Текст книги ""Фантастика 2026-10". Компиляция. Книги 1-35 (СИ)"

Автор книги: Ник Фабер

Соавторы: Алексей Губарев,Евгений Юллем,Виктория Побединская,Александр Сорокин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 189 (всего у книги 342 страниц)

– Конечно! – тут же оживился Лев. – Конечно, давайте. Ещё раз прошу меня простить, что заставил вас ждать. Давайте же перейдём к делу.

Мы уселись за стол, после чего я достал папку с подготовленным соглашением и протянул её этому парню. Тот взял её и принялся читать.

Я видел, как его глаза скользят по строчкам, быстро читая целые абзацы текста. Сейчас он закончит с первой. Дойдёт до конца третьей, может быть, четвёртой страницы. После чего закроет папку и предложит взять небольшой, может быть, на два или три дня перерыв, чтобы его компания могла тщательно изучить наше предложение и…

Он не даже первую страницу не дочитал.

– Думаю, что данное соглашение нас не устраивает, – сказал он, небрежно бросив папку на стол.

Хотелось бы выругаться, да не буду.

– Может быть, вы объясните почему? – предложил я.

– Конечно, – тут же кивнул он. – Видите ли, ваше соглашение подразумевает контрактные выплаты экипажу, то есть истцам, а также, отмену штрафов. Боюсь, что в сложившейся ситуации мы не можем пойти на подобное решение. Особенно если учесть, что именно в результате их непрофессионализма и в каком-то смысле даже преступной халатности компания понесла значительные убытки из-за срывов графика поставок и утери части весьма дорогостоящего груза.

– Подобные вещи страхуются, – моментально парировал я его выпад. – И, насколько я знаю, компания планирует получить крупные выплаты от страховой, которые не только покроют её нынешние убытки, но и нивелируют неустойку, которую ваш клиент будет вынужден выплатить заказчикам из-за утери груза.

– Как же тогда замечательно, что взаимодействие моего клиента с его заказчиками не имеет никакого отношения к рассматриваемому нами вопросу, – улыбнулся этот гад.

– То есть вы отказываетесь? – улыбнулся я в ответ.

– Да. Таково наше решение.

– Что ж, тогда я буду вынужден передать это дело в суд, – произнёс, внимательно следя за его эмоциями. Ожидал ощутить нервозность и, возможно, раздражение от подобного исхода. Но нет.

– И я буду всецело поддерживать подобное решение, – тут же уверенно кивнул он. – Более того, даже буду дополнительно рекомендовать нашему клиенту исключить любые возможности для заключения столь невыгодного досудебного соглашения.

Он поднялся со своего кресла и толкнул папку в нашу сторону.

– Видите ли, вы неплохо поработали. Уверен, что это дело твоих рук, Настенька. – Лев посмотрел в сторону Лазаревой. Та по-прежнему сидела, но с таким видом, словно воды в рот набрала. – Твою манеру составлять соглашение я узнал. Решение о том, чтобы отсрочить выплаты по восстановленному контракту и снятие штрафов отличное. Признаю. Но не вижу никакого смысла соглашаться на него в том случае, когда мы сможем выиграть это дело в суде…

– Не сможете, – отрезал я. – Только если не хотите притащить туда всё своё грязное бельё.

Вот тут он впервые удивился.

– Что, простите? – поинтересовался он с таким видом, будто абсолютно не понимал, что именно я имею в виду.

И ведь правда не понимал.

– То, что вы услышали, – не стал повторяться. – Уверен, что вы не хуже меня понимаете, как всё будет происходить. Но, чтобы немного ускорить это, я всё же объясню. Ваш клиент мошенничает со страховкой. И это поймёт любой, кто хоть немного ознакомится с делом.

– Чушь! – тут же возразил он.

– Отнюдь, —не согласился я. – Всё ясно с первого взгляда. Конечно же, вы можете попытаться прикрыться в суде, что, несомненно, вам и скажут сделать. Но это не сработает. Мы перероем каждый документ касающийся предыдущих, весьма подозрительных случаев, в которых ваш клиент получал страховку. Также я затребую всю отчётную, техническую и бухгалтерскую документацию по этим случаям, чтобы связать их с нынешним. А если ваш клиент, как я и думаю, вздумает препираться и не дать нам то, что мы захотим, я добьюсь судебного постановления на предоставление нам этой информации. Уверен, что Анастасия мне в этом поможет.

На последних словах я намеренно указал в сторону девушки. Мой намёк был более чем прозрачен. Угроза использовать её фамилию.

– Также мы запросим независимую экспертизу состояния корабля. Найдём квалифицированных экспертов, которые проведут её в соответствии со всеми стандартами. А ваш клиент не хуже меня понимает, в насколько аварийном состоянии находится его судно. Именно из-за его действий, намеренных, и произошла авария, которая не только привела к утере груза и всему прочему, что вы тут перечислили, но ещё и повлекла за собой тяжёлые травмы у троих членов экипажа, один из которых останется инвалидом. Как думаешь, кому суд будет сочувствовать больше? Жадной фирме, что из-за алчности экономит на безопасности, или пострадавшим простым работягам?

И, прежде чем он успел хоть что-то сказать, добавил:

– И не забывай об издержках. Сам понимаешь, по какой причине у нас есть ресурсы не только вести это дело в суде, но даже затянуть его, если потребуется. Мы утопим вас в судебных издержках. Так что лучше перестаньте валять дурака и подпишите наше предложение. Наш клиент получит через четыре месяца положенные ему и остальным истцам выплаты, а твой страховку. И все счастливы.

Я снова толкнул папку по столу в его сторону.

Вот так это и работает. Расписать подробно и с чувством все кары небесные, а затем подложить немного соломки помягче. Чтобы показать гору проблем и способ её избежать. Это работает.

Как правило…

– Не, – спустя пару секунд покачал он головой и толкнул папку обратно. – Не думаю.

Его эмоции, до этого момента представлявшие собой целую смесь из ощущений обиды, гордости, недовольства и удивления вдруг «дёрнулись», обратившись в довольно уравновешенный и спокойный коктейль из уверенности и ощущения собственной силы.

Это изменение произошло настолько быстро, что едва не сбило меня с толку.

– Про предыдущие случаи можешь забыть, —хмыкнул он. – Они не имеют отношения к этому делу, так как каждый подобный инцидент носит уникальный характер. Так что любые, даже самые надуманные доказательства предыдущих случаев всё равно не могут быть использованы в суде по принципу доказательного права. О, а если вдруг задумаешь требовать от нас хоть что-то, то я тебя разочарую. Будешь давить, и я сделаю так, что у суда не останется другого выхода, как признать их получение незаконным путём и сделать их недопустимыми для рассмотрения. Уверен, что ты понимаешь, о каких способах я говорю.

Он нагло улыбнулся.

– Что ещё? Экспертиза? Вперёд. Флаг тебе в руки. А я докажу, что квалификация твоего эксперта и выеденного яйца не стоит. Сам добьюсь от суда экспертизы и буду затягивать процесс столько, чтобы твои доводы совсем вес потеряли. И можешь сколько угодно жаловаться на технические проблемы судна. В случившемся всё равно виноват экипаж, допустивший такой исход. А насчёт издержек можешь не переживать. У нас самих ресурсов тоже достаточно и хватит на то, чтобы размазать на процессе и тебя, и твои жалкие попытки защитить тех, кто является виновником случившегося. И вот главный вопрос! Кому будет сочувствовать суд? Мошенникам-работникам, которые пытаются прикрыть свой зад и оклеветать честную фирму? Не думаю.

Затем он сунул руку во внутренний костюм своего пиджака и достал оттуда сложенный лист и небрежно бросил его Насте.

– Но, чтобы тебе было не совсем обидно, вот наше встречное предложение. Так уж и быть, мы готовы снять часть штрафных санкций с экипажа…

– Здесь только одиннадцать имён, – произнесла Лазарева, взглянув на список.

– Разумеется, одиннадцать, – кивнул Лев. – Мы потребуем судебного процесса в отношении Уткина как капитана судна. Ведь, в конце концов, вся ответственность лежит на нём. Разве капитан не должен идти на дно со своим кораблём? Так что, как ты там сказал? Лучше перестаньте валять дурака и просто подпишите моё предложение. И все будут счастливы.

Улыбался он настолько нагло, что я с трудом переборол желание врезать ему по морде.

– Пойдём, Анастасия.

Лазарева не стала медлить, тут же встав на ноги и последовав со мной к выходу. Уже у самых дверей я вновь услышал его голос.

– Знаешь, Лазарева, зная тебя, я рассчитывал на больше…

Глава 4

Тишина. Такси. Мы сидим на заднем сиденье и в полном молчании возвращаемся назад в собственный офис.

Мда-а-а. Нечасто я испытал это мерзкое ощущение. Отвратительное чувство поражения.

– Кто он такой? – спросил я, когда наконец понял, что готов не только здраво мыслить, но и говорить связно. Пару минут назад хотелось исключительно орать.

Когда Настя ничего не сказала, вопрос пришлось повторить.

– Настя? Что это сейчас там был за урод и откуда он знает тебя?

– Я же уже сказала…

– Да, да, да. Я слышал. Он учился на курс старше. Мне этого мало. Подробности, Настя. Мне нужны подробности!

Ну, она и рассказала. При этом в знакомую палитру её ощущений и эмоций, к которым я уже хорошо привык, добавилось нечто новое. Весьма неприятное, к слову. Ощущение, будто с каждым словом она себе соль на свежую рану сыпала.

Лев Сергеевич Калинский. Недавно получил диплом. Простолюдин. Из крайне бедной семьи, своими силами и упорством добившийся получения стипендии. насколько знала сама Настя, невероятно высокими баллами на экзаменах. Да и в самом универе этот мерзавец показывал просто таки невероятные способности, закрывая каждую сессию исключительно с высшим баллом. В общем, красавец, орёл.

Блевать тянуло.

И вот именно с этим говнюком мы и столкнулись десять минут назад. Просто фантастический притворщик. Ещё ни разу я не встречал человека, который так здорово бы имитировал свои эмоции, подстраивая их под натянутую на лицо маску. Настолько, чтобы то, что у него отражалось на лице, было и внутри. Я не забыл тот момент, когда его эмоции будто дернулись. Резко изменились. Сначала подумал, что гад действительно о чём-то переживал, но, нет. Ошибочное суждение. Просто в тот момент он окончательно понял, что можно уже перестать ломать комедию.

– Ты знала?

– Нет, – куда резче, чем вероятно сама хотела сказала она. – Я понятия не имела, что он у них работает! Если бы знала, то предупредила бы тебя! Или, думаешь, что мне самой приятно с ним было снова встречаться…

– Снова.

– Что?

– Ты сказала «снова», – повторил я. – Что между вами?

– А тебя это вообще волновать не должно! – резко вскинулась она.

– Настя…

– Саша, я сказала, что это не твоё дело! Вот и не лезь в него!

Мда-а-а. Её эмоции кипели.

Я вздохнул и откинулся на спинку кресла. Помассировал закрытые глаза пальцами, пока размышлял, что делать дальше. А, собственно, что я буду делать дальше?

Да хрен его знает, если честно. Но, это не повод останавливаться.

Остаток поездки прошёл у нас в молчании. Настя говорить явно не хотела. Я и подавно. Всё же не каждый раз сталкиваешься с… блин, да я будто в кривое зеркало посмотрел. Этот мудак явно заранее знал каждый шаг, который я могу предпринять и уже подготовился к тому, чтобы иметь на них свои собственные ответы.

Но, ничего страшного. В эту игру могут играть двое.

Когда двери лифта открылись на этаже нашего отдела, Настя вышла наружу, но лишь через пару шагов обнаружила, что идёт одна.

– Саша…

– Мне надо поговорить с твоим братом, – бросил я, нажимая на кнопку. – Встретимся в отделе.

Двери лифта закрылись, заглушив её последние слова.

Шестьдесят седьмой этаж. Уже давно знакомая мне стойка приёмной…

– О, привет, Саша! – улыбнулась мне сидящая за ней рыжая красотка.

– Кристин, прости, но не сейчас, – сказал я, быстро пройдя мимо неё.

С этой рыжей я всегда поболтать был готов, но сейчас в таком состоянии не хотелось общаться ни с кем, кто мне хоть сколько-то нравился. Боялся сорваться на ком-нибудь. И так внутри всё горело.

Ненавижу проигрывать.

Заметив, что Роман стоит у окна и говорит с кем-то по телефону, постучал по двери. Поймал глазами его взгляд. Видимо выражение на моём лице оказалось красноречивее любых слов, так что Лазарев что-то произнес в трубку и махнул мне рукой.

– Судя по твоему лицу, я делаю вывод, что соглашения вы не получили, – произнёс он.

– Дырку от бублика мы получили, – проворчал я. – Они заранее были настроены на отказ.

– То есть, ты проиграл.

Он даже не спрашивал. Это было утверждение.

– То есть, я слил первый раунд, – категорически не согласился я, на что Роман вздохнул.

– Саша, ты понимаешь, что теперь, когда они отказали тебе в мировой, то это дело скорее всего пойдёт в суд? А учитывая его специфику…

– Спасибо большое, я как-то своим мозгом до этого вывода дошёл, – съязвил я. – Лев Калинский. Знакомое имя?

О, вот теперь его лицо оказалось красноречивее любых слов.

– Вижу, что знакомое, – произнес я, усаживаясь в кресло.

Роман поморщился, словно съел что-то крайне кислое и невкусное. Постоял несколько секунд, затем подошёл и сел напротив меня.

– Как отреагировала Настя? – сразу спросил он, не став тратить время на расшаркивания.

– Была в лёгком шоке. Кто он такой?

– Очень талантливый парень, – ответил Лазарев. – Чем-то на тебя похож…

– Спасибо, конечно, но давай без таких сравнений, – моментально среагировал я. – Мне одной встречи с ним хватило для того, чтобы записать его в список тех, кому бы я могилу вырыл. Заметь, записал ручкой. Не карандашиком.

– Ну, я на твоём месте перманентный маркер взял бы, – усмехнулся Лазарев, но вышло у него это как-то вяло. – Короче, как я уже сказал, он чем-то похож на тебя. Отдел кадров даже присматривался к нему в прошлом году, но его забраковали.

Произнёс он это таким голосом, что мне сразу стало ясно. За этой фразой скрывалось куда больше, чем могло бы показаться на первый взгляд.

– Что это значит, забраковали? Вы хотели взять его на работу, но потом передумали?

– Ну, скажем так, я крайне настоятельно порекомендовал им передумать, – дал дополнительное пояснение Роман.

И, опять-таки. Его голос. Выражение лица… что-то здесь было не так.

– Ром, в чём дело? – напрямую спросил я его. – Это ведь не вся история, ведь так?

– Какой ты догадливый, – невесело усмехнулся он. – Представляешь, вот ведь какое дело. Во всех остальных крупных компаниях, куда он направлял свои резюме, его тоже отсеивали.

Ясно. Понятно.

– Я так понимаю, что это не более чем удивительное совпадение? – задал я риторический вопрос.

– Как я уже сказал, ты удивительно догадливый, – тут же скривился Роман. – Да. Не более чем удивительное совпадение, что после моего звонка в эти фирмы, его резюме тут же стали выкидывали.

Однако. А ведь это даже страшнее, чем может показаться на первый взгляд. Одним своим звонком и небольшим намёком, Роман буквально обломал ему всю дальнейшую карьеру. Если на секундочку забыть о том, что я был бы счастлив забить его на хрен лопатой, то характеристика впечатляла. Пробиться из бедной семьи, получить стипендию. Это охренеть как многого стоило. Полностью бесплатное обучение и содержание на время учёбы. Да это грёбаный золотой билет. Человека с такой характеристикой потом с руками бы оторвали. Фирмы должны были себе глотки грызть ради того, чтобы затащить к себе столь перспективного кадра.

Его ждало золотое будущее. Если, конечно, верить, что всё, что о нём сказали Лазаревы было чистой правдой.

А Роман одним звонком и прозрачным намёком всё это сломал. Мда-а-а…

– Зная тебя, предполагаю, что для подобного имелась весьма веская причина. Я так поднимаю, что связана она с Анастасией.

– Знаешь, сегодня твоя догадливость просто не знает границ.

– И? Может быть немного подробностей и…

– А, что тебе сказала Настя? – спросила в ответ Роман.

– Что это не моё дело, – вспомнил я её слова.

– Ну, так вот. Это не твоё дело, Александр.

Окей. Возьмём на заметку.

– Хорошо. Проехали эту тему…

– Нет, – тут же перебил меня Лазарев. – Он обязан был что-то предложить тебе. Просто так втоптать тебя в грязь и не подстелить соломки он не мог.

Я едва не рассмеялся услышав его слова. Сам думал такими же «терминами».

– Снятие штрафных санкций с экипажа…

– Подпиши…

– Но взамен я отдаю им Уткина, – договорил я. – Я отказался.

Он тихо выругался.

– Лучше бы ты согласился…

– С чего это?

– Теперь, когда вы оба упёрлись, как бараны, это дело идёт в суд, а, значит, судья будет решать, кто из вас более убедительный, и…

– Только не говори, что неожиданно перестал в меня верить, – прервал я его. – Это, знаешь ли, несколько обидно звучит.

– Слушай, давай вот без сентиментальных соплей, – не скрывая своего недовольства попросил Лазарев. – Я хорошо представляю себе на что ты способен. И отлично знаю, на что способен Калинский. Саша, не в обиду тебе, но тут я вынужден признать, что шансы у него повыше…

– Это с чего это вдруг? – тут же вскинулся я. – С того, что у него есть какая-то бумажка?

– С того, что за время учёбы в университете он не проиграл ни одного игрового суда, – довольно резко осадил меня Лазарев.

Я не удержался и фыркнул.

– Тоже мне достижения. Я сам ни од…

И тут же заставил себя прикусить язык. Чуть не ляпнул, что сам ни одного не проиграл. И? Как бы я потом такую чушь объяснял.

Впрочем, мою заминку он всё равно понял неправильно.

– Вижу, что до тебя дошло, – произнёс он. – И, ты до сих пор не понял, что именно я хотел сказать. Когда я говорил о том, что он выигрывал игровые суды, то не сказал главного. Он всегда играл против старших курсов. С самого начала. Всегда.

– И не проигрывал?

– Ни разу, – подтвердил Роман.

Мда-а-а… поверить не могу, что другие фирмы не взяли его к себе в тот же момент, как он выпустился из университета с дипломом. Даже если это было чревато риском разгневать Лазаревых.

А затем до меня дошёл отдельный смысл сказанных им слов.

Калинский всегда играл против старших курсов. Всегда. С самого начала. Значит…

– А Настя с ним встречалась на игровых судах?

– Как я уже сказал, это не твоё дело, – холодно повторил Роман. – Но ты умный. Знаешь, насколько она гордая.

Это да. Тут и думать нечего. Как бы она поступила, получив возможность сразиться с таким известным старшекурсником, который имел исключительную историю побед, так ещё и был простолюдином. Разумеется ей в голову могла придти мысль о том, чтобы самой побить того, кто старше неё.

С другой стороны, даже в этом случае её реакция оставалась слишком… резкой. Что-то там было ещё.

– Ясно, – только и сказал я.

– Хорошо, что ясно, – произнёс Роман. – А теперь лучше займись своей работой и придумай, как не проиграть ему в суде.

– Проиграть? – я бы глаза закатил, но борюсь глазные яблоки себе свернуть. – Рома, я не собираюсь проигрывать. Я собираюсь уничтожить его!

Ух! Пафосно! Круто! А, как? Отличный вопрос. Пока я не знаю, но обязательно что-нибудь придумаю. Браницкий был не совсем прав, когда называл два главных мотиватора: страх и деньги. Есть ещё злость. Желание отомстить.

И сейчас у меня эти ощущения были чертовски сильны.

Встав с кресла, я направился к выходу, но уже у самых дверей вдруг вспомнил кое-что.

– Ром, ещё вопрос.

Услышав меня, Лазарев поднял голову от телефона, который успел достать, пока я шёл к двери.

– Да?

– Вы отслеживали пакеты акций, про которые мы говорили?

– Да, там всё нормально. Не переживай…

– Их вчера выкупили, – перебил я его. – Все.

– Что? – у него даже глаза округлились. – Ты уверен?

– Да.

– Я ничего об этом не знаю. Спасибо, что сказал. Я передам отцу.

– Ага. Без проблем.

Закрыл за собой дверь и пошёл к лифту. Пока шёл, думал. Много и усердно.

А ещё я размышлял над тем немаловажным фактом, что Роман мне солгал. Я знаю его уже достаточно хорошо, чтобы по лицу понять, когда он говорит мне настолько явную ложь.

Ему прекрасно было известно о том, что пакеты этих акций были выкуплены. Вот вообще не новость для него была. И, раз уж он так «спокойно» на это отреагировал, то…

Даже думать над этим не хотелось.

* * *

Зашёл в отдел, по пути сорвав поганую бумажку с двери и скомкав её, швырнул в ближайшую мусорку.

Стоило мне зайти внутрь, как Настя тут же подняла голову и посмотрела в мою сторону. Как напуганный кролик, услышав приближение волка. Какого хрена⁈ Да что произошло между ними, что она так реагировала на это.

– Поговорил с Ромой? – каким-то странно тихим голосом спросила она.

– Да, – отозвался я, садясь за свой стол. – Позвони, пожалуйста, Уткину. Я хочу с ним встретиться. Желательно сегодня и…

– И? Что он сказал?

Я даже нить своей мысли потерял.

– Кто?

– Мой брат, – уточнила она.

– Сказал, что это не моё дело, – ответил я, моментально поняв, что именно её волновало. И, это точно был не тот факт, что нас час назад разделали под орех и теперь придётся защищаться против этого гада в суде.

– Саша, если он тебе рассказал про него…

– Да плевать я хотел на то, каким он был умным и разумным, Настя! – отрезал я. – Эта сволочь издевалась там над нами! Я это знал. Он буквально игрался, как грёбаный кот с мышью! Ещё и смеялся над тобой… над нами. Да я закопаю его после этого в суде так глубоко, что для того, чтобы его откопать, потребуется грёбаную скважину бурить!

Поняв, что она уставилась на меня с таким взглядом, будто и шевельнуться боится, я только в этот момент осознал, что стою у её стола, буквально нависая над ней.

Отпустил край её стола. Выпрямился. Глубоко вдохнул и выдохнул.

– Послушай меня, – уже куда спокойнее произнёс я. – Я не собираюсь проигрывать. А это значит, что и ты тоже не собираешься. Он тебя обставил в университете? Плевать. Это ничего не значит. Сейчас мы не в лектории за поганые оценки соревнуемся. Это долбаная жизнь. А я куда более хитрая и наглая гадина, чем он даже может себе представить. А сейчас, будь добра, позвони Уткину и скажи, чтобы как можно скорее ехал сюда.

– Хорошо… А ты, что будешь делать?

– Буду искать отличного эксперта для того, чтобы прижучить их.

* * *

Следующим утром произошло сразу два события. И, что характерно, после прошедшего дня я ожидал оба. Во-первых, Уткин приехал на встречу. Но тут даже удивляться не надо. Анастасия же по моей просьбе назначила встречу. А вот о втором я узнал минут за двадцать до его приезда в офис.

Курьер доставил нам письмо, в котором находился судебный иск на имя Вячеслава и всех, кто находился в составе его экипажа. В качестве вины вменяли преступную халатность, непрофессиональные действия повлекшие за собой создание аварийной ситуации, серьезные травмы для экипажа, а, также, значительные финансовые убытки.

В целом, ничего удивительного. Учитывая то, что я узнал о нём, предполагал, что после вчерашнего действовать он будет быстро.

– Спасибо, что приехали, Вячеслав, – поприветствовал я мужчину, когда тот зашёл в конференц-зал.

Я находился тут один. Настя… В общем, она сказала, что останется в отделе и поработает с бумагами для того, чтобы оформить независимую экспертизу технического состояния «Днепра» и подготовить ходатайство на получении всей информации по судну от его владельцев. Конечно же, что-то мы сможем получить и без этого. Всё же это корыто имело официальную регистрацию, так что что-то нам предоставят государственные инстанции… но мне этого мало.

– Простите, что смог только сегодня. Я был за городом…

– Ничего страшного, – тут же перебил я его. – Главное, что вы тут. Мне нужно прояснить ситуацию по паре вопросов.

– Да я бы и по телефону мог бы ответить, – смущенно пробормотал он, но я покачал головой.

– Нет. Я предпочитаю живое общение, а не пустые разговоры по телефону.

Нет, правда. Мне уже Настя вчера за это дело мозг попыталась проесть. Да задай ты ему все вопросы по телефону, чего тянуть то… Ага, а, как я буду его эмоции читать? Нет. Для меня встреча лицом к лицу куда важнее, чем просто болтовня.

А, собственно, зачем мы вообще сегодня тут встретились? Всё очень просто. Прокрутив в голове наши предыдущие разговоры, я наткнулся на любопытный факт. Вспомнил одну фразу, которой по началу не придал должного значения.

– Вячеслав, во время нашей прошлой встречи вы сказали, что не хотели идти второй раз на этом судне, – произнёс я, внимательно следя за его ощущениями. – Что именно вы имели в виду?

Кажется, что мой вопрос сбил его с толку.

– Простите?

– Ничего, я повторю. В прошлый раз вы дословно сказали, что не хотели идти второй раз на этом судне, но вам пришлось. Что вы имели в виду под словом «пришлось»?

– Меня хотели назначить на него капитаном, но на другой экипаж.

– Можете пояснить?

– У нас должен бы быть двухмесячный отпуск, – пожал плечами Вячеслав. – Но перед тем, как он начался, со мной связались из фирмы и сказали, что капитан сменного экипажа на этот рейс попал в аварию. Вроде ничего особо страшного. Просто ноги сломал, да пару рёбер. В него пьяный водитель въехал. Но в таком состоянии он выйти не мог. А я был свободен. Сами понимаете, что в такой ситуации они просто не могла ждать, когда он поправится. Сразу бы навалились заказчики. Пошли бы издержки и прочее…

– И вы согласились, – сказал я. Не вопрос, просто констатация факта.

– Да. Только поставил условие, что выйду со своим экипажем, – поморщился Уткин. – Я знал в каком состоянии находится это корыто. Идти в море с людьми о которых ничего не знаешь… паршивая это затея. Так что я сначала поспрашивал своих ребят. Все согласились. Ну, почти все. Кроме одного…

– Того, чьё место занял ваш сын, – догадался я.

– Да. У одного из моих матросов ребёнок родился. Вот Арсений и решил остаться на берегу. А Виталик уже закончил обучение. Ему просто опыта не доставало. А рейс не обещал быть длинным. Всего четыре недели и мы были бы дома. Плюс нам пообещали передвинуть график отпуска. А деньги парням были нужны. Мы и согласились.

– А, как компания отреагировала на ваше требование?

– Сначала были против. Нет, понятно, что всё это дикий ад с бумагами. Это же сколько надо всего переоформить, чтобы и новый экипаж в короткий срок назначить, а затем ещё и отпуска и выплаты переносить.

Говоря о выплатах, в голосе Уткина прозвучала грустная ирония.

– Но, в конце-концов они согласились, так? – уточнил я.

– Да. Через пару дней я неожиданно получил от них одобрение. Сказали, что никаких проблем нет и я могу идти в рейс со своими людьми. Я даже удивился поначалу, а когда посчитал… помните, я говорил вам, что «Днепр» медленно ходит?

– Да, что-то там про то, что у него днище всякой дрянью обросло.

– Именно! – кивнул Уткин. – На этой калоше мы могли в нормальном темпе выдавать двенадцать – тринадцать узлов. Как раз выходило в притык по графику. Так что если бы они хоть немного ещё мешкали, то мы бы вообще никуда и никогда не успели.

– Ясно, – произнёс я.

А, собственно, что мне ясно? А очень много чего на самом деле. Осталось только понять, как сплести всё это в хорошую и крепкую верёвку, чтобы повесить на ней одного наглого засранца.

Как там говорят моряки? Вздернуть на рее.