Текст книги ""Фантастика 2026-10". Компиляция. Книги 1-35 (СИ)"

Автор книги: Ник Фабер

Соавторы: Алексей Губарев,Евгений Юллем,Виктория Побединская,Александр Сорокин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 168 (всего у книги 342 страниц)

Глава 20

Сон. Сон – это прекрасно. Сон – это хорошо. А если он ещё и долгий, беспробудный и крепкий – так вообще прекрасно.

Проснулся я сам. Меня не разбудил ни будильник, ни звонок, ни вопли: «ВСТАВАЙ, САША! ВСЁ ПРОПАЛО!»

Открыл глаза. Прислушался. Со стороны кухни доносился шум голосов. Сначала подумал, что у нас какие-то гости. Это чуть позже до меня дошло, что Ксюша просто что-то смотрела.

Порыскал по тумбочке у кровати и обнаружил, что телефона там не было. Странно. Я уже вроде успел его туда кинуть, перед тем как самому упасть в постель. Или нет?

Первая мысль – подорваться с кровати! Это сколько же я проспал, что за окном уже день в самом разгаре? Слава богу, что мозги быстро сообразили, что вчера была пятница, а сегодня, соответственно, суббота. Выходной. Немного успокоился.

Сел на кровати, уже никуда не торопясь. Вроде ничего не болит. Мигрени нет. Меня не шатало. Вообще, если не считать сухости во рту и лёгкой дезориентации, какая бывает после долгого сна, чувствовал я себя очень хорошо.

Встал, натянул майку с домашними штанами и вышел из комнаты. И да. Оказался прав. Ксюша сидела за столом, пила чай и смотрела какой-то сериал на планшете, закусывая напиток печеньками.

Хотел поздороваться, но зов природы оказался сильнее. Только через несколько минут, выйдя из туалета, почистив зубы и умывшись, я пошёл на кухню.

– Доброе утро, – в шутку помахал ей.

– Скорее, добрый день, – хихикнула она, поставив сериал на паузу. – Как себя чувствуешь?

– Слушай, на самом деле, удивительно хорошо. Даже лучше, чем я ожидал.

И это была чистая правда.

– Ну и слава богу, – произнесла она, и в её голосе слышалось явное облегчение. – Ты столько спал, что я уже даже волноваться начала.

– Это сколько я спал?

– Да часов шестнадцать, наверное. Сейчас уже половина пятого.

Мда. Поспал, называется. С другой стороны, долгий отдых явно пошёл мне впрок.

– Слушай, а ты мой телефон не видела?

Ксюша как-то виновато на меня посмотрела.

– Саш, ты только не ругайся, но…

– Что?

– Я его забрала у тебя из комнаты. Не хотела, чтобы тебя кто-то разбудил. Опять. И ты бы тогда снова подорвался. Я же тебя знаю…

Так. Спокойно. Она сделала это из лучших побуждений.

– Мне кто-нибудь звонил? – спросил, садясь за стол.

– Да, – быстро закивала Ксюша. – Тебе звонил Роман. Дважды. Я ответила на второй раз. Он просил передать, что они пока ещё не нашли кого-то Филатова или…

– Филиппова?

– А, да, – вскинулась Ксюша. – Сейчас. Погоди.

Она быстро достала собственный мобильник и, судя по экрану, открыла заметки.

– От Романа. Этого парня не нашли. Продолжают искать. Ещё тебе пришло сообщение от какого-то Лара. Приглашает в воскресенье погулять с девчонками…

При последних словах сестра так на меня посмотрела…

– Что?

– Что за девчонки?

– Ты не поверишь, – рассмеялся я, протянув руку и взяв её чашку чая. – Но, скорее всего, опять графини.

– Надеюсь, что хоть с этими у тебя не как в прошлый раз будет, – рассмеялась она, но что-то в её эмоциях меня насторожило.

– А это как?

– Ну я просто имела в виду, что вы в этот раз не накидаетесь до пьяного обморока, – быстро ответила она.

А я прислушался к её эмоциям. Уж слишком они отличались от тех, которые мог бы испытать человек, вспомнив два пьяных тела, ввалившихся в квартиру поздно ночью. Было там что-то… странное.

– Нет. С этими вряд ли. Они поадекватнее будут. Вроде. Что ещё, мадам секретарь?

Поняв по моему голосу, что никаких последствий за её самовольство не будет, Ксюша осмелела.

– Сейчас, босс. Ещё тебе звонила Лазарева. Просила передать, что дело Сергеева закрыли и она сдала бумаги в архив.

– Сегодня?

– Да, а что?

– Да нет, – пожал плечами, хлебнул чаю и задумчиво почесал голову. – Странно просто, чтобы Настя пошла на работу в выходной заниматься бумажками. Ну допустим. Ещё что-то было?

– Ещё тот мужчина звонил, ну, который…

– Да, я понял. Что хотел?

– Спрашивал, как ты. Я сказала, что ты приковылял домой в полночь и сейчас спишь. Это часов пять назад было. Он сказал, чтобы я тебя не тревожила, так что вот я и решила… Прости. Правда, если бы там было что-то важное, то я бы тебя сразу разбудила. Я знаю, как ты серьёзно относишься к своей работе. Даже спрашивала у всех, нужен ли ты им срочно. Все говорили, чтобы просто перезвонил при возможности. Это всё. Правда.

Ясно.

Ладно. Она хотела как лучше. Да и в целом всё сделала так, как надо: отвечала на звонки и уточняла информацию. Да и если бы там действительно было бы что-то серьёзное, то уверен, что тот же Роман попросил бы меня разбудить. С этого станется.

В целом всё хорошо. Народу я перезвоню. Насчёт гулянок с Ларом, который с большой долей вероятности потащит с собой Армфельт, я не уверен. Хотя Ксюша сказала с «девчонками». Кто там ещё? Распутину, что ли, с собой возьмут? Они с Евой вроде подруги…

Ай, не так уж это и важно.

Забрав свой мобильник у сестры, пошёл обзванивать народ. Сначала позвонил Лазареву и узнал новости. Как он и сказал сестре, пока никаких подвижек с Филипповым не было. Их СБ рыла носом землю на пару с полицией, но пока ничего. Парень забрался под какой-то камень и теперь сидел там, не показывая носа. Если вообще был жив. Надеюсь, что Князь найдёт этого парня пораньше. Уж больно мне хотелось поговорить с мерзавцем по поводу случившегося.

Заодно уточнил по поводу их поездки в министерство и про встречу с Румянцевым. Нет, я не ожидал, что он вот так возьмёт и выложит мне всю подноготную. Всё же погонами я не вышел. Ну и оказался прав. Роман только общими фразами от меня отделался, но по его тону и так всё было понятно. Ничего хорошего они там не услышали.

Насте звонить не стал. Ну сделала она и сделала. Молодец. За то, что решила всё сама доделать до конца, – хвалю.

Немного разобравшись с этими делами, пошёл к себе и взял ноутбук. Князь дал мне совет, и я собирался ему последовать.

Открыл поисковик и принялся искать информацию.

Разумовские. Графский род. Довольно старый, если судить по той информации, что я нарыл в сети. До конца местного девятнадцатого века особо не выделялись. Но затем, как многие другие, вроде тех же Румянцевых, смогли подняться повыше. Началась Великая Война, и вот тогда-то и блеснула их звезда. Ну, образно говоря. Из той информации, что я нашёл, можно сделать вывод, что они участвовали чуть ли не в каждом значительном сражении той войны. И не без последствий для самих себя, между прочим. На той войне погибла почти половина семьи, хотя и это не было чем-то необычным. На той войне вообще много народа погибло. В том числе и аристократов.

Интересное началось уже позже. После войны. Они перебрались из Новгорода и осели в столице… и в целом всё.

Казалось бы! Я ждал, что найду кучу информации о том, что они владели предприятиями, занимались каким-нибудь бизнесом. Ещё что-нибудь. Но нет. Просто переехали в Санкт-Петербург, а затем вся информация по ним будто обрывается. Ну жили и жили. И всё.

Нет, естественно, что информационный вакуум был не абсолютным. То тут, то там встречались редкие упоминания. Зато какие! Мне даже удалось найти фотографию, на которой Николай Разумовский стоит рядом с предыдущим императором! Честно сказать, сначала не поверил, а зря. Вот она, чёрно-белая. Снятая в семьдесят пятом году прошлого века. Тогда был крупный кризис. Российская Империя едва не сцепилась с Японией. В итоге всё решилось встречей двух государей.

Фотография, к слову, снята на Сахалине. Его Императорское величество, Владимир II Багратионов стоял рядом с Императором Японии, Араи Хидэхито. Вокруг их свита и разного рода советники и помощники. И Николай Разумовский. Высокий, темноволосый. Стоит поодаль от императора среди других представителей Российской Империи.

Попытка найти причину, по которой один из Разумовских вдруг затесался в группу советчиков и помощников Императора на этой встрече, я не смог. Единственное, что обнаружил, – он был младшим помощником. Чьим – непонятно.

И так везде. Ещё в трёх случаях на протяжении последующей пары десятилетий, где я обнаружил его присутствие, каждый раз это происходило на грани какого-либо кризиса. И каждый раз Николай, либо сменивший его в последствии Илья Разумовский были указаны как младшие помощники. Только у Ильи появилась какая-то конкретика. Его хоть младшим помощником посла Империи в Конфедеративных Штатах Америки назначили.

К слову, любопытный момент. Кажется, я его уже упоминал. Тут никаких США не было. Конфедерация победила, образовав те самые Конфедеративные штаты. И, как итог, рабство там цвело и пахло. Да и государя как такового у них тоже не имелось. Всем заправляла группа самых богатых и, соответственно, обладающих наибольшей властью местных землевладельцев и богатеев. Но это я отвлёкся.

Возвращаясь к Разумовским, какой-то другой информации я не нашёл, за исключением этих редких упоминаний. Куда чаще в поисковике встречались ссылки на страницы или исторические документы, но, как правило, либо страница на сайте была удалена впоследствии, либо же ссылалась на недоступность документа.

Сама же история Разумовских закончилась два десятилетия назад, во время их поездки в Британскую Империю. И именно эта поездка стала роковой для всего рода.

Что любопытно, найти хоть какие-то конкретные сведения о случившемся я не смог. Всё, что было указано, – Разумовские направились туда по делам рода. Прилетели в Британию. Провели там шесть дней, после чего собрались возвращаться назад… и всё.

Их личный самолёт так и не вернулся. Вылетел из Лондона, столицы Священной Британской Империи, и пропал. Долгие поиски результатов не дали. Нашли лишь несколько обломков в море и больше ничего.

Князь хотел, чтобы я нашёл вот это? И всё?

Я откинулся на спинку кресла и задумался.

Как-то всё слишком просто выходило. А ведь после этого едва скандал не разгорелся. К тому времени место императора Российской империи занял сын Владимира, молодой Алексей Багратионов, царствующий и поныне. Тогда Россия требовала всяческой открытости в случившемся и полного расследования. Британия же, со своей стороны и от лица императора Джеймса Алвия Пендрагона, заверила, что предпримут все меры, чтобы расследовать случившееся.

Предприняли. Через шесть месяцев официально заявили: обследование найденных обломков позволяет почти со стопроцентной точностью считать, что это была авиакатастрофа, вызванная технической неполадкой. Печально, но такое случалось, и от подобного несчастного случая никто не застрахован.

Не согласившись на столь жалкие крохи, я продолжил свои поиски. Целых два с половиной часа просидел, пока Ксюша есть не позвала. И я бы очень хотел сказать, что провёл это время с пользой, но… результаты моих поисков не сильно отличались от того, чего я добился ранее.

Ещё немного посидев перед ноутбуком, в итоге просто закрыл его и пошёл на кухню. Сначала нормально поем, а затем, наконец, схожу в зал и разомнусь. Ничего серьёзного. После всех прошедших событий мне нужно было отдохнуть. Пусть не телом, но мозгами. А что может быть лучше, чем небольшая физическая нагрузка, где и думать-то не надо?

* * *

Половина первого ночи. Машина остановилась напротив высокого здания в деловом квартале столицы, но сидящий на пассажирском сиденье мужчина не торопился открывать дверь.

– Ты уверен, что тебе стоит это делать? – спросила Мария обеспокоенным голосом.

– А ты уверена, что у меня есть какой-то другой выбор? – невесело усмехнулся Князь, глянув на часы.

– Мы могли бы…

– Нет, Мария, – отрезал Князь, достав из кармана серебристый портсигар и вынув из него тонкую сигару. – Не могли бы. И ты отлично это знаешь. Ахматов бы не решился на нечто подобное без чужого на то одобрения. И есть только один способ узнать, с чего это вдруг ему взбрело в голову, что на меня можно наехать и остаться без последствий.

– Это всё, конечно, очень здорово и мужественно, но мне как-то не очень хочется остаться без работы.

Она язвила, но в её голосе отчётливо слышался страх за сидящего рядом мужчину.

– Не переживай. – Князь вынул из кармана жилетки – новой, так как старую пришлось выкинуть – зажигалку. Чиркнул кремнем и прикурил, с наслаждением затянувшись дорогим табаком. – Если так выйдет, что ты останешься без работы, то тебе прекрасно известно, что нужно сделать. Ячейка в Имперском Государственном банке. Номер ты знаешь. И где лежит ключ тоже.

– Спасибо большое, но надеюсь, что заниматься мне этим не придётся, – фыркнула она, пытаясь не показывать своих настоящих чувств.

– Я тоже, Мария, – через пару секунд произнес Князь.

Он посидел ещё пару секунд, а затем вышел из машины и направился в сторону возвышающейся над остальным городом высотки. Ночь же заявила свои права на этот город. Что характерно, Князь даже пяти метров не прошёл, а машина за его спиной уже тронулась с места и скрылась за поворотом.

Теперь он сам по себе. Но так даже и лучше. Всегда так было. Тот, кто в издёвку называл себя Князем, всегда предпочитал быть один. Это куда лучше, чем бесполезная надежда, что тебе кто-то поможет.

Меньше шансов получить удар в спину.

Пройдя сквозь двойные стеклянные двери, он тут же привлёк к себе внимание стоящей внутри охраны.

– Эй, здесь нельзя курить! – рявкнул на него один из охранников, отлипнув от стены, которую до этого момента подпирал, и тут же бодрым шагом направился прямо к нему. – Слышал, что я тебе сказал⁈ Здание закрыто и здесь нельзя…

Его голос превратился в невнятное мычание, как только в вытянутой руке Князя материализовался серебристый револьвер. Длинный и тяжёлый ствол упёрся прямо в лоб охраннику, а щелчок взведённого курка заставил его вздрогнуть на месте.

– Я хочу поговорить с ним, – проговорил Князь, не обращая внимания, что вокруг него тут же появились другие охранники, быстро обнажив скрытое под пиджаками оружие. – И уходить я отсюда не собираюсь.

– Боюсь, что вам не назначено, – произнёс голос в стороне. – А господин не любит несогласованные визиты.

Повернув голову, Князь увидел идущего в его сторону невысокого китайца. Одетый в богато расписанную одежду – ханьфу, – он шёл с той стороны, где располагался лифтовый холл здания, а его фиалкового цвета глаза были прикованы к стоящему посреди зала франту с пистолетом.

– Джао. – Князь не удержался от улыбки. – Может быть, ты объяснишь этому сброду, что с ними будет в том случае, если хоть кто-то из них попробует нажать на курок?

– Я могу твердить детям истину десять тысяч раз, – улыбнулся в ответ китаец. – Но разве не будет мудрее дать им единожды вкусить собственной ошибки, чтобы обрести ценное знание?

– Так и будешь нести эту ахинею? – поинтересовался Князь. – Или мне взять за задницу и тебя и твоего босса после всего произошедшего?

– Не слишком ли грубо для жалкого торговца информацией угрожать тому, кто стоит куда выше него?

– Не слишком ли глупо для безумного графа нарываться на то, что все в Империи узнают его маленькие грязные секретики? – парировал в ответ Князь.

– Как грозно для того, кто использует своё имя как жалкую насмешку. – Джао чуть наклонил голову и улыбнулся.

Князь скривился. Поганый узкоглазый ушлёпок всегда напоминал ему хитрую лису.

– Да. А может быть, тогда в Царстве заинтересуют имена Завета Трёх Драконов? Нет? Как думаешь?

Он не без удовольствия затянулся сигарой, позволив никотину разлиться по переполненной адреналином крови. А затем с наглой усмешкой на лице стряхнул сигарный пепел прямо на пол.

С лица Джао моментально пропали любые намёки на весёлость. Точнее, улыбка-то не пропала, но глаза китайца выражали искреннее желание вспороть Князю брюхо и задушить его собственными кишками.

– Имена Драконов не знает никто, – уже куда холоднее произнёс он, но, несмотря на всю внешнюю уверенность, Князь чувствовал, что сейчас задел его за живое.

– Вспомни всё, что обо мне говорят, Джао. А затем скажи то, что слышал чаще всего.

Китаец молчал долгих три с половиной секунды.

– Ты никогда не лжёшь.

– Верно, Джао. Я никогда не лгу. А теперь отзови своих собак и отправь по конурам спать. Мне надо встретиться с ним, и я не собираюсь тратить время ещё и на тебя…

Глава 21

На работу я пришёл в понедельник утром. Всё же решил с Ларом не идти и потратить воскресенье только на нас с сестрой. В итоге почти весь день мы с Ксюшей провели вместе, занимаясь домашними делами. Погуляли. Сходили в магазин. Я приготовил ужин. Короче, тишь и спокойствие. Заодно и окончательно пришёл в норму и восстановился. Ни мигрени, ни чувства жуткого переутомления.

С залом, кстати, я не ошибся. Пусть Рус меня и погонял как следует, но перегибов не допускал. Так что в субботу домой я пришёл вымотанный, но крайне довольный. Как следствие – быстрый и спокойный сон.

Впрочем, не обошлось и без странностей. Вечером в воскресенье всё же попытался позвонить Князю, чтобы договориться о встрече и наконец поговорить как надо…

…а в итоге получил только гудки в трубке. Мне просто никто не ответил, что, честно говоря, выглядело несколько необычно. Случаев, чтобы Князь не взял трубку, я припомнить не смог. Занят? Или ещё что? Ответа на этот вопрос у меня не было.

Так что в понедельник по пути на работу я поставил себе мысленную зарубку съездить в «Ласточку» и узнать всё лично.

А до тех пор…

Подошёл ко входу в отдел. Вздохнул. Снова на двери весела проклятая бумажка. Надпись на латыни. Нарисованная дьявольская рожица. Только в этот раз к рисунку добавился новый элемент. Рядом с дьявольской мордашкой появились нарисованные всё тем же маркером маленькие чертята. Три шутки, которые водили хоровод вокруг дьяволёнка. Тоже мне, Пикассо.

Не знаю почему, но меня это уже конкретно подбешивало. Огляделся по сторонам, но ведущий к отделу коридор был пуст. Никого. За исключением того вечера, когда я привёз сюда подписанные Савиным бумаги, больше я никого не видел. Та девушка? Узнать бы ещё, кто она такая. Ничего особенно кроме стройной фигуры и коротких тёмных волос я не запомнил. И что тогда делать? Идти каждую похожую девушку допрашивать? Да их только на нашем этаже три штуки под это описание подходило.

Ладно. Найдём и покараем. Но потом.

Сорвав бумажку, повернул ручку и зашёл внутрь.

– Доброе утро, – сказала Анастасия, не поднимая голову от лежащих на столе перед ней бумаг.

– И тебе того же, – поздоровался я. – Как у нас дела?

– Всё в порядке. Тебе сестра передала…

– Что ты сдала бумаги по делу Сергеева в архив? – уточнил и, когда она кивнула, продолжил: – Да. Я в курсе. Молодец. А чего не подождала до сегодня?

– Мне всё равно нужно было приехать сюда, – пожала она плечами, что-то записывая себе в ежедневник.

– В выходной?

– Да, Рахманов, – вздохнула она. – В выходной. Всё равно пришлось заехать. У меня, знаешь ли, могут быть и другие дела, кроме, как твоей гениальностью восторгаться.

Тут я даже немного подвис.

– Погоди. Ты сейчас признала, что я гений? – спросил её.

– Чего?

– Ну ты сказала, что восторгалась моей гениальностью.

– Я сказала, что у меня куча других дел есть, – тут же скривила она мордашку.

– Нет. О нет. Ты сказала, что я гений!

– Я сказала это с сарказмом. Слышал о такой штуке? Сарказм…

– Всё, – помахал я рукой. – Поздно. Ты это признала…

Анастасия лишь закатила глаза, ничего не ответила и вернулась к своим записям.

Тихонько посмеиваясь, уселся за свой стол, вытащил бумаги и принялся проверять ежедневную почту. Впрочем, долго мне этим заниматься не дали. Зазвонивший служебный телефон отвлек моё внимание.

– Да?

– Доброе утро, – произнёс приятный женский голос из трубки. – Зайдите, пожалуйста, в отдел кадров. Светлана Сергеевна хотела бы вас видеть.

– Тут такое дело, сейчас здесь только я и Анастасия Лазарева, а…

– Да, мы знаем, – торопливо добавила девушка. – Светлана Сергеевна просила зайти именно вас, Александр.

– Ладно. Сейчас подойду.

Повесил трубку.

– Что там? – поинтересовалась Лазарева.

– Начальство из отдела кадров хочет меня видеть, – пояснил я, вставая из-за стола.

– Что, неужто мои мольбы услышали и тебя наконец уволят.

– Мечтай больше.

– Только это и остаётся, – притворно загрустила она.

– Ага. Помнишь, что я тебе говорил про мечтания?

– Фу, как некультурно.

– Ну что поделать. Такой вот я. Ладно, не скучай, скоро вернусь.

Блин, а что, если её мечты реально сбудутся и меня сейчас реально уволят? От этой мысли едва не рассмеялся.

Когда поднялся на лифте и подошёл к владениям Светланы Сергеевны, то обнаружил любопытную картину. Похоже, что вызвали не только меня одного. У входа отирались Евгений, Рита и тот паренёк, которого я видел во время работы в архивах. Кажется, его звали Виталий, если не ошибаюсь.

– Что, вас тоже вызвали? – спросил я у Розена, и тот кивнул.

– Похоже, что только нас. Интересно, почему именно…

– Потому, что у нас сегодня двухмесячный испытательный срок заканчивается, – негромко сказал Виталий. – Будут подводить итоги.

А ведь точно! Хотелось хлопнуть себя по лбу, что сам не догадался. Со всем происходящим я банально забыл об этом. Всё же прошло два месяца из стартового испытательного срока. А впереди ещё основной, десятимесячный.

Так. Прикинем в уме. За «безопасность» своих позиций я особо не переживал. Всё же эти два месяца я не баклуши бил, а действительно работал. Более того, всего за восемь недель у меня уже имелся небольшой пул закрытых дел. Закрытых с существенной пользой для клиентов, что отражено в бумагах. Так что тут сплошные плюсы. Особых косяков за мной тоже не водилось. Тут я был абсолютно спокоен.

– Ну что, ребятки, – прозвучал знакомый голос за нашими спинами. – Пришла пора решить вашу судьбу.

Обернувшись, увидел улыбающееся лицо Игнатова. Он как раз вышел из-за угла коридора вместе со Светланой Сергеевной. И, как я успел отметить, выражение лица у нашей владычицы отдела кадров было не особо довольное.

Затем они зашли в отдел, вновь оставив нас ждать у входа. Первым вызвали Виталия. Тихий парень просто зашёл внутрь и пропал. Хотя, наверное, не стоило ждать, что он просто войдёт и ему тут же скажут, да или нет. Как правило, такие разборы могли продлиться довольно долго.

Пока ждали, ко мне подошёл Розен.

– Кстати, хотел спросить. Насчет того дела с акциями…

– Я ничего не знаю, – покачал головой. – Если ты хотел спросить об этом. После того нашего разговора начальство эту тему больше не трогало. Все данные у них есть, так что, думаю, они там и без нас прекрасно разберутся. Если ты, конечно, хотел именно это спросить.

– Да не совсем, – произнёс Розен и понизил голос. – Короче. Я тут снова решил покопаться в документах на те опционы. И заметил одну странную шутку.

– Ты о чём?

– Помнишь, я говорил, что они играются от валидности?

– Ну и?

– Так вот. Не знаю, что именно случилось в последнее время, но она пошла вниз. Совсем чуть-чуть, но тенденция к снижению уже становится заметной.

Так. Вот сейчас я заинтересовался.

– А поподробнее?

– Да нет у меня никаких подробностей, – хмыкнул он. – Просто говорю тебе, что та ситуация, при которой, очевидно, их собирались выкупить, скоро может произойти. Вот и всё.

– Что, вот так просто? – не поверил ему.

– Ну нет, конечно. Я же говорю, что прямого падения валидности пока нет. Но если случится какое-то громкое событие, которое может повлиять на это, и она стремительно начнёт снижаться, то прибыль по этим опционам может быть даже больше.

– Больше – это на сколько?

– Без понятия, – честно признался он. – Но если бы спросил меня, то я бы ставил на увеличение чистого дохода с каждой акции в плюс пятнадцать, может быть, двадцать копеек за рубль.

– То есть сумма в четыреста миллионов, о которой ты говорил…

– Ага. Она может быстро вырасти до полумиллиарда. А может быть, и больше.

Хм-м-м-м… Это значит, что… да без понятия, если честно. Надо будет сообщить Роману. К сожалению, в торговле ценными бумагами я был не особо силён. Что в прошлой жизни, что здесь. Мне куда привычнее и комфортнее было работать с реальными людьми, а не со строчками цифр в компьютере. А вот Розен, похоже, очень даже это дело любил…

Дверь кабинета Светланы Сергеевны открылась, и наружу вышел Виталий. Всё такой же меланхолично спокойный, каким туда и зашёл.

– Ну, – тут же выступил вперёд Розен. – Что сказали?

– Сказали, что могу продолжать работать, – хмыкнул он, затем повернулся и ушёл.

– О как. Значит у нас минус одно свободное место, – задумчиво произнесла Рита, с явным раздражением глядя в спину удаляющемуся Виталию.

– Это ты сейчас о чём? – спросили мы с Розеном.

– О, а вы, мальчики, разве не в курсе? – самодовольно улыбнулась она.

– Были бы в курсе, так не спрашивали бы, – проворчал Евгений.

– Рит, давай говори уже, – поддержал его. – Вижу же, что ты прямо прёшься от того, что знаешь что-то, чего не знаем мы.

– Двое, – произнесла она.

– Чего двое.

– Я покопалась в документах. Ещё ни разу после первичного испытательного срока не оставляли больше двух стажёров. Так что, ребята, повезёт только одному из нас…

– Демьянова, – прозвучал из кабинета громкий голос Игнатова, и Рита улыбнулась.

– Простите, ребята. Но одному из вас я это место оставлять не собираюсь.

Сказав это, она развернулась и направилась в кабинет, оставив нас с Розеном наедине.

– Это правда? – спроси я Евгения, глядя на закрывшуюся дверь.

– Если честно, то без понятия, – в ответ пожал он плечами. – Но скажу прямо, что что-то похожее я слышал, но не думал, что-то правда…

– Правда.

Обернувшись, заметил стоящую за своей спиной Кристину.

– О, здрасте.

– И тебе привет, Саша, – улыбнулась мне рыжая, после чего уже куда более прохладно кивнула стоящему рядом со мной Евгению. – Розен.

Тот кисло улыбнулся, но идущее от него раздражение было для меня как бальзам на сердце. Мне улыбка, а ему глухое «Розен». Приятно, однако.

– По работе или просто гуляешь?

– Я никогда не гуляю «просто так», – усмехнулась она на мой вопрос и показала стопку папок в руках. – Я всегда там, где нужна. А что касается вашего разговора, то да. Это правда.

– Что, реально ни разу больше двух стажёров не проходило? – поинтересовался Евгений, и Кристина кинула.

– Это правило Игнатова, – пояснила она, положив принесенные папки на стол одной из сотрудниц отдела. – Он никогда не берёт больше двух человек. Считает, что это порождает здоровую конкуренцию.

– Скорее уж, возню пауков в банке, – не удержался я.

– В том числе, – кивнула Кристина с усмешкой на красивом лице. – А ещё он искренне считает, что люди работают лучше, когда земля горит у них под ногами.

Ну, тут я не мог с ним не согласиться. Порой единственное, что могло заставить человека шевелить задницей, это горящие пятки. Впрочем, я в эту категорию не вписывался однозначно. Работать я умел и, что самое важное, любил. Женат на своей работе – уж про кого-кого, а про меня это в точку. В прошлой жизни так точно.

– Знаешь, я тут ещё кое-какие слухи вспомнил, – негромко сказал Розен, когда Кристина ушла, оставив нас одних.

– М-м-м? – вопросительно промычал я, не сводя глаз с двери.

– Говорят, что за Риту руководитель её отдела вписался. Очень сильно вписался.

– Угу.

– А ещё, что их в ресторанах пару раз видели.

– Ага.

– Ты меня вообще слушаешь, – теряя терпение, спросил он.

– Эгэ.

– Рахманов, ты совсем дурак?

– Ну а чего ты от меня хочешь? Чтобы я эти слухи тоже обсасывать начал? Не, спасибо. Не имею такой привычки. Да и не особо мне это интересно.

В итоге мы с Розеном прождали почти пятнадцать минут в ожидании, когда Рита появится из кабинета. А затем ещё десять.

И только после этого открылась дверь, и Рита вышла из кабинета с довольной улыбкой и высоко поднятой головой…

Нет. Вру, конечно. Она вышла из кабинета с таким лицом, будто готова была прямо сейчас разрыдаться, и только чувство собственного достоинства не позволяло ей сделать это на глазах у всех.

– Похоже, что одно место всё же ещё осталось, – пробормотал Розен.

– Ага, – только и ответил я, глядя вслед удаляющейся девушке.

От неё несло таким разочарованием пополам с обидой, что мне даже не по себе стало.

Вообще странно. Я не слышал, чтобы она как-то косячила. Обычно слухи внутри фирмы разносились очень быстро, и про чужие ошибки нет-нет, да перешёптывались в кафетерии. А тут оказывается, что Игнатов и Сергеевна сочли её недостойной того, чтобы она продолжала работу?

И нет. Учитывая её характер, какого-то особенного расстройства по её поводу я не испытывал. Меня куда сильнее заботило то, что будет дальше.

А ещё я вдруг понял, что раньше ничего не слышал про Виталия. Этот парень был как тихая серая мышь. Не отсвечивал. Про него почти никто ничего не говорил. А в итоге оказалось, он это «собеседование» прошёл. Это за какие такие заслуги?

– Розен, ты следующий, – громко позвали из кабинета.

– Удачи желать не буду, – сказал, на что он усмехнулся.

– Да уж от тебя перебьюсь как-нибудь.

Вот я и остался один.

Ждал я не то чтобы долго. Минут пятнадцать прошло, перед тем как дверь открылась и из неё вышел улыбающийся Евгений. Хотя даже если бы его морда не растянулась от уха до уха, я бы и по эмоциям, идущим из кабинета, всё понял. Довольство. Радость. Удовлетворение от небольшого, но всё-таки триумфа.

– Заходи, Рахманов, – позвала сидящая за столом Сергеевна.

– Извиняй, но, похоже, что все места заняты, – усмехнулся Евгений, проходя мимо меня.

Отвечать я ему что-либо не стал. Просто прошел мимо и зашёл в кабинет, закрыв за собой дверь.

– Присаживайся, Рахманов, – сказал Игнатов, и от него шло ощущение, словно он уже одной ногой за пределами этого кабинета. Как если бы дальнейшее его решение было бы уже принято. По крайней мере, он для себя что-то определённое уже решил.

– Итак, – произнесла Светлана Сергеевна, не отрывая глаз от лежащих перед ней бумаг. – Ты у нас последний, так что предлагаю закончить с этим делом побыстрее.

Она перевернула страницу и принялась читать.

– За два месяца на рабочем месте при твоём непосредственном участие было закрыто пять дел в рамках работы по муниципальным программам защиты. Так же у тебя есть очень хорошие рекомендации от Романа Павловича…

– Кто бы сомневался в том, что они будут, – язвительно фыркнул Игнатов, сложив руки на груди и покачиваясь на стуле.

– И тем мне менее не принять их к рассмотрению мы не можем, – продолжила Светлана Сергеевна. – Также не могу не отметить крайне эффектное дело Новиковой, в котором ты и Скворцова выступали против Стрельцова. Оно было взято твоим начальником по собственной инициативе, но разрешилось в итоге в вашу пользу.

– То есть я молодец? – уточнил.

– То есть тебя есть за что похвалить, – произнесла Сергеевна.

– Но у любой монеты есть две стороны, – в тон ей добавил Игнатов. – Ничего не хочешь сказать насчёт того, что твой начальник написал на тебя разгромную характеристику? Или, вероятно, объяснишь претензии со стороны начальника административного отдела? Или, может быть, о том, что ты устроил драку в зале суда?