Текст книги ""Фантастика 2026-10". Компиляция. Книги 1-35 (СИ)"

Автор книги: Ник Фабер

Соавторы: Алексей Губарев,Евгений Юллем,Виктория Побединская,Александр Сорокин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 75 (всего у книги 342 страниц)

Глава 23

Ох, как же я ошибался насчет следственной группы! Точнее, когда думал, что она будет одна-единственная, сборная солянка, как всегда раздираемая противоречиями, на которых можно было бы и сыграть. Так нет же, размечтался… Объединенной группы не получилось, вояки с федералами вели себя как кошки с собаками, не перенося друг друга на дух, и постоянно устраивая членомер, у кого федеральнее и длиннее. Мне это напоминало дуэль на шворцах из «Космических яиц».

Так ладно еще двухклеточные – в смысле с двумя клетками мозга, тут был еще высажен десант от Святого Престола, ажник целых трое экзорцистов с мерзкими пропойными рожами. Которые, впрочем, тоже мерялись своими святыми мощами с каббалистами, присланными уже главным раввином САСШ. И вся эта братия шаталась по школе сверху донизу, размахивая древними артефактами и суперсовременными приборами, голося белиберду заклинаний, время от времени беря друг друга за грудки и отводя в сторонку для интимного разговора с не менее интимными обещаниями. Ну а поскольку члены у всех по длине отличались ненамного и федерально-теософский спор заходил в тупик, ни у кого не было перевеса. Все пытались, пользуясь спортивной терминологией, «вырвать у противника очко зубами на последней минуте матча», поэтому они взялись за нас, и очень хорошо взялись. Как я понимаю, это было оправдание того бессилия, проявленного всеми ими – от вояк до святош и магов – проще выставить виновными третью сторону, которая и приняла на себя главный демонский удар, и провести расследование так, чтобы все защитники разом стали виновными во всех грехах, от оскорбления президента до скотоложества с Бафометом.

Вот только им придется здорово потрудиться – мы-то были не одни, не только наша кучка заговорщиков вышла прогуляться той ночью по школе. Девчонки, как я уже говорил, вывели ведьм, зверофак, ведомый Азией как командиром вампиров, и Марикой с Оливером от оборотней выступил в половинном составе, кто мог крепко стоять на лапах и хорошо кусаться. Короче под звиздорез попало десятков пять людей и существ. Ну а меня трясли одного из первых – Астриэля-то я заколбасил.

– Так что не запирайся, Томас, мы знаем все, – с умным видом пытался втулить мне федерал, прямо как мент, поймавший малолетку с пивасом за гаражами и решивший расколоть его, чтобы закрыть пару висяков.

Я расхохотался, чем немало удивил федерала. По мнению того, я уже должен был задрожать, как осиновый лист и расколоться до задницы. Вместо этого наглая малолетка сидит и ржет, поднимая дядю опера на ха-ха.

– Я сказал что-то смешное? – удивленно спросил федерал.

– Ага, – бесцеремонно сказал я. – Да, кстати, бросить бы вам курить, у вас рак легких начинается.

Я многозначительно провел раскрытой ладонью перед ним. Никакого рака у него конечно нет, но для поддержания разговора и вселения в противника неуверенности – самое оно. Теперь каждый кашель будет его тревожить, и он долго будет проходить обследование, дергая обозленных этим магов жизни.

– На меня эти фишки не действуют. Знал бы ты, сколько вот таких умников сидело передо мной, и что с ними стало.

– И что же? – деланно поинтересовался я. – Вы их расчленили и съели?

– Томас! – строго одернула меня Астрабелла, присутствующая на допросе якобы как представитель несовершеннолетних учеников, а на самом деле для прикрытия своей довольно аппетитной жопы.

– Мисс Астрабелла, пускай мистер… – только начал было я.

– Я специальный агент Ридли! – перебил фэбээровец. Видимо «мистер» его покоробило. – Обращайтесь ко мне «сэр» или «мессир»!

– Мисс Астрабелла, пускай очень специальный агент Ридли ведет беседу, – я специально изменил формулировку, хрен вам, а не допрос, я невиновен, пока не выдвинуты обвинения, – как полагается при дознании, проводимом с несовершеннолетними, не отклоняясь от темы и не применяя давление на свидетеля, то есть меня. В противном случае я подам жалобу на мессира Ридли его руководству, и вы будете вынуждены меня поддержать.

– Хорошо, Томас, отвечай на вопросы мессира Ридли, – успокаивающе махнула рукой Астрабелла.

– Вот только вопроса я еще не услышал, – сказал я. – Наоборот, я собирался послушать мессира, который сказал, что он все знает, – я подмигнул фэбээровцу. – Так что вы знаете, сэр?

– Вопросы здесь задаю я! – он с трудом сдерживался, чтобы не сорваться и не начать крутить уши издевающемуся над ним звиздюку, это было видно по сполохам в его оболоке.

– Ну так задавайте, – пожал я плечами.

– Что ты делал в коридоре третьего этажа, когда столкнулся с демоном? – он сверился с моими краткими показанииями.

– Не спалось, – сказал я. – А хождение по коридору жилого корпуса помогает утомиться и заснуть.

Кстати, чистая правда… Почти. Я в свое время любил обдумывать проблемы именно на ногах, ходя по крылу нашего здания взад-вперед с сигаретой в зубах, пока курение в зданиях не запретили.

– А меч ты взял потому, что тебе он тоже заснуть помогает? – сверился со своими записями агент.

– Ну да, еще как. И это не меч, а клыч, предвосхищая ваш вопрос. Личное оружие мага, и, хотя мне нет еще двадцати одного года, хранение и ношение разрешено. Документы есть, официально оформленные шерифом от магии города Скайфоллз и подтверждены Советом Магов нашей школы.

– Это правда, – сказала Астрабелла. – Сертификат, разрешение на магический артефакт, результаты экзамена на право пользования – все в наличии.

– Но с тысяча девятьсот восемьдесят четвертого продажа таких артефактов строго ограничена. Каким образом вы смогли его приобрести в обход закона?

– Не путайте меня пожалуйста, сэр. Запрещена покупка на первичном рынке, в оружейных и магических магазинах, но на ранее произведенное и перепроданное с рук или полученное в дар магическое оружие это ограничение не распространяется.

– Ну и что было дальше? – отмахнулся от меня агент.

– А что дальше? Там все написано, – кивнул я на лежавший перед ним краткий бриф. – Увидел в коридоре демона, проткнул его клычем. Потом решил разузнать получше, что и как – мне что, спокойно спать ложиться, зная, что тут что-то непонятное творится? Вышел за дверь общаги, а там такое… Ну и вступил в бой, дальше не помню, было такое, что не до воспоминаний было.

– Совсем?

– Ну только когда демону башку снес, тогда остановился. А после тоже не до того было, многие были раненые или контуженные. Помогал оказывать первую помощь и набивать медблок.

– Ой ли? Сладко поешь! А вот это что такое? – и тут чертов фэбээровец выложил на стол три моих артефакта-ловушки для демонов.

– Ну обычная ловушка для демонов, немного модифицированная, – пожал плечами я. – Ловит демонов и лишает их силы.

– То есть ты их продавал в школе?

– Нет, – честно ответил я. Я-то их здесь не продавал, а раздавал. – Я просто проводил матемагическое моделирование и делал опытно-конструкторскую работу, для себя. Это запрещено?

Фэбээровец пожал губами, затем скорчил недовольную морду. Нет, это было не запрещено, запрещена была черная магия и разные опасные артефакты, к которым ловушки для демонов явно не относились.

– Ну а когда я увидел, что творят демоны, сообразил, что можно использовать их и по прямому назначению. Как видите, получилось.

– И конечно совершенно случайно ты взял их с собой, мучаясь бессонницей? – торжествующе спросил агент. Вот типа я теперь тебя поймал!

– Ну да, – пожал плечами я. – Я как раз собирался подумать, как их можно усовершенствовать, поэтому и взял их с собой, повертеть в руках и прикинуть, как лучше уместить в них плетения.

– Напоминаю, мессир, что все работы учащихся, разработанные в школе, являются интеллектуальной собственностью школы и не подлежат изъятию во избежание судебного преследования, – протянула руку Астрабелла. – Давайте сюда.

– Это вещественное доказательство! – пытался отбиться Ридли, но Астрабелла была непреклонна.

– Я подам протест и параллельно выкачу бюро иск на изъятие опытных образцов изобретений, не имеющих отношения к расследованию. Вы, федералы, люди богатые, за вас платит правительство, так что иск будет немаленький!

– Да забирайте, – сморщился Ридли. Он явно не включал это в доказательства, скорее всего, хотел замылить артефакты себе. Как же я их все-таки упустил? Надо потом спросить, кто посеял, ох устрою я своим втык, чтобы не пролюбывали материальные ценности и полимеры. Так что хрен тебе по всей морде, дядя, и красную шляпочку на воротник. Если администрация почувствовала профит, то на пути лучше не стоять, даже федералам. Хищник, почувствовавший запах денег и увидевший кусок мяса, никогда его не отдаст.

Я вздохнул про себя – ну вот, потерял авторские права. Хотя потом, когда уже расплююсь с «Торчвудом», я всегда их смогу вернуть, доказав, что использовал их еще в Скайфоллзе, если мне конечно это будет надо.

– Ко мне еще есть какие-то вопросы? – я решил выразить свое нетерпение.

– Есть, есть, большой список, – утешил меня федерал. – Например…

Тут ему помешали – открылась дверь, и вошел один из его подручных.

– Я же просил, чтобы мне не мешали! – вскинулся Ридли на вошедшего. Тот сделал ему знак.

– Ну что тебе, Рами? – поморщился федерал, и встал со стула.

Вошедший что-то зашептал ему так, что я не мог разобрать слов.

– Что? Да они что, совсем с ума…

Дверь открылась еще раз. На пороге стоял человек не в таком же дешевом федеральном костюме, как на агентах. А еще он излучал перед собой такую волну силы, что даже я невольно вздрогнул – не от страха, а от удивления. Оболок вошедшего представлял собой сплошной пузырь лилово-черного цвета, упругий и плотный. Маг, сильный маг. Пятерка или минимум четверка. Причем, похоже, маг боевой – иначе ничем не объяснить такую энергетику. Я усилил напряженность своего оболока – не хватало, чтобы он меня прочитал.

– Господа, – обратился он к федералам, прошу нас оставить.

– Но…

Вошедший удивленно поднял одну бровь, и по этому словно бы волшебному сигналу агенты вышли из комнаты.

– Госпожа Астрабелла Романи, я полагаю? – обратился вошедший к замше.

– Да, а вы…

Мужчина молча вынул из кармана чехол для документов, раскрыл, показав его Астрабелле. Или у него там фото без одежды, или у магички резкий приступ запора, так широко раскрылись ее глаза.

– Я…

– Читайте, – мужик достал из папки бумагу и сунул ее Астрабелле. Та пробежала глазами листок с видом безмерного удивления, и отдала ему обратно. Я в непонятках наблюдал за всем этим цирком одного актера. – Нам надо поговорить, Томас. Наедине.

– Вообще-то… – было открыла рот замша, но быстро заткнулась, прекратив препирания. – Это решать Томасу.

– Я не против, – сказал я, оценивающе глянув на незваного визитера. Интересные дела разворачиваются.

– Тогда я удаляюсь. Томас, если что-то потребуется, я за дверью!

Вали уже, чувствуется, что ты здесь как бы не канаешь. Толку от тебя…

Мужик не торопясь отодвинул стул, и аккуратно сел на него.

– Итак, Томас, позволь представиться – полковник Хенстридж из РУМО САСШ, подразделение «Эквинокс».

Я аж подавился. Тот самый пресловутый «Эквинокс», о котором мне говорили Азия с ламией, притом последняя аж чуть ли не ссалась при этом от страха.

– Да, кстати, привет от миссис Берроуз. Она просила вспомнить, как вы читали книгу Эреба у нее дома. Тогда еще был упомянут вампирель.

Точно, этот момент я помнил. Либо действительно от миссис Берроуз, либо бедную мамашку подвесили за ребра на крюк и, засунув паяльник в анус, начали пытать на предмет какого-нибудь ключевого события, которого я не мог забыть. И вот это я попал – разведуправление министерства обороны сантиментами не страдает, может и грохнуть в целях обеспечения национальной безопасности, и сказать, что так и было.

– Спасибо, сэр.

– В общем-то вопросов у меня к тебе особых нет. И не буду пороть чушь, что «я все знаю, колись», – он, усмехнувшись, спародировал интонации агентов.

– А о чем тогда разговор, сэр?

– О том, что теперь вас будем опекать мы.

– Опекать? Это как?

– Будете числиться, как потенциально отобранные кандидаты в РУМО, хотя миссис Берроуз эта идея и не понравилась, – не только ей. Мне эта идея тоже очень не понравилась, тем более проверку их магами я точно не пройду. – Кандидаты обычно отбираются после окончания «Торчвуда», так что или делать вас стипендиатами от нашей службы, либо еще что-нибудь, я пока не придумал. Все обвинения, которые вам собираются навесить федералы, снимаются, вам выносится благодарность от директора школы за смелость, решительность и прочие бла-бла-бла, хотя по уму надо вас поставить на четыре кости и примерно поиметь в извращенной форме.

– За что, сэр? – пытался я сыграть наивнячка.

– Глазки своей подружке будешь строить, – сказал Хенстридж. – Мне не надо. Я даже не буду спрашивать, откуда вы узнали о атаке демонов.

Ну вот, это уже я попал. А памятуя о том, что говорят об «Эквиноксе», я уже представил холодный блеск стали крюка, на который подвесят мое милое, только-только половозрелое тельце. Или они у них там бурые от засохшей крови?

– И только потому, что за тебя просила миссис Берроуз. А отодрать вас надо оттого, что вместо того, чтобы вызвать профессионалов, вы взялись за это дело сами. Не спорю, справились, но не просто и легко. Миссис Берроуз сказала, что у тебя дар предсказывать события, поэтому пытать тебя бесполезно, тем более потенциально ты представляешь из себя ценный актив как будущий боевой маг.

Ага, только вот я не вижу себя в этом качестве на службе иностранной разведке. Тем более, САСШ. Спасла, все-таки, на этот раз мама Холли. Кто бы мог подумать, что у нее есть такие знакомые?

– И одна просьба – в следующий раз, когда сработает твой «дар предвидения», – он усмехнулся, было понятно, что в эту часть рассказа он не поверил, – позвони по этому номеру и объясни суть дела.

Он положил на стол белый квадратик визитки с одним-единственным номером телефона.

– Хорошо, сэр, так и сделаю.

– Мы закончили. Вы свободны, мистер Хоуп, – Хенстридж открыл дверь.

А я внутренне поежился про себя. Каким бы приятелем он не был маме Холли, хоть ее половым партнером, он был человеком службы. И теперь я у них на карандаше в любом случае. Будут теперь под меня копать, выяснять подноготную. И теперь все зависит от того, сдаст меня семья Берроуз или нет, что они им скажут. Ведь только они знает мою истинную сущность, да еще частично миссис Джонсон, старая ведьма. Хотя, я думаю, у «Эквинокса» свои прикормленные демоны-информаторы тоже есть, застучат меня влет, я на любимый мозоль многим наступил. А там, как мне кажется, шпионы могут разыграть и многоходовку, это не полиция и ФБР. Ну ладно, живы будем – посмотрим.

А вот хранилище приезжие обнесли качественно. Причем сначала запустили туда каких-то совершенно странных паранормов, в черных очках, как у Слепого Пью. А потом оттуда начали выносить контейнеры высшей магической защиты, похожие на оружейные боксы, с желтой треугольной наклейкой с триглавом внутри, налепленной на боку – символом магической опасности. Причем эту хрень даже не складировали нигде, сразу выносили из школы, и, насколько я мог заметить, грузили в спецмашины и увозили. Предварительно оттирая от груза пускавших слюни экзорцистов и федералов, которых тоже бы хотелось там похозяйничать, но – вот пичалька-то – этот груз юридически принадлежал минобороны, а вояки никогда ни с кем не делятся.

Боумэн, наверное, в печали нажирался в хлам, видя, как потрошат его запасники, но сделать ничего не мог. Накосячил, наверняка натащил туда всякую неучтенку, вроде этого камня, а по документам провел левую инвентаризацию. А это ай-яй-яй. Хомячество у многих на высшем уровне, в оружейке одной конторы, куда случайно попал, кроме учтенного оружия была и неучтенная «Игла» и пара граников, явно не стоящих на балансе. Натащили из зоны боевых действий, но жаба не позволила сдать, да и начальству эта же жаба на голову села. Так и остались лежать, если комиссия случайно не нагрянула, хотя об этом обычно предупреждают. Так и здесь. Ну сам себе злобный Буратино, нужно было думать, что складировать в хранилище, да еще расположенном на месте индейского кладбища, куда без памперса и толпы экзорцистов лучше не ходить. Так что пусть его имеют как хотят, это его большой косяк.

Глава 24

Я лежал на кровати, и листал подкинутый Азией гримуар. Все равно делать было нечего – учебный процесс был парализован нахрен, пока у директора был половой процесс, и он грозил затянуться. Сейчас его долго и качественно дерут с самых верхов без бизнес-геля, он его не заслужил, а потом анальные кары пойдут по горизонтальной модели потребителей сексуальных услуг – по учителям и нашей братии. Ну только если Хенстридж сдержит свое обещание и подпишет нам амнистию, тогда еще ничего, легко отделаемся злобно-бессильным директором.

Ну а пока я ловил на себе злобное зырканье Макса – то ли завидует по поводу сомнительной славы, свалившейся мне на голову, то ли сожалеет, что сам со мной тогда не пошел, когда я звал его на замес.

Все мы были как бы под домашним арестом – учебы нет, библиотека и прочие местные услуги не работали, а в чипок не выйдешь – его оккупировали экзорцисты для беспробудного питья, мотивируя тем, что это выводит демонскую радиацию. Каким местом демоны радиоактивные – я не знал, ну фонит немного в радио и инфракрасном диапазонах, зато у святош есть законная отмаза нажраться.

Я набрал по смартфону Холли – ее уже выписали из медблока.

– Привет!

– Привет!

– Как ты?

– Да вроде нормально. Отошла.

– С тобой уже беседовали? – я покосился на Макса.

– Ты об этом? – поняла Холли мой намек. – Да, и мама звонила.

Понятно, только об этом она распространяться не хочет.

– Может так поговорим? – я тоже не был в восторге от ушей, торчащих в том числе и в моей комнате.

– Если бы. На квадрат сейчас не выйдешь, там народу много, – под квадратом она имела в виду тот внутренний садик внутри двора, этакое мега-патио. – А в город поездки отменены до «особого распоряжения».

Точно, никуда не выберешься, замуровали демоны, почти в полном смысле.

– Ну ладно, отдыхай. Увидимся позже, – и я отбил телефон.

Да, похоже на затишье перед бурей – для нас пока ничего не происходит, но позже, я думаю, начнется, к бабке не ходи. Когда директор наконец огребет феерических люлей и вся звиздобратия свалит отсюда к бениной матери, вот тогда будет разбор полетов. А пока вынужденные каникулы.

Что делать, когда нечего делать? Это как внезапно заболел гриппом – и хочется что-то сделать, и сопли бахромой с больным черепком. Только тут больше приступ дисциплинарного геморроя – прямо казарменное положение какое-то. Я покосился на свой шкаф, внутри которого был запрятан клыч. Вот только и его в руки не возьмешь, шкаф был опечатан Печатью Соломона. Видимо, комиссия отца Денисия и прочих резонно опасалась, что кому-нибудь моча в голову стукнет и он пойдет освобождать чипок от наглых магических хроников, которые мешают честному студенту затариться мороженым и колой, что в общем-то представляло проблему. Нет, кормить в столовке нас не переставали, но и разносолами не баловали тоже, все только вкусное, полезное и гастрономически и магически одобренное. Но найдите хотя бы одного школьника, которому раз в день не захочется шоколада, морожки или газировки? Я таких не встречал – молодой растущий организм требовал побаловать сосочки – вкусовые естественно, а не те что вы подумали, те и без шоколада обойдутся.

Я отложил в сторону смартфон с вампирским гримуаром, и нехотя поднялся с кровати.

– Пойду попробую размяться, дойти до кафешки. Тебе что-нибудь взять? – спросил я у Макса.

– Спрашиваешь… Всего набери, если удастся.

– Ну да, если экзики перестали отмечать день святого Уматенция.

В коридоре нашей общаги было немноголюдно. Нет, некоторые двери были открыты, из-за некоторых слышалось многоголосое ржание или звук гитары – прямо напомнило мне родную институтскую общагу. Народ изводил свободное время как мог, чтобы потом с новой силой наверстывать упущенное.

Я доплелся до входной двери, и толкнул ее.

– Куда? – ну вот, армейские порядки входят в моду. За дверью стоял молодой незнакомый мне учитель, проявляя рвение по отлову вышедших пошататься учеников.

– В кафешку, за водой.

– Десять минут, туда и обратно, – обведя меня взглядом с ног до головы ответил перподаватель. – По школе не шататься, задержат – больше не выпущу.

– Да понял я, понял… – вздохнул я. Армейщина продолжается.

Я отошел от него, вспоминая недавнюю стычку. Да, как раз вот здесь я прирезал лилим и избавил несчастного пса от необходимости ходить по адским сукам. Эх, скатиться бы сейчас по лестнице на пятой точке, но учителя закатают обратно в общагу… Да, все-таки с точки зрения мамаши Берроуз закатать нас сюда было большой ошибкой. Мне здесь как-то разонравилось, и довольно быстро.

Занятый этими мыслями, так я и оказался на первом этаже. Ну точно, зря я надеялся и ходил сюда, на двери кафешки висело объявление «закрыто», причем внутри через стеклянные двери было видно, как святые отцы заправляются святой водой. Такая злость взяла… Я аж кулаки сжал. Постоял немного, посмотрев на пьяные рыла, повернулся, и… чуть ли не сшиб с ног Хенстриджа.

– Мистер Хоуп?

– Здравствуйте, сэр.

– Не пускают? – он кивнул на закрытую дверь.

– Не пробовал, – посмотрел я на одну особенно пьяную слюнявую рожу с глазами в разные стороны. – Они уже достали пить. Или это входит в их программу изгнания бесов, чтобы те в испуге от них бежали, роняя кал? Пьяный экзорцист подобен торнадо.

– Да уж, – дернул щекой полковник. Похоже, это ему тоже не нравилось, по крайней мере от него пахло дорогим парфюмом, а не «Перегар от Бодунофф». – Пойдем.

Он решительно распахнул дверь, оглянувшись на меня. Завидев появление двух новых персонажей, экзики сначала было пришипились, но потом потихоньку-полегоньку продолжили свой разговор.

– Рози, – сказал полковник, обращаясь к скучающей за стойкой официантке, – дай молодому человеку все, что он захочет.

– Спасибо, сэр!

– Не за что, Томас.

Ну тут я оторвался по полной. Разумеется, насколько позволяли мои физические способности – с десяток баллонов с газировкой я не упру, да и не любил я ее особо. Кофе обойдусь. Но зато шоколадок, чипсов и прочих сладостей набрал от души, полные пакеты, даже мороженого прихватил. Ну, понеслось!

Обратно к себе я поднялся, слегка пошатываясь от натуги, стоуна три я точно упер. У Макса аж челюсть отвалилась, когда я чуть ли не рухнул с набитыми мешками в комнату.

– Неужели открыто?

– Мир не без добрых людей. Хватай хавчик. И зови весь класс, всем надоело на диете сидеть. Не под одеялом же это добро в одну харю жрать?

– Точно. Я мигом, – и Макс исчез за дверью.

В нашей комнате было негде яблоку упасть – вечеринка девятиклассников удалась, подумал я, набивая очередной пакет мусором. Зато и разговоров было много, в том числе и про самое основное событие, приведшее к таким неожиданным последствиям.

– Ну а нас что не позвал? – обиженно спросил Гарри.

– Ну и когда бы я это сделал? – сказал я. – Я сам испугался до усрачки, когда вышел в коридор, а там демон.

Ну разумеется, я выдал им откорректированную версию событий, слава богу, свидетелей не было, а артефакты наблюдения, как и видеокамеры, в коридорах тогда не стояли. Это теперь я чувствую, что все ими обвешают, кроме сортиров.

– Ну все равно, когда ты его изгнал, мог бы в дверь стукнуть, тогда бы мы их, – Гарри многозначительно ударил кулаком по ладони.

– Да как-то не допер, – слепил отмазку я.

Вот вас там только не хватало, без вводных и руководства вы бы там жертвами и оказались. Ну или преступниками. Это как те идиоты, которые при очередном случае насилия орут «Дайте нам оружие!». Типа якобы они с оружием могут пресечь какие-то там действия, ага, щаз. Половина перестреляет друг друга или случайных людей, половина падет от пуль неудачливых диванных стрелков. А тот, кто выживет – кого не замочит полиция, для которых любой со стволом преступник – и замочит злодея, тот сядет плотно и надолго. Так и здесь, бросить кучку школьников без вводной с криком «Мочи козлов!» – подставить их хорошо. Это у девчонок получилось замечательно, но они там групповое взаимодействие отрабатывают, запела одна ведьма – запели все, а пацаны как всегда, каждый сам по себе, и каждый герой… кверху дырой.

– И все равно, жаль, – дернул кольцо банки Гарри. – В следующий раз можешь на нас рассчитывать.

– Точно? – прищурился я. Ага, как же. Вон по злой недовольной роже Вилли видно, как могу. Главное, спиной не поворачиваться.

– Ну на меня точно, – кивнул Ник, с неописуемым блаженством на лице жуя «Хершиз», от которого меня передернуло. Не умеют они делать шоколад, по меткому выражению одного из экспертов, американский шоколад с «тонкими ароматами древесного вкуса, паленой резины и рвоты…» Ну правильно, издеваться над молоком с помощью липолиза, и делать из дешевого и плохого южноамериканского, а не африканского сырья – ничего удивительного. – У меня есть свое магическое оружие. Жаль, только сейчас под печатью. Я тебе потом покажу.

– Что за дивайс?

– Боевой рунный топор.

Я хмыкнул. Похоже не только я тут любитель холодняка.

– Да тут у каждого свое есть, ну или почти, – озвучил общее мнение Макс. Хм, интересно, а я ведь не знаю, какое у него. Надо будет выяснить.

– Если не будешь спать, как тогда, – подколол его я.

– Ну я думал, ты как всегда глумишься, – попытался оправдаться он. – Или травы дунул.

– Не балуюсь, ты же знаешь.

– У нас грибочками накидывались, – аж закатил глаза Гарри. – Мухоморовка – сильная вещь.

– Ну-ну, – хмыкнул я, вспомнив еще одного любителя мухоморов, который, правда, принял участие в игре «Забей демона молотками».

– Не веришь? Дед на самогоне ставил, сразу с ног сбивает, и глюки, глюки потом… Разноцветные.

Ну вот, еще один наркоман нарисовался, надо их потом с Оливером свести, будут обсуждать достоинства шляпок и ножек, с чего лучше штырит.

– Как твоего деда АТФ не загребли, – резонно заметил я.

– А он «муншайн» для себя гнал, не на продажу. И настойки всякие хитрые делал, и меня учил.

– Это точно, – подтвердил Ник. – У него всегда было по зельеварению «А».

Опа! Возьмем на заметку. Будет нам погребень-траву варить, если что. Вот такой вот минус изоляции – узнаешь о вроде бы знакомых людях что-то новое.

– Эх, хорошо, – с сожалением произнес Гарри, сделав последний глоток колы и смяв банку в кулаке. Когда уже эти алкоголики уедут, чтобы нас туда начали пускать?

– Что, не переживешь без шипучки? – поддел его я.

– Пережить-то переживу, но эти чернорясые тут устроили алкомарафон. А потом, нажравшись, ходят по школе, суют свой нос, куда не попадя, и баб за жопы щиплют, сам видел.

– Жопы – это непорядок, – сказал я. – Как мы можем вернуть себе кафешку, выперев оттуда алканавтов?

– Да никак, пока тут все не выжрут, не уедут. Хотя…

Мы с Гарри переглянулись, не сговариваясь.

– Кто за то, чтобы вернуть себе кафешку? – Гарри первым поднял руку.

Его жест повторили все, даже Вилли, который немного поколебался, но затем тоже присоединился.

– Итак, как можно выгнать отсюда экзорцистов, не прибегая к насилию? Мозговой штурм открыт!

– Ну не с помощью магии, – сказал Вилли. – Они как маги сильнее или равные нам, наверное, четверочки.

– То-то они бухают так, что их подопечным чертям тошно. Вся магия, наверное, уходит на поддержание целостности печенки, – хмыкнул Ник.

– Может и так, но прямое покушение на экзорциста с помощью магии отпадает. Равно и причинение ему какого-либо вреда, – сказал Вилли.

– Может, вызовем им суккубов, чтобы они их до смерти затрахали? – предложил один из одноклассников.

– Ты сам понял, что сказал? – скептически хмыкнул Вилли. – Заставишь суккубов хапнуть их сморщенные висяки? Кто с виски дружен, тому хрен не нужен. А последствия в виде разборок и расследования ударит по нам, и тогда эта святая звиздобратия отсюда еще пару недель не уедет.

– Артефакты тоже отпадают, – сказал я. – Они их могут видеть магическим взором, и к тому же сразу почувствуют попытку воздействия. Смотри сказанное выше.

– Верно, – подтвердил Макс. – Это здесь не прокатит.

– Заснять их священное времяпровождение и потом слить в сеть? – сказал кто-то.

– Заметят, а потом опять разборка будет. И жесткая.

– Надо лишить их бухла…

– Кража со взломом, куда не кинь.

– А сделать так, чтобы они пить не захотели? – сказал Гарри.

– И как ты это представляешь? – заинтересовался я.

– Ну есть одно снадобье… Дедовский рецепт.

– Влить не получится, – вздохнул я.

– А и не надо. Оно может работать и в газообразном состоянии. Причем достаточно совсем немного вылить на пол…

– Это можно устроить, щели там между дверьми большие, палец можно просунуть. Что оно делает?

– Да типа антабуса, – сказал Гарри. – С бухлом придется завязать надолго, это зачотная вещь. Блевать потянет, да и донышко пробьет, с очка не слезут. Ну само собой и головка бо-бо, и страх смерти, как при абстяке.

– Сварить можешь?

– Сварить-то могу, было бы из чего…

– Давай рецепт пиши! – сказал я. – Поскребем по сусекам, может чего и найдем…

– Большая аптечка зельевара пойдет? – Марко, взяв один из чипсов перед тем как отправить его в рот изучал на просвет под лампой.

– У тебя есть?

– У меня все есть, но не для всех, – захрустел чипсом Марко. – Для вас – найдем.

У меня застрял в горле резонный вопрос – а на хрена она тебе? Хотя видимо Марко решил подстраховаться, а имея хорошие бабки можно и накупить на всякий случай, шоб було.

– Ладно. Сами этой хренью не потравимся?

– Он абсолютно безопасна. Если, конечно, стольничек не накатить. Вот тогда да, – сказал Гарри.

– Ну пьющих тут нет. Что тебе еще нужно для варки?

– Ничего. У меня вся посуда с собой, по крайней мере, для этого.

– Благословляю вас, дети мои! – сказал я гнусавым голосом, подражая экзорцистам.

– Вечерком сделаем. А пока – отрываемся!

Я крался по полутемному залу, стараясь не попасться на глаза кому бы то ни было. Все прошло как по маслу, и к часу ночи еще теплый раствор был уже у меня. Как распылить его, не прибегая к магии и без особого труда? Ну тут уже было дело школьного западлостроения, в которым я был мастак. Вспомнил детство – к найденному у кого-то шприцу приделал кусок стержня от ручки с выбитым шариком в наконечнике. Лучше бы конечно была спринцовка, но идти в медблок и ее тырить было целым делом, к тому же была опасность, что она окажется как раз в том месте, для которого и предназначена.

– Это будет работать? – спросил Макс, разглядывая плод моих очумелых ручек.

Вместо ответа я набрал в шприц воды, и под смех присутствующих пустил струйку точно в лоб Максу, заставив его зажмуриться от брызг.