Текст книги ""Фантастика 2026-153". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Александр Сухов

Соавторы: Жорж Бор,Екатерина Гичко,Павел Смолин,Антон Щегулин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 320 (всего у книги 358 страниц)

Глава 46
Столкновение с Сумеречным Хайнесом

Уставшая Лирка едва не застряла в лазе и даже хотела там немного посидеть, привалившись лбом к каменной кладке забора, но стороживший ход оборотень поторопил её, чтобы она ненароком не привлекла чужого внимания. А то лаз придётся заделывать и новый пробивать.

Оказывается, сопровождать хайнеса – дело весьма утомительное даже для закалённого вылазками на хоёторскую сторону оборотня. Лирка бы уж лучше несколько часов побегала по Лесу. Право, нервы точно целее будут!

Сильнейший будто хотел успеть везде! Лирка понимала, что у правителя такой огромной страны великое множество обязанностей. Но понимать и видеть, как он с ними справляется, – немного разные вещи. Они сегодня встретились с добрым десятком оборотней, занятых управлением различных служб. Помотались по городу, заехали в тюрьму, метнулись в суд – и какую же встряску устроил там господин Узээриш! – вернулись во дворец, чтобы принять каких-то высокопоставленных граждан, ожидавших аудиенции. Потом Саврий заперся с господином в кабинете, и они принялись решать важные вопросы, и Лирка слышала что-то про «указ» и «приказ». И всё это быстро, энергично и с задором! Как у него только сил хватает? Сама Лирка ужасно нервничала и переживала, что сделает что-то не так или что-то просмотрит. Благо Саврий порой ей тихонько подсказывал, как вести себя в обществе тех или иных оборотней, а подчинённые господина Аризея иногда приближались, чтобы привлечь её внимание к чему-то подозрительному.

Об обеде Сильнейший даже не попытался вспомнить. Он и Саврий так и бегали голодными, а с Лиркой поделились хлебом и мясом товарищи по несчастью – охранители сиятельной монаршей особы. Ещё и Иррес постоянно ныл, потому что ему было скучно сидеть в подсознании, и походил на капризного ребёнка.

А Лирке так хотелось посидеть в укромном месте и переварить разговор с господином Иерхаридом!

Не дойдя до дома, женщина устало опустилась на скамейку и со стоном размяла шею. Вряд ли можно придумать что-то хуже службы во дворце. А она ещё думала, что служба в приграничье опасна и сложна! Ха! Лирка почти скучала по Лесу, в котором было куда спокойнее. Нужно просто знать определённые правила. Во дворце же и знание правил не спасает.

«Ни дня не буду работать, когда стану опять бессмертным и свободным!» – Иррес плевался от отвращения к условностям смертной жизни.

«От скуки же взвоешь», – предрёк господин Наэш.

«Мне скучно не будет. Да и разве ваша работа развеивает скуку? Я чуть от тоски не сдох! Ходишь за ним, ходишь… С ним бы хоть что-то случилось!»

Лирка была согласна с духом лишь отчасти. Она просто хотела служить в другом месте, подальше от дворца, правящей семьи и сопутствующих им интриг. И да, ей «опасной» после разговора с господином Иерхаридом ещё сильнее хотелось держаться вдалеке от совиного семейства, чтобы те всё-таки не посчитали «их» близкое присутствие рискованным для себя.

Хотя после разговора с бывшим хайнесом ей немного полегчало. Всё же тяжело нести такую тайну.

«Ты ведь знал, какой у него дар, – заворчал Иррес на друга. – Должен был понимать, что тот сообразит».

«Понимал, – не стал спорить господин Наэш. – Но Иер ничего не предпринимал, нас никто не трогал. Смысл пугать вас?»

«Мы бы тогда нипочём не стали бы возвращаться сюда!»

«И бегали бы всю жизнь, – бывший хайрен тяжело вздохнул. – Пусть Иер нам не доверяет полностью, но тогда, в Зверинце, мы с ним были откровенны. Иерхарид даже в юности старался не рубить с плеча и действовал очень осмотрительно. Кто-то принимал это за нерешительность. А ещё он милосердный. По крайней мере был. Может, он пожалеет Лиркаю и найдёт магов, которые помогут нам… тебе и Лиркае стать свободными».

«Вот если бы не сидел всегда со мной, я бы решил, что именно ты доносил про нас, – проворчал Иррес. – Повезло, папаша не такой выкобенистый, как сынок, а то давно бы опять сидели в узилище».

Но, получается, господин Иерхарид ничего не сказал сыну? Или тот знает, но притворяется, что не знает, чтобы следить за реакцией Лирки? Тёмные, и почему она точно не спросила, а сразу же начала просить ничего никому не рассказывать? Может, и просить уже поздно.

«Да не тушуйся, не сказал он, – проворчал Иррес. – Иначе этот твой хайнес не позволил бы святоше спрятать тебя невесть где».

«Соглашусь, – поддержал его господин Наэш. – Мне представляется, что Узээриш оборотень иного склада, нежели его отец. Более категоричный и…»

– Ты что здесь сидишь⁈

Лирка вздрогнула и обернулась на возмущённый голос. В саженях пяти от неё стоял запыхавшийся Мхян.

– Мы тебя уже пару часов ждём!

Испуганный и раздражённый вид парня встревожил Лирку.

– Что случилось?

– Вехна и Сендар приехали, – что-то Мхян не выглядел обрадованным. – Они где-то вилария посеяли!

Гостеприимная госпожа Лоэзия уже выделила приехавшим комнаты, но они по старой привычке завалились в одну и теперь, растерянные и встревоженные, сидели на своих походных мешках, не решаясь занять кресла, чтобы не запачкать красивую обивку. У окна стоял мрачный господин Онт, на постели сидели недовольный Нарий, виновато на него посматривающий Ёрих, а между ними бледный Ханён. Глаза всех присутствующих тут же устремились на вошедших Мхяна и Лирку, но их никто не поприветствовал. Даже Вехна и Сендар промолчали.

Дородный, могучего сложения лекарь и высокий тощий Сендар смотрелись рядом друг с другом с комичной органичностью. Оба лысые, голубоглазые, они казалась слегка похожими друг на друга, только представлены были в разных комплекциях. На Вехне была серая рубашка, запахнутая на манер халата и потемневшая на спине и груди от пота. Сендар же сидел в чёрной походной одежде, в которой они обычно отправлялись на задания. В комнате стоял густой дух пыли, пота и запревшей в дороге рубах. Видимо, мужчины так торопились, что даже не искупались в реке перед въездом в город, хотя тучный Вехна отличался чистоплотностью, граничивший едва ли не с брезгливостью.

– Что случилось? Где виларий? – тут же скороговоркой спросила Лирка.

Вехна тяжко вздохнул и махнул рукой. Сендар свёл брови с такой силой, что запылённая и обжаренная солнцем кожа пошла глубокими складками.

– Три дня назад пропал, – голос у лекаря звучал мягко, глубоко, с грудными переливами. Слушая его, сложно было представить, что этот спокойнейший мужчина способен поднять руку даже на мышь. – То ли сам ушёл, то ли… – он осёкся и кивнул на молчавшего Сендара. – Вот думает, что не сам.

– А что мог сам? С чего бы? – не понимала Лирка.

– Так он всю дорогу вздыхал да чесался, – Вехна тоже вздохнул. – Тревожило его что-то. Как-то обмолвился, что нельзя ему в столицу. Мол, бед он много наворотил, как бы судьба не нагнала.

– Да не тот он оборотень, чтобы товарищей бросать, – огрызнулся Сендар.

– Так, может, и не бросил, – не стал спорить лекарь. – Ходит где-то рядком, со стороны за нами смотрит, но сам не светится.

– Чепуха! – лучник едва удержался от плевка на пол. – Я видел, как он говорил с каким-то подозрительным типом. Помнишь, из той компании выпивох? С проседью такой и без двух передних зубов. После того разговора Хабдир совсем посмурнел, а к утру и вовсе исчез.

– А тип тот? – спросила Лирка.

– Ни типа, ни компании, – раздражённо отозвался Сендар. – Мы полторы суток окрестности обшаривали, но никто никого не видел. Видели, твари! Просто говорить не хотят.

«Как бы не порешили нашего командира…» – малость обеспокоенно протянул Иррес.

Лирку раздирали противоречивые чувства. Она боялась, что вилария действительно уже нет в живых, подозревала, что его пропажа на самом деле связана с ней, как и нападение на Ёриха. Но слова Вехны тревожили ещё больше. Дядька Хабдир уже как-то проговаривался, что делать ему в центральной части Салеи нечего. Даже посмеялся над Ёрихом, который сетовал на своё воровское прошлое. «То дело простительное! Службой грехи покроешь». А его, вилария, значит, непростительные? Что же он сотворил?

– Собираемся и едем туда, где он пропал, – решил Нарий.

Ёрих взглянул на него с каким-то непривычным выражением лица, растерянным и сожалеющим, и активно закивал. Друг на него зыркнул и сквозь зубы выдал:

– А ты с Ханёном сидишь, раны зализываешь.

– Да что там… – смущённо начал рыжий.

– Почему я остаюсь⁈ – возмутился Ханён.

– Потому что я так сказала, – мать сурово на него посмотрела. – У меня два выходных, так что я присоединяюсь.

Завтра, правда, должен был быть экзамен в школе, но о нём женщина вспомнила с досадой и тут же забыла.

– Может, попросить кого-то о помощи? – неуверенно предложил Мхян.

На него посмотрели с сомнением. Вехна косо взглянул на Сендара, и тот, вскочив, отошёл к окну.

– Если у вилария действительно серьёзные проблемы с законом, то привлекать посторонних будет неразумно, – осторожно заметил Онт. – Лирка, среди твоих знакомых есть кто-нибудь достаточно молчаливый?

Та неопределённо пожала плечами. Понимать бы ещё, что там за история у дядьки Хабдира. Если он, к примеру, мятежником был, те же Вотые вряд ли будут молчать. Нет, ну в событиях одиннадцать лет назад он точно замешан быть не мог, потому что тогда уже служил на Харинской заставе.

– Эй, Вехна! – мрачное лицо Сендара осветило оживление, и он торопливо поманил лекаря. – Смотри-смотри!

Вехна тут же поднялся и вперевалку заспешил на зов. Лучник судорожно ткнул пальцем в окно.

– Это же тот, беззубый! Он же!

Лекарь прищурился и подался вперёд.

– Ей-боги, он, – прогудел оборотень.

Все тут же столпились вокруг них и окна, пытаясь выглянуть. Проныра Ханён прополз под ногами и ткнулся носом прямо в стекло.

По едва освещённой дорожке от дома в сторону ворот расхлябанно шёл тощий мужчина, обряженный в одежду, явно снятую с чужого широкого плеча.

– Да на нём же вилариев сюртук! – возмутился Сендар. – Ах я его, скляду…

– Стой! – Онт крепко прихватил его за локоть. – Он мелкая сошка. Сюда приходил явно по делу. Надо кому-то одному за ним пойти. Не тебе и не Вехне.

– Я! Давайте я! – тут же вызвался Мхян.

Онт с сомнением посмотрел на него, потом на Нария, но всё же остановил выбор на парнишке и кивнул ему. Тот тут же вымелся из комнаты.

– Лирка, ты с хозяевами лучше всех общаешься. Попытайся ненароком вызнать, чего он тут делал.

– Я могу вызнать! – Ханён горел желанием сделать хоть что-то.

– Ханён, – мать строго на него посмотрела.

– А чего? – сын упрямо насупил светлые брови. Тёмные, это выражение лица!.. – Я же маленький, а маленькие любопытные. Просто спрошу, кто этот дядька без зубов. Меня и не заподозрят. Я ж тут всех знаю не потому, что меня знакомят, а потому что спрашиваю.

Мужчины взглянули на него заинтересованно. Ханён тут же понял, что мнение семьи перевешивает на его сторону, и заносчиво посмотрел на маму. Но стушевался под её тяжёлым взглядом.

– Лирка, он дело говорит, – вынужденно признал Нарий. – Я сам с Ханёном пойду. Прогуляюсь с племянником. Я и болтливее тебя, и лучше остальных в обществе себя веду.

В другое бы время Ёрих возмутился, но тут только кивнул и поддакнул:

– Язык у тебе половчее. И рожа не такая подозрительная.

– Я пойду сама, – неуступчиво отозвалась Лирка.

– Ты сперва ополоснись и в порядок себя приведи, – зыркнул на неё Нарий, – а то заподозрят, что торопилась ради чего-то.

Женщина стиснула зубы, признавая правоту товарища, но отпускать Ханёна ей не хотелось.

«Брось, – неожиданно спокойно порычал Иррес. – Мелкий нравится госпоже Лоэзии. А местный кошмар не захочет её расстраивать. Если уж он ради неё на хриппуту согласился…»

Вцепившись в руку дяди, Ханён с торжеством посмотрел на маму, едва удерживаясь, чтобы язык не показать, и Нарий вместе с ним зашагал на выход.

– Чё случилось-то? – Онт бросил подозрительный взгляд на Ёриха, когда дверь закрылась. – Натворил что-то?

– Да во мне ли дело? – рыжий с досадой и сожалением отмахнулся. – Там такое семейство… Тьху! Гадюки с крыльями! А я ещё думал, чего это сиятельный с нами так коротко сошёлся? А мы-то одуваны божьи рядом с ними!

– Дядя Юдриш… – канючил Ханён, хвостиком таскаясь за снующим по гостиной оборотнем.

– Да что ж ты привязался? – не очень довольно, но беззлобно ворчал тот. – Я и не знаю, о ком ты талдычишь.

– Ну как же? – широко распахивал чёрные глазёнки мальчишка. – Худой такой дядя, недавно вышел. Он ещё улыбнулся, а у него тут, – проныра растянул пальцами рот, демонстрируя, – шупов нет.

– Каких ещё щупов? – развеселился Юдриш.

– Ханён, ну что ты пристал? – с расслабленной улыбкой, без особого энтузиазма попытался «урезонить» пацана Нарий, ради которого в гостиную Юдриш и пришёл. С угощением для гостя пришёл. – Вот любопытная мордашка. На заставе всех знал! Новый кто приезжает, мы ещё не знаем, а он всё знает.

– Ты, поди, уже в этом доме больше меня знаешь, – весело подначил насупившегося мальчишку Юдриш и для Нария: – Его даже в подвале ловили. На диво пронырливый мальчик!

– Это он от дядюшек набрался, – с горделивым достоинством отозвался вредитель.

– Я у охраны спрошу, – сердито заявил Ханён и направился к двери.

– Вот упрямый! – восхитился Юдриш.

– Пойду остановлю, – Нарий с тяжёлым вздохом поднялся и не очень-то торопливо последовал за убежавшим ребёнком.

В холле он плечом к плечу столкнулся с почти скатившейся с лестницы Лиркой.

– Где Ханён? – обеспокоенно спросила она.

– Пошёл трепать нервы дяденькам-часовым, – скучающе отозвался Нарий. – Смотрю, ему здесь почти всё позволяют. Господин Юдриш мне минут семь заливал, откуда они сегодня нашего птенца доставали. И подзатыльник он словил только за приближение к хриппуте. Я бы отшлёпал шалопая уже за ободранный куст малины.

– Да её тут много! – обиделась за сына Лирка.

– Но ему почему-то приглянулась соседская.

«Горсть ягод пожалели, жлобы!» – фыркнул Иррес.

Ну, соседская – это действительно нехорошо.

Они вместе с Нарием вышли и остановились на верхней ступеньке парадной лестницы. Под навесом в парке горели фонари, и слуги уже заканчивали накрывать стол под бдительным присмотром прямого как палка домоправителя.

– Дяденька Мариш!

Лирка и Нарий, вскинулись как псы, учуявшие матёрого волка, и напряглись.

– А тут дяденька недавно незнакомый был. Он новый слуга?

«Волчара» медленно повернул голову и надменно взглянул на наглого пацана.

– Ты уже со всеми перезнакомился, заноза. Новых слуг нет, – холодно отчеканил мужчина.

– Но дяденька был!

– Хватит меня донимать. Твоя мать вернулась, иди на ней виси.

Лирка почему-то устыдилась даже.

– С такой наглостью по жизни он не пропадёт, – впечатлённый Нарий покачал подбородком.

– Дядя Мариш, а правда, что вы самый главный разбойник в мире?

Помянув Тёмных, Лирка поторопилась спуститься.

– Нет, – ровно ответил Мариш.

– Жаль, – разочарованно протянул мальчик. – А в Салее?

– Может быть, – уклончиво ответил домоправитель. – Нам не нужно столько соуса, уберите.

– А как стать таким же, как вы?

– Тебе не надоело задавать один и тот же вопрос? – Мариш, не смотря на ребёнка, налил в один из бокалов морс и достал из кармана маленький бумажный свёрток.

Развернул его, брезгливо принюхался, даже на язык попробовал, а потом ссыпал всё в бокал и разболтал.

– Это яд? – звенящим шёпотом спросил Ханён.

Лирка невольно замедлила шаг. Домоправитель явно не собирался причинять вред её сыну и воспринимал его докучливые вопросы как комариное жужжание.

– Ага, – не стал разочаровывать ребёнка волк. И осмотрелся, видимо, выискивая жертву.

Жертва нашлась быстро. От соседнего участка, недавно приобретённого и присоединённого к дому главного придворного мага, тихо и почти незаметно шёл тот самый маг.

– Эй, иди сюда, – грубовато и едва ли не сквозь зубы позвал Мариш.

Ёрдел посмотрел на него с совершенно нечитаемым выражением лица, но всё же развернулся и приблизился. Проходя мимо Ханёна, он словно бы рефлекторно погладил просиявшего мальчишку по волосам, а затем с тем же выражением лица уставился на протянутый бокал. Но всё же принял и сделал пару глотков.

Постоял. Подумал. И выдал:

– Здесь что-то есть.

– Там яд! – радостно сообщил ему Ханён.

– Там будет яд в следующий раз, – с угрозой протянул Мариш, – если мне опять придётся встречать господина Шидая вместо тебя. Ясно? Я тебе не нянечка, чтобы следить за твоим лечением. И вообще, где ты шлялся? Что с Лоэзией?

Маг, лицо которого, похоже, вообще не было способно меняться, посмотрел в сторону дома, и через секунду в одно из открытых окон верхнего этажа вылетел возмущённый, но в то же время весёлый возглас:

– Ёрдел!

– Она в порядке, – заключил тот и залпом допил морс.

Мариш сердито зашипел, запустил пятерню в карман и, вытащив целую горсть бумажных кулёчков, впихнул их в ладонь тёмного.

– Каждый вечер. По одной, – забота о хаги явно давалась ему с огромным трудом. – Раз навязался девочке, следи за собой, чтобы не оставить её раньше времени!

– Хорошо, – покладисто кивнул Ёрдел и, всунув горсть кульков обратно в ладонь домоправителя, зашагал к дому.

Вытаращивший ему вслед глаза господин Мариш просто онемел от яростного изумления. Да, до такой наглости Ханёну ещё расти и расти.

Тот, кстати, посматривал на застывшего столбом напряжённого волка шкодливым взглядом и явно готовился спросить что-то такое, чтобы уж точно заставить того кипеть. Но в этот момент он увидел мать и поравнявшегося с ней Нария, и последний, правильно истолковав взгляд паршивца, показал ему кулак.

«Ты глянь».

Лирка вздрогнула, реагируя на Ирреса, и заозиралась. Идущего в густой тени дома Юдриша она приметила не сразу и удивилась, как его Иррес увидел. Морду из спины что ли, высовывал? Оборотень скрылся за маленькой, весьма неприметной дверкой. Пока он её не открыл, Лирка её и не видела. Желания последовать за правой рукой Сумеречного Хайнеса у неё не возникло.

«Он воду с собой тащил».

«Он нёс кувшин, – не согласилась Лирка. – Откуда тебе знать, что там?»

«Так он сверху блюдечком прикрывал, чтобы не расплескалось, и вид имел весьма незаинтересованный. Будь там вино, по роже бы увидели».

«И что с того?»

«А кому он её тащит? У них там кто-то сидит?»

Лирка даже знать этого не хотела. Жаль, что господина Наэша нет, чтобы он мнительного духа урезонил.

«Странно… Беззубого этого, после беседы с которым Хабдир пропал, здесь видели. А сам Хабдир прям боялся ехать в столицу. И это тот, кто при виде жрала не бледнеет и кто даже с дыхания не сбился, когда жопу хриппуты в ладони от своего лица увидел».

Эту историю Лирка знала только по слухам.

«Поперёк приказа идти не боялся, на закон-то щурился с насмешкой, а тут трястись начал из-за каких-то своих незаконных делишек. Он в Арван-Ё не совался только потому, что считал, что мозгов у него не хватит сладить с местной чудью, а раз так, чего жизнью зазря бросаться? А тут…»

Лирка невольно посмотрела на зажмурившегося домоправителя, который то ли пытался прийти к равновесию, то ли крыл тёмного в мыслях на чём свет стоит. Слова Ирреса потихоньку начинали её убеждать.

Нарий дёрнул её за рукав и кивнул в сторону ворот, от которых мчался Мхян. Оглянувшись на сына, Лирка вслед за вредителем поспешила навстречу пареньку.

– Здесь он, – почти неслышно выдохнул Мхян, с трудом переводя дыхание.

– Кто? – напрягся Нарий.

– Виларий, – почти не шевеля губами, отозвался запыхавшийся посыльный.

Нарий переглянулся с Лиркой, и та тут же уставилась на стену, где видела дверь.

– Откуда знаешь?

– Так беззубый сказал, – Мхян хмыкнул и подбросил на ладони жральную косточку, украшенную вязью магических рун. – Он как жрало увидел, так всё выложил как при покаянии.

– Ханён, живо сюда! – позвала Лирка сына. – Хватит докучать господину Маришу.

Домоправитель вздрогнул, недовольно посмотрел на них и вернулся к столу. Мальчишка подбежал, взволнованно переводя взгляд с одного лица на другое.

– Иди к госпоже Лоэзии и ни на шаг от неё не отходи, – приказала мать.

В этот раз возразить мальчик не посмел и не очень охотно, но зашагал к дому.

– Иди к остальным, – велела магичка Мхяну. – Если через четверть часа не вернёмся, забирайте Ханёна и уходите.

Тот спорить тоже не посмел. Когда Лирка говорила таким тоном, с ней даже Иррес не всегда находил охоту спорить.

– Там есть дверка. Господин Юдриш несколько минут назад скрылся за ней, – Лирка глазами указала на стену.

– Лезть напролом глупо. Мы попадёмся, – покачал головой Нарий.

– Его там могли уже запытать до смерти. Мы не знаем, сколько у нас времени. У нас с тобой есть преимущество в сравнении с остальными. Я маг при дворе хайнеса и мне покровительствуют Вотые, а ты член знатной семьи.

При упоминании семьи Нарий скривился.

– Если он там, попробуем выяснить, какие к нему претензии. Может, удастся договориться, – продолжала выстраивать хлипкий план Лирка. – Главное, чтобы его не успели убить и серьёзно покалечить.

– Да, денег его лечить у нас, если что, нет, – Нарий нервно хмыкнул, но уже привычно цепким взглядом осмотрелся, подмечая охрану, слуг и оценивая расстояние до цели. – Может, я один?

– У двоих шансов будет больше.

– Думаешь, с нашими потом ничего не станет?

– Ханёна рядом с госпожой Лоэзией тронуть не посмеют. А Мхян выведет всех. Он нас из болота Нипо-Ѝ выводил мимо голодных хищников и под носом искавших нас хоёторцев. А тут всего-то парк и оборотни-бандиты.

Ну и в крайнем случае Иррес вылезет. При мысли, что с Ханёном может что-то произойти, сердце болезненно сжималось, но бросить дядьку Хабдира они тоже не могли.

Нарий подхватил её под локоть, и они неспешно зашагали к дому, но не к крыльцу, а правее, будто хотели свернуть за угол и выйти на задний двор. Хриппуту проведать.

У нужного места Нарий неожиданно прижал Лирку к стене и страстно над ней навис. Та изумлённо выпучила глаза, силясь удержать внутри всё, что высказывал столь же удивлённый Иррес.

– А ты думала, всё так просто? – прошептал вредитель, украдкой прощупывая замочную скважину рядом с её правым боком. – Отвлекай внимание. Приобними хоть!

– Как?

– Мужа обнимала? Вот так же!

Лирка неуверенно обняла его за пояс.

– Не зря тебя виларий во вредители ни разу не ставил, – проворчал Нарий, одной рукой копаясь в замке.

Тихий щелчок, и оборотень тут же потянул дверь на себя и скользнул внутрь. Лирка едва успела просочиться следом. Оказались они в тёмном коридоре, в конце которого тускло сияло нечто, очертаниями похожее на дверь. Вредитель привычно проверил амулет сокрытия запаха и двинулся вперёд. Лирка строго след в след за ним.

– Эх, и не поболтаешь-то с тобой, – донёсся до них тихий вздох господина Юдриша. – Молчун стал. Ну ничего. Сейчас Мариш освободится и зайдёт. С ним ты вроде больше общался.

Нарий встал сбоку от двери и приник глазом к щели. Рассмотреть смог только каменную стену, край деревянного стола, фонарь на нём и господина Юдриша, тоскливо подпиравшего щёку рукой. Вредитель посмотрел на Лирку, вопросительно вскинув брови. Вот так нагло входить только ради того, чтобы увидеть «собеседника» господина Юдриша, было даже как-то неловко.

«Пусти меня, – велел Иррес. – Щас я им сыграю…»

Но Лирка уже сама сообразила, что делать. Потеснив Нария, она смело постучала в дверь и громко спросила:

– Господин Юдриш, вы там?

В щель было видно, как тот встрепенулся и обескураженно уставился на дверь.

– Простите, что беспокою, но это важно. Тут не было закрыто, так что я решила зайти. Викан Вотый должен был оставить для меня кое-что важное. Он ничего не оставлял? Я войду?

И решительно, под очумевшим взглядом Нария, дёрнула дверь на себя.

Господин Юдриш вскочил, ошалело моргая, а Лирка бестрепетно вошла и с праздным любопытством осмотрела помещение. И сразу же прикипела взглядом к сидящему за другим концом стола мужчине.

– Дядька Хабдир? – увы, поражённый тон ей не очень дался. Скорее уж обречённый.

– Виларий? – изумление Нария выглядело более искренним. – Боги, что вы здесь делаете… Что с вами⁈

– Ребята… – тот сглотнул и окинул их испуганным взглядом. – Вы здесь чего?

Судя по положению, руки его были связаны за спиной. Вокруг левого глаза расплывался синяк, на разбитых губах запеклась корка крови, а привычный куль из рыжих волос торчал покосившимся спутанным шаром.

– Виларий? – господин Юдриш нахмурился, оценивающе осмотрел пленника, а затем и «гостей». – Серьёзно? Он⁈

Тьма за спиной на пару секунд слегка поредела и вновь сгустилась после едва слышного хлопка двери. Лирка ощутимо вздрогнула, столкнувшись со светящимися глазами господина Мариша, и вздрогнула второй раз, когда тот закрыл дверь за своей спиной на запор.

* * *

Звери отряда «Безымянных»:

Хабдир – из рыжих медведей

Лирка – из чёрных медведей

Нарий Шолый – из коршунов

Ёрих – из лисов

Леший – из волков

Исешка – из лисов

Сендар – из волков

Вехна – из бурых медведей

Онт – из волков

Мхян – из барсуков