Текст книги ""Фантастика 2026-10". Компиляция. Книги 1-35 (СИ)"

Автор книги: Ник Фабер

Соавторы: Алексей Губарев,Евгений Юллем,Виктория Побединская,Александр Сорокин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 222 (всего у книги 342 страниц)

Будто ничего не случилось, Эри просто сделала шаг и босиком сошла на асфальт. Покрутила головой. Нашла взглядом сначала лежащие на дороге между домом и сквером трупы, а затем направилась к скрючившемуся рядом с разбитой машиной мужчине.

Кажущаяся хрупкой женщина схватила его за горло и подняла над землёй. С высоты девятого этажа Ксюша ни за что не смогла бы услышать, что именно она спросила, но всего через несколько секунд мужчина неподвижной грудой упал обратно, а альфарка бросилась в сторону сквера.

Хотя, пожалуй, слово «бросилась» мало подходило к тому, что произошло. Силуэт Эри размазался в воздухе и едва различимой стрелой унёсся в сторону деревьев.

Глава 6

– Больно… Саша, очень больно…

– Потерпи, – приказал ей. – Дай мне посмотреть.

Разорвав окровавленную штанину, осмотрел её ногу. Почти сразу у меня отлегло от сердца. Шальная пуля прошла по касательной, оставив лишь уродливую, но неглубокую рану на правой голени. Видимо, поэтому Лена и споткнулась, а шоковое состояние и адреналин не дали сразу почувствовать боль.

Сняв галстук, следом достал из нагрудного кармана пиджака платок, пару раз свернул его. Прижав к ране, наложил сверху импровизированную повязку. Да, не бог весть что, но и этого пока хватит. Эх, где Виктор, когда он так нужен?

– Ничего страшного, – успокоил практически плачущую девушку. – Рана не страшная, не переживай. Всё будет с тобой в порядке…

– Саш, что происходит…

– Я и сам бы хотел это знать, – честно признался.

Достал из трофейного пистолета магазин и взглядом пересчитал патроны. Аж целых девять штук осталось. Мда-а-а. С моей меткостью тут особо не разгуляешься. Вставил его обратно в рукоять и засунул пистолет за пояс.

И? Что делать? Ситуация дерьмовей некуда. Сколько их там было? Кажется, в той машине трое, и ещё трое вылезли из второй. Или четверо. Вроде всё. Кто они вообще такие? Ответа на этот вопрос у меня почему-то не имелось, хотя, конечно, очень бы хотелось. Только догадка.

Впрочем, сейчас это не так уж и важно. Проблема в том, что ответы мне сейчас ничем не помогут. А вот что может помочь…

Сконцентрировавшись, попытался уловить эмоции людей вокруг.

Это оказалось не так уж и просто. Особенно с учетом того, что прямо рядом со мной граничащим с паникой страхом полыхала Распутина. Потратив пару секунд, чтобы отделить её эмоции от прочих, начал искать… вот они! Четыре источника. Нет! Пять.

Видимо, гадов всё же было больше. Настороженность. Растерянность. Даже немного страха. А ещё жгучая, как расплавленное стекло, смесь из злобы и ненависти.

Последний источник эмоций выглядел опаснее всех. Жаль, я не мог точно определять расстояние и место, только общее направление, откуда шли эти эмоции. Но сейчас будет достаточно и того, что есть.

Что мы имеем? Я гулял по этому скверу. Знаю, что метров через сто небольшой пруд. Источники эмоций чуть расходились в стороны, пусть и несколько разрозненно, но всё-таки двигались в нашем направлении. Благо высаженных деревьев и ночной темноты более чем достаточно, чтобы немного прикрыть нас. Главное, не подходить к освещенным дорожкам, тогда могут не заметить…

Раздавшийся в темноте выстрел прозвучал для меня подобно грому в ясный день. Прилетевшая из темноты пуля вырвала кусок коры у того дерева, рядом с которым я стоял. Разлетевшиеся в стороны острые щепки болезненно ужалили лицо.

– Чтоб вас, уроды! – прошипел я от боли, одновременно с этим подхватив Елену под руку. – Быстрее, нужно уйти отсюда.

Угу, как же. Она и трёх шагов сделать не смогла. Упала на траву со болезненным стоном.

– Саша, я не могу, очень больно! – заплакала Распутина.

Быстрого взгляда на окровавленную ногу хватило, чтобы понять: далеко она с такой раной не уйдёт. Да, выглядела она не страшно, да и кровопотеря вроде не большая, но болеть должна была просто адски. Лицо Распутиной побледнело. Девушка явно сдерживала себя, да только надолго ли её хватит?

И что мне делать? Если верить моим способностям, то эти сволочи приближались и делали это до отвратительного быстро. А далеко я так с ней уйти не смогу.

Значит, вариант один. Оглянувшись, я нашёл максимально подходящее дерево.

– Что ты делаешь?

Отвечать я не стал. Просто поднял Распутину на руки и за пару шагов отнёс к выбранному дереву, положив девушку между толстых корней.

– Лежи здесь.

Стоило мне это произнести, как на её лице появилось выражение дикой паники.

– Нет! Нет-нет, не бросай меня тут, пожалуйста, Саша, умоляю, я…

– Да не собираюсь я тебя бросать, дурында, – прошипел. – Совсем глупая, раз такое подумала? Настоящие мужчины женщин за спиной не оставляют. Просто веди себя как можно тише и постарайся не привлекать к себе внимания, хорошо? С остальным я сам разберусь.

Уф-ф-ф! Молодец, Саша! Крутой! Сам он разберётся. Интересно, как?

Правда, все эти вопросы я вслух задавать не собирался, сохраняя на лице спокойное и уверенное выражение. Не хватало ещё, чтобы у Лены началась истерика, хотя я за это её винить бы не стал. Уж больно резко эта домашняя птичка окунулась в подобное дерьмо. За то, что она до сих пор не билась в паническом ужасе, ей следовало отдать должное.

– Поняла меня? Просто постарайся быть как можно тише, хорошо? – повторил я. – Вернусь, сразу, как всё закончится.

Она отрывисто кивнула, но… всё равно пришлось чуть ли не силой разгибать её пальцы, что вцепились в рукав моего пиджака.

Наконец освободившись, я пригнулся и побежал в том направлении, откуда шли преследователи. Прошло не больше минуты, прежде чем я ощутил одного из них. А секунд через тридцать и увидел. Невысокий мужчина осторожно шёл по скверу между деревьев, водя из стороны в стороны пистолетом. На голове что-то вроде кепки, если не ошибаюсь. Козырёк плотно надвинут на глаза и частично скрывает лицо…

В другой ситуации, наверное, я бы расстроился. Но сейчас вокруг темно настолько, что я толком даже его лица разобрать не мог. Просто очерченный силуэт посреди деревьев. Расположенные вдоль дорожек фонари лишь чуть-чуть помогали. А без нормального зрительного контакта моя способность не сработает.

Ну и чёрт с ней. Если полагаться всю жизнь на одно и то же, только больнее будет, когда оно тебя подведёт.

Пригнувшись и продолжая отслеживать источники эмоций вокруг себя, пошёл в обход. Осторожно, стараясь двигаться как можно медленнее, перебежал от одного дерева к другому.

Итак, вроде бы даже план у меня есть, но какой-то он… хиленький. Не внушает оптимизма. Как и вся ситуация в целом. С другой стороны, даже придуманный на коленке вариант казался мне куда лучше, чем просто сложить лапки кверху и лечь помирать.

Подняв пистолет, прицелился в тёмный силуэт. Предохранитель уже снят. Его я проверил заранее. Помню, как кто-то говорил мне, что стрелять в голову – выбор идиотов. Мастера и те, кто хотят куда-то попасть, всегда целятся в центр массы.

Вдох. Выдох. Палец потянул за спуск…

Что-то ударило меня в левое плечо раньше, чем я сам успел выстрелить. С такой силой, что мне сначала показалось, будто меня лошадь в плечо лягнула. Следом до меня докатилось разнёсшееся над сквером эхо выстрела.

Мужчина, которого я выбрал своей первой целью, резко обернулся на звук выстрела, а затем, кажется, наконец заметил меня. Сжимающая оружие рука начала подниматься в мою сторону.

Я оказался быстрее.

Пистолет в правой руке рявкнул трижды. Первая пуля прошла мимо, зато оставшиеся две попали точно в грудь, и мужик рухнул на землю. Откуда-то сбоку началась пальба. Я слышал, как пули проносились у меня над головой и попадали в деревья или просто улетали куда-то в темноту. Стараясь не подниматься, перекатился за дерево.

Господи, как же это больно. Должно быть. Не знаю. Я не чувствовал. Просто видел дыру в левом плече. В кино герои таких ран порой даже не замечают и продолжают отстреливаться как ни чём не бывало…

Я же на миг застыл в ужасе, когда понял, что левая рука вообще не двигается. Просто повисла бесполезной плетью. Я даже пальцев не чувствовал, что меня, признаюсь, жутко напугало. Только через секунду дошло, что дело в шоковом состоянии.

Сбоку хрустнула ветка. Резко обернувшись на звук, я выстрелил куда-то в темноту. Понятия не имею, попал или нет… А нет. Судя по сдавленному стону и ругательствам, всё-таки попал.

– Где он⁈

– Я видел вспышку у деревьев…

– Этот выродок попал в меня! Он попал в меня! Я…

– Завали хлебало! – рявкнул знакомый мне голос. – Найдите его!

Стоп. Я же уже слышал его. Только где? Мозг принялся работать. Забавно, но мысли в этот момент казались мне какими-то… слишком острыми. Чересчур чёткими. Видимо, адреналин. Так что вспомнил я быстро. Даже то, где уже его слышал.

Так. Они всё ближе. Ощутил, как подходят. Надо как-то свалить отсюда. Попытался встать, но голова закружилась, а в левой руке появилась пульсирующая боль. Она накатывала волнами, с каждой секундой становясь всё сильнее. Ощущение такое, будто кто-то заснул мне в плечо стальной гвоздь и теперь развлекался тем, что медленно нагревал его, доводя до белого каления.

Со стоном поднялся и шустро перебежал за другое дерево, стараясь держаться подальше от слабых пятен света, что падал сюда со стороны освещавший дорожки сквера фонарей…

– ВОТ ОН! ОН ТУТ!

Практически сразу же засверкали вспышки выстрелов. Грохот пистолетов сплелся практически в непрерывное стаккато. Спиной чувствовал, как толстый дуб, за которым я скрылся, ловил один бешено быстрый кусочек свинца за другим.

– Обойдите его! – приказал знакомый мне голос.

Ага. И ведь правда начали обходить.

Два источника эмоций двигались в стороны от меня. Только вопрос времени, когда они наконец встанут так, что никаких преград между мной и ними уже не будет, и тогда… сколько там у меня патронов осталось? Вроде всего четыре? Или пять? Быстро достал магазин и проверил. Пять штук. И вроде ещё один в стволе. Чёт как-то маловато…

Ситуация вдруг изменилась.

Заметил его не сразу. Во всём происходящем новый источник эмоций сильно терялся, стремительно приближаясь к нам с дальней стороны сквера. Зато я точно знал, кому именно он принадлежал.

Тёмная, практически не различимая на фоне ночного сквера туша прыгнула вперёд, оттолкнулась лапами от ближайшего дерева и влетела прямо в одного из нападающих. В ту же секунду окружающий меня мир взорвался воплями боли и животного рычания.

Появившийся как чёрт из табакерки харут вцепился в свою добычу и начал рвать её когтями и клыками.

Извернувшись, словно уж, я резко высунулся из-за дерева и выстрелил дважды. Благо благодаря своей силе знал, в каком направлении будет стоять противник. Мужчина явно не остался равнодушным к тому, что его товарища сейчас пропускали через живую мясорубку, и отвлёкся. Одна из пуль ударила его в плечо. Вторая поразила шею, вызвав настоящий кровавый фонтан из разорванной артерии.

Крики за моей спиной захлебнулись и затихли. Следом за ними раздалась целая канонада выстрелов и злобное рычание.

Осталось всего трое. Один палил куда-то, видимо, стараясь попасть по петляющему между деревьев псу, а ещё двое… бежали прямо ко мне! Если я ничего не путаю, то они сейчас…

Я вскинул руку с оружием одновременно с выскочившими из-за ствола дерева противниками. Мы уставились друг на друга. Я выстрелил в одного, попав куда-то в живот, уронив мерзавца на землю.

Хорошо, конечно, да только во второго выстрелить не успел. Что-то врезалось в направившего на меня пистолет мужчину в спортивном костюме. Влетело в него с такой силой, что тот с визгом улетел в сторону ближайшего дерева и неподвижной изломанной куклой сполз на землю.

При этом он всё ещё был жив! Даже попытался подняться на руках.

Да только неожиданно возникшая над ним девушка в одних трусах и футболке впечатала его кулаком в землю… А нет. Она, похоже, просто рукой пробила ему грудь через спину…

Услышав шуршание рядом с собой, заметил, что раненный парой секунд ранее мужик пытается встать. Попытался. Не получилось. Злая зверюга запрыгнула на него сзади, вжав лапами в землю. Вцепившись пастью в загривок, харут принялся трясти своей добычей, как бультерьер трясёт пойманную за шкирку крысу.

Мужик даже взвизгнуть разок успел перед тем, как псина перехватила его пастью за шею и сломала её одним укусом.

От раздавшегося вдалеке женского вопля у меня кровь в жилах застыла.

Не обращая внимания на всё возрастающую боль в плече, бросился туда, где оставил Елену. Только всё равно понимал, что не успею.

– СТОЯТЬ! – рявкнул до отвратительного знакомый мне голос.

Пришлось остановиться.

Точно он. Высокий. Хорошо сложен. Я попытался вспомнить, как его звали, но не смог. Тупо забыл имя. Только фамилию. Лебедев вроде бы. Именно его брата я убил в той лаборатории.

– Саша, я… – попыталась, что-то сказать Елена, но её тут же грубо прервали.

– РОТ ЗАКРОЙ, СУКА! – приказал он, держа исходящую слезами девушку за волосы одной рукой, а второй направив пистолет ей в шею.

– Отпусти её, – приказал я с помощью Реликвии, поймав его взгляд.

– Перебьёшься, – неожиданно выплюнул он.

Так, вот сейчас не понял⁈ Я же вижу его… хотя стоп! Что с его глазами…

Лебедев же явно захотел тут же ткнуть оружием в мою сторону, но замер, так и не оторвав оружия от горла Елены.

Из-за деревьев слева от меня медленно вышел харут. Блин, я уже и забыл, какая эта скотина здоровая. Побольше ротвейлера будет. Про жуткую и вытянутую полную зубов пасть и четыре глаза я вовсе молчу. Так ещё и морда в крови измазана.

– Ну, грохнешь ты меня, – морщась от боли в плече, сказал ему. – А что дальше? Её пристрелишь? Так тебя этот злобный магический чебупель съест.

Для наглядности ткнул рукой в сторону злобно рычащей псины… И эта скотина тут же огрызнулась на меня своим басовитым лаем. Ладно, похоже, мы не совсем друзья.

– Кажется, ты бесишь его точно так же, как и меня, – усмехнулся Лебедев. – Так что не думаю…

– Подумай ещё раз, – перебил его женский голос.

Эри подошла ко мне. Растрепанные мокрые волосы дрожали на лёгком ветру. Моя майка, как и вся её левая рука, перемазана кровью.

– Хочешь, я ему прямо сейчас голову оторву? – равнодушно спросила она.

Судя по всему, совсем не праздный тон вопроса подействовал достаточно сильно. Ствол пистолета вжался в шею Распутиной с такой силой, что она хрипло застонала от боли.

– А сделать это так, чтобы девушка не пострадала, ты можешь? – негромко спросил я в ответ.

– А мне есть до этого дело? – задала Эри риторический вопрос.

– Мне есть, – холодно произнёс я, стараясь не морщиться от распространяющемуся по левой руке жгучему огню боли. С каждой секундой становилось всё хуже и хуже.

– Не факт, – недовольно проворчала она.

– Значит, не надо…

– СУКА, ДОЛГО ТЫ ЕЩЁ БУДЕШЬ МЕНЯ ИГНОРИРОВАТЬ⁈ – ревущим от бешенства голосом заорал Лебедев.

– Слушай, чё тебе надо?

– ТЫ МОЕГО БРАТА УБИЛ, ВЫРОДОК! – заорал он. – ИЛИ ЧТО, ДУМАЛ, Я НЕ УЗНАЮ, КТО ТЫ ТАКОЙ И ГДЕ ЖИВЁШЬ⁈

Тут можно было бы спросить, мол, вы же сами других людей убивали. А теперь, когда отведали того же самого, вдруг обидно стало? Двойные стандарты не жмут?

– Ты не ответил на вопрос, – стараясь говорить как можно спокойнее произнёс я. – Чего ты хочешь?

– Чтобы ты сдох! – прорычал он.

Угу. Так сразу сейчас бы и пристрелил. Да только вот, видимо, понимает, что в таком случае бешеная псина и злобная остроухая девка его на куски порвут. Не то чтобы я вообще их как-то контролировал. Просто имелось ощущение.

– Это понятно. Может, ещё что? Ты хоть знаешь, кто она такая? И что с тобой будет…

– Видимо, сучка важная, значит, с таким щитом мне будет только проще свалить, – хрипло произнёс он.

Издали донесся звук полицейских сирен. Ну разумеется. Конечно. Учитывая всё, что тут случилось, шансов, что люди могли вдруг не обратить внимания на происходящее, стремились к нулю с такой скоростью, что об этом даже думать не хотелось…

* * *

– Сможешь выстрелить?

– Без вариантов, – тихо выругался Сахим, улёгшись на траву на самом краю парка. – У него ствол прямо ей в шею упёрся. Если промахнусь хотя бы чуть-чуть и он рефлекторно нажмёт на спуск, то ей даже дед не поможет.

Сбоку от него раздалась сдавленная ругань. Дмитрий лежал рядом с биноклем и пистолетом. У Сахима в руках находилась штурмовая винтовка с оптикой и глушителем. Поменьше и компактнее его привычной снайперской дуры. Но и расстояние тут было в разы меньше. Электронный дальномер в бинокле выдавал всего семьдесят восемь метров. Попасть с такого расстояния будет легче лёгкого…

…если бы не проблема, описанная Сахимом. А это была реальная проблема. Слишком большой риск.

– Что будем делать?

– Жди удобного момента для выстрела, – приказал обливающийся потом от происходящего Дмитрий. – Стреляй сразу, как только будет шанс, понял меня?

– Понял.

Он даже не стал говорить, что если что-то будет не так, то можно всё свалить на Сахима, как на его ошибку. Да только он бы никогда так не поступил. Его верность своим людям была абсолютной. Точно так же, как их ему.

– А что насчёт нашей цели? – поинтересовался стрелок, не отлипая глазом от глазка стоящего на винтовке двукратного прицела.

– Как только девчонка будет в безопасности, вали его, – не стал рассусоливать Дмитрий.

– Принял. Сниму его сразу, как… ЧТО ЗА ХРЕНЬ⁈

Резкий звук пистолетного выстрела разнёсся по скверу. А сразу за ним ещё несколько.

– ВАЛИ ЕГО! – приказал Дмитрий, увидев в бинокль, что именно только что случилось.

* * *

А ведь решение-то вот оно. Прямо у меня на ладони. Точнее, не у меня.

– Эри, – тихо спросил я. – Помнишь, как ты убрала Князя и Марию, когда мы были у Браницкого?

– Помню.

– Можешь сейчас это сделать?

– Без твоего приказа нет, – честно сказала она. – Этот рыжий ублюдок запечатал мою силу печатью. Без прямого приказа я не могу этого сделать…

– А с приказом?

Она улыбнулась.

– А ты прикажи…

– Сделай это, – приказал я ей, вскинув сжимающую оружие руку.

ПУФ!

Елена, ещё миг назад стоящая в объятиях этого выродка, исчезла с такой стремительностью, словно её напрочь вырезали из этого мира.

И одновременно с этим испуганная и непонимающая, что именно только что произошло, девушка появилась на руках у альфарки.

Пистолет дёрнулся от отдачи. А затем снова и снова. Я опустошил все оставшиеся в магазине три патрона, хотя на самом деле хватило бы и одного. Поразительно. Первая же пуля – и точно в голову.

Я мог бы собой гордиться.

Если бы не целился ему в грудь, ага.

Мёртвое тело завалилось назад и мешком рухнуло на траву с широко раскрытыми глазами.

– Неплохо, – хмыкнула стоящая рядом со мной альфа.

– Угу, – хмыкнул я. – Только если честно, я не в голову ему цели…

Я вдруг вздрогнул и почувствовал, как что-то толкнуло меня в грудь.

– Саша, ты…

Повернулся и посмотрел на побелевшую от ужаса Елену. Затем опустил взгляд и коснулся груди. Как раз в том месте, где в неё попала пуля…

– О как, – пробормотал, чувствуя, как подгибаются колени. – Неожиданно…

Последнее, что я услышал перед тем, как мир провалился в темноту, был жуткий и пробирающий до самых костей вопль Распутиной.

Глава 7

– М-м-м… красное вино.

– Я же знаю, что ты любишь каберне.

– Всё-то ты знаешь.

– Такая работа, – улыбнулся Роман, опускаясь в кресло в собственной роскошной гостиной и передав один из двух бокалов сидящей напротив женщине.

– Спасибо, – улыбнулась Ольга.

Она сделала глоток и на мгновение зажмурилась от удовольствия, наслаждаясь вкусом напитка.

– Потрясающе, – резюмировала она, облизнув губы, при этом не сводя взгляд с собеседника. – Пожалуй, чуть более терпкое, чем я люблю, но вкус всё равно потрясающий. Эх, хорошо быть аристократом. Можешь позволить себе бутылку вина стоимостью в мою месячную зарплату.

– Если тебе так понравилось, то могу подарить парочку, – усмехнулся Лазарев, сделав глоток из собственного бокала. – У нас в погребе найдётся несколько ящиков, так что от нас не убудет.

– Ох, как у тебя всё просто, – покачала головой Светлова.

– Это лучше, чем когда всё происходит сложно, – в ответ ей усмехнулся Роман.

– Даже в деле с РНК и Румянцевым? – вдруг спросила она, чем вызвала у Лазарева короткую вспышку подозрительности.

– Зависит от того, что именно тебя интересует, – уклончиво ответил он.

– Меня интересует, Рома, тот факт, что в этом деле слишком много тёмных пятен, – произнесла она. – И слухов. Особенно слухов. И только не надо делать такое лицо…

– Какое ещё лицо?

– Вот такое, с надписью «я совсем не понимаю, о чём ты говоришь». Я не дура.

– Я этого и не говорил.

– Но подумал бы, дай я тебе такую возможность.

Роман поджал губы. Вечер вдруг стал не таким приятным, каким был всего несколько минут назад.

– Оль, чего ты от меня хочешь?

– Я хочу оценить риски. – Светлова закинула одну стройную ногу на другую и откинулась в кресле. – Ты предложил мне работу у вас. Я это ценю…

– Ты не ценить должна, а благодарить, – довольно резко поправил он её. – Тебе и без меня должно быть прекрасно известно, что выше своего текущего места ты у себя в компании не продвинулась бы.

Его слова моментально вызвали реакцию у неё на лице.

– Ну конечно же, куда мне тягаться с вашими аристократическими заморочками и связями, – скривилась она.

– Можешь ругаться и плеваться сколько тебе угодно, но суть такова, что на место старшего адвоката в твоей фирме много претендентов. Слишком много, Оль. Если бы выбор касался исключительно рабочих качеств, то да. У тебя были бы все шансы подняться на новую ступень в следующем году, но…

Лазарев просто пожал плечами.

– Положение и связи есть положение и связи. И тебе просто придётся смириться с этим.

– Я и смирилась, – последовал жёсткий ответ. – Именно поэтому приняла твоё предложение. Именно поэтому согласилась на уменьшение зарплаты. Потому что в вашей фирме у меня есть шанс пробиться.

Роман не стал ей говорить, что шансы эти не столь велики, как она, должно быть, рассчитывала. Но они имелись. Это так.

– И то, что мы с тобой… знакомы, скажем так, тут не имеет абсолютно никакого значения?

Роман просто не мог удержаться от ироничной усмешки. Впрочем, Ольга ответила ему тем же.

Встав с кресла, она подошла к нему и, перекинув одну ногу через его колени, уселась поверх них, повернувшись к Роману лицом.

– Ну, я предпочитаю считать это приятным бонусом, – прошептала она, когда её руки обхватили шею Романа.

Ольга прижалась к Лазареву и с чувством поцеловала, моментально получив столь же жаркий поцелуй в ответ…

Лежащий на резном комоде у стены телефон вдруг зазвонил.

– Потом, – прошептала она, откинув голову и подставив свою шею его губам. – Просто сделай вид, что не слышал…

– К сожалению, но это не в моих привычках, – вздохнул Лазарев, снимая расстроенную таким поворотом событий женщину со своих колен. – Тем более что во всё этом мире есть лишь один человек, чей звонок пробьётся через беззвучный режим моего телефона.

Раздосадованный случившимся не меньше неё, Роман, тем не менее, встал с кресла и подошёл к телефону. Как он и предполагал, звонил отец.

– Надеюсь, что причина, по которой ты звонишь так поздно, действительно важная, – не смог скрыть он недовольства, когда ответил на звонок.

– Немедленно езжай в нашу клинику, – не терпящим возражений тоном приказал отец.

Одного лишь его голоса Роману хватило, чтобы любые посторонние мысли мигом испарились из головы.

– Что произошло?

– Рядом с одним из наших жилых комплексов была стрельба. Сам догадаешься, по чьей вине, или тебе подсказать?

– Рахманов?

– Его сейчас везут туда, – подтвердил Павел.

– Насколько всё плохо?

– Очень плохо. Врачи скорой не уверены, что он выживет.

– Роман. – Ольга увидела выражение его лица и встревожилась. – Что произ…

Роман жестом заставил её замолчать, а сам вернулся к разговору с отцом.

– Ты уже позвонил Распутину? Если всё так плохо…

– Если я правильно понял то, что там произошло, с этим могут быть некоторые проблемы, – недовольно произнёс его отец.

– Понял. Я скоро приеду.

Быстро повесив трубку, он кинул телефон в карман и, схватив свой пиджак, направился к выходу.

– Рома! Что случилось⁈ – растерянно спросила Ольга, пытаясь понять происходящее.

– Оль, извини, но мне нужно ехать, – коротко сказал он ей, взяв ключи от своей новой машины. – Можешь остаться тут, я предупрежу охрану.

И, не говоря больше ни слова, пошёл на выход.

* * *

– ТВОИ ЛЮДИ СОВСЕМ РЕХНУЛИСЬ⁈

– Успокойся, Григорий, – попытался усмирить взбешённого друга Уваров, но это произвело лишь обратный эффект.

– УСПОКОИТЬСЯ⁈ – рявкнул тот в телефон. – ТЫ ГОВОРИШЬ МНЕ УСПОКОИТЬСЯ⁈ МОЮ ВНУЧКУ ЧУТЬ НЕ ПОХИТИЛИ, А ТЫ ГОВОРИШЬ МНЕ УСПОКОИТЬСЯ⁈

– Сейчас она в полной безопасности…

– Была бы! – прорычал Распутин. – Она была бы в безопасности, если бы твои люди не бросили её там одну!

Уваров поморщился. А что ещё они могли сделать⁈ Дмитрий сообщил ему обо всём происходящем слишком поздно, чтобы они могли предпринять хоть какие-то действия. Да, им, похоже, удалось решить проблему, но…

Граф Василий Уваров тихо выругался.

Всё пошло не так. Совсем не так, как они предполагали. Вмешалась какая-то третья сторона… только они понятия не имели, кто именно это был.

После начавшейся стрельбы прибывшие полиция и служба безопасности Лазаревых оцепили весь район таким кордоном, что попасть внутрь него казалось просто немыслимым. Дмитрий и Сахим едва смогли унести ноги…

Точнее, ноги успел унести Дмитрий. А вот Сахим… только одну.

Василий до сих пор не мог понять, что именно там случилось. Начальник охраны сообщил, что, после того как его человек всадил пулю в грудь Рахманова, они тут же начали отступать. Вполне здравое и логичное решение, если учесть, что, по словам Дмитрия, все нападающие были устранены. Так ещё и приехавшая на место полиция должна была обеспечить дополнительную безопасность.

Так что да. Они оставили Распутину именно там. А какой у них был выбор⁈ Похитить её и увезти оттуда? Уваров прекрасно понимал, что это абсурд. И Григорий бы полностью с ним согласился… если бы речь не шла о его бесценной внучке. Всё же эмоциональное вовлечение чревато.

Проблема заключалась в том, что Дмитрий и его человек не смогли отступить без, скажем так, «потерь».

Когда они отходили к краю сквера, чтобы забрать свою машину, их нагнала какая-то тварь. По рассказам Дмитрия Уваров так и не смог до конца понять, что именно произошло. Только то, что в результате короткой схватки эта дрянь изодрала лицо и руку начальнику его охраны до такой степени, что тому сейчас в спешке накладывали швы. А Сахим и вовсе лишился ноги. Зверь оторвал её во время своей первой атаки.

По словам Дмитрия, они потратили почти весь боезапас, что у них при себе имелся, чтобы просто отогнать эту бестию и сбежать. Думать о том, что в такой обстановке они могли сделать что-то ещё, – верх глупости и безрассудства. Хорошо, что их вообще не заметили и участие людей Уварова в происходящем осталось секретом.

По крайней мере, он хотел на это надеяться.

А вот после начались уже странности.

– Ты веришь в то, что сказал тебе Лазарев? – спросил он.

– О том, что эти выродки хотели похитить Елену? – даже не предпринимая малейшей попытки скрыть ярость в голосе, спросил Распутин. – Понятия не имею! Ты сам сказал, что, по словам твоего человека, один из них пытался её схватить!

– Он мог просто использовать её для того…

Уваров прикусил себе язык. Он почти произнёс, что Распутину хотели использовать как «живой щит», повторив слова Дмитрия.

– Возможно, он хотел взять её в заложники, – перефразировал он свою мысль.

– Да плевать мне на то, что он хотел! – зло проскрежетал Григорий. – Главное, что все они мертвы… Что? Подожди, Василий. Мне звонят по другой линии.

Разговор ненадолго прервался, дав Уварову короткую передышку. Граф вздохнул и наконец позволил себе сесть в кресло. Слишком уж эмоциональный вышел разговор, чтобы он мог провести его, просто сидя и…

– Василий, ты тут? – донеслось из телефона.

– Да, Гриша. Что-то случилось?

– Я еду в клинику, – сообщил он ему. – Кажется, твои люди не доделали своё дело.

Уваров удивлённо моргнул. Что за глупость. Дмитрий сообщил ему, что сам видел. Выстрел попал ему точно в грудь!

– Что?

– Рахманов жив. Его только что экстренно доставили в клинику.

– Он выживет? – сразу же спросил Василий.

– Пока неизвестно. Парня привезли в критическом состоянии. Я сейчас поеду туда.

Понимание ситуации сформировалось в голове Уварова всего за несколько секунд. Даже его люди ещё не знали об этом. Да и времени прошло всего ничего. А его служба безопасности и «разведки» была поставлена, пожалуй, лучше, чем у Григория. А значит, узнать он это мог только одним путём.

– Тебе позвонил Павел, так?

– Да, – не стал скрывать Григорий. – Только что снова с ним разговаривал. Он просит помочь спасти Рахманову жизнь…

На то, чтобы в голове у Уварова сформировался новый план, ушло всего несколько секунд.

– Ты не сможешь отказаться так, чтобы не вызвать подозрений, – проговорил Василий. – Но сможешь закончить дело, Гриша.

– Да, – вздохнул Григорий.

Они оба это знали. Мало кто догадывался о том, что дар воздействия на человеческий организм, что позволил Распутиным стать одними из самых сильных целителей в мире, имел и свою тёмную сторону.

– Я разберусь с этим, – проговорил он перед тем, как повесить трубку.

* * *

Красное спортивное купе пролетело через открытые ворота и въехало на территорию клиники. Под визг колёс машина резко затормозила у самого входа. Роман выскочил наружу, даже не став глушить двигатель, и проскочил мимо двух врачей на входе.

Оказавшись у регистратуры, оттолкнул в сторону какого-то мужчину. Тот попытался возмутиться, но хватило одного короткого взгляда, чтобы любая воинственность тут же пропала.

– Десять минут назад сюда доставили парня. Огнестрельное ранение в грудь. Где…

– Роман Павлович?

Обернувшись, Рома увидел выходящего из лифта главврача клиники и сразу же пошёл к нему.

– Сергей Геннадьевич, вы уже…

– Да, я знаю, – кинул тот. – Пойдёмте.

– Как он? – спросил Лазарев, идя следом за главврачом по коридору.

– В критическом состоянии. Его привезли с огнестрельным ранением грудной клетки. Пуля пробила ребра чуть правее центра. Осколки кости травмировали правое легкое. Предварительно диагностировали открытый пневмоторакс и гемоторакс справа. Есть признаки внутреннего кровотечения, вероятно, повреждены межреберные сосуды. Сейчас он находится в состоянии компенсированного шока. Мои люди уже начали немедленный дренаж плевральной полости и подготовку к операции для остановки кровотечения и удаления инородных тел. В нашем распоряжении есть парочка артефактов. В том числе из специального запаса. Думаю, всё будет хорошо.

– Пуля…

– Всё ещё в нём, – сказал врач. – По крайней мере, выходного отверстия нет. Мы извлечём её, когда сможем справиться с другими повреждениями и стабилизируем его состояние…