Текст книги ""Фантастика 2026-10". Компиляция. Книги 1-35 (СИ)"

Автор книги: Ник Фабер

Соавторы: Алексей Губарев,Евгений Юллем,Виктория Побединская,Александр Сорокин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 61 (всего у книги 342 страниц)

– Кто?

– Да Карачун же.

– Твою мать! – проникновенно и с чувством сказал я. – Ликаны?

– Ага, – она кивнула. – С них началось.

– Да вроде они не могли меня выследить…

– Они – нет. Но вот тут приехали серьезные люди,

– Что за серьезные люди?

– Маги, бойцы, следопыты – в общем ты с ними уже встречался сегодня.

– Цирк, – утвердительно сказал я. – Который вовсе и не цирк.

– Правильно мыслишь. Они.

– Как нашли?

– А ты помнишь про заказ? Тот самый?

– Да.

– Так вот, это оказывается был способ найти, где ты прячешься. Они вышли на Абрашу, тот сначала не колололся, но после легких методов убеждения вырывания ногтей пассатижами из его же набора вломил тебя с потрохами. И кстати, сдал твой номер телефона, так что тебя уже ведут давно как, от дома Берроузов.

– Твою мать! – чувствую, эта реплика станет девизом дня. – Ну и что там с Берроузами?

– Да ничего, – пожала плечами ламия. – Они им нафиг не нужны. В чем преимущество профессионалов – они не мочат тех, за кого им не платят. За них никто платить не собирался, им нужен ты.

– За домом ведется наблюдение?

– А как же. Двое в машине на углу улицы.

– Можешь избавиться?

– Я уж думала, ты и не спросишь, – осклабилась ламия во все свои шестьдесят четыре, или сколько там их у демонов есть, зуба, и исчезла. Впрочем, секунд через тридцать появилась опять, стряхивая кровь со своих длинных ногтей-ножей.

– Блин, только не на пол! Заляпа… Тьфу, ну не об занавеску же!

– Ну извини, тебе шашечки или ехать? Я тут из-за него маникюр порчу… Короче, у тебя есть минут двадцать до того, как возьмут хвост по новой.

– Ладно, вызову еще, – я нажал на перстень.

Ну все, я попал. Главное сейчас не поддаваться панике, и не терять голову. Что с собой берем? Ну, во-первых, оружие, мой меч, Аль Тар. Как хорошо, что ума хватило далеко его не убирать, оставил в комнате. Во-вторых, деньги, оставшиеся у меня от заказов. В-третьих… А что в-третьих? Того, что во-вторых хватит на побег и на все остальное, вроде мыльно-рыльных принадлежностей, хавчика и проезда. Да и другого телефона – этот пока надо отключить. Ну и одеться поудобнее, чтобы не мешало руками и ногами махать.

Ну вроде все. А с другой стороны как-то это неправильно, ну почему я должен бегать от всякой сволочи? Но и героически сдохнуть во неизвестно чью славу – тоже.

Я вышел из дома на этот раз через дверь, как все нормальные люди – смысл сигать через окно? Вон тот седан, про который говорила ламия, сейчас сиротливо стоял у конца улицы. Судя по ноготкам бестии, мне не грозит в нем прокатиться, чтобы не стать похожим на маньяка после напряженного трудового дня. Да и не будем.

Я зашагал к окраине города. По идее, сейчас все основные выходы должны быть перекрыты, если меня потеряли – блокируют выезды на трассу и отправят мобильные патрули на мой поиск. Ну все-таки два-три человека в патруле или на блок-посту – это лучше, чем два десятка, медленно сжимающих кольцо оцепления возле твоей лежки. Было бы у меня время – я бы организовал качественную засаду, да с парой ловушек, чтобы гарантированно уничтожить преследователей. Но вот его как раз и нет, а значит при всей моей любви к спецэффектам и гирляндам развешенных кишок придется уходить тихо – не все разборки одинаково полезны, иногда лучше этого избежать.

Скоро по моим прикидкам появится и блок-пост, утырки наверняка обеспокоились потерей своих. Я вызвал ламию.

– Блин, ну ты реально больной, я даже смыть не успела, – ламия была зла.

– Откуда я знаю расписание твоей дефекации? Проверь, кто и где.

– Ладно, – зло сказала ламия, и исчезла, чтобы появиться вновь. – В полукилометре в домах по обе стороны засада, ждут тебя. Будешь уходить здесь?

– Да, давай, снимай.

Лами опять исчезла, а я неторопливо пошел вперед, избегая освещенных мест.

– Все готово, – ламия появилась так неожиданно, что я аж вздрогнул, что, впрочем, неудивительно. – Впереди все чисто, путь на трассу свободен.

Я поискал глазами по сторонам. Вот же засада! Ни одной машины, заботливо припаркованной для угона по сторонам видно не было. Придется пешком, а потом автостопом…

– Куда-то собрался? – раздался сзади меня мерзкий голос.

Эпилог

Этого и следовало ожидать. Черный старикашка опять возник лицом к лицу.

– Ты думал, что отвязался от меня, мальчик? – мерзко осклабилась черная рожа, показав акульи зубы. Потом посмотрел на ламию. – А ты что тут делаешь? Помогаешь этому ушлепку? А ну брысь в ад, пока я тебя не развоплотил!

– Сосни, дедуля, – сказала ламия, и выдала такую матерную тираду, что я аж заслушался, несмотря на ситуацию.

– Ах ты тварь! – Карачун замахнулся на ламию.

Серая на всякий случай отскочила подальше, но не исчезла. Похоже, эту бестию ничем не напугаешь…

– Пора умирать окончательно, пацан! – Карачун выхватил свой меч.

– Не думай, что это будет легко! – оскалился я. Клыч в моей руке засиял ярким светом, руны на лезвии горели словно солнце.

– Амулетами прикрылся, и думаешь, что они тебя спасут? – спросил Карачун, выставив клинок вперед.

Ну спасут – не спасут, но просто так я не дамся. Я уже заметил, что амулет от демонов мешает Карачуну увидеть меня, а свет Аль Тара слепит именно его, освещая мне эту богомерзкую и звиздопротивную рожу.

Взмах, быстрый, почти неуловимый, должный видимо выпотрошить меня, но… Аль Тар зажил своей жизнью, выгнув руку так, что чуть не вывернул кисть, и тут же словно сам прыгнул вперед, оставив красную полосу на рукаве Карачуна.

– Неплохо, неплохо, – мерзенько сказал Карачун. – Вот этого я и боялся, что ты подрастешь…

Мы кружили друг вокруг друга, боясь пропустить удар. Только теперь я уже не чувствовал себя обреченным. Амулет плюс необычный меч, плюс подготовка по фехтованию – ну не на равных, может быть, но и не такой слив вчистую как в прошлый раз.

Вжиу! Снова лезвие его меча прошло мимо меня в нескольких линиях, лишь обдав волной воздуха. И тут же Аль Тар сам провел контратаку, и Карачун обзавелся царапиной на щеке.

– Да когда же ты сдохнешь, щенок! – заревел он, сделал замах… и внезапно словно споткнулся, замедлился, вывалился в обычное время, изумленно вращая глазами. На черной роже застыла гримаса удивления.

– Ну что дедуля, все? – сверкнула острыми зубами ламия. – Взяли тебя за муде? А ты что стоишь, дебил, не видишь, он твой!

– Точно, – я взмахнул сияющим клинком, и Карачун с воем, от которого вылетели стекла домов, вспыхнув на мгновение ослепительной вспышкой, превратился в черную кляксу, пролившуюся на тротуар.

– Звиздой, точнее йони накрылся. Вот видишь, как все просто? – прокомментировала факап Карачуна ламия. – Да, кстати, ты мне должен новый амулет.

– Как это ты его так? – удивился я.

– Ты забыл? Твой амулет для сексуально озабоченных теток, позволяющий порабощать и ограничивать магические силы инкубов? Этот полудурок пришел сюда в обличье демона, захотелось ему в Яви тебя прирезать. А значит, все ограничения на демонов, тем более мужского пола, хотя с его висяком это относительно, работают и на нем. Только надо сразу мочить, а не так как ты, рот раззявил и смотришь – еще несколько мгновений, и он бы избавился от чар. Хороший амулет был, я его на Рыцарях Ада круто прокачала, у них такие… – ламия мечтательно закатила глаза.

– И ты кинула амулет ему под ноги?

– Ну да, – пожала плечами ламия. – Так что…

– Понял-понял, сделаю тебе эксклюзивный личный амулет. А где, кстати, теперь Карачун?

– У Аль Тара спроси, – она кивнула на клыч в моей руке. – Но не думаю, что он воплощен, этот меч как раз для убийства демонов в первую очередь и предназначен. Ну что встал, как идиот? Сейчас сюда вся округа сбежится!

И точно, в выбитых окнах начал вспыхивать свет, послышались голоса разбуженных жителей, и возгласы, в основном матерные – видать, кого-то стеклом засыпало.

– Уходим. И – спасибо!

– Пожалуйста. Стой! – мы с ней забежали в подворотню.

– Что?

– Насчет тебя получены указания, – она как будто прислушалась. – Ага, поняла.

– Что там?

– Боги сказали, что ты остаешься здесь.

– Насколько? – а хотел на самом деле сказать «слава богу», мне здесь вроде как неплохо.

– До особого указания. Пока бессрочно. Так что мы с тобой не прощаемся. Не забудь… – ламия изобразила сомкнутыми большим и указательным пальцами ключевой элемент амулета.

– Все, завтра же сделаю.

– Ну тогда чмоки. Отпускай.

– Ага, – я нажал на звездочку.

Ох и будет завтра на орехи от мамаши Холли! Хотя у нее теперь есть другая забота – разобраться с этим блядским цирком. Ну и я, конечно, помогу. А то, что оставили на хозяйстве – спасибо, будем и дальше в этом мире отжигать. Тут такое поле деятельности! Короче, поживем – увидим.

Евгений Юллем
Янки. Книга 2

Пролог

– Блин, как же голова болит! – сжал виски пальцами мистер Боумэн. – Даже в кресле сидеть больно.

– Обычно, когда сидеть больно, болит не голова, – заметила стоящая за спиной Астрабелла, заместитель директора «Торчвуда».

– И ты туда же! – простонал Боумэн.

– А нечего было вчера вискарь с пивасиком мешать у «Веселого вампира», – резонно заметила Астрабелла. – Ладно, так уж и быть, наложу на тебя заклинание исцеления, раз ты уж сам не можешь из-за боли.

Она сделала пасс рукой.

– Ну что, легче?

– Почти все прошло, – покрутил головой мистер Боумэн. – Ты моя спасительница!

– Ты вчера уже говорил это после ночи безумной пьяной любви, – усмехнулась Астрабелла.

– Ну так… – смутился мистер Боумэн. – Ладно, что у нас на сегодня?

– А ты забыл? Заезд новых учеников.

– Опять перестарков после обычной школы прислали, – досадливо сморщился Боумэн. – Надоели эти полуталантливые недоделки.

– Да ладно тебе. Сюда ссылают самых лучших, ну или лучших с клеймом «особо опасен». Вот, например, взять Холли Берроуз…

– Но она-то не опасна, а миссис Берроуз ты знаешь, моя старая подруга. Старый заслуженный клан, ничего такого. И дочь уже прошла инициацию как Белая Ведьма. Это еще ничего.

– А с ней по рекомендации миссис Берроуз еще и пацан, бывший одноклассник Холли. Вот он темная лошадка.

– Все, кого рекомендовала она – вне конкурса и прочее.

– Уж не спал ли ты с ней в свое время, раз так печешься о ее интересах? – вкрадчиво спросила Астрабелла. – А то как-то…

– Нет, мы с тобой уже эту тему обсуждали. Она просто хорошая подруга. Лучше скажи, что у нас с полтергейстом?

– А вот черт его знает, – пожала плечами Астрабелла. – Пока не выяснили.

– Беллочка, а чем ты всю неделю занималась? – поинтересовался Боумэн. – Ты – и не выяснить природу полтергейста? Может экзорцистов вызвать?

– Чтобы они как в прошлый раз выжрали все виски и перетрахали служанок? – как кошка ощетинилась Астрабелла. – То-то те стонали так, когда из них бухие святоши беса за закрытыми дверями изгоняли святыми болтами, а от процедуры изгнания с потолка штукатурка сыпалась под треск кроватей.

– Зависть – плохое чувство, – ехидно сказал Боумэн.

– Сам знаешь, с этим полтером здесь что-то не то. Интермиттирующие проявления непонятной природы. Что-то как будто прорывается и опять исчезает.

– Ну вот и надо это выяснить. И как можно быстрее. А то вдруг какой-нибудь инкуб с колом наперевес появится в женской душевой посреди процесса…

– Они его в порыве энтузиазма загоняют до полусмерти. – отмахнулась Астрабелла. – Кто же знал, что это начнется неделю назад, практически перед заездом? И вообще, проявления совсем непонятные и разные…

– В общем, надо разобраться, – хлопнул ладонью по столу Боумэн. – А то стукнет кто из них в комиссию по магии, сама знаешь наш спецконтингент из могущественных кланов…

– В том-то и дело, что знаю. Надо включить это как элемент игры, чтобы воспринимали не как недостаток, а наоборот.

– В этом что-то есть, – потер щеку мистер Боумэн. – А там и ученики помогут, маги они или нет в конце-то концов…

Глава 1

Ну все, прощай свобода… Именно такие мысли возникли у меня при виде ворот на территорию, занимаемую интернатом. Мы с Холли переглянулись, одновременно вздохнули, и пошли по усыпанной пешком дорожке ко входу в огромный особняк школы. Мне он больше напомнил казармы танковой части довоенной постройки, в которой я когда-то побывал на сборах – трехэтажное здание, выстроенное квадратом по периметру, с большим двором-колодцем внутри, на сленге учеников – «Квадрат», где был разбит довольно неплохой садик и сделано какое-то подобие места для отдыха – все, чтобы ученики чувствовали себя как дома, но не забывали, что они в учебном заведении закрытого типа. Синоним тюряги, только без вертухаев с помповиками на вышках. Впрочем, это и не требовалось – высокий каменный забор, увитый магическими заклинаниями сам по себе неплохое инженерное заграждение. Только вот он был построен так, чтобы обеспечивать защиту снаружи. Неужели когда-то особняк брали штурмом? Или просто строители решили перебдеть на случай возможной осады? В общем, как-то мне здесь не понравилось с самого начала.

– Ну что, пошли к директору? – я со вздохом достал файл с сопроводительными документами.

– Пошли, – уныло согласилась Холли, посмотрев на крыльцо особняка.

Я отвалил огромную дубовую дверь, оплетенную заклинаниями, и пропустил Холли вперед.

– Привет! – хором сказали близняшки Венди и Мэнди, похоже поджидавшие нас в холле.

– Привет! – Холли изумленно уставилась на них.

– А мы вас ждем! Как услышали, что вы приедете, так и решили помочь вам с обустройством, – сказала одна из них.

– Спасибо, – я потряс файлом перед собой. – Сказали, что нам к директору…

– Мы вас отведем, – дружелюбно сказали сестрички и потащили нас наверх по каменной лестнице.

О, сколько я узнал из девчоночьего треска, пока дошел до приемной! Оказывается, мы оба попадем на факультет магии, тут была строгая иерархия.

– А что, тут и другой есть? – спросил я.

– Ну а как же, звероферма, – протрещала Мэнди… или Венди, я их пока не различал. Внешне они были идентичные, как будто папа с мамой делали их на ксероксе. Хотя он хрупкий…

– Что?

– Ну, факультет существ, – просветили меня. – Оборотни, вампиры, вендиго, перевертыши… Но у них своя программа обучения. И свой факультет. Скотский.

Близняшки захихикали. Видимо пресловутая толерантность на нелюдей не распространялась.

– П’нятненько, – я вставил любимую реплику мистера Маки из «Сауз Парка».

– А вот и кабинет директора! – мы остановились перед резной дубовой дверью. Плетений на ней хватало.

– Ой! – Холли невольно подалась назад – дверь со скрипом распахнула створки, открыв за собой приемную с похожим же дубовым интерьером.

– Ну мы вас здесь подождем, – торопливо сказали сестрички.

Дамы вперед? Я переглянулся с Холли. Она непривычно оробела, как будто собиралась войти в пещеру дракона, ну или в пивнушку с ужратыми байкерами. Ладно, была-не была…

Я постучался в директорскую дверь, и, подождав пару секунд, решительно дернул ручку.

Директор восседал за столом в кожаном кресле. А по стенам… Ну понятно, дипломы в рамочках, которых бы хватило обклеить не один сортир, шкафы с старинными книгами, и пылесборники на них и развешенные по стенам. Старинные приборы, инструменты, какой-то пожелтевший глобус… Прямо как в лавке старьевщика. Мне тут же нестерпимо захотелось чихнуть, что я с удовольствием и сделал.

– Будь здоров! – посмотрел на меня директор.

– Извините, сэр! – смущенно пробормотал я. И тут же почувствовал знакомое покалывание, увидя энергетические шнуры, протянувшиеся ко мне. Э, мужик, хорош, я сюда пришел не эктоплазмами меряться, у кого длиннее! И потом ты ничего не увидишь, я добавил дополнительный маскировочный слой в свой оболок.

– А вы, значит…

– Томас Хоуп, сэр, – я сделал шаг к столу и положил перед директором файлик с документами.

– Так, Томас Хоуп, значит… – пробормотал директор, доставая бумаги из файлика, при этом его пальцы подозрительно потрясывались. Вот блин, он еще и змееборец, борется с зеленым змием в бутылках… Куда я попал, директор еще та бухара…

Он перелистал бумажки, практически не читая – ну еще бы, эту сопроводиловку ему заранее кинули по мылу. Так что это собеседование было скорее для проформы, посмотреть на клиента, и решить, ожидать от него подлянок или нет. Ну судя по тому, что я прочитал в этих бумажках, там было все чисто и гладко – нативный маг, не потомственный, не из клана, все остальное средненько по меркам «Торчвуда». Ну еще бы, миссис Берроуз сама писала в процессе обсуждения, не в ее интересах было меня сдавать, как свою заначку на будущее. Ну и хорошо. Лишнее внимание к своей персоне я привлекать не собирался, это чревато. Задницу рвать тоже – а то покажешь себя слишком способным, и все, ты стал незаменимым и универсальной затычкой в любой бочке. Нет уж, харэ.

Директор разложил листки на столе, и достал печать в антикварной резной оснастке. Не спеша отвинтил крышечку, подышал на печать, и шлепнул пять раз по листкам. Вместе с магическим голубым сиянием на местах печатей по комнате поплыл запах модного парфюма «Перегар от Бодунофф».

– Идите, – директор вставил листки обратно в прозрачный файл. – Занесете в канцелярию, там вам выпишут нужные документы. Учитесь хорошо и прилежно, мистер Хоуп.

В его голосе промелькнули такие трогательные нотки, что я аж чуть не прослезился. Прямо дедушка Ленин и пионэры, картина маслом. Хотя скорее всего то, что я принял за ностальгию в голосе, было банальным абстяком.

– Ну что? – спросила Холли, ждавшая в приемной.

– Норм! – махнул я файлом. – Противогаз есть?

– Зачем? – она захлопала своими глазищами.

– Войдешь – узнаешь. А я тебя за дверью подожду.

– Хорошо, – и Холли вошла к директору. Ну в отличие от меня, сейчас он будет демонстрировать любовь к ней и ее клану. Жук еще тот.

– Ну что? – в один голос сказали близняшки, у меня аж в ушах зазвенело от этой стереосистемы.

– В канцелярию направил. Ну пока Холли подождем…

– Конечно!

Это было опрометчивое решение. От пулеметного треска близняшек у меня чуть не закружилась голова. Ситуацию спасла Холли, вышедшая из приемной.

– Ну а теперь пойдемте в канцелярию.

В канцелярии наши листки просмотрели, выписали набор документов от пропуска до беджиков с нашими именами и отправили обратно.

– Ну а теперь пойдем заселяться.

Я с радостью подорвался за Холли.

– Э, нет! – остановила меня одна из близняшек. Ты с нами не идешь.

– Что так??? – изумленно вылупился я.

– А здесь строгие правила. Женское крыло отдельно, мужское – отдельно. Никакого интима, он разрешен только у преподов, – хихикнула одна из близняшек. – Есть конечно варианты и для учащихся, но об этом потом. Так что тебе в мужское крыло для цисгендерных шовинистических тварей с пенисами. Вон туда.

– Щас дам больно, – хмуро пообещал я близняшкам.

– Это тоже нельзя, – хихикнули они, и подхватив Холли под ручку, утащили за собой, оставив меня в гордом одиночестве. Вот сучки!

Я поставил свою поклажу на пол, и попытался сориентироваться. Слава богу, тут даже буклет для новичков есть – видимо, сориентироваться было трудновато. Так, вот оно, жилое крыло. В самой задней части здания, если считать от входа. Это мне сейчас надо спустится в холл и подняться по другой лестнице, в левое крыло. Здесь не пройти, я сразу попаду в женскую общагу. Причем и сделано-то так, чтобы было случайно и не случайно туда не попасть – между мужским и женским крылом была не просто стенка, а даже две, лестничный пролет, ведущий на крышу, а боковины у него были глухие, входы только по боковым коридорам учебных корпусов, по периметру квадрата здания. Да, похоже изобретатель этой планировки страдал стойкой нестоячкой, и от обозления на весь остальной совокупляющийся мир решил сделать пакость полноценным пубертатным подросткам. Интересно, что еще такого гадостного было придумано? Может еще и бром в столовке в компот подмешивают, чтобы у свихнутых на половой теме малолеток не было желания? В этом еще предстояло разобраться.

Подхватив свои пожитки, я отправился в путь. Вообще сейчас вся школа напоминала вокзал во время прибытия поезда – разномастно одетые школьники с чемоданами и сумками сновали туда-сюда, суета и толкотня. Значит мне в конец этого коридора, на третий этаж, где обитал хай скул магического факультета. Скотный двор обитал на первом этаже, второй этаж был для магически стукнутых малолеток. И самое главное, все эти этажи общаги между собой не сообщались, общая лестница была сильно поодаль. Все продумано, на мой взгляд как-то по-идиотски. Ну да ладно, не привыкать.

Передохнуть я остановился только перед дверью с табличкой «Мужское общежитие, старшие курсы». Посмотрев на предписание, понял, что моя комната под номером один-семнадцать. Спрятав его обратно в файл, решительно потянул за ручку… И еле успел уклониться от летящего в голову баскетбольного мяча. Весело тут живут!

– Эй, бро, кидай обратно! – хлопнул в ладоши чернокожий парень постарше меня.

Да на, мне не жалко. Я послал толчком ладони мяч в негра. Тот практически выхватил его из воздуха перед собой – хорошая реакция, явно работа на ускорении сказывается.

– Спасибо, бро! – и негр, отвернувшись, шлепнул мячом по полу и заскочил в открытую комнату. Я пожал плечами, и пошел искать семнадцатую.

Как ни странно, она оказалась довольно далеко от двери, ближе к концу. С нумерацией тут явно что-то перепутали – сначала шли номера с четверкой впереди, потом тройкой, двойкой, и, наконец, единицей. Потом до меня дошло – чем старше класс, тем ближе они к выходу, вот такая вот школьная дедовщина. Младшим полезно побегать ножками до выхода, девятиклассники здесь не котируются, они «фрэшмены» по местной терминологии. Это вот дальше, когда уже перейдут в софоморы, появится больше кругов по интересам. Ну а джуниоры и сеньоры – эти уже одной ногой во взрослой жизни. Так что фрэшменов пока считают чмырями, добравшихся до хай скул по недоразумению, и неумению родителей пользоваться презервативами.

Ну вот, наконец, и мой номер – один-семнадцать. Я достал ключ и вставил в замок. Странно, она была открыта… Я решительно нажал на ручку.

В комнате уже были. Парень моих лет распаковывал чемодан. Парень как парень, моей комплекции, белый, черноволосый, одетый, как и все прибывшие в обычную, еще не школьную одежду.

– Привет! – он повернулся ко мне.

– Привет!

– Макс Райнер, – он протянул мне руку.

– Том Хоуп, – я ответил на рукопожатие.

– Ты новенький? Я что-то раньше тебя не видел.

– Я за старенького, – усмехнулся я. – А ты, я так понял, не новичок здесь?

– Восемь лет уже здесь, – вздохнул он.

– Да уж, – посочувствовал я ему. Прожить столько лет, находясь здесь по девять месяцев в году… Я вот как-то уже начал скучать по своему дому и комнате. – Ну тогда вводи в курс дела, что и как.

– Обязательно, – он сел на кровать. – Введу.

Я обвел взглядом комнату. Ничего, жить можно, но бедно. Довольно просторно, две кровати, стол. Стулья, пустые пока книжные полки. Ничего лишнего. Ну и естественно не сравнить с моими домашними апартаментами, которые показались бы хоромами.

– Есть хочешь? – у меня что-то подвело желудок. Ехали сюда мы довольно долго.

– Вообще-то скоро обед… – замялся Макс.

– Ладно мяться, – хохотнул я, и достал пакет, купленный на заправке по дороге. – Бери. Отличный резиновый гамбургер из Мака, со вкусом гондона.

– Надеюсь, неиспользованного? – усмехнулся Макс.

Отлично, свой человек. Не стал кривить рожу от моих шуточек.

– Не, соуса нет, – я подал ему завернутый гамбургер. – Чувствую, не скоро мы еще их попробуем.

– Ошибаешься, – сказал Макс, шелестя оберткой. – Вы же мимо Торчвуд-таун проезжали?

– Э-э, – пытался я сообразить. Вроде как нет, наверное, по другой дороге ехали. – Нет.

– Городишко тут неподалеку. Где-то в миле отсюда.

Ну точно, городишко. Если таун, а не сити – значит, в городе нет кафедрального собора, насколько я помнил свою училку по английскому. Таун – это ближе к нашему райцентру, уже не деревня, но и не особо значимый в масштабах страны город.

– Он как раз паразитирует на «Торчвуде». Супермаркет, магазины, закусочные, – Макс отсалютовал мне гамбургером. Короче, такая мини-база обслуживания. Ну, конечно, не только для студентов, перевалочная база для продуктов и товаров.

– Удобно.

– Не то слово. И студенты под присмотром. Так что, если что-то надо – подписываешь пропуск у классного – и вперед. Здесь пятидневка, хочешь – остаешься в общаге, хочешь – выписываешь пропуск и в городишко. Мороженое там поесть или закупиться тем, что в местном кафетерии отсутствует. Как видишь, любой каприз за ваши деньги.

– А с девчонками как?

– Ты про этих кур? – он кивнул головой в направлении женской общаги. – Ну вряд ли тут можно завязать крепкие отношения. Можно, конечно, кого-нибудь пригласить погулять, но только именно погулять. У местных надзирательниц просто телепатическое чутье, и срабатывание датчика «девственность в опасности» гарантировано. Да и сами они особо к этому не стремятся – для обучения важно, чтобы ведьма была невинной. Поэтому среди них много розовых. Это модно, толерантно, и не несет угрозы ну сам понял чего, а начальство на это смотрит сквозь пальцы, чтобы их ни дай бог не обвинили в угнетении секс-меньшинств. Если хочешь чего-нибудь добиться и сбросить напряжение – можешь попробовать со зверушками со зверофермы, нелюди к этому относятся, как к естественной части своего образа жизни.

– Нет уж, спасибо, – я чуть не подавился гамбургером, представив себе оскаленную рожу вампирши, сидящей на мне в позе наездницы. И потом, у меня же Холли есть, пусть пока и платонически. А зверушек я люблю в клетке, ну или этих – подальше от себя и не в звероформе.

– Кстати, ты еще на складе не был?

– Зачем? – удивленно спросил я.

– Эх ты, – усмехнувшись, сказал Макс. – Форму получить. Это тебе не обычная школа, тут каждому выдают все, от трусов до шапок. Все должно быть единообразно.

– Прямо армия какая-то.

– А ты думал? – подмигнул он мне. – По крайней мере половину этой богадельни контролирует и финансирует минобороны, хотя это и не афишируют.

– И когда туда идти?

– По распорядку. Сегодня наш факультет идет в пять вечера. Можно конечно и так потолкаться, но кладовщицы будут злые, им сегодня надо будет одеть всю ораву. Завтра же начало занятий.

– Вот блин! – хлопнул я себя по лбу. – А я ничего и не взял с собой, может пару ручек и тетрадей…

– А что я тебе сказал? Что ты получишь здесь все. Ну разумеется, «Монблан» тебе никто не выдаст, можешь купить за свой счет, но все остальное – опять же на складе получишь или уже в классе раздадут. Здесь, знаешь ли, на учеников не очень-то рассчитывают. Тут, кроме мажоров, и дети реднеков, и бывшие беспризоники, и эмигранты… Главное, на что обращают внимание – твой дар. Если он настолько сильный, что тебя берут сюда на учебу – об остальном ты на это время можешь не заботиться. Администрация делает все, чтобы избавить тебя от головной боли с приобретением, проживанием и прочим. А если бы было не так – мы бы не были такой сильной магической державой. И потенциальные сильные маги да ведьмы подыхали бы в детстве в канавах или шли бы в криминал. В нашем классе ты еще увидишь Вилли Голда, он немного дерганый, но это вполне объяснимо. Потомственный алкоголик из семьи потомственных алкоголиков, с самого дна, регулярно получавший от отца на орехи так, что даже в больнице валялся. Пока у него в первом возрасте, ну в семь лет, не проснулись магические способности, и он вывернул папашу наизнанку, в полном смысле. Зрелище, говорят, было жуткое. Ну и куда идти сироте из семьи со дна? Правильно, сначала в службу опеки, а те позвонили в «Торчвуд». Теперь он один из самых сильных учеников школы и будущий боевой маг. А так – либо подох бы, либо сел.

– Да уж, – заметил я.

– Так что можешь не париться. Эта школа – как армия, одна семья. И любой выпускник «Торчвуда» поможет другому, это правило снаружи соблюдается незыблемо. Поэтому если там ты был сам по себе, то здесь чувство локтя товарища под своими ребрами или на челюсти тебе гарантировано.

– Тебя послушать – так тут тишь да гладь, да божья благодать, одни ништяки. Все товарищи, друзья и братья. И что, никто никому морду не бьет, вписку не устраивает, не агрится друг на друга.

– Всякое бывает, – пожал плечами Макс. – Но есть одно правило, что все надо делать в меру. Администрация, конечно, следит за этим, но из школы не исключают.

– То есть терпят все?

– Нет. Просто одним прекрасным утром ученик исчезает, и пропадает без вести, – Макс выразительно провел себе по горлу пальцем.

Да ладно, не надо меня дурить. Такого быть не может. Хотя…

– Нет человека – нет проблемы. Тем более обученного мага немалой силы, слетевшего с катушек, – продолжил Макс. – Мы себе не принадлежим, и вся клановая структура остается за воротами. Здесь есть один клан – «Торчвуд». Или ты в нем, или нет. Так что будь аккуратен.

– Хорошо. Буду.