Текст книги ""Фантастика 2026-153". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Александр Сухов

Мадиш выругался, но потом спохватился и виновато посмотрел на Ханёна.

– Ну ладно, – парень смирился. – Тогда давай хотя бы с угрозой разберёмся.

Если честно, угрозу хайнеса Лирка всерьёз не восприняла. Танцевать она не умела. Хочет испортить себе удовольствие от вечера? Кто она такая, чтобы мешать Сильнейшему?

– За эти четыре дня ты всё равно ничего не успеешь освоить, – заявил парень. – Предлагаю выбрать один танец и учиться танцевать только его.

– О, – госпожа Пандар понимающе улыбнулась, – кажется, я знаю, о чём ты…

Глава 43
Семейный совет

Если бы Лирка знала госпожу Пандар лучше, то согласилась бы принять помощь Мадиша. Так она хотя бы имела возможность проконтролировать потраченную сумму. А вот госпожа Пандар за столь короткое знакомство успела составить своё представление о подопечной. Она ещё у Майяри выспросила всё, что можно, а на месте ненавязчиво выудила информацию у Мхяна и Ханёна. И поняла, что вопросом о деньгах, которые можно потратить на неё, на Лирку, ни в коем случае не стоит обращаться к самой Лирке. Уже при осмотре скучного гардероба магички госпожа Пандар обнаружила только самое необходимое. Предназначение каждой вещи сразу бросалось в глаза, и чаще всего любую из них можно было носить и в повседневной жизни, и в работе. И ничего наряднее парадного мундира! А вот Ханён был куда богаче. Сразу видно, кого Лирка ставила в приоритет.

Поэтому вечером того же дня в особняк главного мага хайнеса наведался Мхян. Застал он только Нария, Ёриха и вилария – последние двое всё ещё почти не привлекались к службе из-за полученных ранений. Им-то взволнованный и чем-то расстроенный парень и передал письмо госпожи Пандар, в котором она настоятельно советовала задуматься о том, в чём появится перед блистательным высшим светом их дана.

Нарий был возмущён.

– Это, безусловно, честь! Но представлять дану нетитулованного рода перед высокородными… – он не договорил и расстроенно взлохматил волосы.

– Обчешут об нашу Лирку языки, – расстроился виларий Хабдир.

– Весь яд на неё сцедят! – предрёк Нарий, прекрасно знавший повадки высшего общества. Змей, которые ничего не боялись из-за своего богатства и положения, там хватало. – Мы только заслужили имя. В глазах высокородных не такое большое достижение, чтобы быть удостоенными такой чести. У нас пока нет ни славной истории, ни денег, ни влияния, ни связей. С нами там никто знаться не захочет! Ещё обзовут выскочками и затравят. В будущем влиятельные завистники могут сильно осложнить нам жизнь!

– Может, ей больной сказаться? – предложил Ёрих.

Нарий глубоко задумался.

– Э, нет! – Мхян испуганно вскинулся. – Если Лирка опять повредит себе что-то, хайнес совсем взбеленится.

– Зачем вредить? – рыжий посмотрел на парня как на дурачка. – Зельице какое выпить… Слабительное, к примеру. И кишки почистятся, и на бал этот идти не придётся. Польза сплошная!

Нарий ещё раз просмотрел письмо, будто выискивая подсказки, и вскинул брови.

– С сопровождающим! – ликующе воскликнул вредитель. – Лирке полагается прийти с сопровождающим! Это здорово облегчает положение, – мужчина ощутимо расслабился и даже заулыбался. – У Лирки-то с разговорами не очень, а я могу быть и змеёй.

– Плеваться ядом ты умеешь, – закивал Ёрих.

– Ну, тогда мы сможем отбиться, – Нарий, расслабившись, повёл плечами. – Может, даже какие-то связи удастся завести. Хотя, конечно, вряд ли… Но… Вотые наверняка там будут, а они благоволят Лирке. Воспользуемся-воспользуемся… – глаза вредителя лихорадочно заблестели, словно он уже продумывал стратегию поведения на предстоящем балу. – На подобные приёмы обычно приглашают ещё главных жрецов самых влиятельных храмов, а они должны благосклонно отнестись к тому, что Лирка – благодетельная вдова жреца.

– Ой ли? – усомнился Ёрих.

– Ты на что намекаешь? – нахмурился виларий.

– На то, что она добродетельно чужие глотки прокусывает и о том весь город судачит!

– Для вдовы жреца Ваирака то не порок! – отмахнулся Нарий и благостным тоном проповедника протянул: – Главное, чтобы покусанные не были невинными жертвами. Опять же, Лирке покровительствует главный жрец Ваирака, а Ваирак – наиболее почитаемый бог в Салее. Представители жречества должны отнестись к ней если не благосклонно, то хотя бы равнодушно. А их поддержка имеет вес в обществе, я вам скажу. Ах, вот если бы ещё можно было в открытую сказать о дружбе с госпожой Лоэзией… Но хвалиться связями с теневым миром не принято.

– Можно сказать, что Лирка прекрасно сработалась с господином Ёрделом, – неуверенно предложил Мхян. – А его разве не пригласят?

– Пригласить-то, может, и пригласили, – Нарий расстроенно скривился, – но сомневаюсь, что сам господин Ёрдел и дракон Мариш захотят отпускать в столь недружелюбную, по их мнению, обстановку беременную госпожу Лоэзию. А в одиночестве господин Ёрдел вряд ли соизволит явиться.

– И так неплохо выходит, – прогудел Ёрих. – Не знаю, чего ты тут разорялся, что сожрут…

– Без меня сожрут! – Нарий раздражённо посмотрел на друга и напарника. – Ты Лирку не знаешь? Ей проще обидчика в дерьме притопить, чем слово лишнее сказать. А там дело дракой не решишь. И лезть на рожон она не посмеет. Так что просто будет терпеть. А я-то им радостный полёт по другому пути проложу… Но вопрос теперь с платьем, а это очень дорогой вопрос…

– Сложимся жалованиями, – предложил Ёрих.

Виларий только губы поджал.

– Нам этого только на рукав хватит, – Нарий фыркнул. – На таком приёме будут блистать и сиять. Многие готовятся заранее, ещё только в надежде получить приглашение. Нет смысла и думать кого-то превзойти, нам бы не хуже других выглядеть. А дамское платье для бала во дворце хайнеса – это сущее разорение!

– Военным вроде разрешается появляться в парадном, нет? – виларий иногда бывал на приёмах, которые устраивали по случаю приезда высокого начальства на заставе. Понятно, что по размаху они не могли соперничать даже с самым захудалым столичным балом, но кое-какие правила соблюдались.

– Мужчины – да, а женщины… – Нарий в сомнении пожал плечами. – На военной службе не так много женщин. Я даже не могу припомнить случая из своего опыта, когда бы женщина-военная являлась на бал. Может, где-то и было… Нет, господа, если и я, и Лирка явимся под руку в парадных мундирах, мы будем выглядеть больше нелепо, чем впечатляюще. Будто ряженые! На нас и так будет направлено слишком много внимания, а Лирка не знает ни светского этикета, ни толком перемолвиться с кем-то не может, а тут ещё и мужского кроя костюм. Вряд ли местное общество посчитает явление в нём вообще приличным. Нам нужно хорошее платье. Нет! Не просто хорошее! Лирка должна выглядеть в нём так, чтобы к ней лишний раз не рисковали подойти для разговора.

– Как то, в котором она глотки грызла? – припомнил Ёрих.

– Там не платье, там настроение отпугивало, – Нарий задумчиво почесал нос. – Было бы неплохо, приди она и на бал в таком настроении… Но кто рискнёт довести её?

Повисло недолгое молчание.

– Думаю, стоит встретиться с госпожой Пандар и обсудить с ней наши взгляды и пожелания и выслушать её предложения, – решил Нарий. – Мне кажется, она весьма и весьма рассудительная женщина.

– Очень! – подтвердил Мхян.

– Но сперва найти деньги.

– Кхм-м-м… – Хабдир неловко откашлялся. – Я тут, – он бросил взгляд на дверь и заговорил одними губами, – кое-что вернул хайнесу, и нам выделена кое-какая награда за честное и бескорыстное служение. Я хотел на дом нам отложить, но раз такое дело…

– Лирке только не говорите, откуда деньги, – предупредил Ёрих. – Сколько там?

Виларий озвучил. Рыжий присвистнул, Мхян изумлённо распахнул рот, а Нарий довольно потёр руки.

– Это ж сколько там было… – попытался сообразить Ёрих, но Хабдир заткнул его суровым взглядом.

– На золотое и серебряное шитье не хватит, но нам того и не нужно! – решил Нарий. – Лирка вдова и военная, всё это накладывает вполне объяснимые ограничения, которые отношения к деньгам не имеют. Тем же можно оправдать отсутствие драгоценностей: по статусу не положено. Так что вложимся в хорошие ткани и прекрасный крой. Отличный вкус стоит немало денег и ценится выше драгоценных камней. А ещё Лирка не поймёт, сколько всё это стоит на самом деле.

– Полдома… – растерянно протянул Ёрих и получил сердитый взгляд от родичей: их такая трата тоже по больному резала, особенно, когда своей крыши над головой не было.

– Может, и тебе не стоит в мундире? – засомневался виларий.

– Посмотрим, – отмахнулся Нарий. – У меня от прежней жизни одежда осталась. Можно и из неё выбрать что-то достойное и немного переделать.

– А Ханён? – забеспокоился Хабдир.

– Детям на таких приёмах быть не полагается, – утешил Нарий. – Но… – он прищурился. – Пролезть может.

– Там и хайнесовы братья-сёстры в золотом шитье не бегают, – поделился Мхян.

– Тогда обойдёмся нарядом для Лирки, – Нарий облегчённо перевёл дыхание, расслабленно повёл плечами и пришёл в куда более благожелательное настроение. Куда приятнее решать назревшую проблему, если есть средства для её решения. – Фух! Главное, чтобы никто особо к Лирке не лез. Я-то не смогу постоянно рядом с ней ошиваться.

– В одиночестве вряд ли будет, – Мхян опасливо посмотрел на родичей.

Те прекрасно знали этот взгляд и мигом насторожились. У вилария даже пальцы сжались-разжались так, словно он мял чьё-то ухо.

– Я… Мне кажется… – парень замялся и признался как на духу: – Викан чего-то измышляет! Я… Ну, он попросил меня помочь, а я… Ну, мне казалось, что можно помочь, а сейчас что-то сомневаюсь…

– Чего ты натворил? – строго спросил Нарий.

– Письмо одно Лиркино ему принёс, а он для господина Руахаша от её имени послание настрочил, мол, поклонники осаждают, можете подобрать мне мужа невсамделишного, – Мхян виновато замялся. Про посягательства самого хайнеса он боялся говорить. Может, Ханён приврал, а других свидетельств он не слышал. – Господин Руахаш предложил свою кандидатуру, и Викан сделал так, будто Лирка просит его о встрече на балу. Мол, её из дворца не выпускают. Викан мне сказал, что жрец на самом деле к Лирке очень и очень расположен, но считает себя слишком старым для неё. А я… Ну… он же неплохой, да?

– Дурак ты, – беззлобно окрестил его Нарий.

– На Лирку опять жрец глаз положил? – удивился виларий.

– Вотый? – усомнился Ёрих. – Да чего она ему дать может?

– Я бы вот тоже этим вопросом задался, – признался Нарий, – если бы он не был Вотым. Как ни странно это слышать, в выборе вторых половин они далеко не всегда преследуют какую-то выгоду. Но странным образом всегда оказываются в выгодном положении. Если господин Руахаш действительно положил глаз на нашу Лирку, то всё семейство будет помогать ему. Не зря говорят, что если Вотые на что-то положили глаз, то скоро наложат и лапы. Но если за ней будет ухаживать Руахаш Вотый… – вредитель злорадно улыбнулся. – Светским змеям придётся приберечь яд для другого случая. Но Викану Вотому чтоб больше не помогал! – он строго посмотрел на понурившегося Мхяна. И, смягчившись, добавил: – Без нашего ведома. А теперь дуй во дворец и немедленно передай наш ответ госпоже Пандар! Времени на подготовку осталось мало… Ох! – Нарий вдруг выпучил глаза в ужасе и хлопнул себя по лбу. – Танцы! Лирка же танцевать не умеет! Тёмные!

– Может, ногу повредить? Чуть-чуть? – повторно выступил с предложением «нездоровья» Ёрих.

– Будет отсиживаться, будут смеяться за спиной. Или даже в лицо! – Нарий в отчаянии едва ли не зарычал, представив воочию, как расходятся смешки. Всем будет вполне очевидно, почему дана Лиркаа не участвует в танцах, и вряд ли местные гадюки упустят такой шанс обнажить клыки.

– А вдовий статус не накладывает ограничений? – нахмурился виларий.

– В первые три года, – расстроенно протянул Нарий. – Можно, конечно, сказать, что Лирка до сих пор горюет по мужу и предпочитает держать траур, но, боюсь, нас раскусят и всё равно будут злорадно чесать языки. В высшем обществе легко стать объектом насмешек. Если бы она хотя бы один танец… Ну хотя бы со мной, со своим братом! Можно было бы сказать, что она выдерживает траур, а не скрывает своё неумение.

– Да чего тут такого? – недоумевал Ёрих.

– Неумение танцевать просто кричит о том, что Лирка не относится к высшему обществу, – объяснил Нарий. – И в это будут злорадно тыкать.

– Ну, – у Мхяна дрожали губы от старательно сдерживаемой улыбки, – один танец она станцевать сможет.

Глава 44
Дана Лиркаа. Маг Сильнейшего

Балы Лирка искренне ненавидела. Ранее ей не доводилось бывать ни на одном из них. При школе порой устраивались танцевальные вечера, но она ни разу их не посещала из-за стеснения и отсутствия нарядов. И тут сразу бал во дворце хайнеса! И так скоро. До неё долетали слухи о предстоящем торжестве – Саврий решал связанные с ним организационные вопросы, – но Лирка никогда не думала, что это событие будет иметь к ней хоть какое-то отношение. Приглашение – злосчастная картонка с парой строк – стала настоящим проклятьем, словно призыв явиться на собственную казнь. Лирка даже подумывала подвернуть ногу, ещё раз повредить не до конца восстановившуюся руку, съесть что-нибудь не то…

Но Саврий украдкой сообщил ей, что присутствие на балу верного хайнесу мага очень важно, потому что господина Ёрдела выманить из только что обжитого гнезда не удалось. А другого доверенного лица с магическими талантами у Сильнейшего нет. Лирка покусала губы от досады, припомнила о магах в личной охране хайнеса, о которых сам хайнес не знал, раздосадовалась ещё больше и покорилась судьбе.

Переживёт как-нибудь.

Собственно, злил её даже не сам бал, а воцарившаяся из-за него суматоха. Когда на следующий день после получения приглашения госпожа Пандар ранним утром – восток только-только посветлел – вывезла её из дворца в город к портному, Лирка не могла сдержать недоумения. Доблестный служитель иглы и нитки выглядел очень усталым, а его помощники едва находили в себе силы улыбаться: предстоящее торжество выпило силы и у них. Но всё же можно было сказать по их внешнему виду и по обстановке самой мастерской, что заведение не самое дешёвое.

– Распоряжение хайнеса, – госпожа Пандар невозмутимо вынула трубку изо рта и выдохнула густой дым. – Так как тебя туда зовут по работе, то экипировку оплачивает наниматель.

Лирка раздражённо фыркнула. Интересно, хоть кто-то останется в неведении относительно истинной причины её присутствия на балу? С такой-то «секретностью»! Она-то надеялась на непримечательное платье, которое не привлечёт к ней особое внимание гостей. Но разве можно надеяться, что госпожа Пандар, вооружённая наставлениями хайнеса, позволит ей остаться незаметной?

«Поверь, затмить кого-то у тебя вряд ли выйдет, – постарался утешить её господин Наэш. – К балам во дворце хайнеса начинают готовиться за несколько месяцев. Начинали бы и раньше, но мода на наряды проходит слишком быстро. За пару дней даже сиятельная госпожа Пандар не найдёт портного, у которого бы сохранились силы и вдохновение, чтобы сотворить что-то невероятное».

Иррес заворчал нечто невразумительное. Дух любил быть первым во всём. Состязаться в роскошности дамского наряда ему, с одной стороны, совсем не хотелось, но и оказаться среди неприметных неудачниц тоже.

Собственно, визит к портному Лирку не очень-то напряг. Они съездили-то один раз. Не напрягло её и разучивание танца. Та же тренировка, только несколько бессмысленная на её взгляд. Но настроение после плавного кружения по залу в компании учителя танцев – очень приятного и весьма деликатного немолодого оборотня – почему-то улучшалось. Учитель хвалил её самым лестным образом, явно завышая успехи, но в целом Лирка не чувствовала сложностей в осваивании танцевальных па. Её тело привыкло к постоянным тренировкам, а служба соглядатая требовала плавности, гибкости и умения двигаться осторожно, вкрадчиво, словно земля вокруг усыпана яичной скорлупой. В танце требовалось запомнить только последовательность движений, которых было не очень много и они повторялись друг за другом. Госпожа Пандар заявила, что душевности Лиркиному танцу не хватает, но на то нужно больше практики, чтобы думать о душе, а не о движениях.

Так что ни пошив наряда, ни разучивание танца не принесли особого беспокойства.

Беспокойство и раздражение приносили окружающие.

Лирка была готова убить того, кто донёс её семейству о предстоящем торжестве, но опасалась, что тогда её казнят за убийство самого хайнеса. Нарий развил бурную деятельность и заявил, что сопровождающим будет он, чем привёл сестру в замешательство и смущение. Она-то думала, что сопровождать её будет госпожа Пандар. Но та неожиданно поддержала Нария, сказав, что как компаньонка она будет дожидаться её в обществе других компаньонок. И даже сходила и изучила гостиную, в которой соберётся стайка сопроводительниц.

«Скорее уж серпентарий», – вздохнул господин Наэш.

Лирка удивилась. Такую характеристику она была готова ожидать от Ирреса, а не от бывшего хайрена.

«Почти каждая из них мечтает отдать свою подопечную замуж самым достойным и выгодным образом, – пояснил господин Наэш. – Так что это будет встреча самых ярых соперниц».

Теперь госпожа Пандар в Лиркиных глазах была данетием, который с вершины холма изучал расположение вражеского войска и продумывал стратегию дальнейшего боя. Она ей что, жениха искать собралась? Здесь? Среди высокородных? Аппетитов компаньонки Лирка не разделяла. Но против не высказывалась, притворяясь, что ничего не замечает, а сама запоминала каждое распоряжение госпожи Пандар в надежде, что в будущем это поможет избежать расставленной ловушки. Ну и удружила ей Майяри!

В общем, Лирка не разделяла эмоции окружающих в отношении бала и сама ожидала его как необходимость, тяжёлую рабочую обязанность.

В день бала Лирку выдернули прямо с танцевальных занятий на примерку привезённого платья. Примерка – весьма громко сказано! Платье дошивали прямо на ней. Магичка была так обескуражена суетящимися вокруг неё портными, что совершенно потерялась в ощущениях. Даже Иррес не нашёлся с комментариями, закруженный и замороченный. Островком спокойствия была только непоколебимая госпожа Пандар, благодаря которой всю комнату заволок табачный дым.

Когда платье с Лирки стащили, в неё тут же вцепились горничные. Увидев груду нижнего белья, магичка воспротивилась:

– Я не могу это надеть! Если мне потребуется вмешаться как магу, будет не до приличий. Мне из-под подола кружевами щеголять?

– А что, приличнее штанами? – сурово свела брови компаньонка. – Чтобы говорили, что у рода Шхаелый нет денег на приличное бельё для даны?

Этот бой Лирка проиграла. Не смогла подобрать слова для отпора и сдалась на милость служанок, которые отчего-то смущённо посматривали на её крепкое тело и хорошо прорисованные мышцы живота. Ей было невдомёк, что подобные тела дворцовым служанкам доводилось видеть только в окна и украдкой, когда распалённые тренировками стражники рубахи сбрасывали. Ещё и Иррес, взбудораженный нежными женскими прикосновениями, бросал горячие взгляды, пусть и сдобренные знатной порцией Лиркиного раздражения.

Большего неудобства она не чувствовала, даже когда её Викан рядил для задания. Да и там ей всего-то нужно было сыграть чужую роль, а здесь представить себя как дану Лиркаа Шхаелый.

Ханён, который полностью разделял мамино нежелание идти в платье – что может быть шикарнее мундира? – вёл себя очень тихо с самого момента примерки недоделанного наряда. Он просто молча смотрел во все глаза на маму, а потом, когда её разоблачили, остался наблюдать, как платье дошивают на подставке. Выглядел он зачарованным, и госпожа Пандар посматривала на него с понимающей ухмылкой.

Ужас сколько времени требуется на подготовку к балу! Лирка бы ни за что не повторила этот опыт. Пока платье дошивали, горничные вместе с госпожой Пандар перебрали кучу белья, отобрав наконец то, что на их взгляд подходило Лирке больше всего. Лирка же больше всего хотела этими тряпками камин растопить. Она успела пообедать, выгнать любопытного Мхяна, что-то более-менее сдержанно ответить посыльному от Майяри и уже не столь сдержанно – но она старалась – посыльному от Мадиша. На её взгляд, друзья слишком уж переживали, она не в Хоёторский Лес собралась, хотя с удовольствием отправилась бы именно туда, а не на этот проклятый бал.

«Эй, там бывает весело! – попытался успокоить её Иррес. Дух терпеть не мог, когда кто-то кроме него долго пребывал в дурном настроении. – Наэш, подтверди».

Господин Наэш молчал. Ему балы редко приносили удовольствие. Будучи сыном хайнеса, он всегда ощущал себя дичью под восхищёнными взглядами молодых оборотниц.

Уже ближе к вечеру Лирку наконец облачили в наряд. Утомлённые портные осматривали её лихорадочными взглядами и, пока горничные причёсывали её и слегка красили, подправляли что-то то там, то сям, из-за чего у магички появилось стойкое ощущение, что в платье её зашивают.

И вот наступил момент, когда к ней наконец поднесли зеркало. До этого она могла оценить только цвет – тёмно-синий, столь глубокий, что ещё на пару оттенков темнее, и это был бы вдовий чёрный цвет. Левая бровь Лирки невольно дёрнулась.

– Измышлять особо времени не было, так что у Викана совет спросила, – оправдала её подозрения госпожа Пандар. – Зато как ты хотела. Всё закрыто!

Первая мысль – если на балу будет кто-то, кто видел её в образе куртизанки при попытке поймать хоёторцев, он обязательно её узнает. Декольте у платья не было. Узкий ворот проходил прямо над ключицами, а от него ткань собиралась аккуратными складками, которые кокетливо расходились при каждом вздохе на ложбинке между грудями, приоткрывая вид на татуировку-печать, которая не так давно ещё служила для изменения запаха. Лирка в ужасе уставилась на эту прорезь.

– Боги, да тут такая щёлка, что глаз-алмаз нужен, – небрежно отмахнулась госпожа Пандар. – Посмотришь, в чём придут другие, и успокоишься. Там все перси наружу будут.

Магичка сглотнула, проморгалась и продолжила осмотр. Как и в платье, что предложил Викан, рукавов здесь не было. Но имелась полупрозрачная накидка, густо затканная чёрными цветами. Она представляла из себя что-то вроде короткой кофточки, которая набрасывалась на плечи, обволакивала талию и застёгивалась на россыпь крохотных пуговичек под самой грудью. Зато рукава были столь велики, что свисали от узких манжет подобно крыльям.

– Почему нельзя было просто пришить их к платью? – недоумевала Лирка.

– Милая, у мастера и так почти не оставалось времени. Благо, что эта милая вещичка уже была готова, иначе пошла бы без рукавов.

Объяснение госпожи Пандар почему-то не показалось магичке искренним.

Больше всего ей понравилась юбка. Плотная, длинная – сзади даже немного слишком длинная, – но без всяких странностей вроде вырезов, полупрозрачных тканей или деталей, которые можно сорвать одним рывком. Она расходилась в стороны пышной лилией, шуршала нижними юбками и будто перетекала, как вода. Лирка осторожно потрогала ткань и даже испугалась, потому что она и на ощупь походила на воду, которая сейчас утечёт сквозь пальцы.

«Хорошо, что не на голое тело…» – протянул господин Наэш.

«Что так?» – заинтересовался Иррес.

«Любопытные ощущения. Лично мне всегда казалось, что одежда с меня сейчас спадёт и я останусь перед толпой в одних портках».

– Что это? – спросила заворожённая Лирка.

– М-м-м? – госпожа Пандар непонимающе на неё посмотрела. – Ты про ткань? Саша̀х.

– Это… очень дорого?

Лирка чувствовала, что это невероятно дорого.

– Скажешь тоже… – хмыкнула компаньонка. – Я в таком в храм хожу. Моя бы воля, никогда бы девицу на выданье не отпустила на бал в таком.

«Наэш?»

Господин Наэш молчал, и это уже о многом говорило.

– Слышала, тут недавно в моду вошло рисование на лицах цветов. Не хочешь попробовать?

Опомнившись, Лирка мотнула головой. Нет уж, хватит! И без того хорошо. И да, действительно очень хорошо. Горничные замазали желтушные пятна, оставшиеся после синяков на её лице, слегка подкрасили губы и зачем-то затемнили и без того тёмные глаза. С причёской пришлось постараться, потому что бойкие короткие кудри не хотели укладываться. Госпожа Пандар предлагала использовать живые цветы, но Лирка избегала всех излишне женских, на её взгляд, деталей. Волосы закрепили мельчайшими шпильками, подняв их надо лбом и подобрав с шеи. А на голову возложили что-то вроде обруча. Его прислала Майяри, и Лирка не стала отказываться. Как маг она могла оценить ценность камней, которые использовали для украшения, и они тянули только на поделочные. Темно-синего оттенка, они мозаикой закрывали обруч и с внешней, и с внутренней стороны.

Лирка смотрела на себя в зеркало и видела взрослую женщину. Да, немного напуганную, растерянную, но…

Когда-то, ещё только поступив в школу магии, она представляла себе могущественных магинь, уверенных, с тяжёлыми взглядами, пугающе сильных и сейчас видела в отражении женщину, очень похожую на тех, кого она когда-то воображала. И на душе стало спокойнее.

Она выглядела именно как дана рода, как женщина, имеющая вес и статус в обществе, как маг, который уверен в своих силах, а не как испуганная девочка, несуразно смотрящаяся в великолепной одежде.

– Ты такая красивая, – восторженно выдохнул Ханён. – Лучше, чем даже в мундире.

Восторг сына ободрил Лирку больше, чем удовлетворённый взгляд госпожи Пандар. Присев рядом – нижние юбки заскрипели как сугроб, – она притянула сына к груди и поцеловала в щеку, оставив на коже мягкий отпечаток алой краски.

– Ты теперь всегда такая будешь? – с надеждой спросил мальчик.

– Нет, – Лирка покачала головой. – Только сегодня.

– Жаль, – опечалился сын. – Такая ты больше похожа на себя, чем прежняя.

Растроганная Лирка притиснула Ханёна сильнее.

– Ты сейчас вся изомнёшься. Хватит, тебя там уже Нарий ждёт, – поторопила её госпожа Пандар. – Вот, не забудь перчатки. Смотри, не снимай их. Это не принято.

Отпустив сына, Лирка неохотно выпрямилась и приняла перчатки. Те текли в руках, как и ткань платья, и женщина с некоторой неуверенностью натянула их. Посмотрела ещё раз на себя в зеркало, выпростала из-под рукава серебряный брачный браслет и, неуклюже подхватив юбки, двинулась на выход.

Нарий, ожидавший в коридоре, оторопело и совершенно беззвучно распахнул рот, уставившись на неё.

– Тём… Боги, Лиркаа, ты… – не в силах подобрать слова он просто развёл руками. – Я никогда тебя такой не видел. И если честно, даже представить не мог… – он потянулся к своим переплетённым волосам, но вовремя отдёрнул руку. – Ты можешь в этом идти?

Лирка облегчённо вздохнула. Восторг Нария тоже согрел душу, но как же хорошо, что он за этим прекрасным образом видит и её саму с её скромными возможностями.

– Пока не очень, – призналась она, цепляясь за подставленный локоть. – Мне кажется, я теперь вешу в два раза больше.

– Это ещё немного, – игриво заметил вредитель. – Какая у меня прекрасная сестра, мне все обзавидуются.

– Мой брат тоже хорош!

Нарий действительно прекрасно выглядел и в мундире, украшением которого служили три медали, кровью заслуженные в Хоёторе.

– Нам не нужно идти быстрее? – Лирка обернулась на госпожу Пандар.

– Пока все только собираются, – успокоил её Нарий. – Не торопись. Мы успеем дойти до того, как приедут самые влиятельные гости, и наше появление останется ими незамеченным. Возможно, даже обойдёмся без пересудов.

– Давай всё-таки поторопимся. Чем меньше народа заметит наше появление, тем лучше.

– Если ты навернёшься с лестницы, наступив на подол, то станешь предметом разговоров на весь вечер, – весело предрёк Нарий. – Не спеши.

Лирка уступила. Пока они добирались до зала, она немного освоилась с юбками и уже чувствовала себя более уверенно. Госпожа Пандар отстала от них перед дверями, но пообещала, что явится, если что-то произойдёт. Стоящий у дверей оборотень в богатой ливрее дождался, когда они представятся, и махнул рукой лакеям. Те тут же распахнули створки, пропуская распорядителя и следующих за ним Нария и Лирку.

– Дана Лиркаа Шхаелый и Нарий Шхаелый! – объявил он так громко, что магичка едва не впала в ступор.

Собравшихся в ярко освещённом и богато убранном зале действительно было ещё немного, но почти все взоры устремились на вновь прибывших. Нарий вскинул голову и распрямил грудь, а вот Лирка вдруг потупилась. Не смогла совладать с собой под перекрестьем стольких взглядов. Сердце забухало в груди, и ей захотелось уйти. Просто развернуться и уйти прочь от этой роскоши, от этого великолепия, от этого света.

– Всё хорошо, – одними губами прошептал Нарий. – Не смотри на них. Смотри на цветы.

«Хочешь, я пройду?» – предложил Иррес.

Лирке стало стыдно за трусость, и она вскинула голову, выискивая эти самые цветы. Зал был богато убран цветами, но её мечущийся взор упал на огромную вазу, возвышавшуюся на постаменте на сажень над полом. Она была полна невероятно прекрасных белых цветов, чьи длинные лепестки будто трепетали на невидимом ветру.

– Ступеньки, – предупредил Нарий.

Лирка и так одной рукой уже вцепилась в подол, поэтому лишь слегка потянула его, приподнимая. Она чувствовала, как платье сзади стекает за ней, будто затирая её следы, и сосредоточилась на этих ощущениях. Она не слышала чужих голосов, не видела ничего, кроме роскошных цветов, и старательно сосредоточивалась только на Нарие.

– Отлично, – сказал тот и пошутил: – Мы не стали темой вечера, ты прекрасно справилась.

И Лирку отпустило.

Тут же в уши ворвался сдержанный гомон, звон бокалов и тихая музыка, которую она не заметила в самом начале. Отрывать взгляд от букета она пока не рисковала, решив сперва успокоиться чуть больше. Боги, в Арван-Ё второй раз идти было не так страшно!

– Нарий? – послышался чуть удивлённый мужской голос. – Не ожидал тебя здесь встретить.

Под пальцами Лирки мышцы Нария ощутимо затвердели, но на голосе это никак не отразилось.

– Представь себе, я тоже удивлён, – вполне добродушно отозвался он. – Не думал встретить здесь никого, кроме самого сарена.

Повисло молчание.

«Посмотри на него», – поторопил любопытный Иррес.

Но Лирка опасалась, что тогда придётся участвовать в чужом разговоре.

– Что за прекрасная особа с тобой? – вполне любезно спросил незнакомец.

– О, позвольте вас представить. Дана, это Ера̀н Шолый. Вы наверняка слышали о семье Шолый.

Лирка удивлённо на него посмотрела. Нарий беспечно улыбался, будто это не он только что встретил бывшего родственника.

– Еран, это моя сестра, дана Лиркаа Шхаелый.

Пришлось повернуться. Лирка стояла к незнакомцу левой стороной и успела заметить заинтересованность, с которой тот осматривал её. Но лицо его мигом закаменело, стоило ей посмотреть ему в глаза.