Текст книги ""Фантастика 2025-187". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Алиса Чернышова

– Угроза с воздуха, Оникс, – процедила Молния в наушнике. – Приближаются с юга, сейчас накроют нас.

– Надо дотянуть время, помощь уже на подходе, – сообщил майор. – Огонь открываем по моей команде!

Под ногами шуршала сухая ломкая трава. Обогнув отвес, я взобралась по склону до самой кромки леса и рухнула под дерево – как раз вовремя. Внедорожники уже вышли на самый край поля. Один из броневиков, развернув башню в сторону форпоста, прокатился вперёд и застыл прямо перед дальним валом, а сбоку, под самыми деревьями из чрева второй бронемашины наружу посыпались бойцы.

От раскинувшейся в низине площадки с натужным гулом тут же отделилось чёрное пятно глайдера, и воздух взрезал душераздирающий треск. Возле броневика налётчиков взмыли в небо фонтаны земли, атакующие бросились врассыпную, а по боевой машине противника звонко забили снаряды, выколачивая из стали снопы искр. Глайдер, отрывисто шарахая из бортового орудия по броневику, пошёл на круг мимо высокой антенны.

– Огонь по машине! – рявкнул коммуникатор, и площадь озарилась жёлтым всполохом.

Взрыв подбросил ввысь один из раскуроченных джипов – и сквозь дым я увидела людей. Занимая позиции вдоль лесополосы, они валились на траву и стреляли в сторону радиовышки. Я прильнула к прицелу.

В перекрестье заплыла голова в шлеме – и я нажала на спуск. Оружие в руках вздрогнуло – попадание, пробитую каску дёрнуло в сторону, человек исчез из перекрестья. Минус один. Чуть поодаль другой солдат целился из чего-то тяжёлого в летящий над деревьями глайдер. Выстрел, звонкий щелчок затвора, выбрасывающего дымящуюся гильзу – и второе тело распласталось по земле…

В низине дюжиной дятлов постукивали стволы, мелькали белые трассеры, очерчивая контуры скоротечного боя. Солдаты противника, попав под плотный беспокоящий огонь, прятались за деревьями, скрывались в куцых зарослях или возвращались сквозь кусты обратно к броне. Заприметив меня, пара бойцов перевели огонь в мою сторону.

Воздух вокруг меня ожил. Хлоп-хлоп-хлоп! Пули щёлкали по камням, вонзались в землю почти под самым ухом. И как в покадровой съёмке, прямо мне под нос подплыл свинцовый комок смерти. Сплющившись, он застыл в нескольких сантиметрах от моего лица – и безвольно упал в траву. Щит жужжал и свистел, выкладываясь на полную мощность – ещё одна раскалённая капля металла остановилась у меня над головой и тоже свалилась вниз.

«А ведь этот щит – просто находка!» – подумала я, передёргивая массивный затвор после очередного выстрела…

Моя винтовка мерно колотила в плечо отдачей, один за другим вражеские бойцы выбывали из строя, поражённые пулей или прижатые плотным огнём с баррикад. С той стороны долины из леса уже постреливали зашедшие с фланга бойцы сопротивления. Полыхнул расстрелянный броневик – задымил изо всех щелей. Вяло занялось пламя в дюжине брешей, испещривших железный бок машины. Атака противника постепенно захлёбывалась.

Краем глаза я заприметила ещё один пыльный вихрь, стремительно приближавшийся к нам – подкрепление конфедератам шло справа, вдоль кромки леса. Какие-то большие и тяжёлые автомобили неслись во весь опор. Не танки, не броневики…

«Рарог» тем временем подскочил в воздухе и вознамерился уйти над деревьями в сторону поля, чтобы зайти противнику в тыл. Мелькнула вспышка – над вторым броневиком взвился столб огня, а следом – следующий сполох, чёрным шлейфом прочертив по небу, скрыл из виду повисший над деревьями глайдер.

Мир треснул. Сперва – оглушительный хлопок, разорвавший небо. Над самыми макушками проревела хищная стрела «Кондора» и, показав всё своё оперение, нырнула в сторону, за лес. А там, где только что был «Рарог», возникло ослепительное солнце. Ударная волна пригнула деревья. От грохота заложило уши – и пошёл дождь. Дождь из сотен оплавленных осколков, падающий сквозь клубы чёрного дыма, стучащий по земле, по крыше, по баррикадам и по нашему последнему пристанищу.

Внизу, за пеленой жирного чёрного дыма какофонию стрельбы разбавляло нарастающее яростное рычание двигателей. Стучало, грохотало, лязгало железо, дребезжащей разноголосицей наполняя поляну подо мной, и через несколько мгновений я узрела грязный, низкий беспилотный тягач, ползущий в центр площади – прямо под перекрёстным огнём многочисленных стволов. Искры отскакивали от стальных бортов машины, а она вывернула колёса, ещё полсотни метров невозмутимо протащила за собой глухой серый полуприцеп и застыла поперёк поля. Пальба внизу на мгновение стихла, словно все – и защитники, и нападающие – разом застыли в удивлённом оцепенении.

И случилось непредвиденное.

Чёрной полосой вдоль всей длины прицепа прорезалась щель, и бортовые секции одна за другой принялись с глухим стуком грохаться оземь. Внутри, в развеянной дневным светом пыльной полутьме стояли люди. Тесная серая толпа плечом к плечу, словно сельди в банку упакованная в этот огромный прицеп, как по команде ринулась вниз по пандусу – прямо на баррикады из мешков с песком и колючей проволоки.

Пространство внизу переполнилось рёвом, хрипом многочисленных глоток и дружным треском оружейных стволов, и толпа хлынула. Не побежала – именно хлынула, как густая серая жидкость. Они не кричали. Они дышали – хрипло, часто, в унисон, и этот звук был страшнее любого рёва.

В смертельном забеге чудовища неслись вперёд, за считанные секунды покрывая десятки метров между тягачом и укреплённым забором, натыкаясь на острые ежи-рогатки, продавливая сетку-рабицу. Вал из тел перед стеной вырастал буквально на глазах, а сквозь дым на открытую местность, чадя выхлопом, вырвалась ещё одна фура. Секунды спустя она уже вываливала на землю своё смертоносное содержимое. Оскальзываясь, спотыкаясь друг о друга, мертвецы стремились вперёд, к вожделенной пище, падали замертво и исчезали под шарнирными ногами всё новых заражённых…

– Оникс, у нас минус боец! – затрещал в коммуникаторе голос Умника. – Уходим за здание!

– Вторая волна идёт, берегите патроны! – кричал майор.

– В меня уже не стреляют, я гашу щит, он тут бесполезен, – негромко, сквозь зубы доложил Бурят.

Лёжа в траве под деревом и поводя стволом винтовки, я никак не могла выбрать цель – всё перемешалось, чудовища штурмовали блокпост, прорвавшись через продавленный забор. Сражённые, они падали на гравий уже внутри периметра, но им не было числа. Вот один из бойцов сопротивления рухнул, сбитый с ног грязным здоровяком – и на него тут же накинулась, облепила целая свора. Другой ополченец беспорядочно палил в толпу, затем бросил опустевший автомат – и был настигнут монстром. Возле забора жахнул взрыв, разбрасывая заражённых в разные стороны, словно нелепые тряпичные куклы.

Краем глаза замечаю блик света.

Резкое движение стволом – и на самой границе поля, возле дерева вижу большой чёрный джип. Двери его распахнуты, бойцы стоят полукругом с оружием наготове, прикрывая безоружного человека. Возле машины по стойке «смирно», опустив вдоль тела длинные руки, вытянулся сухощавый конторский чиновник.

Белая рубашка с галстуком! Чёрные очки! Это он! Он!!!

Обезумевшей канарейкой сердце затрепыхалось, зашлось безумием в моей груди. Чудовище не видело меня – оно целилось подбородком вперёд, куда-то в гущу боя, поверх снующих по двору мертвецов. Оно работало, выискивая свою цель, слабое звено – и оно нашло то, что искало.

– Вы мрази, – сквозь грохот и треск раздался тихий, но отчётливый голос Молнии. – Моя сестра погибла по вашей вине. И вы все мне за это ответите…

– Молния, стой! Стоять! – вскричал Умник.

Монстр внушал ей что-то, он совершенно точно копался у неё в голове! Или не он? Порывистым движением я переместила прицел правее, над вторым транспортёром и ротой бойцов, цепью опоясавшей въезд на поле. Внутри меня похолодело, а сердце вовсе остановилось.

Ещё один джип стоял позади третьей приземистой фуры, разгружавшей мертвецов, а на крыше джипа вытянулась вторая долговязая фигура, точно также выставив вперёд острый бледный подбородок. В кого стрелять? В левого или правого? Того, что на земле или на крыше машины?!

– Скворцова, мать твою, ты чего творишь?! – захрипел наушник. – Кидай гранату! Кидай её к херам, не держи!..

Внизу раскатисто хлопнуло, меня окатило волной тепла, и в небо огненным джинном взметнулось пламя, разлилось по площадке, облизывая кирпичную пристройку, скрывая с глаз генератор, крошечный сарайчик и корявые силуэты бесноватых, заполонивших дворик. Сдувая мертвецов и бойцов сопротивления, полетели во все стороны куски металлочерепицы, горящие доски и искорёженные обломки бочек с горючим. На всё поле протяжно застонала от напряжения огромная вышка, накренившись вершиной и зависнув в шатком равновесии.

– Это Молния! Она разнесла генератор вместе с собой! – сорвался на крик Бурят, впервые потеряв самообладание.

– Умник! Скворцова! – басил Оникс. – Приём! Чёрт! Чёрт, биометрия Умника на нуле!.. Архип, отзовись, мать твою!

Ответная тишина в эфире была громче любого взрыва. Майор хрипло и витиевато выматерился, а я вновь припала к прицелу. Вот он, монстр в деловом костюме – стоит возле джипа, как ни в чём не бывало. Словно не разверзлась впереди огненная преисподняя, как будто не рвалась к добыче толпа мертвецов в какой-то сотне метров от него. Что ж, была не была…

Время замедлилось. Сердцебиение в висках стихло, и весь мир сузился до перекрестья на тёмных очках. Затаив дыхание, я надавила на курок, и уши заложил громовой раскат.

Лопнула иссиня-чёрными брызгами аккуратно стриженная голова, разлетелась, словно перезрелый арбуз. Конечно, если бы арбуз внутри был не красным, а чернильно-синим, его бы разнесло именно так – на мелкие ошмётки и миллион литров чернил, забрызгивая борт внедорожника. Я почти слышала это – чавкающий звук влажных брызг – воображение услужливо наложило его на гул в ушах, – а долговязое тело в пиджачной паре пошатнулось и медленно-медленно завалилось назад, под распахнутую дверь машины.

И в этот момент что-то изменилось. Толпа заражённых внизу потеряла стройность, рассыпалась на группки, развалилась на рычащих кадавров, беспорядочно сталкивающихся друг с другом. Они брызнули сразу во все стороны – на забор, вокруг забора, обратно к фуре, прочь от укреплений к лесу – и прямо на меня.

Поднявшийся ветер рассеивал, оттаскивал в сторону клубы дыма и доносил до меня посвистывания многих реактивных двигателей. Далеко наверху, в белом небе что-то гулко разорвалось – противоборствующие силы насмерть сшиблись в воздухе. Чёрные молнии на огромной скорости сошлись друг с другом и разошлись, уходя на круг. За одной из точек дугой простирался длинный дымный шлейф, небо рассекали алые разряды лазерных лучей…

– Уходите, Оникс! – донёсся голос Бурята из наушника. – Я их задержу, а ты уводи агента! Фурия, прикрой, если сможешь!

Крошечный силуэт на крыше кирпичной пристройки принял сидячее положение, сквозь дым замелькали трассеры, а я взглянула вниз – туда, где по полю разбегалась во все стороны толпа заражённых. Полдюжины оборванных доходяг карабкались в мою сторону по холму. Времени совсем не оставалось, и лучшее, что я могла сделать – это выбить самого опасного противника, второго телепата…

Огибая фуру, грязные оборванцы бежали по полю в сторону конфедератов. Мгновение – и бойцы попрыгали в чёрный джип, а машина резво сдала назад, поднимая клубы пыли.

Веду стволом вправо – туда, где стоял второй джип. Дымовая завеса подтаяла, и в просвете между пепельными лоскутами я увидела силуэт, стоящий уже внизу, возле машины.

Всё вокруг померкло, стало незначительным и неважным, и я видела только это бледное лицо. Оно, обрамлённое каштановыми волосами, смотрело на меня сквозь окуляр прицела – прямо как тогда, в лодке между смертью и спасением. Умоляющий взгляд больших карих глаз с тёмными кругами под глазами, беззвучно двигающиеся губы. С расстояния в добрые триста метров я слышала её проникновенный шёпот:

«Лиза, не делай этого… Это не ты, Лиза, выброси его из головы».

Панический вихрь мыслей захлестнул сознание, палец сам собой соскочил с курка, и в следующую секунду Софи скрыла стена сизого дыма…

Этого не может быть, это полный бред… Нет, это он! Снова пытается одурманить меня, лезет в мою голову!

Вскочив с места и позабыв обо всём, я вглядывалась в серо-чёрную дымящуюся мглу. Внизу и справа мелькнули две фигурки – огромный майор и маленький агент петлёй бежали прочь в сторону деревьев, а в низине между ними и мной, словно на каком-то гротескном безумном митинге, раскинулась целая толпа заражённых.

Сверху на землю падало эхо воздушного боя, а ко мне по склону тем временем приближались чудовища, неистово стуча зубами, неуклюже цепляясь за торчащие корневища и оскальзываясь на траве. Добрый десяток – они были уже в считанных метрах от меня.

Выстрел, ещё, и ещё… Один из заражённых рухнул ничком. Отдача болезненно стучала в плечо, а я, словно машина, раз за разом передёргивала затвор и давила на курок. Четвёртое чудовище, пятое…

Следующего выстрела не произошло, лишь звонко щёлкнул затвор опустевшей винтовки, а совсем рядом фонтанчик земли выбила пуля – кто-то с той стороны обратил на меня внимание.

Швырнув оземь бесполезное оружие, я развернулась и пустилась наутёк между деревьями. Не разбирая дороги, я мчалась стремглав, перепрыгивая овражки, с треском прорываясь через колючие кусты, а позади меня хрипели и дурниной орали пустившиеся в погоню мертвецы.

– Оникс, приём, как слышно?! Где вы?! – кричала я на ходу в коммуникатор, которого не было – потеряла…

Обронила где-то там, позади, в зарослях, и вернуться я больше не могла. Пальба в низине заметно поутихла, а в вышине свистели реактивные двигатели, и доносились сквозь кроны деревьев отрывистые хлопки. Левее, левее, они должны быть где-то там…

Заражённый выскочил наперерез, споткнулся, упал, а я сиганула прямо через него. Впереди мелькнул второй – преградил путь и протянул ко мне грязные крючковатые руки. Не сбавляя темпа, я выдернула из кобуры позабытый было пистолет и высадила в него сразу половину обоймы. Впереди метались сполохи света, кромка леса приближалась – как приближался и хруст зарослей сзади, но оборачиваться было нельзя.

Вперёд, только вперёд!

Вырвавшись из подлеска под белое небо, я прибавила ходу под горку, насколько это было возможно. Высоко над головой кружили две чёрных точки победителей в воздушном сражении, а в стороне, оглушительно треща двигателями, над самой землёй в воздухе висел бежевый десантный корабль. Он ещё здесь!

– Подождите меня! – срывая связки, закричала я, и голос мой подхватил порыв ветра. – Я здесь! Подождите!

Триста метров! Какие-то сраные триста метров! Я почти успела! Почти!

К челноку сквозь высокую траву проскакали два силуэта, гонимых неистово голосящей и тянущей руки погоней – один громоздкий, другой поменьше, будто подросток, – и слились с чёрным зёвом распахнутого отсека. Фигуры майора и агента растворились, грузовая рампа поднялась, корабль качнулся и стал отдаляться, набирая скорость, оставляя позади десятки бегущих трупов – всё выше и дальше, навстречу снижавшимся точкам истребителей сопровождения. Троица боевых машин, окатив меня напоследок рёвом двигателей и зычно перейдя на форсаж, растворилась в небесах…

Позади рычала и горланила стая голодных убийц. Притормозив на миг, я обернулась, прицелилась и выстрелила – одно из чудовищ, подкошенно, упало. Второй меткий выстрел подсёк другого нелюдя. Да сколько их тут?! Десятки распахнутых пастей, добрая сотня безумных бордовых глаз… А от кромки леса отделялись всё новые силуэты…

Беги, дура, беги! Нет больше вариантов! Нет их, просто беги!

Задыхаясь, я отдавала движению последние силы. Откуда-то доносился мерный гул, но я его уже не слышала – он сливался с гулом в ушах от продолжительного бега на износ, в груди лучами разгоралась боль, мои артерии сгорали в огне.

Овраг… Небольшой холм… Вперёд, вперёд… Низкие колючие кусты, высокая трава – и запах. Его источник приближался, обжигая пылающие лёгкие, наполняя их отвратительной гнилью с едва заметной приторной ноткой. Вонь гниющего мяса, которую чувствуешь уже за сотню метров – так пахнет только смерть…

Я едва сумела затормозить, пыльно прочертив подошвами по земле, и застыла на краю бескрайнего котлована. Метрах в двух внизу, насколько хватало глаз, неровным слоем были свалены тела – десятки, сотни, тысячи. Пестрившие всеми возможными цветами блеклые пятна одежды, торчащие из захоронения тут и там конечности, навсегда замершие слепые бордовые глаза, жужжание миллионов мух…

Если ад существовал, то он выглядел именно так. И этот ад, похоже, был моим, личным, персональным. Тем, который я выстрадала и заслужила…

Сёрбающие хрипы, горловой клёкот, предвкушающие сладкую человечину взрыки прямо за спиной. Обернувшись, я ткнула пистолетом в воздух перед собой. Они уже здесь – пришли за мной, чтобы отправить меня в мой ад…

Палец сам давил на курок, ствол подскакивал в руке, а в тёмном туннеле над головами мертвецов, над высокой травой, над далёким лесом, прямо поверх торчащей в небо, смолкшей навсегда покосившейся красно-белой радиомачты в воздухе парила аспидная хищная стрекоза с раздвоенным хвостом. Растопырив лапы и исторгая вниз фиолетовое пламя дюз, она висела в небесах, а из распахнутого брюха её низвергался на деревья рой чёрной жужжащей смерти.

Вот и всё, сейчас всё закончится…

Судорожными рывками втягивая в себя приторно-колючий воздух, я подняла пистолет и упёрла его в подбородок. Ещё мгновение… Сейчас… Сейчас… Страха нет! Я прощаюсь… С Софи, с Ковчегом, с призраком Марка. Прощайте. В этот раз я не промахнусь…

Всё никак не решаясь нажать на спуск, будто во сне я обречённо смотрела, как сотня мертвецов под предводительством косматого, лупоглазого, небритого здоровяка в драной бордовой рубахе несётся прямо на меня. Полубредовым видением мелькнуло на мгновение лицо Рамона – его последний смертный бой с заразой перед неминуемым поражением. Он проиграл, и я тоже проиграла. Это конец…

Мгновение спустя грузное тело врезалось в меня, всем своим весом сшибая с ног, обрушивая в котлован, в легион гниющих тел. В спину ударилось что-то податливое, резиново-упругое – и в *это* сверху меня вдавил огромный немытый монстр.

В титановое запястье с лязгом впились плотоядные зубы, саккады безумных багровых глаз, грозящих выскочить из орбит, выписывали чудовищные пируэты в сантиметрах от моего лица. С хрусткими шлепками где-то рядом в котлован сыпались всё новые мертвецы – они на четвереньках ползли ко мне, толкали и пихали друг друга оголодавшей стаей волков в борьбе за желанное мясо…

Где пистолет, в бога вашу мать?! И где мой резак?! Его нет, отобрали, обезоружили! Ничего нет! Получи, тварь, ногой, коленом… Ты не чувствуешь боли, нет! Ты можешь только рвать зубами плоть, до которой от тебя – всего лишь расстояние в мехапротез, но что я ещё могу?! Что?! Не могу я, не могу больше… Задыхаюсь…

Десятки окровавленных челюстей на цепких шарнирных руках приближались по рыхлым разлагающимся телам, и клацали, клацали, клацали гнилыми зубами… Уйди, прошу тебя, отстань и уйди… Сожрут, они сожрут меня, сожрут, слопают! Этот чудовищный, невыносимый смрад…

Вместе с десятками заражённых я рычала и кричала, обессиливающий тёмный туннель поглощал всё вокруг, беснующийся монстр тяжелел, челюсти его приближались, а воздух наполнял зудящий, шелестящий шум. Всё ближе и ближе подступали эти звуки, заволакивая уже почти невидимое небо чёрной тучей, разрезая его на мельчайшие лоскуты и проглатывая без остатка. Жужжащая и стрекочущая стая саранчи накрыла котлован, и что-то хрустко застучало по суетящимся на его поверхности телам, словно десятки пневматических молотков вбивали железнодорожные костыли в мясные туши – хрясь-хрясь-хрясь…

Сутолока вокруг меня угасала с каждым ударом, затихала, замирала, возвращая бескрайнюю открытую могилу во власть бесчисленных мух.

Хрясь! Неистовый мертвец на мне дёрнулся, коротко и недоумённо взвыл и распластался, расплылся поверх меня всем центнером своего веса. Лицом к лицу я встретилась с кровавыми озёрами его глаз, гнилостный смрад смешался с вонью немытого тела и недопереваренного мяса…

Я не могу дышать… Мне не хватает воздуха…

Мир почти сжался в точку, а я из последних сил пихнула тело, сталкивая его с себя. Ещё один жадный глоток прогорклого смрада – и силы окончательно покинули меня. Сознание, словно камень, пошло ко дну, в тёплые, смрадные волны забытья…