Текст книги ""Фантастика 2026-153". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Александр Сухов

Соавторы: Жорж Бор,Екатерина Гичко,Павел Смолин,Антон Щегулин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 341 (всего у книги 358 страниц)

Глава 21
Бой на мосту

Затаившаяся Лирка услышала над головой довольно уверенные шаги. Подойдя к краю, хайнес присвистнул и спросил у, видимо, Саврия:

– Глаза меня не обманывают?

– Охрана! – гаркнул вместо ответа помощник. – Схватить его!

«Видать, знакомец, – протянул Иррес, – но впечатления оставил плохие».

– На кого-то он здесь охотился… – голос Сильнейшего звучал задумчиво. – Для жертвы будет лучше, если я ошибусь с предположениями, кто она.

Лирка почувствовала себя глубоко несчастной и обиженной судьбой и богами.

– Эй! – рявкнул хайнес так, что эхо прокатилось по оврагу. – Лирка, если это ты, выходи по доброй воле! Вытащу сам – злиться буду сильнее!

– Это не её запах, – заметил Саврий.

– О, что-то мне подсказывает, что её! Кто-то балуется запрещёнкой, а?

«Лучше вылезти, – посоветовал господин Наэш. – А то он действительно раздраконится, а так хоть выслушает. Собственно, у нас есть оправдание. Чего бояться?»

Но Лирка боялась. Как в детстве боялась показаться отцу с разодранным лицом, свято убеждённая, что папа её убьёт, хотя он ни разу руку на неё не поднял.

Над головой хрустнуло. Женщина испуганно встрепенулась. В следующий миг всё произошло быстро.

– Господин… – испуганно выдохнул Саврий, затем его вскрик, рык хайнеса, шлепок тела где-то за пределами моста, на «берегу», и ещё часть моста поползла вниз.

«Всё! Нас зашибёт!» – трагически возвестил Иррес, выставляя щит.

Узээриш, потративший время на выбрасывание драгоценного помощника на травку, сам перепрыгнуть с обваливающегося моста не успел. Часть полотна вместе с остатками первой арки рухнула прямо под его ногами. Извернувшись, он запустил когти в разваливающийся парапет и повис. Глаза неожиданно столкнулись с перепуганным чёрным взглядом Лирки, забившейся вглубь второй арки и сверкавшей оттуда глазищами как прятавшийся под комодом котёнок.

– Ты!.. – торжество затопило грудь.

Возликовать он не успел. Парапет обломился, и Риш рухнул вниз. Лирка заполошно метнулась из своего укрытия, успела перехватить его за запястье левой руки, сама при этом вцепилась в край арки, успев впихнуть ладонь в щель между ней и полотном моста. И вовремя! Трещина разрослась, и половина её укрытия ахнула вниз, едва не утащив её с собой, но магичка успела вжаться в стенку и её лишь обсыпало пылью и трухой.

Стоило только женщине ощутить повисший на ней вес, как болезненный стон вырвался против воли. Плечо больной руки, которой она удерживала Сильнейшего, запульсировало жаром и резко ослабло.

– Ты идиотка? – опомнился Риш и яростно сверкнул на неё жёлтыми глазами из-под прядей волос. – Простреленной рукой? Меня?

– Как поймала, так поймала, – едва разжимая губы, процедила Лирка.

Узээриш посмотрел вниз и велел:

– Отпускай. Не разобьюсь.

Женщина тоже посмотрела вниз и увидела преследователя, к которому с разных сторон подбирались охранители хайнеса. Подбирались с настораживающей осторожностью, которая сильно напрягла Лирку. Боги, да кто же это такой, раз к нему даже телохранители хайнеса с наскока соваться не спешат?

– Ну! – поторопил Риш, борясь с желанием вцепиться зубами в запястье Лирки.

– Ноги переломаете!

«Да и Хрибный с ним! – рыкнул Иррес. – У нас щас рука оторвётся».

Лирка попробовала подтянуть мужчину вверх, но дрожащие мышцы подводили.

– Лезьте! – распорядилась она.

– Издеваешься? – обозлённо переспросил хайнес. – Ты сама едва держишься. Куда я полезу? Тебя стаскивать?

«В кои-то веки дело говорит! Послушай умного мужика», – увещевал Иррес.

Лирка же в очередной раз убедилась, что все мужики идиоты. Даже высокопоставленные и крайне хитроумные. Она ещё раз посмотрела вниз, оценивая расстояние и высматривая местечко поудобнее. Глаз зацепился за волной колыхнувшуюся траву, будто змея проползла. Путь «змея» закончила у ног её преследователя, и тот, изумлённо вскрикнув, оторвал взор от окружавших его оборотней и уставился вниз. Сверху Лирка видела только его макушку, но уже через секунду мужчина заполошно закрутился на месте, притоптывая и дёргая ногами, словно кого-то сбрасывая, и, запнувшись, полетел спиной наземь.

Холодный пот изморозью проступил вдоль позвоночника.

По ногам оборотня, стремительно выбираясь из травы, заползала кукла. Сдавленно закричав, мужчина начал судорожно вырываться из её объятий. Хрупкие «кости» покорно ломались, но тут же вновь срастались. Добравшись до груди, кукла страстно прижалась к убийце, рёбра её разошлись и начали стягиваться вокруг мужчины. Глиняные ноги будто прилипли к дёргающимся ногам оборотня, части суставчатых рук полезли под кожу. В заключение кукла наделась своим черепом-ведром на голову убийцы, и тот ещё яростнее засучил ногами. Тело его выгнулось, и из-под края глиняного ведра засочилась тёмная кровь.

Пальцы Лирки сжались стальными прутьями. Захочешь разжать – придётся брать щипцы для железа. Они с хайнесом вместе смотрели на уже почти не дёргающееся тело, оплетённое куклой, заключённое, закованное в её глиняные рёбра. Охранители замерли, не решаясь подступить ближе. Один из них, скинув одежду и сапоги, обернулся птицей и пролетел над убийцей и куклой.

– Боги… – в ужасе прошептала Лирка, когда поняла, что одежда на убийце опадает, а рёбра куклы сжимаются сильнее на иссыхающем теле.

– Это что? – спросил Риш, не отрывая поражённого взгляда от ужасной картины.

– Н-не знаю. Правда не знаю! – искренне выдохнула женщина, когда Сильнейший подозрительно на неё посмотрел. – Она в стене дома была.

Вниз Риш больше не просился.

– Может… она всё? – нерешительно предположила женщина.

Но в этот момент кукла зашевелилась, отделяясь от иссушённого тела. Теперь она выглядела куда массивнее, чем прежде. И сил, и скорости у неё явно прибавилось. Она рванула за одним из охранителей, и тот припустил прочь, взбираясь по склону оврага и спинывая вниз камни.

«Рама! – закричал господин Наэш. – Железная рама! Это может быть местом её хранения!»

– В доме осталась железная рама! – заорала Лирка. – Сюда её! Она может остановить куклу!

Парочка охранников, которые в этот момент прощупывали мост, чтобы прийти на помощь хайнесу, нерешительно посмотрели на господина, и тот кивнул. После этого они бегом направились к особняку, сопровождаемые более точными напутствиями от Лирки, где искать предмет.

– Как ты только всё это время выживала, если в тихом и благополучном городе умудрилась за несколько дней столько дряни откопать⁈ – рычал на Лирку Риш.

Он всё же начал взбираться наверх по её ноющей руке.

– Да на заставе спокойнее, чем в вашем благополучном городе! – не согласилась с ним Лирка.

– О, Тёмные… – протянул Узээриш, глядя как кукла залезает по склону. – Как ты её нашла? И где? Тут всё перерыто!

– Говорю же, в стене дома, – Лирка, пыхтя, опять попыталась втащить его.

– Да сам я залезу, хватит жилы рвать!

– Она, похоже, на мою магию отреагировала.

– Ты ещё магичить умудрилась? – поразился хайнес. – Здесь везде заглушки, чтобы ваш брат не ходил и не щупал землю в поисках очередного схрона с магическими побряку…

Его голос перекрыл грохот. Зелёная полость с зубами обломков внизу вдруг просела и ахнула куда-то вглубь, взмётывая вверх тучи пыли.

– … шками… – обалдело протянул Сильнейший.

Камень под правой ладонью Лирки зашатался.

– Лезьте живее! – поторопила она.

Падать в неизвестность теперь точно никак нельзя.

Склон тоже немного ополз, но куклу, увы, не зацепило. Она продолжала стремительно взбираться наверх, ловко уклоняясь и отпрыгивая от бросаемых в неё камней. До края оставалась какая-то сажень, когда кукла неожиданно подпрыгнула высоко вверх и в сторону, протянув жуткие лапища к Узээришу. Обратившийся птицей охранник самоотверженно грудью бросился на неё, сбивая с пути, но глиняный скелет извернулся в воздухе и умудрился зацепиться за обломанный край моста. Рывок, и он красивым кувырком, которому обзавидовался бы любой гимнаст, закинул себя на мост и со звериной грацией, которой он не обладал в момент пробуждения, приземлился на клацнувшие коленными чашечками ноги. Охранители поспешили на мост, но тот опасно хрустнул и качнулся под ними. Ещё один оборотень перекинулся в крупную чёрную птицу, которую Лирка не сумела опознать, и поспешил на помощь своему пернатому товарищу. Вдвоём они начали теснить куклу к краю, пытаясь её сбросить. Ещё пара охранителей достали верёвку и спешно завязывали её на манер лассо. Наконец со стороны особняка показалась мужчины, тащившие железную раму.

– Цепляйся за меня, – велел Риш, добравшись до моста и ухватившись за наполовину разрушенную арку.

– Я…

– Не спорь! – мужчина зыркнул на неё злыми жёлтыми глазами. – Сколько ты со своей рукой здесь провисишь?

«Не спорь, – неожиданно поддержал его Иррес. – Его молодчики верёвкой подцепят только одного. Вот хорошо было бы, затяни они её у него на шее…»

– Стой! – крикнула Лирка кукле в надежде, что та послушается, но если той и можно было командовать, то точно не голосом.

Пришлось всё-таки обхватить хайнеса левой рукой – правую женщина пока боялась разжать, – может, объятия подскажут кукле, что хотя бы хайнеса трогать не стоит.

Кукла подпрыгнула вверх сажени на полторы, пропуская под собой решившую сбить её чёрную птицу, и с трескучим грохотом – как телега с горшками на ухабе – приземлилась на мост. Тот содрогнулся, и Саврий в ужасе охнул и невольно шагнул вперёд.

– Не пускать его сюда! – всполошился Риш. – Пшл вон!

Саврий опомнился и отшатнулся сам.

«Чего эти сухляды мешкают? – Иррес начал нервничать. Акробатические трюки куклы произвели на него впечатление. – Она сейчас или нас пожрёт, или мост обвалит… Хрибный знает куда».

Лирка посмотрела вниз. Пыль рассеялась, но яснее не стало. Внизу просто чернел провал, из которого торчали каменные устои.

Охранники наконец смастерили лассо и бросили его, но верёвочное кольцо только мазнуло хайнеса по спине, а Лирка не смогла онемевшими после сильного напряжения пальцами левой руки ухватить верёвку. Лассо упало на склон, и кукла, среагировав на движение, ястребом сиганула к нему, накрывая собой верёвку. Поняв, что никого там нет, она вновь мощным прыжком взвилась вверх и снесла со своего пути бросившегося наперерез ястреба-охранника, который поломанной ветошью рухнул в овраг. Мост в очередной раз содрогнулся, а Лирка с ужасом поняла, что кукла меняется.

Она стала больше, крепче, цвет с коричневого сменился на коричнево-красный, а ведро черепа стало больше похоже именно на череп.

Лирка поймала вновь брошенное лассо и хотела натянуть на плечи хайнеса, но тот держался обеими руками, так что никак не получалось.

– Чего делаешь? – напустился на неё Сильнейший. – На ноги себе натягивай. Говорил же, нормально за меня хватайся.

Лирка кое-как одной левой рукой натянула кольцо верёвки через ноги до пояса и опять обхватила хайнеса, но в этот раз обеими руками, повиснув на нём. К её тихой радости, мужчина даже не напрягся сильнее под её весом.

Падать вниз они, конечно же, не спешили. На склоне кукла их накроет в прыжке, пока же висят на мосту, добраться до них сложнее. Та как раз профессиональным чётким ударом с ноги вынесла чёрную птицу в Саврия. Тот с охом повалился, придерживая обмякшего оборотня. По глиняным рёбрам щёлкнул болт – белобрысый охранитель собрал небольшой ручной арбалетик, – но кукла и внимания не обратила на эту отчаянную попытку. Черноволосый верзила подошёл к самому мосту и старательно привлекал внимание куклы на себя, но ту интересовала только гроздь «магичка-хайнес». Видимо, этот «фрукт» казался ей самым сочным.

Терпение Ирреса таяло как первый снег.

«Бездарные у него охранители!»

«Они делают, что могут, – заступался господин Наэш. – Предлагаешь им обвалить мост или протащить Лиркаю вместе с хайнесом по склону как наживку?»

«Где их хвалёные маги?»

«Так заглушки же стоят, дубина ты!»

«Нас сейчас сожрут как ту маньячину…»

Соображала кукла туго, но всё же хорошие идеи до неё доходили. Она спрыгнула с парапета прямо на спину Узээриша, но висящая на мужчине Лирка мощным пинком в грудь отбросила настырный скелет на склон. Там на него тут же напали охранители, но глиняная чудь одним прыжком вырвалась из окружения и опять оказалась на мосту. Черноволосый верзила всё же рискнул и ступил на каменное полотно. Вот тут кукла обратила на него внимание и с молниеносной быстротой метнулась к нему, распахнув руки для «объятий». Мощный кулачище впечатался в глиняный череп, но скелет не отлетел, а будто врос в камень и в ответ так долбанул «лбом» глиняного ведра оборотня в лицо, что тот вылетел на траву за пределы моста. Кукла шагнула за ним, но перед мужчиной мгновенно выставили железную раму, и скелет, словно испугавшись, опять отступил на мост.

– Прыгаем на склон, – решил Риш. – Ползёшь сразу к Саврию, а я придержу это творение извращенца, пока раму…

– Нет! – ожидаемо возмутилась Лирка и обвила его не только руками, но и ногами.

«Ты идиотка⁈»

– Ты идиотка⁈

– Я его разбудила, он не должен тронуть меня!

– Ты мне только что заливала, что не знаешь, что это такое, а теперь уверена, что оно тебя не тронет⁈ Хватит мне уши пудрить!

«Я бы на твоём месте тоже не был бы так уверен, – поддержал хайнеса господин Наэш. – Мы же не знаем точно, ради каких целей её создали».

«А-а-а-а!» – заорал Иррес и, оттеснив Лирку, вновь отпнул прыгнувшую на них куклу.

Та приземлилась на склон и мощным прыжком вернулась на мост, как гигантская саранча.

– Где здесь заглушки⁈ – яростно орал кто-то из охранителей. – Хотя бы одну убрать!

Лирка и Риш, задрав головы, молча пялились на пустой лик ведра куклы, которая присела на корточки и словно бы смотрела на них. Как кульминация всего представления раздался глухой треск, и половина арки, на которой они висели, ощутимо просела.

– Эта тварь верёвку оборвала!

И Риш, и Лирка резко посмотрели вниз и увидели, как ветер тянет обрывок верёвки в сторону зияющего пролома. Когда они снова посмотрели на куклу, им показалось, что по пустому лицу черепа расползлась зловещая улыбка. Иноземное творение больше не пыталось спрыгнуть на них. Кукла словно ждала, когда арка отломится, чтобы спрыгнуть вследи там, в неизвестности черноты провала, сполна насладиться ими.

«Сдыхать я не намерен!» – заявил Иррес, и в следующий миг похолодевшая от ужаса Лирка ощутила, что становится пустой.

А вот глаза Узээриша распахнулись так сильно, что едва не стали воистину совиными, и медленно начали наполняться изумлением, неверием, непониманием и… ужасом. Лирка заполошно посмотрела через плечо, и всё внутри упало.

Весь обзор закрывали лопатки подселенца, вылезшего из её спины на треть. Вцепившись когтями в камень, Иррес ощерился, прижал уши к башке и прыгнул, словно бы оттолкнувшись задними лапами прямо из нутра Лирки. Огромное тело взметнулось вверх, на мгновение накрыв Узээриша и магичку разлетающимся хвостом, и приземлилось на хрупнувший мост. Кукла оказалась рядом с правой передней лапой, но грозный и хищный подселенец ни капли не смутил бездушное создание. Взлетев в прыжке прям с корточек, глиняный скелет нацелился на морду, и рыкнувший Иррес гостеприимно распахнул пасть и сомкнул мощные зубища за сочно захрустевшей кукле. Брызнула кровь, и подселенец брезгливо сплюнул скелет. Тот вскочил, собираясь и срастаясь с ошеломительной скоростью, и бросился на зверя, но Иррес сшиб его левой передней лапой в полёте и вмял в натужно крякнувший мост. А затем развернулся и уже задней лапой отпнул приподнявшуюся куклу прочь с моста. Та точнёхонько влетела в железную раму и увязла в ограниченном ею пространстве как муха в киселе. Вязко дёрнувшись, кукла застыла с изогнутыми руками и ногами, зависнув над землёй.

Раздался свист, и воздух около подселенца высекся голубыми искрами отреагировавшего на нападение щита. Зверь тут же повернулся оскаленной мордой к стрелявшему и чётко прорычал:

– Ты, сыхун дурноползущий! Засунь свою гвоздеметалку себе в задницу, пока я её тебе, козлу, в голову не приделал. Вместо рогов. Скляда невмиручая!

Говорящая, а тем паче ругающаяся химера духа вызвала оторопь у всех.

Иррес опустил башку вниз и насмешливо осклабился, глядя на обалдевше пялящегося на него хайнеса. Лирка от избытка чувств тихо заскулила, чем привлекла внимание Сильнейшего, и ощутила ещё большую волну ужаса. А она даже сбежать сейчас от него не может.

– Слышь ты, хребень синаухая, – обратился Иррес к Ришу, – я тебя, выхухонь, терпеть не могу и даже жрать брезгую. Если в пасти дёрнешься и размажешь себя по языку сильнее нужного, я тебя, сухеду обдёрганную, прям в дыру ту сплюну. Понял?

Онемевшая Лирка только могла смотреть, как подселенец распахивает пасть с острейшими зубами и, извернувшись, тянется к ним. Голубая искра вспыхнула прямо напротив левого глаза Ирреса, и тот с яростным рыком взвился. Мост под его весом вновь захрустел.

– Иррес, стой! Иррес, пожалуйста… – умоляюще закричала Лирка. – Не нужно…

– Стоять! – рык Риша перекрыл её голос. – Никому не сметь стрелять.

– Ты скотина рогатая… – жутко рычал подселенец.

– Иррес, оставь их! Хватит! Возьми меня!

Лирка проворно перебралась под мышкой хайнеса с его груди на спину и обхватила его руками и ногами. Иррес предупреждающе зарычал, осматривая побелевших и напрягшихся охранителей, и вновь потянулся вниз. Аккуратно прихватив Лирку зубами, он потянул её вверх, вытягивая вместе с хайнесом, которого та продолжала удерживать. Ошеломлённый Риш не сразу смог разжать пальцы, подселенец пару раз недовольно мотнул башкой, сковыривая его как ракушку с камня, и, наконец оторвав, разогнулся, удерживая их в пасти. Мост он преодолел в один скачок. Каменное полотно опасно зашаталось, но всё же не рухнуло, оставшись стоять, истрёпанное и истерзанное.

Уже на траве Иррес пару раз мотнул башкой, пока Лирка не догадалась отпустить хайнеса, рухнувшего на траву, и осторожно разжал зубы, отпуская и ошалевшую женщину. Он тут же собрался вокруг неё. Погрёб мордой к груди и зажал между передней лапой и шеей так, что осталась видна только кучерявая голова, а сверху накрыл широким ухом. Напрягся, подобрал хвост и страшно ощерился на окруживших их охранителей.

Риш, не сводя с них взгляда, медленно поднялся. Кажется, он даже не моргал, рассматривая зверя, очень напоминавшего химеру духа, но отличавшегося от неё размером и некоторыми внешними особенностями. Мысли заполошно скакали, эмоций было столько, что ни одной прорваться пока не удалось. Они крутились, смешавшись, в вихре и пока только набирали силу.

– Что это? – Саврий с приоткрытым ртом смотрел на злющего подселенца, который скрутился едва ли не в клубок, подрагивающий от еле сдерживаемой ярости.

Иррес тут же отреагировал, даже скалиться перестал. Ухмыльнулся и с издёвкой протянул:

– Богатый внутренний мир.

Лирка застонала и спрятала лицо в мохнатой щеке подселенца.

Глава 22
Вруны

Одна из первых связных мыслей, которую Риш умудрился выделить: отец его всё-таки обманул. Занялось злое ликование. А он ведь знал, знал и подозревал!

Вторая мысль была похожей: Лирка нагло ему врала. И злое ликование усилилось.

Но злости было больше, чем ликования.

Лирка одним глазом следила, как меняется выражение лица хайнеса. Как страшное напряжение уступает место не менее страшной ярости. Она зажгла глаза Сильнейшего золотистым огнём, искривила подрагивающие губы и заставила стиснуть кулаки. Обоняния коснулся крепкий морозный запах, в обычное время весьма ненавязчивый, а тут женщину продрало от его свежести. Сама она умирала от ужаса и была готова то ли убить Ирреса, то ли поцеловать… И вообще ей сейчас самой хотелось спрятаться внутрь подселенца, чтобы хайнес не мог до неё добраться.

Что он теперь с ними сделает?

– Чего морщишься? – скалился Иррес. – Где моя благодарность за спасение твоей жалкой жизни?

– Иррес, – слабым голосом попыталась урезонить его Лирка.

– Иррес? – повторил Риш, вскидывая брови.

Вот третьей мыслью было недоумение. Из Зверинца пропали две химеры. Одна заскочила в Зиша, а вот вторая, с хайреном Игренаэшем, исчезла, и Узээриш предполагал, что Лирка могла носить в себе именно его.

А тут какой-то Иррес. Отец рассказывал, что хайрен был не один в зверином теле, но второй как-то не оставил после себя ясного воспоминания. По словам отца, он только требовал порвать Дешия и более ничем себя не проявил.

– Мы можем… поговорить? – Лирка просила, чёрные глаза умоляюще блестели. – Я объясню…

– Я требовал объяснений ещё раньше! – взорвался Риш.

Он шагнул ближе, но зверь угрожающе зарычал:

– Ещё шажок, и твоему хвосту неоткуда будет расти!

– Хватит, – Лирка погладила подселенца по дрожащей от напряжения груди.

– Не надо меня успокаивать! – раздражённо встопорщил усы Иррес. – Ты этот мешок с перьями успокаивай. И ты мне там не шепчи на ухо! – зверь слегка повернул голову набок и будто заговорил с невидимым собеседником.

Видимо, господин Наэш тоже пытался призвать его к спокойствию. О присутствии бывшего хайрена говорил только голубой цвет в глазах Ирреса. Показывать себя перед столькими оборотнями бывший хайрен явно не хотел.

– Ты смела мне врать! Опять! – злился Риш.

– Да мы тебе ещё не раз соврём! – запальчиво пообещал Иррес.

– Хватит! – Лирка не выдержала и начала выбираться из мохнатых тисков тела зверя.

– Химера духа… – Риш лихорадочно взлохматил волосы. – Почти месяц под самым боком… Во дворце! – он яростно сверкнул глазами на Лирку. – Ты мне хоть сколько-нибудь, хоть когда-нибудь правду говоришь⁈

Женщина слабо кивнула.

– То-то ты смоталась к самой границе, подальше от ищеек! Мне не нужно было верить… – Риш осёкся и зажевал губу, чтобы не ляпнуть про отца.

Предатель! Как он мог скрыть от него⁈ Нет, как мог, Риш прекрасно понимал. Все мотивы отца были у него как на ладони. Но столько лет молчать, водить его за нос… А-а-а-а! Кажется, он знает, о чём отец мог говорить с Лиркой тогда. Ярость занялась сильнее. Темперамент у Риша и без того был огненным, а тут просто взорвался.

– Ты носила всё это время в себе угрозу для всей страны и предательски умалчивала! Поступила на государственную службу, имела доступ…

– Да к Хрибному нам нужны стыдные салейские секретики, – издевательски пропел Иррес. – Мы просто к воздуху свежему уехали из этого городского смрада. А то, что тебе не сказали… Ты, пустая птичья голова, посадил бы девчонку в клетку и эксперименты бы на нас ставил. Я этих экспериментов и в плену натерпелся, чтобы ещё и от тебя…

– Иррес! – Лирка тщетно пыталась навести хотя бы шаткий мир.

– Я бы не стал мучить невинную девчонку! – зарычал Риш.

– А то я вашу породу не знаю! – запальчиво заявил дух. – Вы ж из одной семей…

– Иррес! – тут Лирка рявкнула.

Ну не при всех же! Им ещё проблем за разглашение государственной тайны не хватало.

Боги, пусть за них господин Иерхарид заступится! Иначе быть Ханёну сиротой.

Узээриш не ответил, но так посмотрел на магичку… Его дикий взгляд словно вопрошал, как много она знает о некоторых семейных тайнах правящего рода. Та спрятала виноватый взгляд под кудрявой чёлкой, и Риш стиснул зубы, осознав, насколько осведомлённая девица всё это время была рядом с ним. Он её отсылал, чтобы она ненароком лишнего не узнала, а она наверняка и его кое в чём просветить может.

Риш осмотрелся, оценил количество лишних глаз и сжал зубы. Вулкан ярости извергался внутри, и приходилось прикладывать неимоверные усилия, чтобы удержать ядовитую лаву в себе, а не выплеснуть потоком рычания, обвинений и разной степени злости стонов. Оставалось только стирать зубы и мять пальцы в кулаках.

Только идиот сов внутри метался как курица в запертом курятнике, переживая за сохранность своей птички. Да её «внутренний мир» сожрёт любого, кто на неё покусится! Ну или хотя бы отпугнёт бранью.

– Запихивай его внутрь и за мной! – сквозь зубы распорядился Узээриш.

– Никуда она с тобой, скляда выбеленная, не пойдёт! – Ирреса уже несло, как часто с ним бывало, когда он сильно злился.

– Ты, битох вшивный, – зашипел на него Риш, – она сейчас пойдёт со мной туда, куда я скажу. И не скалься на меня, дрань подзаборная! Задницу я тебе не откушу, побрезгую столько шерсти в рот брать, но мозг твой дрянной из черепа выклюю. Так что поднимайся и запихивайся внутрь!

– Ах ты сыхун… – с ноткой лёгкого уважения протянул Иррес.

– Сам ты шплян! – сочно припечатал Риш. Ругательств он знал не меньше, всё же сколько лет дареном был, с простыми вояками порой из одного котла кашу ел. – Юхрын мозольный…

– А ты… – подселенец даже выпрямился, чтобы шагнуть вперёд, но тут Лирка, нервы которой и без того были взвинчены до предела, не выдержала.

– Хватит! Иррес, живо назад! – и припечатала сверкнувшую голубым ладонь к морде зверя.

Тот успел возмущённо округлить глаза, а в следующий миг уже исчез. Лирка опомнилась и удивлённо уставилась на свою ладонь.

– Я заглушку нашёл, – монотонно возвестил один из охранителей, не отрывая от женщины обалдевшего взгляда и крутя в руке что-то похожее на жезл.

– О-он теперь около часа сам выйти не сможет, – Лирка опасливо посмотрела на хайнеса.

В то же мгновение её лицо исказилось, и она низко прошипела:

– Но не думай, что можешь запереть её где-то, курва коронованная! Сама перекинется, и я опять с тобой познакомлюсь. И жрать её не смей! Хоть раз укусишь, и я тебя всего облагорожу! И никаких гнёзд, извращуга…

Лирка усилием воли загнала Ирреса вглубь, взяла контроль над телом и виновато посмотрела на злого, возмущённого и крайне раздражённого хайнеса.

– У-у него очень высокие моральные принципы, – попыталась немного сгладить впечатление магичка.

– Я слышу, – издевательски отозвался Узээриш, – они из него прям лезут!

Лицо женщины опять исказилось, но прорваться Ирресу в этот раз не удалось.

– Лирка! – послышался облегчённый возглас.

Магичка встрепенулась, а Риш раздражённо повернул голову. Глаз его нервно дёрнулся, когда он увидел господина Руахаша и ещё трёх жрецов – лучших воинов храма.

– Сильнейший? – видеть хайнеса жрец был уже не столь рад, но встреча его и не расстроила. Скорее озадачила. – Где убийца?

– Сдох, – неприязненно отозвался Узээриш. – Хорошо Вотые её охраняют.

– Он убил охрану.

Риш скривился, но комментировать не стал. С этим наёмником далеко не каждый бы справился. Собственно, он и смерть свою нашёл не от руки смертного, а от… Мужчина неприязненно посмотрел на куклу.

Опомнившийся, но не пришедший до конца в себя Саврий уже отправил одного охранника найти упавшего на дно оврага ястреба, а чёрную птицу передал верзиле с разбитым лицом. Ещё одного охранителя послали обследовать открывшийся провал. На жрецов помощник посмотрел оценивающе: хватит ли у хайнесовых охранителей сил справиться с храмовыми служителями при необходимости?

– Ты как? – господин Руахаш обеспокоенно осмотрел понурившуюся Лирку, и та несчастно и виновато на него посмотрела.

– Цела. Почти, – сквозь зубы добавил Риш. – Она сейчас идёт со мной. Нам нужно кое-что обсудить.

– Обсудить? – жрец растерянно посмотрел на него, вопросительно на Лирку и зашарил вокруг глазами, словно выискивая ответ.

И застыл, упёршись взглядом в землю. Узээриш проследил за ним и увидел отпечаток большой лапы. Загорелось неясное подозрение…

– Господин, – жрец поднял на него глаза и виновато улыбнулся, – думаю, мне тоже стоит с вами поговорить.

– Ах вы… – Риш с трудом удержал в себе комментарий в духе Лиркиного богатого внутреннего мира. – Ненавижу вас всех!

Жрецы за спиной господина Руахаша непонимающе переглянулись.

– Живо за мной. Оба. Без сопровождения, – хайнес нетерпеливо махнул рукой куда-то в сторону особняка.

Лирка покорно шагнула в указанном направлении, поморщилась и придержала правой рукой левую за локоть.

Узээриш с руганью начал стаскивать с себя кафтан.

Местное управление правопорядка очень редко знавало такое оживление. Из-за расположения поблизости храма Ваирака громких происшествий в округе было не так уж много. Жрецы следили за порядком и оберегали местных жителей не только молитвами.

Но сегодня здесь царили шум и гам, который могла устроить только добропорядочная горожанка, коей большего развлечения в жизни нет.

– Разбойников этих моя соседка видела! – сухонькая оборотница размахивала морщинистой ладошкой перед широким лицом усталого стражника. – Один за другим в окно посигали, весь хмель потоптали…

Стражнику, разбалованному тихой работой, так и хотелось спросить, чего она от него-то хочет. Сходила бы к жрецам, но вовремя вспомнилось, что это жрецы здесь в помощь, а не они.

– Урон какой нанесли? Покрали что? – сурово сдвинул брови оборотень.

– Да было ли время смотреть⁈ – старушка с возмущением на него уставилась. – Я сразу сюда, чтоб их по горячим следам.

– Так чего я их гонять буду, коли они тока хмель и попортили?

– Через моё жильё прошли, олух ты малолетний! – бабулечку ничуть не смутил статус детинушки. – Вломились без спросу и разрешения!

Дверь отворилась, пропуская внутрь новых посетителей. Стражник раздражённо на них глянул и вернулся к бабке.

– Ну похулиганил кто-то, – не терял он надежды вернуться к спокойной службе.

– Они мне кота попортили! – разъярилась оборотница.

Упомянутый кот сидел на коленях бабки, перевязанный поперёк туловища цветастым платком. Вид имел независимый, к собственному ранению явно относился с презрительной снисходительностью героя, отразившего натиск полчищ врагов.

– Какой геройский кот.

Стражник вновь посмотрел на вошедших и подобрался, узнав зашедшего последним главного жреца Ваирака. А вот первым вошёл высоченный оборотень с такими неестественно белыми волосами и кожей, словно на него мешок с мукой опрокинули. Только глазюки золотом и сверкали. Но одет хорошо, сорочка тонкой ткани, чёрный камзол серебром вышит, только штаны замазюканы. Рядом с ним стоял чернокудрый паренёк, виновато понурившийся, весьма смазливый, осыпанный пылью, паутиной и сухой листвой. Блондин вольно приобнимал его одной рукой за плечи, притискивая к своему боку, словно оберегая и покровительствуя. Видать, его же кафтан был наброшен на парнишку. Дорогущая вещица чёрного бархата с серебряным шитьём плащом висела на плечах. Левый её рукав был приколот к правому плечу бриллиантовой брошью, и на нём лежала левая рука паренька. А уж следом за ними зашли светловолосый господин с холодным лицом и жрец.

– Вот! – старуха выпучила глаза и ткнула сухим перстом в парнишку. – Вот он, вот он первым в окно прыгнул! Я башку его кучерявую накрепко запомнила!

Парень приподнял подбородок, и стражник, вздрогнув, уставился сперва на ветвистый шрам, а затем с внезапным смущением заподозрил, что перед ним баба, ряженая мужиком.

– Так вы свидетельница? – белокожий с радостным энтузиазмом уставился на бабку. – Как удачно, госпожа, что вы уже здесь! – и повернувшись к стражнику, уже без малейшего дружелюбия велел: – Взять у госпожи все показания, тщательно записать и подготовить отчёт.