Текст книги ""Фантастика 2026-90". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)"

Автор книги: Ольга Смышляева

Произведя все означенные воздействия, Грынпмх снова воспользовался магией для постройки межмирового портала, и используя телекинез, просто закинул в него спящего аборигена вместе со всеми обнаруженными поблизости вещами.

Конец интерлюдии.

Пробуждение у меня выдалось эпическим. Складывалось ощущение, что меня во сне подбросило и с силой долбануло об землю. Потом ещё и баулом сверху приложило, и чуть не проткнуло ножом, воткнувшимся в землю рядом с головой.

Я открыл глаза, уже находясь на ногах. Сам не понял, как успел так быстро на них оказаться.

Как открыл эти самые глаза, так и застыл, как замороженный. Мимо меня на расстоянии метров пяти ползла змея просто исполинских размеров, неизвестной длины. Хвост терялся в густых незнакомых зарослях, диаметром больше метра и с головой, чем-то напоминающей гоночный автомобиль.

Мне показалось, что проползала она целую вечность. А я так и стоял столбиком, молясь всем возможным богам, чтобы меня не заметили. Даже непроизвольно начал искать на шее несуществующий крестик.

Ох и не легко это, стоять, как изваяние, боясь дыхнуть и перднуть. Да ещё и страшно, жуть. Дождавшись исчезновения почему-то раздвоенного хвоста этой хрени, я, где стоял, там и сел из-за напрочь ослабевших ног.

Мозг совсем отказывался воспринимать действительность, особенно, когда я осмотрелся.

Вокруг меня, куда не кинь взгляд, была растительность. Непривычная, незнакомая, чуждая. Что говорить, если задрав голову, чтобы посмотреть на небо, я его не увидел из-за этой самой растительности вообще. Вверх взгляд сумел пробиться метров на пятьдесят. А на сколько выше растут местные деревья, я вообще без понятия.

Даже не возьмусь описать моё охреневшее в край состояние. Страх, какой-то первобытный ужас и жалость к себе, вот, наверное, краткое содержание эмоций, испытываемых мной. И еще непонимание происходящего, от которого, казалось, что я сейчас схожу с ума. Если уже не сошёл.

Долго пострадать не получилось. Неподалеку раздался громкий треск и подобие басовитого похрюкивания, которое довольно бодро продвигалось в мою сторону. Хоть я и находился в вышеописанном состоянии, а сумел сообразить, что лучше бы мне убраться с пути неведомой фигни, не боящейся здесь шуметь.

Еще раз по-быстрому я окинул взглядом окрестности и решил отойти к стене, покрытой множеством трещин и рытвин, теряющейся в вышине.

Я подхватил баул с вещами, нож, и ступая, стараясь не шуметь, двинулся в выбранном направлении, крутя при этом головой в разные стороны, как не каждый локатор сможет. Только когда я приблизился вплотную к этой стене, до меня дошло, что это ствол местного дерева. Даже предположить не могу, какого оно диаметра. Здесь пока не обойдешь, не поймёшь. Но волновало меня сейчас не это. Другой вопрос не давал покоя:

– Это я стал размером меньше привычного муравья или все вокруг в одночасье выросло?

Шучу, наверное. По всему выходит, что я каким-то образом перенесся в совершенно другой мир. Непонятно, как, зачем и кто это все устроил. Но то, что я не на земле, это также точно, как то, что меня сейчас будут есть. Сквозь переплетения ветвей появилась громадная голова, похожая на голову пойманного когда-то сома. Только с махонькими и многочисленными усиками, которые непрерывно колыхались, как трава на ветру. Глаз размером с нормальное окно в квартире как-то подслеповато моргнул, на секунду застыл, не шевелясь, и голова медленно начала исчезать в зарослях, из которых до этого появилась. Когда практически исчезла, она внезапно басовито хрюкнула. Я реально от этого подпрыгнул, как воробей на подоконнике у кормушки, куда ему корма насыпали, не жалея.

Блин, реально заикой можно стать от таких передряг. Даже думать боюсь, каких размеров туловище у этой хрени с живыми усиками. И главное, как она меня не заметила? До её глаза ведь было всего ничего, может, метра три, не больше. Странно все. Либо я для местных обитателей невкусный, либо слишком костлявый, на их взгляд. Ничего другого в голову не приходит.

С полчаса, наверное, я провел возле этого исполинского ствола, просто не зная, что делать в этой ситуации.

Ломать голову, каким образом я здесь оказался, и кто в этом виноват, я перестал практически сразу. Чтобы я сейчас не думал, а истины мне никак не выяснить. Сосредоточился на другом вопросе, как быть дальше и что делать. Не смог придумать ничего лучше кроме, как лезть на дерево и сверху попытаться хоть что-нибудь рассмотреть.

Надо сказать, что поверхность ствола этого исполина выглядела для меня, как кора дуба для земного муравья. Теоретически в подъёме не должно быть ничего сложного, если не учитывать, что придётся с собой тащить тяжелый баул. Но и оставлять его на земле не вариант. Ведь другого имущества у меня нет, и, если я потеряю имеющееся, взять будет негде.

Путь наверх запомнится мне на всю оставшуюся жизнь.

Это было сложно, неудобно и очень опасно. Сам не понимаю, как я не свалился с немыслимой высоты. По моим очень грубым подсчетам я поднимался вверх не менее четырехсот метров, пока не увидел проблески голубого неба и солнечные лучи. Самого солнца увидеть не удалось. Я просто отвлекся и застыл на одном месте в неудобной позе, пытаясь осознать, что сейчас разглядел в небольшой прогалине, открывающей кусочек чистого неба. Я там увидел летающий кирпич, только темно-серого цвета. Реально, этот аппарат, по всей видимости идущий по крутой траектории на посадку, очень походил на запущенный в полет кирпич.

Главное, я сумел засечь направление, где по идее, он должен приземлиться.

Вопрос, идти в этом направлении или нет, просто не стоял. Мне не выжить здесь без посторонней помощи. Слишком агрессивная здесь природа и местные зверушки. По крайней мере, те, с которыми я встречался, совершенно непригодны для охоты. Очень уж большие. Что странно, за время подъёма по стволу дерева я почему-то не обнаружил на многочисленных ветвях, если их можно так назвать, никаких жучков, паучков и других обитателей подобных мест. Это выглядит странно.

Передвигаться в сторону посадки аппарата по верхотуре я не рискнул. Очень уж неуютно я себя здесь чувствовал. Пришлось мне проделывать обратный путь и аккуратно двигаться к земле. Спорный вопрос – подниматься было сложнее или, наоборот, спускаться. Я с трудом справился.

Всё-таки передвигаться по земле проще, быстрее и привычнее. Хоть я и старался двигаться максимально тихо и выбирал дорогу таким образом, чтобы всегда находиться рядом с каким-нибудь кустом, деревом или валуном, все равно сумел развить довольно приличную скорость. Быстрому передвижению способствовало ещё и то, что на земле практически полностью отсутствовали листья или трава. Как будто их здесь какие-нибудь дворники прибрали.

Часа два двигался без приключений. А потом стал свидетелем драки двух исполинов. И, самое главное, смог добыть здесь свой первый трофей.

Глава 3

Я как раз огибал ствол очередного исполинского дерева возле какого-то очень широколистного, приземистого куста, выделяющегося среди других растений ярко рыжей расцветкой, когда началась эта битва исполинов. На огромную лягушку-переростка сверху свалилась не меньшая по размеру бронированная хрень, чем-то похожая на майского жука, если, конечно, не учитывать габариты. Надо сказать, что сравнения привожу ну очень уж притянутые за уши, просто других у меня для описания этих монстров не нашлось.

Битва получилась яростная и скоротечная. Бронированная хрень буквально вгрызлась в тело лягушки огромными жвалами и, похоже, повредила что-то важное для организма противника. Очень уж быстро лягушка начала терять силы.

Я, наблюдая за этой схваткой как завороженный, скорее даже не заметил, а почувствовал чужое присутствие слева от меня и, потихоньку повернув голову, чуть носом не ткнулся в змеиную голову, которая свисала с куста странной расцветки. Ни мгновения не раздумывая, действуя на одних рефлексах, сразу засадил чуть ниже головы в туловище змеи свой кремневый нож.

Очень удачно попал и вогнал каменный клинок по самую рукоять. Чтобы избежать шума, выпустил из руки нож и, схватившись двумя руками за туловище, попытался прижать его к своему телу.

Раненая, можно сказать, уже убитая змея толщиной в руку взрослого человека как-то странно спружинила всем телом, и от этого её движения я вдруг отлетел от неё метра на три.

Даже растерялся слегка от такого расклада, слишком уж мощной оказалось тело этой двухметровой змеи, пружинную сталь напомнило. Благо хоть обошелся без переломов и сильных ушибов, меня как бы оттолкнуло, а не ударило.

Дождался окончания короткой агонии, краем глаза наблюдая за сражением исполинов, подошёл к поверженной змее, вытащил из её туловища нож и попытался скрутить в подобие канатной бухты, чтобы потом прикрепить к баулу. Только попытавшись её поднять, я осознал, какой опасности избежал, можно сказать, чудом.

Змея была тяжеленной, похожая на жесткий резиновый шланг, только очень тяжелый. Не унести мне её целиком, просто не хватит сил, и рубить на куски очень бы не хотелось, очень уж у неё шкура была интересная. Она буквально переливалась разными цветами, как бы подстраиваясь под расцветки окружающего мира. Жалко портить такую красоту.

Пришлось мне ждать, пока жук-переросток не насытится и не уберётся с места сражения, и только потом отправляться в путь, волоча за собой труп змеи. Да, я просто тянул её за собой, как верёвку или всё тот же шланг. Не поднялась рука портить добычу, тем более что, по моим прикидкам, идти оставалось не так и долго.

Местность, по которой я шёл, стала потихоньку меняться. Сначала появилось ощущение, что я начал подниматься в гору. Сказать точно, так ли это, нельзя, а вот то, что идти стало тяжелее, это факт.

Вскоре обратил внимание, что зверюшки здесь стали размером поменьше. Странно было то, что много какие животные, мимо которых пройти незамеченным в принципе невозможно, не обращали на меня никакого внимания. Такое поведение местной фауны заставляло задуматься, с чем бы это могло быть связано. В какую-то свою уникальность верить не хотелось, медведь, напугавший меня чуть не до смерти, тому свидетель. Грешить на змею, которую с непонятным упорством продолжал тащить за собой, тоже не вариант. Ведь и до неё попадавшиеся звери меня как бы не замечали.

Кроме как вмешательством сил, которые меня сюда отправили, объяснить подобное не получается. Я реально понимаю, если бы не эта странность, я бы здесь не выжил, и минуты бы не продержался.

В этих размышлениях как-то незаметно перешёл в лес с совершенно другими растениями, которые даже цветом разительно отличались от тех, что росли там, где я очнулся. Зверье, активно мельчало, а местность повышалась, и это уже было видно. Даже стволы деревьев стали тоньше, ненамного, но я это заметил.

Часа два мне потребовалось, чтобы выбраться на обширное, поросшее высокими деревьями плато. То, что это именно оно, было понятно по тому, как редко здесь росли деревья. Но главное, что сразу бросилось в глаза, – это расположенный приблизительно в километре от меня своеобразный полевой лагерь, чуть в стороне от которого стоял летающий кирпич, который я видел раньше. Довольно приличная по размеру территория была огорожена высокой глухой стеной, по виду бетонной, за которой прятались строения, сделанные по принципу надувных в моем мире. Во всяком случае, именно такими они казались издали. Помимо этих непонятных построек я отчётливо видел и множество самых обычных палаток, поэтому и возникла ассоциация с полевым лагерем.

Мне удалось рассмотреть все это благодаря тому, что я находился метров на пятьдесят выше этого палаточного городка. Единственная небольшая возвышенность на этом плато, и я умудрился выйти именно на неё.

Вот уж когда пришлось пожалеть, что у меня нет с собой оптики. То, что в этом лагере есть люди, я прекрасно видел, а вот во что они одеты и как выглядят, было не рассмотреть, далековато даже для моих молодых глаз.

В стене вокруг селения я увидел четверо ворот, выходящих на разные стороны света, вот к ближайшим я и направился.

Интерлюдия

Арн Ворт, который сегодня нес дежурство на воротах в посёлке поисковиков и охотников, смотрел на приближающегося к нему ребёнка и не верил своим глазам. Это было так сюрреалистично, что он даже не сразу связался с командиром поселка, которого в первую очередь обязан уведомить о любой странности.

Благодаря продвинутой нейросети он увидел тяжело идущего парня издалека и даже рассмотрел его во всех подробностях. Красноватый оттенок кожи его не удивил, каких людей только не встретишь на просторах империи, а вот одежда – это да. Подобного ни на одной планете не увидишь. Выполненная из натуральной кожи, она в принципе не могла существовать: дорого, неудобно и непрактично, никому и в голову не придёт так вырядиться. Тем не менее, он своими глазами видел приближающегося ребёнка, одетого именно так. Но больше всего его буквально прибила к земле ноша парня, которую он волоком тащил за собой.

Опаснейшая тварь, добыть которую нереально даже отряду опытных охотников. Ребёнок тащил за собой целое состояние.

Как такое возможно и откуда он вообще взялся, не так волновало Арна, как другой вопрос. Благодаря своей нейросети, которой он, честно сказать, очень гордился. Он был одним из немногих здесь людей, кто имел подобную штуку, и мог гораздо больше, чем человек, её не имеющий. Дело в том, что на этой планете не работала никакая электроника. Вообще. Даже на орбиту летают челноки, которые работают благодаря химическим реакциям и допотопным двигателям на реактивной тяге. Вот и обычные разумные нейросети гибли практически мгновенно. Трудно даже представить, сколько здесь утеряно разнообразной техники и погибло людей, прежде чем разобрались, что и из-за чего происходит. На этой псиактивной планете корректно работали только бионейросети, которые стоят запредельных денег. Арну в свое время повезло, что родной дядя как раз к его восемнадцатилетию оставил ему в наследство именно такую нейросеть. Он её, конечно, приобретал не для племянника, а для своего сына, но вся его семья вместе с ним погибла в бою с пиратами из Аварской империи. В итоге заказ получил уже Арн и без каких-либо сомнений установил эту нейросеть себе.

И сейчас эта в высшей степени полезная штука позволила безошибочно определить, что опаснейшая тварь, которую тащил ребёнок, убита каменным ножом, который парень держал в руке.

Тварь, на которую не рискуют идти сильнейшие отряды охотников, убили каменным ножом, и убил её ребёнок. Нереально, невозможно и просто немыслимо.

Осознав это, Арн только и подумал: кто же ты такой есть парень.

Конец интерлюдии.

Дорога до ворот много времени не заняла. Когда смог рассмотреть лицо человека над гребнем стены, как я понял, дежурного у входа в поселение, даже выдохнул с облегчением. Обычный для Земли человек, да ещё и с рязанской мордой лица, прям чем-то родным повеяло. Но вот глаза его мне не очень понравились, вернее, не сами глаза, а эмоции в них. Там было всё: сильное удивление, неверие и неприкрытая алчность, когда взгляд человека падал на мой трофей.

Так как этот чудо-охранник не произнес ни слова, когда я подошёл, пришлось самому к нему обращаться, что я и сделал, не особо заморачиваясь какими-либо политесами.

– Мил человек, может, пустишь меня внутрь?

Мужик даже вздрогнул от моего обращения, как-то встряхнулся и что-то быстро затараторил. Ни хрена я не понял из его тирады, никогда не слышал этого языка. Проблема, однако, на языке жестов особо не поговоришь. А мне очень хотелось бы понять, где я нахожусь и кто в этом виноват. Не успел ничего предпринять, как рядом с охранником появился ещё один человек, судя по лицу, маленько постарше и посерьезнее. Он тоже начал у меня что-то спрашивать, сначала на таком же тарабарском языке, потом на другом, третьем…

Я только руками разводил, показывая, что ни хрена я его не понимаю. Довольно быстро ему это надоело, и он, повернувшись к дежурному, что-то произнес, после чего тот на минуту исчез, а вскоре в створке ворот отворилась дверь, которую я, честно сказать, до сих пор даже не замечал. Дежурный жестом показал, что можно проходить.

Как только попал внутрь, события сразу закрутились с какой-то безумной скоростью. Мужик, который выглядел постарше, подошёл вплотную, внимательно меня осмотрел, и кивнув, показал, чтобы я следовал за ним.

Уже через пару минут мы подошли у довольно большому зданию, которое издали показалось мне надувным. Вблизи стало понятно, что оно из неизвестного мне материала, по структуре напоминающего пенобетон. Внутри оказалось что-то вроде склада, с рядами стеллажей, на которых стояло множество разных по размеру ящиков совершенно непривычного вида. На один из них мне и указали, чтобы я положил туда тушу змеи. Не стал сопротивляться, засунул и даже крышку сам прикрыл, и она захлопнулась с каким-то чпоком, будто внутри этого контейнера внезапно образовался вакуум.

Буквально тут же в помещение вошли ещё два мужика. Они подхватили этот контейнер, и мы все вместе направились к летающему кирпичу. Ну вот не могу избавиться от этой ассоциации, и всё тут.

Вблизи этот кирпич производил неизгладимое впечатление. Было похоже, будто большую прямоугольную коробку обложили шамотным кирпичом. Если бы не огромные неестественно белые, будто покрытые изморозью дюзы, выглядывающие из-под его брюха, ни за что не поверил бы, что оно может летать. Сбоку этой штуки обнаружилась широкая аппарель, которая с знакомым чпоком закрылась за нами, как только мы вошли в квадратное пустое помещение. Минуты не прошло, как в противоположной стене открылась массивная дверь, контуры которой я в очередной раз проглядел.

Следующее помещение, в которое мы попали, напоминало тот склад в селении, где мы уже были: стеллажи, заполненные разнообразными странными ящиками. Прошли эту комнату насквозь, по дороге оставив на одной из полок контейнер со змеей, и попали в комнату, напоминающую салон самолёта. Ряды даже на вид удобных кресел по обе стороны прохода явно предназначались для перевозки пассажиров. Собственно, в этих креслах мы и разместились. Странно, но никаких ремней безопасности я здесь не обнаружил. Ещё через минуту меня вжало в кресло, но не очень сильно, ощущение, будто на машине быстро спускаешься с невысокого склона. Так было минут пять, а потом всё кончилось. Даже и не скажешь, что мы летим на космическом аппарате, если бы не знал этого точно, подумал бы, что стоим на месте.

Минут сорок ничего не происходило, спутники о чем-то тихо разговаривали между собой, и казалось, что отовсюду доносится тихий шелест. Потом очень слабый толчок, и народ начал вставать со своих кресел. Я тоже не стал засиживаться, поднялся, как все, и стал ждать развития событий.

Уже через минуту мы двинулись на выход и так же прошли через шлюзовую комнату, как при посадке в челнок, только в обратном порядке. По опущенной аппарели вышли в огромное помещение с потолком метров пятьдесят в высоту. В этом помещении, кроме челнока, на котором мы прилетели, и нескольких громоздких механизмов неизвестного назначения вдоль стены, больше ничего не было. По большому счету, здесь могло бы разместиться ещё штук четыре корабля вроде нашего. Даже с трудом верилось, что такое помещение могло находиться в космосе, но это, как я понял, только часть корабля или станции, на которую мы прилетели. Размах, конечно, поражает, чего уж тут скрывать.

Не ошибся я в своих предположениях, реально станция, ну, судя по тому, что к нам подъехал что-то вроде такси, только без колёс и с открытой кабиной.

Ехать далеко не пришлось, понеслись с хорошей такой скоростью по пустынным коридорам, если их можно так назвать, скорее, наверное, по дорогам и остановились возле каких-то массивных ворот.

Меня, если честно, уже напрягать стало, что я почему-то не замечаю двери. Вот и сейчас она открылась в самом неожиданном месте. Ещё поймал себя на мысли, что слишком уж спокойно я себя веду, нехарактерно для меня. Блин, я прилетел в космос на космическом корабле, встретился с неземной цивилизаций и веду себя, будто так и надо. Что-то не так с этим пофигизмом. Будто меня опоили чем-то успокоительным, так я не ел и не пил уже давно. Тогда что со мной не так?

Особо подумать об этом не удалось. Вошли в какой-то холл, где с разных сторон было несколько дверных проемов. В один из них мы, не задерживаясь, прошли. Мне комната, в которой мы оказались, напомнила стоматологический кабинет. Вроде ничего общего, а почему-то мысль такая проскочила. Вдоль стен стояли несколько удобных стульев, даже, наверное, полукресел, не знаю, как их правильно назвать, а ещё небольшой стол в углу и массивное, на вид тяжёлое кресло посреди комнаты. Над креслом на мощном кронштейне висело что-то вроде мотоциклетного шлема, только в разы больше. Вот в это кресло меня и усадили.

Как уже говорил, воспринимал всё стабильно пофигистически. Вот и сейчас даже не дёрнулся, когда на руках защелкнулись широченные браслеты, намертво приковав руки к подлокотникам. Шлем опустился на голову, послышалось негромкое жужжание, потом шорох, и меня как-то резко потянуло в сон, притом так сильно, что я даже не подумал сопротивляться.

Проснулся уже без шлема и с тяжелой, как будто налитой свинцом головой.

– Как ты себя чувствуешь и понимаешь ли ты меня? – спросил меня мужик, сопровождавший меня в космос из лагеря, притом на своём тарабарском языке, который я к собственному удивлению понял.

– Голова тяжёлая, а так нормально, – ответил ему и тут же задал терзающий меня вопрос.

– Не подскажешь, почему я отношусь ко всему так спокойно? Ведь так не должно быть.

Тот ухмыльнулся и ответил:

– Отвечу на этот вопрос, но только на один, тебе сейчас нельзя напрягать мозги, поспишь, тогда и поговорим. Спокойно себя ведёшь, потому что всех людей, возвращающихся из-за периметра лагеря, при входе автоматически обрабатывают специальным газом, который не имеет ни цвета, ни запаха. Мы таким образом приглушаем на время эмоции. Благодаря этому нам удаётся избежать множества проблем. Когда проснешься, все уже придет в норму.

После этого он, не обращая никакого внимания на мои попытки ещё поговорить, отвёл меня в крохотную комнату, где кроме кровати и небольшого столика больше ничего не было, и, велев отдыхать, удалился.

Свой баул, который я так и таскал за собой, с трудом разместил между кроватью и стенкой и, даже не раздеваясь, завалился на узкую кровать. Очень хотелось обдумать происходящее, но я не смог. Как только принял горизонтальное положение, так сразу и уснул.

Не могу сказать, сколько проспал, как-то потерялся во времени, но когда проснулся, был бодр и страшно голоден. Даже забыл, уже когда в последний раз ел. Ещё сильно хотелось в туалет, и это была реальная проблема. Я понятия не имел, как открыть дверь, у которой даже ручки не было. Она выглядела монолитной. Что только с ней ни делал: и пинал, и пробовал вбок отодвинуть – как-то, когда меня заселяли, упустил из виду, как она открывалась, – ничего не получалось, пока я в сердцах не выругался и не произнес:

– Да откройся же ты наконец!

Что-то щелкнуло, и дверь отъехала в сторону.

Охренеть, здесь, похоже, как в книгах, которые я когда-то читал, искин за всем наблюдает и помогает, ну или мешает, если необходимо. Решил проверить и вслух спросил:

– Как попасть в туалет?

На противоположной от кровати стене тут же, как по мановению волшебной палочки, появилась дверь, которая так же, как и входнаяю отъехала в сторону. Сделав нужные дела, набрался наглости и также вслух спросил:

– Где здесь можно поесть?

Осмотрелся вокруг, очередной двери не обнаружил и ответа на вопрос не дождался. Решил на всякий случай немного подождать и, если через полчаса никто здесь не появится, идти искать местный общепит.

Прилёг обратно на кровать, в очередной раз собираясь обдумать происходящее, и снова даже не понял, как уснул.

Очередное пробуждение отличались от предыдущего.

Не успел открыть глаза, как услышал шорох открывающейся двери, или, может, проснулся от этого самого шороха, точно не знаю. В проёме стоял знакомый мужик, который произнес:

– Надеюсь, ты выспался, а то нам срочно нужно поговорить.

– Выспался, только вот разговаривать на пустой желудок – плохая идея.

Реально, от голода казалось, желудок сам себя сейчас сожрёт. Мужик хмыкнул и ответил:

– Пойдём, сейчас тебя покормим и в процессе поговорим, времени реально мало.

Захватил свои вещи и потопал вслед за этим инопланетянином, одновременно пытаясь определить, вернулось моё состояние в норму или эмоции, так и остались приглушены. Честно сказать, так и не понял и махнул на это рукой, надо сейчас на разговоре сосредоточиться и послушать, что вещает шагающий впереди мужик.

А тот между тем спросил:

– Что ты собираешься делать с добытой тобой змеей?

Странный вопрос, что с ней можно сделать, кроме как снять шкуру и сожрать? Но отвечать сразу не стал, просто вспомнил алчный взгляд мужика на воротах, очень уж выразительно он смотрел на мой трофей.

Немного подумал и спросил:

– Ты интересуешься моим трофеем потому, что хочешь его выкупить? Если да, то объясни, чем эта змея так ценна и что я получу взамен?

Мужик с непередаваемым удивлением посмотрел на меня.

– Да, выкупить хочу, но разговор с тобой я, наверное, начал не с того. Давай сначала ты расскажешь, кто ты и каким образом оказался на этой планете, да ещё и в таком виде.

Вопрос, конечно, хороший, только вот ответа на него у меня нет, а отвечать что-то надо. Подумав немного, решил рассказывать как есть, стараясь не врать, мало ли, вдруг у них здесь технологии могут определять, когда им лгут.

– Зовут меня Сергей Петрович, фамилия Бойко. Как попал на эту планету, сказать не могу. Последнее, что помню: как уснул в лесу у себя на родине, проснулся уже здесь. Что касается моего вида, так у нас все так одеваются, ничего необычного.

– На вашей планете ещё не знают железа? – тут же спросил мужик.

– Знают и про железо, и про космос. Если удивил кремневый нож, то это случайность, просто стечение обстоятельств, о которых я не вижу смысла рассказывать.

– У тебя речь как у взрослого человека, у вас там все дети такие? – никак не хотел угомониться собеседник.

– Нет, не все. Я особый случай, пришлось рано повзрослеть из-за смерти отца и кое-каких условий жизни.

– Как ты смог выжить на этой планете? – наконец то решился мужик задать главный вопрос. Почему-то мне совершенно не хотелось ему говорить о моей новой способности, благодаря которой местное зверье меня игнорирует. Поэтому пожал плечами и ответил правду:

– Я с рождения жил в дикой природе и для меня нет большой сложности выживать в лесу.

От такого ответа мужик даже с шага сбился, пробормотал задумчиво:

– Что же у вас за планета такая?

Еда, которой меня покормили, была никакая. Непонятная, с синтетическим привкусом, да ещё и запах не совсем приятный. Такую есть если только с сильной голодухи, а так не впечатлила. И это, как я понял, ещё аппарат, который её готовил, здесь продвинутый. Боюсь представить, что выдает простой.

Уже насытившись, только приступили к разговору о стоимости моего трофея, как нас прервали самым беспардонным образом. В кают-компанию буквально ввалилась целая толпа каких-то худых уродов. Один из них пренебрежительно обратился к моему собеседнику, напрочь игнорируя моё присутствие.

– Продай мне аборигена, хуман, я хорошо заплачу.