Текст книги ""Фантастика 2026-10". Компиляция. Книги 1-35 (СИ)"

Автор книги: Ник Фабер

Соавторы: Алексей Губарев,Евгений Юллем,Виктория Побединская,Александр Сорокин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 102 (всего у книги 342 страниц)

– Мы тут вроде как не в зоне боевых действий, поэтому бронетранспортеры будут выглядеть неуместно и привлекут внимание мусоров и нацгвардейцев. Значит, повезут на автобусах. А когда проще всего уничтожить личный состав?

– Когда колонна на марше, – хмыкнул Грег. – Немного соображаешь. Примерно, как салага.

– Спасибо, – раскланялся я. – Так вот, направим им по нужным нам подъездным дорогам. Все очень просто – пути подъезда заминируем. Оборотни в таких делах всегда пускают нюхачей – те учуют минное поле и дадут сигнал к объезду.

– Им проще саперов из своей среды выделить.

– А если не будет времени или сапер случайно поймает серебряную пулю в голову из снайперской винтовки? Под огнем они рванут туда, куда нам надо. А там либо из граника в бочину, либо беспилотник сверху. Я покажу, как сделать из говенного гоночного дрона не менее говенную, но эффективную противопехотную ракету.

– Годится, – кивнул Грег. – А остальные, кто уцелеет?

– А остальные – уцелеют, только вот не совсем. Мне нужен волчий аконит. Это хороший эффективный яд для оборотней.

– Ну бутылку мы в кладовой найдем, – переглянулись Сид с Грегом.

– Сколько??? – я не поверил своим ушам.

– А сколько тебе надо?

– Бочку, а лучше две.

Сид фыркнул.

– Где же я тебе столько возьму?

– Вообще-то есть место, – подала наша скромница Дениз свой голосок. – Только не у нас.

– А у кого?

– У их исконных врагов, которые вечно с ними в терках. И если святую воду делать очень просто, то аконит – вещь довольно редкая, его приходится заранее заготавливать.

– У упырей? – уточнил я.

– Да, а у кого же еще?

– Да у вас тут прямо веселье, как у сельской детворы, – хмыкнула ламия. – Поливать друг друга из брызгалок святой водой и аконитом.

– Как есть, – повела плечиком Дениз. – Это скорее химическое оружие селективного действия на конкретную расу…

– Попроще нельзя? – опять хмыкнула ламия. – Селективного, расу… Отрава для оборотней – и все!

– Как пожелаешь, – Дениз скорчила высокомерную рожу.

– Ладно, не ссорьтесь, – примирительно сказал я, схлопотав «фи» мордами от обеих сторон. – Лучше давайте подумаем, как нам его получить.

– Попросить? Вон, наше начальство на короткой ноге и не только со всей нечистью, – всадила очередную шпильку ламия.

– Бесполезно, – мотнул седыми патлами Сид. – В каких бы мы с ними не были отношениях, в том числе подчиненности, просить что-то у упырей – себе дороже.

– Ну наконец-то, – съехидничала ламия. – А то я думала, что есть такой же договорняк, как с блохастыми. Ан нет.

– Тем более, свое оружие последнего шанса они не отдадут. А еще и их главную защиту, – Сид и бровью не повел. – Особенно сейчас, когда верняком пошли слухи о будущей разборке между нами и оборотнями.

– Ах да, – сказал я. – Совсем забыл.

Точно. Вирусы ликантропии и вампиризма очень даже агрессивно друг к другу относятся. Да и ко всему остальному живому тоже.

Но только если вампир укусит оборотня – не будет ничего, ну может пронесет пару раз. А вот наоборот – смертельный номер, вампиру придет звизда, если ему не ввести кровь самого гадского вампирского папы Альфы, который, по слухам, может исцелять их при таких укусах. Только вот сколько его ночных высерков ходит по свету и сколько могут получить желанную кровь? Далеко не все, скажу я вам.

Вот и пропитывали вампиры при разборках с оборотнями одежду аконитом. Им-то ничего, они сами говорили, что от него только жопа чешется. А вот оборотню, вцепившемуся в тряпку с волчьим корнем точно звизда, а если сразу копыта не откинул – долгое лечение с зачастую негативным прогнозом.

Так что ресурс этот стратегический, и, естественно, на строгом учете. Откуда я об этом знаю? Да от своей подружки Азии с факультета существ, помните? Ну как не помнить великолепную вампиршу, словно вырезанную из черного дерева талантливым скульптором? Ладно, я отвлекся.

– Ладно, а как у нас отношения с вампирами? Я имею в виду «Санктум»?

– А какие у нас с ними могут быть отношения? – окрысился Сид. – Мы имеем дело только с социализированными, а с дикими – сам, по-моему, уже на них охотился.

– Короче, у вас с ними вооруженный нейтралитет. А учитывая численность их и вас…

– Да, – вызверился на меня Сид. – Доволен? Пока мы только можем за ними следить и пресекать вылазки диких. Все!

– Ладно, – крякнул я, хотя хотелось высказать все, что я думаю по этому поводу. – Где у них он может быть, Мери? Ты наверняка знаешь их закрома?

– Расскажу все, что знаю, – повела плечиком наша красавица-мулаточка. – Итак…

Глава 22

Вообще, грабить вампиров – так себе идея. Особенно обычному человеку. Но таких среди нас не было. И это еще ерунда – надо было, чтобы следы не привели к «Санктуму» вообще и ко мне в частности.

– Операция под чужим флагом, – предложила ламия в процессе планирования.

– И какой мы сможем выкинуть? Радужный, чтобы потом упыри всех педиков в округе истребили?

– Ты плохо разбираешься в цветах, – покачала она головой. – Кроваво-красный, цвета свежей артериальной крови…

Шарик при этих словах лишь облизнулся и сглотнул голодную слюну.

– Не порть мне собаку, – строго сказал я. – И вообще, мне эта кровавая тема не нравится.

– Ладно, – скривилась она. – Вечно ты рушишь мой полет фантазии! Я, можно сказать, тут поэтические метафоры подбираю, а ты…

– Ближе к телу! – строго сказал я.

– Ближе так ближе! – она щелкнула верхом своего лифа, отчего впечатляющие сиськи заколыхались. – Достаточно близко?

Я лишь злобно глянул на нее. Нашла время демонстрировать мне свои прелести, к которым я и так неравнодушен? И да, вся эта шняга «не-не-не, мы только вместе работаем, ничего подобного!» не прокатывает даже с женами средней степени ревнивости, не говоря уж о самообмане.

– Короче, я и буду тем самым флагом. С Шариком вместе. Я – демон, а адские гончие подчиняются только им, исключая твой случай. Так что им останется посчитать в считалочку «раз демон, два демон, вышел вон!».

– Может и прокатить, – кивнул я.

– И тем более, тебе светиться не придется, будешь водилой, пока мы сработаем с упырями.

– А вы справитесь вдвоем?

– Спрашиваешь! – ухмыльнулась она, потрепав довольного жизнью Шарика по загривку. – Сам знаешь, что даже их гадский папа против адского пса – тряпка для Тузика.

– Короче, все веселье достается вам, – скривился я.

– А то! Вот только святой водой не поливай нашу интимную встречу, ни они, ни я с Шариком этого не любим.

– Ладно, только серебряные пули, – вздохнул я. – Фейерверка не будет.

– И не надо! – сказала она. – Насколько я успела там увидеть, аконит у них хранится в баках. Не хватало только шрапнели, чтобы он вылился.

– Упрешь-то?

– А что там, докатить бак до двери? Стандартный двадцатигалонный, на колесиках. Как раз под погрузку.

– Двадцатигалонного нам не хватит.

– А десяток? Я мельком посчитала – там столько и есть.

– Другое дело, – одобрил я. – Сейчас Джорджа пошлю за системой…

– Подожди пока, – притормозила она меня. – Мы еще ничего не достали…

– Уверенность – полдела! – воздев палец, сказал я. – Ну что, готовимся?

– Ага, – кивнула она. – Фургон предлагаю стырить в городе.

– Погоди, – сказал я. – Надо сцепить котов хвостами!

Шарик, услышав знакомое слово, опять облизнулся – кошек он просто обожал с тех пор, как плотно ими закусил во время изгнания драной богиньки. Не все же грешников жрать, иногда и на сладкое что-нибудь хочется…

– Ты предлагаешь…

– Ага, – сказал я. – Выбирай на вкус. Тварей здесь чертова куча – от ликанов и упырей до гулей и ведьм. Город поделен еще почище нашего любимого ЭлЭй. Можно и барыг с наркотой привязать, тут нигас что-то вконец оборзели.

– Если не считать, что большинство из них и так вампиры. Пускай с ними мусора борются.

– Тогда тебе вопрос – на кого работают демоны, если они не на задании от ада?

– Да на кого угодно, кто их подчинит, – она искоса поглядела на меня.

Когда-то наша с ней дружба началась именно с этого.

– А вообще – вообще, я имею в виду – можно и без подстав, и по-тихому, – сказала она.

– Предлагай, – кивнул я.

– Ты не забыл про мою суперспособность? Что я могу появляться и исчезать там, где нет защиты от демонов?

– Ты предлагаешь…

– Ага. Паркуешь фургон через квартал, я спокойно появляюсь на складе, тискаю контейнеры и переношу их тебе.

– Лучше сразу в «Санктум»…

– Эй, я тебе легкоатлетка, что ли? – возмутилась ламия. – К твоему сведению, мои перемещения обходятся довольно дорого, все равно, как бегом бежать. Прикинь, заставь тебя мчать в «Санктум» с двадцатигалонной канистрой и обратно. Как, нормально будет?

– Туше, – сказал я. – Виноват, исправлюсь.

– К тому же там даже подкрепиться нечем – упырня пустая, душ нет. Они их, наверное, с обращением теряют, – пожаловалась ламия.

– Понял. Шарика берешь?

– А как же? На стреме постоит. Вдруг какой-то упырок решит отлить не вовремя? Смерть во время мочеиспускания – никакой романтики! – скривилась ламия. – Вот в момент оргазма…

– Ладно, ваша ад-романтика меня не интересует.

– А зря! – оживилась она. – Хотя бы стихи Вельзика почитай, он у нас жжот и глаголом тоже. Поэма «Когда сую я кочергу» включена в обязательную программу аттестации для мелких бесов при принятии в котельню.

– Так, ладно. Меня ваше бесобразие не интересует.

– Ну тогда… Пошли тырить фургон, как стемнеет!

И стырили, за пару миль до нужного склада, на котором упыри хранили заначку аконита на случай ликаноцида.

Единственное, что меня напрягало – пришлось оставить санктумовский разъездной фордик на помойке. Там просто камер не было, и мусора туда не суются. Но это не значит, что там нет другой публики вроде торчков и латиносов, толкающих им наркоту. Так что, оплетя грузовичок охранными плетениями мы с серебряной дернули по темным переулкам, чтобы найти себе тачку.

Первый же попавшийся старый «Транзит» стал нашей жертвой, и мы на нем двинулись к складу.

– Ты сиди здесь. Шарик пусть на стреме постоит…

– Ты же вроде хотела его с собой взять?

– Перехотела. Там я сама обойдусь. А вот если за мной примчится толпа разъяренных упырей, тогда он отход и прикроет.

Да все равно, честно говоря. Сейчас ее работа.

Я открыл дверь и выпустил Шарика, который сорвался с места, как пушечное ядро с поносом. Он вылетел на мостовую, сделал несколько больших кругов у фургона, задрал лапу и оросил стену с надписью «Рваный – х… сос». Явно местные изяществом в наскальной живописи не отличались, недалеко уйдя от своих предков-питекантропов.

– Я пошла! – и серебряная исчезла в воздухе, на этот раз абсолютно тихо… чтобы через десяток секунд появиться в фургоне с огромной канистрой на колесиках. – Помоги уже! Уфф…

Я закатил канистру в угол, а ламия опять исчезла в воздухе. Ну да, адские тропы, мать их… Куда обычному человеку вход воспрещен… Или не воспрещен, но входят обычно туда только один раз, когда преставятся. А сновать туда-сюда природа не позволяет.

Когда десятый бак был на месте, серебряный цвет ламии подернулся краснотой.

– Фуух… Все, упарилась! – она провела рукой по лбу. – Разве можно так для моего здоровья? Никаких дамских сил не осталось!

– Ладно, компенсируем тебе за вредность, – пообещал я.

– Чем? – уныло спросила она.

– Найдем, – уклончиво ответил я.

– Ладно, запишу на твой счет еще и это. Шарик, в кузов!

Собакин благополучно прыгнул в фургон так, что аж рессоры крякнули. Вот же, зараза адская, когда хочет – не услышишь, а иногда шалить начинает… Не выгуляли перед поездкой…

Я тихонько, опять же проулками, не включая фар и лишь на Волхвьем взоре поехал обратно на помойку.

А вот тут уже около нашей машины терлись два торчка, пытаясь открыть дверь. Я тихонечко остановил машину и решил посмотреть представление.

– Ай, лядь! – завопил один, пытавшийся открыть дверь, но получивший здоровую голубую искру разряда в руку. – Она током бьется!

– Ну так че, руку курткой оберни! – посоветовал второй.

– Ща… Ой, лядь! – на этот раз искра была еще мощнее. – Ща я ей дам!

Он нашарил на земле кусок кирпича, и кинул в лобовуху. Кусок великолепно от нее отскочил и засветил ему обратно в лобешник, отправив в нокаут. Получилось красиво – лежит, отдыхает.

– Ладно, это лядство пора кончать! – заявила ламия и мигом перескочила из кабины к фордику. – Ну и долго вы тут херней заниматься будете? Может, попробуешь поссать на нее? Как раз избавишься от возможности завести потомство, что я одобряю. Такие ушлепки размножаться не должны!

– Ты… Ты… Ты – вытаращил глаза торчок, показывая на нее пальцем. – Вот это приход!

– Я тебе не приход, – начала звереть ламия. – Твоя мама тебе приход. Пшел нахрен отсюда!

– Э, я тебе не…

Ламия мощным толчком бросила его в машину. Вот тут уже проскочил просто разрядище, аж как молния сверкнул. Торчка отбросило от машины, он упал на землю и больше не отсвечивал.

Я подогнал фургон к своему фордику, вышел из машины и распахнул двери.

– Ну что, взяли-встали-понесли? – спросил я у ламии.

– Не-а, – безапелляционно заявила она. – Теперь сам. Я и так сегодня натаскалась!

Я крякнул с досады. Но вообще она права – сделала сегодня много.

– Ладно. Только из чувства сексуальной справедливости! – я взялся за ручку контейнера и перетащил его в кузов грузовичка.

– Давай-давай! – подбодрила меня ламия. – И побыстрее, мне еще сегодня Шарика выгуливать.

– Кто еще кого… – буркнул я.

– Хватит разговорчики разговаривать! Шевелись, пока мусора не приехали!

Да, ламия умеет показать зубы, когда надо или не в духе. Эх, тяжкая это работа…

Минут через десять я управился, принайтовал канистры к кузову, накинул на них брезент. Отошел посмотреть – вроде то. Что-то под брезентухой есть, а что-то и нет.

– Ну что, поехали? – спросила ламия.

– Подожди, – я слил в подходящее ведерко бензин из бака и щедро полил пол фургона.

Если вы не хотите, чтобы в машине остались ваши следы от запаховых до ДНК, сожгите ее. Поразительно, сколько много человек оставляет разных следов, но огонь убирает их почти все.

Сзади раздался подозрительный хруст и чавканье. Я повернулся… Твою мать, аж меня холодный пот прошиб! Две адские рожи со светящимися желтыми глазами и окровавленными клыками в палец посмотрели на меня, и потом продолжили доедать наркоманов. Точнее, грыз их Шарик, а ламия всосала души невинно убиенных торчков.

– Ух, хорошо! – задорно сказала она, вращая глазами в разные стороны. – Как вставило! Шучу.

– Смотри, чтобы Шарик отравы не нажрался.

– Ничего ему не будет. Он в основном душами питается, ты же знаешь. А это так, вкусовая добавка. Как для тебя жвачка.

– И стоило это делать? – я показал рукой на остатки тел. – Все-таки люди…

– Человеческие существа, – перебила меня ламия. – На людей это жалкие сторчавшиеся сущности не тянут. Это раз. Свидетелей мы не оставляем – это два. И три – они бы скоро сдохли, либо от передоза, либо от цирроза, максимум пару недель.

– Странная у тебя мораль, – сказал я.

– Устроим им эвтаназию, чтобы эти недели не мучались. Но зато они никому ничего сказать за это время не успеют. А расспрашивать – будут. Так что не жмоться и плесни еще бензинчика, а мы их внутрь положим. Ну что, Шарик, перекусил? У, ты мой холесий! Фу, отдай руку, она вся исколотая…

Я плюнул. Этим чертовым инферналам человеческую мораль не пришьешь, природа берет свое…

Мы перетащили останки в фургон, я плеснул еще бензинчику и кинул спичку.

– А теперь – ходу!

Мы резво вскочили в урчаший и пердящий фордик, и рванули подальше, с места преступления долой.

– И как это будет работать? – Сид критически рассматривал то, что мы соорудили с Джорджем.

– Разве не понятно? – выкатил глаза я.

– Нет, – сказал он. – Пока я вижу только изуродованный вертолет.

– Вот контейнеры, куда заливается раствор волчьего аконита. Вот штанга, откуда все это выливается. Обычная система для опрыскивания полей.

– И надолго его хватит? – наконец заинтересовался Сид.

– Не знаю, – честно сказал я. – Ну думаю, что двести галлонов – величина немаленькая. Хватит обработать это поле вдоль и поперек. А поток воздуха от винта еще разнесет. Полоса обработки должна получиться неплохая.

– Это только если у них нет стволов, – заметил Грег. – И идти придется на бреющем, на такой высоте можно камнем сбить.

– Сделаем допущение, – сказал я. – Когда они обернутся, у них кроме мудей ничего с собой не будет. А тех, кто останется на подстраховке, снимем дронами или из винтовки. Второго на вертолет, и делов-то…

– У тебя все просто…

– Ну так принцип КИСС никто не отменял, спросите у нашего бравого матросика, – кивнул я на Грега.

– Вот только у нас совсем нет защитников для такого большого замка. Если сюда сунутся рыл хотя бы двадцать… Но их будет раз в десять больше. Вспомните Вестминстерскую резню – две сотни волков против обители.

– И какой счет? – спросил я.

– Полегли все. Я имею в виду, что и все члены британского «Санктума».

– Ну в мои планы это не входит. А в ваши? Сами говорите, что у вас есть охотники и подобные, воюющие с нечистью, организации? Что бы их не мобилизовать на помощь нам?

– Планы мы скорректируем. И в них ты не вылезешь из своей артефакторной, – пообещал Сид.

– С чего это вдруг?

– Делать пули, поражающие элементы, все остальное из серебра. Короче, чему тебя учили. А серебро у тебя будет, уж об этом я постараюсь. А кого и куда мне пригласить – оставь это мне, я сам разберусь. Не твоего ума дело.

Да, серебра было много. Видимо, Сид решил, что экономить не стоит – а то оставшимся и воспользоваться можно не успеть.

Ну а я в полном смысле лил пули – не в переносном. Их требовалось много, под все калибры. А еще флешетты, шарики для мин, серебряная дробь… Я сбился с ног, работая практически на автомате. Отлить пули, начерно обработать каждую и зарядить плетением через боковой пресс, потом отлить другие…

Я припахал и Грега – что я, патроны этими пулями снаряжать буду, что ли? Щаз. Пускай сам посидит с прессом и весами, делая нам суперпуперпатроны, как говорил президент Бивис Баттхед про свою ракету.

Хорошо хоть, что не заставил делать много серебряных шариков для всех мин, имевшихся в наличии – и так отлично. Те, кто попадет под «Клеймор», например, и так в фарш превратятся. Который невозможно провернуть назад – все-таки регенерация у оборотней работает ограниченно. Собрать ошметки в волка можно только в анекдоте «купи десять беляшей и собери собаку». В реальной жизни это не работает. Эти серебряные шарики и ролики только для тех, кто не попадает в гарантированную зону поражения.

Два дня прошло в заботах, гора серебряного лома для переправки стаяла наполовину.

– Выглядишь хреново, – покачала головой ламия, когда я решил устроить себе хоть четвертьчасовой отдых.

Она подала мне пакет с едой и водой. Надо же, заботливая! Я открыл коробку для завтрака и не стесняясь под жалостливыми взглядами Шарика, провожавшего каждый кусок со страдальческой миной, умял оба сэндвича.

– Фу-ух, вроде немного полечгало, – сказал я.

– Дышишь серебряными испарениями, а это для тебя не полезно, – опять качнула она головой.

– Ну а что делать? Как-то подыхать не хочется. И если этот придурок Сид не вызовет подмогу, то…

– Не вызовет, – сказала ламия. – Я тут подслушала…

– Колись, – потребовал я.

– Они с Грегом это обсуждали. Гадали, кого можно позвать на помощь. Вот только никто не горит желанием им помочь. Охотнички-халтурщики хороши только тогда, когда все хорошо, безопасно и большой ролик баксов за плевую работу. Когда они узнали, что будет гарантированное нападение огромной стаи оборотней, то послали Сида далеко в пешее эротическое путешествие.

– Странно, как он это пережил, – хмыкнул я. – С его раздутым самолюбием.

– Которое сейчас сдулось, как член у импотента. Он в отчаянии.

– Ладно, охотники-похотники – шваль подзаборная. А остальные?

– Ну тут еще и личность Сида играет роль. Его не любят, как и американский «Санктум». Тем более, у других отделений по всему миру тоже большие проблемы, он не соврал. И, естественно, ни один королевский двор не отдаст свою гвардию для участия в будущем замесе.

– В общем, пока Чернобогу удается устроить свою экспансию в новый мир, – скривился я.

– Да, а у нас нет сил, чтобы ему противостоять.

– Тебя там еще в псевдомонархию не включили? Легион демонов нам бы не помешал…

– И думать забудь! – она аж подпрыгнула. – Хочешь тут апокалипсис устроить, по сравнению с которым твои блохастые вообще детский утренник? Не зря существует барьер между мирами, ох не зря!!!

– Ладно. Придется справляться своими силами, вздохнул я.

– Ага, – кивнула она. – Тем более, чую я, это будет со дня на день. Рекомендую ложиться спать, не раздеваясь и «Кольт» с серебром держать под подушкой.

Если что, меня вон Шарик предупредит, – я потеребил его по ушкам. – Да, мой верный пес?

– Нет, – сказала ламия. – Мы с ним в дозоре. И благодаря этому у вас будет больше часа форы.

– Хорошо. Вернусь я к пулям. Спасибо за сэндвич!

И я опять принялся за работу.