Текст книги ""Фантастика 2026-10". Компиляция. Книги 1-35 (СИ)"

Автор книги: Ник Фабер

Соавторы: Алексей Губарев,Евгений Юллем,Виктория Побединская,Александр Сорокин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 116 (всего у книги 342 страниц)

Глава 15

Первая мысль – это не аукционный дом. Это грёбаный музей.

Принадлежащий княжескому роду Филатовых Аукцион располагался в самом центре города и совмещал в себе аукционный дом, хранилище и выставочный комплекс для редких экспонатов. При этом, как объяснил мне Лазарев, работали они исключительно с магическими артефактами и дорогими предметами искусства. Вследствие чего и охрана тут была, мягко говоря, лютая. На одном только входе стояли шестеро матёрого вида охранников. Зверского вида рожи. Бронежилеты. Какие-то короткие автоматы, висящие на ремнях. Ну и вид такой, что злить их не хотелось абсолютно.

Рядом с охранниками находились еще двое. Темные костюмы и значки Российского магического общества на лацканах. Ого! Ещё и магическую охрану наняли. Солидно. Учитывая эксклюзивность здешнего магического искусства, стоимость такой охраны, к тому же еще и лицензированной, насколько мне известно, была заоблачной. По спине привычно пробежал холодок, когда нас быстро просканировали взглядами и, кивнув, разрешили пройти.

Внутри нас встретил огромного размера выставочный зал. Именно здесь и проходила большая часть приёмов и аукционов. Естественно, что далеко не для простых смертных. На подобные мероприятия допускались лишь аристократы, да и то, как мне сказал Лазарев, далеко не все. Всё же ассортимент представленных лотов на торгах предполагал необходимость наличия огромного количества денег.

– Подожди пока здесь, – сказал Лазарев. – Без специального пропуска тебя дальше этого зала всё равно не пустят. Даже со мной. Так что я схожу за Изабеллой и вернусь.

– Да не вопрос, – хмыкнул, разглядывая находящиеся под стеклянными витринами предметы.

– И не вздумай тут что-то руками трогать, – напоследок пригрозил он мне. – Сломаешь – отдуваться будешь сам. И, скорее всего, до конца жизни.

– Как скажешь, начальник. – Я ещё шутливо козырнул ему двумя пальцами, на что Лазарев лишь закатил глаза и пошёл в дальнюю часть зала.

Ну а я… нет, ну а что? Я пошёл глазеть. Когда ещё такая возможность представится? Тем более что глаза разбегаются от такого богатства. Выложенные под толстым стеклом артефакты размещались на подставках или специальных подложках из чёрного бархата. И при этом все были разные. Какие-то выглядели странно и непонятно. Другие же, вообще, казались самыми обычными бытовыми предметами.

Рубинового цвета кристалл в виде неровного шара покоился на золотой подставке. При этом внутри него словно клубился чёрный туман. Согласно табличке, он мог воздействовать на окружающую реальность, подменяя её иллюзиями по желанию владельца.

Вырезанная из дерева маска, дающая своему владельцу нечеловеческую силу и буквально звериную ловкость. Но и цена за использование неслабая. Штука питалась жизненной энергией своего владельца.

Или вот, например, простое на вид кольцо. На карточке надпись, будто оно даёт владельцу абсолютную память, но побочные свойства не изучены.

И так везде. Десятки, если не сотни самых разнообразных предметов со своими краткими пояснениями и описаниями. А вот цен, разумеется, нигде не было. Хотя не надо быть гением, чтобы понять: стоят они буквально как крыло от самолёта. Оборот магических предметов в этом мире жестко регламентировался и регулировался. Хотя бы потому, что каждая такая штука могла считаться чуть ли не полноценным оружием.

Так что там, где высокий спрос, там и высокая цена. Это если не вспоминать об их уникальности. И вот именно в уникальности некоторых образцов крылась одна из тайн этого мира.

Как минимум две трети артефактов, что лежали на витринах предо мной, имели рядом с поясняющей табличкой приписку, что данный предмет – работа альфарских мастеров артефакторики.

Фишка в том, что люди были отнюдь не единственными разумными существами этого мира. До определённого момента на поверхности этого мира жили аж целых три расы, из которых на сегодняшний день остались всего две. Люди и, соответственно, альфары. Ну или просто альфы, как их сейчас в основном называли.

И именно альфы повинны в том, какой вид в итоге приобрёл этот мир. На самом деле этот момент я знал не очень хорошо. То есть историей, в особенности такой древней, я интересовался исключительно из разряда «о, прикольно!». Всё. Других проблем хватало. Но кое-какие основные моменты я всё же знал.

Около двух тысяч лет назад именно альфы дали людям магический дар. Наделили их тем, что впоследствии назвали Регалиями и Реликвиями. Им потребовалась помощь в войне, и они нашли выход в том, чтобы дать силу тем, кто ею не обладал.

Естественно, что силу эту получили далеко не все, а лишь избранные. Именно от них идёт родословная аристократических семей, родов и кланов.

Да только вот вряд ли альфары ожидали, что люди со временем расплодятся настолько, что постепенно заполнят собой всю планету. А вот сами альфары, что удивительно, постепенно вырождались. В итоге сейчас эти ребята живут в обособленных и закрытых анклавах. Доступа туда у людей практически нет. Пускают лишь очень немногих. Тех, кто каким-то невероятным образом смог получить такое дозволение. О том, как живут альфы, тоже мало что известно. Вот такие вот пироги.

А, нет. Всё же есть кое-что. Артефакты.

Альфы продолжали изготавливать их и продавать людям. И обычным, созданным человеческими руками подделкам до их творений было, как до Китая раком. Взять хотя бы то, что созданные людьми магические предметы имели свой лимит использований. То есть использовать их можно было ограниченное количество раз. А вот артефакты, созданные руками альфов, могли использоваться практически неограниченное количество раз. Да и по своим возможностям, как правило, человеческие они превосходили кратно.

Такая вот история. И сейчас прямо предо мной лежали творения этих ребят.

Глянув на часы, понял, что Лазарева нет уже минут десять. Где он там застрял? В голове возникла глупая мысль позвонить ему и поторопить, но я тут же выкинул её из головы. Не тот у меня калибр, чтобы торопить такого человека. Пока что.

Пытаясь убить время, я пошёл по залу в обход, рассматривая витрины и лежащие в них предметы. И чем дальше, тем более любопытными они были. У некоторых даже описание отсутствовало. Вот, скажите мне, пожалуйста, что может делать лежащий на черной бархатной подушке рыцарский шлем? Или пара кожаных ошейников, украшенных рубинами? Нет, серьёзно! И как это покупать-то без малейшего объяснения? Хотя, наверное, на аукционе покупателям расскажут.

Тут я почувствовал что-то странное. Будто зацепился за чужие эмоции. Огляделся, но людей в пределах видимости не было. Зал был пуст. Ну, не совсем, конечно. У выхода и по краям стояли несколько охранников, но их я в расчет не брал. Стояли и наблюдали за обстановкой, будто сторожевые псы.

А я чувствовал иное. Сложно описать словами. Будто ощущаешь одновременно веселье ребёнка и грусть умудрённого жизнью старика. При этом совсем близко. Заинтригованный, я пошёл мимо витрин, пытаясь локализовать, откуда именно шли эмоции, пока не остановился прямо перед одной из них.

Внутри, скрытый за прозрачным толстым стеклом, на подставке из серебристого металла стоял вытянутый кристалл тёмно-фиолетового оттенка. Сантиметров тридцать длиной, он покоился на подставке. При этом одна из его сторон имела абсолютно плоский вид и лишена выделяющихся граней. Да и выглядела так, словно кто-то разрубил изначально целый камень на две половины.

Подойдя ближе, я поискал глазами какую-нибудь табличку или карточку с описанием, но так ничего и не нашёл. Странный предмет будто переливался изнутри, постепенно меняя оттенок с яркого на более тёмный и обратно. И с каждым изменением цвета менялись и его эмоции. Словно за стеклом находилось живое существо…

– Завораживает, ведь так? – неожиданно спросил весёлый голос у меня за спиной.

Я резко обернулся… и замер.

Высокий, под метр девяносто, стройный молодой парень. На вид лет восемнадцать, может, двадцать. Он смотрел на меня сапфировыми глазами. Бледная, почти мраморная кожа. Длинные, цвета платины волосы и уши с чуть вытянутыми кончиками.

Если бы мне кто-то сказал, что я увижу одного из них, то, наверное, я бы посмеялся. Вот так вот взять и встретить одного из альфаров. А если бы кто-то добавил, что он будет одет в потёртые дырявые джинсы, майку с изображением какой-то рок-группы и что-то вроде домашнего халата, я бы поверил ещё меньше.

Тем не менее вот он. Стоит и улыбается.

Заметив моё замешательство, альф улыбнулся ещё сильнее и указал на укрытый в стеклянном коробе кристалл.

– Красивая штука, – кивнул я, взяв себя в руки. – Что это?

– Обрал. Кристаллическое вместилище, – произнёс альф. – Творение моих предков. Если говорить вашим языком, то это что-то вроде вместилища для души. Как флешка, короче.

– Флешка? Для души? – искренне удивился я, не понимая до конца, шутит он или нет. Вновь посмотрел на кристалл.

Нет, учитывая тот факт, что как бы вторую жизнь живу, поверить в существование такой концепции, как душа, становится не так уж и сложно. Но вот чтобы её можно было заключить во флеш… в предмет?

– Если эта штука хранит в себе чью-то душу, то разве стоит держать её здесь? – задал риторический вопрос, чем вызвал у альфа ещё одну короткую улыбку.

– Да забей, – махнул он рукой, – он сейчас пуст. Тем более что это только половина вместилища. Без второй половины им всё равно невозможно воспользоваться.

Ну допустим. Но вот в то, что он пуст, я не поверил ни на мгновение. Взять хотя бы эмоции, что исходили из камня. Даже сейчас они…

Резко повернувшись обратно к витрине, я уставился на камень. Что за чертовщина? Теперь он выглядел как самый обычный кусок прозрачного фиолетового стекла. Вот вообще ничем не выделялся. Ни эмоций. Ни клубящегося тумана внутри, переливающегося разными оттенками. Даже грани его, казалось, перестали играть на свету.

– А вот это интересно, – протянул стоящий за моей спиной альф. – Знаешь, а ты любопытный парень…

Я несколько раз моргнул, убеждая себя в том, что мне это не привиделось. Или нет? Может, ошибся? Хотел было спросить насчёт случившегося, но когда повернулся, то альфа рядом уже не было. Зато заметил идущего в мою сторону Лазарева в компании высокой фигуристой брюнетки.

– Надеюсь, ты ещё ничего не успел сломать? – наполовину пошутил Лазарев.

– Очень смешно, – скорчил я «весёлое» лицо. – Слушай, меня либо глючит, либо я только что говорил с альфом. Да только вот…

– Дайте угадаю, – с весельем в голосе спросила брюнетка. – В халате, тапочках и футболке «Гигаволка»?

– Гига чего?

– Да какая-то новая рок-группа. Лар в последнее время подсел на их музыку, – весело хмыкнула брюнетка и добавила. – Он исчез, да?

– Видимо, такое тут часто происходит, – сделал резонный вывод, чем заработал ещё одну тёплую улыбку от, видимо, нашей будущей клиентки.

– Достопочтенный Ларфорриал часто так делает, – пояснила она. – Не любит тратить время на ходьбу, так что просто перемещается с одного места на другое. Говорит, что так меньше времени впустую уходит.

– Слушайте, а откуда он тут вообще? Я думал, что эти ребята живут в своих анклавах и ушей оттуда не показывают.

– Александр, мы тут не для твоих вопросов, – попытался осадить меня Лазарев, но брюнетка тут же вмешалась.

– Всё в порядке, Рома. Да, в основном это так, – менторским тоном произнесла она. – Но порой молодые альфы выходит в большой мир. В последнее время всё чаще. Видимо, десятилетия жизни в закрытых общинах им наскучивают.

– Десятилетия? – не скрывая скепсиса, поинтересовался я, припомнив, что этот альф выглядел, как парень лет двадцати

– Достопочтенному Ларфорриалу всего чуть меньше трёх сотен лет, – пожала она плечами. – По их меркам это всё равно что подросток.

Мда-а-а. Чтоб я так жил, как говорится.

– Если ты закончил с глупыми вопросами, то, может, займемся делом? – немного раздражённо поинтересовался Лазарев, очевидно, недовольный тем, что мы время на всякие глупости тратим. – Изабелла, есть ли у тебя…

– О да, – мгновенно поняла она его. – Здесь есть хороший ресторан с отдельными кабинетами. Там мы сможем поговорить. Обычно я предлагаю пообщаться в моём кабинете, но, боюсь, в данный момент это не лучшая идея.

Так мы и поступили и спустя двадцать минут сидели в дорого обставленном отдельном кабинете ресторана.

Итак. Изабелла Димитрова. До брака носила фамилию Калинина. Двадцать восемь лет. Простолюдинка и к аристократии до недавнего замужества отношения не имела. В целом, если не брать в расчёт её внешность, которая, к слову, была просто восхитительной, девушка она интересная. Досрочно окончила Имперский университет по специальности магическая артефакторика и альфарская история. Блин. Слушая её рассказ о себе и попутно читая переданную мне Лазаревым папку, я едва сдерживался, чтобы не присвистнуть. Всего двадцать восемь лет! А она не только закончила престижнейший университет в Империи по этим направлениям, так еще и написала и защитила по меньшей мере четыре диссертации.

Короче, девчонка-бриллиант. Гений. Понятно, почему её взяли сюда на работу. Таких специалистов ещё поискать надо, и их с руками отрывают.

Именно на одном из аукционов, устроенных княжеской четой Филатовых, Изабелла и познакомилась со своим будущим мужем – бароном Анатолием Димитровым. Только вот «счастливый брак» продлился недолго. Всего восемь месяцев прошло до момента, как утром Анатолия нашли мёртвым в его же собственном кабинете.

– Не знаю, что ещё могу вам рассказать, – произнесла Изабелла, глядя на стол перед собой. – Я нашла мужа в его же кабинете утром. Вечером он был там. Говорил, что хочет поработать подольше. Анатолий часто так делал. Засиживался за рабочим столом с вечера и до поздней ночи. Я принесла ему вина. Мы немного поговорили, и я ушла.

Эх, вот что хорошо – так это то, что она не аристократка. Ну или не потомственная. Не знаю. До сих пор не смог разобраться, как именно это работает. Главное, что я мог спокойно читать её эмоции. И сейчас чувствовалось, что она говорит искренне.

Вообще, каждое её слово о муже отдавало тоской и любовью. Такой очень глубокой привязанностью, какая только может возникнуть между мужчиной и женщиной, решившими связать свои судьбы узами брака.

Тем не менее я хотел знать больше. Я всегда хочу знать больше.

– Здесь сказано, что причина смерти – сердечный приступ, – указал на бумаги. – Были ли какие-нибудь…

Изабелла замотала головой.

– Нет-нет, что вы! Какой приступ⁈ Ему было всего тридцать шесть и железное здоровье.

– Но медицинское заключение…

– Саша, давай чуть позже, – перебил меня Лазарев. – Изабелла, ты сказала, что его сестра обвинила тебя в его смерти.

– Да, – кивнула она.

– Почему?

– Если бы я знала, Рома. У нас с ней никогда… наши с ней отношения нельзя назвать тёплыми. Даже дружескими. Но мы не были врагами. Я не знаю, с чего она могла так подумать…

Опаньки. Я даже вскинулся, едва только услышал её ответ. И нет, дело не в нём, а в том, что я почувствовал.

– Вы врёте, – уверенно сказал я, глядя ей в глаза.

Глава 16

– Саша! – уже резче попробовал одернуть меня Лазарев. – Изабелла не станет врать. Ей нет смысла…

– Слушай, я понятия не имею, какие у вас с ней отношения, – перебил его, – но сейчас она соврала. Изабелла, в чём причина?

Да, жёстко. Но, как я уже сказал Лазареву, защищать убийцу я не стану. И лучше прояснить все скользкие моменты именно сейчас, чем потом очертя голову пытаться вылезти из этого дьявольского котла.

– Мы поругались, – наконец произнесла девушка. – С Анатолием, я имею в виду. И Елизавета об этом узнала.

– Что? Ты не говорила этого. – Кажется, Лазарев был удивлён. – В каком смысле поругались? Из-за чего именно?

Изабелла замялась. Мне даже читать её эмоции не надо было, чтобы понять. Вспоминать это ей тяжело и больно. И так по глазам всё видно.

– Я предлагала продать несколько артефактов из его коллекции, – наконец произнесла она, а затем продолжила, но уже куда тише: – У нас были долги. Крупные.

Быстрый взгляд на Лазарева. Тот лишь пожал плечами. Видимо, он и об этом ничего не знал.

– Что за долги? – спросил он.

– Карточные, – тяжело произнесла Изабелла, обхватив пальцами чашку с кофе. – Его отец… в общем, он был очень и очень азартным человеком. И очень много играл. Я сама об этом узнала уже после свадьбы. Анатолий… то есть его род должен были деньги. Довольно много денег.

– Сколько? – требовательно спросил Лазарев.

– Восемнадцать с половиной миллионов.

Я едва собственным чаем не поперхнулся. Это каким надо быть идиотом, чтобы проиграть такие деньги⁈

– И когда отец умер, то вместе с титулом все долги перешли Анатолию, так? – спросил Роман, и Изабелла кивнула.

– Верно.

– И? Кому именно вы были должны?

Ответила она не сразу. Прошло почти пятнадцать или двадцать секунд, прежде чем Изабелла наконец назвала имя.

– Графу Браницкому.

Лазарев тихо выругался. Я же недоумевающе посмотрел на него.

– В чём дело?

– Браницкий… тот ещё фрукт, – отделался он коротким ответом и скривился. – Этот умеет стребовать то, что сочтёт своим.

– Всё настолько плохо?

– Даже хуже, – вздохнул Лазарев и посмотрел на Изабеллу. – Ты говорила, что вы с Анатолием поругались. В чём именно была причина ссоры?

– Браницкий предлагал в качестве оплаты долга продать ему часть коллекции артефактов, которая была у Анатолия и его семьи. Сказал, что готов закрыть долг и даже доплатить сверху, если мы согласимся.

– Но Анатолий был против, так? – спросил Лазарев, и Изабелла кивнула.

– Да. Говорил, что это наследие его семьи. И отказывался. Я же пыталась убедить его, что это шанс покончить с долгами и наконец жить спокойно. Мы с ним оба были упертые. Слово за слово, и вот мы уже стоим в его кабинете и ругаемся. Один из слуг, наверно, слышал нас и рассказал всё его сестре.

– Я так понимаю, что первой в списке наследования идете именно вы? – решил уточнить на всякий случай.

– Да. Всё имущество, как и титул, перейдет ко мне. Так указано в завещании Анатолия…

– Он завещал тебе всё? – уточнил Лазарев, на что получил еще один кивок.

– Да. В прошлом месяце он рассказал, что написал это завещание ещё несколько недель назад. Он не говорил, почему решил так сделать. Просто в один из вечеров сказал мне, что сделал это. И теперь его сестра заявляет, что я избавилась от мужа, чтобы продать коллекцию и заполучить себе всё имущество семьи и титул…

На последних словах у неё выступили слёзы. А я почувствовал себя придурком за то, что собирался сделать дальше. Понимаю, что это жестоко, но я должен был убедится.

– Изабелла, простите мне мой вопрос, но я не могу не спросить, – произнёс как можно более мягче. – Скажите, зачем вы убили вашего мужа?

* * *

В машине стояла тишина. О, а ещё у меня лицо болело.

Мы ехали обратно в фирму и молчали. Правда, недолго. Лазарева хватило где-то минут на пять.

– Какого дьявола ты там устроил⁈

– А, по-твоему, я не должен был задать этот вопрос?

– Она потеряла любимого мужа, а ты её в глаза спросил, не она ли его убила, – почти сквозь зубы процедил Лазарев. – Это… нет, знаешь что? Даже спрашивать не буду. Я взял тебя с собой не для того, чтобы ты причинял боль Изабелле своими тупыми вопросами.

– Ага, – отозвался я. – Знаешь что? Ты прав. Потому, что спросить это должен был ты.

– Что?

– Что слышал…

– Не зарывайся, Рахманов, – пригрозил он мне.

– А ты не тупи, – не стал отступать. – Слушай, я понятия не имею, какие именно отношения вас с ней связывали, но даже ежу понятно, что там всё сложно. Сложно настолько, что ты не сделал того, что должен был сделать сразу же, как только её увидел. Любой адвокат на твоём месте задал бы этот вопрос. Должен был задать!

– Я не «любой адвокат»! – практически рявкнул Лазарев, и пусть я не мог чувствовать его эмоции, одного вида было достаточно, чтобы понять: он взбешен. Реально взбешён.

И? Что мне на это ответить? Я не мог не спросить. Тем более в ситуации, когда способен был почувствовать, солжёт ли она. Особенно после того как Изабелла один раз уже соврала.

И вот что странно. Когда я спросил её, эмоциональной фон… нет, он не исчез. Она влепила мне пощёчину, что называется, от всего сердца. Но вот её эмоции… что-то странное. Я ощущал её злость от услышанного, но не ощутил обиды. Любой человек на её месте вспыхнул бы от подобного обвинения, но не она. Не было возмущения или чувства оскорблённости, как отреагировал бы другой человек на её месте. И в то же самое время я не ощутил фальши.

Странно, короче.

– Так что?

– Что «что»? – переспросил Лазарев.

– Я возвращаюсь к себе в отдел ждать следующее бесплатное дело?

Ох, я прямо по глазам вижу, что ему, вероятно, хотелось бы поступить именно так.

– Нет, – наконец сказал он. – Не возвращаешься. Продолжаешь работать со мной над этим.

Хм, а вот это уже любопытно. Я буквально в душу плюнул, очевидно, дорогой для него женщине, а он это проглотил… или нет, не проглотил? Может быть, из-за его спора с дружками у него нет выхода. Но Лазарев же сам говорил, что там все завязано на деньгах. А учитывая этого щёголя, я ни за что не поверю, что дело в какой-то безумной сумме, которую не сможет поднять один из очень и очень богатых графских родов.

Тогда что?

– Дело ведь не только в деньгах? – спросил я его через несколько минут прошедшей в тишине поездки.

– Ты о чём?

– О вашем веселом развлечении насчет стажеров.

Лазарев бросил взгляд вперед. Щиток между пассажирским салоном и водителем был поднят, и мы находились с ним буквально наедине.

– Нет, – выдохнул он. – Не только в деньгах.

И замолчал. Блин, ну чё так сложно-то всё?

– Продолжение будет?

– А с чего ты взял, что тебя оно касается? – получил я в ответ резонный вопрос.

– Ну не знаю, может быть, с того, что это с твоей подачи я участвую в этих ваших «собачьих бегах»? Нет?

– Справедливо, – через пару секунд кивнул Лазарев. Не мне, скорее, собственным мыслям. – Один из нас четверых должен стать управляющим партнёром в фирме.

Хотел присвистнуть, да вовремя себе язык прикусил.

– Наравне с твоим отцом и Райновским? Или…

– Нет, не именным. Такое ещё заслужить надо. Но место управляющего партнёра наравне с ними – это прямой путь туда.

– Забавно, конечно, оно у вас. – Как говорится, все равны, но некоторые равнее, хотя чего я удивляюсь. В моём прошлом всё было практически так же.

– Я бы на твоём месте был поосторожнее со словами. – Лазарев выглядел весьма недовольным моей репликой. – Я могу спускать тебе с рук твою дурацкую манеру общения, но не грубость в отношении моей семьи.

– Да я и не думал грубить. Только не понимаю, как победа в этом дурацком соревновании поможет одному из вас занять эту должность?

– Отец поставил условие. Место получит тот, кого единогласно поддержат остальные. А у нас общение, как у ядовитых пауков, которых в тесной банке заперли. Вот мы и решили выйти из ситуации таким вот способом.

– Да ты прикидываешься? Что это за бред⁈

– За языком следи!

– Да какой к чёрту язык. – У меня натурально челюсть готова была упасть. – Вы поставили такое решение на откуп какой-то дурацкой игре…

Стоп!

– Так понимаю, что о честном противостоянии речи быть не может, так?

– Правильно понимаешь. – Лазарев достал телефон и глянул на экран. – Друг против друга мы выступать не можем. Слишком уж заметные фигуры. А вот использовать вас в качестве пешек – другое дело.

Хотелось хлопнуть себя по лицу рукой. Это уже не собачьи бега. Это какой-то идиотский бойцовский клуб.

– То есть мы, по сути, ваш способ сразиться друг с другом. И что? Если один победит, то остальные сложат лапки и поддержат его назначение?

– Мы заключили договор, – пожал плечами Лазарев. – И нет. Бороться никто из нас не перестанет. Просто один из нас получит фору и встанет на ступеньку повыше.

Реально ведь банка с пауками. И вот в это я влез? Хотя… костюм-то был отличный. Да и новая квартира у нас с Ксюшей тоже хорошая. Есть свои плюшки. Тем более что я собирался подняться. А сделать это за счёт Лазарева будет куда проще. С какой-то стороны можно даже сказать, что я собираюсь его использовать. Ну и что? Такова жизнь. Он использует меня, а я его.

– Ладно. С чего начнём?

– С того, что ты соберёшь все материалы по этому делу. Это первое. – Лазарев показал мне руку и загнул один палец. – Второе. Назначишь встречу с офицером полиции, который занимается этим делом. Я хочу, чтобы ты получил показания всех слуг из дома Димитрова. Всё это должно быть у меня на столе к завтрашнему утру.

Угу. То есть сон на сегодня откладывался. Кто бы сомневался.

– А ты?

– А я хочу поговорить с Браницким.

На том и порешили. План работы на два дня ясен…

* * *

Два дня коту под хвост!

– Кто так бьет! А⁈ Даже моя больная артритом бабка бьёт сильнее!

Ну ладно. Преувеличил немного. Не совсем уж прямо впустую время потратил.

– Серьёзно? И это с такой мотивацией ты решил, что сможешь стать сильнее? Да ёпт, что это было? Удар? Да ты этим даже третьеклашек не напугаешь!

Я смог быстро организовать все документы по делу. Пришлось, правда, попросить Марину о помощи в паре процедур, но там быстро всё решилось.

А вот с полицией вышел затык…

– Господи, какое убожество. Нет, Саша, это даже хуже, чем я думал…

Я с чувством и от души врезал по груше, и та лениво качнулась в сторону. И ведь нормальный удар. Чё ему не нравится? Моя вина, что эти идиоты тут в груши цемент закладывают? Я уже минут двадцать её луплю. Пальцев не чувствую. А этому извергу всё не нравится.

Руслан стоял сбоку, одетый в тренировочный костюм, и следил за моей «тренировкой». Я всё же выбрался с работы пораньше и пошел в зал. Как раз выдали аванс, и я решил вопрос с оплатой.

И первое, чего от меня потребовал этот громила, – стоять и лупить грушу. Двадцать минут. Нафига? На резонный вопрос получил ответ – посмотреть, из чего я сделан. И как, спрашивается, он собрался это проверять?

Ещё раз ударил грушу. Так, как привык за эту жизнь. И, что характерно, раньше меня это спасало. Бей быстро. Бей незаметно. Прямо по яйцам или в челюсть. Так, чтобы было время удрать. А что? Я не рыцарь или мастер кунг-фу, чтобы голыми руками всех раскидывать. Всегда являлся приверженцем пословицы про то, что быстрые ноги… ну в общем, они не боятся.

В конечном итоге раздражение и разбитые о грушу костяшки заставили меня задать вопрос.

– Рус, вот нифига всё это?

– Затем, что я так сказал, – получил ожидаемый ответ. – Не нравится…

– Могу идти на хрен, – вздохнул я. – Да-да, помню.

– Вот и хорошо, что помнишь.

По какой-то причине этот увалень решил, что будет сам меня тренировать… так я думал поначалу. Точнее, не так. Первой мыслью было то, что он просто попробует задолбать меня так, чтобы я свалил и больше тут не появлялся. Ему работы меньше. Тем более что я уже заплатил ему за три месяца. Все в профите, как говорится.

Оказалось, что я ошибся. Руслан, ну или же Рус, как он сказал к нему обращаться, был тут главным и единственным тренером. Ну за исключением его зама, которого я ещё ни разу не видел.

– Ладно, – сжалился он. – Хватит. Не мучай грушу. Ей и так от одного твоего вида тошно.

– Знаешь, я даже говорить не стану о том, что это просто груша.

– Вот и не говори. Она ещё обидится, тогда тебе вообще абзац, – начал он меня стращать. – Короче. Вывод я делаю такой. Тюфяк без какого-либо потенциала…

– Ну спасибо, блин.

– Я не договорил, – рявкнул он. – Не переживай. Надежда есть. Я тут и не таких исправлял.

– Исправлял? Ты точно не хотел сказать «ломал»?

– Сам решишь, – усмехнулся он, сложив мускулистые руки на широкой груди. – Короче, Саня. Будем делать из обезьяны бойца.

– Может, человека?

– Ты сюда пришёл за тем, чтобы стать человеком?

– Справедливо.

– Вот и не перебивай меня. Итак. Будешь заниматься тут каждый вечер с понедельника по пятницу…

– Рус, у меня работа вообще-то.

– А мне начхать, – отмахнулся он. – Значит, будешь приходит после работы. Наше расписание ты видел.

– Видел, но…

– Не нравится?

– Хрен с тобой. Всё, молчу.

– Дальше. Я составлю тебе план тренировок и диету. Следуешь им. Если во втором случае возможны послабления, то от первого отступать нельзя не на шаг. Делаешь всё так, как тебе сказано.

– И что? Тогда стану таким же напыщенным качком, как и ты?

– Ты хотел сказать божественным вместилищем силы и красоты? – уточнил он и показушно чмокнул свой накаченный бицепс. – Не, даже и не мечтай. Но гарантирую, что если тут не сдохнешь, то сможешь постоять за себя.

Я так-то и без этого могу. Но поди попробуй докажи это ему.

– Ну хоть так, – вздохнул я.

– Только так. И ещё кое-что, – произнес он, а его голос потерял любой намёк на шутливость или какое-то веселье. – Когда приходишь сюда, всё своё дерьмо оставляй за дверью. Первое и главное правило – уважай тех, кто занимается с тобой, и тех, кто тебя учит. Я многое могу простить. Но только не неуважение. Не важно, по отношению к другим учеников или же ко мне. Понял?

– Понял.

– И?

– Что?

– Какого хрена ты тут ещё стоишь? Взял мешок и двадцать кругов вокруг зала!

Простонав, схватил указанный мешок и, закинув его на спину, побежал… Ага, с двадцатикилограммовым баулом, который болтался за спиной. Понятия не имею как, но двадцать кругов я пробежал. На одной силе воли, наверное. Под конец упал на маты и лежал так минут пять, боясь пошевелиться. Вдруг что отвалится.

Дальнейшие тренировки подтвердили мои опасения. Все три часа, что я провёл в зале, Рус буквально доводил меня до края, чуть-чуть не давая за него переступить. Как он сказал, проверял мои пределы, чтобы лучше составить программу тренировок. Нет, ленивым толстячком меня, конечно, назвать никогда было нельзя. Что в прошлой, что в этой жизни я за собой следил. Да только это ограничивалось уровнем той формы, чтобы костюмчик хорошо сидел, а девушки глазами провожали.

Как говорится, выглядеть нужно так, чтобы каждая встреченная девушка хотела с тобой переспать, а каждый мужик желал оказаться на твоём месте. И дело даже не только в физической форме. В умении держать себя и выглядеть уверенным на все сто десять процентов. Это я умел.

А вот качком не был никогда.

После тренировки я буквально выполз из зала, с трудом переставляя конечности. Добрался до дома, натурально доковыляв до него, и зашёл в квартиру. Прошёл на кухню, плюхнулся на стул и просидел так минут двадцать. Даже думать было больно. Не представляю, как у меня завтра всё болеть будет.

Сестра уже ушла на работу, но оставила мне ужин. Нашёл в холодильнике пластиковый контейнер, а там котлетки. С пюрешкой. Господи, какой же кайф. Нарезал себе простенький салат и умял всё, что было. После измывательств в зале, казалось, готов зажарить кабана на вертеле и сожрать его. Целиком.