Текст книги ""Фантастика 2026-88". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)"

Автор книги: Алан Григорьев

Глава 4
И опять Вениамин Людвигович

– Эй ты! – Жека слегка пнул ползавшего на снегу гопника. – Ты кто?

– Пацан! – завыл тот. – Тебе-то чё.

– Погоняло как? Ты чей? Кого знаешь по району?

– Соловья знаю, Славяна, друганы мои, – проскулил гопник.

– Всё ясно. Апельсин ты конченый. Ещё раз увижу тут вашу кодлу, всех грохну. Ты понял, сука?

Жека для верности пнул несколько раз ползавшего, и пошёл в товарищество.

А там пир горой. Славян, Митяй, Лёха. Музон орёт, дым столбом, водка на столе.

– Во! Директор пришёл! И выдергу притащил! – заржали пацаны. – Чё грабить собрался?

– Меня этой выдергой чуть не пришили! – рассмеялся Жека, наливая водяру. – Тут чё-то не район, а гетто какое-то. Пройти уже спокойно нельзя.

– Наехал кто-то? – спросил Славян.

– Наехали. Но я их не знаю. Какой-то левый гоп-стоп. Опрокинул их, спросил, чьи они, кого знают. Сказали меня и тебя знают. Хахаха! Хотя я этих демонов не помню вообще. Какие-то апельсины залётные.

– Братан, это же речка! Чё ты хочешь! Мы такие же были! – заржал Митяй.

– Ни разу не помню, чтоб прохожих грабил, бил кого-то из левых, или на хаты лез грабить, – не согласился Жека. – Это вообще беспредел так-то. А если там ребёнок был бы? Не, я конечно, не мусор, и не моё дело следить за гопарями, и втирать им за жизнь, но в своём доме я такой херни не допущу. Всем пацанам скажите местным. Ещё кого увижу тут, завалю нахер.

– Наши бы туда не полезли, – качнул головой Славян. – Залетухи какие-то с центра. Кто там у них остался из блатных? Веня один? Я думаю, ему плевать щас на эти дела. Поднимутся ещё ребятки. А это фигово, если беспредел начнётся и наезды. Нам работать надо спокойно и тихо.

– Ладно… Чё по делам? – спросил Жека, закуривая сигаретку.

– Ну… – задумался Славян. – По делам так себе. Как бы не сдохнуть. Придётся в феврале зарплату повышать всем. После этого… Не знаю…

– Позвони Кроту, – попросил Жека. – Надо мне с Иванычем, Сахаровским батей стыкануться.

– На предмет? – внимательно спросил Славян. – Проблемы?

– Надо бы у них купить хоть чего-то для отоварки работяг. Коллектив бухтеть начинает. Не знаю… Сахар. Муку. Лапшу подешевле.

– Ты думаешь, у Иваныча есть?

– У них же рынок свой, – недоумённо сказал Жека. – Наверное, есть.

– Я думаю, нихрена у него нет, – отрицательно качнул головой Славян. – Они всё у Вени Одессита покупают. У него же оптовка. Он возит откуда-то.

– Блин… Чё делать-то? К Вене что-ли обратиться? Пацаны, чё думаете? Прикупить бы мешков 20 муки, мешков 20 сахара оптом.

– Нихера себе, – удивился Митяй. – Это по тонне того и сего получается.

– И чё это? – махнул рукой Жека. – По 4 кило на рыло. Но хоть что-то. Ко мне приходили уже с профкома, требовали зарплату увеличить сообразно инфляции. Надо хоть чё-то работягам привезти по средней цене. Снять накал, так сказать.

– Позвоню Кроту, – согласился Славян. – Хоть он и не наш сейчас, но по старой дружбе звонит иногда.

Славян набрал телефон Крота, и как только тот ответил, передал трубку Жеке.

– Говори сам.

– Здорово, Крот! – крикнул в трубку Жека. – Чё? Как сам?

– Нормально, – ответил Крот. – Говори, чего хотел, только без вот этого вот. Здоровье, то да сё.

– Мне бы с Иванычем увидеться.

– Он в Абрикосовом живёт, – удивился Крот. – Знаешь же. Каждый вечер дома. Да он и сейчас дома. Я его вот недавно привёз.

– А ты смотыляться не хочешь туда опять? – осторожно спросил Жека, уже предвидя ответ. А какой он ещё может быть у человека, только что приехавшего оттуда? Конечно же, облом.

– Жека, ты хороший парень, и я тебя уважаю, – рассмеялся Крот. – Но я только что оттуда приехал. Пожрать охота, с женой поняньчится. Не, братан, на меня сейчас не надейся. Позвонил бы чутка пораньше, пока я не разделся ещё, хрен бы с ним. Да и зачем тебе это? У тебя свой водила есть. Персональный. Давай, всё, пока. Не хворай. А ещё лучше, позвони ему. Или дело такое, что прям вынь да положь?

– Да. Дело такое, – согласился Жека, и прервал разговор.

– Чё он там сказал? – поинтересовался Славян.

– Сказал, что не поедет. Езжай, говорит, со своим водилой. А ещё лучше, говорит, позвони.

– Ну так-то он прав, – заметил Славян. – Или обязательно лично надо?

– Я хочу у него спросить, стоит ли ехать к Вене, – признался Жека. – Такие дела не решают по телефону, братан.

– Жека! Да брось ты! Ну съездишь ты на оптовку, как обычный покупатель. Тебя чё, пасти кто-то за это будет?

– Так-то да… Но всё-таки личные базары понадёжнее будут, – здраво заметил Жека. – Люди это непоследние, и базарить с ними надо лично. И не как обычному покупателю. А на равных.

Тут же позвонил Иванычу в Абрикосовый. Тот с удивлением выслушал Жеку, что надо поговорить, но не отказал.

– Приезжай сейчас, если хочешь, – согласился он. – Можешь Светку взять. Ужином накормим.

Жека тут же позвонил Сахарихе, но та ехать к родителям отказалась. Наверное, задрали нотациями…

– Не хочу! – небрежно бросила она. – Мне учиться надо, и домашку делать. Я занята.

– Ну… Как знаешь. Пока.

Придётся ехать одному, фиг с ним… Вызвонил тут же Романыча, и посмотрел на часы. Уже 7 вечера. Часам к 9 бы назад приехать. Но дело есть дело, откладывать никак нельзя. Завтра Иваныч уедет куда-нибудь, и лови его потом по всему городу…

Пока ехали к Абрикосовому, Романович заметил, что машин мало на дорогах – бензин подорожал.

– Так скоро на велики пересядем, как китайцы.

– Ничего не поделать, Романыч, надо жить, – заметил Жека. – Поехал вот узнать, может пробить получится что-то из продуктов для коллектива по низкой цене.

– Ну, это дело благое, – согласился водитель. – Я и так вижу, куда ты ездишь. Весь в делах, круглый день.

К Абрикосовому подъехали уже в полной темноте, но здесь на каждой улице горели светильники. А дом Сахара так вообще сиял, как новогодняя ёлка. Не успела «Волга» подъехать к дому, как ворота распахнулись – походу, ждали.

– Я ненадолго! – сказал Жека Романычу. – Если хочешь, иди к охранникам в сторожку. Там тепло.

Сказал, и стало неловко. Вот вроде недавно ещё был Советский Союз, трудящийся народ, а люди уже разделились на слуг и господ. Романыч махнул рукой, иди мол, сам разберусь…

Иваныч встретил в прихожей, за стеклянной дверью. И был он одет в костюм и галстук.

– Ехать куда-то собрались? – удивлённо спросил Жека.

– Нет, – уверенно ответил Александр Иваныч. – К ужину оделся. А где Светка? Ехать не захотела? Вот засранка… Проходи. Хоть ты составь компанию. Пошли, пошли, не отказывайся.

Жека прошёл за хозяином в обеденную зону. Как её ещё назвать-то? И не зал, и не кухня. Столовая чтоль?

– Женька! Добрый вечер, родной! – улыбнулась Елена Сергеевна. Была она тоже одета к ужину, в синее короткое платье с шифоновым шарфом на шее. На запястьях золотые браслеты. – Проходи, проходи давай. Садись! Мы уже ждём тебя. Арсений! Можете подавать!

Молодой парень в костюме кивнул головой, руками в белых перчатках взял бутылку вина, и поддерживая её белоснежным полотенцем, налил всем присутствующим. Жека, конечно, выпил бы водки или коньяка, но здесь обычаи были как в лучших домах Лондона, поэтому возникать не стал. Хотя изрядно удивился этому переодеванию к ужину.

Потом начали подавать блюда. Поджаренный шмат мяса с овощами и заливную сёмгу. Напоследок кофе и ликёр в маленькой рюмочке.

– Ну, рассказывай, Евгений, с чем пожаловал, – спросил Александр Иванович, приглашая в бильярдную. – Пойдём, покурим. Ты в бильярд, случаем, не силён? Давай в американку.

– Да я не умею… – неловко признался Жека. – Не получалось как-то научиться…

– Ничего, ничего… Бери кий, мажь острие мелом. Бильярд это благородное дело, Евгений. Так что ты хотел-то?

– Трудовой коллектив вскипать начинает, – признался Жека. – Хотел взять где подешевле продуктов питания. Хотя бы мешков 20 сахара, мешков 20 муки, продать хотя бы по декабрьским ценам, чёрт с ним…

– Такие объёмы… – Иваныч внимательно глянул на Жеку. – Трудно будет достать. У меня нет.

– Нет? – растерянно спросил Жека.

– Конечно. Мы же не оптовая база с продуктами питания. У меня торгуют частные предприниматели. Тебе к Вениамину Людвиговичу надо. Но не знаю… Есть ли у него тоже. В общем так… Сейчас я позвоню ему, договорюсь, и завтра к нему подъедешь на бывшую оптовку Центропродторга. А сейчас не отнекивайся! Я тебя всё-таки научу играть.

Жеке сначала было неловко, но потом втянулся, и сыграл с Иванычем пару партеек. Хоть и проиграл, но основные принципы игры уловил. Дальше дело могло пойти и получше.

После двух партий Александр Иваныч сказал, что пора Вене звонить, а то поздно уже. Жека посмотрел на часы – почти 9 вечера уже.

– Всё. Утряс, – сказал Иваныч, кладя трубку. – Подъезжай завтра на базу часам к 10. Побазарите с Вениамином. Молодец, что лично приехал, сказал чего надо. За что и ценю тебя, что всегда приедешь, поздороваешься, по телефону лишнего не ляпнешь. Хрен его знает, кто там на трубках сидит. Ну ладно… Давай, счастливо.

– Хорошо доехать, Жень! – сказала Елена Сергеевна, когда проходил мимо просторного зала с работающим телевизором.

– Ага, вам тоже! – улыбнулся Жека, и помахал рукой на прощание.

Романыч, пока Жеки не было, зависал в комнате отдыха охраны. Увидев шефа, встал и пошёл заводить машину.

– Куда, Евгений? Домой сейчас? – спросил он, выезжая на шоссе.

– Домой, – сказал Жека. – Завтра с утра ещё в одно место поедем.

– Ну что ж поделать… – философски заметил Романыч. – Работа у нас такая. Ко скольки подъезжать?

– Полдесятого. Поедем на базу Центропродовскую. Сейчас давай домой. Устал, не могу.

Приехав домой, погонял немного музыку, да и завалился спать. Завтра предстоял разговор с Веней, и судя по словам Иваныча, он будет нелёгким. Неужели во всём городе сахара и муки нет?

Однако так и оказалось. Утром, когда приехали к Вениамину Людвиговичу, тот встретил прохладненько. Оптовая база, которую он выкупил у государства, находилась почти на окраине города, сразу же у товарной станции. Место уединённое, и хорошо охраняемое. Веня в такие суровые голодные времена не поскупился на охрану. Да и что ему жалеть – охранники были из его же бригады. Мордовороты в пятнистой афганке и чёрных шапках гондонах не только стояли на выезде, но и временами ходили вокруг базы. Что он тут хранит… Ядерное оружие что ли?

Охрану, похоже, предупредили, что приедет Жека. Только «Волга» подъехала к КПП, как ворота сразу открылись. Тут же, недалеко от входа находилась контора с новенькой вывеской «Торговый дом 'Теремок». И чуть пониже ещё одно объявление «Офис». По новомодному! Надо тоже такое перенять, а то всё контора да контора по совковому.

– Постой тут пока! – сказал Жека Романычу, и вышел из машины. Ехал он к человеку знакомому, и знающему его, так что оделся по простецки – джинсы, кожанка, спортивная шапка.

В офисе у входа тоже сидел охранник, здоровенный мужик лет 40, с тюремными наколками на пальцах рук. Увидев Жеку, хотел что-то спросить, но только приветственно кивнул головой – тоже предупреждён.

Директорский кабинет находился в самом конце небольшого коридора, за дверями с табличками «Бухгалтерия», «Экономический отдел», «Плановый отдел». На стенах всё ещё висели советские плакаты, а рядом с кабинетом директора на стене было выложено панно, изображающее счастливых советских людей, строящих коммунизм. На фоне пашни, завода с трубами, едущего поезда, летящей ракеты, были изображены рабочий с молотом, и колхозница с серпом, взявшиеся за руки, а над ними во всё панно простиралась крупная надпись «Слава труду!»

Вениамин Людвигович любил комфорт, и любил подчеркнуть свой директорский статус. В огромном кабинете за огромным столом стояло огромное кожаное кресло. Портрет Ельцина на стене. В кресле вальяжно развалился Веня. Увидев Жеку, чуть улыбнулся, чисто из вежливости, и показал на кресло напротив.

– Садись, Соловей. С чем пожаловал? Александр Иваныч сказал, ты поговорить хочешь о чём-то. Не стесняйся. Кури.

Веня показал на большую хрустальную пепельницу, встал со своего места, распахнул шкаф, достал бутылку коньяка, и две рюмки. А коньяк-то французский! Наполеон! Тёмная бутылка с золотой этикеткой. Поди дорогущий. Вот и пошёл импорт в страну.

Выпили, не торопясь покурили, потом начали разговор.

– У меня трудовой коллектив на взводе, – сказал Жека. – На грани забастовок. Требуют повышения зарплаты. Хотел бы успокоить немного. Отоварить сахаром и мукой. Мне нужно по 20 мешков и того и того.

Однако Веня сразу же отрицательно качнул головой.

– Такого количества, увы, молодой человэк, в наши голодные времена нэт. Ценники меняются каждые два дня. Даже у меня нэт. Вернее, есть, но не столько конечно.

– Так а куда он весь подевался-то? – удивился Жека. – Был, и вдруг пропал.

– Тюююю… – присвистнул Веня. – Забудь про те времена. Как ты думаешь, где сахар, мука, лапша? Естэствэнно, на заводах. Производитель ждёт, когда цены станут совсэм космическими. И даже мы, честные коммэрсанты, ничего не можем с этим подэлать… Так что, увы, увы…

– И совсем ничего нельзя порешать? – разочарованно спросил Жека. Сейчас он впервые понял, что уткнулся головой в стену.

– Ну почему же… – задумчиво сказал Вениамин Людвигович. – Сделать можно всё, что угодно. У нас в городе есть такое замечательное предприятие как кондитерская фабрика. Откуда ты уже, к слову таскал кой-чего на заре своей коммэрческой дэятельности. Она всё ещё работает. И всё так же, к сожалению, не на нас.

– Прямо с фабрики стырить что ли? – недоумённо спросил Жека.

– Ну да, – усмехнулся авторитет. – Делается легко и просто. Я даю вам мотор. Заезжаете ночью. Берёте сахар и муку, везёте сюда. Где склад там, надеюсь, помните?

– Помню, – уверенно сказал Жека. – А как же ключ?

– Молодой человэк! – укоризненно сказал Веня, сдвинув очки на кончик носа, и взглянув поверх них. – Это же мэлочи! Выдерга есть? Не помните, какой там замок???

– Так там охрана на проходной…

– Я вас умоляю! – замахал руками Веня. – Не справитесь с двумя ментами? Смотрите, как бы я в вас не разочаровался!

– Ладно… – хмуро сказал Жека. – Куда везти то, что стырим?

– Сюда конечно. И это всё можно провернуть сэгодня ночью. Давайте так. Чтоб сопли, извиняюсь за выражение, не жевать… Сегодня вечером в 10 часов к вам подъедет мотор. Все вмэсте прыгаете в него, и едете на адрэс клиэнта. Потом, после хэппи энда, я вас жду здесь. Берите всё, что найдёте. Как вам план?

– Надёжен как в аптеке, – рассмеялся Жека. – Ладно. Попробуем. Я поговорю со своими.

– Ну вот и всё, – удовлетворённо сказал Веня. – Аудиенция закончена. У мени много дел.

Вениамин Людвигович взял стопку каких-то бумаг, надвинул очки, и стал внимательно изучать документы, показывая всем своим видом, что пора бы Жеке и честь знать. А точнее, валить отсюда.

А Романыч уже разговорился там с охранниками. Стоит, мирно покуривает. Жеку увидел, махнул рукой.

– О! Вот и шеф! Ну ладно, давайте, мужики! Удачи вам!

Когда выехали с территории, разговорился. Довольный!

– Нормальные мужики там работают. Вон какие ребята здоровенные! Все афганцы бывшие!

Жека только усмехнулся словам наивного водилы. Нормальные-то нормальные, только пришьют по приказу хозяина как воды попьют, не задумываясь…

– Давай, Романыч, на работу, – распорядился Жека. – Посмотрю, что там.

А там было так себе. Опять приходили из профкома, но не дождались, ушли, махнув руками.

– Очень злые были! – растерянно сказала Оксана Валерьевна, секретарша, принося кофе.

Жека и сам понимал, что злые. Жизнь всё удорожалась, и сбросить накал трудового коллектива было жизненно необходимо. Тут же позвонил Славяну.

– Привет, кореш. Вызванивай всех пацанов. Графина и Кота тоже найдите. Дело есть. Будем кирпичи таскать.

Славян, конечно же, понял, что разговор нетелефонный, но не терпящий отлагательства, поэтому только коротко буркнул:

– Ясно. Кирпичи так кирпичи.

Глава 5
Налет на кондитерскую фабрику

После работы зашёл домой, чутка перекусил. Как только смеркалось, пошёл в товарищество, а там все уже собрались. Славян, Митяй, Лёха, Графин, и Кот, надёжный парень, из центровых, недавно подтянутый в бригаду, пока на низы. Два этих пацана, Графин и Кот, как раз должны были пройти проверку в деле.

– Ну вот, пацаны, расклад такой, – сказал Жека, введя в курс дела. – Побазарили мы с Веней, он предложил такое дельце. Как вам?

– Не знаю, – пожал плечами Славян. – Выглядит как-то на тоненького. Опять, чую, нашими руками хотят жар загребать. Сахаровское дело процветает. Стрёмно это.

– Больше вариантов всё равно нет, – возразил Жека. – Жратва нахаляву достанется, вообще без денег.

– А мусора? – спросил Митяй. – Валить что-ли?

– Да почему валить! – с досадой откликнулся Жека. – Вырубим, и всё. Ничего с ними не будет. Зайдём так же как всегда, в масках, мусоров вырубим, ворота откроем, тачку загоним к складу, замок ломанём, по быстрому накидаем в тачку, и к Вене.

– Эх, гладко было на бумаге, – ухмыльнулся Славян. – Но щас-то понятно, что поздно уже взапятки. Раз подпрягся, надо делать.

Как Веня и говорил, точно полдесятого подъехал тентованный Камаз с надписью «Жилкомхоз РНдРК» на тенте. Правда, Жека такой конторы и сроду не знал, так же как и любой человек, шарящий в жилищной теме, но для не разбирающихся эта обманка была самое то. Если случайные свидетели ненароком будут показания давать, скажут, что видели какую-то ЖЭКовскую машину с надписью. А что она означает, наверняка позабудут.

Жека и Славян сели в кабину. Остальные попрыгали в тент, взяв лом, кувалду, и две выдерги. Одеты все одинаково – в спортивки, чёрные кожаные куртки и шапки гондоны, которые если вывернуть, превращались в маски с прорезями для глаз и рта. Кто такие, как выглядят, хрен знает. Все крепкие, и рожи бандитские. Водителем был молодой парень, чуть постарше Жеки. Одет тоже неприметно. Сильно он не присматривался, кто к нему сел.

– Ты в курсе, куда ехать? – спросил Жека у водилы.

– Конечно, – ответил тот. – Сделаю всё в лучшем виде.

– Ты к самой фабрике не подъезжай, – объяснил Жека. – Остановись метров за полста. Мы выйдем, охранников вырубим, потом махнём тебе, тогда подъедешь.

– Ясно.

А улицы уже так занесло, что проехать только на Камазе или на тракторе можно. Поэтому ехали с осторожностью – машин на улицах мало, и старались сильно не мельтешить. Вот и кондитерка. Водитель как и договаривались, остановился метрах в 50-ти от проходной. Жека стукнул кулаком по кабине, призывая выходить тех, кто ехал в кузове. Подойдя к будке проходной, Жека дал знак одевать маски. Открыв дверь, первый вошёл внутрь. Внутри, в каптёрке, горел свет, двое мусоров, сидя за столом, играли в карты, попивая чай. Увидев такую толпу гоп-стопа, ввалившуюся к ним, попытались встать из-за стола, но одного вырубил Жека, заехав в челюху, другого, крайнего, опрокинул Славян, ударив ногой в ухо. Забежавшие пацаны связали их. Лёха открыл ворота, Жека махнул водиле, чтоб въезжал. Сам побежал к складу. Пока всё шло по плану, осталось сломать калитку на воротах склада.

Однако на его удивление, старые деревянные ворота оказались заменены на новые, металлические. И закрывались они изнутри. За прошедшее время директор кондитерской фабрики, предвидя, что сырьё станет золотым, поставил новые, автоматические ворота, открываемые электроприводом. Придётся лезть через цех.

И здесь-то обнаружился директорский прокол и недомыслие. Вход в карамельный цех оказался, как и раньше, закрыт на обычную деревянную дверь, закрытую на обычный навесной замок. Вынести её не составило особого труда, имея таких-то бугаев, как Митяй и Графин. Жека тут же пробрался в склад, открыл грузовые ворота с пульта управления. КамАЗ заехал прямо на склад.

Работали внаглую, включив свет. За полчаса покидали со склада всё, что влезло в машину – сахар, муку, конфеты, зефир, мармелад. Потом парни попрыгали прямо на мешки, Жека открыл ворота на проходной, затем заглянул в каптёрку. Связанные мусора уже пришли в себя, но лежали тихо, не дёргались, понимая, что лучше полежать тихо-мирно, чем получить финку в ребро. Жека сел в кабину, рядом со Славяном, и велел ехать на базу Центропродторга, к Вене. В последнее время в газетах писали, что нет денег на бензин даже для милицейских машин, поэтому пацаны ехали спокойно. Но на всякий пожарный держали стволы наготове.

На базе охрана уже заранее предупреждена Веней, да и сам он сидел в КПП. Только Камаз появился перед воротами, сразу же дал приказ открыть их, что-то крикнул водителю, и тот поехал к дальнему складу. Там уже центровым не пришлось всё разгружать. Веня загнал машину на склад, и велел своим парням разгрузить товар. Завтра снимут палёный тент с надписью «Жилкомхоз», поменяют номера, и всё будет шито-крыто.

Вениамин Людвигович лично руководил операцией затаривания. При этом отдельно сложил сахар и муку, предназначенные для Жеки. Тут же рассчитался за своё, не отходя от кассы. Отдал Жеке 10 штук за свою долю. Конечно, невесть что, но Веня жил по понятиям, и просто так опрокинуть людей, поработавших на него, не мог.

– Возьми, молодой человек, пацанам на рэсторан. Ну шо, визвать вам таксомотор со скорой помощи?

– Да. Вызовите. Мы пока в сторожке посидим.

Вениамин Людвигович вызвал скорую помощь из медсанчасти комбината, и пока парни садились в неё, отозвал Жеку в сторонку.

– Сейчас в городе шухер будет с недельку, поэтому касаться товара я бы вам не порекомендовал. Как всё уляжется, я тебе расфасую по 4 килограмма, и тогда заберёшь. А сейчас пока можешь взять у меня лук репчатый мешками по 30 кило. Купили много, теперь сталкиваю. Отдам по декабрьским ценам с лёгкой накруткой.

– Почём? – спросил Жека. – И сколько?

– Отдам по 5 рублей за килограмм, как от сердца оторву, – усмехнулся Веня. – А ты, даже если цену поднимешь в два раза, наваришься достойно. Сейчас лук в магазинах по 20 рублей килограмм.

– Давайте всё, сколько есть! – уверенно сказал Жека. – Возьму всё!

– А продашь ли всё? – удивился Вениамин Людвигович. – У меня его фура будет. 10 тонн. Магазины берут по мешочку в месяц, и баста. А это же не золото, чтобы лежать вэчно. Лук и сгнить может, и хранить его надо в теплом складе.

– Ничего! – уверил Жека. – У нас кафе есть. Так что нормально всё.

– Ну, хорошо. Дело твоё, – скептически пожал плечами Веня. – Как будешь готов принять товар, маякни. Я отправлю, куда скажешь.

10 косарей тут же разделили полностью. Жека со Славяном и Митяем взяли по 2 косаря, остальные пацаны, Лёха, Графин и Кот, по полтора. Жека докинул им ещё пятихатку своих. Всё сообразно авторитету в бригаде и деловой хватке.

Времени поспать оставалось совсем немного, поэтому, приехав домой, Жека сходу завалился в кровать. Ужинать уже было поздно, да и не слишком хотелось. Перед тем, как уснуть, Жека крутил в голове разговор с Вениамином Людвиговичем. Авторитет конечно, слукавил, что отдаст лук по декабрьской цене. В декабре он стоил 3 рубля, а кое-где и два рубля. Но… Даже при цене в 5 рублей предложение было очень выгодным. Десять тонн лука это приличная сумма для закупа нужна. 50 косарей. Однако… Его весь можно сбагрить. 250 человек коллектив. Пусть даже 50 человек не возьмут, но если оставшимся двумстам продать лук по 10 рублей, навара выйдет те же полсотни. Конечно, не каждый возьмёт мешок, но цена привлекательная. Очень привлекательна. Почти даром. И количеством хорошо. Люди давно уже научились покупать не только для себя, но и родственникам, друзьям, соседям.

Утром, перекусывая на ходу, залез в свою кубышку, посчитал деньги. Вышло чуть больше 50 тысяч. Этого хватало, чтоб выкупить лук у Вени. Можно персонально крутануться, не вовлекая в дело больше никого. У Жеки с пацанами давно была договоренность – на личные деньги крутится кто как хочет и может, если это не затрагивает интересы фирмы, и не палит остальных. В сложных вопросах, как вчера с кондитерской фабрикой, дело выносится на совет бригады.

Сначала позвонил Вениамину Людвиговичу, сказал, что деньги есть, и товар примет прямо сегодня, пусть везут в середине дня прямо к офису АО ССМФ, и деньги отдаст Вене лично в руки. Сразу же. Потом вызвонил служебную машину.

Приехав на работу, дал распоряжение секретарше Оксане сделать плакат на информационный стенд, и обзвонить мастеров и прорабов, что с сегодняшнего дня будет производиться отоварка трудящихся продуктами питания. Сначала луком репчатым по цене 10 рублей за килограмм. Возиться с ним некому, вешать килограммульками, поэтому продавать лук будут только мешками. Мешок весом 30 килограмм на человека. Можно под зарплату.

Веня был точен как швейцарские часы. Около двенадцати часов около конторы общества остановилась фура, и несколько парней быстро стаскали лук прямо в фойе, забросав весь угол чуть не до потолка. Веня приехал лично, и командовал грузчиками, показывая, куда лучше сложить мешки.

– Сколько тут? – спросил Жека.

– Восемь тонн. Точность как в аптэке,– заверил Веня. – Десять я не стал отправлять, справедливо рассудив, что врэмэна сейчас тяжёлые, всякое может быть. Может, я тоже крутанусь, глядя на тебя.

– Прошу в мой кабинет, за расчётом, – сказал Жека, и махнул рукой, призывая следовать за собой.

– А у тебя неплохо тут, – заметил Веня. – Молодые бухгалтерши, секретарши. Надо себе так же завести. А то у меня одни Марьи Иванны возрастом Очакова и покоренья Крыма.

– Кофе? Сигареты? Коньяк? – предложил Жека.

– Ой, нет, молодой человек, спасибо. У меня весь день расписан как по нотам в элитном оркэстре, – рассмеялся Вениамин Людвигович. – Мне гэшэфт делать надо. А пить спиртное посреди рабочего дня я не хочу.

Жека достал из сейфа деньги, 40 тысячных купюр, и отдал Вене.

– Ну, всё, до свиданья!

– До новых встреч, молодой человек! – Веня пожал Жеке руку, сунул деньги во внутренний карман дублёнки, и пошёл прочь. Жеке же предстояло много дел. Начал с того, что зашёл к главбуху Ирине. Сел перед её столом, и положил на него 500 рублей.

– Привет, это плата за дополнительную работу, – подмигнул Жека. – Подкалымить не желаешь?

Ирина смущённо улыбнулась, и взяла деньги. Деньги она любила, Жека заметил давно. Впрочем, кто их не любит. Особенно, если они сами падают тебе в руки.

– Что-то с луком связанное? – смущённо спросила Ирина, постукивая накрашенными ноготками по столу.

– А ты догадливая девушка, – рассмеялся Жека. – Да. Это связано с луком. Нужно будет либо принимать деньги, либо записывать отоварку в счёт зарплаты. Работа не пыльная. Но задержаться придётся. Я тоже задержусь. А вечером отвезу тебя домой с Романычем.

– Спасибо, – опять улыбнулась Ирина. – Я согласна.

Весть о том, что в конторе намечена отоварка луком, да ещё в таком количестве, вызвала немалый ажиотаж. Эх, Веня, Веня, не знаешь ты русского человека, поставленного на грань выживания, как сейчас, в голодном и холодном январе 1992 года, когда молодая Российская Федерация кое-как выползла из трупа СССР. Люди именно выживали, экономили каждую копейку. Старались обеспечить себя, родственников, знакомых, друзей. Работало сарафанное радио. Обзвонили ветеранов, пенсионеров. Многие снимали со сберкнижек деньги, или занимали, потому что знали – впереди будет ещё хуже.

Торговля шла шустро. И пришлось задержаться допоздна. Только в 10 часов вечера обслужили последнего человека. Осталась пара мешков лука, которые Жека решил отправить в кафе, в Еловку. Позвонил сразу же Славяну, чтоб завтра послал кого на машине. Только шелуха на полу говорила о том, что совсем недавно тут лежала груда мешков с луком. Ах да, и дипломат, в котором лежало 70 тысяч рублей. Ещё на 10 тысяч рабочие взяли под зарплату. Эти деньги должны быть переведены на счёт Жекиного торгового дома «Сибирь Великая» в качестве оплаты за товары и услуги, оказанные акционерным обществом. В целом, наварил Жека 100 процентов. И всего за один день. Веня был далёк от пролетариата, от народной массы, поэтому не прочухал что почём.

У Жеки же появилась неплохая мысль, как делать деньги практически из воздуха. Доставай продукты. Делай не жлобскую цену. Завози на любое предприятие, отдавай сразу, или под зарплату, и снимай гэшэфт, как говорил Веня. Жаль, что в сутках 24 часа. Так бы крутился да крутился…

Жека взял в подсобке метлу, аккуратно вымел сор, потом зашёл в кабинет к Ирине. Женщина сидела, и попивала чаёк, заедая плюшками из булочной. Любила Ира выпечку, но несмотря на это, была всегда стройной и ухоженной. Увидев Жеку, засветилась.

– Жень, давай, я тебе чай налью, у меня булочки есть и кексы.

– Конечно, конечно, – с радостью согласился Жека, и предложил: – А может, по коньячку?

Ирина смущённо отказалась, но Жека видел, что делает это она только из-за приличия, поэтому сходил к себе в кабинет, взял две рюмки, початую бутылку коньяка, и принёс главбухше.

– Давай, давай, выпьем. Заслужили, – сказал Жека, и набулькал две рюмки. Себе полную, Ирине половинку.

– Ну если так, немножко, то можно, – смущённо улыбнулась она, и протянула рюмку Жеке, чтоб чокнуться. – За успех!

После работы, да ещё на голодный желудок торкнуло. И сразу стало и жить хорошо, и жизнь хороша. Ирина повеселела.

– А мы с мужем тоже хотим своё дело открыть, – призналась она.

– Всё правильно хотите! – поддержал Жека. – Сейчас время такое – палку воткни, расти будет. То в магазинах ничего нет, то услуг нет, то ещё что-то. Вариантов много. Те же продукты продавать, кафе открыть. Сейчас с заграницы товары попрут, электроника, одежда, компьютеры. Поле непаханое. На этом неплохо подняться можно. Правда, начальный капитал нужен, а так… Занимайся только.

– Да нам и капитала особо не требуется, – призналась Ирина. – Я хочу ателье открыть. Одежду шить на заказ. Мне это нравится очень. У меня мама швея. И меня научила. Вот. Неплохо же?

Ирина встала с кресла, несколько раз крутнулась на каблучках, и застыла в эффектной позе, как настоящая манекенщица, отставив ногу в сторону, и положив руки на талию. Но и посмотреть конечно есть на что. Красивую фигурку почти обтягивает полосатый чёрно-белый брючный костюмчик. Пиджак приталенный, брюки очерчивают стройные бедра. А в вырезе блузки видно начало белых окружностей.

– Прекрасно! – восхитился Жека. – И ты прекрасна, и одежда. Я когда увидел тебя в костюме, подумал, что он какой-то импортный. Типа Версаче.

– Нет! Что ты! – рассмеялась Ирина. – Это я сама, по выкройкам из Бурда Моден сшила. Ткань тоже импортная, венгерская. Хоть и дорого, но зато смотрится обалденно.

– Есть у тебя вполне хорошие шансы раскрутится! – уверенно сказал Жека. – Пробуй. Не пожалеешь. У тебя ниша хорошая, и актуальная в нашей стране. Это класс средних людей. Кто хочет хорошо одеваться по долгу службы, или по своим принципам, но не может себе позволить дорогие костюмы. Это прям тема сейчас здравая. Попрёт, только в путь. По первости конечно, сложно. Беготни много, времени дофига уходит, проблем много решать надо. Вкладываться надо. Зато потом, как попрёт на автомате! Опыт появится. Хватка деловая появится. Там, где другие пройдут, не глядя, по валяющейся на земле копейке, ты остановишься, поднимешь копейку, и с неё рубль заработаешь. А там дело пойдет, уже работниц сможешь на зарплату нанять. Всё решаемо. Если нужна помощь, говори. Чем могу, помогу, я людям люблю помогать. Если вижу, что люди хотят работать, зарабатывать, всегда помогу.