Текст книги ""Фантастика 2026-90". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)"

Автор книги: Ольга Смышляева

Соавторы: Василий Седой,Лилия Орланд,Тата Алатова,Наташа Эвс,,Крафт Зигмунд
сообщить о нарушении

Текущая страница: 165 (всего у книги 350 страниц)

Влад перевел взгляд на Мию и вдруг заплакал:

– Мама…

Подбежав к нему, Мия крепко его обняла.

– Я не оставлю тебя, – шептала она. – Всегда буду с тобой, как ты со мной. Мы вместе. И мы победим. Только не уходи от меня. Прошу.

Мы вернулись домой с сыном. Влад выглядел плохо, древний измучил его, это отражалось на внутреннем состоянии и на внешнем виде.

– Как бы я хотела забрать твою боль, – сказала Мия, глядя на Влада. – Но это твоя война. Ты выбрал ее добровольно, как когда-то я. Но могу точно сказать: я не оставлю тебя. Никогда. Ты выберешься из этого омута. Я буду бороться за тебя, сынок.

Владислав поднял глаза на Мию, оглядев рану на ее лбу, и тихо произнес:

– Я причинил тебе боль, за это сам себя ненавижу. Ты чуть не пострадала в Сером Городе.

– Да, – Мия покачала головой, – но я жива.

– Я причинил боль другим. Разрушил здания, сломал все вокруг.

– Это не ты, сынок. Это сделал тот, кто в тебе.

Владислав помолчал.

– Я хотел этого. Он использовал мои желания, мою ненависть. Это я, мама. Раньше я хотел это сделать, строил план, но потом… Потом что-то изменилось. Я приехал домой и… Ты была рядом. После этого все как-то… Теперь не знаю, что делать.

– Это хорошо, – Мия улыбнулась и коснулась дрожащих рук сына. – Теперь все будет по-другому. Я буду тебе помогать, ты научишься управлять собой. Этот древний очень сильный соперник, но ты сможешь. Ты ведь мой сын.

Я смотрел на дорогих мне людей и был счастлив. Да. Пусть это счастье так мало́ по сравнению с масштабами проблем, нависшими над нами, но оно такое теплое, родное и семейное, такое, которое согревает мое кровоточащее сердце. Это лечит.

Несомненно.

На следующий день мы с Мией пришли к Ийбо и извинились перед ним за происшествие с Владом.

– В вашем сыне демон, – с печалью произнес Ийбо.

– Да, – подтвердила Мия. – Я была в таком же положении и знаю, что делать. Мы справимся.

– И именно поэтому, – продолжил я, – мы приняли решение вернуться домой. Мы не хотим подвергать людей общины опасности. Мы с теплом благодарим вас за помощь и приют. И всегда на связи, если понадобится помощь.

Ийбо оглядел нас и ответил:

– Уверен, вы справитесь. Вы сделали много для общины, мы всегда готовы оказать помощь вам. Будьте благословенны.

Наши вещи уместились на двух машинах. Мы попрощались со всеми и когда нам открывали ворота, я увидел Локку. Она подошла к нам, но смотрела на Владислава.

– Сильный лев от сильного льва, – сказала она. – Тебе под силу даже дракон. – После этого она шагнула ближе к Владу и осторожно протянула руку к его груди, как бы спрашивая, можно ли коснуться. Владислав кивнул, и Локка положила ладонь в центр его груди. Через время она убрала руку и, взглянув нашему сыну в глаза, добавила:

– Сердце твое знает истину.

Глава 3
Жертва

Это единственное, что я мог сделать, используя свое положение

Мы вернулись в свой коттеджный городок. Смыли красный крест позора с ворот и решили не обращать внимания на поведение соседей. Нам нужно учиться жить. Снова.

Мия учила Владислава справляться с давлением Абаддона, хотя у сына не всегда получалось владеть собой, но он старался.

– Зачем ты его позвал, Влад? – спросила как-то Мия. – И почему его? Как ты с ним связался? Как нашел?

Владислав тяжело вздохнул.

– Присутствие Валентина в моей жизни сформировало мое внутреннее «я». Я буквально впитал его существо. Мне было интересно с ним. Абсолютная власть заразна. Я рос с такими же установками и однажды понял, что хочу превзойти его. Своего могущественного наставника. Во всем. Я захотел абсолютной власти исключительно под своим руководством. Мне нужна была сила, которая превзойдет Валентина. И я нашел ее. Тот, кого, я пригласил в свое тело, обладал тем, что мне было нужно. Когда я установил с ним связь, мне показалось, он только этого и ждал, будто его цель совпала с моей. Наше слияние произошло быстро и легко, и я ощутил себя царем.

Мия понимающе покачала головой и осторожно спросила:

– Твоя цель изменилась?

Влад задумчиво посмотрел перед собой.

– Нет. Но изменился подход. Я по-прежнему хочу превзойти Валентина. Но не такой ценой. Он должен исчезнуть из нашего мира. Вы ведь хотите того же?

– Однажды мы уже победили его, – сказал я. – Но он вернулся. У нас есть план, и мы почти дошли до его исполнения, но появилась проблема.

Я рассказал не все, потому что опасался ушей Абаддона. Сказал про Серафима, что это человек, который важен в звене нашего союза. И от его состояния зависит наша победа.

– Я бы хотел познакомиться с вашими друзьями, – сказал Влад. – Все эти годы у меня был один друг. Которого я захотел убить. Мне нужно изменить свою жизнь.

– Мы поедем туда завтра, – согласился я. – А когда у тебя появилась мысль уничтожить Валентина?

Владислав опустил глаза и с печалью ответил:

– Мне было девять. Я познавал информацию без границ, всегда брал больше, чем мне давали. И не мог насытиться. А когда насыщение произошло, мне стало не интересно в обществе своего наставника. Я захотел встать на его место. Занять трон царя. И стать царем. После этого я начал методично составлять план. Детский возраст мне в этом помогал, меня никто ни в чем не подозревал. Но внутри меня развивался стратег, и к четырнадцати годам я полностью сформировал себя как противник. Вызвал древнего помощника и ушел от Валентина.

Я слушал сына в ужасе. С девяти лет жить в осознанной мести. Влад всегда был взрослым, словно мудрый человек в теле ребенка. Но тесная связь у него была только с Мией, и эта связь сейчас поддерживала в нем человечность.

На следующий день мы поехали в локацию. Мой недельный «больничный» подходил к концу, работу терять нельзя, она дает мне возможность получать продуктовые наборы и статусную оплату, на которую существовала наша семья. А еще я очень переживал за Мирославу. И доступ в Серый Город давал возможность узнавать о ее жизни.

В локации нас встретили с удивлением и опаской. Слух о происшествии во главе с Владом разнесся быстро. Но за все дни после инцидента Влад научился сдерживать своего темного соратника, превратив его в пленника, и владеть собой почти во всех случаях.

– Вот это да, – улыбнулся Януш, протягивая руку нашему сыну. – Какое пополнение.

Рядом с Яном стояла Лаура. Она с интересом оглядела Влада и стеснительно ему улыбнулась.

– Да, – сказал я. – В мое отсутствие полагаюсь на вашу помощь и доверяю вам самое ценное.

Мы представили нашим людям Владислава, показали ему подземный город и пояснили принцип нашего союза обратников. Влад познакомился с моими друзьями инверсами, кроме одного, а чуть позже мы отправились к нему в госпиталь.

Серафим был в том же состоянии, еще больше осунулся, но в целом стараниями Эвелин выглядел нормально.

Владислав подошел к кровати Серафима и оглядел его с головы до ног, а потом стал внимательно смотреть ему в лицо. Пауза затянулась, но мы ждали. Позже Влад отошел от кровати чуть в сторону с озадаченным видом.

– Что случилось? – спросила его Мия.

– На нем сложные путы, – ответил Владислав. – Печать Валентина. Тот, кто попытается их снять, примет их на себя.

Мы с Мией переглянулись.

– Откуда ты знаешь? – осторожно спросил я.

– Мой пленник видит это. Это знание передается мне.

Я сник, ведь такое наследство никто не захочет брать на себя. Неужели мы обречены с нашим планом…

После госпиталя мы прошли в помещение с длинным столом и разместились там. Конечно, мы были в отчаянии, слова Влада больно резанули по нашим стремлениям. Мы выдвигали версии, обсуждали новые варианты, злились и отчаивались. Только Влад молчал. Он сидел с нами, но я видел его отсутствующий взгляд куда-то в стол. Через время мы пошли обедать, а Владислав завернул в госпиталь, и мы с Мией пошли за ним. Возле кровати Серафима наш сын обернулся на нас и сказал:

– Всего раз я использую его силу снова. Всего раз. Но придется его вытащить сюда, будьте осторожны.

Мия раскрыла глаза.

– Владислав, что ты хочешь сделать?

– Мама, просто отойди. Я должен это сделать.

После этих слов Влад опустил голову и закрыл глаза, а через минуту словно очнулся и медленно повернул голову на нас. Черный взгляд сына испугал, мы отшатнулись к выходу и остановились там. Владислав холодно улыбнулся.

– Правильно, – зарычал он. – Силу нужно уважать.

Я приготовился накидывать защитный купол, но Влад отвернулся и подошел к кровати Серафима. Он долго стоял над нашим безмолвным другом, а потом протянул к нему руки и раскрыл ладони, которые через время начали трястись от напряжения. Я ощутил темную силу, много силы. Она была жесткой, болезненной, словно поднятой со дна ада. В это время тело Серафима стало выгибаться вверх, будто из центра его груди вытягивали что-то большое. Подключив внутреннее зрение, я увидел темные потоки, исходившие из Серафима, которые входили в нашего сына и опутывали его самого. В этот момент я едва не зарыдал. Хорошо что внутреннее зрение не доступно Мие.

Мне было больно. Такую боль еще не приходилось испытывать. Что сейчас делает мой сын, забирая на себя страшное проклятие Валентина? И что делать мне? Что? Я смотрю на это и лишь очень надеюсь, что мой сын знает, что происходит.

Очень надеюсь.

В какой-то момент тело Серафима резко опустилось, а Владислава словно отбросило от кровати, но он смог удержаться на ногах и страшно зарычал, развернувшись на нас.

– Ты мешаешь мне, – хрипло произнес Влад, обращаясь к Мие. – Он мой по договору, отпусти его!

– Это мой сын, – бросила Мия. – Мой!

– Нет! Не угадала! – изрыгнул страшный голос. Влад размахнулся и швырнул в нашу сторону поток черной энергии, но я тут же выставил щит и накрыл нас защитным куполом.

– Владислав! Сынок! Сопротивляйся! – крикнула Мия.

Влад замер на несколько секунд и стал оглядывать помещение, потом резко обернулся на Серафима и вдруг закричал. Закричал так сильно, что мы испугались, а позади нас столпились наши друзья и люди локации. Мы не понимали, что происходит и что делать нам. Неожиданно Влад сделал движение руками, махнув с головы до ног, будто снимал с себя покрытие, и с криком, переходящим в рычание, словно сопротивлялся сам себе, вытянул руку в сторону, где образовалось искажение пространства. В это место с неимоверной силой он закинул что-то невидимое нашим глазам. После этого искажение полыхнуло и схлопнулось, а Владислав сделал несколько шагов назад и, махнув руками, упал на пол без сознания.

Мы с Мией были в потрясении и тут же подбежали к сыну.

– Мой сыночек, – с болью произнесла Мия, погладив сына по бледной щеке. – Не оставляй меня. Мне не выдержать такой боли…

Я склонился к груди Влада и прижался ухом.

– Он жив, любимая. Он жив.

В этот момент Владислав медленно открыл глаза.

– Мама… – тихо сказал он. – Я никогда тебя не оставлю. Никогда.

Склонившись над сыном, Мия обняла его, а я ощутил странную тишину и обернулся, увидев испуганные лица друзей и лицо Эвелин. Ее глаза были широко раскрыты, но Эва смотрела не на нас. Она прикрыла рот ладонью и вдруг направилась к кровати Серафима. Я тут же поднялся и увидел, что Серафим смотрит на меня, затем он перевел взгляд на свою Эвелин и облегченно вздохнул:

– Привет, любимая.

Я растерянно огляделся и снова посмотрел на Серафима. Что происходит… Боже мой!

– Брат! Ты вернулся! – радостно произнес Януш, направляясь к Серафиму. – Вот это тема!

Еще некоторое время все стояли молча, а после радостно загудели как улей. К тому времени Владислав пришел в себя и скромно стоял в стороне с Мией, глядя, как толпа приветствует очнувшегося Серафима. Я не совсем понял, что произошло, но был несказанно рад, что мой сын остался невредимым после такой мясорубки. Он однозначно причастен к возвращению Серафима, и, наверное, мы все узнаем позже.

Когда все пришли в себя от потрясения, собрались в общем помещении с длинным столом. Владислав чувствовал себя ослабленным, но он тоже сел с нами и стал отвечать на многочисленные вопросы о происшедшем.

Наш сын объяснил, что в случае с Серафимом сработало бы только два варианта силы. Сила самого Валентина или сила, превосходящая его. Никто не был готов к такому, потому что любой сильный человек с превосходящим древним внутри просто примет проклятие оков на себя. Справиться может только обратник. То есть обратник с силой древнего, превосходящей автора проклятия. Потому что этот человек должен не только снять печать, а еще впоследствии избавиться от нее. Владислав принял решение помочь нам объединить союз для исполнения плана. Он вызвал пленника, дав ему овладеть собой, и сломал печать на Серафиме, вытянув проклятие, которое тут же легло на самого Влада. Используя свои силы обратника, через болевые помехи Абаддона, Влад смог содрать с себя печать и увести ее из нашего мира.

– Ты закинул ее в портал? Как и ружье охранника общины? – спросила Мия.

– Это не портал, – ответил Влад. – Я использую карманы пространственной пустоты. Это полное исчезновение. Я не смогу вернуть то, что туда забросил.

– Какой сильный у вас сын, Марк Константинович, – покачал головой Федор. – Невероятная храбрость.

– Ты рисковал жизнью ради нашего будущего, – сказала Зита, поднимая руку с сжатым кулаком. – Наше уважение тебе, смелый парень.

За Зитой знак свободы подняли все присутствующие.

– Это единственное, что я мог сделать, используя свое положение, – скромно ответил Влад. – Я давно хочу того же, что и вы. Теперь мы сделаем это.

– Какой крутой перец у тебя, братан, – гордо произнес Ян, повернувшись ко мне. – Фортуна нам улыбается во весь рот. Пора делать историю. Гоу!

Мы решили передохнуть, пока я открою вторую часть книги Исправлений и узнаю наши дальнейшие шаги. В то время как мы поднялись, к нам подошла Эвелин, она улыбнулась через слезы и обняла Владислава.

– Спасибо тебе. Ты вернул моим детям отца, а мне вернул жизнь. Я буду благодарить тебя до конца своей жизни.

Да. Наконец-то наш друг Серафим обрел заслуженную свободу. Я был очень счастлив этому факту и скорее направился к книге, которую спрятал в защищенный мною отсек. К моей радости появилась сокрытая до этого вторая часть. Я торопливо начал просматривать текст и переводить, как вдруг прочел важный абзац, который меня ошарашил и расстроил одновременно.

Как оказалось, на месте тех раскопок, где моя бабушка Агата нашла книгу, задолго до этого располагался алтарь для жертвоприношений чернокнижников. И там были оставлены две книги, книга Заклинаний, которую нашла бабушка, и книга Исправлений, которую впоследствии нашел я. В моей книге написано, что для изгнания древних нужно провести ритуал на месте того алтаря. И в этом ритуале участвуют четверо. На картинке в книге нарисовано четыре человека. Они стоят вместе и держатся за руки, образуя квадрат. Один подписан как лидер обратников, а рядом две женские фигуры и одна мужская. Я отпрянул и нахмурился. Выходит, не союз обратников спасает мир, а эти четыре человека.

Я позвал Мию и Владислава и показал им рисунок. Влад долго смотрел на записи, потом на сам рисунок, а после поднял голову и посмотрел на меня.

– Кажется, это мы.

– Что? – удивленно переспросил я.

– Мне тоже кажется, что это мы, – сказала Мия.

– Зачем тогда нам был нужен Серафим?

Влад снова склонился над книгой и выискал в тексте место.

– Тут говорится, что все члены союза должны быть в здравии и уме для открытия второй части книги. А вот тут написано, что обратники союза во время ритуала будут отдавать свои силы как энергетические центры для самого лидера и для всего куба. Они в любом случае нужны все в состоянии сознания.

– Ты знаешь этот язык? – удивился я.

– Мой наставник тоже знает, – ответил Влад. – Я проходил обучение этому языку, потому что некоторая информация, которая была мне интересна, написана на нем.

Мы решили озвучить то, что узнали, нашим людям и собрались в том же помещении.

– Ситуация такова, – начал я, – теперь нужен специальный ритуал на месте раскопок. И этот ритуал, кажется, должны совершить мы. Моя семья.

– Вот это поворот, – отозвался Ян. – Союз не участвует?

– Там написано тэ́сэра, которая энергией образует гексаэдр, – пояснил я. – Есть рисунок, на нем две мужские фигуры и две женские. Над одной метка: лидер обратников.

– Так это замечательно! – заметил Леон. – Ты расшифровал книгу, теперь у нас есть готовый план.

– В этом смысле да, – вздохнул я. – Но для ритуала нам нужна наша дочь. А она ушла к Валентину и не хочет возвращаться.

Все озадаченно замолчали. Но в этот момент раздался голос Питера:

– Всем здравия! Думаю, мы изменим ситуацию.

Мы оглянулись и увидели Питера, а позади него смущенную Мирославу. Она стояла, прижав к груди прозрачный планшет, который я подарил ей на четырнадцатилетие, и виновато смотрела на меня. Я сразу поднялся, и в тот же момент Мирослава подбежала ко мне.

– Прости меня, папочка, – попросила она, прижавшись к моей груди. – Я так соскучилась.

– Конечно, доченька, – обрадовался я, обнимая свою маленькую взрослую девочку и целуя ее в макушку. – И я скучал. Очень. Ты не представляешь, как я рад тебя видеть.

– Походу мы счастливчики, – довольно потер руки Януш. – Теперь все в сборе.

Питер рассказал, что Мирослава нашла его сама и попросила увезти в локацию. А еще он сказал, что Валентин улетел на Северную Точку.

– Прекрасно, – подытожил я. – Все складывается. Начнем организацию нашего долгожданного плана.

Глава 4
Ритуал

Моя семья это лучшее, что могло со мной произойти

Мы стали строить план поездки, согласно тексту в книге. Все обратники и моя семья должны приехать на точку древнего алтаря, чтобы провести там ритуал. Серафим стал потихоньку ходить и был настроен воинственно. Только Влад отчего-то печалился и однажды подошел к нам с Мией со странным пояснением.

– Мне нужно отлучиться. Не могу сказать причину. По возвращении расскажу.

– Сынок, что происходит? – с тревогой спросила Мия.

– Мама, так надо. Это важно.

– Я не могу тебя отпустить в никуда. – Мия покачала головой. – Не поступай со мной так.

Влад подошел к матери и взял ее за руки.

– Пожалуйста. Мне очень тяжело сейчас. Мне нужна эта пауза. Просто поверь мне.

– Сын… – начал я, но он меня оборвал:

– Нет. Примите мой выбор, как выбор взрослого человека. Просто сделайте это.

После этого, Влад поцеловал Мие руки, развернулся и ушел.

– Марк, – Мия посмотрела на меня, – я так не смогу. Поеду за ним.

– Он тебя заметит, – сказал я. – Нужно действовать по-другому.

Мы решили поехать на машине Яна вдвоем, но чуть позже. Внутренним зрением я увидел сына, поэтому следовать за ним не составило труда. Территория за локацией простиралась холмистая, и когда Влад остановился и вышел из машины, мы остановились подальше за холмом и стали следить из-за камней.

Сначала Влад просто ходил туда-сюда, потом сел на корточки, упершись руками в землю, спустя время поднялся и снова стал ходить. Мы не понимали, что происходит, но почему-то было не по себе. Возникло ощущение, что Влад не может найти себе места. Он вел себя беспокойно и будто чего-то ждал. Через время наш сын остановился и замер, мы увидели черный дым, который поднимался над ним, но Влад спохватился и с усилием увел его обратно в свое тело. После этого нашего сына начало трясти. Его руки и ноги неестественно выгибались, вызывая боль, от которой Влад начал кричать. Мия в этот момент от беспомощности сжала кулаки и прошептала:

– Боже мой, зачем он это делает…

Я обнял Мию за плечи, удерживая от возможного побега к сыну.

– Мы не изменим ситуацию, любимая. Можем только помешать. Мы должны ему верить.

– Марк, он еще ребенок.

– Наш сын достиг зрелости сознания. Его возраст не показатель. Ты должна это принять. Он носит в себе древнего, сила которого превышает силу нашего врага. Он имеет достаточно сил, чтобы управлять им. Кто еще способен на такое? Он сын своей матери.

Смотреть на муки сына было тяжело. Мой эмпат передавал мне все, и я еле стоял на ногах. Каково же там ему? Моему смелому сыну, который вырос невероятным парнем с сильной душой.

Неожиданно рядом с Владом что-то сверкнуло, он напряженно поднял руки к небу и вдруг закричал. Он кричал так долго и так сильно, что я чуть не выскочил ему на помощь, но сдержался, сжимая плечи Мии, которая так же пыталась выйти из укрытия. Тем временем наш сын так и стоял с поднятыми руками, напряженный как струна и кричал. Ему было больно. Я чувствовал это. Но он не переставал.

В какой-то момент все его тело начало трясти. Влад с трудом вытянул руку в сторону и резко махнул, после чего в той стороне возникло искажение пространства, а котором сверкали молнии. Искажение быстро увеличилось в размере, Влад схватился за голову и, продолжая кричать, рывком швырнул что-то из головы в этот пространственный разрыв. После этого из тела нашего сына стало выходить огромное черное облако, оно с шипением стало втягиваться в центр искажения, и как только его завершающий край ушел в разрыв, искажение уменьшилось и исчезло. Сделав несколько неуклюжих шагов назад, Владислав схватился за центр груди, покачнулся и вдруг упал без чувств.

– Нет… – Мия замотала головой и побежала к сыну, а я последовал за ней.

– Сынок, пожалуйста… – шептала Мия приподнимая безвольную голову сына. – Открой глаза, пожалуйста. Боже мой, у него кровь!

Я увидел, что у Влада из ушей и носа шла кровь, и понял – он использовал очень большую энергию. Я проходил это не раз.

– Марк… – с болью произнесла Мия, бросив на меня взгляд. – Что нам делать? Что с ним?

Я нагнулся и прижал ухо к груди сына, прощупал наличие пульса на шее и запястье, но не услышал ничего. Совсем ничего.

Подняв голову, я растерянно посмотрел на Мию, но она раскрыла глаза и словно перебила меня:

– Нет, нет, нет. Молчи. Не надо, Марк. Не надо…

Время шло. Мия сидела на земле, придерживая голову сына, и сдавленно плакала. Я плакал вместе с ней. Мы потеряли сына. Почему? Мы ведь только встретили его. Как же так? Как же так…

Я понял, что произошло. Наш смелый сын закинул Абаддона в пространственный карман. Убрал древнее зло из нашего мира и отдал за это жизнь. А как же мы без сына будем жить? Как?

Это что-то невозможное. Неестественное. И это очень больно. Невыносимо больно. Кто решает, кому жить, а кому умирать? Кто это контролирует? Почему нашего сына у нас отняли? Он спас Серафима. Он убрал Абаддона. Сердце Владислава не поражено, несмотря на жизнь рядом с древним темным Самаэлем. Он ошибся, но уже все исправил. Наш сын мог сделать еще много доброго, ведь жизни его всего четырнадцать лет. А это так мало…

Оглядев бледное лицо Владислава, я сжал челюсти. Но это придется сделать.

– Давай отнесем его в машину, – едва успел сказать я, но Мия оборвала:

– Нет! Нет, Марк. Не надо. Я не могу. Не могу. Оставь меня с ним. Мне нужно побыть с сыном.

– Любимая, так нельзя. Его нужно увезти.

Мия подняла на меня красные глаза.

– Мое сердце остановилось. Я не смогу больше жить. Уезжай.

От слов Мии меня передернуло. Она странно разговаривала, должно быть, от отчаяния.

– Ты же знаешь, что я никогда тебя не оставлю. Я останусь с тобой. Но вспомни, что у тебя еще есть дочь.

– Ты справишься, – бесцветным голосом ответила Мия. – Мирославе будет хорошо с тобой. Это твоя дочь. А мой сын здесь. И ему холодно. – После этого Мия приподняла голову Влада и положила себе на колени. Поглаживая его волосы, она что-то тихо говорила, но когда я прислушался, понял, что она шепчет колыбельную. В этот момент по моей спине поползли мурашки. Что происходит?

– Спи, сыночек мой, – шептала Мия, – эта боль пройдет. А когда ты проснешься, мы будем смотреть, как восходит солнце. Ты вздохнешь и поймешь, что боль ушла…

Я растерянно смотрел на любимую, не зная, как реагировать. Первый раз в жизни я видел такую Мию. И мне стало страшно. А еще очень больно. Страдания Мии обвились вокруг моей шеи тугими кольцами. А потом перешло ее отчаяние. Это было совершенно невыносимое чувство. Я не понимал, как она его выдерживает. И еще не понимал, что нам теперь делать. Что мне делать. Как убедить Мию увезти Влада?

– Я согрею тебя, – шептала Мия, продолжая поглаживать сына по голове. – Во мне еще осталось тепло. И я отдам его тебе, мое сердце.

Нагнувшись, Мия поцеловала Влада в лоб и снова прошептала:

– Мое сердце с тобой…

В это мгновение Влад рывком вобрал воздух в легкие и закашлялся. От неожиданности я даже вскочил, потрясенно раскрыв глаза.

– Боже мой… – словно испуганно произнесла Мия и тут же прижала сына к себе. – Ты вернулся!

Владислав кашлял, со свистом вбирая воздух и оглядывая пространство вокруг себя.

– Где они? – выкрикивал он сквозь кашель. – Где⁈

– Кто, сыночек? – спросила Мия, обливаясь слезами и улыбаясь одновременно.

– Здесь только мы, – сказал я, присев рядом. – Кого ты ищешь?

Влад перестал кашлять и только часто и шумно дышал.

– Они сказали, чтобы я возвращался. Фигуры. Такие светлые… Очень светлые. От них такие лучи, как от солнца. Мама, где они?

– Владислав, их здесь не было, – ответил я. – Ты видел их не в нашем мире. Как ты себя чувствуешь?

Влад почти успокоился и огляделся.

– Где мы? Почему мы здесь?

Я помог ему сесть и рассказал обо всем, что случилось. Владислав внимательно выслушал, а потом посмотрел на Мию.

– Я тебя видел, мама. Ты была там. Почти такая же светлая, и ты отдавала мне свое тепло. Ты была рядом.

Мия закивала, вытирая слезы трясущимися ладонями.

– Это хорошо, сынок. Это хорошо.

Кто бы знал, что я испытывал в тот момент. Мой ребенок вернулся с того света. Он снова с нами. Кто-то подарил нам это чудо. И это бесценный подарок.

Мы возвращались на машине Яна, решив забрать автомобиль сына позже. Я был за рулем и взглянул на Владислава в зеркало заднего вида. Мой сын задумчиво смотрел в окно, и тут я понял. Слова, что однажды говорила Локка – это про Влада. Сильный среди вас, он сильнее. Тебе тяжело будет это принять. Я искал этого человека среди всех, а после решил, что это Мия. Но Локка говорила о моем сыне. Это он. И он действительно сильнее нас.

По возвращении мы отвели Влада в госпиталь, где наши врачи его проверили и не нашли отклонений. После мы собрали обратников в небольшом помещении и рассказали о том, что с нами произошло.

– Очуметь… Значит, одного упыря уже ликвидировали, – довольно покачал головой Януш и посмотрел на Влада. – Сын моего брата – мой сын. Нам повезло, что ты с нами.

Позже мы в общих чертах рассказали всем остальным о том, что Влад избавился от Абаддона и озвучили наш план. И снова приступили к подготовке.

После разработки окончательной версии плана, мы разошлись ко сну.

Присев на кровать, я посмотрел на задумчивого сына и спросил:

– Зачем ты это сделал именно сейчас? Ты так рисковал. Его можно было убрать во время ритуала.

– Ритуал бы не случился, – устало ответил Влад. – Каждый обратник в четверке должен быть чистым. Это правило в тексте книги.

Я нахмурился.

– В какой книге?

– В книге Исправлений, пап.

– Я не видел таких предупреждений. Ты уверен?

Владислав печально закивал. Тогда я принес книгу в нашу комнату и раскрыл на нужном месте.

– Покажи, где это написано.

Влад склонился над книгой и указал на место рядом с рисунком, где изображена четверка обратников, держащихся за руки.

– Вот про чистоту четырех элементов. Мой элемент не смог бы пройти.

Я непонимающе покачал головой:

– Здесь нет текста. Для меня. Книга открывается избранным.

Владислав поднял голову.

– Ты не видишь этого?

– Нет, сынок. Эти слова должен был увидеть ты.

– Избранный от избранного, – заключила Мия. – Ты наш сильный и важный человечек. Ты важен не только нам, но и всему миру.

– Крутой у меня братец, – вздохнула Мирослава и склонилась над книгой. – Как вы тут что-то понимаете? – Она ткнула на место у рисунка. – Это же абракадабра.

– Постой, Мирослава, – удивился я. – Ты тоже видишь этот текст?

– Конечно, – кивнула дочь. – А ты нет?

После этого я позвал всех обратников и их детей, чтобы узнать, видит ли текст кто-то еще, ведь может быть, с лидером на ритуале должны быть другие инверсы. Но кроме наших детей, текста никто не увидел.

– Нет, братан, – улыбнулся Януш, – эти четверо – вы. Не съезжайте с темы, Равинские. Давайте, вершите историю.

Получается, для совершения ритуала нужен полный набор обратников, которые дополняют друг друга. Плюс они должны уметь прочесть текст, а иные вообще увидеть его. И наша семья обладает всеми нужными качествами. Мы нашли этих четырех, значит, ритуал состоится. Это придает еще большую уверенность в нашей победе.

Рано утром нас разбудили крики и сигналы опасности. Мы сразу вскочили и увидели в дверях обеспокоенного Леона.

– Марк, на нас нападение. Кажется, это помощники твоего брата.

– Не называй его так, – бросил я, накидывая рубашку. – Все мои братья здесь. А он враг.

Когда мы пробирались к главному выходу, видели, как Карим с охранником слаженно выдают оружие, а люди локации организованно выстроились в шеренги и встали по направлению к выходу.

– Там походу вся чертова дюжина, – усмехнулся Януш и, помахав автоматом, добавил: – Возможно, нам понадобится другое оружие.

Я понял, что на сверхсилы влияют сверхсилы, то есть нужна готовность союза. Поэтому собрал всех обратников.

Мы готовы.

Осторожно выйдя из бункера, я включил внутреннее зрение. Их много, это наблюдатели, а еще простые люди, с измененным сознанием, наверное, противники «грязного гена». А вот и наши старые знакомые, в полном чертовом составе. Что им нужно?

Раскинув защитный купол, я вышел из укрытия и увидел Хлою, а позади нее Антона и Томаса. Остальные располагались по сторонам, вперемешку с простыми людьми.

– Что вам нужно? – спросил я.

– Чтобы вы перестали существовать на свете, – прошипела Хлоя.

– У нас к вам аналогичное предложение, – съязвил я.

Позади меня появился Ян, он встал рядом со мной и усмехнулся:

– А че вы раньше не приходили? Хозяин уехал и вы посмелели? Да?

Хлоя злобно сверкнула глазами.

– Жалкие тараканы… Приготовьтесь умереть.

Я незаметно подал знак, и весь союз встал позади меня. Это было мое основание, от которого я тут же взял силы.

– У вас еще есть возможность уехать, – предупредил я.

– А у вас – сдаться, – процедила Хлоя. – Несчастные.

В этот момент Антон резко остановил вращение своего брелка и вскинул руку в нашу сторону. Сразу за этим возникла та самая звуковая волна, но теперь я смог ее отбить к удивлению Антона.

– Вырос, гаденыш? – процедил он. – Тогда схавай подарки моих братьев.

Я увидел, как к делу приступили братья Карповы. Дмитрий сжал кулаки и потряс ими, отчего пространство вокруг нас покрылось трещинами. А Владимир обвел нас взглядом исподлобья, и людей локации сковало, кроме нас, обратников под моим куполом. Следом появился Тор Йоханссон, который навел ужас на окружающих, опять же, кроме нас.