Текст книги ""Фантастика 2026-10". Компиляция. Книги 1-35 (СИ)"

Автор книги: Ник Фабер

Соавторы: Алексей Губарев,Евгений Юллем,Виктория Побединская,Александр Сорокин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 240 (всего у книги 342 страниц)

– Да, – резче, чем хотелось, произнесла она. – Со мной всё в порядке. Просто нет аппетита, и всё.

– Ты уверена? – переспросил он. – Ты всегда…

– Я в порядке! – уже зло произнесла она и поморщилась. – Прости. Просто у меня нет настроения. Наверное, устала.

Бросив ещё один взгляд на тарелку, еда в которой из прекрасного блюда теперь превратилась в совсем не вызывающую аппетита кашу.

– Я лучше пойду к себе, – произнесла она, вставая из-за стола.

Продолжать этот разговор у неё не было абсолютно никакого желания. Усилившаяся в последнее время гиперопека деда её сначала всего лишь раздражала, а теперь и вовсе злила.

Она практически не выходила из дома с того проклятого дня, когда сбежала на концерт Евы. Не то чтобы не могла. Елена была абсолютно уверена, что если бы захотела, то смогла бы ускользнуть из родного дома. Ещё будучи ребёнком она излазила прилегающие территории вдоль и поперёк. А чем ещё ей было заниматься, если её за пределы имения почти не выпускали?

Но сейчас проблема заключалась не в этом. Далеко не в этом. Елена не смогла бы признаться даже деду, что ей было банально страшно после всего случившегося.

Она до сих пор помнила те события. Обжигающую боль в ноге. Холод металла приставленного к ней пистолета, когда тот мужчина схватил её.

И спокойное, уверенное лицо Александра, когда он её спас.

Она помнила его так же хорошо, как и тот момент, когда он упал на землю. Как сама она бросилась к нему, в панике зажимая руками рану.

Тот момент она вспоминала со стыдом. Страх от всего случившегося безжалостно выбил из её головы все медицинские навыки, которые закладывали учителя. Да, пусть она и не обладала исцеляющим даром Реликвии, что имелся у её деда, но это отнюдь не означало, что она не могла помогать другим. Её обучали хорошие учителя и сам дед, но…

Всё, что она смогла сделать в тот момент, – это в панике закрывать дыру в груди только что спасшего её парня собственными руками. Эта сцена настолько врезалась ей в сознание, что ей до сих пор казалось, что она всё ещё чувствует его горячую кровь на своих руках.

Выйдя из столовой и закрыв за собой дверь, Елена глубоко вздохнула, привалившись спиной к покрытой деревянными панелями стене. Мучающая её несколько последних дней подряд головная боль становилась только сильнее. Она точно не могла сказать, после чего это началось. Сама же Елена списывала всё на то, что просто переутомилась. Она действительно очень много занималась в последнее время. Учёба стала для неё способом сбежать от пугающих событий реальности.

Постояв пару секунд, она направилась по коридору к лестнице, что вела на второй этаж, где находилась её комната. Поднимаясь по лестнице, вдруг ощутила влагу на губах.

Она коснулась лица и взглянула на свои пальцы, с удивлением обнаружив на них кровь.

Глава 9

Евгений Валентинович наслаждался послеобеденным часом в тишине своего кабинета. Он любил это время и старался не пропускать его, формируя график своего расписания таким образом, чтобы на него не попадали деловые встречи и звонки.

Вот и сейчас он сидел в своем кресле, повернувшись в сторону широкого окна. Смотрел на раскинувшуюся перед ним панораму столицы с высоты пятьдесят четвертого этажа.

И этот вид ему нравился. Очень и очень нравился. Более того, он наслаждался им даже больше, чем на первый взгляд можно было подумать. Ему, ставшему главой крупного инвестиционного фонда «всего лишь» в пятьдесят шесть лет, казалось, что жизнь окончательно и бесповоротно удалась. Идеальная деловая репутация. Несколько крупных счетов в банках и положение, которое позволяло смотреть на все свысока, ласкало его эго.

Вероятно, именно поэтому на его лице появилось столь сильное раздражение, когда стоящий на его рабочем столе внутренний телефон неожиданно зазвонил, разрушив созданную этим мгновением магию.

С недовольным лицом Евгений повернулся в кресле и снял трубку.

– Ира, я же говорил тебе, чтобы меня не беспокоили до двух часов, – тщательно скрывая раздражение в голосе, проговорил он в трубку.

– Да, Евгений Валентинович, я знаю, – тут же запричитала его личный секретарь извиняющимся тоном.

Впрочем, злился он на неё недолго. Всё же у неё были достаточно длинные ноги и прекрасная фигура, чтобы Евгений позволял себе любоваться ею каждый раз, когда она приносила ему какие-либо бумаги.

Впрочем, о чём-то большем он и не думал. И дело даже не в кольце на безымянном пальце правой руки. Нет. Проблема заключалась в отсутствии хорошо прописанного брачного договора. Глупость, сделанная им ещё по молодости. А сейчас уже совесть не позволяла предложить такое супруге. Так что рисковать своим имуществом, затевая глупую интрижку на рабочем месте, Евгений никогда бы не рискнул из страха потерять по меньшей мере половину всего того, что у него было. Потому что его любимая супруга была той ещё расчетливой стервой и не успокоилась бы, пока не обобрала его до последней нитки.

Так что подобные «игры» он позволял себе лишь с «особыми» девушками. Которые никогда и никому не расскажут о подобном и…

– … и он сказал, что ему требуется немедленная встреча с вами, Евгений Валентинович.

Сидящий в кресле мужчина вдруг обнаружил, что абсолютно бессовестным образом прослушал слова своей секретарши.

– Прости, Ира, можешь повторить ещё раз, что ты только что сказала? – попросил он. – Кажется, я прослушал.

– Ой, да. Конечно. К вам пришёл инспектор из ИНС. Говорит, что ему требуется немедленная встреча с вами по важному вопросу.

Что-то внутри Евгения оборвалось в этот момент. Имперская налоговая служба не тот орган, людей из которого зовут себе в гости. Они сами приходят. И последствия их прихода, как правило, не сулят ничего хорошего.

А уж если это полноценный инспектор, то всё могло оказаться ещё хуже. Ищейки от мира финансовых преступлений, они обладали крайне широкими полномочиями с очень неприятными последствиями для каждого, кто по какой-то глупой причине вдруг решил, что может обворовать государство и остаться после этого безнаказанным.

Нет. Не может. И эти люди могли быть крайне упорны в желании доказать этот непреложный тезис.

– Ира… А он не сообщил… Он не сказал, в чём именно причина его визита?

– Нет, Евгений Валентинович. Лишь то, что ему нужно поговорить с вами, и всё. Больше ничего.

Евгений задумался. Крепко задумался. Очень. Инспектора ИНС так просто не приходят. Как правило, они являются тогда, когда для гипотетического и очень нехорошего человека уже всё кончено.

От этой мысли ему стало плохо. Но затем Евгений позволил себе немного расслабиться. Насколько он знал, его фонд работал прекрасно. Его самого нельзя было уличить в чём-то. Он не нарушал закон, а вышколенный персонал следил за тем, чтобы все сделки и инвестиционная деятельность велись строго с соблюдением закона.

Насколько он знал.

Сидящий в кресле мужчина почувствовал, как у него вспотели ладони.

– Ира, скажи ему, что я с радостью приму его. Прямо сейчас.

– Конечно, Евгений Валентинович. Я сообщу.

За те несколько минут, которые прошли с того момента, как Евгений положил трубку и открылась дверь в его кабинет, он, кажется, мысленно прошёл через все возможные круги ада.

Вошедший оказался высоким и худощавым. С острыми чертами лица и светлыми, соломенного цвета волосами. Одет в тёмно-серый костюм-двойку. Единственным светлым, а точнее, ярким пятном в его образе был красный галстук, выделяющийся на фоне белой сорочки.

– Добрый день, – поприветствовал его Евгений, уже успевший встать из-за стола.

– Добрый, – сухим, почти безэмоциональным голосом отозвался инспектор. – Прошу меня простить, если отвлёк вас от работы, но боюсь, что нам необходимо поговорить с вами.

– О, не переживайте, – сразу же запричитал Валентинович. – Это всё может подождать. Уверен, что вы не пришли бы просто так в мой офис…

– Я никогда не прихожу просто так, – всё тем же жутким голосом отозвался мужчина, после чего залез рукой во внутренний карман своего пиджака и вытащил удостоверение. – Инспектор ИНС Аркадий Вернинский.

Глаза Евгения пробежались по удостоверению, задержавшись на широкой печати с эмблемой Имперской Налоговой Службы под фотографией Вернинского. Больше всего его напугали глаза человека на фото. Они выглядели безжизненно, словно у мертвой рыбы.

Почему-то ему подумалось, что именно такой взгляд и должен быть у этих людей.

– Что я… чем я могу вам помочь? – осторожно спросил Евгений, надеясь, что его голос не слишком сильно дрожит.

– Своим полным и безоговорочным содействием, разумеется, – холодно отозвался инспектор. – В данный момент ИНС и инспекторская служба ведет расследование, и боюсь, что ваш фонд может стать фигурантом в этом деле.

– Могу ли я узнать…

– Не можете, – отрезал Вернинский, а затем прищурился и медленно добавил: – Если, конечно же, не хотите сами стать одним из фигурантов дела.

В комнате повисла напряженная тишина. Евгений, всего десять минут назад наслаждавшийся собственным положением и удовольствием от возможности смотреть на мир свысока, вдруг ощутил себя… таким незначительным. Слабым. И напуганным.

– Шучу, – без тени юмора всё тем же холодным голосом вдруг сказал Вернинский.

Словами трудно было передать то облегчение, которое в этот момент испытал Евгений.

– Ох, ну да, конечно же…

– Тем не менее, – продолжил инспектор, – думаю, что в будущем нам с вами придётся поработать в более тесном сотрудничестве. Недавно нам стало известно, что некто с большой долей вероятности использует средства и инструменты вашего фонда в преступных целях…

* * *

– Ты сказал мне, что никаких проблем нет! – рявкнул Евгений. – Ты уверял меня!

Ему потребовался почти час, чтобы успокоиться после ухода инспектора.

– Их и нет, – развёл руками Арсеньев.

Они стояли в кабинете Арсеньева, куда Валентинович пришёл сам. Сейчас дверь в кабинет была надёжно закрыта, но Евгений всё же поглядывал. Теперь ему постоянно мерещилось, что за ним кто-то наблюдает.

Кажется, он до сих пор ощущал на себе холодный взгляд инспектора.

– Их нет и не было, – повторил Арсеньев. – Я же сказал тебе…

– Ты сказал, что не причастен к той истории, – не стал отступать Евгений.

– Я и не причастен! – не моргнув и глазом соврал Арсеньев. – Я же говорил, что они сами виноваты и просто свалили вину на меня за свою глупость. Я предупреждал их, что…

– ДА МНЕ ПЛЕВАТЬ, О ЧЁМ ТЫ ИХ ПРЕДУПРЕЖДАЛ! – не выдержав, взорвался Евгений. – Ты понимаешь или нет, что происходит? Если тобой заинтересовались инспектора ИНС, то…

– Женя, успокойся, пожалуйста, – попросил его Дмитрий, который и сам испытывал большое напряжение после рассказа друга. – Ещё раз говорю тебе: я ничего не делал и ни в чём не замешан. Я просто работаю. Или ты забыл, что за эти два месяца я привёл тебе почти два с половиной миллиона?

В любой другой ситуации Евгений порадовался бы этому. Он любил деньги. Но ещё больше любил, когда их количество увеличивалось. И два с лишним миллиона чистой прибыли для его фонда, особенно за короткий срок, грели душу.

Но сейчас он отдал бы сумму в десять раз большую, чтобы этот неожиданный кошмар закончился.

– Он сообщил тебе о предмете их расследования? – без особой надежды поинтересовался Дмитрий, и Евгений покачал головой.

– А ты как думаешь? Нет, конечно! Лишь предупредил, что фонд должен работать в обычном режиме. Сказал, что они будут вести наблюдение за нашими транзакциями…

– Им потребуется судебное постановление, – начал было Арсеньев, но Евгений покачал головой.

– Ничего им не потребуется. Дима, ты вообще в курсе их полномочий? Оно им не нужно. Они не лезут в дела моего фонда. Пока не лезут. По словам этого… Варнанского… нет, Вернинского, они сейчас наблюдают за входящими и исходящими потоками.

Если бы Евгений сейчас смотрел на своего старого школьного друга, то смог бы заметить, как побледнело его лицо. Но он в этот момент на него не смотрел…

* * *

– Саша?

Я поднял голову, перевёл глаза с экрана своего ноута на стоящую у двери рыжую красавицу.

– Кристина. Что же привело тебя в нашу обитель милосердия и благодетели?

– В богадельню, ты хотел сказать? – усмехнулась рыжая, заходя в отдел и показывая мне изрисованный каракулями лист. – Ты в курсе, что вам это кто-то на дверь наклеил?

– Да, – вздохнул я, откинувшись в кресле. – Но если честно, то я уже даже устал их срывать. Знаешь, заметил забавную деталь. Если не срывать старые, то новые не появляются.

– Побеждаешь, значит, не сражаясь, – улыбнулась она.

– Что-то вроде того. Может, перегорел просто. Надоело. Вот и не обращаю внимания.

Оглянувшись по сторонам, Кристина обратила внимание, что в отделе я находился абсолютно один.

– А где твоя подружка? Думала, что вы не разлей вода и всё такое…

– Я бы лучше сказал – напарник, – поправил её. – Она в суде. Пытается задавить своих противников судебными издержками с помощью группового иска.

Тут я вдруг подумал, почему вообще она сюда зашла.

В общем, гадать не стал и сразу этот вопрос и задал.

– А, точно! – Кристина сделала удивлённое лицо, словно только сейчас вспомнила о причине своего визита. – Просто решила предупредить тебя, что к нам сейчас приехал один адвокат. С очень злым лицом и совиной фамилией.

Услышав её, я тут же подобрался в кресле.

– Подожди, Филинов? Здесь?

– Ага. – Рыжая подмигнула. – Так что не удивляйся, если твой начальник позвонит тебе с очень гневным требованием явиться к нему на ковёр примерно… сейчас!

Едва только ей стоило это сказать, как мой телефон в тот же миг зазвонил, высветив на дисплее «Лазарев Роман».

– Помяни дьявола, – вздохнул я, ощущая острое чувство дежавю, и взял телефон. – Да?

– Живо иди в мой кабинет, – приказал Роман не терпящим возражений голосом.

Но напугать меня чем-то подобным нельзя. Да, и судя по тону, не сомневаюсь, что больше это было сказано для того, кто стоял сейчас рядом с ним.

– Сейчас буду.

Сунул мобильник в карман и, поблагодарив Кристину, направился к лифтам.

Как я и ожидал, Роман в своём кабинете оказался не один.

– Значит, вот так ты обучаешь своих сотрудников? – недовольным тоном проговорил Артемий Филинов, едва я только вошёл в кабинет.

Он выглядел почти точно так же, как и в нашу встречу вчера днём. Всё тот же дорогой костюм, только другого цвета. Золотые часы на руке сменились другими. Без понятия, что за металл. То ли полированная сталь, то ли вообще платина. С него станется и такие таскать.

Да и в целом, важно ли это, если у меня появился шанс лишний раз наступить ему на ногу?

– И вам наше с кисточкой, – поприветствовал я его, надеясь на то, что мой голос звучит достаточно издевательски. – Я так понимаю, вы пришли подписать соглашение?

Оба матёрых волка от адвокатуры с удивлением уставились на меня.

– Что за ерунда? – фыркнул Филинов.

– Александр, – серьёзно произнёс Роман. – Что происходит?

– В смысле? Я им вчера сутки дал. У них есть ещё… – Даже на экран телефона глянул, чтобы время проверить. – Ещё три с половиной часа. Вот и решил, что Артемьев одумался и согласился на…

– Я пришёл сюда, молодой человек, для того чтобы передать вам иск о злонамеренном преследовании, – довольно грубо перебил меня Филинов. – Или вы решили, что я буду бросаться словами на ветер? Так вот. Я не буду.

Тут уже настала моя очередь искренне удивиться.

– Что?

– Ты не в курсе? – будто бы на всякий случай уточнил Лазарев.

– В курсе о чём?

– В фонд, где работает Арсеньев, наведались инспектора ИНС, – сообщил он мне новость. – Их фонд… может проходить фигурантом в каком-то расследовании.

– Может? – Филинов уставился на Лазарева так, будто тот сморозил какую-то глупость. – Может, Роман? Может, перестанешь ломать комедию и скажешь как есть? Не смогли добиться своего законным путем и перешли к глупым играм? Я не позволю давить на моего клиента таким образом…

– Да ни на кого мы не давили. Я вообще впервые об этом слышу! – абсолютно честно заверил его. – С чего вы вообще взяли…

– Расскажете это в суде, – поджав губы, пригрозил мне юрист, но тут уже вступился Роман.

– Послушай, Артемий, это, конечно, выглядит так себе, но мы тут действительно ни при чём.

– И ты думаешь, что я поверю? – презрительно хмыкнул Филинов. – Твой щенок заявился к нам со своими глупыми угрозами привлечь к этому делу ИНС, после чего место, где работает мой клиент, посещает один из их инспекторов? Совпадение? Не думаю…

– Он стажёр, Артемий. Без моего ведома он бы такого не сделал…

– Стоп, – вдруг произнёс я. – Если в этом деле замешано ИНС, то почему бы вам самим не позвонить туда и не спросить, на каком основании они начали проверку?

Заданный вопрос заставил лицо Филинова скорчиться в недовольной гримасе.

– Хорошая попытка, молодой человек, – проскрежетал он, зло глядя на меня. – Но боюсь, что не по вашему уму.

Он повернулся к Лазареву.

– Думаешь, я такой идиот? Отправил ко мне этого дурачка в надежде, что сможешь при случае свалить всю вину на него? Ладно он, в это я ещё готов поверить, но ты, Роман? Кажется, мы условились с тобой не переходить черту.

– Никакую черту я и не переходил, – начал было Лазарев, но стоящего перед ним толстяка это не убедило.

– Не считай меня за идиота! Думаешь, что в любой другой ситуации я бы этого не сделал⁈

– О чём он? – уточнил я.

– О том, что инспекторская служба не станет делиться информацией по простому запросу, – объяснил Лазарев. – С их положением нужен судебный ордер на раскрытие материалов текущего следствия.

Он повернулся к Филинову, и на его губах появилась злая улыбка.

– А это значит, что без веских доказательств, что имеется связь между нами и происходящим, а также того, что данный иск имеет хоть какое-то отношение к текущему расследованию, никакой информации они не получат.

– А значит, доказать, что это именно мы послужили причиной происходящего, также не смогут, – понял я.

Весь наш короткий обмен репликами прошёл всего за пару секунд, в течение которых Артемий переводил взгляд то на меня, то на Лазарева, то обратно, крутя головой, как… как филин. Не, ну с такой фамилией нужно соответствовать.

– Похоже, что единственный, кто здесь бросается глупыми угрозами, – это вы, – подвёл я итог этой короткой встрече.

Ох, насколько же он был зол. Настолько, что лицо покраснело. Но следует отдать ему должное. В руках он себя держал.

Но вообще, с таким противником шутить опасно. Вдруг ещё что выкинет.

– Слушайте, Артемий, давайте начистоту, – сказал я, надеясь, что мой голос звучит достаточно примирительно и доброжелательно. – Я готов вас заверить, что мы не связывались с ИНС. Да, я угрожал, но… Это были угрозы. Никто из нас туда не звонил. И даже более того, если вы хотите, то я готов предоставить вам любую информацию, которая может потребоваться для проверки этого.

– Он говорит правду, – добавил Роман. – Мы к этому не причастны.

– Думаешь, что я поверю, что инспектор ИНС появился на месте работы моего клиента на следующий день после визита твоего человека случайно? – тут же вскинулся Филинов.

А вот тут я немного обиделся.

– Да верь ты чему хочешь, Артемий, – тем временем отмахнулся от его слова Лазарев. – Мы уже сказали, что ни при чём. Готовы это доказать. А ты продолжаешь упираться. Пришёл сюда с этим иском. Ну и? Кто теперь бросается пустыми угрозами?

Удивительно, но он это проглотил. Кто-то другой на его месте, не такой разумный, продолжил бы эту перепалку. Филинов же просто встал и молча направился к выходу из кабинета.

Ладно. Проигрывать он умеет. Пусть и в маленьких сражениях…

– Если ты думаешь, что это хоть как-то изменит твои шансы в этом деле, то сильно ошибаешься, – надменно выплюнул он в сторону Лазарева, прежде чем выйти во дверь.

Ну, может, я немного ошибся. Ладно, не отпускать же его, не оставив за собой последнее слово?

– Двадцать четыре часа.

Услышав меня, Филинов повернулся ко мне.

– Что?

– Я даю вам ещё двадцать четыре часа, чтобы принять мое соглашение. Завтра. И тогда мы на этом закончим.

– Пожалуй, мой клиент откажется, – не подумав, буркнул он и вышел из кабинета.

– Ты действительно не имеешь к этому отношения? – на всякий случай уточнил Лазарев, когда мы остались одни, и я покачал головой.

– Нет, – честно ответил я и добавил: – Я даже номера ИНС не знаю. А ты?

– Я-то знаю, – хмыкнул он, после чего вернулся за свой стол. – Но я тоже не звонил. Может быть, расскажешь мне, что происходит?

– И испортить весь сюрприз? – усмехнулся я. – Ну уж нет.

* * *

Полчаса спустя, получив уведомление на телефон, я накинул куртку и покинул отдел. Спустился на первый этаж здания. Во-первых, надо перекусить. Во-вторых, узнать, как продвигается подготовка к нашему маленькому представлению.

– Держи, я взял тебе острую, как и просил, – произнёс сидящий на скамейке в небольшом парке мужчина.

Одет он был в темно-серый костюм с белоснежной сорочкой, единственным ярким пятном на которой горел ярко-красный галстук.

– Спасибо, – поблагодарил я его, взяв в руки завёрнутую в тонкую бумагу шаверму, и принялся её разворачивать. – Как всё прошло?

– Неплохо, – отозвался Пинкертонов. – Я навестил этих двух идиотов. Знаешь, люди очень пугаются, когда заявляешь, что ты из ИНС.

– Ну, у страха глаза велики, – пожал я плечами. – И? Как они отреагировали?

– А как ещё они могли отреагировать? – усмехнулся он. – Шок и трепет. Разве что только в штаны не наделали. Этого ты хотел?

– Да, – с улыбкой кивнул я. – Именно этого я и хотел.