Текст книги ""Фантастика 2026-153". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Александр Сухов

Соавторы: Жорж Бор,Екатерина Гичко,Павел Смолин,Антон Щегулин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 179 (всего у книги 358 страниц)

Глава 53
Нет врага страшнее пьяного

– Они вроде бы сперва просто ели и болтали, – Рладай на ходу делился с хареном деталями прошедших дня и вечера, – а потом вдруг захмелели.

Мужчины стремительно завернули за угол, до полусмерти напугав выскочившего им навстречу габаритного мужика.

– Охрана попыталась чинно и мирно отвести их домой, но господин Шидай разбушевался, мол, посидеть нормально не дают. Столы начал опрокидывать, на посетителей бросаться… А тут ещё и госпожа Майяри со своими силами! Всех раскидала, посетители разбежались, только наши остались да хозяин с прислужниками.

Ранхаш поджал губы. Ну Шидай! Сам нажрался и девчонку напоил. Вот он как знал, что нельзя их отпускать!

Улица перед таверной оказалась на удивление пустынной для этого времени суток, и харен предположил, что виной этому не только мороз, но и засевшие внутри дебоширы.

Таверна встретила их угрюмым молчанием и разгромом. Поломанные столы и стулья валялись то тут, то там, под потолком одиноко маячил бледный светляк – канделябр с разорванной цепью валялся на полу среди обломков, – охрана сидела под прикрытием завалов у двери и окон, а возмущённый хозяин непоколебимо высился за стойкой.

Сами дебоширы расположились у стеночки за единственным уцелевшим столом и вели душевные беседы.

– Она ж обещала больше не соваться к нам! – негодующе потряс кулаком Шидай и этим же кулаком грохнул по столу, вляпавшись с блюдо с остатками лука. – Типа ты, мой родной, женишься, и я исчезаю из жизни твоей аки мираж. Не, он, конечно, брыкался! Ему тогда лет восемьдесят было, но совсем недавно… когда это было? Двадцать лет назад? Да не важно! Короче, взбрело ему в голову, что действительно пора жениться, но вот кандидатки, что эта змеища подсовывала, вообще ему не нравились. А вот Лоэзию увидел – понравилась. Ну ты её сама знаешь, – Шидай широко улыбнулся и многозначительно поиграл бровями.

– Одобряю, – девушка, сидящая посреди стола, как главное блюдо среди закусок, закивала головой и едва не сверзилась вниз под её тяжестью.

– Сколько они выпили? – уточнил Ранхаш.

– Госпожа – полбутылки лёгкого ягодного вина, а господин – бутылку и пять кувшинов дики.

– Шестой пьёт, – шепотом уточнил один из охранников.

– Зачем ему дали шестой⁈ – так же шёпотом возмутился Рладай.

– Хозяин хочет сохранить хотя бы стены с крышей.

– А я не одобряю! – Шидай бахнул по столу кувшином, который он явно перепутал со стаканом и теперь прихлёбывал из него свою обожаемую дику. – Ранхаш же… он же… – лекарь взмахнул рукой, не находя слов, чтобы описать воспитанника, но потом всё же нашёл: – Он же такой ранимый, чувствительный, у него сердце такое мягкое, – зачарованно его слушающая Майяри утёрла заслезившийся глаз. – Ему нужен тот, кто будет держать его в ежовых рукавицах и строго контролировать всю его жизнь! Как я! – Шидай гулко ударил себя в грудь.

Девушка осоловело хлопнула глазами, посмотрела в потолок и, улыбнувшись, выдала решение:

– Давайте отдадим его Мадишу!

– Ты чё? – Шидай укоризненно замахнулся на неё кувшином. – Он старый!

– Да я не про Мадиша, а про Мариша… тьфу! Наоборот!

– А-а-а, – лицо лекаря просветлело от понимания, а Майяри расплылась в мечтательной улыбке.

– Он завернёт харена в шкуру белой лисы и притащит к себе домой… Это у них семейная традиция. Харен его родителям понравится, харен вообще завидный жених. Из семьи Вотых! – девушка наставительно подняла палец к потолку. – Папа у Мадиша строгий и брат… О, брат! – глаза Майяри вдохновлённо округлились. – У Мадиша есть брат-близнец, а он ещё лучше! Сознательный, серьёзный, в тюрьме работает. Им с хареном будет о чём поговорить.

Рладай сочувственно посмотрел на господина. Ранхашу же было даже любопытно, до чего дорешаются эти две пьяни: может, и сам хайнес станет достойным быть его «невестой»?

– Ну я не знаю… – с сомнением протянул Шидай. – Я с этим братом не знаком.

– А если этот… как его… – девушка мучительно сморщила лоб. – Ну этот… такой… А, Р-р-р-рладай!

Оборотень смертельно побледнел, медленно повернул голову и вздрогнул, столкнувшись с пристальным взглядом харена.

– У меня невеста есть, – зачем-то соврал мужчина.

А Шидай и Майяри в это время вдохновлённо перечисляли его достоинства.

– Умный, красивый… ну почти, – девушка загибала пальцы.

– Молчит, когда нужно, покладистый, заботливый, – продолжил список лекарь.

– Ты справа, я со спины, – распорядился харен и первым двинулся к нажравшейся парочке.

– О, господин Ранхаш, – растрёпанная и раскрасневшаяся Майяри встретила оборотня радостной пьяненькой улыбкой и попыталась распрямить свёрнутые кренделем ноги.

Шидай тут же развернулся.

– Сын! – прогрохотал он так громко, что вздрогнул даже хозяин на другом конце зала.

Поднимающаяся на ноги Майяри прищурилась и подозрительно присмотрелась к оборотню.

– Сын? А так на харена похож…

– Балда, – снисходительно окрестил её Шидай. – Это он и есть, мой сынок!

Майяри наконец выпрямилась, наступила в тарелку с мясной нарезкой и, коротко вскрикнув, навернулась со стола. Рладай едва успел поймать её.

– Ха-ха-ха, – девушка расхохоталась и, вскинув вверх правую ногу – подол аж до панталон задрался, – откинула назад голову и раскинула руки в разные стороны, едва не въехав Рладаю по лицу.

– Госпожа, – укоризненно пробормотал тот, – я вас сейчас уроню.

– Йу-у-у-у!! – завопила та во всё горло. – Господин Шидай, а вы эту песню знаете? Я слышала её в одном сумеречном поселении.

Пили дику мужики,

Пили, ели, дрались.

А потом…

Песня оборвалась, и девушка, откинув голову назад, вопрошающе уставилась на лекаря.

– Там что-то про девок было.

– Не, я не знаю, – отмахнулся Шидай.

А вот Ранхаш знал и помрачнел ещё сильнее.

– О, смотрите, Тёмный дух! – Майяри восхищённо ткнула Рладаю в лицо.

Тот поморщился и ещё раз попросил:

– Госпожа, аккуратнее. Я могу вас не удержать.

– Ты дух! Ты удержишь! Я слышала, духи держат не только лапами, – оборотень почти оскорблённо посмотрел на неё, – но и… – девушка осеклась и озадаченно нахмурилась. – Ну этим самым, что между ног.

Таверну наполнил многоголосый кашель, а сам «дух» изумлённо распахнул рот. Девушка в затруднении посмотрела на лекаря, и тот мгновенно подсказал:

– Хвост!

– Да, хвост! – обрадовалась Майяри.

Кашляющие смущённо потупили взоры.

– А ещё крылы! – добавила девушка.

– И они тоже растут между ног? – скептически уточнил Рладай, пытаясь поудобнее перехватить изворачивающееся тело.

– У кого как, – отозвалась донельзя довольная Майяри, а затем вдруг посерела и тихонечко пожаловалась: – Меня укачивает…

Оборотень поспешил поставить её на ноги.

В это время до харена как раз добрался хозяин таверны. Угрожающе сложив руки на груди, оборотень двинулся на господина Ранхаша, но тот ответил невозмутимым взором, что несколько поубавило решимость мужчины.

– Так вы его сын⁈ – рявкнул хозяин, указывая на Шидая.

Тот как раз поднялся и, пошатываясь, добрался до Ранхаша, чтобы повиснуть на его плечах.

– Сыночек…

– За разгром заплатят, и утром я пришлю оборотней, которые помогут вам восстановить помещение, – холодно ответил Ранхаш на ещё невысказанное требование, и хозяин растерянно захлопал глазами. – Благодарю, что позаботились о моём отце и…

– … возлюбленной! – на всю таверну продекламировал Шидай.

– … помощнице, – вяленько вторила ему Майяри.

– … воспитаннице, – невозмутимо закончил харен.

Хозяин растерялся ещё больше и отступил.

– Так, домой оба, – Ранхаш наградил пьяниц суровым взглядом.

– Ну что так быстро, – поморщился Шидай. – Мы ещё даже не захмелели и…

– … до зелёных драконов не допились, – не удержался кто-то из охраны.

– Драконы! – поскучневшая Майяри вновь порозовела и воодушевилась.

– Где их одежда? – интересовался Ранхаш.

– Эй, Рика, – позвал хозяин, и из двери, ведущей на кухню, вынырнула подавальщица, держащая в охапке вещи Шидая и Майяри.

– О, красотка! – обрадовался ей лекарь. – Я сразу подметил, что ты лапушка. За сына моего замуж пойдёшь?

Девушка хохотнула и игриво шлёпнула мужчину по руке.

– За сына нет, больно он у вас суров.

– А за меня? – голос пьяного Шидая поменялся, став более глубоким, соблазняющим.

– А за вас можно и подумать! – весело отозвалась подавальщица и ловко вывернулась из пьяных рук лекаря.

Тот было двинулся за ней, но был отловлен за воротник сыном и отягощён скучнейшим занятием в мире – натягиваем полушубка. Оно его настолько утомило, что из таверны мужчина уже выходил, едва волоча ноги и наваливаясь на плечи Ранхаша.

– Эй, Майяри, а ты бы за меня замуж вышла? – полюбопытствовал лекарь.

Девушку как можно почтительнее выводил на улицу Рладай.

– Нет, – решительно отвергла предлагаемую кандидатуру Майяри.

– Почему? – расстроился Шидай.

– Мой муж будет большим и надёжным. Как Эдар, – припомнила Майяри друга. – Он умный, способный и за ним спрятаться можно.

– А за мной нельзя?

– Неа, вы качаетесь.

– Ранхаш, ты слышал? – плаксиво протянул лекарь.

Тот поморщился. От отца пахло крепкой выпивкой и рыбой, которую тот просто обожал. Оба запаха были не самыми приятными.

Оказавшись на улице, Майяри неожиданно вырвала свой локоть из пальцев Рладая и припустила по улице, радостно вопя во всю глотку. Оборотень, помянув Тёмных, бросился за ней, но госпожа, к его удивлению, оказалась быстроногой.

– Жизнь, я тебя люблю! – вопила девушка к полному обалдеванию охраны, даже Ранхаш приоткрыл рот от изумления.

Сделав кружок, Майяри остановилась посреди улицы и, раскинув руки в разные стороны, щедро предложила:

– А хотите я вам что-нибудь про себя расскажу? Прям всё-всё расскажу.

– Идите сюда, – мрачно велел харен.

– Нет, вы сперва что-нибудь спросите, – упёрлась девушка.

– Госпожа, – раздражённо процедил Ранхаш, но Майяри капризно топнула ножкой.

– Спросите!

– Хорошо, – сквозь зубы процедил харен, которого этот балаган уже начал доставать. – Напомните, как вас зовут?

– Майяри, – девушка расплылась в широкой улыбке.

– И что означает ваше имя?

Пьяную девушку ни капли не озадачил каверзный вопрос. Наоборот, она заулыбалась ещё шире и с гордостью ответила:

– Майяри означает меня!

Ранхаш мрачно посмотрел на неё. И вот из-за этого стоило так настаивать?

– Идите сюда.

В этот раз девушка послушалась и бегом бросилась к нему. Полной неожиданностью для харена стало то, что она крепко его обняла и прижалась к нему всем телом.

– Поцелуй его, – подначил Шидай, и, прежде чем Ранхаш успел сообразить, Майяри смачно чмокнула его в щёку.

– Э-э-э, кто так целует? – возмутился лекарь. – Смотри, как надо.

И, сложив губы, трубочкой потянулся к лицу воспитанника. Тот едва успел прикрыть его рот рукой.

– Прекрати!

– У-у-у, злой!

Майяри попыталась сбежать, но Ранхаш успел обхватить её одной рукой за талию и опять притянуть к себе. Лицо девушки уткнулось ему в шею, и она начала заинтересованно к ней принюхиваться. Настолько заинтересованно, что Ранхаш сам невольно понюхал Майяри и отметил, что пахнет она приятнее Шидая: сладким ягодным вином и копчёным мясом. Сопение под его ухом затихло, кожу обдало влажное дыхание, и неожиданно в его плечо впились зубы. Харен аж пошатнулся. Майяри тем временем задумчиво пожевала его плечо, куснула чуть выше и размашисто лизнула мужчину в шею. По спине побежали полчища мурашек. Шидай, расположивший подбородок на голове сына, умилённо поинтересовался:

– Вкусный?

– Солёненький, – снисходительно отозвалась Майяри.

– Господин, карета уже едет, – поспешил подбодрить побледневшего харена Рладай. – Может, подержать кого-нибудь?

Ранхаш растерянно моргнул и не очень уверенно отказался от помощи:

– Не стоит.

К тому моменту, когда подъехал экипаж, пьяницы уже успокоились. Шидай мирно спал, устроив подбородок на голове харена, Майяри тоже дремала, прижавшись щекой к груди господина Ранхаша. Сам же господин Ранхаш был похож на статую самому себе: мрачную и обещающую большие неприятности.

Наверх сонных дебоширов Ранхаш и Рладай затаскивали вместе под весёлое аханье Ывашия. Сгрузили их сперва в одной спальне, Рладай даже успел пожелать харену спокойной ночи и уйти вместе с домоправителем. Но после того как Шидай начал помогать Майяри снимать платье, Ранхаш осознал, что оставлять их вместе в одной постели в таком состоянии будет большой ошибкой, и попытался унести Майяри в другую комнату. Девчонка закатила детскую истерику с брыканиями, и застонавший от отчаяния оборотень опять бросил её на кровать и сам свалился между ней и отцом.

– Лежать на месте! – холодно велел он.

Несколько минут пьянчуги действительно вели себя тихо. Затем с подушки приподнялся Шидай.

– Тс-с-с, Майяри, ползи сюда. Я тебя целоваться научу.

– На месте лежать! – рявкнул Ранхаш, и доставшая его парочка смиренно вытянула ноги и сложила руки на груди.

Уже через четверть часа задёрганный харен даже не возмутился, когда сонная Майяри прижалась к нему и завинтилась затылком под мышку. Не возмутился он, и когда Шидай забросил ногу на его бёдра и зашарил рукой по груди. Пробормотав что-то про плоскодонок, лекарь наконец затих и засопел на ухо Ранхашу. Тот не возмутился, только устало уставился на потолок, надеясь, что эти двое действительно уснули.

Недавнее происшествие с тёмным хаги теперь казалось всего лишь сном, причём не самым страшным.

Глава 54
Суровая реальность трезвеющего

В теле царила потрясающая лёгкость и расслабленность. Просыпающейся Майяри казалось, что она нежится на самой прекрасной из кроватей, под её щекой приминается мягчайшая подушка, а тепло, ощущаемое с левого бока, было самым ласковым теплом на свете. И поза, в которой она так сладко спала, была самой удачной позой для сна. Не хотелось шевелиться, открывать глаза и просыпаться, но разум постепенно прояснялся и слух начал улавливать умиротворяющие утренние звуки: щебет птичек на улице, лёгкое шуршание вишнёвых ветвей, тихий-тихий скрип половиц из коридора и сонное сопение. Эти звуки убаюкивали ещё сильнее.

Кажется, они вчера с господином Шидаем куда-то ходили, ели там и даже пили. Наверное, поэтому она и не помнит, что там происходило после их душевного разговора. Майяри разрешила себе не волноваться. Вот она ещё немного полежит, понежится, позволит себе побыть расслабленной, а потом проснётся и опять запустит в свою жизнь проблемы и беспокойство. Но потом, потом…

Странно только, что господин Шидай не обнимает её, как обычно. Это же он спит рядом? Майяри лениво приоткрыла левый глаз – правый был закрыт подушкой – и осмотрела лежащего рядом мужчину. Взгляд её заинтересованно скользнул за распущенный ворот рубашки и опустился ниже. Руки её соседа по кровати были сложены на груди и правой ладонью он беззвучно похлопывал себя по плечу левой. Майяри зачарованно проследила, как поднимается и опускается рука, и взор её зацепился за знакомые шрамы. Ладонь в очередной раз поднялась, и девушку словно кипятком ошпарили. Умиротворённо стучащее сердечко метнулось в грудной клетке, и Майяри уставилась на лицо мужчины.

Господин Ранхаш не спал. Лежа на спине, он, прищурившись, смотрел в потолок и, казалось, терпеливо поджидал её пробуждения. Шевеление рядом он почувствовал сразу же и медленно повернул голову, чтобы столкнуться с испуганным взглядом девушки.

– Как я рад, что вы проснулись, – жёлтые глаза многообещающе прищурились.

Желудок сжался, и Майяри, судорожно сглотнув, с трудом приподняла голову – лежала она на животе – и посмотрела, нет ли кого-нибудь по другую сторону от харена. Левая половина постели была смята, но пуста. Она спала с господином Ранхашем в одной постели? Только с ним одним? Кровь кипятком прилила к шее, наползла на щёки и осветила уши.

Майяри никогда не считала себя особенно стеснительной. Порой ей бывало неловко или стыдно, но это был далеко не первый раз, когда она ложилась спать рядом с мужчиной. На практике, когда она училась в Санаришской школе магии, ученики чаще всего спали на свежем воздухе и девушек мастера раскладывали между парнями. Последние-то горячие, а у девчонок вечно руки и ноги как лёд. Первый раз Майяри такой ночлег показался настоящей дикостью, но, проснувшись утром в объятиях Виидаша, девушка поняла, что ничего неприятного или особо постыдного в этом нет. Зато тепло-то как!

Но сейчас всё было иначе. Одна мысль, что она провела ночь в одной постели с выдержанным хареном, для которого приличия не пустой звук, заставила почувствовать ужас. Они уже делили вместе комнату, но тогда она хотя бы помнила, что происходило. А сейчас… Майяри опять сглотнула.

Как-то старейшина заподозрил, что она задумала очередной побег. Майяри всегда умела хорошо держать свои планы при себе, даже побои не могли вытянуть из неё правду. Но дед знал её слабое место: в бреду она могла рассказать что угодно. Нужно было просто довести её до неадекватного состояния, например, подпоить. В тот раз Майяри очнулась на вершине горы, куда могли попасть только оборотни-птицы. Рядом лежал Борий в своём зверином облике с выщипанным хвостом и придавленный камнем к земле.

Пить ей запретили под страхом смерти.

Так что же она сотворила этой ночью?

– Отпустите меня, – потребовал харен.

Майяри посмотрела на него с удивлением и непониманием: она вроде бы его и не держит. Оборотень молча шевельнул бровями, указывая куда-то вниз, и девушка, опустив глаза, обнаружила, что длинная шикарная серебристая коса харена намотана на её руку, а на кончике этой косы она совсем недавно с таким блаженством почивала. Майяри торопливо освободила мужчину, и тот тут же сел. Девушка тоже поспешила подняться и отползти к краю кровати.

Беспокойство её только усилилось, когда она обнаружила, что платье её расстёгнуто до самого пояса, благо нижняя рубашка целомудренная, хоть и с кружевным воротом, один из чулок стянут с ноги и теперь волочился за ней подобно длинному хвосту, а второго не было вовсе. Украдкой осмотревшись, Майяри едва сдержала стон: пропажа висела на дверной ручке.

– Я плохо себя вела? – рискнула она спросить у харена.

– Отвратительно, – не стал врать тот.

Он пережил весьма волнующие моменты, когда, проснувшись ночью от копошения рядом, обнаружил, что девушка почти вылезла из своего платья и, хныкая, что ей жарко, стягивала с себя чулки. Дело она не закончила и, вымотавшись, плюхнулась обратно, чтобы через несколько секунд вцепиться зубами в его косу. У Ранхаша появилось крепкое подозрение, что Майяри не только хаги, но и оборотень. И эти подозрения только окрепли, когда она, облизнувшись, с ухмылкой поведала ему, что он такой вкусный и она съест его целиком, так что пусть боится её. Увы, почему-то это прозвучало не пугающе, а возбуждающе.

– Ну вы же не позволили себя обидеть? – с надеждой спросила Майяри.

Ранхаш мрачно посмотрел на неё и повёл шей из стороны в сторону, разминая её. Ворот распахнулся чуть шире, и девушка с леденящим душу ужасом отметила синее пятно в том месте, где шея переходила в плечо.

– Я подралась с вами⁈

– Нет, – раздражённо отозвался Ранхаш, который ещё не знал, какое украшение расцвело на его теле.

Девушка едва сдержала вздох облегчения. Значит, это не она.

– Вы ничего не помните? – предположил харен. Дождавшись осторожного кивка, Ранхаш недовольно протянул: – Вы доставили очень много проблем.

– Простите, – Майяри покаянно опустила голову.

– Разнесли таверну, пели неприличные песни, приставали к охране, – Ранхашу захотелось немножко отомстить, и он слегка приукрасил реальность, – и с воплями бегали по улицам города.

– М-мне очень стыдно, – искренне выдохнула Майяри, надеясь, что приставала она только к охране.

– Тс-с-с, Ранхаш, – раздалось досадливое шипение, и над краем постели появились плечи и голова лекаря.

Майяри аж покачнулась от облегчения. Так они не одни!

Шидай, морщась, с удивлением осмотрелся и затем вопросительно взглянул на Ранхаша.

– Ты сам упал, – ответил тот.

– Мог бы и поднять, – прокряхтел лекарь. – Ох, моя спина…

Мужчина потянулся, и позвоночник его угрожающе захрустел.

– О боги… Не слушай его, Майяри. Хорошо мы вчера погуляли, а из разгрома там поломанные столы всего лишь. Я-то всё помню! Ой, Майяри, – лекарь неожиданно захохотал, – мы вчера с тобой Ранхаша едва замуж за Рладая не отдали.

Глаза Майяри расширились. Зачем? Они же оба мужчины! Тёмные, и почему она никогда ничего не помнит⁈ Даже обидно стало.

– Припомни ещё, как ты пытался научить её целоваться. И меня заодно, – холодновато посоветовал Ранхаш.

– Ну прости, дорогой, перебрал, – губы Шидая расползлись в ехиднейшей, но совершенно не раскаивающейся улыбке. – Зато как душевно вышло, а? Майяри, помнишь, как Ранхашем закусывала?

Харен словно окаменел. Девушка растерянно хлопнула глазами, взгляд её опять зацепился за синяк на шее мужчины, и в желудке стало нехорошо. Волнительно как-то.

– Всю шею ему погрызла, – продолжал веселиться лекарь. – Ещё и облизала.

Майяри пристально уставилась на харена, и тот, не глядя на неё, досадливо закусил губу. Сердце ухнуло в пятки.

– Простите, господин, – девушка едва не распласталась на кровати лицом вниз.

– Ну вряд ли он сможет… – в голосе господина Шидая прозвучало что-то ехидное.

Но господин Ранхаш спорить не стал.

– Вряд ли.

Взгляд опять скользнул по синяку на шее, Майяри невольно отметила его синеву и попыталась представить, как впивается в шею харена. Картинка вышла откровенно жуткая.

– Простите, – ещё раз выдохнула девушка. – Этого больше не повторится, – харен почему-то опять закусил губу. – Больше и капли в рот не возьму. И никогда никуда с господином Шидаем больше не пойду.

– Майяри! – обиженно встрепенулся лекарь.

– Здравая мысль, – поддержал её Ранхаш.

– Ну и замечательно, будешь теперь всю жизнь некусаный ходить, – мстительно протянул Шидай.

Резко повернув голову, харен строго посмотрел на опекуна, одним взглядом призывая его держать язык за зубами. Но на глаза того наконец попался синяк на шее воспитанника, и оборотень ошеломлённо распахнул рот.

– Ого! – хохотнул он. – Вот это тебя расцветило!

Майяри посчитала момент очень удобным для отступления и осторожненько сползла с кровати. Но харен, к несчастью, отличался хорошим слухом, и его недовольный взор тут же вперился в девушку.

– Куда?

– В школу, – чуть слышно отозвалась девушка.

– Никакой школы, – разрушил все её радужные надежды на побег харен. – По легенде вы истощены после боя и встать не можете с постели.

– Хех, – Шидай ехидно хмыкнул, – по-моему, эту легенду мы вполне успешно разрушили ещё ночью.

– Наоборот, – лекарь удостоился колкого взгляда. – Очевидцы вашего ночного буйства очень удивятся, если она после такого будет в состоянии подняться. Тем более уже полдень.

Тёмные, ещё вчера она думала, что хуже быть не может! Вроде бы хуже действительно не стало, но отчего-то невероятно сильно хотелось утопиться. Подавив разочарованный вздох, Майяри опять забралась на постель и постаралась как можно незаметнее стянуть мешающий чулок.

– Вот вместо того чтобы похвалить нас, он ещё и ругается, – поморщился Шидай и наконец-то поднялся на ноги. Спина его опять захрустела, и мужчина охнул.

Ранхаш наградил его промораживающим взглядом, явно не понимая, за что это он должен хвалить двух пьяниц. К нему теперь наверняка прицепится глава городского сыскного отдела, мол, ваша воспитанница не такая уж и полумёртвая, как вы говорили. Вряд ли он забыл оставить своих подчинённых для слежки за домом начальника.

– Мы, между прочим, решали острые и спорные вопросы, что появились между нами. У тебя это, кстати, не получилось, – Шидай с укором наставил палец на сына. – А вот мы с Майяри нормально и спокойно поговорили и пришли к компромиссу. Она от твоего давления была так взвинчена, что подумывала о побеге, ей нужно было расслабиться.

Майяри опустила взгляд и смиренно сложила ладони на коленях.

– Когда она о нём не думала? – недовольно бросил Ранхаш.

– Уже довольно давно не думала, – с достоинством ответила девушка.

– Это ты у нас параноик, – не постеснялся в обвинениях Шидай. – А мы и о прошлом поговорили, и настоящее обсудили, и Майяри согласилась, что мы с тобой без неё пропадём.

Ранхаш обескураженно посмотрел на отца, а девушка втянула голову в плечи. Ну господин Шидай! Язык у него без костей! Хуже Мадиша!

– И что ты рассказал? – напряжённо уточнил харен.

– Всё! И про наше с тобой знакомство, и про причины, по которым это знакомство произошло…

Ранхаш искоса посмотрел на Майяри. Девушка ответила виноватым взглядом, но поспешила опустить глаза, уставившись куда-то ниже его подбородка, и на её лице появилась что-то вроде сожаления или сочувствия. Оборотень стиснул зубы с такой силой, что заныли скулы.

– Не стоит беспокоиться, госпожа, – едва слышно произнёс он, – умирать я не собираюсь.

Вскинув голову, Майяри удивлённо посмотрела на него.

– Можете идти, – отпустил её Ранхаш.

Повторять дважды не пришлось. Девушка моментально соскочила с кровати, подобрала чулки и выскользнула за дверь так быстро, что сквозняк поднялся. Перина под Ранхашем слегка промялась, на плечи навалился Шидай и его же шёпот обжёг ухо:

– А про это я ей не говорил, хе-хе-хе. Сам как-нибудь расскажешь, – лекарь похлопал харена по спине.

Рванувшись вперёд, Ранхаш сбросил Шидая со своих плеч и раздражённо зашипел, чувствуя себя так, словно бы его обвели вокруг пальца.

– А чего ты так расстроился? – растрёпанный лекарь весело приподнял брови. – Ну узнала бы. И что с того?

Ранхаш не стал отвечать. Встал с кровати и, подойдя к зеркалу, всмотрелся в своё отражение. В глазах действительно светилось раздражение. Опустив веки, он попытался нащупать внутри такое необходимое спокойствие, но память раз за разом выдавала картинки последних дней и умиротворение оборачивалось злобно рычащим драконом. Столкновение с тёмным, расстроивший мужчину разговор с Майяри, визит матери…

– Как много ты ей рассказал? – наконец спросил он у Шидая.

– По большому счёту почти всё. Утаил только это и… некоторые нюансы моих взаимоотношений с Менвиа, – признался лекарь.

– Отлично, – одобрил последнее Ранхаш. – Майяри в её возрасте рано знать о таких вещах.

– Что-то мне подсказывает, что о таких вещах она знает не меньше твоего, – пробормотал Шидай и простонал: – О боги, как голова раскалывается… Как же я завидую порой молодёжи!

Не знает. Почему-то мысль, что Майяри могла знать о нём такое, выводила Ранхаша из равновесия. Ему бы не хотелось, чтобы она знала. Открыв глаза, оборотень мрачно посмотрел на себя. В распахнутом вороте рубашки чернел край татуировки.

Заметив, куда направлен взгляд сына, Шидай устало потёр глаза.

– Дурак ты, Ранхаш, – без обиняков заявил он. – Майяри это не оттолкнёт. Пользуйся моей многовековой мудростью, пока делюсь. Нормальные женщины жалостливы, и это порой можно использовать себе на благо.

– Не надо меня жалеть, – сквозь зубы процедил Ранхаш.

– Ду-би-нуш-ка! – протянул Шидай, плюхаясь на постель.

Сын проигнорировал его, заметив какое-то странное пятно на шее. Повернув голову набок, Ранхаш склонился ближе к зеркалу и потрясённо распахнул глаза.

– Что это?

Шидай лениво приоткрыл глаза и, вдоволь налюбовавшись поражённым лицом сына, прекрасно видимым в зеркале, с удовольствием пояснил:

– А это, мой дорогой, засос. Хотя нет, в твоём случае закус – проявление величайшей гастрономической любви! По крайней мере, сожрать тебя точно хотят.