Текст книги ""Фантастика 2026-88". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)"

Автор книги: Алан Григорьев

Глава 16.

Две недели спустя

– Ну, что скажешь? – спросил одного из одарённых учёных Лидан.

Ливию переместили в одну из капсул исследовательского комплекса и наблюдали, каждый день проводя бесконечные обследования. Но только вчера им удалось зафиксировать очень слабые следы активности мозга. Едва заметные. И если бы не новейшая разработка Лидана, его бы так и не обнаружили.

– Ты прав. Мозг Ливии не умер до конца. – согласился с ним Тайр. – Но я не назвал бы то, что мы видим, – он показала глазами на монитор, – мозговой активностью. Это… я даже не знаю, как назвать. Остаточное явление… Призраки былого. Прости, Лидан, мне очень жаль, но по факту я согласен с Трином и Фертом. Ливия больше не жива. – он тщательно подбирал слова, но говорил, глядя прямо в глаза Лидана.

– Это не важно. Мне нужно только, чтобы там осталась, хоть пара нейронов, за которые я смогу зацепиться.

– Что ты задумал? – Тайр положил руку на плечо Лидана.

– Пока рано об этом говорить. – творец дёрнул уголками губ. – Иди, Тайр. Я хочу побыть наедине с истинной.

Лидан дождался пока за коллегой с тихим шелестом не закрылась перегородка, и повернулся к капсуле Ливии. Набрав на внешнем мониторе код, заставил крышку уйти вверх, открывая доступ к Ливии.

– Ну что, детка… – коснулся кончиками пальцев прохладной кожи такого спокойного, нереально прекрасного лица. – Будем исправлять, что натворили?

Лидану хотелось коснуться губ Ливии, прижать к себе и гладить эти прекрасные волосы, дышать её ароматом… Но он никогда не оскорбил бы свою маленькую истинную действием. До что там действием…

Там, в гостиной фамильного дворца Ал-Тэддис, Ал-Тэрис он впервые позволил себе оскорбить её словом, о чём до сих пор грыз себя каждую минуту. Если бы не его жуткая ревность, захлестнувшая с головой, погасившая всё разумное, пробудившая самоё тёмное в его душе… Если бы он только смог тогда притормозить, прислушаться к словам матери, Ливия была бы жива и всё бы пошло по-другому. Возможно, она никогда не приняла бы его, но самое главное – она была бы жива.

При воспоминании о матери, его сердце сжалось. После известия об аварии и гибели единственной любимой внучки, истинной сына, Элия слегла. Её будто выключили, погасили искру жизни. Она безумно любила Ливию. И, конечно же, ждала их брака. Крах всех надежд наложился на истинное горе от смерти внучки. У неё ничего не болело, кроме души. Она просто отказывалась жить. И вылечить её могла только живая Ливия.

Погладив тонкие пальчики истинной, Лидан набрал код на мониторе и запечатал капсулу. Он получил, что хотел. Теперь он знал, что где-то очень глубоко есть живой осколок погибшего сознания Ливии. Это всё, что ему нужно было знать. Теперь он будет работать. И работать будет очень быстро, пока этот осколок ещё жив.

Лидан покинул исследовательский комплекс и на личном джете вылетел на пляж с удивительным золотистым песком. Именно здесь его брат адмирал Ян спас свою истинную, в первый раз разрушив стену между ними…

Творец долго сидел у самой кромки воды, вглядываясь в бескрайний горизонт. Он создал целую планету, нарушив одни законы мирозданья и создав новые. Он сделал Лидан прекрасным и неповторимым. Так неужели он не сможет вернуть свою истинную? Какова же тогда цена его таланта? Его дара от Первого?

Подняв глаза к небу Лидан смиренно попросил:

– Первый, я никогда ничего у тебя не просил. Прошу сейчас. Просто дай мне шанс, дай надежду... и прости глупых детей своих. Прошу…

Лидан ждал, но ничего не изменилось вокруг. Даже лёгкий порыв ветра не прилетел. Лидан кивнул, принимая молчание Первого, как ответ. Не каждый достоин его внимания. Что ж… значит, он не заслужил.

Лидан уже сел в джет и поднял его высоко в небо, когда великолепное разноцветное сияние разлилось над горизонтом. Великолепное, захватывающее зрелище. Лидан точно знал, такого не может быть на его планете. А значит, Первый услышал.

Творец улыбнулся уголками губ, кивнул в благодарность за знак и взял курс на исследовательский центр Лидана. Внутри окрепла надежда – у него всё получится.

*******

Неделю спустя

В центральном зале центра жарко спорили уже несколько часов.

– Мы против, чтобы ты испытывал на себе приборы сомнительной эффективности! – лицо статной алланийки пылало гневом. – Ты – единственный творец в Ал-Лани! Это безответственно. Скажи ему, Тайр!

– Я поддерживаю Эмру, Лидан. Ты не должен рисковать собой. Мы не можем тебе позволить.

Лидан смотрел на коллег абсолютно спокойно. Он прекрасно понимал, что любого из них он бы тоже останавливал. И возможно, даже применил бы силу. Но пару дней назад под его наблюдением робот-хирург вживил в голову Ливии нейроимплант, созданный в лабораториях центра. Никто никогда таких не делал. Никто их не испытывал.

– У меня нет времени. – он перевёл взгляд с Тайра на Эмру. – Я не спрашиваю у вас разрешения. Я прошу у вас помощи. Я не могу контролировать робота, когда будет идти операция. Это формальность, но я хочу, чтобы она была соблюдена. Если же вы мне откажете, я приму ваше решение и сделаю всё сам. Итак?

– Лидан… – Эмра ещё пыталась, но уже поняла, что никого не будет слушать творец. – Хорошо… – сложила на груди руки. – Но, если что-то пойдёт не так, я лично отключу хирурга.

– Конечно. – Лидан усмехнулся и поднял указательный палец вверх. – Но только, если что-то пойдёт не так.

Начальник медицинской службы ввёл данные для искина хирургической капсулы, программируя неимоверно сложную и тонкую операцию. Лидан загрузил в приёмник микроскопический нейроимплант, который должен будет связать его сознание с сознанием Ливии. Правда, и над этим ещё надо будет поработать, но это потом.

Вокруг капсулы собрались все, кого мог вместить операционный зал. Это не было простым любопытством. Каждый не хотел, чтобы творец Ал-Лани рисковал, и каждый готов был вмешаться, если что-то вдруг пойдёт не так, как надо. Лидан хотел возмутиться и разогнать всех лишних, но вдруг подумал, что поступил бы точно так же, если бы на его месте был кто-то из них – его коллег и друзей.

Лидан спокойно лёг на прохладный мат внутри хирургической капсулы. На лоб опустился прохладный липкий фиксатор, обручем плотно обхватил голову. Беззвучно опустился прозрачный купол. Щёлкнули фиксаторы, полностью блокируя хирургическую капсулу. В воздухе появился аромат сладких цветов, и Лидан закрыл глаза…

Глава 17.

Через долгие десять дней глава медицинской службы Лидана подтвердил, что импланты полностью прижились и встроились в структуру мозга, став с ним почти одним целым. Оставался последний этап – и, возможно, Лидан сможет снова держать свою истинную за руку.

Все эти дни весь персонал исследовательского центра работал только на одно – уникальную систему синхронизации искинов медицинских капсул. Лидан сумел заразить всех своим желанием вернуть Ливии сознание. Им уже не казалось это таким уж несбыточным. Ну и, если у творца ничего не выйдет, его просто вернут и будут думать дальше.

Только у Тайра упрямо не исчезала вертикальная морщина между бровей.

– Друг мой, – Лидан положил руку ему на плечо, – у нас всё получится.

Тайр качнул головой.

– Ты не знаешь, что у неё в голове. Ты не знаешь, с чем столкнёшься. И я вовсе не уверен, что ты так просто сможешь вернуться. Никто не проводил такие эксперименты между живым и погибшим мозгом именно потому, что это опасно. Это слишком тонкие материи. Ты можешь не вернуться.

– Значит, однажды в Ал-Лани родится следующий творец. Мы все заменяемы, Тайр. Мне приятно, что ты переживаешь за меня, но надеюсь, это не помешает тебе провести эксперимент до конца.

– Что мне остаётся? – поджал губы Тайр и отвернулся к окну. За ним бескрайний океан катил белоснежную пену волн. Вздох всё-таки вырвался из груди Тайра. Ему решительно не нравилось всё.

Наконец, работы завершились. Невероятно сложный прибор установлен между двумя медицинскими капсулами. Он должен связать сознание двух истинных, используя импульсы имплантов, как мост. Лидан очень надеялся, что тех остатков нейронов хватит, чтобы он мог дотянуться до сознания Ливии.

И снова творец ложился на прохладный мат. Руки, ноги и голову закрепили гибкие держатели. Лёгкий угол в шею заставил Лидан поморщился. Его взгляд столкнулся со взглядом Тайра.

– Не смей меня отключать, пока не очнётся Ливия. Ты меня понял?

Тайр вздохнул. Он считал, что Лидан сошёл с ума. А с сумасшедшими не спорят.

– Пообещай! – Лидан поднял руку, заставляя держатель отпустить её, и Тайру ничего не оставалось, как крепко сжать ладонь друга.

Только после этого творец позволил закрыть медицинскую капсулу. Тут же манипуляторы начали свою чёткую работу. Лидан, улыбаясь, закрыл глаза. Через несколько минут он полностью отключился, и искин начал отключать работу его органов, забирая их функции себе, освобождая мозг, от любой нагрузки. Искин заботливо укутал Лидана сетью трубок, и он стал похож на Ливию. Теперь жизнь его тела полностью зависела от медицинской капсулы.

Тайр запустил новый искин, связавший две капсулы, и по показаниям на мониторе понял, что импланты включились в работу. Вот и всё. Лидан начал путешествие в чужое сознание. Всё, что осталось – ждать и надеяться…

******

Лидан ожидал, что так будет. Постепенно все звуки вокруг стихли, ушли на задний план, а потом и вовсе исчезли. Он ощутил странное спокойствие, близкое к забвению, но вдруг осознал, что не спит. Сколько времени прошло после его подключения? Пару минут? Или часов? А быть может веков… здесь времен нет…

Творца окружала полная тьма, такая густая, что даже у самых глаз он не смог рассмотреть пальцы собственной руки. В этом жутком мраке, в котором липким ужасом оживают все твои страхи, живёт его девочка. Его маленькая, непокорная истинная.

– Ливия… – позвал тихо, чтоб не напугать. – Детка, это я, Лидан. Не бойся. Я помогу тебе. Слышишь?

Имплант должен дать дополнительный импульс тем нескольким нейронам, что ещё живы. Она должна его услышать.

Ждать пришлось мучительно долго. Казалось, страшные монстры кружат вокруг, заставляя чувствовать дикий страх и отчаяние. В это превратилось сознание Ливии? Лидан хмурил брови, будто это могло как-то помочь, крутился вокруг себя, пытаясь, хоть что-нибудь рассмотреть, но с тем же успехом – не видел ничего. Полный мрак.

Он уже отчаялся и заорал во всю силу виртуальных лёгких:

– Ливия! Где же ты? Отзовись!

И снова тишина. Лидан коснулся лба дрожащими пальцами. Не может этого быть. В это трудно поверить, но, кажется, он проиграл. С глухим отчаянием творец понял, что окончательно потерял своё сокровище. Он опоздал. Он слишком долго тянул! Трин и Ферт были правы… Всё зря.

И вдруг, на грани слышимости, тихий всхлип коснулся его слуха.

– Ливия?.. – быть может, это просто галлюцинация? Просто ему так хочется её услышать. Творец затаил дыхание, прислушиваясь изо всех сил.

Ещё один тихий-тихий всхлип. О, Первый! Нет! Ему не показалось!

– Детка, ты слышишь меня? – сдерживая в голосе рвущуюся наружу радость, позвал ещё раз.

И вдруг ему ответил совсем тонкий, испуганный детский голосок, почти шёпот:

– Страшно…

Глава 18

Боясь спугнуть такой хрупкий шанс, Лидан выдохнул и прикрыл глаза в абсолютной тишине. Успокоил дыхание.

– Детка, иди на мой голос. Или говори со мной, я сам тебя найду. Только не молчи, маленькая моя. Где ты? – позвал тихо.

– Не знаю. – снова всхлипнула совсем маленькая Ливия. – Везде темно и страшно. Так страшно… – выдохнула рвано.

– Тебе не будет больше страшно. Я же с тобой, пришёл за тобой. У нас все получится, детка. Ты должна меня помнить. Я творец. – усмехнулся Лидан. – Поговори со мной…

Вдруг, совсем неожиданно, его руки коснулись ледяные пальчики. От неожиданности Лидан отдёрнул руку. Ответом ему стал новый обиженный всхлип.

– О, прости, детка, прости! Пожалуйста, не уходи. Возьми меня за руку. – он снова опустил руку. – Понимаешь, это было так внезапно.

Но ничего не происходило. Он напугал маленькую истинную. Первый, помоги ему!

– Ты права, – попытался ещё раз, – здесь так страшно. Можешь мне поверить, я тоже боюсь.

– А ты меня не бросишь? – почти шёпотом спросил ребёнок где-то совсем рядом.

– Что ты, милая? – усмехнулся Лидан. – Нет, конечно. Как я могу? Я построю мир здесь. Потому что мой мир там, где ты, детка.

Холодные, совсем крохотные пальчики снова коснулись руки Лидана. На этот раз он обхватил их и присел.

– Иди ко мне, ты совсем замёрзла. Я согрею тебя.

Через секунду он уже обнимал тельце совсем маленькой, тоненькой и хрупкой девочки с мягкими кудряшками. Ему казалось, что сердце застучало ещё быстрее.

– Не бойся, Ливия. Только не бойся. Теперь всё будет хорошо. Всё будет так, как надо. Я нашёл тебя, детка, и больше не отпущу.

Лидан качал её на руках, крепко прижимая к себе, и вокруг становилось чуть светлее. Чернота медленно превращалась в густой полумрак. У него уже получалось менять сознание истинной.

– Скажи, детка, что ты любишь? Чего хочешь? – он коснулся ладонью по-детски мягких волос.

Конечно, Лидан знал, что любила взрослая Ливия, и помнил, что любила она, когда была маленькой. Но то была живая Ливия, а нейронная проекция Ливии … это же что-то новое, совсем другое и не очень понятное. Её предпочтений творец не знал.

– Песочек… – всхлипнула девочка куда-то в шею творца, и Лидан почувствовал, что ребёнок улыбается. Усмехнулся.

– Спи. – шепнул тихо и коснулся губами кудряшек. – Теперь ты в безопасности, детка. Когда проснёшься, будет тебе песочек. И водичка. Хочешь?

Девочка согласно кивнула и обняла покрепче Лидана, чтоб точно не бросил.

Он же очень осторожно коснулся повреждённых нейронов мозга истинной. Ему предстояла невероятно трудная работа. Песочек… Ах, какие это мелочи по сравнению с миллиардами и миллиардами убитых нейронов. Но он же творец, и он её починит.

******

Лидан проснулся от весёлого детского смеха. Он не понял вообще, почему спал. Скорее всего, искин принудительно отправил его в сон. Он немного увлёкся работой. Творец сел и тут же выхватил взглядом девочку лет пяти. Белокурая кроха бегала по белоснежному песку у самой кромки воды и заливисто хохотала, когда очередная волна, накатывая, укрывала её маленькие ножки.

Лидан улыбнулся. Впервые за многие дни в его душе был покой и свет. Ливия увидела, что он проснулся, зачерпнула в ладошки воду и, подбросив, заставила капли сверкать в ярких лучах тёплого, ласкового солнца.

– Смотри, как красиво! – как и маленькая настоящая Ливия её нейронная проекция мило не выговаривала букву «р».

Лидан щёлкнул пальцами, и вокруг Ливии запорхали разноцветные бабочки. Забыв про воду, Ливия тут же принялась гоняться за ними.

Творец смотрел на беззаботного ребёнка и улыбался. Ему предстоит ещё много работы, но все его усилия стоят того, чтобы видеть вот такую, растущую на его глазах Ливию. Задрав голову, она хлопала в ладоши, когда одна из бабочек вдруг села прямо на её маленький, аккуратненький носик. Ливия замерла, боясь спугнуть это чудо, а когда бабочка упорхнула, побежала к Лидану.

– Ты видел? Правда, же она красивая?

Она обвила шею Лидана маленькими ручками и прижалась к нему всем хрупким тельцем.

– Спасибо… – шепнула в самое ухо, щекоча локонами щёку.

Это всё, что ему было нужно. Лидан аккуратно прижал её к себе чуть крепче.

– А где мама? – Ливия упёрлась ручками в грудь творца и заглянула в глаза.

Просто отлично! Память Ливии тоже восстанавливается.

– Она придёт к нам позже. – он усадил девочку на колени, запутался пальцами в светлых волосах. – Спи, малышка. Ты немножко устала.

– А ты не уйдёшь? – вцепилась пальчиками Ливия в его руку.

– Нет, конечно. – он коснулся губами лобика. – Никогда. Спи. – приказал снова, и Ливия послушно закрыла глазки.

Спи, детка. Творец будет снова работать…

Глава 19.

Восемнадцатилетняя Ливия шла по белоснежному, сияющему полу сказочного дворца. Совсем рядом за его стенами рокотал океан с изумительной водой изумрудного цвета. Лидан по её желанию менял цвет воды. Однажды Ливия попросила, чтобы он сделал воду кроваво-красной. Это было страшно… Вода напоминала кровь. Ливия испугалась, и Лидан долго ругал себя, что пошёл у неё на поводу. Ливия усмехнулась. Он всё делает для неё. Всё, что только она попросит. Почему она всё время вела себя так с ним?

И где же он? Подхватив юбку воздушного белоснежного платья, Ливия спешила к выходу. Творец сделал этот дворец таким огромным! Многое здесь похоже на дворец её семьи…

Ливия выглянула в панорамное окно: Лидан бродил по берегу у самой кромки воды. Лёгкий морской ветер трепал широкую белую рубаху и развевал белые волосы. Какой же он красивый… Как папа Ян.

Лидан давно обещал ей рассказать, почему они одни в этом огромном мире. Почему ни её родители, ни браться не прилетают, где все её гаджеты, и почему во дворце нет искина…

Лёгкая юбка обвила её ноги, когда она ступила босой ногой на тёплый песок. Ливия улыбнулась. Ей нравилось здесь. Вдвоём с ним. Лидан почувствовал взгляд истинной, остановился, поднял голову. Он улыбался, пока она шла к нему, открыто любуясь её стройной фигурой.

– Привет… – Ливия потянулась к Лидану губами, и он подставил щёку под лёгкий поцелуй.

– Ты хорошо отдохнула? – Лидан заглянул в синие глаза восемнадцатилетней Ливии. Она ещё не вспомнила ни скандал, ни катастрофу, но была очень близко. Осталось совсем немного.

– Хорошо. – Ливия опустила руку и переплела их пальцы. – Пойдём?

Они вместе пошли по берегу. Что-то происходило. Ливия не могла понять что. Но что-то неуловимо менялось вокруг них.

– Ты обещал рассказать. – напомнила тихо.

– Обещал. – согласно кивнул Лидан. – Понимаешь, Ливия, это сложно объяснить… мы не настоящие. Вернее, не совсем настоящие.

Ливия замерла.

– Как это не настоящие? Ты шутишь? – она растерянно хлопала длинными ресницами.

– Если бы… – усмехнулся творец. – По сути, я в твоей голове. – Лидан попытался идти дальше, но Ливия за руку развернула его к себе.

– Нет, подожди. Что случилось? Как такое возможно? То есть… всё, что я вижу… сон? Я не настоящая? И ты?

– Нет, милая. – Лидал положил ладонь на её щёку, чуть касаясь, провёл большим пальцем по таким манящим губам. – Всё гораздо сложнее и глубже.

Ливия задумчиво потёрла лоб изящными пальчиками.

– Не понимаю. Что случилось, Лидан?

Он открыто улыбнулся.

– Ты сама вспомнишь. Осталось совсем немного…

И от этого ему стало больно. Он бы не хотел, чтобы Ливия помнила то, что он ей тогда наговорил, как был зол.

Вдруг Ливия обняла его за талию и прижалась к нему:

– Я не глупая, Лидан. Я… умерла? – прошептала куда-то в грудь.

Ладонь творца невесомо легла на белые волосы, ласково прошлась по спине почти до поясницы:

– Нет, милая. Что ты? Если бы ты умерла, никто не смог бы тебе помочь. Я просто построил для тебя мир здесь… для нас. Чтобы ты смогла восстановиться. Совсем скоро ты встретишься со своей семьёй. Обещаю.

Ливия задрала голову:

– Лидан, почему ты?

– Потому что я люблю тебя, Ливия. – наконец-то он сказал эти слова.

Так жаль, что он никогда не повторит этих слов в настоящем мире. Лидан уже знал, что потратил слишком много сил. Именнно поэтому уже не такое яркое солнце, не такая прозрачная вода, да и белоснежный дворец чуть потускнел.

Управляющий искин всё чаще отправлял его в сон. Вернее, пытался, но даже здесь Лидан обошёл его ограничения. Он чувствовал, что сил всё меньше и хотел успеть закончить до того, как погаснет его собственное сознание. Ведь для того, чтобы заставить истинную проснуться тоже потребуются силы.

– Лидан… я помню всё. – Ливия отстранилась и заглянула в его глаза. – Мне жаль, что я была такой…

– Всё неважно, детка. Главное, ты будешь жить. – он коснулся губами её лба.

– Что значит «ты»? – Ливия прищурилась, заглядывая в глубину его глаз.

– Всё хорошо, Ливия. Не волнуйся. В следующий раз ты откроешь глаза, когда рядом с тобой будет семья. – улыбнулся Лидан и снова прошёлся ладонью по её волосам.

– И ты. – упрямо повторила Ливия. – Ты, ведь тоже будешь? Ты не бросишь меня?

Лидану не хотелось врать. Но он знал характер Ливии. Она уже достаточно окрепла и сможет противостоять ему, когда придёт время засыпать.

– Конечно, буду. Куда ж я от тебя денусь, милая.

Вдруг Ливия обхватила ладонями красивое лицо творца, и сама потянулась к нему губами. Их первый настоящий поцелуй. Лидан не мог себе позволить отказать. Как он мечтал о том, что будет касаться этих самых вкусных во всей Вселенной губ.

Ливия прильнула к нему всем телом, зарылась пальцами в белоснежные волосы. Какие же острые чувства, будто он в реальном мире целует свою истинную. Её порыв, её желание… Это выжигает мысли, делает его слабым.

Лидан подхватил Ливию на руки и закружил. Как жаль, что ничего этого не было наяву. Оказывается, чтобы истинная оценила его, надо было запереть их на необитаемом острове и прожить заново жизнь… всего лишь. Какие мелочи. Если б только он знал это раньше.

Вечером, когда солнце окрасило воду и облака в нежнейший розовый цвет и перламутр, Лидан увёл Ливию в спальню.

– Полежи со мной. – вцепилась Ливия в рукав его рубашки, и вдруг увидела то, что он тщательно прятал. – Где твой браслет?

Ему пришлось сделать усилие, чтобы непринуждённо пожать плечами:

– Это же дар Первого. Наверное, с него нельзя снять нейронную копию. Мы, ведь, по сути, нейронное эхо нас прежних.

В глазах Ливии ещё плескалось недоверие, но она не стала приставать к Лидану.

– Полежи со мной. – повторила и снова потянула творца к себе.

Голова истинной лежала на его груди, тонкий пальчик рисовал диковинные узоры, а он гладил её шелковистые волосы.

– Ты не уйдёшь? – снова спросила Ливия, когда её веки стали тяжёлыми. Она спрашивала так всегда перед тем, как уснуть.

Лидан усмехнулся.

– Конечно, нет, милая. – и добавил мысленно: «Уйдёшь ты.»

Ему осталось только замкнуть цепь нейронов…