Текст книги ""Фантастика 2026-10". Компиляция. Книги 1-35 (СИ)"

Автор книги: Ник Фабер

Соавторы: Алексей Губарев,Евгений Юллем,Виктория Побединская,Александр Сорокин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 185 (всего у книги 342 страниц)

Глава 20

Зашёл в кабинет. Закрыл за собой дверь.

Первое, что бросилось в глаза… точнее в нос, мощный запах табака. Посмотрев на стол, увидел две почти полные пепельницы, превратившиеся в небольших ёжиков, от количества вставленных в них окурков.

А ведь все они были сигаретными. Князь почти никогда не курил обычные сигареты. Тонкие сигариллы. Реже сигары. Всегда качественные и дорогие. И пепельница на его столе всегда стояла одна и почти всегда чистая и пустая.

Так, будто этого было мало, рядом с ними на столе стояла полупустая бутылка виски и заполненный наполовину бокал.

– Слушай, ты бы проветрил тут, что ли, – поморщился я. – А то дышать нечем.

– Я, как-нибудь сам без тебя разберусь, Александр… – произнёс развалившийся в кресле мужчина.

Выглядел Князь… ну, не могу сказать, что паршиво. Сорочка чистая и белоснежная. Рукава, как всегда, закатаны до локтей. Чёрная жилетка. Но было в его образе странная небрежность, которая с ним никогда у меня не вязалась. Просто представить, его с подобной причёской или помятым воротником я не мог. Ну, вот совсем никак.

А сейчас он выглядел именно так. Воротник примят. Платок, обычно аккуратным уголком торчащий из нагрудного кармана жилета сейчас валялся мятым на столе. Волосы, всегда зачёсанные назад, сейчас слегка растрепаны.

Мне это не понравилось. Очень не понравилось. Говорят, что когда человек начинает падать, то в первую очередь это проявляется в небрежном отношении к вещам, что раньше имели большое для него значение. И сейчас я стал свидетелем этой небрежности.

Ещё и грубое приветствие…

– Знаешь, грубость тебе не идёт, – произнёс я, на что он только поморщился и протянув руку, взял бокал.

– Я как-нибудь сам разберусь, что мне идёт, а что нет, – ответил он и отхлебнул из бокала.

– Мария говорит, что ты сидишь здесь с того дня, как вас выписали из клиники.

– Мария много чего говорит.

– Так, – я в упор посмотрел на него. – Что происходит?

– Тоже, что и всегда, Александр, – пожал он плечами. – Ничего не происходит. Абсолютно ничего. И это меня полностью устраивает.

Он допил виски и зажав сигарету зубами, потянулся рукой к стоящей на столе бутылке. Я оказался быстрее, взяв её за горлышко и отодвинул в сторону.

– Александр…

– Князь, что это за хрень? Что происходит?

– Не помню, чтобы я спрашивал твоего мнения, – резко произнёс он и снова попытался дотянутся до бутылки, но я вновь её отодвинул быстрым движением.

– Дай сюда.

– Перебьёшься. Сначала объясни мне, какого хрена в баре нет посетителей? Почему Мари стоит с таким видом, будто её завтра к стенке поставят⁈ Почему ты сидишь и бухаешь здесь с таким видом, будто все пропало⁈

– Не тебе задавать вопросы…

– А по-моему мне, – перебил я его. – Какого чёрта ты расклеился?

– Это не твоё дело.

– Князь, Мария…

Бокал пролетел в паре сантиметров рядом с моей головой и разлетелся на осколки где-то за спиной от удара об стену.

– Я СКАЗАЛ, ЧТО ЭТО НЕ ТВОЁ ДЕЛО! – рявкнул он. – Я сам разберусь со своими проблемами! И твоя помощь мне не нужна!

Так. Ладно. Это не нормально. Я прислушался к его эмоциям и отчётливо ощутил… как можно описать человека, которого изнутри сжирает горечь поражения? Рецепт прост. Возьмите бокал. Две части дешёвого виски. Две части битого в мелкую крошку стекла. Часть скисшего лимона. Приправить всё это жгучим чувством вины и добавить фреш из мук совести. Взболтать, но не смешивать. Подавать с оливкой и долькой рефлексии.

Пока я стоял и офигивал с этого, Князь наклонился и выхватил из моей руки бутылку и глотнул прямо из горла.

– Да ты пьян… – нет серьёзно, я даже не сразу в это поверил.

– Да мне плевать, – усмехнулся он. – Как я уже сказал, это не твоё дело, Александр.

– Князь…

– Работа идёт. Информация продаётся. Информация покупается. Мне не надо встречаться с клиентами для того, чтобы они получили желаемое, а я могу и дальше предаваться самобичеванию. Или, что? Думал, что я непробиваемый?

Он едко рассмеялся и сделал ещё один глоток.

– Сука, какие же вы идиоты… – я даже поверить не мог в то, что всё было так просто.

Подошёл к креслу, за спинку выдвинул его и сел. Прямо напротив него.

– Ты винишь себя за то что сглупил и попался Браницкому.

– Я виню себя только за то, что не смог нормально обучить подчинённых выполнять то, что им сказано, – выдал он, со стуком поставив бутылку на стол, затушил сигарету и достал ещё одну из пачки. – Всё, что мне сейчас нужно, это отдохнуть…

– Что тебе сейчас действительно нужно, это пойти в зал и поговорить с ней, – перебил я его. – Князь, посмотри на себя…

– Нормально выгляжу…

Щёлкнула зажигалка. Видящий напротив меня мужчина прикурил сигарету и с удовольствием затянулся.

– Да ты дерьмово выглядишь, – отрезал я. – Мария стоит там и места себе не находит из-за того, что так тебя подставила. А ты сидишь тут и глушишь в вискаре чувство вины от того… от чего? От того, что сдох недостаточно громко для того, чтобы она поняла, что с тобой всё кончено и уехала?

– Ни черта ты не понимаешь, Александр…

– Да побольше тебя, – я посмотрел ему в глаза. – Ты ведёшь себя, как ребёнок…

Он расхохотался так, что эхо его смеха отразилось от стен.

– Боже, от кого я это слышу? От тебя? Серьёзно? Да ты сопляк, у которого ещё молоко на губах не высохло. Что ты знаешь о том, чтобы по взрослому себя вести…

– Побольше, чем ты, похоже, – сказал я, чувствуя, как к горлу подкатывала злость.

– Ну, похоже, что у кого-то через чур много самомнения, – пьяно усмехнулся он.

– Похоже, что кому-то пора прекратить пить в одиночестве, – парировал я. – Ты хотя бы думал о том, почему она это сде…

– Рот закрой! – вскинулся он. – Ты ни хрена не знаешь! Ни про меня, ни про Марию. Ни про наше прошлое. И я не собираюсь выслушивать нравоучения от того, кто в своей…

– Только попробуй это сказать, – перебил я его.

Видимо, что-то такое всё же он уловил в моём голосе, так что действительно продолжать не стал, а просто тихо рассмеялся.

– Ты за чем-то конкретным пришёл? – поинтересовался он через пару секунд. – Или просто побесить меня?

Впервые в жизни мне захотелось врезать ему по роже. От спокойного, флегматичного и всегда уверенного в себе человека осталось только тень. Даже меньше. Тень от тени.

Она так много значила для него, что сама мысль о том, что его ошибка привела к тому, что Мария чуть не умерла сжирала его изнутри. А ведь раньше они никогда не показывали этого. Нет, я и раньше замечал, что их отношения куда более… нет, не интимные. Скорее более близкие, чем у кого бы то ни было. Может быть, ещё только со мной он проявлял больше теплоты. Особенно в то время, когда я был совсем мелким и порой засиживался в этом баре до позднего вечера, сидя за стойкой и делая уроки, пока Мария обслуживала клиентов, мешая коктейли и принимая заказы.

А теперь, я видел… вот это. Князь, привыкший контролировать всё и вся, теперь во всех ошибках винил себя. И в своих и в чужих. А Мария, всегда абсолютно верная и преданная ему, так переживала из-за того, что подвела его, что безропотно сносила подобное отношения, будто боялась даже самой мысли поговорить с ним.

Бред какой-то. Как такое могло произойти с ними⁈

– Да, – наконец произнёс я, прекрасно понимая, что сейчас ничего не добьюсь. – Мне нужна информация.

– О, надо же, – Князь хмыкнул себе под нос и усмехнулся. – Мы, наконец-то, перешли к делу. Ну, мои цены ты знаешь…

– Я хочу знать всё, что у тебя есть по убийству Виктории Громовой.

В кабинете ненадолго повисла тишина.

Князь смотрел на меня и смолил сигарету, пока змейка сизого дыма поднималась к потолку.

– Нет, – произнёс, будто выплюнул он.

– Да, – твёрдо сказал я. – Она мне нужна.

– А мне плевать…

– Князь, я знаю, как ты работаешь. Если у тебя есть информация, то ты её продаёшь. Если ты не знаешь этого, то ты так и говоришь. А если не можешь или не хочешь её продать, то заламываешь такую цену, чтобы её нельзя было оплатить.

– Ну, рад, что ты всё понимаешь. Не придётся тратить время на объяснения…

– Ага. Потому, что ты отдашь мне её бесплатно. И ты сделаешь это.

– О! Сколько уверенности! – он снова расхохотался. – Это почему же? Ах, да. Точно. Ты же можешь просто приказать. Прямо, как твой отец. Я и забыл…

– Нет, Князь, – покачал я головой. – Я бы не сделал подобного в любом случае. Но ты всё равно отдашь мне всё, что знаешь об этом. Потому, что ты мне должен.

– Это что же?

– Свою жизнь, – я придирчиво осмотрел стол и его хозяина. – Ну, или то, что от неё осталось.

Ох уж этот тяжёлый взгляд. На пару секунд мне даже показалось, что он пришёл в себя. Настолько кристаллизованная злость проявилась в его взгляде.

Но, чуда не случилось.

– Перебьёшься.

Вздохнул. Говорить больше нечего.

– Ясно.

Я встал с кресла и направился к выходу, но затем повернулся уже у самой двери.

– Знаешь, пусть и не ты научил меня этому, но я всегда знал, что ты разделяешь мои взгляды на жизнь. Что слово должно быть твёрже железа, а долг свят. Ты всегда был принципиален. Не важно, чего тебе это стоило. Всегда стоял на своём и за то, во что ты веришь. И я за это всегда тебя уважал. А сейчас ты сидишь в этой грёбаной каморке и купаешься в жалости к себе.

– Я да что ты знаешь о долгах, щенок, – зло выплюнул он. – Я прикрывал тебя все эти годы.

– Ага, – не стал я спорить. – И за это я всегда буду на твоей стороне. Но…

Мне не хотелось этого говорить. Вот честно. Видеть его в таком состоянии всё равно, что ножом по сердцу. Но, нужно было хоть как-то привести его в чувства. Сейчас я всё равно чего-то значительного не добьюсь, так, может быть, хоть разозлю его?

– Если уж всего один провал тебя так подкосил, то не удивительно, что Николай Разумовский сделал главой рода младшего сына, так и не признав тебя.

Дверь за моей спиной ещё даже закрыть не успела, а брошенная с силой бутылка разлетелась в дребезги об дверной косяк. А перед тем, как она захлопнулась до меня долетело…

– Не смей больше появляться в моём заведении!

Мда-а-а… окей, признаю, не такого разговора я ожидал. Мне было настолько паршиво, что аж блевать тянуло.

Постоял с полминуты, а затем пошёл по коридору в общий зал.

– Ну, как он? – первым делом спросила Мария, когда я сел за стойку.

– А ты не в курсе?

– Я к нему не заходила, – ответила она. Сказала вроде обычным тоном, но голос её был… осторожным.

– Бухает и курит. Без остановки, похоже.

– Дерьмо… – Мария ещё выругалась. Тихо. И грязно на столько, что и иные сапожники бы от зависти пот утёрли.

– Сделаешь мне кофе, Мари? – попросил я её, желая немного переключит внимание. – Последнюю чашечку.

– В смысле, последнюю?

– Сказал, чтобы я больше не появлялся в его заведении, – пожал я плечами.

– Что?

– Ага. У нас разговор вышел… в общем паршивый он вышел.

Кофе оказался вкусным. Не настолько, чтобы забыть тот, что я пил в банке, но тоже хороший. Я сидел и пил его. Думал над происходящим. Видимо план «А» со свистом только что оказался спущен в унитаз. А планом «Б» мне пользоваться не хотелось. Как и планом «В».

Похоже, что придётся аккуратно поискать на работе. Поговорить что ли с Романом на эту тему? Он то точно вряд ли в этом деле был замешан.

Немного посидев, попрощался с Марией, ещё раз попросив её поговорить с Князем. Хотя бы попытаться. Она пообещала, что попробует.

Выйдя на улицу, заказал себе такси и поехал назад, на работу.

– Ты чего такой мрачный? – первым делом спросила Анастасия, когда я зашёл в отдел и кинул сумку на стол.

– Неприятно видеть, как-то, в чём ты был уверен, ломается, – не став больше ничего объяснять сказал я и поспешил сменить тему. – Что ты узнала?

– Пока ничего особого, – пожала она плечами. – Тебя всего пару часов не было.

– И, что? Ты два часа сидела и плевала в потолок? – зло спросил я, на что она тут же возмутилась.

– Так, Рахманов, если у тебя проблемы, то не надо валить их на меня! Я свою работу делаю!

Так. Спокойно.

– Да, – сказал я через пару секунд. – Ты права. Что ты нашла?

– А ты так уверен, что я что-то нашла? – спросила она с вызовом.

Если не нашла, то тогда почему ты сейчас так светишься самодовольством, хотел спросить я. Но не стал.

Вместо этого просто посмотрел на неё взглядом полный иронии. Настя пару секунд играла со мной в гляделки, после чего фыркнула и достала из стола пару листов.

– Я узнала, кто их будет защищать в случае чего.

– М-м-м… интересно.

Подошёл. Взял. Прочитал.

– Что за фирма?

– Небольшая, – пожала плечами Лазарева. – Я порылась в интернете и по документам конторы, которой принадлежит судно. Они представляли их в суде уже дважды.

– Успешно?

– Не сказала бы. У этой фирмы было ещё два случая. Год и два назад. В обоих из-за конфликта между наёмным экипажем и фирмой.

– Каков исход?

– Ну, нельзя сказать, что они проиграли, – поведала Настя. – Но в обоих случаях экипажи получили свои выплаты. В одном были задержки с зарплатами. Во втором отказ в предоставлении обещанных премий. Оба дела уходили в суд, но компания смогла договориться в досудебном порядке и оба исковых заявления были удовлетворены.

– Странно… – пробормотал я. – Если эти ребята дважды не смогли их нормально защитить, то почему они с ними всё ещё работают?

– Может не могут позволить себе кого-то получше?

– Думаю, что дело в том, что в обоих случаях они пусть и не смогли отбиться от этих исков, но смогли значительно снизить их требования. Может адвокаты они и не самые хорошие, но переговорщики не плохие.

Я задумался. Такая версия имела право на существование. Имели место случаи, когда даже в проигрышной ситуации благодаря хорошим переговорам удавалось снизить ущерб. В случае, когда проигрыш неминуем – это хороший выход.

А, что если…

Я откинулся на спинку кресла.

– Насть, а ты не проверяла, есть ли расхождение дат после заключения мировой и удовлетворением требований исков?

– Нет, но…

– Проверь. Сейчас, если можешь.

– Могу. Подожди.

Она вытащила довольно пухлую папку, откуда, без сомнений, и был изъят тот листок, который я сейчас держал в руках.

– Нашла! Первый был закрыт по мировому соглашению с условием удовлетворения в течении шести месяцев. Второй почти точно так же.

– Полгода, значит. Хорошо. Предположим, что они получат свою компенсацию от страховой. Сколько времени им на это потребуется если все пойдёт так, как надо?

– Если мы облажаемся, ты хотел сказать? – усмехнулась она, от чего я не удержался от ответной улыбки.

– Анастасия Павловна, что за словечки? И не стыдно ли гордой аристократке изъясняться столь плебейским языком?

– Моя гордость это как-нибудь переживёт. Но, я поняла к чему ты ведёшь. Если не мешать, то они получат выплаты от страховой в течении одного финансового квартала. Так, подожди…

Она начала рыться в бумагах, а я по эмоциям ощущал задор и азарт. Вот сейчас она…

Настя выхватила какой-то лист.

– Нашла! Знаешь, что…

– Финансовый отчёт по выплатам за предыдущие два случая, – утвердительно кивнул я.

– Знаешь, так не интересно, – тут же скуксилась она. – Я, вообще-то, удивить тебя хотела.

– Ну, считай, что попытка засчитана. Что там?

– Да. В обоих случаях претензии имелись к техническому состоянию. Только в тех случаях имелись проблемы не с грузом, а самими кораблями, так что они были поменьше.

Ясно. На лицо три схожих случая. Вопрос лишь один – всё происходило случайно или же имел место злой умысел с целью получения страховки? Или же, все-таки, нет?

Вопрос хороший. Хотел бы я сказать однозначное «да», но пока не могу. Нужно больше информации.

А, это, значит, что? Значит, мы будем копать.

И мы копали. Просидели в отделе до самого вечера, перебирая информацию, которую нам прислали по запросу. Хорошо всё-таки работать в крутой и известной фирме. Один запрос и тебе быстро всё присылают. Особенно забавно вышло со страховой. Едва я только объяснил по телефону, кто мы и чем занимаемся, как нас тут же соединили с юридическим отделом, где пообещали прислать копии всех нужных документов по почте.

И прислали. За двадцать минут. Удивительно и приятно.

– Что думаешь? – спросила Настя, развалившись на своём кресле.

– Думаю, что на сегодня мы закончим, – сказал я ей, глянув на часы.

– Чего это? Обычно же ты весь такой «будем работать пока не сдохнем и прочее»…

– Насть, от работы даже кони дохнут, – посмотрел я на неё не без иронии. – А у нас впереди в любом случае только бумажная работа.

– Так, как будем действовать?

– Если найдём чем на них надавить, то, разумеется, попробуем всё решить в досудебном порядке, – вздохнул я. – Думаю, что если судить по предыдущей тактике их адвокатов, это вполне возможно…

– Погоди, ты хочешь… – она даже в кресле выпрямилась. – Саша, а если они действительно мухлевали со страховкой?

– А ты думаешь, меня это волнует? – спроси я её в ответ. – Насть, я не полиция и не имперский следственный отдел, чтобы этим заниматься. Моя задача – чтобы люди получили то, что им причитается. Всё. И, позволь напомнить, трое из экипажа Уткина всё ещё лежат в больнице. Один потерял руку и останется инвалидом. Второй поправится только через месяц или два. А у его боцмана вообще сломан позвоночник и я даже не возьмусь утверждать насколько всё плохо.

Встав с кресла, принялся собирать вещи.

– Просто пойми одну вещь, – продолжил я, складывая вещи в портфель. – Кто-то может считать, что они сами виноваты, потому, что не уделили достаточно внимания этим проклятым замкам. Или, если быть точным, они уделили, но не смогли предвидеть того, что ситуация хуже, чем они рассчитывали. Я же считаю, что проблема куда глубже и лежит в плоскости наплевательского отношения владельцев судна и в попытке сохранить свои деньги. Или же, что ещё хуже, они умышленно рассчитывали на подобный исход, дабы получить страховые выплаты. А, значит, осознанно, с умыслом и намеренно допустили случив…

Я вдруг замер на месте. Вспомнил то, как повёл себя Уткин, когда я упрекнул его за некачественный осмотр и непрофессионализм. Тогда он возмутился и сразу же перешёл на защиту своего экипажа.

Тогда я решил, что он критично подходит к вопросу своей ответственности. Но, ведь имелась и ещё одна возможность. Вполне вероятно, что он защищал своих людей из-за допущенной оплошности. Скорее всего так и было. И, как их капитан, он принимал этот промах, как свой собственный…

Почему-то в этот момент мне вспомнился Князь, считающий, что во всех косяках мира виноват он.

– Что? – спросила Настя.

– Что? – отозвался я.

– Я уже знаю этот твой взгляд. Тебе что-то в голову пришло.

– Хочется верить, что я не настолько предсказуем…

– Саша!

– Можешь, пожалуйста, назначить встречу на завтра с Уткиным, – попросил я её, накинув шарф на шею. – Хочу ещё раз с ним поговорить. И скажи ему, что нам нужен бортовой журнал и полный список действий экипажа. Они ведут учёт по регламенту, так что он у него должен быть.

– Саша, что пришло тебе в голову? – потребовала она.

– Если ты так хорошо меня знаешь, то вот сама и догадайся, – улыбнулся я и вышел из отдела.

Ещё раз глянул на часы, пока спускался на лифте. Отлично. Успеваю. И, да. Я считаю, что могу себе позволить немного отдохнуть. Всё равно, за сегодняшний вечер мы больше ничего не добьемся. А просто так сидеть над бумажками смысла нет.

Блин, сходить, что ли сказать Роману спасибо, что избавил нас от этой возни с делами из административного? Или, может пойти Гуташину опять предъявить, засранцу такому. Надо было сразу догадаться, что этот мелочный гадёныш сделал это специально. После того случая с Катей вроде поутих и больше не взбрыкивал…

Мда-а-а… хорош же я. Совсем забыл про Крылову. За последнюю неделю даже словом с ней не обмолвился. Правда и она не присылала мне больше документы на проверку. Так что повода конкретного как бы и не было. Да и не уверен, что она там хоть как-то требовалась. Ошибок она больше не делала. Может и правда это ей помогло? Девчонка она умная и толковая. Ей бы уверенности побольше.

Но, надо будет проверить на всякий случай. А то Сергеевна просила, а я не очень-то похож на самоубийцу, чтобы игнорировать её «просьбы».

Вышел из лифта и… нет. Такси я себе вызывать не стал. Зачем если минут за пятнадцать дойти можно. Встречу я Вике назначил у ресторана. Решил, что раз уж приглашать девушку, то в заведение по приличнее. А прогуляться и проветрить голову сейчас будет самое то.

О! И этот вечер меня нисколько не разочаровал. Думал, что придётся, как джентльмену ждать даму, но, нет. Вика уже ждала меня.

И выглядела она прекрасно. Светло-голубого оттенка платье. Туфли на каблуках, от чего она оказалась одного со мной роста. Чёрное лёгкое осеннее пальто. Каштановые волосы распущены и уложены в хитрую прическу. На первый взгляд вроде и хаос на голове, но какой-то упорядоченный, словно каждая прядка на своём законном месте.

Заметив меня, она обрадованно улыбнулась и помахала.

– Привет.

– Привет, Вик, – тепло улыбнулся я ей в ответ. – Прекрасно выглядишь.

Комплимент заставил её улыбнуться, а щёки чуть покраснеть.

– Правда? – она крутанулась на каблуках, от чего платье закружилось вслед за ней, продемонстрировав стройные ноги и самый край чулок.

– Правда, – ни на йоту не соврал я. – Признаюсь, удивлён. Вообще-то, это мужчине положено ждать девушку на месте встречи, а не наоборот.

Она рассмеялась.

– Ну, ты так расхваливал это место, что я решила пренебречь сакральными традициями.

– Ну, раз уж так вышло, то, предлагаю больше не тратить время.

Взяв её под руку, повёл внутрь.

И, да. Как я и ожидал, вечер был просто прекрасный. Особенно десерт.

Эх, люблю я мороженое.