Текст книги ""Фантастика 2025-187". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Алиса Чернышова

Соавторы: Наталья Чернышева,Диана Найдёнова,Ульяна Муратова,Мстислава Черная
сообщить о нарушении

Текущая страница: 63 (всего у книги 347 страниц)

18

Танатос знал: будь нити из непонятного материала присоединены к сигнальной системе, Деймос бы их с самого начала обнаружил. Существовала, конечно, вероятность наличия клонированной системы – но в то, что созданный в том числе для кибертерроризма Деймос мог что-то такое проморгать, Танатос не верил категорически. Всё вышеозначенное подразумевало, что нити автономны. А значит, какое-то время тревоги не будет, даже если их потревожить… Ещё сильнее, чем уже потревожил.

Потому он ничтоже сумняшеся рванулся, выбираясь из этой своеобразной паутины. Он использовал психокинез, чтобы отвлечь роботов и расширить окно, но время всё равно поджимало. Потому он метнулся вперёд на максимальной скорости. Уклоняясь, подныривая и просачиваясь на пределах возможностей, он не сразу даже осознал, что не так.

Раны кровоточили.

Это настолько противоречило особенностям его физиологии, что, привычно отрешившись от боли, он даже не сразу заметил. Только отметил краем сознания какую-то жидкость на коже – но не обратил внимания, понадеявшись, что организм нейтрализует контактный яд.

Что всё плохо, Танатос осознал, добравшись до следующего “слепого пятна”: бок был залит его жгучей, синеватой кровью. И останавливаться она, по всем признакам, не планировала.

Что за?..

“Запустить полное сканирование системы. Активировать усиленную антивирусную защиту.”

Он вынырнул из транса, и бок тут же пронзила резкая, острая, очень… непривычная боль. Интересно, так чувствуют это люди стандартной модели?

Так чувствовала это Ли?..

Примерно в этот момент его вирт всё же соизволил заметить неладное.

“Внимание: заражение неизвестными микроорганизмами. Кровеносные сосуды блокированы. Уровень работоспособности снижается. Рекомендуется углублённая диагностика.”

Интересно.

“Дерьмо, – прорычал Деймос, – что это за дрянь?!”

“Я высылаю спецназ, – сказала Ли одновременно с ним. – Танатос, оставайся там, где ты есть. Будь добр послушать меня хотя бы теперь. Это не шутки!”

Не шутки. Особенно учитывая, что эти “не шутки” не может уловить и идентифицировать его суперсовременный медицинский чип. Но…

“Деймос. Ты говорил, что достаточно хорош, чтобы переиграть создателя нанитов. Не хочешь доказать это?”

“Я не собираюсь ставить на это твою жизнь!”

“А придётся. Снова. Мой вирт в твоих руках. Что бы это ни было, локализуй его. Работай!”

“Я тебя сам прибью!”

Ну-ну.

Один занят, осталась вторая.

“Леди Авалон, – позвал он. Не то чтобы ему нравилось это имя, но оно было необходимо прямо сейчас, когда он буквально ощущал её панику всей кожей. – Необходимости в спецназе нет, это скомпрометирует миссию. Ущерб уже нанесён, я вполне способен его локализовать. Пожалуйста, не принимайте решений, не соответствующих вашему статусу. Сейчас мне нужно ваше хладнокровие на пути к нашей общей цели. Поверьте, после таких интересных поворотов мне ещё больше захотелось поболтать с вашим лордом Эндрю по душам. И вам, я думаю, тоже. Этот человек нужен нам живым, и только я могу это обеспечить. Вот неоспоримый факт, который вам нужно принять – и позволить мне работать.”

Она молчала долго – как минимум, по меркам вирт-беседы. В реальности-то, конечно, и секунды не прошло.

“Это была ошибка, – заметила она. – С самого начала. Нельзя вмешивать эмоции. Я знала это правило, но всё равно ошиблась. И цена этой ошибки высока…. Танатос. Ты уверен, что сможешь закончить миссию?”

Он знал, что захочет с ней позже обсудить ошибки, их общие, мнимые и настоящие. Но это было не время и не место.

“Я работаю дальше, миледи. Ситуация под контролем. Вам не о чем беспокоиться.”

“Хорошо. Только больше никаких фокусов с блоками, понял?! Оставайся всё время на связи, чтобы я видела твои показатели. Отряд спецназа дежурит на границе поместья, туда же отправляю медиков. Мне не нужны трупы и идиоты, потому, как только поймёшь, что не вывозишь – тут же вызывай подмогу. Я понятно объясняю?”

Вот и его девочка вернулась.

“Слушаюсь!”

Долго засиживаться на одном месте у него не было ни времени, ни возможности. Даже не упоминая постоянно сужающееся и смещающееся “слепое окно”, он продолжал стремительно терять кровь. Из-за слишком поздно пережатых сосудов зараза успела расползтись довольно далеко от мест заражения, что сильно замедляло. Пока что не критично, но достаточно, чтобы доставить неприятности.

На периферии сознания ругался Деймос. Бормотание по поводу чего-то вроде “Я тебя сейчас поймаю, маленький ублюдок, тварь ловкая” было довольно-таки успокаивающим: по опыту Танатоса, в самых худших случаях Деймос обычно молчал. Если подумать, это было вообще чем-то сродни приметы: когда Деймос заткнулся, всё просто хуже некуда.

Танатос понял это рано. Ещё в ту ночь, когда новенький техник впервые увёл Деймоса. Танатос помнил, как брат вернулся, и какой неправильной казалась эта проклятая тишина…

Впрочем, не время для этих воспоминаний – роскошный особняк Эндрю Вайса уже возвышается над головой, подавляя очертаниями изящных башен. И это значило, что осталась только одна линия защиты, которую надо преодолеть. Деймос услужливо передавал ему тепловые сигнатуры объектов, так что Танатос вполне имел представление, куда ему надо: третий этаж, западное крыло. Эндрю Вайс находился там в компании одного из заложников – очевидно, Джейди. И вот тут нужно точно убедиться, что сюрпризов не будет.

“Деймос, статус.”

“Работаю. Ублюдки сделаны очень хитро: преимущественно органичны, почти полностью автономны и запрограммированы каждый отдельно.”

“Каждый нанит запрограммирован отдельно? Но как?! Их же тысячи, если не миллионы!”

“Когда узнаешь, расскажи мне. Очевидно, этот ваш лорд Эндрю, или как там его, действительно гений – если, конечно, это он автор этих крошек. В чём я не уверен: слишком уж сложная работа, дорогостоящая и требующая доступа к множеству интересных ресурсов. Мне приходится отрубать эту дрянь чуть ли не по-одному, и поверь, это совсем не весело.”

Танатос придирчиво изучил показатели на внутреннем экране.

“Правильно я понял, что с теми, что прорвались ко внутренним органам, ты более-менее закончил?”

“Да, но ещё осталось…”

“Отлично, значит, сдохнуть мне не грозит. Теперь переключись, пожалуйста, на наших фигурантов. Они нужны живыми. Почти уверен, что они начинены разными нанитами по потолок; сможешь позаботиться о том, чтобы малютки не сработали?”

“Запросики у тебя, брат мой, с каждым разом всё больше радуют. Давай так: я могу секунд на пять-десять устроить сбой всех сигналов, блокнуть всю электронику и вот это вот. У тех, кто внутри, не будет возможности активировать обычные наниты. Но учти, что с дрянью вроде той, которой сейчас заражен ты, я ничего поделать не могу. Она не управляется централизовано, и это плюс. Но что там напрограммировано и когда это “что” вылезет – одной пресвятой чёрной дыре ведомо. Я ничего не могу сделать с этим дистанционно.”

Ну резонно.

“Ясно. Значит делай, что можешь, и будет как будет. Я дам тебе отмашку на старт.”

“Принято.”

Танатос окинул быстрым садом фасад с гаргульями (эти гвадские аристократы точно чокнутые), прикинул в последний раз траекторию и приготовился работать.

“Танатос, статус.”

Ах да…

Он сбросил краткую версию текущего состояния, выводов Деймоса и будущих действий Ли на вирт.

Если честно, это было больше для очистки совести и прикрытия тылов, чем реальной пользы: она всё равно не успела бы обработать и проанализировать информацию, да и остановить его не смогла бы. Тем не менее, этим поступком он, можно сказать, сбил два истребителя сразу. Во-первых, формально выполнил договор о том, что будет держать её в курсе – не хотелось бы игнорировать его второй раз за операцию, давая тем самым повод нарушить свою сторону обязательств. Во-вторых, пока Ли будет занята расшифровкой данных, он спокойно поработает, не вдаваясь в ерунду вроде утверждения, согласования и прочего бреда. Что Ли могла бы решить быстрее, чем он, бог новой эры? Может, она и была формальным руководителем операции на своей территории, но факта это не меняло: Танатос привык работать один, его мозги были быстрее человеческих, и в костылях в виде дополнительных руководителей на свою голову он не нуждался.

Даже когда этим руководителем была Ли; он, возможно, не отказался бы поиграть с ней в начальника и подчинённого, но не при таких обстоятельствах.

“Дождись моей команды.”

“Нет возможности ждать. Работаю!”

Он взвился вверх, планируя использовать гаргулью в качестве опоры.

“Держись подальше от этих статуй! Их не было раньше, и…”

Дослушать, что там “и”, Танатос не успел: глаза гаргулий вспыхнули алым, и когти сомкнулись на его щиколотке нереально быстро – так, что уклониться он не успевал.

В следующий миг его уже впечатали в стену с такой силой, что кирпичи разлетелись во все стороны. Тяжёлый, будто каменный кулак гаргульи врезался в раненный бок с силой хорошего тарана, дезориентируя и вышибая воздух.

Ладно, возможно, стоило дождаться отмашки.

"Деймос, давай помехи!"

"Я-то даю, но теперь у тебя семь секунд, чтобы справиться с этим... Чем бы оно на хрен ни было. Танатос... что это?"

"Боюсь, ответ на этот вопрос мне придётся узнать эмпирическим путём."

Надо отдать гаргульям должное: без дополнительной информации они его не оставили, равно как и без внимания. Что обычно вроде как кстати – Танатосу было далеко до Деймоса в вопросах любознательности, но он всё же любил новые и интересные знакомства. Тем не менее, вот прямо сейчас это было как-то немного некстати: во-первых, у него был немного напряжённый график, во-вторых, знакомиться с неизведанным, когда ты слегка выпотрошен – дурной тон.

У гаргулий, к сожалению, дела с этикетом обстояли не особенно хорошо… а вот во всех других смыслах, надо признать, эти твари невероятно впечатляли. Они почти не уступали ему в скорости, что, даже учитывая ранения, почти нереально. Но факт оставался фактом: пока что ему удавалось уклоняться от самых паршивых ударов заточенных лазером когтей больше на инстинктах и везении, чем на превосходящем ТТХ. Подныривая под удар заострённого крыла, он увидел зарево и услышал грохот взрывов: спецназ всё же начал штурм. Тяжёлые роботы-охранники активизировались и двинулись к периметру, всем своим бронированным видом намекая, что штурм будет довольно жарким. Сколько бы ни потребовалось, в нужное время они точно не уложатся. Кстати, об этом…

“Даже не вздумай соваться за периметр”, – сказал он Ли.

“Ты серьёзно сейчас пытаешься мне приказывать? На моей территории и в ходе моей операции?”

“Как бы так сказать… Да. Сунешься за периметр – получишь проблемы с подписанием договора. Ясно?”

“Если эти твари не прикончат, я придушу тебя лично!”

Что же, это, пожалуй, можно было принять как “да”.

“Я думаю, это можно принять как “да”, – всплыл на периферии голос Деймоса, – но, брат мой, у тебя есть некоторые проблемы с флиртом. Преподать пару уроков?”

Ответить у него не было возможности: горгульи оказались крайне ревнивыми по отношению к его вниманию. И отлично работающими в паре.

Ему не надо было слушать ругань Деймоса на фоне, чтобы знать: хакнуть этих тварей невозможно. Их вирт-начинка в полной соответствии с “призрачной” технологией ЗС была изолирована от сканеров, автономна и абсолютно не поддавалась расшифровке извне. Их тела… Ну, опытным путём (то бишь, отодрав одной из горгулий крыло) Танатос пришёл к выводу, что, несмотря на сходство с горной породой, на самом деле это вполне себе живой организм, хотя и с высочайшим уровнем сопротивляемости пси-воздействию.

Что само по себе всё очень усложняло.

“Деймос, шли отчёт на Альдану. Надо проанализировать эту дрянь и узнать о ней как можно больше.”

“Уже, – ответил брат сухо. – И ещё. Я, конечно, устроил милому лорду Эндрю свето-, звуко-, электро– и ещё много всяких шоу, чтобы ему не было скучно тебя ждать. Но, боюсь, твоё время уходит.”

“Знаю. Анализ слабых мест и характеристик успешно проведён. Заканчиваю с ними.”

Танатос оскалился, просчитывая в голове траектории. До чего же быстрые твари! И время поджимает. Ли, конечно, наверняка расстроится, но всё же… Мысленно взвесив все “за” и “против”, он подставился под удар, скорректировав движение так, чтобы не лишиться чего-то относительно жизненно важного. Хруст проламываемых рёбер прозвучал довольно неприятно, но Танатосу удалось оказаться к одной из горгулий достаточно близко для того, чтобы запихнуть мини-взрывчатку в глазницу.

Фейерверк получился не то чтобы эстетичный, но по-своему интересный. У Танатоса, впрочем, не было времени им наслаждаться – он занялся второй горгульей. Та, оставшись без крыла и в одиночестве, сразу оказалась в проигрышном положении. Воздействовать на неё пси-способностями напрямую было всё ещё практически невозможно, но осталась вероятность воздействия на окружающую среду. Так что Танатос просто сыграл с гаргульей в гербарий, то бишь, насадил на остов одной из разрушенных колонн. Это было полезно вдвойне, потому что расчистило путь к Эндрю Вайзу. Как там? Если нет времени входить через дверь – иди через стену. Что Танатос и проделал, на остатках ресурса перемещаясь прямо к лорду.

Тот оказался просто очаровательно гостеприимен.

– Всё же не сдох, урод пробирочный, – пробормотал он.

– И я рад встрече, милорд, – оскалился Танатос, отправляя фигуранта в глубокий сон без сновидений.

19

*

Это он, собственно, сделал вовремя: даже божественная выносливость окончательно пошла в отказ, снижая показатели функциональности в почти что геометрической прогрессии. Танатос сплюнул на пол кровяной сгусток и с грустью подумал, что, кажется, правое лёгкое даже не собирается регенерировать. Увы, шустрые наниты весело и задорно делали свою работу. Деймос же пока не мог заняться этой проблемой: у него хватало развлечений с нанитами, которыми были буквально начинены заложники.

“Подождёшь минут семь-десять? – уточнил Деймос. – Я хотел бы разобраться быстрее, но тут всё очень интересно. Надо поработать с этим, пока гвадцы не наложили на эти сливки руки.”

“Можешь не спешить. Ничего критичного,” – разрешил Танатос великодушно.

“Ну-ну. Но я склонен верить, что ты не откинешься в ближайшие полчаса, а вот добраться до этих игрушек – вопрос жизни и смерти. Нашей. Да и, по-хорошему, нам нужно вернуть Агенору его непутёвое чадо. Не то чтобы это совсем уж наша проблема, конечно. Но, как ни крути, а Лис – давний и верный союзник. Странно было бы не оказать ему такую мелкую услугу.”

Танатос скривился: его личная ненависть к Агенору, давно засевшая глубоко внутри, в последнее время обрела когти и зубы. Но в чём-то Деймос был прав: смерть любимого сыночка формального главы Новой Гвады была бы очень некстати. Особенно сейчас.

Шум схватки стал ближе – коммандос под руководством Ли явно не зря ели свой паёк, – но и роботы лорда Эндрю, как убедился Танатос, были полны сюрпризов. По его прикидкам, штурмовой команде должно понадобиться ещё не меньше пары минут, чтобы добраться сюда. И только после того он сможет посмотреть в глаза Ли, выслушать всё, что она о нём думает (наверняка преимущественно нецензурное) и впасть на какое-то время в исцеляющий анабиоз… Звучит как мечта.

Он задержал дыхание, чтобы кровь не слишком быстро разгоняла заразу по организму, и застыл на месте, экономя силы.

Ну, по крайней мере, таков был план.

– У вас в груди дыра, – сообщили ему доверительно. – Это выглядит несколько… некомфортно. Должен ли я допустить, что вам подобные всё же не чувствуют боли? Или пропаганда всё же права, называя вас бесчувственными куклами?

Танатос мысленно поморщился и медленно повернулся к некому Джейди, одному из основных поваров заваренной нынче каши… Ну, либо ингредиентов. Пока что сложно было сказать наверняка.

Джейди Бэслеф был похож на своего отца, как минимум в общих чертах: шоколадная кожа, чёрные глаза, пропорциональное лицо. Даже сейчас, в откровенно проигрышных обстоятельствах, мальчишка всё ещё оставался отпрыском гвадской королевской фамилии в лучшем её проявлении. То есть, вышколенно-вежливым артистичным гением с высоким айкью, смутными моральными принципами, умением отлично держать себя на публике и склонностью к театральным эффектам. Не выбери он стезю так называемой честной журналистики, из него получился бы отличный политик…

Впрочем, какие его годы. С большой долей вероятности, ещё получится.

– Странно слышать такие комментарии от человека, который практически мёртв, – отметил Танатос. – Или сам не знаешь, что наниты могут убить тебя в любой момент?

– Ну могут, – Джейди легко пожал плечами, и, судя по оставшемуся совершенно ровным сердцебиению, даже не слишком лицемерил, – и что с того? Если уж умирать, то лучший способ это сделать – до последней секунды заниматься любимым делом. Вам это не приходило в голову?

Танатос удивлённо моргнул.

Он никогда не задумывался, какое дело у него любимое.

Болтать с Ли на веранде? Читать? Лечить? Возможно, что-то из этого списка.

– Интересная концепция, – признал он. – Не уверен, что она применима ко мне – я почти наверняка умру насильственной смертью, – но в целом имеет смысл.

Джейди сдавленно фыркнул.

– Ну вот и я о том же. К тому же, я всё ещё жив, верно? Что-то мне подсказывает, что, будь на то воля учителя, я отправился бы повидаться с венценосными предками ещё в первую секунду тревоги. И мне хотелось бы верить в то, что гвадцы сумели быстро найти способ противостоять сумрачному гению сразу нескольких безумных учёных… Но верится с трудом. А значит, во-первых, мне следует вас поблагодарить и признать, что для богов новой эры в вирте действительно нет ничего невозможного, а во вторых – я вряд ли в ближайшее время умру. По этому поводу можно будет написать благодарственное письмо батюшке… Хотя нет, всё же воздержусь. Ненавижу самодовольное выражение на его лице в такие моменты. Вы тоже?

Танатос усмехнулся и медленно склонил голову набок.

Всё же, мальчишка в полной мере унаследовал от королевского семейства одну поразительную черту – острое, пробирающее обаяние, застывшее где-то на грани между пси-способностью и талантом, порождённым годами королевского естественного отбора.

Неудивительно, что он ходит у отца в любимчиках.

– Сразу нескольких безумных учёных… – повторил Танатос задумчиво. – Как интересно. Следует ли мне понимать это так, что тебе известно, кто за этим стоит?

Джейди довольно блеснул глазами.

– Возможно, – протянул он. – И быть может, пока ребята там немного заняты, я мог бы даже поделиться своим мнением по секрету… Если, конечно, обстоятельства будут благоприятными.

Очаровательный ребёнок.

– И что же у нас нынче считается благоприятными обстоятельствами? – уточнил Танатос, примерно догадываясь, каким будет ответ.

– Один из главных принципов честной журналистики: ты мне – я тебе. Куда без этого нам, представителям, так, сказать, одной из древнейших профессий?.. Пожалуй, я мог бы поделиться некоторыми своими сведениями. В обмен, например, на часовое эксклюзивное интервью.

– Час? – усмехнулся Танатос. – А не маловато будет?

– Для начала хватит! Знаете, для вашей должности вы поразительно мало общаетесь с прессой. А общественность имеет право знать, не так ли?

– Смотря что, – пожал плечами Танатос. По его мнению, на свете существовал огромный список вещей, знания о которых общественности были строго противопоказаны.

– Никогда не любил колонку светских сплетен, но в идеале – всё. Как нам показывает человеческая история, от сокрытия информации до намеренного манипулирования ею даже не шаг, а так, полшажочка… Но мы тратим время. Насколько я знаю ребят нашей безумной леди Яблочко, им понадобится не так уж много времени, чтобы сюда добраться. Так что я жду ответ на своё предложение. Что скажете?

– А ведь я мог бы заставить тебя рассказать, – заметил Танатос. – Без всяких там интервью.

– Пожалуй, могли бы, – улыбка Джейди не потускнела ни на гран. – Но мне всё же кажется, что не станете.

– Правда?

– Да. Как я уже успел понять, узколобость и кровожадность богов новой эры принято основательно переоценивать. Если я ошибаюсь… Ну, за ошибки надо платить. Так что там с нашим интервью?

Танатос усмехнулся. Гвадцы… После довольно хладнокровно-практичной, помешанной на научном прогрессе и биологической логичности Альданы пребывание в поэтичной, высокомерной, коварной, артистично-непредсказуемой, старомодно-современной, полной противоречий и подводных течений Гваде могло бы показаться полным кошмаром…

Оно и казалось, собственно. Большинство его сиблингов кривились при одном только упоминании сотрудничества с гвадцами. Даже Деймос, со всеми его чаями, борделями, криминальными империями и социальными миссиями, однозначно предпочитал ЗС. “Они же там все ненормальные”, – сказал он как-то про Гваду. И, надо сказать, в устах Деймоса это звучало то ли изысканным комплиментом, то ли признанием заслуг – но, в любом случае, определённо весомо.

Был, конечно, ещё Родас, который провёл на гвадском направлении четыре года (полтора из которых, правда, играл на два фронта – но об этом известно было мало кому). Разумеется, учитывая историю этой войны у Родаса не было ни малейшей возможности посетить Гваду, не вызвав огромного резонанса. Не то, чтобы он даже хотел. Но Танатос не раз и не два замечал за Родасом симпатию к Гваде и её новому правительству. И даже спросил об этом.

“Я всегда в глубине души сопереживал им. Не королеве, разумеется, но ополчению. С самого начала, ещё до того, как ты заключил с ними сделку, – сказал с каменной рожей Родас, повергнув Танатоса в лёгкий экзистенциальный шок. – Эти люди дрались за своё вопреки всему. Они вступали ради этого в самые безнадёжные сражения, даже если раньше никогда не воевали. Я был их врагом, их кошмаром, но они нравились мне. Когда была возможность оставить их в живых, я это делал. Они были доказательством, что даже в самой безнадёжной ситуации свобода стоит того, чтобы драться до последнего... Впрочем, уж ты хорошо знаешь, о чём я говорю.”

Танатос знал. Он больше не стал расспрашивать Родаса. Таков уж младшенький: никогда не знаешь, что он отмочит в следующий момент.

Но Родас был скорее исключением. В целом, как уже было сказано, большинство богов новой эры не выносили Гваду… Большинство, но не Танатос.

Были ли тому причиной годы, проведённые в вирте с Ли, или его характер в целом, или прочитанные книги, или ещё что. Но факт остаётся фактом: он любил гвадцев, их культуру и привычки… Даже если иногда и ненавидел. Но уж это, если верить Деймосу, обычное дело.

И да, стоит признать: если бы у Танатоса попросили создать портрет-срез типичного молодого гвадца с в очередной раз доказавшей статус “вечной” Брайдины, то Джейди, определённо, подходил.

Танатос мог бы заставить его говорить, даже сейчас. Но Джейди угадал: он не стал бы.

– Десять минут, – сказал Танатос, – с оговорёнными заранее вопросами.

Джейди оскалился.

– Полчаса и три свободных вопроса.

– Двадцать минут, один свободный вопрос. Лучших предложений у меня для тебя нет.

– По рукам! С вами крайне приятно иметь дело.

Позади полыхнуло огненно-плазменное зарево.

– Кажется, они выжигают паутинку, – отметил Джейди. – Времени не так уж много: потом меня наверняка отправят под домашний арест. Очередной. Ненадолго, конечно, но всё равно стоит поспешить.

Танатос кивнул. Он краем сознания отслеживал штурм резиденции (и перемещения Ли – просто на случай, если той всё же хватит ума сунуться), и тоже понимал, что времени у них немного.

– Предпочёл бы получить информацию на вирт, – отметил он. – Записи будут предпочтительней.

– Записи? А не многовато ли?

– Интервью? А не многовато ли? – отбил Танатос в тон. – И потом, ты же не рассчитываешь, что я поверю тебе на слово? Игра в дезинформацию – это, как ни крути, ваше семейное развлечение.

– Да уж кто бы говорил, ари я-живая-машина, – фыркнул Джейди. – Я мог бы даже оскорбиться, что вы считаете меня таким идиотом… Но воздержусь. Если уж на то пошло, я вам должен. Вы получите записи моего рабочего дневника; полагаю, этого будет достаточно.

Когда Джейди заговорил о своём “долге”, во взгляде его на миг мелькнуло нечто крайне интересное. Танатос не мог это просто проигнорировать.

– И что же ты мне должен, позволь узнать?

Джейди помолчал пару мгновений, а потом сухо ответил:

– Вы стоите тут с дырой в груди из-за меня. Мой лучший друг убит, невинные люди тоже. Погибло двое ветеранов системы десять, которых я знал ещё с войны: они поставляли мне записи с передовой. Их втянули в это дерьмо, используя в том числе меня. Куча народу умерло ни за что, и только мои ошибки стали тому причиной.

Танатос сложил в голове два и два.

– Ты помогал лорду Эндрю добровольно.

– Очень долго – да. Мне хотелось бы сказать, что я не понимал, что делаю, и мне врали. Для суда, пожалуй, этого даже хватило бы. Для самого себя, пожалуй, нет. Это моя тупость убила их, и больше ничего. Пошевели я извилинами вовремя, они бы были живы.

Танатос поискал подходящие к случаю слова, не нашёл их и просто кивнул. Они помолчали некоторое время: Джейди перебрасывал информацию, Танатос же пересылал её транзитом Деймосу и отслеживал перемещения Ли. Та, разумеется, всё же сунулась внутрь периметра и теперь стремительно двигалась в его сторону. Спецназ же уже входил в здание, окружённое боевыми роботами.

– Ну вот, сейчас начнётся, – заметил Джейди, – на что спорим, что леди Яблочко будет зла, как фурия?

О, вот в этом Танатос, к слову, ни на одну секунду не сомневался. И, когда леди Авалон в своём высокотехнологичном боевом костюме вошла в комнату, он спокойно выдержал её полный ярости взгляд… Впрочем, под этой самой яростью он очень отчётливо рассмотрел многое другое, почти долгожданное. Когда она увидела его состояние, маска треснула, и он смог рассмотреть под ней степень небезразличия.

Очень внушительную, надо сказать.

Танатос рассчитывал на это. Он мог бы прикрыться, смягчить и замаскировать эффект, но он не стал. Ему хотелось увидеть её реакции. Это было, конечно, фатальным логическим изъяном, но он ничего с собой не мог поделать: Ли всегда была не только слепым пятном, но и его личным универсальным катализатором... И он просто хотел проверить, в какой степени он всё ещё остаётся таковым для неё.

– Миледи, – поклонился Джейди дурашливо-галантно, но с весьма ощутимой насмешкой.

Ли на него даже не глянула. Она не отводила взгляд от груди Танатоса.

– Я вызвала медиков, – её голос звучал слишком спокойно для подлинного спокойствия. – Вы должны сейчас же отправиться в медкапсулу, ари.

А вот об этом, кстати, Танатос не подумал.

Хотя стоило бы.

– Нет, – ответил он просто.

И от этого пожар ярости в глазах Ли заполыхал с новой силой.

– Нет? – с притворной мягкостью повторила она, делая плавный шаг к нему. – Нет?! Немного разума, ари. Вы не пожелали послушаться моих приказов раньше, когда стало понятно, что здесь ждут только вас. Так что теперь будьте благоразумны и не заставляйте меня иметь дело с последствиями вашей возможной смерти.

– Уверяю, она мне не грозит. Ценю вашу заботу, но она чрезмерна.

– Обычный человек с такими травмами уже умер бы. И, прежде чем вы напомните о вашей природе: ваши раны не должны кровоточить. И воспаляться. Происходит нечто нетипичное, ари, и мы не можем пустить это на самотёк.

– В конечном итоге регенерация справится.

Её ноздри раздулись.

– Вы так уверены? Правда? Потому что я не намерена смотреть, как вы истекаете кровью у меня на глазах! Для справки, мои слова о медицинской помощи – это не был вопрос, ари, и даже не предложение. Вы отправляетесь в медкапсулу или вас туда отведут силой.

Танатос сцепил зубы.

Он понимал, что это Ли, его Ли, причём он сам же хотел увидеть её реакцию. Получи, распишись!.. Но всё же люди, которые угрожали ему насильственными медицинскими манипуляциями, были слишком серьёзным триггером. И то, что это сказала она, только добавило остроты.

И теперь, он даже сам не понял как, у них почему-то была одна ярость на двоих.

– Для того, чтобы запихнуть в медкапсулу, тебе придётся меня убить, – резко ответил он, даже не сразу осознав, что перешёл на неформальное обращение при куче посторонних. – Знаю, чего ты добиваешься, но я не позволю тебе наложить руки на тайны моего генома!

Он понял, что сорвался, только когда слова уже были сказаны и повисли в воздухе.

Ли, впрочем, не особенно далеко от него ушла в этом вопросе. Она сделала ещё один шаг к нему, вторгаясь в личное пространство, и буквально прорычала:

– Да плевать я хотела на твои дурацкие генетические тайны! Хочешь – сам потом сотрёшь информацию, всю! Но я не собираюсь смотреть на дыру в твоей груди и знать, что тебе больно, несчастный идиот!

Танатос в который подумал, что приснопамятное “Бойся своих желаний” – очень актуальное высказывание на все времена. Он хотел эмоциональную реакцию? Он её получил.

Знать бы, что делать с ней теперь.

– Мы не чувствуем боли, – солгал он зачем-то.

Это каким-то образом разозлило её ещё сильнее.

– Нашёл кому лгать об этом! Будто я не помню, что ты говорил раньше…

– Кхм-кхм. Я признаю, что всё это очень интересно. Что уж там, я почти что готов повизгивать от открывшихся перспектив, как восторженная девчонка! Вот уж точно всё не то, чем кажется. Но, как бы мне ни хотелось знать все подробности, даже на мой вкус тут многовато лишних ушей. Что скажете, миледи, ари?

Что же, надо отдать Джейди должное: у него вполне получилось очень убедительно сыграть роль холодного душа.

Танатос немедленно представил, что сказали бы ему Эрос, Долос и Фобос по поводу всего этого; получилось крайне витиевато и местами нецензурно. По лицу Ли прошла волна дрожи, было заметно, что она тоже пытается взять себя в руки.

“Вообще это и правда было весело, – заметил Деймос. – Интересный опыт – видеть тебя таким. И да, я уже взялся за наниты, но это теперь будет долго. И больно.”

“Как будто в первый раз.”

– Что я могу сделать для тебя?

Хриплый голос Ли заставил его моргнуть. Когда это переключаться между виртом и реальностью стало так тяжело? Неужели его реакция действительно настолько замедлилась?

– Танатос, – она полностью овладела собой и теперь говорила ровно, спокойно и уверенно. Именно такой тон методичка рекомендует использовать при общению с пребывающими в посттравматическом шоке жертвами. При других обстоятельствах он бы, возможно, даже обиделся – но теперь ресурса на это не осталось.

– Танатос, – повторила она, – послушай меня внимательно. Ты в плохом состоянии, и оно не становится лучше. Я вижу твои общие показатели жизнедеятельности в вирте, и даже то, что мне доступно, выглядит плохо. Тебе необходима медицинская помощь. Без попыток скопировать геном, гарантирую.