговорить, ведь она может что-то знать.

Пришлось вкратце рассказать о ситуации.

– Трудность в том, что Влад не хочет оттуда уезжать, – пояснил я. – Как его убедить?

Накручивая кончик косы на палец, Локка покачала головой:

– Никак. Твой сын подключился к большому источнику познаний. Этот мальчик особенный, с ним не работает ваша система отношений.

– Влад не отходит от этого чудовища, – выдохнул я. – Он словно зависим от Валентина.

– Между ними есть связь. – Локка продолжала кивать, глядя в пустоту. – Дракон и твой сын… Они как… Они как рыбы в воде, у них одна стихия.

– Что? – не выдержал я. – Как одна стихия? О чем ты? Ты ведь знаешь, кто управляет моим братом. Это древний верховный, как мой сын может быть с ним одной стихии?

Локка перевела взгляд на меня и добавила:

– Это не та связь. Это другой уровень. Твоему сыну нужно подрасти. Он выйдет из этого поля. Сам.

– Ты уверена? – оживился я.

– Нет. Только глупец может быть в чем-то уверен. Но это самый первый вариант в цепочке будущего. Надеюсь, мальчик выберет его.

После разговора я отправился домой. Мия ждала меня на крыльце, и когда я появился один, напряженно поднялась.

– Любимая, прости…

– Где Владислав? – прошептала Мия.

– У него та же позиция, – со скорбью произнес я. – Но наш сын в порядке, он… – И тут я вспомнил, как в момент появления дронов сунул смятую записку Влада в карман штанов. – Вот, – я протянул смятый лист, – это от него.

Мия непонимающе взглянула на меня и раскрыла записку. После она долго смотрела на весточку от сына и молчала. А я смотрел на Мию. С чего начать? Как преподнести, чтобы ей не было больно?

Наконец Мия опустила руку с запиской и прошептала:

– Он научился писать. Мой мальчик…

Я осторожно взял смятый лист и увидел послание сына: «Мама, я рад быть здесь. Увидимся».

Хорошо, что Влад передал эту записку, она словно утешение. Пусть слабое, но все же.

Крепко обняв Мию, я прижался губами к ее макушке и глубоко вздохнул. Теперь нужно рассказать все остальное.

Мы вошли в дом, где Мия мужественно выслушала меня и опустила глаза на записку, которую машинально перебирала пальцами.

– Влад не уйдет оттуда по своей воле, – заключила она. – Штефан запустил в него свои корни. Ядовитые корни. Остается надеяться, что развитие Владислава позволит ему отделить яд этого чудовища от себя.

Я взял Мию за руку и поцеловал ее мягкую теплую ладошку.

– Я знаю, как поступить, любимая. Только прошу принимать мои решения. Сейчас все не так, как в первый раз. И наши действия должны измениться.

– Ты прав. Все не так. – Мия помолчала, опустив глаза на записку, и спросила: – У него появились силы?

– Не успел узнать, мало времени. Я пытался вызвать в нем отклик, чтобы увести оттуда. Но Влад непреклонен. Знаешь, он так изменился. Повзрослел. И даст фору любому взрослому.

Сложив записку, Мия подняла глаза.

– Марк, прошу тебя, не навреди ему, если случится забирать его силой. Я не хочу, чтобы мой ребенок пострадал. Это боль моего сердца, ты знаешь. Сохрани его в любом случае, для меня это важно.

Я надумал узнать способ, которым можно уничтожить Валентина. Знать об этом может очень ограниченное количество людей. Это его приближенная группа тринадцати. Кто сейчас из них слабее? Кого можно разговорить? Кто может расколоться? В прошлый раз это была Хлоя. Но для нее я должен быть очень крепким. И вообще должен быть крепким, для взаимодействия с любым из них. Мне нужна информация. И я ее достану. Для этого мне нужно подготовить себя и пробраться в локацию тринадцати. Там вычислить слабого и вырвать из него информацию. А потом спланировать уничтожение. Да, это займет время. Но я терпеливый рыбак.

Мы назначили день, когда инверсы соединятся со мной, чтобы я смог максимально вобрать в себя силы. В подземной локации все было готово, мы ждали только Серафима.

В процессе ожидания приехал Питер, и с его появлением все изменилось.

– Плохие новости, Марк, – сходу бросил Питер. – Кая сломали. Теперь он в лежке. Похоже, прилетел разбор за побег общины.

Эвелин тут же вскрикнула и закрыла лицо руками.

– Что⁇ – переспросил я. – Подожди, что это значит? Что такое лежка?

Питер выдохнул, качая головой:

– Это значит, Серафим теперь лежит. В вегетации.

– Не понимаю… Это надолго?

– Может быть навсегда. Сам знаешь, твой родственник способен на все. А это его приказ.

Я был шокирован. От эмоций ощутил дрожь во всем теле и попытался выдержать паузу, но все равно сорвался, схватил со стола толстую книгу и с яростью швырнул ее в портал.

– Это была хорошая книга, – едва успел заметить один из охранников.

– Замолчи… – напряженно процедил я, еле сдерживаясь и вцепившись огненными пальцами в спинку стула. – Просто замолчи.

– Марк. Марк! Успокойся! – крикнул Леон.

– Он знает, что мы объединили союз, – закрыв глаза, прошептал я. – И вывел Серафима из строя специально!

В этот момент мои ладони вспыхнули огнем, я тут же вскинул руки, но спинка стула успела почернеть и обуглиться.

– Он продолжает рушить нашу жизнь, – прорычал я, чувствуя растущий напор энергии в себе. – Он вывел из строя инверса, забрал отца у детей!

Давление моей силы вышло из под контроля, я размахнулся и швырнул в стену огненные потоки. Люди шарахнулись в стороны, а мое пламя вырвалось снова. Казалось, меня сейчас разорвет на части. Умом я понимал, что нужно остановиться, но контроль мне плохо удавался.

– Братан! Остуди ладони! – крикнул Ян. – Начни с рук! Тебе нужно противодействие!

Пламя рвалось из меня, словно голодный зверь. Я видел, что полыхают не только мои ладони, а руки полностью, и вообще все тело. Я был в гневе и в этом огне мыслил только о своем брате. Мне хотелось его уничтожить. Спалить до тла в этой огненной ловушке. И сознание такой расправы мне понравилось. Я представил Валентина и начал уничтожать его в своем кипящем плену. Я видел, как он корчится, как пузырится его кожа, как горят волосы. Его идеальный образ разрушается.

Я не оставлю от него ни одной клетки. Он исчезнет. Его просто не станет.

– Марк, ты должен остановиться, – послышался голос Мии. – Сделай это сам.

Я тут же вынырнул из омута своей мести и увидел, что бесконтрольно выпускаю пламя. Ян говорил про противодействие, нужен холод, прямо в ладони. Старайся, Марк, иначе твои силы сведут тебя с ума.

Большим усилием сознания я поместил свои ладони в «ледяную воду» и стал потухать, как умирающее пламя свечи. Жар почти оставил меня. Но свет по-прежнему наполнял мое тело. И глаза. Я видел только поток света, словно попал в самый его центр.

– Возвращайся, Марк, – тихо произнесла Мия. – Соберись.

Я старался вырваться в реальность, потому что сам понимал, что меня уносит слишком далеко. И через время ощутил, как энергия покидает мое тело, начиная с ног, затем поднимается в грудную часть, уходит из рук и поднимается в голову. Свет собирается в моих глазах и постепенно рассеивается, а я начинаю видеть.

– Ты справился, – тихо произнесла Мия.

Я посмотрел по сторонам, вокруг лица: испуганные, озадаченные. Обугленная спинка стула, на стене передо мной размазанные черные полосы сажи. Это сделал я. Но на этот раз смог остановиться.

– Братан, все в норме, – отозвался Януш. – Сил немерено, крутой перец.

Мне стало стыдно. Опять лидер инверсов вел себя как сумасшедший. Я оглядел всех присутствующих и выдохнул:

– Простите, друзья. Для меня эти силы новые. Но я справлюсь.

– Все нормально, Марк, – вызвался кто-то из толпы. – Мы с тобой. Сломаем упырей.

– Да, – согласился я. – Так и будет. Серафим выбыл из строя. Временно. Я уверен. Он многим пожертвовал и рисковал для нас. И я заменю его.

– Что⁇ – раздалось сразу с нескольких сторон.

– Я заменю Серафима. Это решение зрело во мне давно. Оно единственно верное и отмене не подлежит.