Текст книги ""Фантастика 2026-88". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)"

Автор книги: Алан Григорьев

Операция «Вредный сосед»

Наверное, Тайка, не удержавшись, все-таки ахнула от удивления, потому что Марфа на соседней кровати вскинулась как ошпаренная:

– Что случилось, ведьма? Ой, а это кто?

Мавка подтянула колени к подбородку и натянула одеяло чуть ли не на уши.

Глаза у нее были красные, припухшие. Всю ночь проплакала, что ли?

– Кощеевич, – шепнула Тайка и на всякий случай для верности еще и палец к губам приложила, чтобы Марфа не вздумала поднимать шум.

Мавкины глаза округлились, став похожими на рыбьи:

– Лютогор?!!

– Тише, он очень не любит это имя. Называй его Лис.

– А с чего это я должна заботиться о его тонкой душевной организации? – фыркнула Марфа. – Он же враг!

Тайка мотнула головой.

– Сейчас у нас перемирие. Лис на нашей стороне – ну, по крайней мере, пока. А еще он, кажется, только что спас мне жизнь.

– Или это был оберег Яромира, – мавка кивнула на ягоды, которыми была усыпана вся простыня.

– Думаю, сработало и то, и другое. Проклятие сильное было… – Тайка потерла кулаками заспанные глаза, спустила ноги на пол и невольно поежилась от утреннего холода.

Из-под стола высунулся взъерошенный Берендей. Волосяной пух на его лысоватой голове стоял торчком, как у птенца. Заметив лежащего навзничь Лиса, он сокрушенно поцокал языком:

– Ох, непорядок! – и по-молодецки запрыгнул на стол.

Тайка ничего и сказать не успела, а домовой уже вытащил из вазочки подаренные Сергеем розы, набрал в рот воды и – пф-ф-ф! – окатил Лиса мелкими брызгами.

Тот вскочил, ошалело озираясь по сторонам, но, завидев Тайку, с облегчением выдохнул.

– Уф… с добрым утречком!

– Как ты здесь оказался? И где Яромир? Мы что, бросили его на дороге снов одного с Горынычем? Что вообще случилось?

Тайка схватила чародея за плечи и изо всех сил тряхнула. Тот, скривившись, сжал ладонями виски и простонал:

– Тише, ведьма. У меня от тебя голова болит. Слишком много вопросов одновременно.

– Значит, отвечай по очереди.

Она не отступилась, но трясти Лиса перестала. Кажется, ему и впрямь здорово досталось.

Кощеевич вытер разбитую губу тыльной стороной ладони, с некоторым удивлением глянул на кровь на своей руке.

– Вот, возьми, – Берендей участливо сбросил ему со стола салфетку.

Лис кивнул, приложил ее к ссадине и вздохнул:

– В общем, когда ты начала просыпаться, этот проклятый змей как раз решил высунуть все три головы одновременно. Я от страха едва дуба не дал и вцепился в тебя с единственным желанием – оказаться где угодно, но чтобы как можно дальше от этого чудища.

– То есть ты не меня спасал, а себя? – хмыкнула Тайка.

Что ж, по крайней мере, это признание было похоже на правду.

– На самом деле обоих, – Кощеевич ничуть не смутился. – Вытолкнул тебя из сна в явь и сам тоже прыгнул.

– А как же Яромир?!

– А чего сразу Яромир? – поморщился Лис. – Он сильный воин, у него есть меч-Кладенец. Что ему этот Змей? Плюнуть и растереть!

– Мы не должны были его бросать. А вдруг его ранят? Или даже убьют!

У Тайки похолодели ладони, а сердце сжалось до боли в груди. Ей вдруг стало жутко от одной лишь мысли, что она может больше никогда не увидеть Яромира.

– Всяких дивьих я спасать не подписывался – только тебя. К тому же тогда мне пришлось бы схватить и его тоже. А он, помнится, так яростно не хотел, чтобы я его трогал, – Кощеевич презрительно фыркнул. – Да ты не беспокойся. Горыныч был твоей смертью, а не его. Вон, видишь, и оберег рассыпался… значит, тебе и правда грозила опасность.

– Что? Где опасность? Я уже лечу! – в раскрытую форточку ворвался грозный Пушок.

Завидев Кощеевича, он от неожиданности сложил крылья, шлепнулся на подоконник и забуксовал всеми лапами, оставляя на белом пластике следы от когтей.

– Тая! Это же!.. А-а-а, спасайся кто может!

Лис в голос рассмеялся и тут же охнул, снова прижимая салфетку к губе, а Тайка, вскочив, напустилась на коловершу:

– Тише! А то мама услышит, прибежит, придется оправдываться! Все в порядке, он с нами.

– Ничего не в порядке! – Пушок перестал беспорядочно барахтаться, но глаза все еще таращил в неподдельном ужасе. – Если ты такое говоришь, значит, он тебя уже околдовал. Всех вас! Ох, что же делать?!

Коловерша вдруг схватил стоявшее на столе блюдечко с недоеденным пирогом и метнул в Лиса. Тот ловко поймал летящий в него снаряд, но кусок шарлотки, продолжив полет, врезался чародею прямо в лоб, щедро осыпав волосы крошками. Он подобрал комочек теста, скептически осмотрел и отправил его в рот:

– М-м-м, а ничего так, вкусненько.

– Пушок, перестань сейчас же! – Тайке пришлось прикрикнуть. – Лис правда на нашей стороне!

В этот момент ручка повернулась, дверь скрипнула…

– Ой-ей, – коловерша быстренько юркнул за занавеску, а Берендей нырнул обратно под стол.

– Таюша, что вы тут шумите с самого утра?

Зевая и потягиваясь, в комнату вошла мама, одетая в серую пижаму с зайчиками.

Операция «Вредный сосед» (2)

Увидев незнакомого парня в растянутом свитере, с ног до головы усыпанного крошками вчерашнего пирога, она на мгновение потеряла дар речи, и хитрый Лис не преминул воспользоваться заминкой.

Он вскочил, взял ее руку и с энтузиазмом потряс:

– Здравствуйте, здравствуйте! Вы же меня помните? Я часто захожу в гости к вашей дочери.

– Д-да, конечно. – В ее глазах появилось узнавание. – Вы… ты… простите, я забыла имя…

– Василий.

– Ах да, точно, – мама хлопнула себя по лбу. – Прости, что я в таком виде.

– Ой, да пустяки, вам очень идет, – улыбнулся чародей. – Это вы меня простите, что забежал в гости так рано.

– Не извиняйся, Вась. Позавтракаешь с нами?

– С удовольствием, – Лис наконец-то выпустил ее руку.

Тайка все это время стояла, раскрыв рот. Вот, значит, какова сила чародейского слова! Можно любого незнакомого человека заставить думать, что вы давние приятели, и тот ничего не заподозрит.

С одной стороны, она была не слишком рада, что мама попала под чары Кощеевича (это всегда влекло за собой проблемы), а с другой – ну а что еще оставалось делать? Не объяснять же, что они пришли из царства снов, где виделись с бабушкой и дедушкой, а еще спасались от Змея Горыныча, которого подослал мамин жених? Она ни за что бы не поверила, что любимый Сереженька хочет убить ее родную дочку.

Поэтому Тайке пришлось натянуть на лицо дежурную улыбку и, нервно одернув пижаму с единорогами, предложить:

– Тогда пойдемте на кухню?

***

Пока на сковороде шкворчал омлет с беконом, Лис засыпал маму вопросами. Как у нее дела на работе и дома, как там жених, когда же наконец свадьба… Та охотно отвечала, одновременно с этим бросая многозначительные взгляды на Тайку. И, улучив момент, даже успела шепнуть ей на ухо:

– Вот этот мальчик хороший. Не то что тот, дивий.

Тайка закатила глаза. Ох, мама, если бы ты только знала…

Напоминание о Яромире вызвало новый приступ тревоги, аж горло перехватило. Она достала мобильник, проверила, что этим утром дивий воин еще не появлялся в сети, и, в волнении едва попадая пальцами по буквам, набрала сообщение:

«Перзвони мне, как тлько сможш».

Когда мама ушла на работу, Лис отправился на экскурсию по квартире. Он заставил Тайку выкинуть цветы, которые принес Сергей, предварительно разобрав их по лепесточку. Каждый раз, когда на лепестке обнаруживался очередной навий символ, чародей, презрительно фыркая, бормотал:

– Пф! Неуч! Невежда!

Ему удалось найти еще пару записок, которые Тайка проглядела. Все они были спрятаны в маминой комнате и должны были вызывать любовь и доверие жертвы.

– Выходит, он только от меня хотел избавиться, а мама ему нужна живой, – Тайка задумчиво потерла переносицу. – Интересно, зачем?

– А давай пойдем к нему и спросим, – Лис потер руки в предвкушении. Его глаза загорелись нехорошим блеском. – Да ты не бойся. Ну сама подумай, что он мне сделает?

– Я не за тебя боюсь, а за маму, – Тайка в задумчивости сплела пальцы в замок, подперев подбородок.

– Ей ничего не грозит, все заклятия уничтожены. Но колдун скоро это почует и забеспокоится. Мы должны сделать ход первыми, пока этот дурачок пребывает в блаженном неведении и упивается своей безнаказанностью. – Кощеевич уговаривал так складно, что с ним хотелось соглашаться, – а ведь это даже были не чары. Ну, наверное… – Сама посуди: сейчас он думает, что ты досталась на обед Змею, и готовится прибежать к твоей маме с утешениями. Когда у человека большое горе, он себя не помнит и из него хоть веревки можно вить. Значит, коварный план вот-вот осуществится. Так чего же мы ждем?

Тайка пожала плечами. Ей не хотелось этого признавать, но, кажется, Лис был прав.

– Можно позвонить ему в дверь. Только мне он не откроет. Увидит, что я жива, – сразу поймет, что его план провалился.

– Зато меня он не знает. – Чародей просто лучился от счастья: похоже, ему очень нравился собственный план. – Приду как сосед к соседу. Спрошу, нет ли у него соли, например…

– Да в городе вроде друг к другу за солью ходить не принято, – Тайка почесала в затылке. – Кстати, а почему ты Васей представился?

– Ну, типа, мужской вариант от Василисы, – пожал плечами Кощеевич. – Откуда мне знать, какие имена у смертных нормальными считаются?

– Ну, Вася – это вполне нормальное имя.

– Вот и славно. Так что мне сказать этому вашему колдуну?

– Э-э-э… ну, например, что он тебя заливает. Пригласи выйти посмотреть на потоп. Берендей, там на девятом этаже под Сергеем живет кто-нибудь?

– Не-а, – домовой мотнул головой. – Пустая стоит квартира.

– Вот это нам повезло! – Тайка подняла большой палец вверх. – Тогда скажешь, что только въехал. А как дверь откроется – сразу хватай гада и зови нас.

– Думаешь, я один не справлюсь? – усмехнулся Лис, но, увидев, как мрачнеет ее лицо, замахал руками: – Да что ты сразу дуешься? Шучу я!

Тайка показала ему кулак:

– Очень смешно.

А Пушок, под шумок стырив из Тайкиной тарелки последний кусок омлета, облизнул усы и провозгласил:

– Внимание всем постам! Операция «Вредный сосед» начинается!

Операция «Вредный сосед» (3)

***

Легкой танцующей походкой Лис вышел на лестничную клетку и надавил на кнопку звонка, а Тайка и ее маленькая армия, состоящая из Пушка, Марфы и Берендея, спряталась за дверью маминой квартиры, готовая в любой момент прийти на помощь. Мавка воинственно сверкала глазами, сжимая одной руке швабру, а в другой – флакон с жидкостью для мытья посуды. Коловерша устроился у Тайки на плече и, дыхнув на когти, потер их о перья, всем своим видом показывая, что к бою готов. Домовой огляделся, вздохнул и поднял с пола тапочки, будто бы не с колдуном собрался сражаться, а с тараканами. М-да, великие воители, ничего не скажешь… Ладно Пушок – у него хотя бы когти и зубы есть. Помнится, упырю однажды плешь расцарапал знатно!

В глубине души Тайка была благодарна друзьям, готовым в любой момент встать на ее защиту – пускай не очень умело, но так искренне. И все же ей было бы намного спокойнее, если бы с ними сейчас оказался не Лис, а Яромир. И она никак не могла перестать тревожиться о дивьем воине. Ох, хоть бы тот только остался жив…

Снаружи послышалось шарканье шагов. Тайка приподнялась на цыпочки и посмотрела в глазок. Ну, началось! Через дверь до ее ушей донеслось приглушенное:

– Кто там?

Ага, значит, Сергей был дома.

В ответ тут же раздался робкий голос Лиса:

– Простите за беспокойство, это сосед с девятого этажа. Вы нас заливаете…

Тайка хоть и не могла видеть его лица, но ясно представила, как тот смущенно улыбается, глядя из-под длинной челки, сутулится и прячет руки в рукава, чтобы выглядеть предельно безобидным. Уж что-что, а это Кощеевич умел!

– У нас все сухо. Спросите этажом выше, – недружелюбно буркнул колдун и умолк.

Лис, выждав пару мгновений, затрезвонил снова.

– Да я всех уже обошел. Только вы остались. Не верите, взгляните сами. У меня в ванной уже лягушек разводить можно. И в трубах квакает.

Послышался звук отпирающегося замка, но Тайка рано обрадовалась: дверь приоткрылась совсем чуть-чуть, звякнув натянувшейся цепочкой, защищающей от воров.

Лис, ничуть не смутившись, просунул ладонь в щель и, широко улыбаясь, представился:

– Привет, я Вася!

Тайка затаила дыхание, но подозрительный сосед даже и не думал пожимать руку незнакомцу.

– Очень приятно, Сергей. Простите, я сейчас занят и не понимаю, чем могу вам помочь. Вызывайте сантехника.

Он собрался было закрыть дверь, но тут на лестничную клетку с гиканьем выпрыгнула Марфа, потрясая шваброй, будто копьем, и метнула ее, как заправский индейский воин. Хрясь! Швабра ударилась об косяк и очень удачно встала враспорку, а Лис, воспользовавшись моментом, рванул дверь на себя.

– Я сейчас полицию вызову, – прошипел колдун, еще явно не понимая, с кем имеет дело.

А Берендей, переложив один из тапков под мышку, вдруг щелкнул пальцами, и звенья стальной цепочки разомкнулись сами собой.

– Так-то! – Вторым тапком он погрозил вредному соседу.

Пушок сорвался с Тайкиного плеча и устремился в квартиру колдуна вслед за Лисом. Тайка тоже бросилась вперед.

В чужой прихожей было темно, слышались только приглушенные возгласы и какая-то возня. Она щелкнула выключателем, и взгляду предстала картина, достойная по меньшей мере экранизации: в какой-нибудь комедии положений ей было бы самое место.

На полу в мыльной луже (значит, Марфа успела пустить в ход свое средство для мытья посуды) навзничь лежал Сергей. Он еще пытался молотить руками, взбивая вокруг себя пышную пену. Сверху на нем, крепко зажимая противнику рот ладонью, с видом победителя восседал Лис. Рядом валялись грязные ботинки, упавшие с вешалки куртки и шапки… А над всем этим полем боя, прямо на люстре, болтался вниз головой Пушок, запутавшийся когтями в широком клетчатом шарфе. Марфа аккуратно пыталась отцепить его оттуда шваброй. К чести коловерши стоило заметить, что тот даже не пытался возмущаться, а терпеливо ждал, пока его освободят.

– Сережа, что там у тебя? – раздался вдруг из глубины квартиры незнакомый женский голос.

– Ответь, мол, все хорошо, – прошипел Лис, убирая руки.

Своего он уже добился: одного прикосновения было достаточно, чтобы подчинить себе волю незадачливого колдуна.

– Да это просто сосед зашел, – отозвался тот, улыбаясь Лису, словно старому приятелю.

– Где она? – шепотом спросил Кощеевич.

– На кухне, – Сергей указал направление взглядом.

– Молодец. А теперь лежи тут и никуда не уходи, отдыхай. – Лис похлопал колдуна по щеке, а сам встал и, весело насвистывая, зашагал дальше по коридору, а в прихожую прокрался Берендей, цокнул языком, обозревая весь творившийся беспорядок, и положил перед Тайкой тапочки:

– Надень, хозяюшка. Негоже босиком шастать, простудишься!

Тайка поблагодарила домового кивком, надела тапки и осторожно высунула нос из-за угла – ей было до жути любопытно, кто же сидит там, на кухне. Получалось, что Пушок был прав и у Сергея все это время жила некая дама. Вряд ли это была просто квартирантка…

– Здравствуй, дорогая, – мягко и вкрадчиво сказал Кощеевич. – Давно не виделись.

За его спиной Тайка, увы, не видела, к кому он обращается. В тот же миг до ее ушей донесся истошный визг – не поймешь, то ли от ужаса кричали, то ли от радости, – а Лис, не меняя голоса, так же ласково добавил:

– Вижу, ты меня узнала. Ну что, давай потолкуем?

Мара из кошмара

– Лис, откуда ты узнал, что я здесь? – дрожащим голосом спросила незнакомка, которую Тайка, как ни силилась, все никак не могла разглядеть из-за спины Кощеевича.

– А я не знал, – чародей проскользнул на кухню. – Просто повезло. О, чего это ты тут пьешь такое вкусное? Налей и мне тоже.

Послышался звук пробки, доставаемой из бутылки, потом характерный плеск.

– Я выпил бы за твое здоровье, но не уверен, что после нашей беседы отпущу тебя живой, – Лис, усмехнувшись, опустился на стул. – Ну, давай, рассказывай все как есть, без утайки. А потом я решу, как с тобой быть.

Он закинул ноги на стол прямо поверх скатерти.

– Если бы я знала, что ты появишься, ни за что бы не взялась за это дело, – фыркнула девица.

Тайка, стараясь не шаркать подошвами по ламинату, подобралась поближе и наконец-то смогла ее рассмотреть. У незнакомки были черные, как вороново крыло, волосы, гладкие и блестящие. А еще – скуластое лицо, смуглая кожа, похожие на спелые вишни (и с таким же бордовым отливом) глаза, резко очерченные брови вразлет. Красивая, ничего не скажешь. Впечатление портили только тонкие и острые, как иглы, зубы. Сперва Тайка приняла эту опасную красавицу за упырицу, но, присмотревшись, поняла: нет, не упырица – мара. Из тех созданий, что насылают кошмарные сны и питаются людскими страхами. Хорошие приятельницы у Лиса, нечего сказать…

– Вообще-то я, считай, просто проходил мимо… – чародей посмотрел на собеседницу сквозь свой бокал, наполненный светло-янтарной жидкостью. – Но тут навьи записочки углядел. Ну, и решил зайти на огонек.

– Вечно ты все усложняешь, Лис. Шел бы себе дальше! Зачем под ногами путаешься? – Мара облизнула яркие алые губы длиннющим языком – почти что змеиным, только не раздвоенным.

– Так бы и сделал, если бы на меня не напал Горыныч. Не знаешь, случаем, чьих это рук дело?

Зубастая мара ахнула, прикрыв рукой пухлые губы, вишневые глаза округлились:

– Да как ты мог подумать! Я бы никогда! Просто… ошибочка вышла. Прости.

– Что мне твои извинения, Маржана? В сундук их вместо злата не положишь, на хлеб тоже не намажешь.

Лис, похоже, наслаждался ее страхом.

– Тогда как мне получить твое прощение?

– Я же уже сказал: просто будь со мной откровенной. Ты же не хочешь, чтобы я начал приказывать?

Мара встала из-за стола, подошла к подоконнику и забралась на него с ногами. Теперь Тайке удалось рассмотреть еще и ее наряд. Девица носила голубые шаровары из тончайшего струящегося шелка и того же цвета атласную курточку с коротким рукавом и воротником-стойкой. Чуть выше локтя Тайка заметила татуировку – аккуратную двуглавую змейку.

– Это все Доброгнева. – Девица сжала ножку своего бокала так, что побелели пальцы. – Ее задание.

– Выходит, ты теперь служишь ей? – Лис хрустнул костяшками, разминая кулаки.

– А что мне оставалось делать? – зачастила Маржана, будто бы оправдываясь перед ним. – Кощея убили, тебя взяли в плен… Я уж было решила, что пора сматывать удочки, как тут нарисовалась твоя сестрица, предложила работу. А ты же знаешь, я без дела сидеть не люблю. Да и задание выглядело непыльным. Всего-то нужно было отыскать ей несколько полукровок: с дивьей или навьей кровью – не важно. Главное, чтоб на вторую половину смертных. А их, между прочим, во всех мирах не так-то много осталось.

– Да мы вообще редкие птицы, – Кощеевич пригладил пятерней растрепанные волосы. – Зато симпатичные.

Сейчас он вовсе не выглядел милым или застенчивым. Взгляд его стал цепким, спина выпрямилась, плечи расправились, от всей позы веяло уверенностью, если не сказать наглостью. Похоже, перед этой Маржаной он не считал нужным притворяться. Видать, девица все равно не поверила бы.

– Мне удалось найти всего двух. Одна из них живет тут рядом, за стенкой. Пыталась сама с ней подружиться – ни в какую. Недоверчивая баба, да еще и с неплохой защитой. Пришлось придумать план похитрее и вот этого горе-колдуна к делу привлечь. Только сперва научить кое-чему: сам-то он неумеха, даже дохлую мышь не зачарует.

– Я заметил, – Лис улыбнулся одними уголками губ. – Ах, бедная Маржана, вечно тебе приходится иметь дело со всяким отребьем…

– Работа такая. – Мара развела руками. – Но я не жалуюсь. Вернее, не жаловалась, пока не оказалось, что у этой Аннушки, которую Доброгнева велела привести к ней – и чтобы та непременно добром пришла, – и дочь, и мать – ведьмы, а отец – не кто-нибудь, а сам царь Радосвет. Ты об этом знал?

– Ну, разумеется, – кивнул Лис. – Слушай, налей еще, хорошо сидим.

Он дождался, пока Маржана слезет с подоконника и снова наполнит его бокал, и только потом добавил:

– Кстати, ее дочь, которую ты собиралась убить во сне, находится под моей защитой. Тронешь ее – и вмиг пожалеешь, что на свет родилась. Я легко забуду о нашей былой дружбе.

– Ты называешь это дружбой? – усмехнулась мара. – Ладно, молчу. Кстати, твоя девчонка уже давно за нами наблюдает. Или, думаешь, я ее не почуяла?

Мара из кошмара (2)

Тайка, поняв, что ее присутствие обнаружено, решила, что скрываться больше смысла нет, тоже вошла на кухню и помахала рукой:

– Здрасьте!

– И тебе не хворать, ведьма, – Маржана ощерилась, показав два ряда заточенных зубов-стилетов. – Как тебе мой кошмар? По душе пришелся?

– Ничего так, нормальный, – Тайка кивнула на Лиса, – но ему явно больше понравилось. Как главному любителю змей.

– Говорю же: не знала я! – плаксивым голосом проныла мара. – Чего взъелись? Я теперь простая наемница – мне платят, я делаю. Становится опасно – тоже делаю. Ноги.

– В честь нашей былой дружбы дам я тебе один совет. – Чародей накрутил на палец край ее шелкового пояса. – Никогда не работай с Доброгневой. Как слышишь это имя – сразу утекай. Целее будешь.

– Да я уж поняла, – Маржана со вздохом выдернула пояс из его рук. – Да только поздновато. Спросит она с меня теперь. И ответ ей совсем не понравится.

– А ты расскажи нам еще что-нибудь. А там, глядишь, может, я еще каким советом помогу, – Кощеевич отсалютовал ей бокалом. – Ты же знаешь, у нас с сестренкой давние счеты.

– Да больше и рассказывать-то нечего, – вздохнула мара, опустив ресницы. – Доброгнева твоя, знаешь ли, не делилась, для чего ей эти полукровки-добровольцы нужны. Мое дело маленькое: найти, заручиться согласием, доставить. Сказали ведьму убрать из Дивнозёрья – я убрала. Велели убить ее же – попыталась, да не вышло.

– Погоди, так мама меня забрать решила тоже из-за тебя? – ахнула Тайка.

Маржана уставилась на нее, в вишневых глазах мелькнула смешинка:

– Ну да, вроде того. Ведь любимый Сереженька так хотел тебя увидеть. Нельзя было его разочаровывать.

– Пусть этот тип к моей матери больше не приближается, – Тайка сжала кулаки. – А не то я ему шваброй промеж глаз!

– О, не беспокойся, – замахала руками мара, – я уйду, он ее и не вспомнит. Если мне, конечно, позволят уйти…

Она вопросительно глянула на Кощеевича:

– Что скажешь, мил друг? Довольна ли твоя гадкая душенька?

Тот пожал плечами и повернулся к Тайке:

– У тебя есть еще какие-нибудь вопросы, ведьма? Спрашивай, пока она добрая.

Тайка решительно тряхнула косами:

– Зачем Доброгневе понадобилось убирать меня из Дивнозёрья? Там-то она что забыла?

На мгновение мара задумалась, но потом все же заговорила:

– Слыхала я, хочет она там свое войско пополнить. Но как именно – не спрашивай, того не ведаю. Знаю только, что все должно случиться в ночь перед Мариным днем, как раз в конце навьей седмицы, – Маржана отставила пустой бокал и мечтательно улыбнулась. – Ах, доброе же у вас, у смертных, вино! Даже если помирать теперь придется, все одно жалеть не буду – не зря в город ездила.

А Тайка глянула на календарь и ахнула:

– Сегодня тридцатое октября. Значит, та самая ночь – это уже завтра! Так вот о чем меня предупреждала Матушка Осень! Лис, мне нужно срочно вернуться в Дивнозёрье!

– Да не кричи ты так, – поморщился чародей, – надо – значит, вернешься.

– Если выехать завтра на самом раннем автобусе, мы еще успеем.

– Мы? – он склонил голову набок. – Это что, приглашение? Гляжу, понравилось тебе быть со мной на одной стороне, ведьма? А я сразу предлагал!

Тайка хоть и была благодарна ему за помощь на дороге сна и за скорую расправу над колдуном Сергеем, а все равно фыркнула:

– Вообще-то я имела в виду себя, Пушка и Марфу. Но ты, если хочешь, тоже можешь присоединиться. Помнится, это я была нужна тебе живой и невредимой?

Чародей скорчил разочарованную мину:

– Вот и помогай после этого людям. Ладно, поеду. Но знай: это только потому, что я всю жизнь мечтал прокатиться на настоящем автобусе… Так, а теперь разберемся с тобой. – Он встал, потянулся, подошел к Маржане (та в ужасе закрыла голову руками), упер ей палец в грудь и зашептал что-то на навьем.

– Постой, не убивай ее! – Тайка с силой толкнула его в плечо.

– Ты в своем уме, ведьма? Чего под заклятие лезешь? – огрызнулся Лис. – Тебя она, между прочим, не пощадила бы.

– Знаю. Но так ведь я – не она! У меня другие правила.

– О да, с этим не поспоришь, – Кощеевич отступил назад. – Только все равно не ори, не разобравшись. Не собираюсь я ее убивать. Даже наоборот. Смотри!

Дрожащая от страха Маржана убрала руки от лица, и вдруг – хлоп! – свет мигнул, словно от перепада напряжения. На пол медленно, как в кино, упали шелковые шаровары с атласной курточкой. Тайка не поверила глазам: на подоконнике вместо острозубой мары сидел и смешно шевелил носом черно-белый кролик с длинными розовыми на просвет ушами.

– По-моему, так она выглядит значительно милее, – Лис почесал пушистую спинку, и зверек, совсем не по-кроличьи извернувшись, попытался цапнуть его за руку.

– Но-но! – Чародей погрозил пальцем. – Я тебя, между прочим, так спрятал, что даже моя сестрица не сыщет. Я же не из тех, кто забывает добро. Приберешь тут пока за собой и своим колдуном. За ее матушкой, – он кивнул на Тайку, – присмотришь. А когда минует гроза, съешь вот эту травку – и снова станешь человеком. Посмотри, куда кладу!

Он открыл один из кухонных шкафов, засунул сухой пучок за банку с кофе и улыбнулся:

– Обожаю решать проблемы творчески.

Кролик перепрыгнул с подоконника в подставленную ладонь и томным голосом мары произнес:

– Иногда мне кажется, что я люблю тебя, Лис, но чаще всего мне хочется отгрызть тебе голову. Впрочем, чего это я: ты и сам это знаешь…

– Запомни, Маржана, кролики – очень милые создания, они не отгрызают головы. Веди себя соответственно, жуй морковку, а то вся маскировка пойдет псу под хвост, – чародей щелкнул ее по носу и опустил на пол. – Ладно, дальше, думаю, сама разберешься. Идем!

Он кивнул Тайке, которая только и могла, что стоять да глазами хлопать. Ну а что: не каждый же день увидишь такие чудеса, как в сказке! Прежде на ее глазах живого человека (ладно, не человека, а мару, но все-таки!) никогда не превращали в животное.

– Д-до свидания, – выдавила она из себя.

Кощеевич помахал Маржане рукой и напоследок добавил:

– Когда победим Доброгневу, приходи во дворец. Для хорошей наемницы работенка всегда найдется.

На том они и распрощались.