Текст книги ""Фантастика 2026-10". Компиляция. Книги 1-35 (СИ)"

Автор книги: Ник Фабер

Соавторы: Алексей Губарев,Евгений Юллем,Виктория Побединская,Александр Сорокин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 184 (всего у книги 342 страниц)

– Но тем не менее тебе сейчас плохо.

– Так заметно? – Марина невесело улыбнулась, без какой-либо цели тыкая в остатки торта вилкой.

– Я хорошо разбираюсь в людях.

И даже не соврал, между прочим.

– А насчёт моего отца?

– Доказать не смогу, – ответил я ей. – Но то, что касается его знакомого, да, правда.

– Значит, скорее всего, так и есть, – зло произнесла она.

В целом время мы провели хорошо. Поели. Поболтали. Но, как и всё хорошее, это закончилось. Ровно в тот момент, когда наш разговор коснулся работы.

– А что с отделом? Я даже по работе соскучилась…

Этой темы я и боялся, так как примерно представлял, какой реакции ожидать. Так что начал издалека. Рассказал про те дела, что мы решили в её отсутствие. Про Савина и его увольнение.

И про то, что работать она в фирме не продолжит.

– Что⁈

У неё даже вилка из рук выпала.

– Мне жаль, – только и произнёс я.

А что ещё я мог сказать? «Прости, Марин, но теперь иметь тебя в штате проблемно, так что от тебя решили просто избавиться»?

– То есть они просто решили выкинуть меня? – полыхнула гневом Марина. – После того как обвинили меня в том, чего я не делала⁈ Так, что ли⁈

– Марин…

– Что⁈ Саша, меня увольняют… за что⁈

Столько было обиды в её голосе, что мне аж не по себе стало. Вот и слушай тех, кто говорит, что ей было плевать. В какой-то момент – может быть. Но точно не сейчас.

– Мне жаль, – только и ответил я. – Но этого уже не изменить. Я пытался. Даже говорил с Романом, но решение приняли из «другого кресла», если ты понимаешь, о чём я.

Мне в этот момент даже не хотелось на её лицо смотреть. Настолько расстроенной, обиженной и преданной она себя ощущала. Не каждый день узнаёшь, что тебя попёрли с работы потому, что сами же обвинили в том, чего ты не делала.

И даже мои слова, что она получит значительную компенсацию, не исправили положения, окончательно убедив меня, что в последнее время работа стала для неё куда важнее, чем раньше.

* * *

Остаток вечера прошёл слишком неловко, чтобы от него можно было получить хоть какое-то удовольствие. После ресторана я вызвал Марине такси, чтобы отвезти её домой. Даже хотел поехать с ней. И не по каким-то шкурным причинам. Пусть внешне она и старалась этого не показывать, я ощущал, насколько плохо ей было, и не хотел оставлять её одну в таком состоянии.

Но Марина сказала нет. А я не из тех, кто будет давить, выставляя «нет» за «да». Поэтому просто попросил её написать, когда она доберётся до дома, чтобы не волноваться.

– Как прошло? – спросила Анастасия, когда я вошёл в отдел.

– Не так хорошо, как рассчитывал, но лучше, чем боялся, – честно произнёс я. – Что по новому делу?

Настя посмотрела на меня и вопросительно подняла бровь.

– Что, хочешь сказать, что всё время, что ты здесь просидела, ты дурью маялась? – уточнил на всякий случай.

– Нет, на твоё счастье, – фыркнула она. – Пока одни на свидания ходят, другие работают…

– Ни на какие свидания я не ходил. И закрыли эту тему. Что по делу?

Лазарева закатила глаза, но продолжать спор не стала.

– Я просмотрела документы. Заявленные потери компании при утере груза, повреждения судна и убытки от срыва сроков доставки составляют почти шесть с половиной миллионов рублей. На самом деле чуть больше, но это не так важно.

– Страховка? – тут же спросил я, и Настя усмехнулась.

– Похоже, что я уже начинаю понимать, как ты мыслишь, – с улыбкой выдала она и протянула мне лежащий перед ней на столе листок бумаги.

Взяв распечатку, взглянул на цифры и задумчиво цокнул языком.

– Однако.

– Они получили страховые выплаты в размере почти десяти миллионов рублей. Точнее, получат их, как только будет закончено расследование причин аварии.

– Дай угадаю, – предложил я, садясь в свое кресло. – Если версия компании подтвердится, то они получат охренительно большую сумму, которая…

– Которая их спасёт, – закончила Настя и ехидно улыбнулась. – Говорю же, кажется, я начинаю понимать, как ты мыслишь.

– О, ну раз уж ты у нас в гадалки записалась, то вперёд, – махнул я рукой. – Валяй. Расскажи мне то, о чём бы я сказал вместо тебя, будь ты поглупее.

– Фу, как грубо, – тут же наморщила она носик, но я на это только рассмеялся.

– А не надо было выпендриваться. Так что там?

– Я быстро просмотрела открытую информацию по этой фирме. Если вкратце, то они на грани банкротства, что подтверждается и показаниями нашего клиента. Денег не хватало. У них и так два судна из пяти стоят на ремонте из-за постоянных поломок. А теперь ещё и это. Если документы не врут, то этот год они должны были закончить со значительными убытками.

– Насколько значительными?

– Настолько, чтобы в будущем январе–феврале задуматься о том, чтобы подать на банкротство.

– Ясненько, – протянул я, задумчиво глядя в потолок. – А эти выплаты… сильно бы им помогли?

– Очень, – тут же кивнула Настя. – Не думаю, что они спасли бы их. Скорее, оттянули бы банкротство на восемь-двенадцать месяцев.

– И?

– Что?

– Что думаешь?

– Ну, если бы я бы я была такой же циничной реалисткой, как ты…

– Эй! Я не такой!

– Абсолютно такой, – улыбнулась Настя, глядя на меня. – Короче, я бы предположила мошенничество со страховкой. Кто-то хочет утащить денег перед тем, как дело схлопнется.

– Ясненько.

Взяв бумаги, я ещё раз пробежался глазами по списку наших клиентов.

Главным истцом выступал капитан экипажа. Он же представлял остальных двенадцать человек команды. Для них наложенные штрафы станут смертельными. Для троих – буквально. Люди пострадали из-за аварии и сейчас лежали в больнице. А для оплаты лечения требовались деньги. Ввиду же штрафов и невыплаты зарплат этим людям просто не на что будет жить дальше. Я специально проверил документы. Платили им не так много, как я ожидал.

Что ж. Это будет интересное, но не особо сложное дело.

Глава 19

– Добрый день, – поздоровался я, пожав протянутую мне крепкую и покрытую мозолями ладонь.

– Добрый, – беззлобно буркнул мужчина.

Вячеслав Сергеевич Уткин оказался невысоким, коренастым мужчиной. Обладателем очень крепкого телосложения, явно намекающего на то, что он на своей работе не в кресле просиживал. Да и эмоции от него шли довольно… ожидаемые. Простые, как и он сам. Капитан транспортного судна «Днепр», вызывал исключительно положительные эмоции одним своим видом.

– Присаживайтесь, – предложил я, указав на кресло за столом.

Специально для этой встречи я занял за нами один из залов для встреч с клиентами на шестьдесят третьем этаже. Дорогой, богато обставленный, он сразу настраивал на нужный лад. Честно говоря встречаться в таких местах мне нравилось куда больше, чем в залах ресторанов. Как-то больше по деловому, что ли. Предназначались они, правда, для встреч с «китами», большими корпоративными клиентами, а не для нас, бесплатников. Но, раз уж Роман стал нашим начальством, то почему бы не воспользоваться возможностью и получить немного комфорта?

– И позвольте представить вам мою коллегу, – добавил я, указав рукой на сидящую рядом Настю. – Анастасия Лазарева. Она будет заниматься вашим делом вместе со мной.

– Лазарева? – в его голосе скользнуло удивление. – Я видел название вашей фирмы. А вы часом…

– Я его дочь, – обворожительно улыбнулась Настя.

Едва только стоило ей это сказать, как в эмоциях мужчины моментально вспыхнуло возбуждение. И нет, не то, какое например испытывал тот урод из банка, буквально раздевавший Настю глазами. Уткина куда сильнее воодушевило то, что его проблемой будет заниматься не абы кто, а дочь начальника фирмы. Ещё и аристократка! Его это обнадёжило.

Для него это выглядело так, будто шансы на положительный исход дела тут же повысились.

Правда за этим восторженным и радостным воодушевлением скрывалась и подозрительность. Я заметил её не сразу, но затем стала понятна и причина.

– Не переживайте, – сказал я, присаживаясь напротив него за столом. – Пусть вас не смущают мысли о том, что он она могла получить свою работу лишь по прихоти отца. Анастасия такой же профессионал, как и любой из работающих здесь адвокатов.

Похоже, что я угадал. Как только это сказал, мужчина растерялся, а Настя удивлённо посмотрела на меня.

– Простите, я не хотел… – он смущённо улыбнулся. – Это так заметно?

– Всё в порядке, – поспешил его успокоить. – Мы не в претензии. Для нас столь же важно добиться положительного исхода дела, как и для вас.

– Не переживайте, – следом добавила Настя. – Мы приложим все силы, чтобы добиться для вас справедливости.

Вот сказала она это, а я задумался. Ведь наши оппоненты тоже хотят добиться справедливости, разве нет? Значит для них, правда на их стороне. А на нашей тогда, что? Тоже правда? Только наша. Так, кто будет прав в конечном итоге?

Забавный вопрос. Я его порой даже задавал себе в редких порывах саморефлексии. Впрочем, долго я над этой проблемой не раздумывал. Есть мой клиент. Есть его права. И я защищаю их, добиваясь того, чего он хочет. Это мой принцип. А от своих принципов я не отступаю.

– Итак, предлагаю перейти к делу.

– Конечно, – кивнул Уткин.

В целом его рассказ не сильно отличался от того, что я прочитал в материалах дела. Сейчас меня куда больше волновало его личное мнение.

– То есть, на этом судне вы плавали не в первый раз? – уточнил я.

– Ходили, молодой человек, – улыбнулся он. – Да. Это был второй наш рейс на «Днепре». И четвёртый для этой компании.

– А, во время вашего первого рейса были какие-нибудь проблемы? – спросила Настя.

– Да полным полно, – невесело усмехнулся Уткин. – Там ещё в тот раз куча оборудования не работала и требовала замены.

– Можете назвать некоторые? – предложил я, на что капитан со вздохом кивнул.

– Мне будет проще назвать то, что работало исправно, но, если хотите. Имелись проблемы с носовым подруливающим устройством. Мы мучались из-за него при каждом заходе в порт. Один из опреснителей работал с перебоями. Один из двух вспомогательных дизель-генераторов сильно барахлил. Так же практически не работала система автоматического подогрева топлива. Нам приходилось следить за ней в ручную на протяжении всего рейса. Система дистанционного управления погрузочными кранами на мостике тоже не работала. Всё приходилось делать из кабин, но, наверно, это самое безобидное. Мои ребята привыкли работать собственными руками и на месте. Так, что ещё… Ещё имелись проблемы с насосами балластных танков на правом борту. Льяльный сепаратор номер три не функционировал вовсе. Проблемы с кондиционирование воздуха в каютах. Я могу долго список продолжать.

Любопытно. Он целую кучу всего назвал, но… что-то меня цепануло. Список большой, да, но если верить его эмоциям, они не то, чтобы сильно его беспокоили.

– И ваше начальство не обращало внимания на эти проблемы? – уточнил я, несколько поражённый тому, сколько проблем за такой короткий срок он назвал. И ведь это по памяти, хотят тут, наверно, удивляется нет смысла. Это его работа, знать обо всем, что не так на борту.

– Да всё оно знало, – проворчал он. – Я написал им после первого рейса ещё. У нас через двенадцать часов после выхода сдох один из холодильников для продуктов. А затем проблемы посыпались, как из рога изобилия. Более того, я им сказал, что «Днепр» надо ставить в док и чистить. Брюхо заросло так, что скорость падала.

– Простите, – не поняла Настя. – Заросло? Оно же металлическое?

– Да, – кивнул Уткин. – Именно заросло. Ракушки, моллюски и прочая дрянь. Корпус обрастает этой дрянью. А «Днепр» не чистили почти пять лет. Понятно, что у нас вода холодная и процесс не такой быстрый и объёмный, но всё равно. Мы по паспорту могли выдать двадцать четыре узла. На самом же деле «Днепр» ходил на двадцати двух – двадцати. Но это когда-то. Сейчас мы могли выдать не больше пятнадцати, может быть шестнадцати. Этого едва хватало, чтобы успеть по сроку. Но это меньшая из проблем.

– И они ничего не делали? – спросил я.

– Ну, что-то делали, – пожал он плечами. – После первого рейса пришли их ребята. Что-то даже поделали. Только ощущение такое, словно проблем после их визита стало ещё больше.

Я сделал короткую пометку в блокноте.

– Хорошо. Давайте перейдем к тому, что случилось.

– Конечно, – кивнул капитан и начал рассказ.

«Днепр» шёл по рейсу. Волнение было небольшое. По словам Уткина в районе четырёх с половиной баллов и высотой волн под два с половиной, может быть три метра. В целом, для судна такого водоизмещения ничего критического. По крайней мере в том случае, если бы оно находилось в приемлемом техническом состоянии. К сожалению, его реальное состояние находилось столь же далеко от слова «приемлемое», как я в данный момент находился от адвокатской лицензии.

Из-за качки и полной загрузки произошло разрушение проржавевших креплений на третьем ярусе по правому борту. Далее, от последующих вибраций и возросшей нагрузки произошло ослабление оставшихся замков. В этот момент несколько членов экипажа как раз проверяли состояние контейнерных креплений на палубе, что нельзя было счесть чем-то странным. Всё же Уткин прекрасно понимал состояние своего судна, так что приказ отдал сразу, как только понял, чем им может грозить продолжительная качка.

Далее события развивались слишком быстро. Из-за качки и того, что ветер дул им в левый борт, «Днепр» накренился на пятнадцать градусов на правый. И в этот момент весь третий ярус, замки которого оказались ослаблены либо же полностью вышли из строя, пришли в неконтролируемое движение и рухнули сначала на палубу, вызвав травмы у осматривающих их членов экипажа, а затем и вовсе рухнули за борт. Больше двенадцати контейнеров скрылись в морской воде. Понятное дело, что сразу же они не утонули, но заниматься поиском груза при таком волнении и раненых членах экипажа никто не стал бы. Не до того.

– У Алексея перебило ноги. Сергею Терехову, моему боцману, сломало позвоночник. Дамир вовсе без руки остался. Я думал, что мы его потеряем, но, слава богу, что его быстро вытащили на берег вертолётом. Иначе парень точно бы не выжил.

– То есть, по вашим словам причина была…

– Да. От коррозии крепления ослабли. Часть на левом борту не закрывалась во все, но мы их сами поменяли в спешном порядке ещё до выхода из порта. На правом…

– Вы не меняли их? – уточнил я и ощутил злость в его эмоциях.

– Слушайте, мы и те то меняли за свой счёт, – вскинулся Уткин. – Эти мерзавцы вообще не хотели ничего делать. Я им после первого рейса шесть рапортов написал! А они всё о расходах, да расходах твердили!

– А о проблемах с креплениями вы в них упоминали?

Ясно. По его лицу вижу, что нет.

– На тот момент они не выглядели так плохо, – ответил он, но, как-то неуверенно.

– Они не выглядели плохо, или же ваши люди просто не осмотрели их должным обр…

– Мой экипаж отлично выполнял свою работу! – резко перебил он меня. – И я отвечаю за их действия!

И опять-таки, ясно. Значит, кто-то не удосужился проверить состояние креплений. Или понадеялись на авось? Почему? Да чёрт его знает. Возможно, что при таком количестве проблем им просто не уделили должного внимания.

– Вячеслав, послушайте меня, – сказал я максимально спокойным тоном. – Моя задача не искать причины вашей вины. Я должен сделать так, чтобы компания заплатила вам положенное, дала компенсацию раненым и аннулировала штрафы. Поэтому мне важно знать все нюансы. Понимаете?

Он понимал. Я видел это по его глазам. К несчастью, Вячеслав Уткин оказался тем человеком, про которого можно сказать: женат на ответственности. Такие люди очень критично относились к себе и своим обязательствам и болезненно переживали собственные неудачи. В каком-то смысле я его понимал. Сам почти такой же.

А ещё ко мне пришло понимание того факта, что дело это будет не таким простым, как я рассчитывал изначально. С другой стороны, в моём понимании просто – это когда ты можешь всё решить за один день.

Тут же придётся повозиться два. Может быть три. По крайней мере я так думал.

* * *

– Что скажешь? – спросил я, когда двери лифта закрылись и кабина унесла Уткина в холл, оставив нас с Анастасией наедине.

– Думаю, что он всё же виноват, – нехотя произнесла Настя. – Если проблема с креплениями…

– Э, нет, – тут же перебил я её. – Забудь про то, что они не уделили им достаточно внимания.

– Саша, но это их обязанность и…

– Насть, скажи мне пожалуйста, ты готова поручиться за то, что они не забыли бы об этом, если бы судно на котором они находились, не разваливалось бы прямо у них под ногами?

– Нет, но…

– Вот именно, – кивнул я, разворачиваясь и идя к отделу. – Фирма допустила столь плачевное техническое состояние их корабля. Такие проблемы не возникают спонтанно. Оборудование выходит из строя постепенно. В том случае, если определённое время за ним не наблюдают и не следят. Как мы уже выяснили, эти операции не проводились, что привело к чрезмерной нагрузке на экипаж. В результате этого и возникшая проблема…

– Ты не можешь выйти с этим в суде, – тут же покачала она головой, идя рядом. – Это всё равно, что признать их ошибку.

– И именно по этой причине этого делать мы не будем, – кивнул я ей, открывая перед Настей дверь.

Зайдя внутрь, нацепил на шею шарф и принялся собирать вещи.

– Куда-то собрался?

– Ага, надо должок спросить кое с кого, – отозвался я, не став вдаваться в подробности.

– Так, а мне тогда, что делать?

– А вот для тебя у меня есть задание…

– А с какого это перепуга ты мне приказывать собрался? – тут же надулась она. – Что-то не помню, чтобы тебя в начальники записывали.

– А, как же старшинство по сроку службы?

– Чего?

– Того, Настя. Я дольше тебя в отделе работаю.

У неё было такое лицо, что я не смог удержаться от смеха.

– Насть, правда. Это важно, – улыбнулся я ей. – Узнай, пожалуйста, кто проводил техническую проверку корабля перед выходом в последний рейс. Я ненадолго. Как только приеду, мы продолжим, хорошо?

– Ладно, – немного недовольно, но покладисто произнесла она и надула губки. – Сделаю, лентяй.

– Протестую. Показания с чужих слов.

– Перебьёшься, – хмыкнула она, чем вызвала у меня новый улыбку. – Ладно, езжай давай. Я пока поработаю. Хоть кто-то же должен же.

Собравшись, вышел из здания и вызвал себе такси. Что-то в последнее время я слишком часто стал на нём кататься. Жирую, однако. С другой стороны – комфорт, быстрота. Раз уж деньги есть, то почему нет. Тем более, что я ей не соврал. С этим делом я действительно планировал разобраться побыстрее.

На то, чтобы доехать до места мне потребовалось почти тридцать минут. И это ещё повезло, что пробок особых на дорогах не было.

«Ласточка» снова открыта. Вывеска с птичкой и названием бара горит над входом. Правда у дверей теперь стоял не один привычный и знакомый мне охранник, а сразу четверо. И даже оружие не скрывали. Рукояти пистолетов торчали из-под курток в кобурах.

Меня тормознули на входе, но повезло. Один из парней знал меня, так что внутрь пропустили быстро.

Мда-а-а-а. Сразу видно, что произошедшие события оказали своё влияние. Народу значительно меньше. Из всех столиков внутри заняты были всего два, хотя обычно даже в это время тут народу на пол зала было. А вот внутри, как и снаружи до этого, охраны тоже прибавилось. Даже знакомые лица видел.

Оглядевшись, заметил стоявшую за стойкой Марию и направился прямо к ней.

– Привет, Мари, – улыбнулся я ей.

– Привет, Саша, – как-то уныло отозвалась она, продолжая делать какие-то записи в лежащей перед ней книге.

Судя по эмоциям, между ними по прежнему торчал вбитый клин.

– Всё ещё в контрах?

– Если можно так назвать тот факт, что он за три дня со мной всего парой слов перекинулся, то да, – вздохнула она. – Утром, привет. Вечером, пока. Днём – Мария, ты сделала отчёты по выручке за вчера? Всё, Саша. Вот и всё, что я от него слышу. Хочешь кофе? Хоть руки чем займу. Народу вообще нет после того нападения…

В её словах звучали злость и обида. И, что удивительно, даже не столько на Князя, сколько на саму себя.

– Давай, – кивнул я, не став отказываться. Похоже, что необходимость сделать хоть что-то привычное была ей просто необходима.

– Ты ведь понимаешь, что не виновата? – на всякий случай спросил я.

– В том то и дело, Саша, – отозвалась она стоя у кофе машины и даже не повернувшись. – Я виновата. Этот мерзавец развёл меня, как малолетнюю влюбленную дуру. Надо было просто сделать, так, как он сказал и уехать из города.

Блин, а ведь реально паршиво. Пусть выражения её лица я не видел, но отчётливо представлял, как она сейчас стоит и варит кофе, прикусив губу от досады. Теперь я уже не сомневался в том, что она и кофе предложила сделать просто для того, чтобы я выражение её лица не видел. Такие люди не любят показывать свою слабость.

– Мария? – позвал я её, когда понял, что пауза затянулась уже на три минуты.

– Всё в порядке, Саша, – отозвалась она зло. – Я сама разберусь.

– Я просто хочу…

– Я сказала, что сама разберусь! – резко бросила она, а затем выругалась и зашипела, тряся ошпаренной рукой.

Что мне сказать? Этот разговор вышел даже хуже, чем наш предыдущий.

Перегнувшись через стойку, взял небольшой алюминиевый питчер для молока, открыл ёмкость со льдом, стоящую рядом и зачерпнув его, протянул стоящей и трясущей рукой женщине.

– Держи. Холодный.

– Спасибо, – буркнула она, приложив широкую и быстро остывающую часть к ошпареному паром месту. – Прости, не хотела на тебя срываться.

– Да я не в обиде, – пожал я плечами. – Правда. Лучше скажи мне, Князь здесь?

– А где ещё он может быть? – грустно усмехнулась она. – Сидит у себя в кабинете.

– Ладно. Пойду поговорю с ним.

– Попробуй, если пустит.

– Чтобы дядя и не поговорил с племянником? – сделал я круглые глаза, на что она только усмехнулась.

Встал и направился к двери, ведущей во внутренние помещения. Уже подходя к ней услышал за спиной.

– Саша, ты всё же зайди потом. Я тебе кофе налью. Как ты любишь.

– Обязательно, Мари, – пообещал я ей. – Обязательно.

Открыв дверь, зашёл в коридор. И сразу же наткнулся на знакомое лицо. Точнее спину.

– О, здарова, Михалыч!

– Чё? Кто там ещё? – раздалось басовитое ворчание из-за здоровенной коробки, которую тот нёс в руках. Затем он развернулся и из-за края высунулась голова. – О, задрова, парень. Как сам?

– Хорошо. Смотрю, что уже поправился…

– Да какое там, – вздохнул он, прижав край коробки к стене, чтобы не стоять с ней на весу. – Всё ещё мучаюсь. Нога болит адски после этой чёртовой псины. Но народу сейчас мало у нас, приходится работать…

Так, а вот это любопытно.

– Мало?

– Ага. После того случая с Браницким кто-то решил, что им платят слишком мало. Потребовали добавки. Кто-то даже решил наехать на Князя. Вот он и выгнал часть.

– Дела, однако.

– Как по мне даже лучше, – хмыкнул громила. – Лучше уж пусть валят, чем в неподходящий момент нас за задницу укусят. Таким веры нет. Так, ладно. Подвинься, я пройду. Надо Марии оттащить.

Прижался к стене, пропуская мимо себя Михалыча с коробкой и пошёл дальше.

Любопытно. Выходит, что моё впечатление, появившееся в зале, оказалось правдой. Похоже, что дела у Князя в последнее время идут не очень хорошо. По крайней мере в том, что связано с «Ласточкой». Вряд ли его основной бизнес сильно пострадает. Всё же известен он в первую очередь не тем, что у него в баре пиво холодное и кофе вкусный.

И, всё-таки, не нравилось мне то, как тут всё выглядело…

– Саша?

Прошёл мимо открытой двери. Остановился. Сделал пару шагов назад.

– О, привет, Вик.

Знакомая мне официантка выглянула из дверного проема. За её спиной было что-то вроде комнаты отдыха для официанток, работающих в «Ласточке».

– Привет, девчонки, – помахал я ещё двум, что сейчас сидели на диване с телефонами в руках и получил приветствие и радостные взмахи в ответ.

Вика же только закатила на это глаза, вышла в коридор и прикрыла за собой дверь. В отличии от своих подруг, она была в обычной одежде. Либо только недавно пришла, либо же, наверно, домой уже собиралась.

Блин, а ведь выглядит просто шикарно. Узкие джинсы на стройных ножках. Белая футболка, скрывающая грудь третьего размера. Волосы, обычно распущенные, сейчас были стянуты в хвост на затылке.

– А ты чего тут делаешь? – спросила она.

– К Князю пришёл, – ответил я ей и тут же уточнил. – По делу.

Она явно хотела спросить по какому, но затем передумала. Может быть со своей стороны она и думала, что я не понимаю. Но я-то отлично всё понимал.

– Слушай, – начала она. – Я всё хотела… я же тебя за тот случай даже не поблагодарила толком.

Блин, она даже покраснела слегка. Ну и, что мне ей ответить.

– Вик, не нужно ничего говорить. Я бы в любой ситуации это так сделал. В конце-концов это минимум, чем я тебе и остальным девчонкам обязан за тот объём мороженого, который вы мне тут скормили за те несколько лет.

Шутка вызвала у неё улыбку.

– Да-а-а-а, – протянула она, – Мороженное. Точно… Слушай, а, может быть…

– Чего?

– Может сходим куда? – предложила она. – А потом мороженого поедим.

– Да-а-а-а… – протянул уже я сам, глядя на неё. – Точно. Мороженое. Помню я как-то раз…

– Ага, – торопливо кивнула она. – Я тоже. Так, что? Может сходим куда?

Я сначала подумал о том, чтобы сказать «нет», а затем… а собственного, отчего бы и нет? Отдыхать тоже нужно.

– Знаешь, а давай. Сегодня?

– Да! – она радостно улыбнулась. – Вечером?

– Да. У меня сегодня ещё работа, а вот вечером я свободен буду.

– Хорошо. Тогда я буду ждать.

Взяв у неё номер телефона, получил ещё и поцелуй в щёку, приятно удивившись горячим губам. Ещё раз довольно улыбнувшись, Вика торопливо попрощалась и скрылась за дверью, откуда тут же до меня донеслось возбуждённая девичья болтовня.

Мороженое. Как же. Но, я не против. Мороженое я люблю.

Правда до десерта предстояло разобраться с основным и далеко не таким приятным блюдом.

Я подошёл к двери, что вела в кабинет Князя и постучал. Ничего. Затем постучал ещё раз и услышал недовольное…

– Заходи.