Текст книги ""Фантастика 2026-10". Компиляция. Книги 1-35 (СИ)"

Автор книги: Ник Фабер

Соавторы: Алексей Губарев,Евгений Юллем,Виктория Побединская,Александр Сорокин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 161 (всего у книги 342 страниц)

Именно эти мелкие фирмы и осуществляют серию последующих продаж на законных основаниях. В итоге квартиры оказываются в руках добросовестных покупателей, которые не имеют никакого представления, какой цирк за всем этим стоял.

Ну, до тех пор, пока в их дверь не постучится наконец тот, кому эта самая квартира как бы была обещана. А там уже мучайтесь и разбирайтесь, как хотите.

Почему я в этом так уверен? Да очень просто. Та семья, что живёт в квартирке, так и не доставшейся Владиславу, купила её через небольшую юрфирму в Самаре. Это я проверил по бумагам.

– Но я всё равно не понимаю, – покачала головой Настя после моих объяснений. – Как? Почему их до сих пор не поймали?

– А офень… – Я проглотил кусок пирожка из кафетерия и запил его кофе. – Очень просто. Бумажная волокита. Они создавали искусственные проблемы, сваливали всю вину на тех самых субподрядчиков. Задержки. Разного рода технические проблемы. А те, в свою очередь, быстро подавали на банкротство. И все. С них взятки гладки.

– Хорошо, допустим, – наконец согласилась она. – Но почему тогда…

– Почему один и тот же способ продолжал работать?

– Да.

– Сравни нотариальные подписи за последние шесть лет.

Она, конечно, засомневалась, но полезла проверять.

– И что? Они разные. Я всё равно…

– Насть, вот скажи мне, пожалуйста. У вас дома есть повар? Хотя кого я спрашиваю. Конечно…

– Ну есть! – надулась она. – И что?

– Он хороший?

– Издеваешься? Естественно. Иначе какой смысл был его нанимать. В другом…

Она замолчала.

– Они их меняли.

– Дошло наконец?

– Мог бы и не так грубо…

– Могла бы и раньше догадаться, – рассмеялся я. – Если у тебя есть хороший работник, ты его не меняешь. Крупные компании не имеют привычки каждый раз искать себе новых юридических консультантов. Просто потому что им нужны стабильность и результат. Зачем ломать то, что работает?

Я выпрямился в кресле и отставил стаканчик с кофе в сторону.

– Смотри. Дальше всё просто. Бюджетные средства проходят через цепочку компаний. Чем длиннее, тем лучше…

– Да-да. Широкий бумажный след. Это я понимаю. Но…

– Именно. Чем он шире, тем сложнее сопоставить все факты. Особенно если часть этих средств идёт на взятки, чтобы их сопоставляли не очень придирчиво. Затем всё собирается, как снежный ком.

– Заранее созданные проблемы с субподрядчиками имитируют видимость финансовых трудностей у застройщика, – продолжила мысль Анастасия. – Они ещё небось и документально задолженности оформляли, которых там не было. А в итоге деньги за государственный контракт уже выведены на сторону, а сама компания находится в предбанкротном состоянии.

– Именно, – кивнул я. – После этого что-либо взыскать с них практически невозможно. Это их спасательный круг. В случае, если они напорются на слишком дотошную проверку, то просто спешно объявят себя банкротами с последующей ликвидацией. Концы в воду, и ничего уже не найдёшь.

– А если всё в порядке, то неожиданно появляется «случайный» инвестор, который вкладывает в них их же деньги и делает вид, что улучшает положение, – продолжила Анастасия, прикусив губу и задумчиво глядя на разложенные на столе бумаги.

– Молодец, – похвалил я её и ткнул пальцем в лежащий перед ней лист. – Всё именно так, как в этих двух случаях.

– С ума сойти, – пораженно произнесла она, а затем уставилась на меня. – Постой, так ты из-за этого опоздал? Работал всю ночь?

– А я, по-твоему, чем занимался?

– Не знаю, решила, что ты проспал.

Хотелось себя ладонью по лицу шлёпнуть.

– Нет, Настя. Я не проспал… то есть да, проспал. Но, как видишь, не просто так. Так что жду извинений.

– Прости. Но зачем тебе работать адвокатом? Если ты так хорошо разбираешься…

– Почему я занимаюсь именно этим, а не развожу людей на деньги подобными схемами? – не без труда сдержав смешок, спросил я её.

– Ну что-то вроде того.

– Ты поймёшь, – улыбнулся я ей, чем вызвал ответную улыбку.

Но затем на лице Лазаревой появилось задумчивое выражение.

– Но я всё равно не понимаю, как ты хочешь вывести их на чистую воду.

– А кто сказал, что я хочу это делать? – произнёс я, очевидно поставив её в тупик.

– Вот сейчас не поняла.

– Насть, нам с тобой что нужно? Бороться за справедливость и мир во всём мире или помочь Владиславу?

– Второе.

– Вот видишь. Я же говорил. Я не спасаю котят с деревьев. Этим пусть занимаются те, кому за это платят. У нас с тобой другая работа и другие обязанности. И поэтому мы сделаем так, что Владислав получит куда больше, чем рассчитывал.

– Как?

– А как, по-твоему, пугают мерзких тараканов, ползающих по полу твоей комнаты? Мы включим свет.

Глава 10

– Да пойдём уже! – взмолилась Анастасия, нетерпеливо наблюдавшая за мной, пока я стоял у входа в здание и доедал купленную в ближайшей кофейне слойку с ветчиной и сыром.

– Я ещё не доел.

– Саша! Мы опаздываем!

– Я знаю. Успокойся. Так надо.

Это мне сейчас показалось или у неё глаз дернулся?

– Кому?

– Чего?

– Кому это надо? В чём смысл опаздывать на важную встречу…

– Нам. Нам это нужно, Насть. А ещё это будет их злить и сделает раздраженными.

Она явно хотела что-то спросить. Даже рот открыла, чтобы этот самый вопрос задать… а затем закрыла его и вздохнула.

– Я уже ничего не понимаю.

– Не переживай. Это нормально. Научишься.

Вот как ей объяснить, что нам сейчас торопиться ну совсем нет смысла? Я ведь правда пытался. Простая психология. Злой и раздраженный человек никогда не будет воспринимать тебя всерьёз. Поначалу уж точно. Потому что в такой ситуации он априори будет считать, что ты напрасно тратишь его время. А значит, ставить себя выше тебя.

Какой удар самый болезненный?

Правильно. Тот, о котором ты не подозреваешь.

Доев слойку, я глянул на часы. Десять минут. В целом, этого более чем достаточно. Скомкал бумажную обёртку и махнул рукой.

– Всё. Пошли.

– Я всё ещё считаю, что мы должны были взять Владислава с собой, – пробормотала она, заходя следом за мной в здание.

– Я считаю, что мы и без него прекрасно разберемся, – тут же ответил я ей, придержав для неё дверь.

В конце концов, я джентльмен или нет?

– Он наш клиент…

– Вот поэтому его здесь и нет, – перебил я её. – Поверь мне, Настя. Так будет куда проще.

Прошли через холл. Этот бизнес-центр располагался в старом деловом центре Петербурга. Когда-то он именно что являлся центром столицы, но за последние тридцать лет всё сильно поменялось. Богатые и влиятельные компании более не хотели ютиться в семи-восьмиэтажных зданиях, пусть даже и очень красивых. Раньше вся эта чудесная архитектура с элементами барокко и прочего действительно ценилась. Сейчас всем уже глубоко наплевать на то, насколько красивая лепнина на фасаде твоего здания.

Главное – насколько высоко ты сидишь.

А чтобы сидеть как можно выше, нужно высокое здание. Так что, когда началось строительство высоток из стекла и бетона, народ, конечно, недовольно загудел, мол, портите исторический облик города и прочая чушь. Да только всем было глубоко наплевать на этот недовольный ропот. Столица должна зарабатывать деньги. Всё. Точка. Всё остальное, как бы ни грустили по этому поводу некоторые, глубоко вторично.

Вот и наши сегодняшние оппоненты снимали себе офис в одном из зданий старого делового центра. Офис в более дорогом и новом они себе позволить не могли, а для создания видимости хоть сколько-то хорошего образа приходилось минимально соответствовать.

Добравшись до пятого этажа, прошли по коридорам, пока не нашли дверь, ведущую в довольно крупный офис строительной компании. Постучали…

– Ну наконец! – зло воскликнул сидящий за столом мужчина, когда секретарь проводила нас в небольшой конференц-зал. Небольшой по меркам тех, что находились в нашей фирме, разумеется. – Я думал, что «Лазарев и Райновский» – достаточно серьёзная компания, чтобы её сотрудники не опаздывали на встречи, которые сами же и назначили!

Ещё и фыркнул в мою сторону. А вот Анастасию, наоборот, начал чуть ли не сразу же раздевать глазами. Впрочем, я его не виню. Выглядела она в своём светло-синем деловом костюме просто превосходно.

– Прощу прощения, – произнес я, присаживаясь за стол. – Нам пришлось задержаться, чтобы проверить кое-какие документы.

– Это не проблема моего клиента, – тут же встрял сидящий рядом с ним адвокат – мужчина лет сорока с крючковатым носом, очкам в пластиковой оправе и уже весьма ярко наметившиеся залысинами на голове. – Если назначили время встречи, то будьте добры соблюдать его. Мой клиент очень занятой человек, и подобные эксцессы впустую тратят его время!

А мужик тут же закивал, будто произнесённые слова были священной и непреложной истиной.

Ну что сказать? Того результата, на который рассчитывал, я добился. Это приятно.

Итак, что мы имеем? А имеем мы Рустема Керкоряна. Пятьдесят восемь лет, из которых почти шестнадцать он занимается строительным бизнесом. Времени за вчера и сегодняшнее утро у нас было не очень много, но кое-какую информацию собрать мы смогли. Так что знали о нём достаточно.

– Давайте по-быстрому, а то у меня сегодня ещё деловой обед и две встречи.

– Конечно, – покладисто произнесла Анастасия, быстро притянув к себе его взгляд. – Надеюсь, вы прочитали документы, которые я вам отправила?

– Конечно, милочка, – похабно улыбнулся он.

– Мы всё досконально изучили, – тут же подтвердил его адвокат и поправив очки на носу, открыл лежащую перед ним папку. – Как я понял, очевидно, произошла какая-то ошибка при распределении бронированного по муниципальной программе жилья.

– Да, – подтвердил я. – Из-за этой досадной ошибки наш клиент уже более полутора лет не может получить полагающуюся ему квартиру, как-то было обещано ему по программе предоставления жилья сиротам и малоимущим семьям.

– И? – фыркнул Рустем. – Ваш клиент тоже опаздывает? Что, в детдоме уже не учат хорошим манерам?

От сидящей рядом со мной Анастасии полыхнуло волной холодного раздражения. Но, должен признать, держалась она молодцом. На лице не отразилось ровным счётом ничего, кроме спокойной и деловой улыбки.

– Нет. Он не придёт, – сказала она. – Мы решили, что сможем решить этот вопрос без него и в досудебном порядке.

– Простите, уважаемая, – проскрежетал адвокат и шмыгнул носом. – Но я не понимаю, какие у вас могут быть претензии к моему клиенту. Компания господина Керкоряна выполнила абсолютно все обязательства. Заметьте, сделала это даже тогда, когда субподрядчики создавали большое количество проблем и проволочек при строительстве.

– Да что вы? – Глаза Лазаревой округлились от удивления. – Проблемы? Я не слышала ничего об этом. Серьёзные?

– Более чем, – хмыкнул застройщик. – Постоянные задержки с поставками стройматериалов. Несоответствия требованиям. Я крутился, как белка в колесе, но сдал проект практически в срок…

– Заметьте, – добавил его адвокат, – отставание от графика было мизерное. Только благодаря опыту и профессионализму моего клиента…

– Но Владиславу от этого ни холодно ни жарко, – перебил я адвоката. – Полагающееся ему жильё он так и не получил.

– А при чём тут я? – развёл руками Керкорян. – Я объект сдал? Сдал. Что вам ещё нужно⁈

– Например, нам хотелось бы получить объяснение, почему объект недвижимости, проходящий по социальной городской программе, продан частным лицам, – выдала Анастасия, и я обратил внимание, как изменились эмоции этого засранца.

Лёгкое раздражение тут же переросло в куда более сильное и яркое чувство. Значит, пора. Заодно собьём их с толку.

– Я так понимаю, – коснулся его плеча юрист, – что наши гости имеют в виду печальный случай, по которому мошенники каким-то образом умудрились продать…

– Нет, – встрял я, открывая рюкзак и начиная доставать из него бумаги. – На самом деле нас мало волнует то, как вы это провернули. Вот.

Толкнув пальцами пластиковую папку, я отправил её скользить по столу до рук юриста.

– Что это? – тут же напрягся Керкорян, с подозрением глядя то на папку, то на меня.

– Это наше требование.

– Боюсь, что мы не сможем предоставить жильё, – начал было адвокат, открывая папку, но Анастасия его перебила.

– А мы его и не просим, – холодно сказала она. – С согласия нашего клиента мы решили изменить его требования.

Дальше продолжил уже я.

– Компенсация. Квартира нам уже не нужна. Владислав ждал жильё шестнадцать месяцев. Потому мы считаем, что вы обязаны компенсировать ему это время, а также вызванные вашими проволочками неудобства. Поэтому двести пятьдесят тысяч рублей будут более чем достойной суммой за…

Даже не дослушав меня, Рустем расхохотался.

– Что? Да вы в своём уме⁈ Я же сказал, что мы не можем этого сделать! Моя компания выполнила все работы по строительству! У нас у самих из-за этого проблем хватает! Мы буквально себе спины рвали, чтобы успеть закончить и сдать этот проект. Моя компания находится в предбанкротном состоянии из-за этого, а вы хотите, чтобы я ещё и платил за действия каких-то мошенников⁈ Вы совсем из ума выжили⁈

– Простите, но боюсь, что мой клиент прав, – тут же поспешно добавил юрист. – В данный момент компания господина Керкоряна просто не сможет найти средства для подобных выплат. А даже если бы и могла, ваше требование неправомерно. Застройщик не обязан нести ответственность за мошеннические действия третьих лиц. Поэтому ваше требование в четверть миллиона рублей не…

– Простите, но, боюсь, вы нас не дослушали, – никуда не торопясь, проговорил я.

– Мы не требуем компенсации в четверть миллиона, – сказала Анастасия. – Мы хотим четыре миллиона.

Боже, вот честно. Сфотографировать да в рамочку бы поставить. У Керкоряна даже дар речи пропал, а его юрист выглядел так, словно Анастасия влепила ему пощёчину.

– Вы в своём уме? – спросил он. – Вы не можете требовать компенсации, в восемь раз превосходящей стоимость обещанного жилья…

– Так мы и не просим, – пожал я плечами. – Как я уже сказал, Владислав ждал шестнадцать месяцев. Соответственно, мы решили оценить каждый месяц задержки в двести пятьдесят тысяч. Двести пятьдесят на шестнадцать как раз и дают нам четыре миллиона. Более того!

Я поднял палец, и Анастасия тут же подхватила нить разговора.

– Мы спросим с вас за каждый последующий месяц, который будет тянуться эта ситуация. Каждые тридцать дней сумма в исковом требовании будет увеличиваться еще на двести пятьдесят тысяч…

– Это что, какой-то нелепый шантаж? – в недоумении спросил застройщик, переводя свои маленькие, почти поросячьи глазки с меня на Анастасию и обратно.

– Ни один суд не примет подобные требования!

– Да, – кивнул я, будто это было само собой разумеющееся. – Естественно, не примет. Потому я и сказал, что мы хотим решить всё в досудебном порядке…

– Это нонсенс, – заявил юрист и повернулся к своему клиенту. – Рустем, я думаю, что встречу можно закончить. Этот фарс не более чем пустая трата нашего времени.

Затем посмотрел в мою сторону, и в его взгляде скользнуло презрение вперемешку с чувством собственного превосходства.

– Я считал, что «Лазарев и Райновский» – престижная фирма. Но, похоже, туда начали набирать людей едва ли не с улицы.

Сидящая рядом со мной Анастасия фыркнула… а затем расхохоталась.

– Я сказал что-то забавное, уважаемая? – с раздражением спросила юрист.

– Простите, – сквозь смех пробормотала она. – Правда, я не хотела. Просто вы едва ли не в точку попали…

– Ну спасибо тебе большое, – вздохнул я.

Ладно. В чём-то он прав. Пора этот фарс заканчивать. Почувствовать себя умными и важными мы им дали, так что пора бы и честь знать.

– Что же, раз, похоже, что по сумме компенсации мы пришли к соглашению…

– Ни к чему мы не приходили! – тут же взвился юрист, а его клиент поспешил добавить:

– Я не буду ничего платить!

– Будете, – сказал я. – Потому что в противном случае вы пойдёте в суд.

– Я уже сказал, что ни один суд даже тратить время не будет на рассмотрение вашего безумного иска, – закатил глаза его адвокат.

– А кто сказал, что вы будете судиться с нами? – спросила Анастасия и улыбнулась так, что от сидящих напротив нас мужчин полыхнуло растерянностью.

– Здесь анализ движения абсолютно всех денежных средств вашей компании, – сказал я и толкнул по столу первую папку. – Идём далее. Мы подали запрос в налоговое ведомство по всем счетам вашей фирмы и сотрудников и потребуем отследить каждую транзакцию. Проверим все акты по выполнению работ и сопоставим их с реальными объёмами строительства.

С каждым моим предложением к ним отправлялась новая папка с копиями заявлений и запросов.

– Даже не сомневайтесь, – продолжила Анастасия, – что бы вы там себе ни думали про нашу фирму, но у нас более чем достаточно квалифицированных бухгалтеров для качественного и дотошного финансового анализа. Точно так же, как и знакомых строительных экспертов для оценки реальной стоимости тех работ, которые вы провели.

– Но, – принял я эстафету, – это ещё не всё. Чтобы вам совсем неповадно было, мы подадим против вас иски по обвинению в мошенничестве в особо крупном размере, преднамеренном банкротстве, нецелевом использовании бюджетных средств, а также отмывании денег через ваших «ручных» субподрядчиков.

– Поверьте, для того чтобы утопить вас, ресурсов у нашей компании хватит, – гордо сказала Анастасия. – И я думаю, что мой отец приложит все усилия, чтобы отнестись серьёзно к этой проблеме.

– Ваш отец? – не понял юрист.

– Да. Я Анастасия Лазарева. Дочь графа Павла Лазарева. Так что, уверена, что когда я покажу ему все эти документы, он с удовольствием поможет мне не только довести это дело до суда, но и закопать вас и всю вашу шарашкину контору.

Ах, красавица ты моя! Ну блеск же! Она прямо кайфовала сейчас, пользуясь собственной фамилией и связями, чтобы добиться желаемого. Так и светилась от злобной радости и гордости.

Сидящий напротив нас юрист немного стух. Едва он понял, кто именно сидит перед ним, как весь его внутренний гонор моментально спал, оставив после себя лишь одно чувство.

Страх.

* * *

– Поверить не могу! – воскликнула Анастасия. – Четыре миллиона!

– Как думаешь, Владислав будет доволен?

Настя захлопала глазами.

– Ты смеёшься⁈ Да он сможет пять таких квартир себе теперь купить, и ещё деньги останутся.

Они всё подписали. Оно и неудивительно. Четыре миллиона для них крупная сумма. Но в общем объёме тех средств, которые они наварили на этом проекте… ну не то чтобы прямо капля в море. Скажем так. Это всё равно, что отрезать себе попавшую в капкан лодыжку, чтобы спасти всю шкуру. Да, за лодыжку обидно. Но вся шкура дороже.

В итоге они это сделали.

Разумеется, не обошлось без скандала. Когда до Керкоряна дошло, в какую задницу он угодил, то принялся орать. В основном, конечно, на меня. Всё же какие-то инстинкты самосохранения у него ещё оставались, и когда понял, что Лазарева ему немного не по статусу, то свои помои он принялся лить на меня.

Орал долго. Гневно. Юристу дважды пришлось его успокаивать. А я… а что я? Я сидел с довольной рожей. Ничего, пусть побесится. Он мне за это ещё ответит. Но сейчас важно было всё подписать и получить нужные нам бумаги.

Естественно, после всего, что было озвучено, юрист Керкоряна тут же взялся за дело. И следует отдать ему должное. Мужик действительно знал то, чем занимался. По истечении почти двух часов в душном конференц-зале мы вышли оттуда с документом о предоставлении нашему клиенту компенсации в размере четырёх миллионов рублей, а они получили от нас соглашение о неразглашении оговоренной ранее информации.

Чтобы гарантировать себе время на «подчистку хвостов», этот хмырь пытался продавить соглашение, по которому компенсация будет выплачиваться ежемесячно в течение двух лет. Умно. Но тут мы его послали так далеко, что туда не дойдешь и не доедешь. Нет. На такой глупый трюк я не поведусь. Сейчас мы это дело подписываем, Владислав получает одну, максимум две выплаты, после чего уже следует спешное банкротство, ликвидация компании, а сам Керкорян быстро смоется туда, где искать его не будут.

Не. Фиг вам.

Этого я допускать не собирался. Поэтому мы выбили всё и сразу. Да, муторно. Да, с руганью. Да, Керкорян смотрел на меня так, будто я его бабку пнул. Но всё-таки сейчас у нас среди документов лежала выписка на четыре миллиона рублей. Средства будут переведены в течение суток на заранее созданный для этих целей банковский счёт, права на который Владислав получит уже после получения денег.

– Ну что? Как тебе? – спросило я её, пока мы стояли и ждали такси.

– Что?

– Побеждать?

Настя заулыбалась, а затем задумалась.

– Признаю… это приятно. Но, если честно, я представляла себе, что сделаю это в суде. У трибуны и…

– А есть разница? – решил уточнить.

– В смысле?

– В прямом. Какая разница, где именно ты победила? В душном конференц-зале или же в зале перед судьёй. Победа есть победа. Главное, что твой клиент получил желаемое. Только это, по сути, и имеет значение.

Она помолчала пару секунд и кивнула.

– Сама ему позвонишь или мне сделать?

– Можно я сама это сделаю? – как-то уж больно покладисто спросила она, и я кивнул.

В целом, уже и так чувствовал, что она хочет это сделать. Правильно говорят, что порой дарить подарки куда приятнее, чем получать их самому.

В итоге Лазарева отправилась в банк, чтобы окончательно закончить все дела с переводом, а я вызвал себе машину и поехал по своим делам. Всё же я не собирался оставлять тот факт, что меня не допустили к Марине просто так.

Вообще, если подумать, то дел было выше крыши. У нас имелось ещё два дела от муниципалитета по гражданской защите. Плюс два из административного отдела самой фирмы. Вдобавок я всё же окончательно убедился, что не зря согласился на предложение Молотова.

Потому что вот так вот бегать к Савину каждый раз за подписью, даже с условием, что он безропотно поставит свою закорючку, мне не нравилось. И дело даже не в том, что, скорее всего, наш любитель отпуска по больничным обстоятельствам окончательно покинет свое рабочее место.

Нет. Просто ощущение, что у меня связаны руки… бесило. Если бы не его разрешение, то мы сейчас даже сами с нашим клиентом без его присутствия и поговорить бы не смогли.

Окей, его можно было бы даже понять. В конце концов, если мы накосячим, то отвечать в конечном итоге именно ему. Но! Он вообще нихрена не делает! Меня аж бесила идиотская ситуация, но ничего с ней поделать толком я не мог.

Точнее, мог, но для этого предстояло решить проблему, предоставленную мне Молотовым…

Зазвонивший телефон отвлёк меня от мыслей. Достав смартфон, глянул на экран и увидел, что номер не определился.

Признаюсь, в эту секунду меня прошиб холодный пот. Слишком уж эта ситуация напомнила мне недавние события.

Буквально усилием воли заставил себя успокоиться и снял трубку.

– Да?

– Александр Рахманов? – произнёс молодой, но незнакомый мне голос.

– Да, кто это?

– Максим Волков. Если это возможно, то я хотел бы с вами встретиться и поговорить…

* * *

Пройдя по коридору, мысленно отметил приятную закономерность. Хотя, наверное, слово не совсем то. Да и плевать. Вот уже второй раз я иду по коридорам Центрального Управления Судебного Департамента.

Иду целенаправленно. К нужной мне двери. О! А вот и она. Подошёл. Постучал.

– Войдите, – прозвучало с той стороны.

Заставлять себя ждать я не стал и вошёл в кабинет, предварительно нацепив на лицо лучшую из своих улыбок.

– Елизавета Александровна, добрый вечер.

– И тебе не хворать, Рахманов, – вздохнула судья, откладывая в сторону ручку и поднимая на меня взгляд. – Проходи, раз пришёл.

– Спасибо, что согласились со мной встретиться.

– Я бы отказала, но не могу не отметить, что представление ты тогда устроил знатное.

– О, бросьте. Вас просто поразило, как ловко я предсказал поведение Стрельцова. Кстати, не могу не отметить, что выглядите вы просто прекрасно.

Она сняла свои очки в тонкой золотой оправе и посмотрела на меня таким взглядом, что ещё вот чуть-чуть – и кабинет утонул бы в скепсисе.

Ну и ладно. Я же чувствую, что от комплимента ей приятно.

– Даже не знаю, может, прогнать тебя взашей?

– Если бы вы правда хотели это сделать, то даже не ответили бы на мой звонок, – привёл я контраргумент, и она вздохнула.

– Ладно. Присаживайся.

– Спасибо. На самом деле я ненадолго. У меня всего один вопрос…

– В прошлый раз один твой вопрос закончился дракой в зале суда.

– Ну не преувеличивайте, ваше честь, – улыбнулся я. – Всего-то один раз по морде выхватил. А в итоге мы выиграли дело.

– Аккуратнее, Рахманов. Везение имеет свойство заканчиваться.

– Уж поверьте, об этом я никогда не забываю.

– Так чего ты хочешь и, что самое важное, почему ты решил, что я могу тебе помочь?

Ей интересно. Это я ощущал отлично. В наших с ней отношениях… если так вообще можно назвать одну-единственную встречу в стенах этого кабинета и слушание по делу Яны, не было ничего такого. На самом деле я не удивился бы, если бы она и правда послала меня куда подальше и даже отказалась от встречи.

Но она не отказалась. Просто потому, что ей интересно. Всё равно, как мать смотрит на забавного карапуза в ожидании, что тот сделает дальше. Может быть, он споткнется и весело шлепнется на задницу?

Мда-а-а-а… так опростоволоситься оказалось бы неприятно. И всё-таки других вариантов у меня сейчас не имелось.

– Я бы хотел узнать, кому будет поручена защита Марины Скворцовой.

Услышав мой вопрос, она нахмурилась.

– Твоя начальница? А что с ней?

Значит, она об этом ещё не слышала. Пришлось потратить пару минут, чтобы объяснить ситуацию.

– Не знаю, – призналась она после недолгого раздумья. – Это немного не моя епархия. Но думаю, что могла бы узнать.

– Это всё, о чём я прошу, – с благодарностью кивнул.

– Это всё, что ты пока получишь, – довольно недвусмысленно намекнула она на то, что решать мои проблемы не станет. Просто спросит, а там будь что будет.

Из здания департамента я выходил в приподнятом настроении, мысленно перебирая то, что уже было мне известно.

А ещё я начал сомневаться, что моя догадка о причастности Оливии была такой уж крутой. Может, я и правда зря себя накрутил? Ну совпадение же, да и всё.

В любом случае мне предстояло решить ещё одну проблему из разряда «не хочется, но надо». Говорить с Волковым у меня не было никакого желания, но и пропустить подобное мимо ушей я не мог.

Тем более что его машина уже стояла у тротуара напротив входа в департамент. Ну не буду же я за ним бегать, ведь так? Сказал, где буду через полтора часа. Если хочет поговорить, то милости прошу.

Если честно, то где-то в глубине души надеялся, что он откажется, но…

Постояв пару секунд, я направился к ожидавшей меня машине.