Текст книги ""Фантастика 2026-10". Компиляция. Книги 1-35 (СИ)"

Автор книги: Ник Фабер

Соавторы: Алексей Губарев,Евгений Юллем,Виктория Побединская,Александр Сорокин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 169 (всего у книги 342 страниц)

– Так, ну во-первых, это Стрельцов мне врезал, так что с меня взятки гладки. Пострадавшая сторона тут я, – моментально ответил. – Насчёт Савина – вы и без меня знаете, что он тупой и ленивый идиот. И сделал он это только в попытке прикрыть свою задницу. А что касается начальника административного отдела, то… если честно, то я понятия не имею, про что именно вы говорите.

– А вот Гуташин отзывался о тебе крайне негативно… – начал было говорить Игнатов, но его тут же перебила Светлана Сергеевна.

– Хватит. У меня слишком много дел, чтобы я тянула сейчас эту резину, – заявила она и закрыла лежащую перед ней папку. – Рахманов, ситуация такова, что на данный момент ты самый работоспособный из всех оставшихся стажёров вашего набора. И ты остаёшься в штате по моему решению и решению начальника младшего персонала. Так что не вижу смысла устраивать это дурацкое представление.

От сидящего рядом с ней Игнатова прошла небольшая волна раздражения. Видимо, от того, что ему только испортили всё удовольствие. Особенно, когда Сергеевна, вероятно, самолично приняла то самое решение за того самого начальника младшего персонала.

А я, наоборот, был доволен.

Начальница отдела кадров быстро поставила подписи на нескольких листах, после чего протянула их мне.

– Здесь, здесь и здесь, – указала она. – Подпиши, если согласен на продление рабочего договора. Продолжительность второго испытательного срока – десять месяцев. По их истечении, если не случится каких-либо эксцессов, будет принято решение об окончательном зачислении тебя в штат.

– Если, конечно, ты не вылетишь раньше, – тут же добавил Игнатов, не удержавшись от того, чтобы не вставить небольшую шпильку.

Но мне на его попытки поддеть меня было плевать. Я поставил все необходимые подписи и спокойно вышел из кабинета с высоко поднятой головой. Всё прошло примерно так, как я и ожидал. И хорошо, что обошлось без представлений, а то с Игнатова бы сталось.

Глянув на телефон, увидел, что мне пришло сообщение, в котором содержалось несколько строчек, а также имя и фамилия. Но главное то, от кого оно пришло. Похоже, что уважаемая Екатерина Александровна наконец выполнила своё обещание.

Глава 22

– Есть минутка?

Роман оторвал взгляд от экрана ноутбука и посмотрел на меня.

– Опять?

– Это в каком смысле?

– Ну ты каждый раз приходишь в мой кабинет, стучишься в дверь и спрашиваешь: есть минутка?

Я попытался припомнить, так ли это на самом деле. Вроде и правда, даже вспомнил пару случаев. Но все же решил уточнить:

– Точно?

– Да вроде бы, – усмехнулся Лазарев, откидываясь на спинку кресла.

– Ясно. Так что? Есть минутка?

– Ладно, заходи уж, – хмыкнул он и махнул мне рукой. – Кстати, поздравляю тебя с окончанием первого испытательного срока.

– Что, уже слышал? – Я сел в кресло напротив него.

– Ну определять даты на календаре я ещё не разучился. Сергеевна тебя вместе с Игнатовым распекала? Они любят вдвоём это делать.

– Ну, я бы так это не назвал. Скорее уж, просто мне сказали, что я лучший работник и… – Я пристально посмотрел на его лицо. – Так. Это сейчас что такое было?

– Что?

– Твоё лицо.

– А что с моим лицом?

– Твоё выражение. В чём дело?

– Да нет, просто я уверен, что, учитывая все обстоятельства, формулировка была несколько иная.

– Это в каком смысле? Мне сказали, что я самый работоспособный и…

– И? – не без иронии в голосе спросил Роман и жестом предложил мне продолжить.

Вот было тут что-то такое, что мне не нравилось. Какая-то странная у него была реакция.

– Так, что надо сделать, чтобы ты перестал хитро прищуриваться и объяснил мне наконец, где я ошибся?

– Да всё очень просто, – хохотнул Лазарев. – Нигде. За исключением того, что копаешь не в ту сторону. Ты, должно быть, уже в курсе, что Демьянову уволили.

– Да. Видел, как она выходила из кабинета после разговора с Сергеевной и Игнатовым. Только я не очень понимаю, за что именно. Вроде бы о том, что она допускала какие-то особые косяки, я не слышал.

– А она их и не допускала. Видишь ли, из вас четверых она принесла фирме меньше всего денег. За исключением тебя, разумеется.

– Вот сейчас не понял, – признался я. – Какие ещё деньги? Мы едва два месяца отработали и…

И тут я замолчал. Вспомнил того же Розена.

– Вижу, что начал думать в правильном направлении, – одобрительно кивнул Лазарев. – Розен помог заключить сделку, которая принесла фирме крупную сумму. Да, в остальном он не так уж хорошо себя показал и пока сильно выделиться не смог. Но в том, что касается работы с ценными бумагами и финансовой стороной, он очень хорош. Да ты и сам это уже понял. Марков – это Виталий, который, едва ли не в одиночку принёс нам больше тридцати миллионов…

– Что?

Тут я опешил. Это как так?

– То, что слышишь, – произнёс Лазарев, затем нажал несколько клавиш на своём ноуте и повернул экран в мою сторону. – Вот. Сам посмотри.

Ну я так и сделал. На дисплее находился короткий отчёт о трёх закрытых сделках за два месяца.

– Что-то я тут не вижу, чтобы стояла его фамилия.

– А она и не будет тут стоять, – сказал Лазарев. – Но эти три сделки принесли компании почти по десять миллионов каждая. И в каждой Виталий выступил в качестве переговорщика.

– Стоп, а кто вообще допустил его до такого дела? Его же только приняли…

– А ты, я смотрю, совсем не интересуешься своими коллегами и соперниками? – покачал головой Лазарев. – Александр, давай начистоту. Ты прекрасно делаешь свою работу. Ты хитрее, изворотливее и настырнее любого из этих троих. Но твоя работа с бесплатными делами не приносит фирме дохода…

– О, ну конечно. Вовремя, однако, ты спохватился. А позволь спросить, кто именно меня туда засунул?

– Остальных тоже не мы распределяли, – пожал он плечами. – Я тебе даже больше скажу. Если бы сделка Демьяновой не сорвалась, то по принесённой прибыли она заняла бы третье место в вашей четвёрке.

– Значит, что по этому пункту я стоял бы на последнем месте, – сделал логичный вывод, на что Роман кивнул.

– Верно.

Мда. Хотя, с другой стороны, чего я удивляюсь. Дела, которыми я занимался, действительно не приносили прибыли компании. Другое дело, что специфика отдела её и не предполагала.

– Но, – продолжил Роман, – это лишь одна сторона монеты. В данный момент ты действительно самый результативный стажёр в плане закрытых дел. А тот случай со Стрельцовым поднял очень неслабую шумиху в интернете.

Ещё бы не поднял, мысленно усмехнулся я. Пётр неплохо постарался, чтобы осветить это событие. Правда, уже после я попросил его несколько подкорректировать и сгладить некоторые углы относительно мотивации самого Стрельцова. Всё же не могу сказать, что расстались мы с ним однозначными врагами. А иметь знакомого прокурора может оказаться хорошим подспорьем на будущее. Кто знает, что случится потом?

И всё же Роман был прав. Если судить именно по репутационному критерию, то сейчас я был лучшим из всех четверых.

– Так, значит, дело не только в прибыли?

– Верно. Не только. Сам понимаешь, что деньги – это лишь часть успеха. Репутация важна. Крайне важна. А правда в том, что твоя работа с этими бесплатными делами и то, как часто информация об этом в последнее время попадала в прессу, сделали нам неплохую рекламу.

Нет, ну правда, зря я, что ли, старался, подкидывая Петру информацию. Известность – это тоже хорошо. И тем не менее…

Лазарев будто прочитал мои мысли.

– Я даже спрашивать не стану, как так выходило, что раз за разом статьи в «Вестнике» выходили аккурат о тех случаях, которые проходили через твой отдел.

– А, там не подкопаешься, – отмахнулся от него. Всё же Пётр отлично делал свою работу. Понять, от кого именно пошла инфа, там нереально. А его самого обвинить не в чем. – Так, скажи мне, я молодец или…

Я замолчал, а затем махнул рукой.

– А, забей. Я и так знаю, что молодец.

Услышав моё бахвальство, Лазарев рассмеялся.

– Самоуверенность – штука, конечно, бесплатная. Но ты тоже не наглей.

– Да куда уж я без наглости. Кстати, спросить хотел. Это правда, что после первого испытательного срока никогда не берут больше двух стажёров?

– Чего?

Он даже удивился.

– С чего ты это взял?

– Слухи ходят…

– Ну и пусть ходят. Ног у них нет, не устанут. А ты поменьше всякую чушь слушай. Нет. Берут тех, кого посчитают достойным продолжать работу. В позапрошлом году тоже троих оставили.

Мда. Кристиночка, а ты та ещё язва, оказывается. Ну ничего. Потом с тебя спрошу.

– Кстати, ты тут говорил, что Рита сделку потеряла… от нас клиенты уходят?

– К сожалению, – вздохнул Роман, и на его лице появилось раздражение. – Мы уже потеряли шестерых самых крупных наших китов. Официально, естественно, они заявляют о временной приостановке сотрудничества по личным причинам, но…

– Но никто не будет заявлять об этом, крича на всю улицу.

– Верно. – Лазарев скривился. – Мерзавцы надеются, что, если всё рассосется, они просто вернутся и восстановят деловые отношения на том же уровне. Ждут, что с нами будет после всего этого.

– А мы им это позволим?

– К сожалению. Такими клиентами не разбрасываются, Александр.

– Да я и сам это понимаю. Слышал, что всё руководство фирмы ездило в министерство юстиции и встречалось там…

– Нет, – отрезал Роман, даже не дав мне закончить. – Нет, Александр. Забудь об этой истории.

– Вот сейчас не понял.

– А что тут непонятного?

– Да всё, если честно.

– Ладно. Объясню на пальцах. Ситуация такова, что мы этим больше не занимаемся. Наша СБ передала все, что смогла выяснить, полиции. Филиппова так и не нашли. На этом всё.

– Подожди, но те данные, что нашёл Розен…

– Александр, мы этим больше не занимаемся, – медленно повторил Лазарев.

Что-то в тоне его голоса и выражении лица говорило, что он очень не хочет обсуждать эту тему. Вот прямо очень сильно не хочет.

Или же, что могло бы быть более вероятно, просто не может.

– Кажется, я тебя понял.

– Очень на это надеюсь, – добавил он. – Как и на то, что понял ты меня правильно.

– Понять-то понял. Но что делать с Мариной?

– А что с ней делать? Она поспособствовала тому, чтобы с её помощью получили доступ к этим файлам. Так или иначе, но она виновна. И защищать в такой ситуации мы её не просто не можем. Это для нас банально опасно. Мне жаль, но такова ситуация.

В целом на этом наш разговор и закончился.

Странно всё это. Похоже, что история эта масштабнее, чем я думал. Неспроста же им сказали забыть. Как и о Марине.

Обидно, цинично и несправедливо. Но, как говорится, такова жизнь. Для компании куда важнее сейчас откреститься от этого дела и сохранить репутацию. Чтобы вообще не сгинуть в пропасть. Я-то не забыл о размере той штрафной компенсации, которую Румянцев требовал с компании. Другой вопрос – могла ли она позволить себе её выплатить? Думаю, что те же Лазаревы могли бы потянуть такую сумму. Да только как бы потом с голым задом не остаться.

Люди часто слышат, что состояние того или иного человека оценивают во столько-то или столько-то. Да только не все понимают, что эта сумма абстрактная. Она не лежит на счёте в ожидании, пока человеку захочется что-то себе купить или просто потратить деньги. Нет. Это совокупная оценка его активов.

А актив – это такая штука, которая будет работать и приносить доход только в том случае, если в неё вкладываешь средства. А если остаться без денег, то и активы могут встать.

Вот с этими не самыми весёлыми мыслями я вернулся в отдел.

– Чего такой хмурый? – поинтересовалась Анастасия.

– Я не хмурый, Настя. Я задумчивый. Девочкам это нравится.

В ответ услышал только её пропитанный сарказмом «фырк». Ну а чего ещё я ожидал.

Уселся за стол. У нас ещё имелась работа, которую требовалось сегодня сделать. Но сначала я достал телефон и снова позвонил Князю.

Хотелось бы сказать, что он тут же снял трубку, но… нет. В телефоне были сплошь гудки и ничего больше. Князь телефон не брал, и это начинало меня беспокоить. Раньше такого я за ним не помнил.

Ладно. Тогда другая проблема. Открыл полученное от Екатерины Александровны сообщение и прочитал его. Досточтимая судья выполнила мою просьбу и предоставила имя того человека, который решился защищать права Марины.

Какой-то Морозов Валентин Евгеньевич. Вообще без понятия, кто это такой, но, наверное, оно и неудивительно. Тем не менее ответ на вопрос всё равно отсутствовал.

Посидел. Подумал. Подтащил к себе ноутбук и принялся искать. Пять минут поисков вывели меня на небольшую компанию, которая предоставляла бесплатную юридическую помощь людям. Вот вообще ничем не примечательные ребята. По сравнению с «Лазарев и Райновский» она были чем-то вроде плотвы или карася рядом с большой белой акулой.

Тогда с какого перепуга эта компания решали вломиться в это дело?

На то, чтобы найти ответ, мне потребовалось ещё примерно пара минут. Пришлось всего лишь пройтись по списку юристов консультации и сопоставить фамилию главного адвоката этой конторы с фамилией Марины.

Мда-а-а… любопытно.

* * *

В целом день прошёл очень спокойно. Мы с Анастасией разбирали новое дело. Лазарева назначила встречу с клиентом через пару дней, так что всё шло своим чередом.

Я же предпринял новую попытку поискать информацию про Разумовских. Как это часто бывает, когда побился головой о стену, но не смог её пробить, в голову приходят новые и очень умные мысли. Например, побиться ещё. Вдруг сработает?

Не. Не особо. Бо́льших результатов, в чем в прошлый раз, я не добился. Либо эти ребята за двадцать лет стали совсем не интересны прессе и людям, либо же, как что-то мне подсказывало, кто-то очень хорошо подчистил информацию по ним. Не всю, но большую часть.

– Так. Я подготовила все материалы по делу, – сказала Анастасия, вернувшись в отдел. – Единственная проблема – это разрешение на работу.

– Ага, – задумчиво кивнул, всё ещё глядя в экран. – Я разберусь.

С Савиным придётся что-то решать. Однозначно. Использовать этого дебила и дальше я не хотел. Чревато может быть. Да и полагаться на подобное опасно, пусть я на этот случай и подготовился. Нет. Нужен был другой выход. Благо я его уже почти нашёл. Ну, точнее, способ это решение узнать, потому что позиция сейчас у нас была довольно шаткая. Марина недоступна. Савин… с ним одновременно и проще, и сложнее, хотя надеюсь, что запугал его достаточно для того, чтобы он даже и пикнуть против моего слова не посмел.

Но это решение временное. А значит, придётся что-то думать.

Мои мысли вернулись домой, в нашу с Ксюшей квартиру. К столу и ящику, где лежали бумаги, предоставленные мне Молотовым.

Нет. Всё же надо будет заняться этим делом в первую очередь, как только закончу тут. Хотя кое-что всё ещё оставалось для меня непонятным. Чем, спрашивается, я смогу помочь в юридическом плане, если у меня нет лицензии? А чтобы эту самую лицензию получить, мне нужно помочь этой женщине. Но я не могу помочь без лицензии…

Даже не порочный круг, а какой-то мерзкий блудняк.

– Чего делаешь? – подойдя ко мне, спросила Анастасия, заметив, что я как-то и не особо заинтересовался её словами. – Разумовские?

Повернув голову, заметил, что она смотрит в экран моего ноутбука.

Первую же мысль о том, чтобы спросить её, в курсе ли она, что подсматривать нехорошо, я отбросил в сторону. Появилась другая.

– Да. Изучаю вот историю. Слышала про них что-нибудь?

– Вроде погибли в несчастном случае, – пожала она плечами. – Мелкий графский род. Ничего особенного.

– Тогда с какого перепуга они на одних фотографиях с предыдущим императором появлялись? – задал я резонный вопрос.

Казалось бы, какая сенсация! Но нет. Получил я на него разумный и, что более важно, даже логичный ответ.

– Ой, да кого там только нет, – отмахнулась Настя, отойдя к своему столу и усевшись в кресло. – Ты вообще в курсе, каких размеров может достигать императорская свита?

– Чего?

– Того. Да там тысячи людей, Саша. То, что какой-то граф затесался на одну с ним фотографию, вообще ничего не значит. Десятки подобных пытались добиться возможности появиться в присутствии государя просто для того, чтобы о них узнали. Реклама и пиар, вот и всё. Слава богу, что наша семья никогда так не делала…

Как-то это странно. Тут либо я чего-то не понимаю, либо Настя очевидную глупость сморозила. Уж в моей-то прошлой жизни многие убили бы за возможность оказаться на одной фотографии с президентом. Ну ладно, не убили бы, но смысл ясен. Такое фото неплохо так поднимает репутацию. Хотя бы потому, что такого почти ни у кого нет. Престиж и все дела. Даже если ты третий с левого края во втором ряду.

– Хм-м-м…

– Чего?

– Вкус золотой ложки чувствую, чего-чего.

– Ой, да иди ты…

– А я и пойду, – сказал, встав и надевая пиджак. – Посидишь одна? Я тут узнал, кто будет вести дело Скворцовой, и хочу туда съездить…

– Кто-то добровольно согласился на это самоубийство? – удивилась Лазарева.

– Ну как видишь, – вздохнул я, не став ничего говорить.

Нет, ну а что тут скажешь. Она права. Если уж от такой крупной фирмы из-за контр с Румянцевым стали отваливаться клиенты, то чего ожидать мелкой юридической консультации, решившей защищать человека, из-за которого этот князь потерял солидную сделку. Так что она права.

Другое дело, что в данном вопросе рациональность стояла далеко не на первом месте.

Взяв вещи, я спустился на лифте и вышел из здания. Вызвал себе такси и через тридцать пять минут уже находился в нужном месте.

Юридическая консультация располагалась в одном из старых районов города, занимая офис в обветшалом бизнес-центре. Куча небольших магазинов, каких-то сомнительных компаний и прочее. Мне же нужен был последний этаж здания. Пройдя по коридору, нашёл нужную дверь, постучал и открыл её.

О как. Хаос в чистом виде. Здоровенный зал, должно быть, занимающий половину этажа, был заполнен столами. Десятки людей сновали туда-сюда, разговаривая по телефонам, и копались в бумагах.

– Здравствуйте, – подошла ко мне невысокая девушка. – Я могу вам чем-нибудь помочь?

– Да, – улыбнулся. – Я хотел бы поговорить с вами начальником. – Если это возможно, конечно.

– Да, Владимир Викторович сейчас у себя в кабинете. Я узнаю, свободен ли он.

– Спасибо.

Ещё одна улыбка, и девушка унеслась в сторону дверей в конце зала, видимо, отдельных кабинетов.

Ждать долго не пришлось. Вернулась она примерно минуты через две и сообщила, что меня могут принять сейчас, на что я и согласился.

В целом я понимал, почему защищать Марину будет совсем другой человек. В этом не было ничего удивительного.

Пусть с точки зрения закона отец и мог защищать свою дочь. Прямого запрета на это не было. Но…

Не нравилось мне это решение. И сейчас я собирался узнать, каким таким образом отец Марины собирался её защищать в такой ситуации.

Глава 23

– Давайте быстрее, молодой человек, я очень занят, и у меня нет времени, чтобы тратить его на всякие глупости.

Вот что первое я услышал, когда вошёл в кабинет.

Владимир Викторович Скворцов оказался невысоким человеком. Около пятидесяти, может быть, пятидесяти пяти лет. С короткими каштановыми, как у дочери, волосами и такими же выразительными карими глазами.

В целом сходство между ними было заметно невооруженным взглядом. Достаточно для того, чтобы, зная обоих, задуматься о родстве между ними.

Когда я зашёл, он как раз собирал свой портфель.

– Я не займу у вас много времени. Просто хотел познакомиться с человеком, который будет защищать Марину.

Стоило мне это сказать, как мужчина на мгновение замер, а затем продолжил перекладывать вещи в портфель.

– Я не совсем понимаю, о чём именно вы говорите, молодой человек. Да, этим делом будет заниматься один из моих людей, но… Стоп, а вы вообще кто такой?

– Меня зовут Александр Рахманов, Владимир Викторович, – представился. – Я работаю с вашей дочерью в…

– Мне прекрасно известно, где именно она работает, – не скрывая язвительности в голосе, выпалил он, засунув последнюю папку в портфель и резко застегнув молнию. – И я не хочу иметь ничего общего ни с вашей фирмой, ни с вами, молодой человек. А теперь извините, но у меня много дел.

С этими словами он прошёл мимо меня и вышел из кабинета.

Ну не оставаться же тут одному. Совсем уж как-то глупо выглядеть буду. Так что, разумеется, последовал за ним.

– Послушайте, я просто хотел поговорить с вами…

– А я не хочу, – на ходу бросил Скворцов. – Со своими проблемами и проблемами своей дочери я разберусь как-нибудь без вас и вашей поганой фирмы. Всего вам наилучшего.

Последние слова он сказал таким тоном, что становилось ясно: желал он чего угодно, но только не того, что сказал.

Мда-а-а. И, спрашивается, нафига я сюда приехал? Думал, что смогу узнать хоть какие-то подробности, а нарвался на исключительно враждебного мужика. И даже не знаю, с чего бы это.

Так. Подумаем. Его отношение проявилось, только после того как он узнал, что я работаю вместе с его дочерью. Значит, сам я тут ни при чём. Дело в фирме. Попытался вспомнить, что именно Марина рассказывала про своего отца, но за исключением того, что он являлся общественным защитником, больше ничего вспомнить не смог.

В любом случае, сейчас это не так уж и важно. В чём проблема? В том, что на судебном процессе отец не может защищать свою дочь. Во-первых, близкое родство может стать очень хорошим основанием, чтобы получить отвод адвоката. Тут даже к гадалке ходить не надо. Будь я на противоположной стороне, то на месте прокурора сделал бы это в первую очередь, засыпав аргументами, что у защитника имеется личная заинтересованность в исходе дела.

И пойди попробуй докажи, что не прав.

Во-вторых, имелась некислая такая вероятность, что эмоциональная вовлечённость может помешать адвокату действовать объективно и профессионально. Всё же не так уж и просто сохранять хладнокровие, когда речь идёт о твоём собственном ребёнке. Стрельцов – прекрасный тому пример.

Поэтому я нисколько не удивился тому факту, что вместо Скворцова защитником Марины будет выступать другой человек. Её отцу нужна была «прокладка» между собой и дочерью, с помощью которой он сможет её защитить.

Другой вопрос – сработает ли это? Ответа, если честно, я не знал.

Ладно. Тогда поступим иначе. Как там звали того парня, чьё имя мне писала уважаемая судья? Оглядевшись, заметил ту самую девушку, что подошла ко мне, когда я только пришёл.

– Простите, не подскажете, где я могу найти Морозова Валентина? – спросил, подходя к ней. – Есть у вас такой?

– О да, конечно! – заулыбалась она. Правда, почти сразу стала серьёзной. – Только его, к сожалению, нет на месте. Он уехал несколько часов назад и…

Ясно. Дослушивать я уже не стал. Раз не смог подойти к решению этой проблемы с одной стороны, то будем подходить с другой. Эти непонятки и молчание Князя меня начинали уже порядком раздражать.

Выйдя на улицу, достал мобильник и вызвал себе такси. Следующая остановка – «Ласточка». Раз он мне не отвечает, то поеду к нему сам…

* * *

И, спрашивается, какого чёрта⁈

Я стоял напротив входа в «Ласточку» и медленно офигевал от увиденного. Заведение закрыто. Двери заперты. Внутри пусто. Вот вообще. Вот совсем-совсем пусто. Даже привычной охраны – и той не было.

Что за хрень тут происходит? Обошёл здание, где находился бар. Дверь чёрного хода тоже заперта. Всё происходящее нравилось мне всё меньше и меньше.

Достав телефон, набрал другой номер в надежде, что хотя бы там ответят.

– Да?

– Мария, что происходит?

– О чём ты, Александр? – спросила она таким тоном, будто ничего не произошло, но я-то её знаю. Меня её голос не обманет.

– Мари, не надо держать меня за идиота, – резче, чем хотелось бы, произнёс я. – Что происходит? Я пытаюсь до него дозвониться уже второй день подряд. Почему Князь не берёт трубку?

Молчание. Слишком долгое и тяжёлое.

– Потому что Князя больше нет, – выдавила наконец она из себя, и эмоции в её голосе едва ли не ножом меня резанули.

– В каком смысле «его больше нет»? – не понял я. – Мария, что случилось…

– Александр, послушай меня, пожалуйста, – перебила она. – Просто забудь обо всём случившемся, хорошо? Нам нужно уехать на время, и я пока не знаю, когда именно мы вернёмся. И вернёмся ли вообще. Сейчас пока не до…

– Прекрати мне врать! – не выдержал я. – Мария, я не идиот! Не надо мне лгать! Просто скажи, что произошло!

И снова молчание. И снова слишком долгое и слишком тяжёлое.

– Он очень не хотел вмешивать тебя во всё это, – проговорила она наконец. – И я не стану этого делать. Так что просто забудь о Князе и о случившемся.

Нет. Бред какой-то. Как это вообще должно было работать в её понимании? Вот так взять и забыть? После всего, что он для меня сделал в детстве? Чушь!

Нет. Оставлять это так просто я не собирался.

– Мария, если ты не…

– Мы нашли Филиппова, – произнесла она, перебив меня на полуслове. – Наши люди сделали то, что ты хотел. Я буквально сегодня получила сообщение. Я перешлю тебе адрес, по которому он сейчас скрывается в пригороде. Бесплатно. Считай, что это прощальный подарок тебе.

В её голосе звучала такая обречённость, что мне аж плохо стало.

– Мари, он хоть жив? – спросил через несколько секунд. Даже не сразу выговорить смог, так как этот вопрос предполагал уж слишком простой и однозначный ответ.

«Да» или «нет».

И почему-то я не сомневался, какой именно вариант услышу.

– Я бы очень хотела сказать тебе да, Александр, – произнесла она. – Но боюсь, что не смогу этого сделать.

– Ясно.

Вот и всё, что я смог сказать.

А что ещё я мог бы сделать? Куда все подевались, Мария не скажет. Что случилось с Князем, она тоже говорить отказывается. В чем дело? Тоже не станет рассказывать. Кто бы что ни говорил, но Князю она предана до гробовой доски.

– Мария, мы можем встретится? – наконец спросил её. – Я собирался поговорить с ним. Он просил меня прочитать про Разумовских? Окей. Я это сделал. Но до сих пор ничего не понимаю…

– Саша! Не по телефону! – резко оборвала она меня. – Если он не говорил с тобой на эту тему, значит, не считал это нужным…

– Да мы даже не успели поговорить! – не выдержал я. – Мы и должны были для этого встретиться, понимаешь?

– Я всё равно…

– Мария, мне нужны ответы! Я устал уже бродить в потёмках! Понимаешь ты это или нет⁈ Если Князя больше нет, то к кому, чёрт его подери, мне обращаться за ответами⁈ Кроме тебя больше никого не осталось. А мне почему-то кажется, что ты знаешь куда больше, чем говоришь.

Вдох. Выдох. Тишина в трубке. Она молчала и ничего не говорила. А я стоял и ждал. И надеялся, что жду не напрасно.

– Хорошо. Давай встретимся.

Ну вот, уже лучше.

– Где и когда?

– В самое ближайшее время. Желательно сейчас.

Сейчас – значит сейчас. Плевать мне на время. Главное – получить ответы. Устал я бродить вокруг да около.

– Где?

– Есть небольшое кафе в Приморском районе. Я сброшу тебе адрес вместе с информацией по Филиппову.

– Жду.

Мария повесила трубку. Через пару минут пришло сообщение. Два адреса. Проверив их по карте, понял, что один из них находится в пригороде, а второй в Приморском районе, в нескольких остановках на метро от порта.

А ещё вдруг понял, что передо мной встал любопытный и не самый приятный выбор. Что делать дальше? Филиппов – это прямой путь к тому, чтобы снять обвинение с Марины. Я это задницей чувствовал. Но в то же время не мог проигнорировать всю эту ситуацию с Князем и его исчезновением.

Хотя что тут думать⁈ Не можешь всё успеть? Делегируй. Было бы только кому довериться.

И, как бы это странно ни прозвучало, в данной ситуации я действительно мог это сделать.

Вызвал себе такси, а пока ждал, позвонил Громову.

– Что, парень, опять со своими вопросами звонишь?

– Нет. В этот раз за услугой. Помнишь то убийство…

– Где твою знакомую с кубиком льда перепутали? – с мрачным и циничным весельем спросил он. – Конечно.

– Полиция уже нашла того, кто это сделал?

– Почему-то мне кажется, что тебе и так известен ответ на этот вопрос, – Хрипловато хмыкнул в трубку следователь. – За ним сейчас начали гоняться совсем другие люди, так что мы тут не у дел. И ещё мне кажется, что ты бы просто так не позвонил.

Забавно, как говорил про этих самых «других людей». Прямо с явным таким раздражением.

– Именно. У меня есть адрес места, где он сейчас спрятал свою задницу…

– Так и позвони куда надо, я-то тут при чём.

– При том, что если я позвоню «куда надо», то не получу желаемого результата.

И в этом я не сомневался. Если сейчас сделаю то, что, вообще-то, и следовало бы сделать в такой ситуации, то Филиппов попадёт в руки тех, кому судьба Марины глубоко до лампочки. Что-то мне подсказывало, что кем бы ни были те люди, о которых говорил Громов, их куда больше заботили вопросы и проблемы одного условного князя с фамилией Румянцев.

А мне нужно было провернуть всё так, чтобы в первую очередь снять подозрения с подруги. И только потом уже заниматься проблемами сильных мира сего.

– О, что это такое? – рассмеялся следователь, видимо, по опыту поняв направление моих мыслей. – Неужто решил воспользоваться ситуацией с выгодой для себя?

– С выгодой для той, кому эта помощь сейчас бы не помешала, – перефразировал я его слова. – Я хочу, чтобы ты нашёл его и, скажем так, подержал немного. Где-нибудь, где я смогу с ним переговорить.

– Подержал? – Судя по голосу, он там сейчас ржать начнёт. – Серьёзно? Может быть, уже перейдем к использованию более привычных терминов? Мне его что, похитить для тебя?

– Да не прошу я никого похищать, Громов, ты издеваешься⁈ Я хочу…

– Да понял, чего именно ты хочешь, – перебил меня он. – Вопрос в том, что мне за это будет?

Опять он о своём. Хотелось вздохнуть и пнуть стоящую рядом урну. Из-за угла появилось заказанное мною такси.

– Я работаю над этим. Это тебе не в картотеке по старым висякам копаться.

– Если бы это было так просто, то я бы и без тебя всё давным-давно сделал, – огрызнулся он. – Поэтому мне и нужна эта информация!

– Так пошёл бы и сам спросил, раз такой умный! – уже не стал сдерживаться.

– Тогда и помощи никакой тебе не будет, – фыркнул он в трубку. – Всё, давай, парень. У меня работы полн…

– А твоя жена бы отказала в помощи? – не дал я ему договорить.

Тишина в телефоне затянулась на несколько секунд.

– Я смотрю, ты по телефону очень храбрый да? – даже не произнёс, а, скорее, прорычал он.

– Я и без телефона тебе это скажу, – ответил, делая шаг назад. Такси тормознуло и остановилось около меня. – Послушай, Громов. Мне нужна помощь. Твоя. Для того чтобы защитить невиновную. Так скажи мне, пожалуйста, разве твоя жена отказала бы в помощи другому человеку из-за своей злобы и упёртости? Такой человек, как Виктория Громова, стала бы ставить условия, зная, что своими действиями сможет помочь другому?

Тонкий момент. Не люблю я вот так манипулировать людьми. Что здесь, что со Стрельцовым. Слишком легко добиться обратного эффекта. В общем-то, со Стрельцовым именно это и произошло. Но там я того и добивался. А тут…