Текст книги ""Фантастика 2026-10". Компиляция. Книги 1-35 (СИ)"

Автор книги: Ник Фабер

– Я так понимаю, что я вчера вечером оказался не единственным, по кому он в своей телефонной книжке прошёлся.

– Правильно понимаешь, – кинул Распутин и огляделся по сторонам. – Пошли. Я проверю Елену, а потом мы с тобой поговорим.

Они направились по коридору вдоль кабинетов, пока не дошли до поста медсестёр, которые следили за этой частью этажа. Две девушки и женщина постарше сидели на креслах, наблюдая за экранами, куда передавались данные с предназначенных для пациентов палат, и что-то негромко обсуждали.

– Доброе утро, девушки, – улыбнулся Распутин, подходя ближе и привлекая к себе внимание. Стоило им увидеть, кто подошёл, как все трое тут же вскочили на ноги и чуть поклонились.

– Доброе утро, ваше сиятельство, – чуть ли не хором ответили они.

Распутина, разумеется, здесь знали все. И любили за его отношение к персоналу. Григорий никогда не был поборником надменного отношения к своим подчинённым. Каждого, кто выбрал своей стезёй врачебное дело и помощь другим, граф ценил и уважал, считая их если не равными, то как минимум заслуживающими точно такого же уважения, как и он сам.

– Девушки, скажите, а где сейчас моя внучка? – поинтересовался Распутин, не став даже пытаться именовать Елену как-то иначе.

Всю последнюю неделю Елена проводила рядом с ним, что было вызвано сразу несколькими причинами. Во-первых, Григорий весьма близко и серьёзно отнёсся к предупреждению Александра. Очень серьёзно. И оставлять Елену одну дома, пусть даже и под присмотром личной охраны, он не собирался.

И, судя по тому, что он видел, серьёзно к этому предупреждению отнесся не он один, так как в преддверии прибытия Артура Лазарева клиника превратилась в самую настоящую крепость. Он даже не говорил о том, что внешняя охрана была усилена на порядок. Нет. Внутри тоже появились изменения и увеличился штат охранников, превратив это место чуть ли не в одно из самых безопасных в городе. Как и присутствие в клинике самого Распутина.

Но была и вторая причина, почему он так поступил.

Последние события только убедили его, что держать девушку взаперти в золотой клетке, в которую превратилось его имение, не имеет смысла. Даже более того – оно может оказаться для неё губительным.

Хотелось бы Григорию сказать, что он понял это только сейчас и теперь старался исправить ситуацию, но… это оказалось бы наглой ложью. Он понимал, что сидение взаперти не даст Елене того, что было ей нужно. Иначе ему не пришлось бы бороться с побегами и постоянными скандалами, которые закатывала ему внучка.

Жаль только, что он понял это слишком поздно. Или же просто позволял себе пребывать в самообмане. Впрочем, время на то, чтобы исправить ситуацию, у него всё ещё имелось. Особенно если вспомнить их с Уваровым общие планы.

– Так что? – улыбнулся он. – Подскажете?

– Конечно, ваше сиятельство, – тут же закивала та, что постарше. – Она сейчас должна быть в пятой процедурной, на первом этаже. Мы поставили её вместе с одним из наших лучших практикантов в приёмном отделении.

Поблагодарив их, Распутин кивнул Уварову, и они отправились дальше по коридору в сторону лифтов.

– Значит, сына Лазарева привезут сегодня? – спросил Василий, когда они отошли от поста на достаточное расстояние, чтобы его голос не могли услышать.

– Да. – Распутин кивнул и подойдя к лифтам, нажал на кнопку вызова. – Его доставят в столицу вечером на самолёте и оттуда сразу сюда. Завтра с утра начну лечение.

Заметив на лице у Уварова странное выражение, он нахмурился.

– Что такое?

– Да нет, – покачал головой Уваров. – Ничего такого. Просто… Знаешь, я ведь никогда особо не любил Павла…

– Ну, думаю, в этом ты одинок, – под нос себе произнёс Григорий и, когда двери лифта открылись, зашёл внутрь.

– Тут ты прав. – Уваров зашёл следом за ним. – Просто… представить себе не могу, чтобы я сам чувствовал на его месте, если бы с Зоей случилось бы что-то подобное. Его парень ведь чуть не погиб. Где-то далеко за границей… А сам он здесь. И ничего не может сделать.

Распутин не ответил, так как прекрасно понимал, что именно имел в виду друг. На самом деле и сам Григорий не особо симпатизировал Лазареву. Уж слишком хорошо знал, каким именно человеком был Павел. Но в одном он не мог не согласиться с Уваровым. Родители не должны пережить своих детей. Несмотря на то, сколько прошло лет, малейшие воспоминания о потере сына и невестки всё ещё были столь же болезненны для него, как и в тот день, когда ему сообщили об этом.

В тот день ему казалось, что кто-то разорвал его сердце на части. И собрать его воедино не представлялось возможным.

Так что, как бы Григорий ни относился к Лазареву, он слишком хорошо понимал, что именно тот чувствовал, когда узнал о покушении на своего сына. Григорий отправился бы прямо в Германию, чтобы оказать мальчику помощь, но личный приказ императора прямо запрещал ему подобные действия.

– Как Зоя? – вместо этого спросил Распутин, чтобы немного сменить неприятную для них обоих тему для разговора.

– Как-как, – фыркнул Василий. – Отправил её к родственникам на Дальний Восток. Там они с матерью будут в безопасности, пока здесь всё не разрешится.

Двери открылись, и они вышли на первом этаже, направившись в сторону приёмного отделения. Быстро глянув на номера кабинетов, Распутин нашёл взглядом нужную и постучал.

За дверью находилась хорошо оборудованная процедурная. Внутри Григорий увидел сидящего за столом молодого парня, кропотливо записывающего что-то в журнале, а рядом с ним, склонившись над его плечом, сидела Елена, тыкая в журнал пальцем и явно настаивая, чтобы тот что-то исправил.

Правда, что именно, Григорий так и не успел услышать, так как стоило ему открыть дверь, как оба тут же вскочили на ноги.

– Ваше сиятельство, – тут же склонил голову парень.

– Деда! – радостно воскликнула внучка, которая явно скучала до его прихода.

– Виктор, надеюсь, Елена не доставляет тебе хлопот? – с улыбкой поинтересовался Григорий, нацепив на лицо самое добродушное выражение, какое только имелось в его репертуаре.

– Нисколько, ваша светлость, – тут же замотал головой парень.

Вроде не врёт, хотя… Слишком уж он смущён. Прямо как в первые дни, когда его взяли сюда на практику. Тогда он тоже при первом появлении Григория чуть ли не в пол кланялся и рассыпался в благодарностях. Нет, оно и понятно – попасть в такое место он считал явно благом свыше.

Распутин внимательно посмотрел на Елену, но та сделала настолько невинное лицо, что заподозрить её хоть в чём-то было бы просто невозможно.

Решив более не смущать молодых людей своим присутствием, Григорий перевёл взгляд в сторону внучки.

– Елена, зайди ко мне через двадцать минут, хорошо? – попросил он, на что девушка тут же кивнула.

– Конечно, деда.

– Ну и славно, – улыбнулся Распутин и закрыл дверь, оставив молодых людей наедине.

Прикрыв дверь, Григорий заметил, что Уваров как-то странно на него смотрит.

– Что?

– Тебе не кажется, что оставлять твою дорогую кровиночку с незнакомым парнем наедине не лучшая идея? – полюбопытствовал Уваров.

– Нет, не кажется, – отрезал он. – Во-первых, он действительно очень перспективен. Если не наделает ошибок, то вполне себе способен достичь очень больших высот. Поверь мне, я такое вижу.

– А во-вторых? – издевательски поинтересовался Уваров.

– А во-вторых, – тем же тоном ответил ему Уваров, – Дмитрий – близкий друг Рахманова. Как по-твоему, есть у тебя в окружении те, кто способен разбираться в людях лучше него?

На это Уварову ответить было нечего. Зато возвращало их к основной и главной теме этого утра.

– Как думаешь, Меньшиков прав?

– Насчёт того, что ублюдок Ильи решил прийти по наши души? – в ответ спросил Григорий. – Это не так уж и важно. Даже если ему хватит духу на нечто подобное, я буду рад доказать ему всю ошибочность такого поступка.

И здесь он ни капли не шутил. Не важно, кто это будет. Если кому-то в голову придёт мысль причинить вред Елене, то Григорий будет рад наглядно доказать, почему его семью так боялись в прошлом.

– Ладно, – вздохнул Распутин и глянул на часы. – У нас есть немного времени. Пошли поговорим, раз ты даже в субботу не даёшь мне покоя.

Даже забавно, что они обсуждали будущее того, кого здесь не было. И он уж точно был бы не рад тому, что они для него готовили.

* * *

– Да чего ты напрягся-то так? Ушли же уже…

– Ничего я не напрягся, – стараясь говорить как можно более ровным тоном, ответил Виктор, возвращаясь к заполнению журнала посещений. – И тебе не кажется, что нужно проявить немного больше уважения? Он же…

– Он мой дед, – чуть насмешливо заметила сидящая рядом с ним девица и широко улыбнулась.

– Это для тебя он «деда», – фыркнул Виктор. – А для меня он его светлость и непосредственный начальник.

В ответ на это Елена лишь закатила глаза, а Виктор горестно вздохнул.

Это должно было быть спокойное и простое утро. Ему нравились утренние дежурства. В это время клиника ещё только «просыпалась», как бы глупо это ни звучало. Каждый новый пациент представлялся Виктору как абсолютно чистый лист, требующий его внимательного взгляда. Эдакая небольшая загадка. Именно здесь, работая с несложными случаями, которые ему доверяли, он мог заметить важную деталь, услышать в голосе тревогу или уловить скрытый симптом, который ускользнул бы от внимания позже.

В эти утренние часы приёмная казалась ему куда более живой, чем вечером, несмотря на то что людей в это время тут было куда меньше. Их в целом тут было не очень много. Всё-таки место считалось элитным по всем признакам. Но именно здесь он ощущал, что его знания и интуиция действительно имеют значение.

Это не означало, что Виктор считал себя самым умным и способным справиться с любой проблемой. Нет. Будучи человеком самокритичным, подверженным сомнениям, он постоянно допускал, что может совершить ошибку. А потому проводил частые консультации со своим куратором, за которым его закрепили в первые дни, когда он попал в клинику.

Впрочем, следует отдать ему должное, такие разговоры больше походили на подтверждение его догадок, так как пока что ни одной ошибки он не допустил. Что, в свою очередь, только лишний раз напрягало его, потому что невозможно всегда оказываться правым. И чем чаще Виктор находил правильные ответы, тем больше в нём росло ощущение того, что неминуемая ошибка всё ближе и ближе.

А в его профессии ошибки могут иметь слишком большую цену.

И ладно бы самокопания были единственной его проблемой. Сегодня куратор сообщил ему, что в утренние часы у него появится «ассистентка». Вот эта самая взбалмошная девица, которая, кажется, не замолкала ни на секунду. А уж когда Виктор узнал, кем она приходится хозяину их клиники, так вообще едва не впал в ступор.

Кому в здравом уме может прийти в голову допустить до работы с пациентами человека без образования и врачебных навыков⁈

Виктор задавался этим вопросом целых двадцать секунд, пока ему не сообщили, что заниматься он будет заполнением и проверкой журналов за ночную смену. Занятие долгое, муторное, которое явно займёт его на ближайшие часы. И нет. Бюрократические процедуры его не смущали. Он понимал и принимал их важность и необходимость. Благо уже не в первый раз этим занимался и умел довольно быстро справляться с этой обязанностью.

Но только не тогда, когда у него над ухом жужжала графская внучка. Понимание, что её сюда поставили, просто чтобы она ненароком не принесла неприятностей в другом месте, пришло к нему довольно быстро.

Если уж говорить совсем начистоту, Виктора просто сделали козлом отпущения, свалив на него эту фифу.

– Слушай, а это правда, что ты всего лишь студент? – поинтересовалась она, явно с удобством развалившись в предназначенном для пациентов кресле.

– Да, правда, – терпеливо ответил Виктор, сверяя данные по назначениям и аккуратно внося их в общий журнал. – Когда закончатся практика и обучение, если покажу себя хорошо, то смогу получить тут работу…

– Везёт тебе, – вздохнула она, чем едва не заставила Виктора поперхнутся.

Везёт… Конечно. Если так подумать, то он не мог сказать, когда последний раз спал больше шести часов. Загрузка была такая, что даже найти время для свиданий с появившейся у него девушкой казалось почти что непосильной задачей. В прошлый раз он с трудом выбил себе свободный вечер.

– Как скажешь, – отозвался он, чтобы создать видимость хотя бы минимального поддержания разговора.

Лишь бы поскорее её отсюда забрали, чтобы она не мешала ему работать, мысленно взмолился он…

* * *

В «Ласточку» после разговора с Ларом я возвращался уже днём. На часах почти половина второго, значит, у меня ещё полно времени…

Ага, как же. Полно. Я так и не взялся за материалы, которые дала мне София! Блин, какие-то глупые мысли в голову лезут. Как я вообще могу об этом думать, когда вокруг такая хрень творится⁈

От одной этой мысли хотелось просто волком взвыть. Вот какого дьявола Андрею всё это взбрело в голову, а⁈ Ну зачем⁈ Жил бы себе нормально. Сёрфил бы на волнах в… где он там жил? В Португалии вроде? Короче, не важно. Этот говнюк влез в мою жизнь со своей чёртовой священной местью, и теперь всё катилось бог знает куда!

Нет, конечно, ещё оставалась мысль, что на ближайший экзамен можно будет забить. Следующий через полгода, так что в крайнем случае можно было бы пойти и на него… Можно. Ага. И потерять шесть месяцев. Конечно, я мог бы временно поработать у Скворцову, чтобы не терять сноровку и набраться лишнего опыта. Дополнительная практика никогда не бывает лишней.

Но всё равно… Мне уже осточертело, когда ответственность на себя берут другие люди, лишь делегируя мне право на то, чтобы иметь возможность работать. Я хочу всё делать сам, а не надеяться, что этот кто-то эту самую доверенность не заберёт из-за конфликта интересов или по ещё какой причине.

Такси остановилось, не доехав метров тридцать до входа в бар. И всё из-за снова обрушившегося на столицу снегопада. Непогода свалилась на город ночью и не прекращалась почти весь день. Словно всю последнюю неделю небеса копили в себе снег, чтобы в выходные вывалить на людей всё, что удалось запасти.

Как итог – улицы и дороги города порой становились абсолютно непроходимыми из-за наваленной грязно-белой массы, в которой вязли не то что ноги. Машины застревали! Вот и такси, в котором я ехал обратно, тормознуло, так и не добравшись до места. Просто потому, что дорога впереди выглядела почти непроходимой.

– Прости, дружище, но…

– Да ничего, – кивнул водителю. – Я дальше и сам дойду без проблем. Хорошего тебе дня.

Выбравшись из машины, неуклюже потопал по снежным кучам до тротуара, где пространство хоть чуть-чуть было расчищено, и стараясь, чтобы холодный ветер со снегом не очень сильно задувал за воротник.

– С возвращением, – с улыбкой поприветствовала меня стоящая за стойкой сестра, когда я вошёл в зал. – Как съездил?

– Плодотворно, скажем так, – уклончиво ответил я. – Не знаешь, Князь уже вернулся?

Я хотел поговорить с ним с утра, но дяди не оказалось. По словам Ксении, тот уехал ещё рано утром, а Ксюша, как и остальные, понятия не имела, когда он вернётся.

Но, судя по выражению Ксюшиного лица, разговор придётся отложить.

– Нет, – покачала она головой, подтверждая мою догадку.

– Ясно. Ладно. Я пойду к себе. Хочу подготовиться к экзамену, – сказал, нагло соврав. Но уж лучше так. Ксюша знает, как я не люблю, когда меня отвлекают от работы, и не станет ломиться ко мне без предупреждения.

– Хорошо, – вздохнула она, окинув взглядом почти пустой зал «Ласточки». – Будет скучно, приходи. А то тут совсем тухло. Хоть поболтаем.

– Обязательно, – пообещал я. – Если смогу, то приду.

Из-за свалившейся на город непогоды сегодня народа почти не было, за исключением пары человек в дальней части зала и привычной уже усиленной Князем охраны. Похоже, что кассу сегодня заведение не сделает. С другой стороны, оно и не важно. Князь держал бар не ради прибыли.

Пройдя через дверь для персонала, я покинул зал и поднялся к себе в комнату. Скинул одежду и запер дверь на замок. На тот случай, если кто-то всё-таки решит зайти ко мне, что было совсем не нужно.

Быстро переодевшись, забрался на кровать и достал из кошелька карту, которую сунул на место одной из банковских, чтобы не помять или не потерять.

А дальше почувствовал себя идиотом.

Ну сижу я на кровати. С картой в руках. А дальше-то что? Лар не сказал мне о принципе действия, потому что сам почти ничего не знал. Тут проблема заключалась в другом. По его словам, нужно было проявить желание. И тогда, если источник Реликвии захочет пообщаться, то сам сделает то, что нужно.

Угу, как же. По-моему, в прошлый раз для того, чтобы сделать это, мне потребовалось сдохнуть. Ну ладно, почти сдохнуть. Только вот проще от того не становилось. Вспоминать прошлый опыт было не особо приятно.

– Ну что? – спросил я, чувствуя себя до невозможности глупо. – Может, пообщаемся, нет?

Вопрос повис в воздухе, но ответа, разумеется, я так и не получил. Повертел в руках карту. Даже согнул её пару раз, но та, словно сделанная из гибкого пластика, тут же принимала исходную форму…

Неожиданный стук в дверь отвлёк меня от рассматривания карты.

– Кто там? – позвал я.

– Саша? – услышал я знакомый голос. – Это Вика, ты занят? Можем поговорить?

Ещё раз посмотрел на карту, вздохнул и встал с кровати. Подошёл к двери и открыл.

Виктория стояла одетая в джинсы и кофту. Длинные волосы были заплетены в косу, а на лице царило немного виноватое выражение.

– Ксюша сказала, что ты сел работать, – извиняющимся тоном произнесла она. – Прости, если помешала, просто…

– Да всё в порядке, – мягко прервал я её. – Что-то случилось?

– Не то чтобы…

– Вик. – Я выжидательно посмотрел на неё и мягко продолжил: – Давай, выкладывай. Что-то случилось?

– Я не уверена. – Вика прикусила губу. – Просто хотела совета спросить. Тут… в общем, мои родители вернулись… как бы.

Сказать, что я был удивлён, означало бы ничего не сказать. Нет, я знал, что предки бросили Вику на попечение бабки и уехали куда-то. Вроде бы жили на юге страны, где потеплее. Даже бизнес какой-то у них был, но ничего конкретного она не рассказывала. И так понятно, что она давно убрала их из определения слова «семья».

Так что-то, как она это сказала, совсем не походило на радость ребенка от того, что его близкие неожиданно вернулись в её жизнь. Все эмоции Виктории прямо твердили, чтобы лучше бы её предки и вовсе не возвращались.

– Я так понимаю, ты не очень этому рада, – сделал я логичный вывод.

– Угу. Что-то вроде того, – последовал её осторожный ответ. – Я сама узнала об этом только сегодня утром. Бабушка мне подробностей не рассказывала, но отец с матерью объявились ещё пару дней назад и…

– Они чего-то хотят? – сделал я вывод.

Это было понятно по её эмоциям. Тщательно скрываемые гнев и отвращение. Злость на отца с матерью. При этом эмоции эти были не застарелыми, нет. Чувства, которые она сейчас испытывала, оказались яркими. Свежими. И оттого более болезненными для стоящей передо мной девушки.

– Да, – негромко произнесла она, и теперь в её эмоциях появилась совсем новая эмоция, которой я не чувствовал раньше.

И имя этой эмоции – стыд.

– Ты… в общем, не мог бы ты мне помочь? Я хотела бы попросить тебя взглянуть на документы на бабушкину квартиру. Я сама в этом ничего не понимаю, и она тоже, – всё так же негромко и с оттенком страха попросила она. При этом Вика избегала смотреть мне в глаза. Словно боялась, что я в любой момент закрою дверь прямо перед ней.

– Конечно, Вик, – просто ответил я с теплой улыбкой. – Я помогу. Без проблем.

Лицо девушки вспыхнуло от неожиданного удивления, будто она ждала, что я точно откажусь помочь ей.

– Правда? – с недоверием спросила она.

– Да, – кивнул я. – Не переживай. Только ответь мне на один вопрос. Это терпит? Я имею в виду, сейчас ничего не горит? Не надо никуда бежать?

– Я… да! То есть нет, Саша, конечно, не нужно. Спасибо тебе. Спасибо большое! – затараторила она и внезапно для меня и, похоже, для себя самой кинулась мне на шею и обняла.

Уже через секунду, кажется, до неё дошло, что она сделал. Виктория быстро разорвала объятия и отступила на шаг.

– Прости. Спасибо тебе…

– Пока не за что, – улыбнулся я ей. – Давай я зайду к тебе через час или два, и ты мне подробно всё расскажешь. Если я смогу тебе помочь, то обязательно помогу, хорошо?

Да, опрометчиво, конечно, давать согласие на подобное, но вот так, с ходу, взять и отказать я ей не мог. Если смогу разобраться сам и быстро – сделаю. Если нет, то, как это ни странно, передам дело другому человеку. Благо, как бы удивительно это ни прозвучало, есть у меня пара кандидатур, которым я даже мог доверять в этом плане.

– Да, конечно, – закивала она. – Тогда лучше вечером, хорошо? У меня смена начинается через полчаса.

– Тогда вечером, – кивнул я. – Я тебя найду.

– Хорошо. Ещё раз спасибо…

Закрыв дверь, я снова запер её на замок. Надо разобраться с картой, потому что…

– Хотел пообщаться? – спросил сидящий в кресле мужчина с зеркальной маской на лице.

Оглядевшись по сторонам, я вдруг понял, что вновь стою посреди абстрактного ничего. Всё произошло настолько внезапно, что я даже не заметил того момента, как вновь оказался тут. Под тёмными с алыми оттенками небесами над головой и зеркальной водной гладью под ногами, по которой расходились тонкие круги от моих шагов.

Опустив взгляд, я посмотрел на карту, которую держал в руке.

– Знаешь, удивительное совпадение, – негромко и медленно произнёс я, подняв взгляд на хозяина этого места. – Но да. Хотел. Мне нужны кое-какие ответы.

Из-под маски донёсся весёлый смешок.

– Ну тогда не советую тебе тратить моё время…