Текст книги ""Фантастика 2026-10". Компиляция. Книги 1-35 (СИ)"

Автор книги: Ник Фабер

Соавторы: Алексей Губарев,Евгений Юллем,Виктория Побединская,Александр Сорокин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 80 (всего у книги 342 страниц)

Глава 7

– И я пропустила такую веселуху? – ламия разочарованно спросила у меня.

– Ну ты сама виновата, – пожал плечами я. – Нечего было в обиженку играть и увеиваться. Даже хорошо – а то клиент, увидев тебя, стал бы пожизненным импотентом и дристуном.

– Мне вот интересно другое. Тут творится непонятная фигня именно по блядской части. Суккубы подсаживают гвор через конец, теперь клиент с лярвой на мудях… За такое в приличном обществе вообще головы откусывают.

– Привыкай. Это богема, блин. Тут сами тусовщики круче духов-беспредельщиков, – хмыкнул я. – Это Калифорния, детка.

– Я чувствую, я сильно обогащусь знанием людской природы, – сказала серая. – А тебе уже пора на офисе вывеску менять на «Доктор Триппер, рекомендации лучших сексопатологов», если такой клиент попрет.

– И рядом часы, на вывеске я имею в виду, – вспомнил я старый еврейский анекдот.

– А почему часы? – заинтересовалась ламия. – Вроде как не в тему.

– А что ты предлагаешь там повесить? Лингам с йони, да еще подмигивающий неоном? Не поймут. Тут внешне пуританское общество, многие вон по воскресеньям в церковь ходят, прощение за остальные дни зарабатывают.

– Ненавижу лицемеров, – скривилась она. – Один черт, их потом это от котла не спасет.

– Вот только они об этом не подозревают. А насчет того, что обращаются с этими проблемами – так это не ко мне, а к венерологу. Я снимаю только магическое воздействие, а гусарский насморк пусть врачи лечат.

– Я в курсе, – осклабилась в клыкастой улыбке ламия.

– Ну ладно, – я посмотрел на улицу. За окном уже начинало темнеть. – Сворачиваемся, завтра у меня хороший заказ.

– От этого неизвестного клиента?

– Ну так разузнай, кто он. Ты же у нас астральный следопыт. Вот и займись делом, вместо того, чтобы по тусовкам шариться и чужими грешками закусывать.

– Когда-нибудь я взбунтуюсь и откушу тебе голову, – дружелюбно пообещала она. – Загонял уже.

– Ну извини. Я и сам без дела не сижу. Я же тебя не заставляю деньги тырить, хотя мог бы.

– Ну наконец тебе пришла в голову здравая мысль, – снисходительно сказала ламия. – Я же могу тиснуть сколько надо не напрягаясь, тут этой печатной продукции полно, особенно у тех, кто наркотой банчит. А ты вкалываешь как лох, и меня честным трудом заставляешь тебе помогать…

– Я делом занимаюсь. Хотя бы просто потому, что без него не могу. Так что пока эту тему закроем.

Назавтра я отправился по тому адресу, который дал мне вчерашний загадочный клиент. Боже, куда я попал? Самый натуральный латинский квартал, куда белым, да и прочим нелатиносам заходить ну явно не рекомендовалось. Во взглядах местных читалось удивление и неподдельный интерес – совсем съехал гринго, что из него посыпется, если сейчас его тряхнуть в подворотне? То, что могут посыпаться люли и возможно с летальным исходом, такой вариант видимо не рассматривался – внешне я не производил того же впечатления, что и эти горы мышц с маленькими головками и татуировками банд на открытых майками-алкоголичками местах.

Не подавая виду, я медленно пересек площадь и двинул туда, где явно обитал этот самый Хорхе – вывеска «Тальер де репарасион» и открытые двери гаражных боксов явно намекали, что мастерская находится именно здесь.

– Эй, бро, как мне найти Хорхе? – я окликнул чикано, который ковырялся в моторе серебристой «Импалы» предпоследнего поколения.

Мекс оторвался от работы, оценивающим взглядом посмотрел на меня, и сплюнул на дорогу. После чего опять повернулся ко мне жопой и занялся тем, чем и занимался до этого. Понятно. Здесь на меня смотрят как на пустое место. Да и ладно, пока борзеть не будем, но в случае чего…

Я зашел в гараж мастерской, моментально попав с теплой улицы в холодный, пахнущий маслом и бензином воздух.

– Извините, сэр, как мне найти Хорхе? – спросил я пожилого мастера, мерящего какую-то деталь штангенциркулем.

– По какому делу? – спросил он меня, глянув поверх очков.

– По важному.

– Ну смотри, чтобы оно действительно оказалось важным, – усмехнулся он. – Эй, Хорхе!

Он махнул рукой куда-то вверх. А ведь точно, там застекленная бендежка, которые лепят на втором этаже, чтобы наблюдать за рабочими. Мини-контора этакая, как это правильно называется – не знаю, да и пофиг.

Дверь бендежки открылась, и загорелый мужик в клетчатой ковбойке и джинсах стал спускаться вниз по гулко звучащим металлическим ступеням трапа. Когда он спустился, рабочий указал на меня подбородком, мол этот вон непоняток тебя требует. А ты оказывается непростой дядька, аура у тебя интересная. И не совсем человеческая – как там по-вашему оборотней называют? Нагваль, по-моему? Хотя теологические споры вокруг нагвалей и тоналей ведутся до сих пор, это дело теоретиков-животноводов, которые занимаются существами и их вопросами размножения, мне же проще их называть оборотнями.

– Что надо? – желтые глаза Хорхе недобро смотрели на меня.

– Я от Лысого. Он должен был позвонить.

– Он звонил, – сказал Хорхе. – И что?

– И ничего, – сказал я.

Странный тип. И повадки у него странные.

– Пошли за мной, – скомандовал Хорхе, и двинул к двери в стене гаража, ведущей явно во внутренние помещения.

Я лишь молча пожал плечами, и двинулся за ним. Мы прошли по полутемному грязному коридору, свернули в отнорок с металлической дверью. Хорхе достал связку ключей на цепочке и залязгал замком.

– Вот! – он щелкнул выключателем и запустил меня внутрь.

Мда, я ожидал увидеть все, но только не это. Большая комната с не очень чистыми стенами. Пустые столы и стеллажи и гора ящиков с оборудованием в углу, накрытая прозрачным полиэтиленом.

– Это что? – задал вопрос я.

– Это – лаборатория артефактора. Будущая.

– Лысый сказал, что я должен сделать ему артефакт…

– Ну бери и делай. Или не делай, – он пожал плечами. – Мне пофиг.

– Но тут же еще ничего не…

– А ты что думал, я тебе это все ставить буду? И вообще, Лысый охренел, посылая тебя сюда. Ты для меня никто, и звать тебя никак, и к тому же ты белый, – в голосе Хорхе прорезались угрожающие нотки. – А Лысый мне не хозяин и даже не друг, а так, один из клиентов. И если каждый из них начнет палить мою контору…

– А особенно оборудование, которое совершенно случайно попало сюда вместо «Айвори мэджик студио», – я прочитал выбившуюся из-под покрывала наклейку.

Вместо ответа он схватил меня за воротник рубашки.

– Это плохая идея, – в живот ему уперлось лезвие моего атама. Так, слегка, даже рубашку не попортит, но пугать себя я никому не позволю. – Даже для нагваля.

– Ты Видящий? – он отпустил воротник рубашки.

– Я маг, – я поправил воротник. – Широкого профиля. Но и видеть могу тоже. Койот?

– Ягуар, – поправил он меня, глядя исподлобья.

– К тому же мне пофигу, как к тебе попали те ящики. Я не мусор.

– Ну с мусорами у нас разговор другой и короткий.

– Не знаю и знать не желаю про ваши терки с копами, – хмыкнул я. – У меня другой профиль. Ну что, начнем знакомство сначала? А то как-то не очень хорошо пошло.

– Хорошо. Мне надо расставить вот это все на места и оборудовать лабораторию. И да, все оборудование приобретено законно, «Айвори» разорилась, не начав работать, обычный говенный стартап. Сможешь все смонтировать – сможешь здесь работать, а обучишь моих ребят – работать бесплатно.

– Э-э, – я почесал затылок. Смонтировать-то просто, а вот с его ребятами… Если это те, кто возится с тачками, надо посмотреть – без знания магии хотя бы на уровне «B» здесь делать нечего. – Давай начнем с малого – оборудуем ее. А там и посмотрим.

– Я понимаю, – кивнул он.

– Ну вот и хорощо. Мне нужен в помощь человек, смыслящий в отделочных работах, – сказал я. Не сам же с перфоратором буду бегать и розетки ставить. – И может потребоваться дополнительное оборудование. И потом, когда запущу, расходники под артефакты.

– Хорошо, – ни одной эмоции не промелькнуло на этом лице южноамериканского идола. – Будет.

– Ну тогда начнем!

А прислали мне в помощь того, кого я встретил первым в мастерской, любителя плеваться на пол – Педро. Ну судя по нему, имя было говорящим, он мне сразу не понравился. Если бы его фамилия была еще и Гомес, попадание было бы точным, но спрашивать ее я по понятным причинам не стал.

Рассортировав ящики с оборудованием, я прикинул объем работ. Ну что, тут потребуется грубая физическая сила, в том числе и при ремонте столов, некоторые из которых дышали на ладан.

Я быстренько наметил Педро Гомесу, как я его стал про себя называть, фронт работ, показывая, где что должно стоять и где должны висеть розетки. Остальное – сообразит под моим чутким и бдительным руководством, автомеханик все-таки. Пусть скорее всего и разбирающий угнанные тачки на запчасти, мне его бизнес пофиг. Главное, чтобы с перфоратором управлялся.

Время до обеда пролетело моментально. Педро оказался смышленым, и делал все как для себя, а я помогал ему чем мог.

– Все, обед, – он отложил перфоратор.

– И что у нас на обед?

– У тебя – не знаю, а я пойду куплю буррито.

– Начинка гавкала или мяукала?

– Для белых она пищала по-крысиному, – усмехнулся он. – А еще в нее смачно плюют. Гринго это любят.

– Ну тогда купи и мне, – я дал ему чирик. На местную шавуху хватит. – Только попроси, чтобы в нее меньше плевали.

– Ну ладно, – взял он у меня бумажку с Гамильтоном. – Жди.

Минут через десять мы уже смачно уплетали буррито, причем Педро был настолько любезен, что позволил мне выбрать из коробки самому, типа не плевали в нее.

– Хефе сказал, ты маг? – спросил он меня уже без настороженности.

– Да, – просто ответил я. – Маг. А ты?

– Нет, – вздохнул он. – Нет у меня магических способностей. Так сказал падре.

– Ну ка, – заинтересовался я и посмотрел на него волховским взором. – Что-то есть, ошибся твой падре. Класс «В», не больше. Но есть. Инициацию ты не проходил?

– Это больно?

– Совсем нет, но лучше делать это подальше от других. Могут быть последствия для окружающих. Лампочки могут полопаться, с потолка штукатурка может сыпаться, предметы летать – ну это зависит от силы.

– Можешь?

– Могу попробовать, но для этого нужно чтобы другие были не против, особенно Хорхе.

– Я спрошу у него, – с надеждой сказал он.

– Вот и спроси. Я думаю, маги общине нужны.

– Нужны, – вздохнул он. – А автомеханики больше. Ну что, поехали?

– Ага.

И мы так поехали, что к вечеру лаборатория была готова. Правда, прищлось для уборки привлекать одну из подручных Хорхе, Кончиту – я постарался скрыть улыбку. У нас как раз когда-то в моем мире крутили по радио рекламу «Педро Гомес и Кончита». Не знаю, как с радио, но девка свое дело туго знала, через полчаса везде не было ни пылинки, а пол сиял первозданной чистотой плохо залитого цемента.

– Ну что тут? – под конец рабочего дня к нам зашел Хорхе.

– Работаем, – сдавленно сказал я, настраивая микролазерную гребенку. – Завтра к обеду будет все готово. Да, кстати, для заказа Лысого мне потребуется вот это.

Я передал Хорхе листок. Он пробежал его глазами, пару раз хмыкнул, и подчеркнул ногтем несколько позиций.

– Справишься?

– А то, – сказал я. – Не впервой.

– Ну будем надеяться. А пока наши ребята отвезут тебя домой, ну или хотя бы вывезут из района.

– Что, так серьезно?

– Ну пока к тебе не привыкли и не знают, что ты работаешь со мной, лучше тебе по темноте не ходить, – сказал он.

– Я вообще-то могу за себя постоять…

– Не сомневаюсь, – он видимо вспомнил острие атама, прижатое к животу. – Поэтому и говорю про провожатых. Чтобы потом проблем ни у кого не было. Педро, подкинь его домой.

– Да, хефе! – сказал Педро, скидывая с себя комбинезон.

– Да давайте, выходите уже, – сказал Хорхе, поигрывая ключами.

– Все, понял, не задерживаемся, – и я протиснулся в дверь мимо него.

За всю дорогу Педро не проронил ни слова, врубив какую-то свою этническую музыку по радио.

– А что так рано? Могли бы и еще поработать, – я нажал на кнопку ремня безопасности.

– Нельзя. После наступления темноты никто из дома не выходит, – твердо сказал он. И что-то мне в его голосе не понравилось, какие-то испуганные нотки проскочили.

– Это почему? Местные шалят? Разборки банд?

– Не все чиканос – бандиты, и не все бандиты – чиканос. Это ваш стереотип белых. У нас на районе нет банд.

– Ну извини, – развел руками я. – Не хотел обидеть.

Некоторое время Педро колебался, видно, что ему хочется сказать, но что-то гложет.

– Ла Йорона, Плакальщица. Она появилась у нас на районе.

– Плакальщица?

– Ну ты же маг, ты должен знать о ней, – подозрительно спросил меня Педро.

– Бро, в мире сотни и тысячи существ всякой именуемой нечисти и еще больше безымянной, – сказал я. – Если бы я знал всех, то был бы академиком магических наук. Но я посмотрю. До завтра!

Войдя в дом, я вызвал ламию.

– Ну явился, – насмешливо сказала она. – Я уж думала, ты у чиканос заночуешь, от тебя тако с дешевой «Короной» прямо-таки разит.

– Да потребовалось бы – и заночевал, – сказал я. – Только вот они спать не особо хотят, у них теперь от испуга типа бессонница пополам с поносом. Что ты знаешь о Ла Йороне?

– Плакальщице что ли? Старая карга, якобы оплакивающая своих мертвых детей. Винтажный демон со сморщенными сиськами. Парадокс в том, что детей у нее никогда не было, это она сама придумала.

– А такая вроде жалобная история…

– Среди демонов тоже есть придурковатые, только вот дурдома у нас нет, сажать некуда. Вот и появляются иногда такие…

– Опасна?

– Очень. Особенно для мужиков. Совершенно свихнутая ретрофемка на уровне маньячины. А что, заинтересовался?

– Да так, в академическом плане, – сказал я. – Как же это чучело из ада выбралось?

– А вот в этом и самый прикол. На этой дуре стоит пометка – «не выпускать». И только кто-то сильный мог ее призвать, выдернув напрямую.

– То есть, чиканос кто-то гадит?

– Стопудово. У них конкурентов хватает даже среди своих, не говоря уж о ниггерах и белых. Рынок, сам понимаешь, – сказала серая. – Кокс, фентанил, герыч… И естественно, как ты сам знаешь, лучший учебник по бизнесу – «Крестный отец».

– Сомневаюсь, чтобы это была их настольная книга. – сказал я.

– Но лабораторные и практические работы по ней они проводят регулярно.

– А те, с которыми я связался?

– Ну, как тебе сказать… Хорхе пользуется авторитетом в латинском квартале.

– Как это ты узнала?

– Как-как, – потупилась ламия. – Сожрала пару неупокоенных душ наркоманов, которые шатались поблизости.

– Не штырит после них? – спросил я с поддевкой.

– Не, не берет нас, – сказала Ламия. – Но на вкус противные, торчки всегда такие. Ради тебя, между прочим, сожрала, чтобы узнать про этого твоего оборотня.

– Так я связался с наркобароном?

– Нет, он сейчас наркотой не занимается. Промышляет его бывшая банда, у них сейчас другой главарь – поколение сменилось, а он ушел на покой. Вот тачки им делает с тайниками для перевозки, это да.

– Странная щепетильность для него.

– Отмотаешь чирик за пособничество – по-другому на жизнь смотреть будешь.

– Нет, спасибо, – поежился я. – Так стоит с ним дело иметь?

– Ну это уж сам решай. Перед законом он относительно чист, так что мусора его не трясут. Пару раз наведывались, но убирались восвояси, может он им и башляет. Так что я бы сказала, что это криминал, но не окончательный, так, легкий, пятьдесят на пятьдесят, от прокурора зависит.

– Ясно. Ладно, рискну. Так что с этой Плакальщицей?

– Поохотиться решил? – хохотнула ламия. – Да ничего. Ты аду даже услугу окажешь, прибив ее. А заодно и того, кто ее вытащил оттуда, вот этот явно опасный.

– Ну насчет второго я не скажу… Медаль от Люцика будет с благодарственной грамотой? Типа за большие заслуги перед темнейшим лично и адом в целом?

– Ну только если с закруткой на спине, могу устроить, – оскалилась она. – Получать будешь лично из его лап.

– Подействует на нее амулет с йони, который я против суккубов делал?

– Подействует. Могу и я с ней разобраться, она мне не противник…

– Не, не надо. Мне надо авторитет поднять. Так что, я думаю сам о ночном променаде по району.

– Я на подстраховке. Если дела у тебя пойдут так себе…

– Не откажусь. Раз ты говоришь, что порвешь ее на тряпки…

– Она всего-навсего долбаная маньячка, которая может открутить яйца мужику и довести его до обширного инфаркта. Только и всего. Как ты думаешь, выстоит она против боевого демона с большим стажем и опытом работы? – хмыкнула ламия. – Я ее на суши настругаю.

– Лучше на тако. Будет аццкий фарш. А что же ты раньше ее не прибила? – удивленно спросил я.

– Указаний не было, – пожала плечами ламия. – Мне что, мочить всех демонов подряд? Это к пернатым. А теперь они есть, наплевав на приказ вернуть ее в ад. Раз моя задача быть твоим демоном-хранителем… Да и к тому же эта Белая Моль при мне не появлялась, я ее не учуяла – о ней я только от тебя узнала. Мы как-то не всегда знаем о присутствии друг друга, демонское радио избирательно. Отсыпалась, наверное, днем, или меня почуяла, испугалась и увеялась.

– Сейчас не спугнешь?

– Я же боевой демон, – снова с усмешкой повторила ламия. – Теперь она точно никуда не денется. Когда идем на охоту?

– А вот сейчас и пойдем, что тянуть, – я потянул на себя оружейный футляр с Аль Таром. – Пора прикончить маньячку.

Глава 8

В латинском квартале было пусто. То есть реально пусто, как после появления спецназа наркополиции. И это при том, что обычно ночью тут жизнь только начинается! Ни гогочущих выпивших подростков, ни шлюх, никого вообще, как будто все вымерли! Видать, степень усрачки местных по дерьмометру зашкаливала.

Мои тихие шаги по мостовой гулко звучали эхом между пустых и тихих домов с кое-где тускло светящимися окнами – местные заныкались и старались не отсвечивать, чтобы не накликать на себя беду. Вообще конечно чиканос суеверные, а их пантеон всякой нечисти довольно богат – сказывается тяжкое наследство предков, майя и ацтеков. Добавим сюда большую дозу католической веры, и пантеон получается настолько большим и извращенным, что только местные шаманы с хорошим стажем и здоровенным косяком, набитым «Мексикан эйрлайнз сильвер» могли в нем разобраться.

Ну и соответственно, Плакальщица была одним из мифов, рожденных переплетением буйной фантазии из смеси всех верований и религий. Обычно это не имеет под собой почвы – не все демоны одинаково полезны, и не все существуют. Тут в каждом случае надо разобраться индивидуально – то ли просто неупокоенный призрак, либо еще какой полтер, или наркотическая и алкогольная интоксикация. Вон, многие в зеленых чертей верят, хотя их и не существует, но упиться до них можно, а потом по столу гонять. Но когда признанный эксперт в области демонологии, то бишь ламия, говорит, что да, такое есть, вот тогда к этому надо относиться серьезно.

– Ну и где же тебя носит, карга старая? – я медленно шел вверх по улице, включив Малое Чувство, а то вдруг подберется сзади или выскочит из проулка?

Ну и естественно заклинаниями чувств все не ограничивалось, мои амулеты здесь брали на себя основную роль. Невидимость я не включал – скрыт при охоте на призрака роли не играл, они не глазами видят, а на людей мне было пофигу. Тем более мой старый боевой амулет делал меня невидимым для демонов, ламия вон до сих пор иногда дергается, не увидев меня на привычном месте.

Придется брать на живца – я вздохнул. А для этого на время надо деактивировать амулет, но так, чтобы потом резко его включить. Я достал раковинку медальона, сделанную из мистериума. Когда амулет внутри такой штуки, он полностью экранирован, но одно движение ногтем – оболочка спадает, и он к вашим услугам, быстро и эффективно.

Я обернулся на триста шестьдесят, внимательно оглядываясь. Никого! Да что такое? У нее выходной, что ли, сегодня? На мыло старую клюшку! Надо чем-то внимание привлечь, только вот чем? Танцы с песнями устраивать – потом аборигены будут угорать, просто музыку включить? А это мысль! Жаль под рукой нет геттобластера ватт так на сто, было бы здорово. Стоп! А нафига нам магия? Берем смартфон, кастуем Вопль Банши, только с малым коэффициентом звукового давления, чтобы стекла вместе со стенами не вынесло – профит! Геттобластеры отдыхают. Теперь надо поставить что-нибудь позаунывнее, такого чтобы у всех уши в трубочку свернулись. Классику? Да меня потом здесь прибьют за такое надругательство над местными вкусами, а мне как-то еще жить хочется. Ну ладно, пусть слушают свой чикано-рэп и тащатся под Лил Роба, хотя я этот трэшак и терпеть не могу. Зато призрак, воспитанный на классике, сагрится моментально как долбаный музыкальный критик.

Я врубил музон погромче, так, чтобы диаграмма направленности била вдоль по улице вверх и вниз. Во концерт, так концерт. Опа, не вынес тонкий музыкальный вкус демона мексовский музон!

Ярдах в десяти от меня неторопливо протаяла фигура жещины в белом.

– Где мои дети? – она широко расставила руки, и пошла ко мне.

– Что? Я не слышу! – я пританцовывал под рэп перед старой кошелкой.

А говорят, что с ней нельзя разговаривать, а то умрешь? Ну есть небольшой уровень некровибраций, нарастающих с ее приближением. Фигня, любой некромант только посмеется от ее потуг.

– Где мои дети? – вновь замогильным голосом повторила она.

Ну все, хватит ломать комедию. Я отключил музон на смарте и сдернул чехол с амулета, став для нее невидимым.

– Где… и она заозиралась, когда я исчез из ее виду. – Упс!

Я чуть не заржал. Ну вот, даже демоны набираются массовой культуры. Но хватит, пора делать делать.

– Вот теперь точно «упс»! – я бросил ей под ноги амулет-ловушку.

Она глянула вниз на звякнувший о мостовую амулет.

– Да как ты смеешь, смертный! – завизжала она.

– Ну давай заводи свою песенку про детей. А ну-ка покажись, кто ты есть на самом деле? – я бросил плетение Истинного Вида, не столько для себя, сколько для зрителей.

Твою мать! Этого я не подумал. Точно теперь зрители жидко дрищут, вон как рожи исказились за темными окнами. Женщина в белом, ищущая своих детей? Да щас, огромный змеедемон, похожий на сиуакоатля, только с большой клыкастой черепушкой. Ламия была права – сиськи у нее действительно висели, как уши спаниэля, надо было их хоть на палку намотать. А то демонское гранни-порно внушает только отвращение, впрочем, как и не демонское.

– Так каких ты там детишек потеряла? – уточнил я.

Ла Йорона ничего не ответила, только зашипела. И двигаться она точно не могла – амулет держал ее как якорь на одном месте.

– Кто тебя вызвал? – спросил я ее.

– Я выпью твою душу, смертный! – угрожающе, по ее мнению, зашипела она. – Где мои дети?

Ну точно, кукушка поехала. Люцику минус – мог бы скорбный дом для таких вот полудурков организовать, или хотя бы где-нибудь в чистилише запечатать, по слухам там всякие последствия неудачных экспериментов обретаются. Пусть этим жертвам демонского аборта свои сиськи показывает.

– Конструктивного разговора не получается, – вздохнул я, и достал клыч. А вот его она увидела. – Ну что же, перейдем к другим методам дипломатической работы.

– Убери! – заорала она, глядя на то, как клинок начинает светиться

– Еще раз, кто тебя вызвал, тварь ты аццкая?

Тварь аццкая только испуганно зашипела.

– Да и хрен с тобой, буду я еще разговаривать! – я взмахнул мечом и ударил ее под основание черепушки.

А дальше как всегда – вспышка, астральный удар по ушам и оседающая на мостовую копоть. Вот кто мне объяснит, откуда образуется копоть, если демоны бестелесны? Загадка, однако. В свое время не спросил, а теперь уже и спрашивать некого.

Я порылся в маленькой горстке пепла, оставшейся после кремации демона, и вытащил оттуда амулет-ловушку на суккубов – еще чего, буду я такую ценную вещь оставлять где попало! А то еще местные наловят суккубов и начнут пользовать почем зря, а мне потом выкатят предъявы ламия и местные чиксы, чьи формы-гамбургеры ну уж явно хуже, чем у демонических шалав.

Ну все, повеселились – пора и честь знать. Я спокойно убрал клыч в ножны, закинул их за спину и побрел себе спокойно домой. Правда туда пехом добираться полчаса, зато прогуляюсь, подышу свежим воздухом перед сном – говорят, полезно для здоровья.

Я опять шел бодрым шагом к Хорхе – надо же закончить начатое. Сегодня я планирую запустить лабораторию и наконец начать заказанный амулет. Да надо будет с Хорхе утрясти стоимость доступа к лаборатории – если будет по-божески можно будет настроить выпуск артефактов для другой целевой аудитории. Без стразиков и брюликов, зато дешевых и безотказно работающих.

Подойдя к границе их района, я заметил положительную перемену – местные стали намного приветливее и махали рукой как старому другу. Ну уже лучше. Хоть нарываться не будут. А у мастерской Хорхе так вообще ждал чуть ли не королевский прием – вышел сам Хозяин, и пригласил в свою бендежку под потолком цеха. Я опасливо поднялся по играющим под ногами ступеням этого штормтрапа, ухитрившись ни разу не оступиться.

Внутри это напоминало обычную контору со шкафами, заставленными папками и столами, заваленными бумагами – документация, накладные, что там еще может быть у автомастерской, даже полулегальной.

Войдя в свой офис, Хорхе тщательно закрыл жалюзи выходивших в цех окон.

– Присаживайся, – он указал рукой на стул, стоявший у его стола, напротив своего кожаного кресла. Любит комфорт, однако.

Я скорчил неопределенную мину и плюхнулся на сидячку.

– Выпьешь? – он достал два стакана и начатую бутылку вискаря.

– Не. Я еще несовершеннолетний, мне нельзя. Да и не уважаю я это дело, – что было чистой правдой, я когда взрослым был почти не употреблял.

– Я видел, что ты творил вчера, – сказал он вместо вступления.

Я молча пожал плечами.

– Почему ты не сказал, что ты еще и бесогон? – подозрительно спросил он меня.

– Я же сказал, что я маг широкого профиля, – сказал я.

– Это может означать что угодно, от подслеповатого выжившего из ума дедушки Кончиты, потомственного шамана, до профессионального боевого мага из спецназа.

– Ну, что я знаю и умею, я перечислять могу долго, – сказал я ему. – Извините, аттестата с оценками нет, в школе остался.

– В какой школе? – подозрительно спросил Хорхе.

– В обычной. В другом штате.

– И почему сейчас ты не в школе, а здесь?

Ну вот, понеслись расспросы. И куда приведут ответы, собственно непонятно. Но что он мне не противник, как и его бойцы – это точно. Так что не надо меня провоцировать на то, чтобы я прорывался с боем – жертв и разрушений может быть достаточно.

– Потому что иногда нужно сменить место, – сказал я. – По личным и семейным обстоятельствам. Если вы понимаете, о чем речь.

– Я понимаю. Но хотел бы это услышать от тебя.

Угу. А стандартную штампованную фразу «если я расскажу, что мне придется тебя убить» ты никогда не слышал?

– Давайте закончим на этом, сеньор Хорхе, – я поднялся со стула. – Во многих знаниях многие печали. Не будем умножать ваши.

– Да сядь ты, сядь! – с досадой сказал Хорхе. – Я вовсе не об этом спрашиваю. Я так понимаю, что ты что-то натворил и теперь скрываешься, так?

– Так, – не стал скрывать я.

– Серьезное?

– Давайте на этом закончим расспросы. Моя жизнь – это моя жизнь. Просто чем меньше вы знаете, тем лучше, потому что тому, кто стуканет на меня награда одна – смерть. И не от моих друзей, хотя и они это могут, а от тех, кто меня ищет. Они не оставляют свидетелей. Поэтому распрощаемся и разбежимся, целее будете, ей-богу.

– Мафии дорогу перешел?

– Нет, но мафия там и рядом не стояла.

– Что же ты за государственный преступник? – улыбнулся Хорхе, попав, того не желая, в самую точку.

– Какой есть.

– Ты из полиции? – спросил он.

– Нет. С чего вы взяли? – я понимал его подозрительность. – Ни один коп не стал бы так глупо светиться. И ни один коп не стал бы засовывать мага туда, где ему совсем не место.

– Открой ауру, – попросил он.

– Вы Видящий? – усмехнулся я.

– Как и все нагвали.

– Ну если сможете прочитать… – я открыл ауру.

Хорхе аж перекосоебило. Ну понятно, прочитать знаки шерифа, Избранного, Снова живущего, плюс послужной список уничтоженной нечисти и прочей враждебной живности – все, все записывается на оболоке. Ничто никуда не девается.

– Простите, сеньор, не признал, – Хорхе неожиданно для меня поклонился. Интересно, за кого он меня принял?

– Не знаю, за кого меня вы там приняли, но я – не он.

– Теперь понятно, почему вы выглядите как четырнадцатилетний подросток.

– Потому что я и есть четырнадцатилетний подросток. А кого вы там увидели, я не знаю, – я вновь закрыл ауру.

– Я понимаю, – усмехнулся он, подмигнув мне. Да пусть считает, кем хочет. У меня другие проблемы. – Можете располагать нами, как хотите.

– Мне от вас ничего не надо. Ну разве что разрешение работать в вашей лаборатории.

– Для вас – все что угодно.

Тьфу ты, сплюнул я про себя. Уж если что-то впечатается в суеверную голову что-то, то прям по поэту, колом ее не вышибешь. Да и ладно.

– Если хотите переселиться в наш район – милости просим, – продолжил он.

– Я еще раз говорю, сеньор Хорхе, – терпеливо повторил я. – На мне нарисована большая и красивая мишень с кружочками. И она настолько большая, что накрывает и тех, кто со мной рядом, случаи уже были и не один раз. Потому что те, от кого я скрываюсь, сотрут ваш квартал до основания и не поморщатся. А боевая магия по площадям или оперативно-тактическая ракета не щадит никого. Так что в ваших же интересах держаться от меня подальше.

И это же в моих интересах, подумал я. Я ни к кому не собираюсь примыкать и не быть частью чьей-то банды. Чиканос ли, «Эквинокс» или «Триглав». Я сам по себе. И жить буду там, где захочу, главное – экстерриториальность и независимость.

– Я понял, сеньор. В любом случае мы в вашем распоряжении.

Ладно, на досуге выясню, под кого я закосил в его воображении.

– А Лысый, который меня сюда послал – кто он?

– Вы разве не знаете? – выпучил глаза.

– Нет. Я не стал узнавать. Все равно я в первый раз его видел.

– Не в первый и не в последний, – усмехнулся Хорхе, и достал смарт из кармана. – Вот!

Оба-на, так вот, кто у меня лечился от лярвы! Да это же Дэмиэн Дабл, актер популярного сериала про вампиров, набравшего дикую популярность у всяких любителей пощекотать себе вялые нервы вечерком у зомбоящика. Я честно говоря, ни ухом ни рылом в этом мыле. Когда варишься в этом изнутри, то тебе нет смысла смотреть такое, ну разве что на предмет поугорать на тупые сюжетные ходы сценаристов.

– Ясно, – сказал я. – Буду иметь в виду.

– Как вы с ним познакомились? – заинтересованно спросил Хорхе.

Ага, так я тебе и сказал, что популярный актер лечил у меня интимную болячку.

– Было дело, случайно пересеклись, – сказал я.

– Понимаю, сеньор, – подмигнул мне Хорхе.

Да если бы ты понимал… Вот что с людьми популярность делает, что им приходится шататься по клиникам в занюханных кварталах пригорода, чтобы быть неузнанным. То-то он так активно отказывался ехать в госпиталь.