Текст книги ""Фантастика 2026-10". Компиляция. Книги 1-35 (СИ)"

Автор книги: Ник Фабер

Соавторы: Алексей Губарев,Евгений Юллем,Виктория Побединская,Александр Сорокин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 140 (всего у книги 342 страниц)

Нашёл заставленную коробками старую дверь. Распихал их ногами, обнаружив искомое за ними. Ручка поддалась не сразу, но дверь со скрипом открылась на пару десятков сантиметров…

…и застряла. Что-то подпирало её с той стороны. За моей спиной уже слышались возбуждённые голоса. Полицейские уже на этаже. Прямо здесь.

Сунувшись в проём плечом, змеёй пролез через образовавшуюся узкую щель. Больно. Неприятно. Ободрал себе кожу на виске, задев ржавый угол приваленного к двери с той стороны старого стеллажа. Но каким-то чудом смог протиснуться, выскочив с другой стороны. Огляделся. Грязный, заваленный мусором коридор. Да плевать мне, что там!

Не обращая внимания на окружающую обстановку, быстро пробежал по нему до выхода. У двери даже замка не было. Она просто распахнулась с отвратительным скрипом ржавых петель, выпустив меня на такую же лестничную площадку, как и та, с которой я сбежал всего минуту назад.

Не став терять время, метнулся к лестнице, предварительно заглянув в пролёт. Вроде никого. Так оно и вышло. Ну почти. Единственной живой душой оказался мужик непонятного возраста в рванье, что спал на подоконнике прямо на лестничной клетке между третьим и вторым этажами. И, судя по стоящим рядом с ним на полу двум пустым и одной наполовину выпитой бутылкам дешёвой водки, спать он будет ещё очень и очень долго. Остановился я только на первом этаже, чтобы осторожно выглянуть наружу из парадной.

У входа в здание стояли семь полицейских машин и с полдюжины офицеров. Все с оружием наготове. Почти на всех надеты бронежилеты и шлемы с закрытым забралом. Смотрят по сторонам, пока один из них, со знаками лейтенанта полиции на форме что-то говорит в рацию. И? Что дальше? Да до них от парадной, где я стоял, метров шесть, не больше. Если выйду, то незамеченным мне не уйти.

Немного подумав, сунул руку под пиджак и ощупал себя. С испугом нащупал кровь на пальцах, но всё оказалось не так уж и страшно. Быстрый осмотр показал наличие глубокой царапины на боку. Как раз в том месте, где пуля задела меня по касательной. Ещё буквально пара сантиметров – и всё. Никуда бы я не побежал, а лежал бы там, наверху, истекая кровью в надежде, что копы вызовут скорую, а не прихлопнут меня на месте, посчитав за одного этих барыг.

Сейчас бы помощь Виктора мне не помешала бы. Даже попытался представить, что именно он скажет, когда увидит меня в таком паршивом виде…

А ведь точно! Чем хуже я буду выглядеть, тем лучше!

Развернувшись, спешно поднялся обратно, на ходу вытащив рубашку из брюк. Сорвал галстук и бросил его в ближайший угол. Провёл рукой по стене, собрав побольше грязи, и щедро размазал её по рукам, а остатками измазал лицо. Подойдя к спящему пьянчуге, нашёл искомое. Ту бутылку, в которой ещё оставался алкоголь.

И вылил большую часть на себя.

* * *

Лейтенант Бондаренко тихо ругался, глядя на старое здание. Он вообще не должен был быть здесь. Вместо этого Сергей надеялся на то, что сможет наконец провести пару выходных вместе с женой и недавно родившейся дочерью. Но… похоже, что у судьбы имелись свои планы на его расписание.

Наполняющая город дрянь словно с цепи сорвалась. За эту неделю был уже восьмой выезд для его группы. В этот раз им сообщили, что кто-то видел, как в здание затаскивали какие-то бочки. И ещё что запах странный. Мол, химикаты какие-то.

Что может подумать хороший и бывалый офицер полиции? Да всё что угодно.

Главное, что это «всё что угодно», скорее всего, не выходило в список законных занятий для граждан империи. А если учесть, в каком гадюшнике они сейчас находились, тут можно было смело хватать каждого второго и спокойно сажать в обезьянник, вообще не парясь насчёт того, чтобы заниматься какими-то разбирательствами, установлением вины и прочего. В этих поганых районах на окраине Петербурга можно было дохлую кошку за хвост раскрутить и тут же попасть животиной по какой-нибудь скотине, которая заслужила от двух до пяти. Просто в целях профилактики.

Как говорил отец самого Бондаренко, сам бывший полицейским со огромным стажем: был бы человек, а статья найдётся.

Закреплённая на бронежилете рация ожила.

– Лейтенант?

– Что там у вас, Дима?

– Похоже, что сегодня вы рано домой не поедете, – с искренним сочувствием в голосе проговорил сержант, командовавший отправленной наверх группой из двенадцати полицейских.

Вопреки расхожему мнению, офицер не должен бежать стремглав впереди своих людей. Нет. Офицер должен стоять позади, командовать и следить, чтобы всё прошло именно так, как и должно. Особенно в том случае, если желает вечером вернуться домой к семье. Тяги к глупому геройству у Сергея никогда не было.

– Что нашли? – вздохнул Бондаренко, смирившись с печальной участью сверхурочной работы.

– Похоже, что нас не обманули. Тут реально лаба, – сообщил ему голос из рации. – Куча оборудования. Бочки с химикатами…

Внимание Сергея вдруг привлекло движение. Дверь соседнего подъезда рывком открылась, чем моментально привлекла к себе взгляды всех собравшихся на улице полицейских. Не прошло и секунды, как шесть пистолетов оказались нацелены в сторону возможной угрозы.

Бондаренко даже успел порадоваться за реакцию своих людей, а затем мысленно выругался, увидев, как из подъезда вышел парень в грязном костюме. Шатало его почище попавшего в шторм моряка. В правой руке он сжимал почти пустую бутылку водки.

Быстро свистнув своим людям, Сергей указал в сторону незнакомца.

– Эй, гражданин, а ну стоять! – крикнул один из полицейских, но парень, кажется, даже не услышал его.

Вместо этого он сделал ещё пару шагов на заплетающихся ногах и наконец упал на землю, трогательно прижимая к груди бутылку.

Взмолившись всем богам, Сергей пошёл к пьянице. А когда подошёл, вообще пожалел о том, что сделал это. Резкий запах дешёвой водки он почуял едва ли не за несколько метров.

– Кто такой? Эй, парень.

– Э… чё-ё-ё-ё-ё?

– Кажется, он пьяный, лейтенант, – с тихим смешком сказал один из подчинённых.

– Потрясающие способности к дедукции, Лейкин, – зло огрызнулся Сергей, совсем не желая сейчас выслушивать тупые шутки. – Как же это ты следователем до сих пор не стал?

– Да я…

– Рот закрой, – приказал он и снова повернулся к парню. – Это был риторический вопрос.

На вид лет двадцать. Костюм хоть и неплохой, но покрыт грязью так, будто в нём в канаве спали. Руки и лицо явно давно не мыты. Да и вообще, выглядел он так, словно уже пару дней не выходил из запоя.

– Кто такой?

– В… – чем вздрогнул, икнул и потянулся губами к бутылке, но Бондаренко тут же прервал эти потуги и отобрал бутылку.

– Кто такой? – резко повторил он вопрос.

– В… Вася.

– Какой Вася?

– Вася, – протяжно промямлил парень и очень вежливо, запинаясь, попросил. – Отдайте бутылочку, пожалуйста.

– Отвечай на вопрос, – потребовал он, видя, как у парня расплывается взгляд. – Что здесь делаешь?

– С другом… отдыхали.

– С каким другом?

– С хорошим. С Васей.

– А ты тогда кто? – рявкнул Бондаренко, теряя терпение.

– Вася, – тупо произнёс он.

Из-под шлемов раздались тихие смешки.

– Может, его друга тоже зовут Вася? – предположил один из полицейских, на что Сергей показал ему кулак.

– Эй, на меня смотри… да собери глаза в кучу! Где живёшь? Что тут делал? Что там наверху, знаешь?

Впрочем, Бондаренко задал вопросы не столько из желания что-то узнать, сколько просто из-за протокола. По тупому, почти что стеклянному взгляду парня он видел, что тот если и слышит их, то вряд ли понимает.

Неожиданно парня скрутило. Он застонал и рухнул на колени. Едва не согнулся в припадке, прижимая руки к лицу и, очевидно, пытаясь сдержать порыв…

…а затем выблевал содержимое своего желудка. Прямо на ботинки окружающих его полицейских.

– Да твою же мать! – вскрикнул Бондаренко, отшатываясь назад и пытаясь стряхнуть грязь с недавно купленных ботинок.

– Лейтенант, вы слышите меня⁈ Эй, ответьте! – раздался встревоженный голос по рации.

– Что там, Дим? – не переставая ругаться отозвался лейтенант.

– Похоже, что придется вызывать ребят с мешками.

– Всё плохо?

– Тут пять трупов. Трое нариков и ещё двое непонятных. Похоже на очередную разборку из тех, которые мы всю неделю прибираем.

Ещё раз тряхнув ногой, Бондаренко совсем отчаялся стряхнуть с носка остатки блевотины и устало вздохнул. Он уже раз шесть проклинал сегодняшний день. Может быть, седьмой и не будет лишним.

– Уберите его отсюда, – приказал он, махнув в сторону пьянчуги.

– Куда убрать-то, лейтенант? – спросил один из его подчинённых. – Я его в машину не очень хочу сажать, он там всё…

– Да просто отсюда его уберите! – рявкнул он, кинув пустую бутылку в ближайшую ржавую урну. – У нас там пять трупов и лаба для варки! От этого всё равно толку нет.

– Слышал, скотина? – крикнул на пьяного полицейский. – Пошёл вон!

Через пять минут, поднявшись на пятый этаж и осмотрев творящееся там, Бондаренко проклинал этот день уже в восьмой раз. А ещё через десять, когда приехали имперские следователи, он и думать забыл о каком-то грязном и вонючем пьянице, которого встретил на улице.

Наверное, в этом не было ничего удивительного. Кто будет думать о поганом пьянчуге, когда у тебя прямо на глазах начиналась новая преступная война за передел влияния в столице.

Глава 2

Дверь открылась. Я посмотрел на Виктора. Виктор на меня. Принюхался. Я приоткрыл край пиджака, молча показывая ему красное пятно на рубашке.

– Слушай, Саша, я, конечно, всё понимаю, но это уже какая-то ненормальная хрень.

– Вик, слушай, день сегодня был длинный, долгий, – устало выдохнул я. – И от начала до конца полная херня. Каждую минуту.

– Ладно, – вздохнул друг. – Заходи. Не гнать же тебя… только дай что-нибудь на диван постелю, а-то от тебя воняет, как от грязной, побитой псины.

Двадцать минут спустя я сидел на застеленном клеенкой диване и тихо шипел сквозь зубы от боли, пока Виктор меня штопал.

– Знаешь, меня пугает, что ты начинаешь считать подобные визиты сюда привычными, – проворчал друг, заканчивая обрабатывать рану. – Раньше хоть с пивом приходил. А сейчас что?

– Думаешь, мне нравится каждый раз вот так вваливаться к тебе? – не удержался я от сарказма. – Типа делать вечером нечего, дай себе очередную порцию проблем на задницу найду.

– Ха-ха! Очень смешно, Саша. Очень, – фыркнул Вик, доставая из аптечки широкий стерильный пластырь. – Ты дурак или нет? Это от чего след? От пули? Где ты вообще так умудрился?

– Да знаешь, стреляли…

– Ой, давай вот без своих дурацких шуток! – пригрозил он мне. – А то сейчас домой без обезболивающего отправлю!

Угроза была принята к сведению. Мучиться и дальше от боли у меня не было ровным счётом никакого желания.

После того как я свалил от полицейских, сделал самую очевидную и в то же время тупую вещь на свете.

Вызвал себе такси.

Нет, ну а что? Кто бы поступил на моём месте иначе? В голове так-то всего один надёжный адрес врача имелся, которому я мог доверять. Вот и решил быстро доехать до него… ага. Разбежался. Увидев мой вид и, видимо, почуяв исходящий аромат, таксист попросту обматерил меня, отказался от заказа и просто уехал. И, будто бы этого было мало, эта сволочь поставила мне одну звезду рейтинга в приложении! Нет, серьёзно! Бред какой-то!

В итоге мне пришлось буквально пешком добираться до Виктора. Полтора с лишним часа ходьбы по улице с горящей от боли бочиной. Такое себе времяпрепровождение. Особенно если учесть, с каким отвращением на меня смотрели прохожие. Вот уж правильно Виктор подметил про грязную, побитую псину

Ладно. До места я добрался, и плевать. Главное, что смог уйти оттуда и вроде бы даже никаких следов не оставил. Это самое важное.

– Серьёзно? – не удержавшись от смеха спросил Виктор, после того как я поведал ему о своих приключениях. – Ты заблевал им ботинки?

– А тебя, я смотрю, только это заинтересовало?

– Да нет, просто представил себе картину. Так, значит, он мёртв?

– Да, Вик, – едва не простонал я. – Это полная жопа. Леонид был нашим единственным способом решить это дело сразу же и гарантированно. Без него…

– Слушай, но она же невиновна!

Я посмотрел на него как на неразумного ребёнка.

– Это я знаю, что она невиновна. И ты знаешь. С моих слов. Присяжным же будет абсолютно плевать на то, во что я верю. Важно лишь то, чему они поверят…

– Саша, ну неужели так сложно…

От его слов я сначала расхохотался, а затем едва не скрючился от боли в боку.

– Ты давай, ещё посмейся, – с иронией предложил он. – Чтобы снова кровь пошла, придурок.

– А ты тогда чушь не неси, – сказал я ему. – Ты просто не встречался со Стрельцовым. Он жуткий мужик. Натурально жуткий.

– Спасибо, но мне как-то одной встречи с Даумовым хватило на всю жизнь. Хватит с меня интересного жизненного опыта и встреч с жуткими мужиками. Это у нас по твоей части.

– Ха-ха, как смешно, остряк недоделанный. Знаешь, я почему-то опасаюсь этого мужика куда сильнее, чем Даумова, – вздохнул и откинулся на спинку дивана, позволив Виктору прилепить пластырь мне на бок.

– Всё, готово, – сказал он, разгладив прилепленный пластырь. – Можешь с ним мыться, если нужно. Он непромокаемый, но прямо сильно водой не заливай. Я тебе ещё несколько штук докину.

– Спасибо, Вик…

– В карман не положишь, – хмыкнул он, чем напомнил мне о нашем последнем разговоре с Лазаревым.

– Ничего, в…

– В руках тоже не понесу, – тут же отрезал он, хорошо зная мою любимую присказку. – Если так продолжится, то мне пора с тебя уже деньги начать брать за свои услуги.

– Перебьешься. – Я встал и посмотрел в зеркало. Вроде всё выглядело не так уж и плохо. – Считай, что это тебе только на пользу. Бесплатная практика…

– Ты забыл, где я работаю? – заржал друг. – У меня такой практики на работе жопой жуй. Я каждый день этим занимаюсь.

– Ну вот и не ворчи. Пациентом больше, пациентом меньше… слушай, шмотки не одолжишь?

– Да без проблем. Слушай, Сань, я, конечно, знаю, что ты не любишь, когда лезут в твои дела, но мне кажется, что это уже выходит за рамки нормальности. Ты же адвокат, а не…

– А не кто? – спросил я его, стягивая с себя грязные брюки. Жаль костюм. Придётся его выкинуть. Не уверен, что ткань переживёт всё случившееся за сегодняшний день. В шкафу у меня остался только ещё один запасной и тот, который я получил перед делом с Изабеллой.

– Да я без понятия, – развёл руками он. – Ты уже какой раз ко мне вот так вваливаешься? Третий? Четвертый?

– Третий, – сказал я ему, а затем подумал: – Вроде третий.

– А должно быть ноль! – ткнул он в меня пальцем. – В первый раз тебя едва не зарезали! Потом чуть не проломили голову бутылкой! А сейчас что? Чуть не застрелили! Что дальше⁈

Ну тут мне крыть было нечем, признаю.

– Да откуда мне знать, – пожал плечами. – Главное, что живой.

– Ой, надолго ли, Саша, – с искренней тревогой сказал Виктор и покачал головой. – Надолго ли?

Ответить мне на это было нечего. Согласен, раньше моя практика не была такой насыщенной и… скажем так, травматичной. И действительно, как-то напрягает, что всё это идёт по нарастающей. А вдруг Вик прав?

Отбросив эти мысли, достал из кармана телефон Леонида. Дешёвый смартфон из тех, которые может позволить себе чуть ли не любой. Да что там, даже я с таким хожу. И вот теперь у меня в руках мобильник нашего «наркобарона». И? Что мне с ним делать? В тот момент, когда мне пришла мысль о нём, я рассчитывал, что, возможно, смогу найти в нём какие-нибудь доказательства. Информацию, которая позволит нам с Мариной защитить Яну.

К несчастью, все мои порывы оказались разбиты о появившуюся на дисплее надпись.

«Введите пароль для разблокировки»

И клавиатура с цифрами. Просто прекрасно. Как бы было удобно, окажись Леонид идиотом, который не заботится о безопасности своего телефона, но, похоже, что удача тут не на моей стороне. Придётся придумать что-то другое.

С этими печальными мыслями поплёлся в душ. Может, после сна что-то в голову придёт толковое…

Следующий день встретил меня подъёмом в пять утра по будильнику. Времени мало, а предстояло сделать вот прямо огромный объём работы.

Но! Но, но, но! Главное, что я оказался прав. Пусть даже проспав всего около шести часов, я действительно смог придумать что-то толковое! Ну вроде бы.

Выйдя от Виктора, сразу же набрал Марину.

– Пожалуйста, скажи мне, что ты нашёл его, – взмолилась она, едва я только начал говорить.

– Прости, но нет.

– Его не нашли⁈

– Нашли, но… короче, Марин, в суде он нам не поможет, – немного уклончиво ответил я. Не говорить же ей, чему стал невольным свидетелем.

– Но почему⁈ Я не понимаю! – не унималась она. Видимо, её мозг всё ещё отказывался верить в потерю возможности таким простым способом обелить сестру подруги. – Если он может…

– Да не может он, Марина! Ни черта он больше не сможет. Потому что Леонид мёртв, – всё же не удержался, спускаясь по лестнице дома, где жил Виктор.

– Что?

– Ты меня слышала. Забудь о нём как о свидетеле!

В трубке повисло молчание. Но даже в этой тишине я слышал отчаянье.

– Ты слышишь меня? – спросил на всякий случай. Даже быстро на экран глянул, чтобы удостовериться, что звонок не сбросился.

– Да, Саша. Слышу… но что нам делать?

– Свою работу. Будем действовать дальше так, как собирались изначально. Но сначала мне нужно, чтобы ты кое-что сделала.

– Что?

– Съезди, пожалуйста, ко мне домой. Мне нужно, чтобы ты привезла на работу костюм. Дома будет Ксюша, я её предупрежу. Она откроет тебе дверь и передаст одежду…

– Так, стоп-стоп-стоп… Саша, что…

– Марин! Просто сделай это, пожалуйста! – перебил её. – Мне нужно кое-куда съездить. Возможно, ещё есть шансы использовать Леонида.

Едва я только произнёс это, как любые вопросы со стороны Марины моментально исчезли. Как только она поняла, что это нужно для дела, то сразу же сказала «сделаю».

– Вот и умница. И пришли мне, пожалуйста, номер телефона Володи Шабина.

Сам же я быстро вызвал такси и поехал по нужному адресу. Номер телефона Марина прислала ещё до того, как я сел в машину.

Да. Я собирался обратится за помощью к единственному программисту, которого знал. К нашему предыдущему клиенту, Владимиру Шабину, которому мы не только помогли получить значительную компенсацию, но и который, по нашему же совету, устроился работать в компанию Леонида Шугарина.

Так что с будущим у парня всё должно быть отлично. Не без нашей помощи. Поэтому я рассчитывал на ответную любезность с его стороны. Созвонившись с ним и сообщив, что мне нужна его помощь, в ответ получил лишь адрес, куда нужно приехать.

– Привет, Саша! – радостно замахал рукой наш бывший клиент, когда я вышел из машины.

– Здравствуй, Володя. Спасибо, что согласился встретиться.

– Да без проблем, – улыбнулся он, поправив висящую на плече сумку. – После того как вы с Мариной мне помогли, это меньшее, что я мог бы для вас сделать.

Ну я не стал ему напоминать, что он уже для нас сделал в виде своей добровольной премии для нас двоих. В конце концов, это было его решение. А сейчас я действительно ему благодарен.

– Пошли, тут хорошая кофейня рядом есть, – сказал он, махнув рукой в сторону проспекта.

– А ты разве сейчас не у Шугарина работаешь? – припомнил я.

– Работаю, – довольно улыбнулся он. – Спасибо за этот совет, кстати. Леонид Викторович взял меня на работу сразу же, как я к нему обратился. Ну ладно, приврал немного, конечно. Пришлось показать, что я умею. Но вот после этого взяли сразу.

– А чего ты тогда…

– Не на работе? – угадал он мой вопрос. – Так мне разрешили из дома работать. На удалёнке. Ты же в курсе, что у моей мамы со здоровьем беда. Оказывается, я могу оформить страховку для неё на работе. А когда там узнали о её состоянии, то разрешили работать из дома, чтобы присматривать за ней. Вообще кайф. Главное, всё делать быстро и качественно, и никаких вопросов. Так что у меня вроде как сейчас свободный график. Нам сюда.

– Искренне завидую, – хмыкнул я, открывая перед ним дверь кофейни и заходя следом.

Мы сели за один из столиков. Пока Владимир доставал ноутбук, я быстро заказал нам пару чашек кофе и слойки с ветчиной и сыром, чтобы хоть чем-то набить желудок. Не самая, конечно, полезная еда, но сейчас лучше, чем ничего.

– Итак, что тебе нужно? – спросил Шабин.

– Нужно достать с этого телефона всё, что там есть, – сказал я, положив перед ним мобильник Леонида.

Володя поджал губы и принялся осматривать смартфон. Даже пальцем в него потыкал.

– Мда-а-а-а… слушай, ты прости, если вопрос… ну это, немного странный, но всё же. Это что? Кровь?

– А?

Отвлёкшись на принесённый кофе, я посмотрел на мобильник. В спешке, да и потом я не заметил, что его заднюю крышку покрывают пятна засохшей крови.

– Варенье, Володь.

– А похоже на кровь, – с явным скепсисом в голосе повторил он.

– А ты представь, что это всё-таки варенье, – попросил я его, откусывая от слойки сразу четверть.

– Слушай, Саша, если это что-то…

– Нет там ничего такого, – прожевав, сказал ему. – Тот, кому этот телефон принадлежал, больше его искать не будет…

– Так себе звучит, знаешь ли, – с сомнением произнёс он, взяв смартфон двумя пальцами и положив перед собой на салфетку. – Зачем тебе это?

– На этом телефоне может быть информация, которая позволит снять обвинение с нашей клиентки, – сказал я ему чистую правду. – Её обвиняют в том, чего не делала. И если мы её не защитим, то девушку посадят на двенадцать лет. А может, и больше.

– Девушку?

– Ага, – быстро кивнул я, ощутив, как его эмоции зацепились за это слово. – Невиновную молодую девушку, Володя. Её могут посадить за то, чего она не совершала. И только ты можешь помочь нам доказать её невиновность!

На последних словах я ощутил такой эмоциональный подъём, словно сидящий рядом со мной щуплый программист готов был прямо сейчас встать и пойти сражаться со злобным драконом за жизнь прекрасной принцессы.

Хотя почему нет⁈ Так-то, по сути, и было! Сейчас в его руках имелся «клинок», способный сразить дракона. Просто рукоять у него была из клавиш на клавиатуре ноутбука. А какой парень не хочет стать героем?

Ну, кроме меня, конечно. Спасибо, но старая байка о том, что герои не умирают, оказалась поганой и мерзкой ложью. Уж я-то знаю.

– Я помогу тебе, – решительно сказал он, доставая какие-то кабели и подключая смартфон к своему компьютеру.

Глядя на то, как его пальцы быстро забегали по клавиатуре, я преисполнился надеждой…

…и, как оказалось, зря. А ведь правильно говорят, что надежда – злая сука. Рановато я начал радоваться.

– Похоже, придётся повозиться, – как-то неуверенно произнёс он через двадцать минут.

– Не можешь открыть?

– Могу, но…

– Что?

– Тут его ломать надо, Саша. И, скорее всего, придется разбирать, чтобы получить прямой доступ к памяти.

– И? В чём проблема? Ты же программист!

– Ах-ха-ха, – закатил он глаза, – как смешно! Я занимаюсь кодом и безопасностью, а не работой с железом…

– То есть не можешь? – уточнил я.

– Могу… наверное. Но мне нужно время и инструменты. Я могу забрать его?

Я задумался. Если честно, то понятия не имел, что именно хранилось на этом телефоне. Там могло быть всё что угодно. Вот вообще. В том числе там могло и не оказаться того, что я искал. Но выбрасывать на ветер даже такой шанс не хотелось.

– Действуй, – ответил ему. – Забирай телефон и делай с ним всё, что хочешь, но данные мне нужны. И чем быстрее, тем лучше, Володь. Эту буквально вопрос жизни и смерти.

И тут я не преувеличил.

Попрощавшись с Шабиным, снова вызвал себе такси и поехал на работу. Заодно проверил полученное от Марины сообщение, где говорилось, что она забрала мой костюм, последний из хоть сколько-то приличных, и сейчас едет на работу. Отлично!

А вот вторая часть её сообщения едва меня не заставила волком выть. Буквально.

Выскочив из машины через двадцать минут, быстро зашёл в задние, но практически сразу же был остановлен охраной. Оно и неудивительно, если вспомнить, как я сейчас выглядел в спортивном костюме с чужого плеча и деловых туфлях. Пришлось потратить время на объяснение, почему это я в таком виде явился на работу, что едва не вывело меня из себя. Приходилось тратить время на всякую хрень, вместо того чтобы заниматься работой.

А бесился я по очень простой причине.

Если верить присланному от Марины сообщению, то ей только что сообщили время предварительного слушания по делу Яны. У нас осталось всего полтора дня!

Но всё-таки кое-что ещё я сделать успевал. Пусть и тридцать минут, но я обязан был их потратить на то, чтобы извиниться.

Достав телефон, набрал номер.

– Да?

– Ты уже завтракал?

– Это ты к чему?

– Шаверму хочешь?

* * *

Дымя сигаретой, Громов поднялся по лестнице крытой парковки. Другой, а не той, где они встречались в прошлый раз. Вышел на этаж и пошёл вдоль ряда припаркованных машин, пока не дошёл до нужной. Затянулся в последний раз, выкинул сигарету и сел на пассажирское сиденье.

– Ты опоздал, – сказал сидящий на водительском месте мужчина.

Он нервничал, как мысленно отметил Громов. Даже сильнее, чем в их прошлую встречу.

– Загруженное утро, – отозвался Геннадий, устраиваясь поудобнее и доставая из кармана телефон.

Потратив пару секунд, чтобы найти нужную фотографию, Громов показал её собеседнику.

– Знакомая рожа?

– Ещё бы не знакомая, – хмыкнул сидящий на водительском сиденье мужчина, нервно барабаня пальцами по рулю. – Олежка Лебедев это. Младший который. Значит, его правда грохнули?

Громов задумчиво хмыкнул.

– А ему, по-твоему, башку пулей понарошку расковыряли? Знаешь, что случилось?

– Только слухи, – пожал плечами его собеседник.

– Мне и слухи сойдут, – вздохнул Громов.

Ситуация отвратительная. Наряд полиции получил анонимную наводку на лабораторию по производству дешёвой наркоты. Приехала на место. А там кровавая баня. Куча тел. Среди них этот. И ладно бы это был первый такой случай. Так ведь нет! Уже четвёртый за последние две недели. По крайней мере, из тех, о которых они знали.

– Давай, рассказывай.

– Ген, слушай, мне нельзя об этом говорить…

– Рассказывай, – гаркнул Громов.

– Да там нечего рассказывать! Лебедевым дали работку. Убрать точку по варке. Там заправляли ребята из группы Ахматова. Видимо, решили отомстить за те два склада, которые его ребята разнесли в начале прошлой недели. Как раз после смерти Даумова. Не спрашивай, кто именно это сделал, сразу говорю, что я не в курсе. Просто сообщаю то, что слышал. В общем, что-то пошло не по плану. Олежку грохнули. Семён свалил буквально из-под носа у полицейских. Это всё…

Громов прищурился. Мужик нервничал. Очень нервничал. А ещё, Геннадий видел, что он рассказал ему далеко не всё, что знал. Прямо шкурой это чувствовал. Интуиция подсказывала ему, что это не всё, что знал «его человек».

– Я жду.

– Да это всё, Ген, я тебе мамой клянусь…

– Не будь твоя мамаша такой продажной шалавой, как о ней говорят, я тебе, может, и поверил бы, – фыркнул Громов и придавил собеседника взглядом. – Рассказывай!

– Я слышал, что Семён с Олегом встретили там какого-то «туриста». Вроде не из людей Ахматова.

– Кто?

– Да я без понятия! Говорю же, точно не из его ребят. Ты же знаешь, что у него сплошные отбросы. А этот вроде хлыщ какой-то. В костюмчике. Семён сказал, что он адвокат. Не знаю… без понятия, короче. А ещё похоже, что это именно он грохнул Олежку.

– Какой-то адвокат прикончил младшего Лебедева? – Громов состроил удивлённую гримасу. – Может, получше что выдумаешь?

Братьев Лебедевых нельзя было назвать крутыми профессионалами. По крайней мере, не такими, какими хороших мокрушников показывали в кино. Там что ни наёмный убийца, так крутой и красивый мужик. Мечта женщин. Богат, спокоен, умён и остёр на язык. Всегда спит с пистолетом под подушкой и живёт по своему кодексу чести.

Чушь это всё.

Реальность была куда более пресной. Что покойный, что его брат в реальности далеко не лучшие представители рода человеческого. И уж точно не заслуживали сочувствия или симпатии со стороны любого нормального человека.

Но в чём Геннадий не мог не отдать им должное, так это в их навыках. Работали они пусть и грубо, но достаточно чисто, чтобы не попадаться и самим не оказаться в мешках для трупов. Оба бывшие военные. Нет, не какие-нибудь элитные спецназовцы, решившие пойти кривой дорожкой. Просто обычные солдаты, дембельнувшиеся из имперской армии, да так и не сумевшие найти для себя место в мире по эту сторону закона.

– Что ещё?

– Да ничего больше, – вскинулся его информатор. – Я это узнал чисто из слухов, так что за правдивость не ручаюсь. Хотя погоди…

– Что?

– Семен вроде сказал, что он в фирме какой-то работает.

– В какой?

– Что-то с Риновским вроде…

– Может, Райновский? «Лазарев и Райновский»? – тут же оживился Громов.

– Да вроде бы, говорю же, я только слухи слышал.

Эта странная история про адвоката Геннадия не то чтобы удивила. Эти уроды в своих костюмчиках слишком часто прикрывали тех, кому лично Громов с удовольствием прописал бы диету из свинца в особо крупных размерах. Адвокатскую братию Громов ненавидел.

А вот тот факт, что всплыло именно название этой фирмы, его удивил. Нет, все те же хлыщи в дорогих шмотках, но эти хотя бы трепали обычных толстосумов и в пределах закона. Насколько знал Геннадий, а знал он очень и очень хорошо, люди Лазарева подобной грязью никогда не занимались.

– Ясно. Продолжай копать. Мне нужно больше информации…

– Ген, нет. Я собираюсь свалить из города. Хватит с меня. Я хочу выйти из игры…

Опять старая шарманка. Геннадий вздохнул и на пару секунд прикрыл глаза, призывая на помощь всю свою сдержанность и терпеливость.

– Ты. Будешь. Дальше. Собирать. Слухи, – медленно, по словам, проговорил он. – Ты меня понял?

– Не… нет. Не буду, – замотал тот головой. – Ты не понимаешь, что там начинается! Да посмотри же ты! Они уже чуть ли не в открытую друг друга валят, Ген! Так скоро война начнётся! А что случится, если они узнают, что я сливаю тебе информацию⁈ А⁈ Да за один этот разговор с тобой меня…

Потеряв всякое терпение, Громов схватил его за волосы на затылке и с силой приложил лицом о руль. А затем ещё раз. И ещё.

– Ты будешь делать то, что я сказал! – рявкнул он ему в ухо. – Ты понял⁈ Попробуешь вылезти из этого дела без моего разрешения, я сам тебя сожру! Ты понял⁈

На всякий случай развернул его к себе, чтобы посмотреть на разбитое лицо.

– Ещё раз спрашиваю. Ты меня понял?

– Да понял я, понял, – простонал он, а когда Геннадий отпустил его, добавил: – Ген, ты же всё равно не доберёшься до него. Только нас всех погубишь. Ну выше они нас. И не вернёт его смерть тебе жену…

Едва он только произнёс последние слова, как встретился глазами с бешеным взглядом сидящего рядом с ним имперского следователя.

– Ещё хоть раз упомянешь её своим грязным ртом, и я клянусь, что собственными руками засуну тебя туда, где даже смерть покажется самой желанной вещью на свете.