Текст книги ""Фантастика 2026-10". Компиляция. Книги 1-35 (СИ)"

Автор книги: Ник Фабер

Соавторы: Алексей Губарев,Евгений Юллем,Виктория Побединская,Александр Сорокин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 162 (всего у книги 342 страниц)

Глава 11

Водитель открыл мне дверь. Заставлять себя ждать не стал и сразу сел в машину, оказавшись в просторном салоне бизнес-класса.

А вот на что не рассчитывал, так это на то, что в машине окажусь не один.

– Честно признаюсь, не ожидал.

Сидящий на сиденье рядом со мной единственный оставшийся сын семьи Волковых выглядел… ну паршиво он выглядел, чего выдумывать-то. Лицо осунулось. Мешки под красными глазами от явного недосыпа. Ему бы часов десять-двенадцать хорошего и крепкого сна, но… в целом мне было плевать на его состояние. Каких-то симпатий я к нему не испытывал.

А вот любопытную деталь отметил. Его эмоции были для меня как открытая книга. Даже несмотря на то что лицо он более или менее контролировал. Значит, Реликвии у него нет. И то хлеб с маслом.

– Я посчитал, что подобная встреча может быть менее проблемна…

– Чем если меня при полном параде доставят в ваши царские апартаменты? – закончил за него, едва удержавшись от того, чтобы не фыркнуть.

– Что-то вроде того, – уклончиво произнёс он.

– Чего хотел? – спросил я, наплевав на любую вежливость. После всего случившегося ни уважения, ни симпатий у меня, разумеется, не имелось.

– Я хотел извиниться за всё случившееся. В частности за действия моего младшего брата и тот… ущерб, который он причинил тебе и твоей сестре, – произнёс Максим с таким лицом, будто сами эти слова доставляли ему почти физическую боль.

А мне вдруг стало интересно.

– Почему?

– Что?

– С чего вдруг ты решил рассыпаться в извинениях? – спросил я его.

Он… ну не то чтобы растерялся. Скорее, просто не расчитывал, что с моей стороны последует подобного рода вопрос. Скажем так, Волков, вероятно, ожидал любой реакции, но уж точно не встречного вопроса.

– Я подумал…

– Нет, – резко перебил я. По его эмоциям понял, что он сейчас начнёт придумывать какие-то оправдания или что-то в этом роде. А это меня мало интересовало.

– Что?

– Нет, не подумал. Знаешь что, Максим. Или, ваше благородие, выбирай, что хочешь. Мне уже как-то наплевать. Твой поганый брат едва не убил мою сестру. Из-за него погибла целая куча народа. А сейчас ты припёрся сюда для… для чего? Чтобы сказать «извини»? Типа ну произошла досадная случайность? Так, что ли?

Максим несколько секунд смотрел на меня, после чего, вздохнув и прикрыв глаза, помассировал их пальцами. Явно тянул время. Я же его ему дал. Не торопил. Вот сейчас мне уже стало интересно, что именно он скажет.

– Этого всего не должно было случиться, – едва ли не выплюнул он, всё ещё сидя с закрытыми глазами.

– Тем не менее это случилось, – резко ответил я. – Сильно вас Лазаревы ощипали?

Резкое изменение темы на мгновение поставило его в тупик.

Строго говоря, я не должен был этого спрашивать. Как и он явно не обязан был отвечать. Но, сразу видно, ему хотелось хоть перед кем-то выговориться. А мне было любопытно подтвердить свою теорию.

– Слишком сильно, – наконец произнёс он.

– А этот разговор…

– Во время нашей последней встречи Роман Лазарев намекнул мне, что было бы неплохо принести извинения, – ответил Максим. – И обсудить компенсацию…

– То есть ты решил, что после всего того, что случилось, можешь откупиться? У вас что, в семье все считают, что деньги – это решение всех проблем?

– Не надо равнять меня с моими братьями! – огрызнулся он. – Я решил, что обязан хоть как-то компенсировать тот вред, который нанёс Даниил тебе и твоей сестре! Я и без намёков Лазарева это сделал бы!

О как. И ведь не врёт. Скрыв удивление от его слов, я принялся сканировать эмоции Волкова, пытаясь найти там хоть какой-то намёк, что за его словами есть что-то ещё. Но, к моему удивлению, похоже, что это действительно была правда.

– Так что просто назови сумму, которую хочешь, – добавил он. – Я организую перевод.

– Мне не нужны деньги, – через некоторое время ответил, повернув голову и глядя в окно. – От тебя уж точно.

В отражении заметил, как его глаза удивлённо расширились.

– Что? Я же сказал, что всё организую. Не хочешь чистыми деньгами? Хорошо. Без проблем. Я куплю вам с сестрой новую квартиру или…

– Мне и это не нужно, – медленно, чеканя каждое слово, проговорил я повернувшись к нему.

И это чистая правда. К чёрту деньги! Тем более в виде такой подачки за всё то, что пережила Ксюша. Если я сейчас соглашусь на это, то, значит, оценил всё то, что она перенесла, в какое-то количество сраных бумажек.

Нет. В мире есть вещи куда более ценные, нежели чёртовы деньги.

– Но ты прав, – добавил я через несколько секунд. – Кое-что ты мне всё-таки должен.

– Ты же только что сказал… я не понимаю.

– Услуга, Максим, – сказал я холодно. – Когда мне потребуется, я приду и стребую с тебя твой долг.

– Это слишком расплывчато, – тут же пошёл он в отказ. – Я не могу давать таких обещаний. Это просто глупо…

– Ты сам сказал, что тебя не стоит равнять с твоими братьями, – пожал я плечами. – Старший мёртв. Младший – я даже за слова свои извиняться не стану, – поганая мразь, тоже. Твой отец тоже мёртв. Всё, что осталось от твоего рода, – это титул, ты и то, что ещё не доели Лазаревы или кто-то другой. Я читал про вашу семью. Вас многие боялись и недолюбливали. А уж слухи…

Я пожал плечами и продолжил.

– Так скажи мне, Максим. Чего стоит слово последнего из Волковых?

В целом на этом вопросе наш разговор и закончился. Мы молча просидели ещё минут семь или восемь, пока машина не сделала круг и вновь не остановилась рядом со зданием судебного департамента.

Не прощаясь, я открыл дверь и выбрался наружу, не дожидаясь, пока её откроет водитель.

– Хорошо, – услышал я сзади и повернулся.

– Хорошо, – повторил сидящий в машине Максим. – Ты хочешь услугу? Я согласен. Я… Моя семья должна тебе за случившееся. Если это будет в моих силах, то я выполню то, что ты хочешь. Когда ты придёшь, я тебя выслушаю.

Забавно. Он сказал «когда». Не «если». Что ж, уже хороший знак.

– Я тебя услышал.

– Подожди, – торопливо произнес он, прежде чем я успел закрыть дверь. – Есть ещё кое-что. Хочу предупредить.

Я нахмурился.

– О чём?

– Браницкий.

– Который граф?

Максим кивнул.

– Да. Будь с ним поаккуратнее.

– Это в каком смысле?

– Если он когда-нибудь придёт к тебе и предложит что-то, не важно, что именно, – не соглашайся. Ещё раз повторяю, не важно, что он тебе предложит. Просто… просто не соглашайся. Как правило, люди, которыми интересуется Константин Браницкий, плохо кончают.

Кивнув ему на прощение, закрыл дверь и направился в сторону ближайшей станции метро. Можно было бы и такси вызвать, но мне хотелось просто пройтись.

В целом я не ждал, что он согласится. Но своего решения менять не собирался. Деньги? Я их и заработать смогу. В этом я не сомневался. Что? Квартира? Машина? Ещё что? Всё это хрень собачья, которая, по сути, ничего не стоила.

А вот обещание – уже куда серьёзнее. Если мне потребуется этот долг, то я спрошу его с Волкова. И тогда посмотрим, чего на самом деле стоит его слово. Думаю, что если моё требование не будет каким-то запредельным, то Волков его выполнит.

Даже забавно. Он признался, что Роман намекнул ему, что было бы неплохо выплатить мне «компенсацию». И, спрашивается, за каким чёртом он это сделал? Хотя, пожалуй, я неправильный вопрос задаю. К моему удивлению, Роман весьма… порядочный человек, когда дело касается вопросов чести и долга. По крайней мере, мне кажется, что он хочет, чтобы это было именно так. Ясен пень, что если дело будет касаться его семьи, то он даже раздумывать не станет и сделает так, как будет лучше для нее.

Но, похоже, в остальном у него имелись свои понятия о том, как должен вести себя аристократ.

Спросить с него за это, что ли? Или не стоит. Вероятно, он хотел как лучше, но… для меня это предложение «компенсации» выглядело оскорбительным.

Ну, у всех свои загоны. Куда любопытнее для меня было сказанное на прощание предостережение от Волкова.

Браницкий. Уже не в первый раз я слышу эту фамилию. Надо будет разузнать о нём поподробнее.

Спустившись в метро, довольно быстро добрался до работы. И первым делом пошёл к Розену.

– Нашёл что-нибудь? – поинтересовался я, подходя к его столу.

Евгений оторвал взгляд от монитора.

– Да. Кое-что нашёл, но не уверен, что это именно то, что тебе было нужно.

– Ну пошли. Объяснишь да расскажешь.

* * *

– Ты хотел узнать, мог ли кто-то навариться на этой сделке с помощью акций «РНК» или компаний Румянцева, я правильно тебя понял?

Я кивнул.

– Да. Желательно так, чтобы это не бросалось в глаза.

Мы сидели в кафетерии на шестьдесят третьем этаже. Заняли дальний столик в зале в углу. Взяли себе кофе. Сейчас народу тут сидело немного, так что можно было спокойно поговорить.

Розен отхлебнул из своей чашки, открыл экран ноутбука и принялся загружать какую-то программу. Едва это случилось, как на дисплее появились кучки таблиц, графиков и каких-то списков.

– Короче, скажу сразу. Если ты ждал, что я тебе вот прямо сейчас скажу: смотри, вот этот чел начал скупать все акции, то ты ошибся.

– Если бы дело было в этом, то я бы и без тебя разобрался. Розен, думаешь, я бы пришёл к тебе, если бы всё было так просто?

– Думаю, что ты не пришёл бы ко мне, если бы мог разобраться в этом сам, – не скрывая своего самодовольства, произнес он. – А раз пришёл, значит, ты этого не можешь.

– Тебе дать пять минут наедине со своим самолюбием? – в ответ поинтересовался я. – Если хочешь, то можешь в туалет сходить и уединиться. Я подожду. Ток руки потом помой…

– Ой, да пошёл ты…

– Пойду, как только ты перестанешь вешать мне лапшу на уши и наконец перейдёшь к делу. Давай, говори уже.

Закатив глаза, Розен с недовольной рожей открыл пару файлов и ткнул в один из них.

– Короче. Как я тебе и сказал, никаких явных торгов открытыми портфелями акций среди компаний, связанных с тяжёлой промышленностью или военным сектором, я не заметил. То есть продажи и покупки, конечно, были. Но всё в рамках обычной статистики.

Выслушав его, я вздохнул. Ну вот хочет человек покрасоваться. Показать, что он в этом деле лучше меня. Ну что с ним поделать?

– Розен. Давай уже к делу. Без воды и вот этого всего. Конкретика. Мне нужна конкретика!

– Ладно-ладно. Будет тебе. Смотри вот сюда.

Розен указал ручкой на один из файлов, где имелся график с кучей вертикальных красных и зелёных столбцов. Каждый имел свою приписку и ворох разнообразной статистики.

– И? На что я смотрю?

– На торговлю «немытыми руками», – хмыкнул Розен. – Я проверил даты. Ты говорил про день, когда стало известно о срыве сделки с Румянцевым и, соответственно, я искал с этой даты. Но там практически ничего не было. А потом мне в голову пришла идея отмотать немного назад. Видишь?

Он указал на число.

– Кто-то совершил огромное количество операций через свопы за пару дней до того, как информация выплыла на свет.

– Пять тысяч баллов тебе в зад… Молодец, короче, – немного недовольно проворчал я. А ведь мог бы и сам догадаться. – Через что?

– Через сложные структурированные продукты, – пояснил он. – В этих сделках базовым активом выступали не сами акции как таковые, а индексы и корзины ценных бумаг.

– То есть, – решил уточнить я, – кто-то скупал их сразу портфелями?

– Как бы да, но как бы нет. На самом деле я понятия не имею, кто именно это делал, так как покупателями в разных случаях становились разные лица. Смотри. Если предположить, что это делали неслучайно, то картина вырисовывается довольно любопытная. Те, кто это совершил, создали хорошую схему. Они сформировали целую сеть цифровых позиций на короткие свопы. При этом делали это сразу на целые корзины ценных бумаг. Далее приобретали деривативы на…

Увидев красноречивое выражение на моём лице, Розен запнулся.

– Ты сейчас вообще понимаешь, что я тебе говорю, ведь так?

Я, в этот момент сидящий облокотившись на стол и подпирая одной рукой голову, отрицательно ею покачал.

– А ты молодец. Догадался. Давай как-нибудь попроще.

Горестно вздохнув, он еще раз указал ручкой на дисплей.

– Видишь это?

– Ага.

– Это договорные опционы на портфели с акциями. Они уже забронированы для покупки, но ещё не оплачены. Кто-то сделал очень большую ставку на целые пачки акций под индексом нашей оборонки. Не на какие-то конкретно, а скопом. На большой объём…

– Так, чтобы вычислить, какие именно акции нужны, было невозможно, – задумчиво проговорил я, и Розен кивнул.

– Именно. При этом все дерива… короче, все эти отложенные покупки идут с волатильностью к нашей валюте через сторонние биржи.

– И это значит… что? – Я ткнул в него пальцем, предлагая продолжить.

– То, что, как только рубль достигнет определённого уровня, они совершатся автоматически по заранее достигнутой договоренности. Если ещё проще, то кто-то ожидает определенного момента. Имея фиксированную цену, он просто ждёт, чтобы его покупка вышла ему в ещё больший плюс.

– А можно узнать, кто именно у нас такой молодец и успел так хорошо подготовиться?

Я уже было подумал, что сейчас получу ответ, но вместо этого Розен покачал головой.

– Не. Без вариантов. Во-первых, все сделки по этим позициям конфиденциальны. Да и делали их, как я уже сказал, через сторонние биржи. Видишь? Индекс вот здесь! Как минимум половину покупок сделали из-за рубежа.

– Мда-а-а-а… – протянул я задумчиво и посмотрел в потолок.

И на что я рассчитывал? На то, что получу хороший, быстрый и четкий ответ на свой вопрос? Так я его получил. Только что толку-то? Нормальной информации как не было, так и не появилось.

– Какая сумма сделки?

– Она там не одна. Я же говорю, там целая…

– Да боже мой, Розен. Просто скажи. Я же вижу, что ответ у тебя уже есть.

Его самовольство вспыхнуло чуть сильнее.

– Это не точные данные, так как сами операции ещё не совершены, но если прикинуть… около четырехсот с лишним миллионов. Наверное, я бы даже прогнозировал полумиллиард. Это если всё будет так, как ты сказал и общий индекс акций пойдет вверх. А так без понятия.

Вот теперь всё стало ещё менее понятно… хотя стоп! Чего это я. Да, с точки зрения самой сделки сумма не слишком уж и большая, тут верно. Но! Если предположить, что эти деньги уйдут не компании, а в чей-то личный карман, то всё становится несколько более ясным.

Ладно. Что мы имеем? Кто-то через Марину получил доступ к документам по сделке Румянцева. Из-за того, что документы утекли на сторону, «РНК» сделку отменили, и теперь князь должен им неустойку за то, что практически готовое к заключению соглашение сорвалось как бы по его вине. Что дальше?

А дальше мы вступаем на тонкий лёд догадок и предположений. Кто-то, кто явно знал о происходящем, решил навариться на этом деле. При этом сделать это в свой личный карман.

Что это даёт мне?

По большому счёту ничего. Я всё ещё не знаю, как именно та чёртова программа попала на ноут Марины. Я всё ещё не в курсе, кто именно её подставил. И я всё ещё не имею ни малейшего понятия, как эту чёртову проблему решить. Всё, что у меня есть, не более чем удивительно подходящие под мою теорию совпадения, оставляющие без ответа главный вопрос.

Как снять подозрения с Марины?

– Так что? – спросил Розен, когда я встал со стула. – Мы в расчёте?

– В расчёте, – кивнул. Всё же то, о чём я его просил, он выполнил. – А если узнаешь, кто именно стоит за этими покупками, то я тебе ещё и должен буду.

– Было бы здорово, но тут я бессилен, – к моему удивлению честно признался он. – Говорю же, они не работают с акциями напрямую, а лишь с производными инструментами. Но если всё обстоит именно так, как ты сказал, то это лютейший пример инсайдерской торговли. За такое посадят на такой долгий срок, что человек и своих внуков не увидит.

Ну тут он загнул, конечно. Но да. Годков пятнадцать-двадцать посидит и подумает над своим нехорошим поведением. Это верно.

Теперь понять бы, что делать дальше…

В несколько расстроенных чувствах я направился обратно в отдел.

– О, наконец-то! – воскликнула сидящая за своим столом Анастасия. – Я как раз хотела тебе звонить уже. Где ты пропадал?

– Работал, – хмыкнул я, не став ничего объяснять. – Чего звонить-то хотела?

– Во-первых, нам надо встретиться с клиентом по второму делу.

– Мошенники или то, с полицией?

– Второе, – кивнула Настя, достав папку и протянув её мне. – Нам снова нужна подпись этого… как его…

Она ткнула в заваленный документами стол.

– Савина, – сказал я, читая материалы дела. – Это не проблема. Я съезжу к нему. Когда встреча с клиентом?

– Послезавтра.

– Тогда не вопрос. Займусь этим завтра с утра.

Хорошо, что я заранее с этим разобрался. Как представляю, что мне каждый раз бы пришлось препираться с этим инфантильным увальнем, так хоть на стенку лезь. Не. Мне такого счастья не нужно. Да, с одной стороны немного аморально, но тратить на этого идиота своё личное время у меня не было никакого желания.

– Тогда второе. Мы идём в ресторан.

Занятый просмотром материалов по делу, я аж глазами о строчку споткнулся.

– Вот сейчас не понял.

Настя посмотрела на меня как идиота.

– Что непонятного? Мы идём ужинать в ресторан…

– Насть, слушай, я не из таких мальчиков, чтобы так быстро на свидания соглашаться…

– Боже, да кому ты сдался, – фыркнула она и закатила глаза. – Я лучше в одиночестве посижу, чем с тобой на свидание пойду. То же мне, самомнение.

– Ну вот и решили, – хмыкнул я.

– Нет, не решили. Мы выиграли дело! – произнесла она таким тоном, будто я этого не знал. – И должны это отметить. Это традиция! Ещё скажи, что ты со Скворцовой этого не делал…

– Делать-то делал, – вздохнул я, закрывая папку и кладя её на стол. – Но я не уверен, что с тобой у нас…

А затем прикусил себе язык. Нет, ну правда. Не говорить же ей, как у нас подобного рода вечер с Мариной закончился.

Но, как бы быстро я себя не одёрнул, сделал это недостаточно поспешно.

– Что?

– Что?

– Ты не договорил.

– А я и не собирался…

Анастасия довольно откинулась на спинку своего кресла и сложила пальцы домиком, уперев кончики в подбородок.

– У вас что-то было? Вот почему ты так о ней печешься…

– Так, – я поднял руку с указательным пальцем, – во-первых, это не твоё дело, так что не завидуй. Не видать тебе комиссарского тела. Свой шанс ты уже профукала, напившись вдрызг…

У неё аж ротик от возмущения приоткрылся.

– Ты чё несёшь, убогий⁈ Да я лучше бы в одну постель легла с…

– Во-вторых, – перебил я её, показав второй палец… и замолчал.

А, собственно, что? Если честно, то тут я просто не придумал. А затем подумал и махнул рукой.

– Ладно. Убедила. Пошли отметим.

– Да, знаешь, что-то уже как-то и не хочется, – язвительно выдала она. – Не хочу, чтобы меня видели в одном заведении с тобой. А то ещё будешь слюни рукавом вытирать. Потом не отмоюсь от этого позора.

Я рассмеялся и принялся складывать свои вещи в сумку.

– Не переживай, я себе слюнявчик попрошу. Насть. Тут твоя правда. Мы действительно сделали хорошую работу. Так пошли отметим…

Идея на самом деле была стоящая. Хоть мозги проветрю.

Глава 12

– Ладно, признаю, место хорошее, – сделал я вывод, оглядываясь по сторонам.

– И если попросишь, тебе тут даже слюнявчик принесут, – не удержалась от сарказма сидящая напротив меня за столом Настя, попивая белое вино из бокала. – Всё, как сам хотел.

После того разговора мы собрали вещи, вызвали такси и поехали в ресторан.

Каких-то влажных фантазий я не питал. Всё же Настя… в общем, со своим характером она несколько не в моём вкусе. В паре я предпочитаю язвить сам. Да и пусть тело молодое, гормоны, все дела… но мозги старые. Или воспоминания? Ай, не так уж и важно. Короче, пускать слюни на каждую проходящую мимо юбку я считал ниже своего достоинства. Захочу познакомиться? Подойду и познакомлюсь. А так вот, чтобы бегать и сгорать от безответной любви… не, не моё это.

Но не могу не отметить, что Лазарева знала толк в хороших ресторанах. Хотя, наверное, было бы странно, будь оно иначе. Признаюсь, думал, что она поведёт меня в какое-то пафосное и крутое заведение… и не ошибся. Правда, в этот раз ресторан находился в пригороде, а столик нам дали под открытым небом, на освещённой фонарями террасе на берегу крупного и очень ухоженного пруда. Учитывая, что вечер выдался тёплый, довольно приятно.

Между прочим, в этом пруду ещё можно было и рыбу выловить. По словам Насти, там специально её разводили, чтобы посетитель мог закинуть удочку, а через сорок минут получить свой улов красочно поданным на тарелке. Круто? Круто. Но я решил себе не изменять и заказал стейк рибай с перечным соусом, печёным картофелем и белыми грибами. Раз уж Настя вызвалась угощать, то пусть теперь и страдает. Точнее, её кошелёк. И вообще, не обеднеет…

Хотя кого я обманываю. Гордость мне не позволит за себя платить. Ну её. Потом ещё пенять этим будет.

– Так что у вас со Скворцовой? – как бы невзначай спросила она, пригубив бокал с вином.

– А ты с какой целью интересуешься?

– Любопытство.

– Любопытство? – не поверил я. – Это ты сейчас от этого любопытства покраснела?

– Что? Я не краснею… – Она на мгновение прищурилась и с подозрением уставилась на меня. – Всё твои шуточки.

– Что поделать, – развёл я руками. – Смеюсь, пока смешно. Но это не отменяет моего вопроса. Даже если у нас что-то и есть, с чего ты взяла, что я буду тебе это рассказывать…

– Мы же коллеги…

– Мы как кошка с собакой, запертые в деревянном ящике.

– Очень хорошая аналогия, кстати, – моментально закивала она. – Благородная и прекрасная кошка и грубый дворовый пёс. Рада, что ты наконец признал этот факт.

– Как и то, что ты мне проиграла в том споре, так что кто круче, дворовый пес или кошка, – это большой вопрос, – моментально осадил я её. – О! И ещё то, что без меня ты прошлое дело…

– Я бы сама всё сделала! – моментально возмутилась она. – И без твоей помощи бы справилась!

– Ну да, конечно. Конечно…

– Это ещё что за намёки?

– Да без намёков, – хмыкнул я, сделав глоток.

Себе к мясу я взял красное сухое вино. Как-то пива сейчас не особо хотелось, а пить что-то крепкое тоже желания не было. А вот бокал вина, почему бы и нет?

– Насть, ответишь на вопрос?

– Какой?

– Зачем ты пошла в адвокатуру?

– Припоминая тебе твой же ответ, а с чего ты взял, что это твоё дело? – тут же выдала она.

– Ну, как ты сама говорила, любопытство. Марина вон пошла по стопам своего отца. У меня же это… ну, можешь называть это чем-то вроде жизненного призвания. А вот ты… уже куда более интересный вопрос. Уверен, что возможностей у тебя была масса. Любых. И никаких ограничений…

Так. А вот это сейчас что такое было? Едва я заговорил об ограничениях, как в её эмоциях проскользнула такая волна злобы и разочарования, что я чуть с мыслей не сбился.

Правда, точно так же, как эти эмоции появились, они и исчезли. Очень быстро. Настолько, что я даже впервые несколько секунд задумался, а не показалось ли мне.

– У меня имелись свои причины, – проговорила она, пряча губы за краем бокала. – И прости уж, но с кем с кем, а с тобой я их обсуждать точно не собираюсь, Рахманов.

Ну вот и пообщались. Закончилось всё на довольно неловкой ноте. К счастью, в этот момент принесли наши заказы, и передо мной поставили несколько тарелок. Отдельно соус, отдельно гарнир. И хороших размеров кусок мяса на большой тарелке. Красота.

Настя же заказала себе копчёную форель, какой-то хитрый салат и что-то вроде мелких канапешек. Вроде с крабом и ещё чем-то. Не помню. Да они меня и не интересовали.

Главное – это мясо.

Есть только три правильных способа приготовить хороший стейк. Я их знал и готовить мясо умел прекрасно. Для того чтобы мясо было идеальным, нужно соблюсти несколько условий. Во-первых, нужна хорошая говядина. Желательно праймового качества. Травяной откорм или зерновой – тут уж каждый выбирает для себя сам. Но мясо нужно покупать только у специальных компаний, которые специализируются на выращивании бычков для этого грустного, но очень вкусного дела.

Во-вторых, способ приготовления. Либо толстая сковорода, либо су-вид, либо специальная печь, называемая хоспер. Не стоит слушать горлопанов и диванных критиков о том, что, мол, приготовить стейк можно только на сковороде, поливая его маслом и всё прочее. Нет. Скорее всего, они хороший стейк не то что никогда не готовили, но даже и не пробовали.

Третье и самое важное – это прожарка. Это наиглавнейший пункт, и если его продолбать, то всё. Мясо можно выкидывать. А продолбать его очень просто. Настолько, что я сам, пока не научился интуитивно чувствовать этот момент, испортил с десяток дорогих отрубов. И всё равно. Даже после этого продолжал проверять себя с помощью специального термометра.

В данном случае я заказал рибай с прожаркой медиум. Значит что? Правильно. Внутри температура в мясе доходила до шестидесяти двух, может быть, шестидесяти трёх градусов. Но никак не выше. Дальше уже шли медиум-вел и богомерзкий, отвратительный вел-дан. Если человек в хорошем ресторане заказал себе последний, а ресторан уважает себя и свое искусство, то еретика должны тут же выгнать пинком под зад и долго осуждающе смотреть в след. Довели мясо до внутренней температуры в шестьдесят восемь с половиной градусов или выше… вы идиот. Всё. Ешьте свою подошву.

Я же взял именно медиум. Более низкие меня не особо прельщали, а вот эта и медиум-вел были самое то.

Взяв нож, сразу же разрезал стейк посередине… да. Сразу видно – место хорошее. Снаружи румяная поджаристая корочка, а к середине мясо имело нежный розоватый цвет. И вместе с этим оказывалось потрясающе сочным и нежным…

– Фу, как ты это есть-то можешь? Оно же сырое.

Так. Спокойно. Без нервов. Бить женщин плохо…

– Насть, оно не сырое…

– Оно красное внутри, – выдала она, указав вилочкой в сторону куска мяса. – И кровью сочится…

– Это не кровь, это миоглобин. Ты вообще хоть когда-нибудь стейки ела? Нормальные?

– Да. Конечно, – кивнула она с таким видом, будто это было само собой разумеющееся. – Только я просила нашего повара, чтобы он его нормально приготовил. Без вот этой красной сырости…

Отрезал себе кусочек и положил в рот. Нежное, чуть сладковатое мясо. Сочное до ужаса с выразительным вкусом говядины. Плакать хотелось от осознания, сколько невинных бычков за зря отдали свои жизни, чтобы потом с их наследием так варварски обошлась эта брезгливая аристократка.

Заплакать от горя, что ли?

– Ты чего? – спросила она, увидев горестное выражение у меня на лице.

– Да так… просто ещё никогда я не был так близок, чтобы ударить женщину… ты, наверное, и тар-тар никогда не ела?

На её лице отразилось недоумение.

– А что это?

– Закуска из специальным образом приготовленной сырой говядины.

– Сырой? – Настя скривилась. – Гадость.

Ну и ладно. Не слушай её, мой хороший, мысленно произнес я обращаясь к своему стейку. Нам с тобой и вдвоем будет хорошо. Особенно тебе. У меня в желудке.

Дальнейшие сорок минут мы просто пили, ели и болтали. Ни о чём, по сути. Обсуждали работу. Будущее дело и клиента, с которым предстояло встретиться послезавтра. Настя рассказала немного о своих братьях: Артуре и Кирилле. Эти двое, насколько я сейчас понял, находились за пределами империи и занимались каким-то делами семьи в Японии и Германской империи. Да, оказывается, свой бизнес у Лазаревых имелся и там…

В целом, если не считать абсолютного кулинарного варварства Анастасии, вечер прошёл… даже хорошо. Она оказалась на удивление приятным собеседником, когда не сочилась ядом.

Уже после, когда мы уходили из ресторана, я тормознул на секунду рядом с одним из официантов и спросил, что бы было, если бы человек заказал у них, допустим, филе миньон в максимальной прожарке.

Официант скривился, будто я плюнул прямо на начищенный до блеска пол ресторана.

– Подадим, конечно, но нам очень хотелось бы отговорить клиента от подобной ошибки, – сказал с улыбкой, чем подтвердил моё мнение об этом месте. Хорошие всё-таки ребята.

Вызвав такси для Лазаревой, посадил её в машину и отправил даму домой. А сам решил пройтись. Тем более что погода располагала, а мне хотелось переварить еду и подумать.

Всё происходящее не выходило у меня из головы. И нет. Дело не в нашем будущем клиенте. Там в целом ничего особенно сложного. Просто случай превышения должностных полномочий. Иными словами, мужика избили при задержании. Да так, что у бедолаги потом насчитали два перелома и вывих плеча. На вопрос как так получилось, ответ департаментом полиции был дан простой. Подозреваемый неудачно упал при задержании. Какая жалость, право слово.

Ладно. С этим мы разберёмся.

А вот ситуация с Мариной мне покоя не давала. Я всё ещё ждал сообщения от Екатерины Александровны с ответом на мой вопрос. Да только телефон пока молчал. Впрочем, ещё даже один день толком не прошёл. Другое дело, что у меня никак из головы не шла Оливия.

Немного подумав, достал телефон и набрал Романа.

– Да?

– Не помешал?

– Помешал, – раздалось в трубке. – Но так уж и быть, я найду для тебя пару минут.

– Ну раз найдёшь, то ответь на вопрос. В документах по делу Румянцева я не нашёл списка адвокатов, которые принимали участие в сделке на стороне «РНК». У тебя он есть?

– Да. А зачем тебе?

– Интуиция.

– Интуиция? – чуть ли не со смешком спросил Лазарев. – Всё? Или, может быть, у тебя ещё есть причины, по которым ты меня от работы отвлекаешь?

– Да знаешь, как-то больше ничего нет, – честно признался я ему. – Так, что, подскажешь?

– Вот сдалось тебе это дело…

– Может быть, потому, что больше некому и никто им заниматься не хочет? – съязвил я. – Повесили вину на первого попавшегося, и ладно.

– Ой, прости, а тебе что, наша СБ докладывает? – Голос так и сочился сарказмом. – Саша, то, что тебе никто и ничего не сообщает, не означает, что мы этим делом не занимаемся. Это значит, что просто ты к этому делу не имеешь никакого отношения

– Ой, какие мы важные! – уже сам я не удержался от саркастического тона. – А то, что кто-то хочет навариться на всей этой ситуации через торговлю ценными бумагами, значит, вы тоже нашли?

– Что?

Его голос звучал настолько удивлённо, что я едва не споткнулся.

– В смысле что? Хочешь сказать, что вы не в курсе?

– Нет. Я точно нет. Так. Зайди сейчас ко мне…

– Да-а-а… слушай, тут такое дело, я сейчас не в здании. Мы с Анастасией в ресторан ездили…

– Погоди, что? В ресторан? С Настей?

Тон у его голоса такой, что ни дать ни взять сейчас точно начнёт меня распекать, что я на его «любимую и дорогую» сестрёнку покусился.

– Так, спокойно. Просто отпраздновали закрытие дела с Керкоряном… а, ты же не в курсе…

– В курсе, Настя мне рассказала. Но вот о том, что ты с ней по ресторанам ездишь, она не упомянула.

– Да какое там! Просто поели и поболтали. Без всякой задней мысли. Ром, она себе стейки в подошву заказывает!

– Знаю, – вздохнул он в трубку, и я услышал явную грусть в его голосе. – Знаю…