Текст книги ""Фантастика 2026-10". Компиляция. Книги 1-35 (СИ)"

Автор книги: Ник Фабер

Соавторы: Алексей Губарев,Евгений Юллем,Виктория Побединская,Александр Сорокин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 199 (всего у книги 342 страниц)

Глава 18

– Есть мин…

– Заходи, – махнул мне Роман, даже не дав закончить.

Ну ладно. В конце концов, когда-нибудь он должен был меня опередить.

Зашёл в кабинет и закрыл за собой дверь. Подошёл и с чувством хорошо выполненного долга положил папку на ему на стол.

– Дело закрыто. Уткин подписал последние бумаги. Наши иски, как и договорились, мы отозвали.

Роман открыл папку, быстро просмотрел бумаги, после чего удовлетворенно хмыкнул и закрыл её. Ещё бы. Я ребят, задействованных в этом деле, в субботний день на работу вытащил. Ага, вот такой вот я жестокий. Ничего. Чай, не сахарные, не растают.

– Молодцы, – произнёс он, но сделал это таким тоном, что мне показалось, будто это далеко не всё, что он хотел сказать.

– И?

– Что?

– Молодцы и… всё?

– Мне тебя лично похвалить? – Кажется, он действительно удивился, решив, что я у него тут лишних аплодисментов требую.

– Не, но мне показалось, что ты хотел сказать что-то ещё, – честно ответил. – Давай, выкладывай.

Лазарев поморщился.

– Признаюсь, я не думал, что вы с этим делом справитесь. Не после того, что ты мне рассказал тем вечером. Этот их иск, плюс мошенничество…

– А ты думал, что я про выжженную землю фигурально выражался? – рассмеялся я.

– Всем нам порой хочется похвастаться, – пожал он плечами, на что я покачал головой.

– Только не мне. Ром, если я сказал, что выиграю, значит, о поражении даже не думаю. И когда, не если, заметь, а когда я пойму, что не смогу выиграть дело, я тебе об этом скажу.

Ну да. Я же не идиот, чтобы считать себя непогрешимым. Даже на самую хитрую гайку найдётся болт с левой резьбой. Побеждать бесконечно невозможно, как бы того ни хотелось. Рано или поздно придётся проиграть. Так или иначе, но это случится.

И я этот факт принимал всегда.

Только это не значит, что я лягу лапками кверху и перестану сопротивляться.

– Спасибо, – искренне сказал он мне в ответ. – Я это ценю. Наверное, даже больше, чем ты можешь подумать.

– Доверие – это штука обоюдная, – просто ответил я.

– Ну раз обоюдная, тогда вот. Держи.

С этими словами он достал из ящика своего стола новую папку и протянул мне.

– Шустро ты, – хмыкнул я, протянув руку за папкой. – А как же заслуженная награда? Ну, знаешь, восхваления там за то, какой я умный и чудесный…

– В конце месяца получишь, – улыбнулся Лазарев. – Зарплатой называется. Или мне тебя еще и по голове погладить?

– Туше.

Открыв папку, пробежался глазами по бумагам.

– Это ты сейчас так посмеялся?

– Нет. Решил, что это дело будет тебе интересно.

– Будет-то будет, – согласился я, продолжая читать документы. – Только вот… связываться с ними как-то не очень хочется. Мне с обычными людьми работать проще.

– Со Штайнбергом тебе это не помешало, – напомнил он мне.

– Штайнберг был идиотом. – Я задумался. – Окей. Берём в обработку. Я просмотрю бумаги по нему и скажу тебе будущий результат.

– Вот так сразу?

– Ага. Вот так сразу.

– Что же, раз такой запал, то и флаг тебе в руки. – Лазарев откинулся на спинку своего кресла. – Слышал, что ты сегодня народ в ресторан ведёшь.

Да. Веду. А как же иначе? Дело закрыли, значит, что? Правильно. Надо отпраздновать. А учитывая, что без Розена и остальных ребят, которые так помогли нам перелопатить и подготовить гору бумаг в столь сжатые сроки, провернуть это дело было бы невозможно, я решил порадовать сразу всех.

Нет, ну правда. Каким бы молодцом я ни был, справиться с подготовкой тридцати с лишним исков за два дня не смог бы чисто физически. Никто бы в одиночку не смог. Потому и попросил Романа предоставить мне ресурсы. Так что их участие в грядущем небольшом празднике заслуженно. Те более, что я их в выходной на работу вытащил, чтобы успеть всё закончить.

– А что? Ваше сиятельство хочет присоединиться?

– Моё сиятельство желает сделать благотворительный взнос, – улыбнулся он и достал из внутреннего кармана пиджака сложенный листок крайне знакомой мне и очень дорогой гербовой бумаги.

– Вексель? – удивился я, а затем глянул на цифру и присвистнул. – Решил в меценаты податься?

– Решил, что раз мои сотрудники блестяще выполнили свою работу, то я как хороший начальник должен их премировать, – улыбнулся Лазарев. – Потратьте их с толком и отдохните.

– О, – пообещал я ему. – Даже не сомневайся. Отдохнём, что называется, на все деньги.

Разумеется, изначально я планировал сам оплатить сегодняшний ужин. А как иначе? Я же позвал людей не для того, чтобы потом сказать «платите сами». Ну бред же. Если ты приглашаешь человека куда-то, то изволь оплатить счёт сам. Будь джентльменом. Правила хорошего тона не просто так придуманы.

Но раз уж наше достопочтенное начальство решило само раскошелиться…

– Кстати, раз такие дела, может быть, начальство всё же снизойдет до того, чтобы выпить с простыми работягами пера и принтера?

– Спасибо, Саша, но нет, – с улыбкой покачал он головой. – Может, в какой другой день я бы и согласился, но сегодня у меня совсем другие планы.

– М-м-м, – многозначительно промычал я.

– Это что сейчас было?

– Что?

– Вот это твоё «м-м-м».

– Да так. Ничего. Передавай от меня привет Изабелле.

В прошлый раз, когда угадал его намерения, он удивился. В этот раз рассмеялся и пообещал передать. Что ж, я его понимаю. Молодая баронесса – дама крайне привлекательная, а их общее прошлое…

Хотя это не моё дело. У других людей свои головы на плечах имеются. И осуждать Изабеллу за то, что не прошло и шести месяцев со дня смерти её мужа, как она уже начала клинья к Роману подбивать, я не стану. Хотя чёрт его там знает, что у них за отношения.

Короче, я не ханжа, а все люди разные. Переживать эмоциональные последствия после смерти близкого человека в одиночестве – дурная идея. А если мне кто-то скажет, что она должна была ради приличий пять лет траур носить, прежде чем вновь начать радоваться жизни и улыбаться, то смело может идти в задницу.

Жизнь у нас одна… ну раньше я так считал. Но в любом случае надо постараться сделать счастливым себя и людей, которые тебя окружают. Потому что другого шанса может и не представиться.

Вот этим я и займусь. Но сначала – деловая встреча.

– Всё, бумаги у твоего брата, – первым делом сказал я Насте, зайдя в отдел. – Он нас благословил на пьянку и даже деньжат подкинул, так что сегодня гуляем.

– Рома решил раскошелиться? – Она удивлённо приподняла идеальную бровь и посмотрела на меня. – А сам придёт?

– Нет. Сказал, что у него другие дела, – отозвался я, собирая документы и всякую мелочь, которую таскал с собой на работу, в сумку.

– Ага, знаю я его дела…

– У него другие дела, Насть, – повторил я, сделав отдельное ударение на слове «другие». – И это не наше дело.

– А я-то что? – всплеснула она руками. – Я даже за. Он тот ещё зануда. Так, может, хоть повеселее станет.

Услышав её слова, не удержался от смешка. Девушка тем временем взглянула на мою сумку.

– Куда собираешься?

– Мне надо кое с кем увидеться…

– Ты не забыл, что мы в семь встречаемся? – тут же спросила она.

– Нет, Насть. Я помню. Не переживай. Это ненадолго.

– Может, хоть расскажешь?

– Неа, не расскажу, – улыбнулся я. – В конце концов, разве в мужчине не должна быть загадка?

В ответ на это она фыркнула и закатила глаза.

Последняя на сегодня встреча, и можно будет ехать в ресторан.

* * *

Вот нравился мне «Параграфъ». Приятное место. Атмосферное. Уютное. И сейчас, когда на часах не было ещё и четырёх, а на улице суббота, народу тут было не так уж и много. Всё изменится к вечеру, когда начнется запланированное живое выступление. Уверен, тут будет аншлаг. Но сейчас вполне себе спокойно.

Я сидел за столиком и пил кофе. Ждал. Ждал недолго. Она пришла минут через пятнадцать после того, как я сел за столик.

– Привет, – сказала мне Марина, подходя ближе.

– И тебе не хворать, – улыбнулся я и встал со стула, чтобы помочь ей снять лёгкое пальто.

Мы сели. Подошла официантка, и Марина сделала заказ. А я тем временем наблюдал за ней. Одежда не новая. Эту блузку я уже видел. Как и её пальто. Всё тот же телефон двухлетней давности. Никаких дорогих шмоток или украшений, которые могли бы ярко заявить о том, что она как минимум часть выплаченной ей фирмой компенсации потратила на удовольствие для себя любимой.

И нет. Не то чтобы это так плохо, но я всё равно переживал. Сумма там была не самая маленькая. Как и обещал Роман, от неё откупились, но откупились довольно щедро. Считай, как зарплату за два с половиной года работы разом получила. Вот я и переживал, что такие деньги могли вскружить ей голову.

К счастью, этого не произошло. Да и сама Марина, какой бы она ни могла показаться в первое время нашего знакомства, всё же девушка ответственная. Если не ошибаюсь, она каждый месяц часть зарплаты матери в Тверь отправляла.

Скворцова заказала себе кофе и чизкейк. Я же ограничился просто ещё одной чашкой, так как в моей уже показалось дно.

– Отец предложил мне работу, – неожиданно сказала она.

– Что?

– Угу. Юристом у него в консультации.

– И? – задал я ей резонный вопрос, хотя в нём и не было никакой нужды. Всё было и так понятно по её лицу.

– Не хочу.

Короткий ответ. Всего пара слов, а сколько эмоций. Обида. Чёрствая, как засохшая поверх раны корка. Расстройство и сожаление с лёгким налётом из едва заметной и застарелой злости.

– Тогда не иди, – сказал я ей. – Если к этому у тебя не лежит душа, к работе вместе с ним я имею в виду, то зачем себя насиловать. Только хуже сделаешь.

– Отец… Порой он может быть крайне настойчивым, – призналась она, спрятав губы за чашкой с кофе.

– Плевать, – пожал я плечами. – В конечном итоге решение всё равно остаётся за тобой, а не за ним, Марин. Только тебе решать, что делать дальше…

– Кстати, об этом, – сделала она вид, будто только что вспомнила, но на самом деле просто хотела сменить тему разговора. – Ты как-то чересчур запутанно всё объяснил.

– Сейчас. Подожди немного. Как только придёт, я всё тебе… О, кстати. А вот и она.

Со своего места за столиком я очень хорошо видел, как София Голотова вошла в зал ресторана. Я специально назначил ей встречу минут на двадцать позже того, когда планировал встретить здесь Скворцову. Хотел немного посидеть с ней и поговорить.

– Добрый вечер, Александр, – поприветствовала меня Голотова, когда я встал, чтобы отодвинуть для неё стул. Правила хорошего тона никто не отменял.

– Добрый, София Андреевна. Это Марина Скворцова. Я вам о ней рассказывал…

Быстро познакомив дам между собой, началась самая важная часть по решению моей проблемы. Объяснить Марине, что именно от неё потребуется.

– Ч… чего?

– Ты же сказала, что это для тебя не проблема, – напомнил ей наш разговор по телефону несколько дней назад.

– Ты говорил о том, что мне надо будет поработать с кем-то из преподавателей из университета, а не самостоятельно писать научную работу! – моментально взвилась она. – Саша, там требования от сорока листов и…

– В нашем случае потребуется минимум пятьдесят, – спокойным тоном поправила её Голотова, попивая заказанный ею зелёный чай. – С учётом требований на выделение гранта лучше всего так. К сожалению, комиссия по выдаче грантов в последнее время куда больше внимания обращает на впечатляющие объёмы, чем на куда более заслуживающее того содержание.

Говорила она это спокойно и размеренно, но где-то внутри неё скрывались тщательно сдерживаемые злость и неприязнь к бывшему мужу, который сейчас занимался примерно тем же самым.

Но с одной важной оговоркой.

– Да даже так! – не скрывая ужаса в голосе, пробормотала Марина и покачала головой. – Пятьдесят листов. За… сколько, Саша? Четыре недели? Это нереально…

– Очень даже реально, – отмахнулся я. – Тем более, что ты будешь работать не одна, а в паре с Софией Андреевной. Плюс, тебе нужно подготовить не чистовую работу, а черновик, который вы и представите на комиссию.

Решение проблемы Голотовой было простым и изящным. Как я уже говорил ранее, её муж, по сути, сам вложил ей в руки оружие для борьбы с собой.

Требовалось, чтобы кто-то подал от своего имени заявку на грант или научное финансирование для исследования в смежной области. В самой заявке будет прямо указано, что основная тема исследования будет строиться на предыдущих работах самой Голотовой.

Ага, тех самых, выкладки из которых использует её бывший муж для написания собственной и, впоследствии, создания юридического прецедента себе и своим спонсорам во благо.

Что это даст? Это, в свою очередь, даст прецедент уже нам. Первичное использование материалов. Плюс фиксированное авторство. София Андреевна сможет «застолбить» свои выкладки в нужном кругу, и любая последующая работа, которая будет хоть в каком виде эксплуатировать её наработки, будет выглядеть не более чем последователем в лучшем случае. Разумеется, в том случае, если мы их предварительно официально зафиксируем.

Что это даёт нам? Её бывший муж и компания, которая спонсирует его работу, окажутся в сложной и щекотливой ситуации. Им нужно будет либо признать приоритет её исследований, либо же рисковать и быть обвиненными в неэтичном использовании чужих научных результатов.

Со стороны это может показаться чем-то не очень серьёзным, верно. Тут не идёт и речи о каких-то реальных наказаниях вроде штрафов или тюремных сроков. Но нам ведь и не они нужны. Главное – дискредитировать его главенство в этой теме и нивелировать применяемую им информацию.

Таким образом мы одновременно защитим репутацию Голотовой, зафиксируем приоритетность её исследовательских наработок в области защиты авторского права, а также сведём весь возможный ущерб от действий её мужа к минимуму.

И, как вишенка на торте, я не сомневался, что как только компания, спонсирующая его работу, поймёт, к чему всё идёт, финансирование моментально окажется срезанным под ноль. Шанс на свою задумку они имели только в том случае, если будут первыми.

Когда я рассказал об этом способе Софии, то, признаюсь, думал, что её удар хватит. Решение было настолько простым, что оставалось только гадать, как она сама до этого не додумалась. Пресловутое линейное мышление и её характер в данном случае сыграли не в её пользу.

Ну ладно. Мне-то гадать не нужно. Я ведь уже примерно понимал, что она за человек. Более того, пришлось потратить немало сил и времени, чтобы убедить её в работоспособности этого варианта. Ведь сама она не могла этого сделать. Здесь ей требовалось выступить в роли научного руководителя в то время, как сама работа будет носить имя другого автора, так как я не забывал о давлении со стороны этих корпоративных засранцев.

А то, что молодая девушка-юрист выбрала для своей работы эту тему… Ну, мы тут ни при чём. Точно и абсолютно ни при чём.

– Всё равно, Саша, я не уверена, что справлюсь, – честно призналась Скворцова, когда осознала весь масштаб предстоящей работы.

– Марин, София Андреевна тебе поможет с составлением плана и подбором материала…

– Тебе легко-то говорить, – тут же насупилась она. – Ты-то в своей жизни ни одной курсовой или дипломной работы не написал! Ты просто не знаешь, насколько времени на это уходит…

Угу. Конечно.

– Так тебе и не надо её делать самой. Марин, ещё раз повторяю. Ты будешь работать не одна, а вместе с Софией Андреевной. А поскольку она лично заинтересована в высоком качестве этой работы, то помощь от неё будет значительной. Ведь так?

Последний вопрос оказался адресован уже самой Голотовой, на что та кивнула.

– Да. Александр прав. Мне крайне важно, чтобы впоследствии черновик этой работы приняла оценочная комиссия и одобрила грант на исследовательскую деятельность. Как только нам дадут финансирование, темпы можно будет снизить на порядок. Главное – это успеть подготовить сам черновой вариант с выкладками по исследованиям. Контроль этого я возьму на себя.

Марина сомневалась. Видел, что её это гложет.

– Марин, подумай сама, – сказал я, наклонившись к ней. – Ты сейчас безработная. Уверен, что отец давит на тебя, чтобы ты пошла работать именно к нему, а не куда-то ещё. Ты ведь сама говорила, я прав, так или нет?

Она не ответила, но мне это и не требовалось. Я видел. Даже не по её эмоциям, а по глазам.

– Подумай сама, – продолжил я. – Ты будешь заниматься исследовательской деятельностью с одним из лучших преподавателей юридического университета в империи. А когда вы получите финансирование по гранту, ещё и будешь деньги за это получать. И пусть только твой отец попробует заявить, что это не важно. В конце концов, ваша работа защитит от корпоративного посягательства огромное количество людей и не позволит создать прецедент, которым они смогут пользоваться в дальнейшем. Вы разом защитите огромное количество народа в будущем. По сути, ты сама, почти в одиночку, сделаешь то, чем занимается сейчас твой отец. И в куда большем объёме.

И заодно поможешь мне получить лицензию, а Софии разделаться со своей проблемой.

Но это, как говорится, уже шкурный интерес. Так что не будем порочить подобными мелочами праведные деяния на благо людей.

Она согласилась. На самом деле она согласилась уже после моих слов. Просто прямо об этом сказала только минут через десять ленивых уговоров с моей стороны.

А вот уже когда она ушла, оставив нас с Голотовой наедине, я, наконец, перешёл к наиболее интересующему меня вопросу.

– Итак, свою часть уговора я выполнил. Дальше дело за вами.

– Я как раз хотела об этом поговорить, – произнесла она и открыла свою сумочку. – Кажется, я нашла способ, как пропихнуть тебя на квалификационную комиссию.

Она достала сложенный лист и передала его мне. Признаюсь, стало очень любопытно. Хотя бы по той причине, что сам искал подобные способы, но… Короче, я их не нашёл. По крайней мере, для человека, так сказать, извне. Потому мне и нужна была помощь Софии.

Так что я все же удивился, когда она сказала мне, что нашла способ.

И это вообще было последнее, о чём я мог подумать после того, как прочитал отпечатанный на листке текст.

– О нет, – моментально ответил я ей. – Должен быть другой способ.

– Александр, я просмотрела все регулирующие документы. Абсолютно все. Это единственный способ, с помощью которого я смогу включить вас в число кандидатов на прохождение комиссии. Мои рекомендации должны строиться хоть на чём-то…

В её голосе звучало раздражение. Оно и понятно. Она тут изгалялась, чтобы найти для меня решение, а я тут нос ворочу, как недовольная девица.

Но блин… Не таким же способом.

– София Андреевна, это… Как бы это сказать. Это, мягко говоря, не моё.

– Ну, видимо, и шанс получить лицензию тоже не ваш, – хмыкнула она с лёгким пренебрежением.

И, в общем-то, правильно сделала. Как будто у меня тут тьма вариантов. Но бли-и-и-и-и-и-ин.

Я не хочу… но придётся.

Глава 19

Мда. Выбор, конечно, так себе…

– София, учить других – это немного не моё. – Я как-то даже не сразу понял, что довольно грубо перешёл на «ты», но она, кажется, не обратила на это особого внимания.

– Тебе и не придётся. Почти, – поспешила она успокоить меня. – Я приму тебя в штат университета как своего помощника. Ты и сам должен понимать, что для личной рекомендации мне требуется какое-то основание.

– А просто сказать «смотрите, какой он молодец, давайте дадим ему шанс» нельзя? – немного язвительно спросил я.

– Нет, если не хочешь получить отказ в первую же секунду. – София недовольно на меня посмотрела. Примерно как на нашкодившего и ляпнувшего глупость ученика. – И если я просто так выдвину тебя, это будет выглядеть как минимум подозрительно. Нет. Здесь нужно действовать тоньше. Мне требуется засветить тебя перед нужными людьми. И желательно, чтобы ты зарекомендовал себя с хорошей стороны. А в таком случае работа моим помощником – прекрасный способ это сделать…

– У меня вообще-то уже есть работа, – тут же ответил на её заявление. – Как вы себе это представляете вообще?

– Я не говорю про будние дни, – быстро отмахнулась она от моих претензий. – По крайней мере, не все. Уверена, что мы сможем согласовать график таким образом, чтобы всё сработало.

Чёт мне всё это не нравится. Я бы это и вслух сказал… Да только чего ломаться-то? Как будто у меня других вариантов много.

– Ладно, – вздохнул я. – И? Что от меня потребуется?

– Будешь моим ассистентом. Помогать с преподавательской деятельностью…

– И каким-же образом вы собираетесь меня «засветить»? – поинтересовался я.

– А это уже моё дело, – хмыкнула она себе под нос. – Главное, чтобы ты в нужное для этого время находился в нужном месте. А для этого ты мне нужен рядом. Александр, я изучила дела, которыми ты занимался…

Так, сейчас она либо подвергнет меня порицанию, либо…

– Должна признать, что я поражена твоей способностью договариваться со своими оппонентами. Каждый раз ты добивался того, что требовалось твоим клиентам…

Ну, про шантаж, давление и прочее мы скромно умолчим.

– А это тут при чём?

София улыбнулась.

– Узнаешь, когда мы начнём. И давай не будем забывать, что это ты ко мне пришёл. Я благодарна за твою помощь, но если ты ждал, что я каким-то волшебным образом сейчас достану из своей сумочки подписанную лицензию, то нет. Такого не будет, извини. Это просто невозможно. Ты хочешь попасть на рассмотрение адвокатской коллегии? Хорошо. Я обеспечу тебе доступ на квалификационную комиссию и дам рекомендацию в том случае, если ты пройдёшь её. Но сделать это придётся так, как я сказала, иначе просто нельзя.

Мда-а-а-а. Ладно. Нет, конечно, скрытый глубоко внутри меня ребёнок продолжал капризничать и жаловаться, но что толку-то? Ну вот не нравилась мне эта идея, и всё. Но опять же, какой смысл? Стоит взглянуть на ситуацию с холодной головой и трезвым рассудком, как становится ясно: она права. Во всём. И тут мне крыть нечем.

Просто дико не хотелось возвращаться к студенческой жизни. В своё время для меня она четыре курса из пяти представляла засыпанный бумажками и работой ад с редкими перерывами на представительниц прекрасного пола. Однокурсницы у нас были диво как хороши. Но это лирика.

С другой стороны…

– Хорошо, – всё же согласился я. – Вы правы. Веду себя как капризный дурачок. Всё равно вариантов у меня нет.

Она одобрительно улыбнулась, видимо, оценив данный ответ.

– Я позвоню тебе на следующей неделе. Мне нужно немного времени, чтобы провести тебя через наш отдел кадров и зарегистрировать задним числом как своего помощника. Много это времени не займёт. Максимум неделю или полторы.

– Тогда буду ждать.

Ну а что мне ещё сказать. Вариантов всё равно нет.

Мы ещё немного посидели, после чего я оплатил счёт, и мы разошлись. София направилась по своим делам, а я глянул на часы.

До встречи в ресторане, где мы забронировали столики, оставалось ещё чуть больше часа, так что я решил прогуляться пешком. Как раз за полчаса дойду, а там и подождать можно будет. Заодно и подумаю, пока иду.

А подумать мне было над чем. Рома интересное дело подкинул, чего уж тут отнекиваться. Можно будет побороться против аристократа. Ну, точнее, против его адвокатов. Да только… ну, не то чтобы очень уж проблемное дело будет, но всё равно. Про Уткина и работу над последним делом я тоже так думал. А в итоге вон что получилось.

В общем, будем посмотреть. Сегодня выходной, а это значит что? Правильно. Отдыхаем…

* * *

Закрытая перчаткой рука попала по груше. Ещё раз.

– Влево давай, Саша, – сказал Рус, внимательно следя, как я уже тридцать минут лупцую грушу. – Лучше ногами работай…

Утро воскресенья. Десять сорок, если быть точным. Посидели мы вчера просто превосходно, между прочим. Дабы не пролёживать задницу в кровати, я быстро собрался и поплёлся в зал, возвращать тело в форму…

– Слушай, ты можешь нормально двигаться? – спросил он, когда я в очередной раз выполнил шаг в сторону не так идеально, как ему того хотелось.

– Нормально я двигаюсь.

– Ага, как стреноженный жираф. Со сломанными ногами. В ластах, – подтвердил он.

Просидели вчера до самого закрытия. Благо начальство оплатило наши посиделки, и мы вообще ни в чём себе не отказывали. Я, Настя, Розен, ребята из административного отдела, которые помогали с оформлением и подготовкой исков. Нас оказалось так много, что не нашлось достаточно большого стола, но администратор заведения пошёл нам навстречу, и мы объединили два столика в один.

Ещё бы он не пошёл. Суммы на векселе хватило бы для того, чтобы накормить и напоить до отвала компанию вдвое больше. Легко быть щедрым, когда эта щедрость тебе ничего не стоит.

Хотя ладно, это уже несправедливо. Он вообще мог не принимать участия. Но, как и подобает лидеру, проявил заботу и великодушие. Да и не пришёл бы он в любом случае. Даже если бы планов на тот вечер у него не было. Роман не идиот и прекрасно понимал, что сам он в этом деле не участвовал. Максимум как начальник, который спустил подчиненным работу.

Так что в его присутствии ребята чувствовали бы себя скованно. А так вроде все свои и не надо зажиматься.

Я плавно скользнул вбок, прописав быструю двойку по груше, отчего та слегка зашаталась. Затем шаг влево и ещё одна серия ударов. Два шага назад и снова вперед. Повторить. И так, пока седьмой пот в третий раз не пойдёт.

По моим ощущениям, с меня стекал уже где-то десятый.

– Не, ты всё такой же неуклюжий…

– Да что ты? – Я даже на пару секунд остановился и посмотрел на него.

– Ага. Как раненый в задницу бегемот…

– Какие-то дурацкие у тебя сравнения…

– По залу давно с мешком сто кругов не бегал?

– Нормальный бегемот. Хороший. Чего ты сразу начинаешь-то?

Он заржал, после чего махнул на меня рукой.

– Ладно. Заканчивай, – со смешком сказал он. – Нормально сегодня поработал.

– Я всегда нормально работаю.

– Сказал тот, кто почти неделю у меня в зале не появлялся, – фыркнул он. – Тебя бы…

– Кажется, мы уже прошли эту стадию, – напомнил я ему. – От меня ты так просто не избавишься.

– А то что? В суд на меня подашь? – улыбнувшись, пошутил он.

– Может, и подам, – усмехнулся я в ответ.

Я таким взглядом на него посмотрел, что, кажется, он даже немного испугался.

– Ха-ха, Саша. Очень смешно, – проворчал Рус, когда я заржал от выражения на его лице. – Давай, вали в душ уже.

– Уже иду, начальник.

Не, всё же пойти позаниматься было правильной идеей. Особым похмельем я после вчерашнего не страдал. Ограничился парой бокалов вина, и всё. Да и вообще, по сравнению с тем же Розеном, который на радостях и с веселья накидался так, что пришлось помогать его в такси усаживать, я был трезв, как стёклышко.

Настя, к слову, была безукоризненна. Новое платье надела. Туфли на шпильках. Макияж. Специально домой съездила, чтобы подготовиться. Казалось бы, просто небольшой праздничный рабочий корпоратив. А она разоделась, как на мировой показ мод. Девочки такие девочки. Но отрицать тот факт, что выглядела она превосходно, не буду. Народ шеи сворачивал ей вслед. Что ни говори, а взгляд оторвать было сложно.

И, как это часто бывает, при взгляде на такую красоту в голову мысли всякие лезут. Блин, ну тут другого и быть не могло. Правда, и я не страдающий от спермотоксикоза школьник.

Нет, конечно же, очень может быть, что если бы не её характер, тараканы в голове, фамилия… короче, если бы не продолжительный список из разных «если», я бы за ней, возможно, приударил. Она красивая. Умная. С ней приятно разговаривать. Да что там. С ней даже спорить весело…

Но увы… нет. Не моя она. Да, становится лучше. Да, менее стервозной. Да, лучше ведёт себя. Спокойней. Но всё равно не мой типаж.

Впрочем, это нисколько не отменяет того факта, что мне предстоит вести её на приём через неделю. Он состоится вечером в следующую субботу, и она мне все уши прожужжала вчера.

Девочки такие девочки. Но это было забавно.

В общем, придётся вытерпеть несколько часов в высшем обществе. Выполню просьбу Романа, после чего буду свободен, как ветер в небесах.

– Кстати, тебе Аня привет передавала, – сказал Рус, глядя, как я пытаюсь стащить одной рукой перчатку с другой. Вот не выходило у меня это так же ловко, как у него.

– Как она? – спросил я, прекратив на время неравный бой с застёжкой.

– Вроде хорошо, – пожал плечами. – Я с ней созваниваюсь раз или два в неделю. Говорит, что устроилась на новом месте с отцом. Ему, кстати, повышение дали недавно.

Я напряг мозги. Кажется, он раньше рассказывал про него.

– Погоди, ты же говорил, что он бывший военный, – вспомнил я. – Вернулся на службу?

– Вроде того, как я понял из её рассказов, – кивнул Рус и шлёпнул кулаком по груше. Несильно, но сделал он это как-то настолько хитро, что та зашаталась из стороны в сторону, а я прикинул, что будет с моими внутренностями от подобного «шлепка». – Как я понял, его решили вернуть в строй. Он раньше служил в каких-то специальных войсках, если не ошибаюсь. Я у него даже один раз татуировку видел.

– Что за татуировка?

– А там что-то по типу имперского герба с треугольной эмблемой и цифрой…

– Не тринадцать ли, часом? – спросил я его, вдруг вспомнив, что уже видел что-то похожее.

– Ага, да, – отозвался Руслан, почесав затылок. – По-моему, тринадцать. А чего? Видел такие уже?

– Что-то типа того, – ограничился я коротким ответом.

Понятия не имею, где именно служила Мария, но вряд ли об этих ребятах трубят налево и направо. Вот и я не стану.

– Так что там у неё?

– Да хорошо всё. Сейчас учится. Батя её, как я и сказал, на службу вернулся. Так что всё хорошо. А тебе она привет передает…

– Да. Я помню. Ты говорил, – кивнул и, наплевав на правила, просто стащил перчатку зубами. Получилось куда проще и быстрее. – Передай ей от меня тоже в следующий раз.

– Да без проблем, – усмехнулся Рус и замер.

Я бы не придал этому особого значения. Эта заминка не продлилась и секунды. Настолько быстро он снова взял себя под контроль.

Проследив за его взглядом, повернулся в сторону входа и заметил вошедшего в зал мужика. Высокий. Плечистый. Вытянутая рожа с квадратным подбородком. Брезгливый взгляд прошёлся по залу, пока зубы жевали кончик зубочистки. Глаза гостя нашли Руслана, и мужик помахал ему рукой.

Несмотря на приветливую рожу незнакомца, эмоции у Руслана мужик вызвал… В общем, что-то среднее между презрением и отвращением. Определить точнее было сложнее.

– Это кто такой? – задал я ему резонный вопрос и для наглядности ещё и кивнул в сторону пришлого.

– Никто, Саша, – отозвался Руслан, довольно убедительно делая вид, будто ничего особо важного не происходит. – Вали уже в душ.

Ну окей. Не хочет говорить, значит, не моё дело.

Скинув перчатки, поплёлся в душевую. Где-то минут через пятнадцать вышел из раздевалки, уже успев переодеться и предвкушая, как по пути домой зайду в кофейню.

Народ в зале всё ещё занимался, а вот Руслана я не заметил. Вспомнил, что хотел за следующий месяц ему сразу заплатить, чтобы потом не париться об этом.