Текст книги ""Фантастика 2025-187". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Алиса Чернышова

Соавторы: Наталья Чернышева,Диана Найдёнова,Ульяна Муратова,Мстислава Черная
сообщить о нарушении

Текущая страница: 264 (всего у книги 347 страниц)

Я снова спускаюсь на первый этаж и делаю селфи.

– Сковзя, ты мог бы получать орешки как гонорар.

Косметику покупают девушки и женщины, а они любят всё милое и пушистое. Сквозя мог бы стать талисманом моего модного дома.

–  Работать?! –  возмущённо восклицает попугай. –  Тьфу!

Действительно, зачем трудиться, когда любимыми орешками угощают просто так, просто за то, что ты попугай.

Сквозя подхватывает кулёк, делает по помещению круг и вылетает в окно.

–  Э-эх…

Макияж я не смываю до вечера –  проверяю, насколько он стойкий и не возникнет ли на коже раздражение. Конечно, я уже проверяла, до того, как пошла оформлять патент, и осталась очень довольна. Но всё же…

Я волнуюсь! Разумом понимаю, что идёт обычный рабочий процесс, и завтра я перехожу на следующий этап, но ничего не могу с собой поделать. Ночью я ворочаюсь с боку на бок, часто просыпаюсь, а во сне меня преследуют невнятные видения, моментально истаивающие, стоит открыть глаза. Вспомнить, что конкретно мне снилось, я не могу.

Утром я встаю с восходом, умываюсь холодной водой –  привожу себя в тонус. Завтракаю. И принимаю важное решение –  не краситься. Фото –  это хорошо, но показать контраст “до” и “после” вживую гораздо эффективнее. Я теперь умная, первой положу подводку и все брызги аккуратно смою, и только потом буду пудриться.

Я складываю баночки в саквояж и выхожу. Адрес у меня есть, куда идти, представляю. Я собираюсь перехватить Ользу на выходе из дома. Если эта часть сюжета не изменилась, то сейчас ей очень нужны деньги, чтобы выплатить карточный долг брата, и моё предложение будет в тему.

Утренняя прохлада бодрит, как глоток утреннего кофе. Шагать через просыпающийся город даже приятно. Светит солнце, заливаются мелкие птицы, а улицы почти безлюдны, только слуги из богатых домов спешат на рынок, чтобы купить для хозяев всё свежее.

Пару раз я останавливаюсь, уточняю у прохожих дорогу.

–  А, вон, синьорина, вы самую малость не дошли.

–  Спасибо!

Если я ошиблась насчёт сюжета… Уверена, Ольза меня выслушает.

Надеюсь, она уже проснулась. Я поднимаюсь на крыльцо и стучусь в дверь висящим на цепочке миниатюрным молоточком.

Два удара, пауза, и ещё два удара.

–  Да-да! –  раздаётся из глубины дома, и меньше, чем через минуту, створка открывается.

На пороге Ольза. Впервые я вижу её без броши. На Ользе светло-голубое с кружевной отделкой лёгкое платье, вероятно, домашнее. Волосы без затей подхвачены оранжевой лентой. Сочетание совсем не в её стиле, будто брала, что под руку попадёт, не глядя.

–  Доброе утро, –  здороваюсь я.

–  Иветта… Доброе…

Интонация намекает, что я невовремя.

–  Прости, что беспокою, но это важно.

Заниматься модным домом в одиночку? Не смешите мои тапочки! Без надёжных помощников в таком деле не обойтись. А где их брать, надёжных? Только свистни –  набежит толпа жуликов. Ользе я готова довериться –  в романе она честная.

Секундная заминка, и Ольза кивает, приглашает в гостиную.

–  Чай? –  предлагает она.

–  Ольза, я с удовольствием посижу с тобой за чашечкой чая, но сегодня, мне кажется, ты не в том настроении. Я не стану отнимать время. Вот, взгляни.

Телефон я настроила заранее.

Да, я решилась его показать. А почему нет? Скажу, что это артефакт, магическое зеркало, доставшееся мне по случаю, и я не представляю, где заполучить такое же.

Я показываю вчерашнее селфи “до” и перелистываю на “после”.

–  Иветта?

–  Называется “Найди десять отличий”.

Ольза непонимающе хмурится.

–  Иветта…

–  Неудачная шутка, извини. Ольза, как думаешь, сколько женщин будут готовы заплатить за подобное преображение? –  я перелистываю на третье изображение, которое я слепила в редакторе, два фото рядом.

Ольза пристально рассматривает изображение.

–  До меня дошли слухи про модный дом, –  наконец говорит она.

–  Тогда ты понимаешь, о чём я.

–  Признаться, не совсем.

–  Я предлагаю тебе… Ну пусть будет, место управляющей модным домом. И партнёрство. Ты будешь не просто управляющей, ты будешь полноправно владеть частью нашего модного дома. За собой я оставляю стратегическое планирование.

Тему владения замяли, потому что больше сорока процентов я не отдам. Я готова делиться деньгами, но не контролем.

Я выставляю на вычурный журнальный столик свои убогие глиняные баночки:

–  Позволишь мне показать тебе, как это работает? За четверть часа я превращусь в красотку.

–  Знаешь, это всё слишком неожиданно…

Ой, кажется, я шокировала Ользу напором. Крайне непрофессионально с моей стороны. Качнув головой, Ольза отступает на шаг.

Глава 29

Меня подвела привычка. Переговоры –  территория делового общения, и, какие бы проблемы у тебя ни были, ты их оставляешь за пределами офиса. Не можешь? Возьми отгул, больничный, отпуск. Формат работы с клиентами не мой формат.

–  Ольза, я нашла золотую жилу. Размышлять можно, но не долго. А пока просто посмотри, хорошо?

–  Просто посмотреть?

–  Ага…

Я молча описываю указательным пальцем невидимый овал вокруг своего лица, предлагая запомнить, как я выгляжу и отхожу к примеченному зеркалу в глубине холла.

–  Я всё же поставлю чай, –  вздыхает Ольза, смирившись, то я не отстану.

Возможно, она использует чай, как предлог, чтобы отлучиться. Я, не оборачиваясь, киваю и, аккуратно оттянув веко, рисую чёрную стрелку. Ватных палочек, увы, нет, но я заранее намочила платок, и сейчас, надавливая отросшим ногтем, легко стираю излишек краски, отрепетированно наношу пудру, добавляю румяна и завершаю преображение помадой.

К возвращению Ользы я полностью готова. Глядя в зеркало я вижу себя, но это новая я, яркая, выразительная, совсем не похожая на себя обычную. По-моему, у меня даже осанка изменилась. И появился задорный блеск в глазах. Про самоощущение и не говорю. Блёклая моль превратилась в роскошный павлиний глаз.

Я оборачиваюсь:

–  Что скажешь?

Ольза теснит на столике баночки и ставит поднос, только потом без энтузиазма поднимает взгляд. Её рот приоткрывается.

–  И-иветта?

–  Хочешь попробовать? –  предлагаю я, подпуская в голос сладких соблазнительных ноток.

Какая девушка устоит?

–  А-а-а…, –  Ольза прикусывает губу. –  Подожди, Иветта.

Ольза отлично владеет собой и с эмоциями справляется. А ещё нельзя забывать, что все её мысли сейчас не о красоте, а об огромной сумме, которую задолжал брат. В романе говорилось, что казино полукриминальное, за отказ расплатиться за карточный долг могут и убить, точнее, сперва серьёзно покалечат, а если денег не будет снова, то убьют. Парню вчера уже досталось, чтобы осознал, что шуток не будет.

–  Жду, –  улыбаюсь я.

–  Я не думаю, что я готова тебе помочь. Всё это… слишком.

–  Почему…? –  ей же нужны деньги!

Ольза отвечает неожиданно серьёзно:

–  Иветта, мы едва знакомы, и ты рассказываешь, что намерена меня озолотить. Просто так, без всякой причины.

А ведь она права, со стороны и правда странно выглядит, если не знать, что я о ней целый роман прочитала.

Объяснение может быть только одно:

–  Интуиция. Я привыкла ей доверять. И интуиция говорит, что мы прекрасно сработаемся и поможем друг другу.

Ольза медлит, берёт одну из баночек и задумчиво вертит в руках, но ставит обратно и качает головой.

Я мысленно готовлюсь получить окончательный отказ. Плохо, ведь я рассчитывала…

Снаружи раздаётся грохот. Я непроизвольно вздрагиваю. Ольза испуганно шарахается от входной двери и смотрит на содрогающуюся створку круглыми глазами. С той стороны в дверь колотит медведь, не меньше. Не знаю, что за повод так долбать, но мне очень хочется надеть умнику на голову кастрюлю и постучать половником.

–  Выходи! –  орёт он.

–  Кто там? –  шёпотом спрашивает Ольза, и почему-то у меня.

Я пожимаю плечами. В романе ничего подобного не было. Точнее, было. Ольза ушла утром, а, когда вечером вернулась, обнаружила, что замок повреждён и дверь незаперта. В холле она нашла мёртвую чёрную кошку. Получается, из-за меня Ольза не успела уйти.

Игнорировать медведя не вариант –  я точно знаю, что он ворвётся. Уж лучше перехватить инициативу. Я подхожу к двери, поворачиваюсь спиной и со всей силы ударяю в ответ пяткой.

Грохот прекращается.

–  Кто там и что вы себе позволяете? –  громко спрашиваю я.

–  Открывай! Выходи сама, не то хуже будет!

–  Я вызываю стражу, –  отчеканиваю я.

Я надеюсь, что моё спокойствие и угроза остудят хулигана.

–  Ольза, что там? –  в холл, пошатываясь, выбирается парень с подбитым глазом. Явно, брат героини.

Ответить она не успевает. Створку сотрясает особенно мощный удар, замок не выдерживает, соскакивает, и дверь распахивается.

В холл врывается… Фирс собственной персоной. Женишок проклятый. Светлые волосы всклокчены, глаза налиты кровью. В нос ударяет винное амбре, и я оглушительно чихаю. Фирс мутным взглядом обводит холл.

Я стою ближе всех, он пару секунд смотрит прямо на меня. У меня внутри всё обмирает. Я сглатываю ставшую вязкой слюну и давлю панику. Да, Фирс, вот ведь удача пошутила. Посмотрела бы сейчас на его рожу сеньора Таэна… И что, что Фирс? Что он может сделать? Схватит за руку и потащит за собой? Я буду кричать, позову стражу. Он не знает, ни как меня теперь зовут, ни где я живу. Столкновение здесь, в Старом Му, не так страшно, как в родном городе, где ему на помощь встала бы вся община.

Фирс переводит взгляд с меня на брата Ользы и скалится:

–  Должничок, ты приготовил деньги?

Парень не спешит выйти вперёд и встать между мной и Фирсом.

–  У меня есть пять дней.

–  Пять дней у тебя есть. А есть ли у тебя деньги, а?

–  Для начала оплатите ремонт двери. Карточный долг не даёт никакого права крушить чужое имущество, –  влезаю я.

Если Ольза будет благодарна мне за вмешательство, то есть шанс, что она согласится мне помочь.

–  О, а кто это у нас такой боевой? Твоя сестрёнка? Красотка! М-ма! –  Фирс издаёт отвратительное громкое причмокиванье. Более грязный намёк трудно представить.

Стоп.

Он принял меня за Ользу? Он меня не узнал?! Идя разбираться с должником, он точно не ожидал наткнуться на беглую невесту. Винные пары затуманивают восприятие. Опять же, в его памяти Лейсан осталась серой мышью, хотя на вокзале он видел меня в новом образе. Сейчас он пялился на меня с похотью, но без капли эмоций –  не узнал.

А значит, главное, себя не выдать…

–  Уходи, – на мою удачу опровергнуть наше родство брат Ользы не торопится. Я понимаю, что он таким образом выводит из-под удара родную сестру. Я-то ему никто. Но всё же это… подло.

–  Эй, должничок, за эту куколку в борделе дадут кругленькую сумму. Долг вернёшь и ещё останется. Малышка, я первый. Надо же, ты на мою жену похожа, но она курица облезлая, а ты хороша, –  он протягивает руку.

Я пячусь.

–  Пшёл вон, козёл облезлый. В срок деньги будут, –  я окончательно вживаюсь в роль сестры.

Брат Ользы больше не может оставаться в стороне, перехватывает Фирса за запястье:

–  Руки убрал.

–  Я вызвала стражу, –  громко сообщает Ольза.

Фирс выдёргивает руку, замахивается. Брат Ользы уворачивается от кулака, но Фирс бьёт коленом. Вроде бы мимо, но оба парня, сцепившись, валятся на пол. Фирс, не глядя, лупит. Достаётся полу, мебели, но и брату Ользы тоже.

С отчаянным визгом Ольза бросается вперёд. Куда, дура! Я с трудом её перехватываю:

–  Не лезь, убьют.

–  Арен!

–  Магией! –  подсказываю я.

Но Ольза теряется. Неужели она не знает ничего боевого? Ей же Ларс показывал… А, нет, ещё не показывал. Я отталкиваю Ользу в сторону, хватаю со столика чайник и прицельно выливаю Фирсу на спину, благо он утвердился сверху. После вчерашних побоев брат Ользы отбивается с трудом.

–  А-а-а! –  разъярённо орёт Фирс, разворачивается.

Удобно, что он сидит на полу. Я примеряюсь, как приложить его чайником, ведь надо успокоить придурка, а не упокоить.

–  Что здесь происходит?!

В холл врывается отряд стражи с Ларсом во главе. Ларс бросается к Ользе.

Я, не привлекая внимания, возвращаю чайник на поднос. Вы видели, что я хотела кого-то ударить? –  Вам показалось!

Стражи растаскивают дерущихся.

Одно хорошо в утреннем происшествии –  чёрная кошка, которую притащил бы Фирс, спасена.

Глава 30

Стражи забрали обоих: и Фирса, и Арена. Обоих покажут дежурному целителю. Хотя со стороны брат Ользы казался грушей для битья, оказалось, он неслабо приложил Фирса в живот. Что будет дальше? Ларс обещал посодействовать, тем болеее в доме напротив видели, как Фирс ломился. Даже без вмешательства Ларса, у стражи нет сомнений, кто агрессор, а кто пострадавший.

–  Что же теперь…, –  Ольза прижимает пальцы к губам, не моргая смотрит вслед отбывающему отряду.

–  Ты обещала мне чай, –  хмыкаю я.

В уме я прикидываю, насколько сильно задержание Фирса скажется на оригинальном сюжете.

–  А? –  для Ользы моё предложение продолжить посиделки звучит дико.

Я обнимаю её за плечи и увожу от дверного проёма:

–  Из того, то я поняла, твой брат вляпался в неприятности. Карточный долг возвращают, либо умирают. И, честно говоря, я не думаю, что тот милый мальчик сможет тебе помочь. Что он сделает? Запрёт твоего брата в башне под круглосуточной охраной, как сказочную принцессу?

Дверь надо как-то закрыть…

–  Но…

–  Долг придётся отдать, иначе ни твой брат, ни ты сама, не будете в безопасности. Плакать бесполезно, проблему надо решать. Да и о чём ты волнуешься? Твоего брата подлечит целитель и отпустят. Интуиция мне не лгала…

Под мой речитатив Ольза постепенно успокаивается, во взгляде появляется осмысленность.

–  О чём ты? –  перебивает она.

–  О том, что мы полезны друг другу. Тебе нужны большие деньги. Ты же не хочешь похоронить брата, верно? Я не знаю, сможешь ли ты найти нужную сумму…

Ольза может сдать в ломбард мамину брошь. В романе у неё не было выбора, я же ей этот выбор предлагаю.

–  Иветта, ты так говоришь, как будто я согласилась…

–  А ты по-прежнему отказываешься? Ольза, что тебя останавливает? Я понимаю, если бы я просила в долг сто глиот и обещала вернуть тысячу. Но я ведь ничего не прошу, никаких обязательств, кроме работы.

–  Но пять дней…

–  Сегодня завершаем организационные дела, завтра открываем модный дом. У нас будет три дня, чтобы заработать, –  чёрт, я ведь не выяснила, сколько именно Арен должен. –  Ольза, я не обещаю полную сумму, но, увидев доходы, ты сможешь смело взять в долг и быть уверенной, что отдашь в срок.

Ольза настолько не в себе из-за брата, что из неё как из глины можно лепить что угодно, она согласится. Мои уговоры действуют гипнотически. И, если честно, попахивают мошейничеством, но народная мудрость гласит, что надо ковать железо, пока горячо. И я беру Ользу тёпленькой.

–  Иветта, хорошо, я согласна попробовать, но если ничего не будет получаться…

–  Ты хочешь принести взаимные клятвы в Круге?

–  Да!

–  Поехали. Из дома есть чёрный ход? Швабра далеко?

–  З-зачем?

–  Бросишь крыльцо нараспашку? Предлагаю изнутри заклинить рукоятью метлы, а выйти с другой стороны.

–  Хорошо…

С дверью мы разбираемся довольно быстро, Ольза накидывает на плечи пушистую шаль, и мы выходим. На улице я подзываю коляску. По правилам хорошего тона, нанимать и оплачивать экипаж должна я, поскольку я приглашаю, и коляску приходится взять не самую разбитую. Вместо ужина. Монетки на дне кошелька стремительно тают. Хватит на всего на несколько поездок.

Я не знала, захочет Ольза заключить договор в храме или в мэрии. Ольза выбрала клятву. Пожалуй, это самый надёжный вариант для нас обеих, так что я полностью согласна. В коляске я протягиваю ей лист с текстом соглашения. Я старалась в равной мере учесть и свои, и её интересы. Ольза берёт бумагу и сосредотачивается на чтении. Я не отвлекаю.

–  Тебе стряпчий помогал? –  внезапно спрашивает она.

–  Нет. Личный опыт. Одно время я довольно плотно имела дело с документами.

–  Вот как…

–  Если что-то смущает, давай обсудим и подправим. Это примерный вариант, я не настаиваю.

Ольза продолжает читать и перечитывать:

–  Мы дополним соглашение. Если в течение… пяти дней мы ничего не заработаем, договор теряет силу.

– Принято.

А вот Ользе стряпчий бы не помешал. Что значит “ничего не заработаем”? Чтобы этот пункт потерял смысл, достаточно всего одной продажи. Подсказывать я не собираюсь.

Извозчик останавливается у входа в парк, я расплачиваюсь, бросаю взгляд на Ользу. Я беспокоюсь, что она передумает в последний момент.

Дорога через парк проходит мимо моего сознания. С каждым шагом во мне растёт нетерпение, и я сама не замечаю, как иду всё бытсрее и быстрее. Ольза едва за мной поспевает.

–  Чуть помедленнее, Иветта.

–  Деньги манят, –  но шаг сбавляю, подстраиваюсь под Ользу.

По холлу круга разносятся наши шаги. Я тороплюсь во внутренний дворик, где я получила имя. Полагаю, магические клятвы тоже по части статуи девушки со змеиным хвостом вместо ног. Каменная особа улыбается, держит руки перед грудью –  всё так, как я запомнила. На миг мне мерещится, что статуя словно раздваивается, каменное лицо накладывается на живое призрачное. Богиня будто смотрит мне в глаза.

–  Иветта? Тебя так давно не было! –  магия момента разрушена.

Я оборачиваюсь:

–  Линда?

–  Ага! –  она машет мне и внезапно, подхватив подол юбки, бросается прочь. – Иветта, я сейчас же скажу Айсан, что ты пришла!

Остановить –  без шансов.

Глядя ей вслед, я только раздражённо цыкаю. Мало того, что мне не до Айсан сейчас, так и домашнее задание я толком не сделала. Стыдно…

Так, я здесь не для того, чтобы отвлекаться.

–  Ольза, тебя договор устраивает? –  я торопливо вписываю про пять дней в Ользиной формулировке.

Она ещё раз пробегает текст глазами:

–  Да.

Отлично!

Я тоже перечитываю текст. Хотя именно я его писала, проверить лишним не будет. Я опускаю лист на подножие статуи. Из романа я знаю, что всё серьёзно –  клятва отпечатывается в ауре, и если ты нарушаешь засвидетельствованное богами слово, аура начинает распадаться, что в конце концов ведёт к гибели.

Ольза достаёт откуда-то из-под широкой ленты пояса миниатюрный, размером с указательный палец, ритуальный стилет, делает надрез на ребре ладони. Капли крови падают на подножие статуи и лист.

У меня ритуального ножа до сих пор нет. Как я могла забыть… Одалживать чужой –  моветон.

–  Иветта, –  к нам приближается Айсан.

Старшая ведьма сходу оценивает ситуацию, кривит губы в брезгливой гримасе, но нож мне подаёт.

–  Спасибо.

–  Пфф!

Я делаю надрез, повторяю за Ользой.

Кровь, попавшая на камень, исчезает, на листе с договором –  остаётся. Я чувствую внезапный жар со спины в районе лопатки, но не на коже, а в нескольких сантиметрах над ней. Жар обжигает, но почувствовать боль я не успеваю, жар проходит, сменяется затихающим зудом. Так бы и потёрлась спиной о какое-нибудь дерево.

Я возвращаю нож Айсан.

–  Учёба не для тебя, да, Иветта?

Вот не надо меня стыдить! Отчасти я даже признаю упрёки Айсан справедливыми. Она приняла меня в Круг, она дала мне имя, она чувствует себя ответственной. Но всё же мы обе взрослые. и обращение в Круге принято старшая и младшая сестра, а не мать и дочь.

–  Часть книг, которые вы рекомендовали, я уже прочла. Мне нужно больше времени.

Между прочим, я каждый день выделяла время на изучение теории. Просто учёба для меня сейчас на втором месте.

–  У-у-у… угу.

Айсан разочарованно отворачивается и идёт прочь.

–  Просто немного подождите и вы увидете!

–  Удачи, Иветта, –  безразлично откликается Айсан и скрывается за стеной.

Я вздыхаю, но вместе с тем приходит уверенность, что с Айсан я отношения налажу.

Я поворачиваюсь к Ользе:

–  Едем.

–  Куда?

–  Разумеется, в театр.

Глава 31

Круглое здание под ступенчатым куполом стоит на одном из трёх холмов Старого Му, отчего кажется значительно выше, чем есть на самом деле. Театр… Сто лет не была на спектакле, и что-то мне подсказывает, что ещё сто лет не попаду.

Мы приехали днём, и приехали не как зрители. Ольза слабо понимает, зачем мне понадобилась художница. Я ведь не зря с Ирвином в салон пошла –  я подбирала третью сотрудницу модного дома, очень важную сотрудницу, без которой вся затея затрещит по швам. И я намереваюсь не только переменить художницу, но и… в некотором смысле ограбить театр.

Чёрный ход закрыт, но на настойчивый стук нам открывают.

–  Почему так долго? –  сходу возмущаюсь я. –  Может быть, вам не нужны наши краски?

Просто так меня не пустят и художницу вряд ли позовут.

–  П-простите? –  сбитый с толку моим напором мелкий служащий мнётся на пороге, не зная, должен ли он нас пропустить или прогнать, про какие-то краски он слышит впервые.

–  Что “простите”? –  напираю я. –  Если не нужны, то следовало заранее предупредить, а не гонять нас с образцами.

–  Должно быть, какая-то ошибка. Меня не предупредили.

–  Какой бардак в вашем театре! –  поражаюсь я. –  Проводите нас к Ланли Тиз. Это вы можете?

–  Да, пожалуйста, следуйте за мной.

Действительно, бардак и мир непуганых кроликов. А если бы я бомбу принесла?

Ольза наблюдает за мной в лёгком шоке. Уж не знаю, что её потрясло больше, как я беззастенчиво навешиваю служащему на уши лапши, или как легко мы проникли туда, куда не имели права. По-моему, она начала сомневаться, что связываться со мной правильно.

Художницу мы находим за работой. Девушка наша ровесница, но безразмерный халат, в который она замоталась и платок на голове её старят. Художница увлечённо расписывает задник сцены –  из-под её кисти выходит запущенный сад, скрывающий в своей глубине полуразрушенный особняк.

–  Синьорина Тиз, это к вам, –  докладывает служащий и под моим обжигающим взглядом испаряется.

Я выдерживаю паузу, а заодно подхожу ближе, чтобы не кричать.

–  Добрый день, синьорина. Мы к вам… с деловым предложением. Модный дом Иветья нуждается в вашем таланте.

Художница, изначально не проявившая к нам никакого интереса, замирает с кисточкой навесу. Я отмечаю, что девушка невероятно аккуратна. Несколько брызг краски забавными пятнышками застыли на платке, несколько мазков на халате, но лицо и руки без перчаток безукоризненно чистые.

–  В моём таланте? –  переспрашивает она, как будто её удивляет не само предложение, а моё признание её способностей.

–  Я посетила салон, синьорина. Мне показали все, представленные работы, и я пришла к выводу, что только вы мне подходите.

Я не перебарщиваю с лестью? Да нет, я говорю вполне искренне. Её работы на самом деле показались мне весьма неординарными.

–  Хм… Вы хотите, чтобы я расписала интерьер? Простите, но я уже подписала договор с театром, и это долгосрочное сотрудничество.

–  Нет, отнюдь. Я хочу, чтобы вы, используя магию, сделали для нас модную книгу. Вот, взгляните, –  я показываю ей свою фотографию, где я накрашена. –  Вы сможете перенести картинку на бумагу? У нас будет не столько книга, сколько брошюра, а точнее, сложенный пополам лист. Изображения с обеих сторон. Вы сможете это сделать?

Начнём с брошюры, а со временем и до полноценного многостраничного каталога доберёмся.

Я стану Мэри Кей этого мира!

Художница раздумывает недолго:

–  Да, думаю, да. Я могу сделать.

–  К завтрашнему утру, –  добавляю я.

Художница кивает:

–  Да.

–  К завтрашнему утру не менее ста экземпляров, –  добиваю я. –  А лучше тысячу.

–  А…

–  Приступим незамедлительно, до утра мало времени. Кстати, синьорина Ланли, вы хотите прославиться? В будущем в нашем модном доме пройдут выставки ваших работ. Ваши персональные выставки, а не как в салоне. Что касается славы, то, познакомьтесь, Ольза и вы будете лицом нашего дома. Если вы согласитесь на эту часть работы.

–  А…

–  Ланли, всё просто, –  я демонстрирую ей изображение со склееными вместе селфи “до” и “после”. –  Мы поставляем красоту. Косметика, которую привозят с востока, слишком дорогая для большей части горожанок. Даже состоятельные дамы не могут себе её позволить. Но как художница, вы же лучше всех понимаете, что каждая женщина будет красива, если умело подчеркнуть достоинства её лица и фигуры. Я хочу, чтобы даже девушки из бедных семей могли преобразиться. Не только это! Благодаря нам женщины смогут получить собственный источник финансов.

–  Как? –  теперь уже и Ольза смотрит на меня как на слегка сумасшедшую. Или не слегка…

–  Модная книга или меню красоты. Девушки будут вступать в наш модный клуб и получать скидку на косметику. Но ведь не обязательно покупать только для себя. Можно купить для подружки, которая заплатит полную цену. А если подружек будет три? Десять? Набежит приличная сумма. Больше того, если подруга с твоей подачи вступит в луб, то с каждого её заказа ты будешь получать долю.

–  А…

–  Вы всё поняли? Тогда приступаем.

–  Не-ет, –  тормозит Ольза, а Ланли просто таращится на меня как на восьмое чудо света или, скорее, как на крокодила, на глазах у изумлённой публики отрастившего на хвосте вторую пасть.

–  Всё равно приступаем. Завтра по ходу разберётесь. Ланли, из коридора налево я видела театральное святилище. Давайте освятим наш договор и займёмся уже делом.

–  У меня два вопроса, синьорина Иветта, –  останавливает меня Ланли.

–  Да?

–  Могу ли я тоже вступить в клуб? И должна ли я называть вас босс?

Удивительно, но с художницей я нашла общий язык гораздо быстрее, чем с Ользой.

Наверное, потому что Ланли изначально была настроена на заработок. Хваткая девочка, надеюсь, она в нашей команде станет не менее ценным приобретением, чем Ольза.

Обмен клятвами проходит буднично –  всё те же капли крови на святилище и листе с текстом договора, всё тот же ожог на ауре.

Мы возвращаемся на сцену.

–  Ланли, ты сможешь собрать единое изображение из кусочков? –  я достаю стопку весьма качественной плотной бумаги, которую я нагло позаимствовала в Круге. –  Мы будем складывать лист пополам, соответственно, с внешней стороны мы должны соединить титульное изображение и оборотное, а с внутренней стороны будут изображения наших товаров и ваши портреты. И нужно будет всё это красиво подписать. Давайте так, вы можете наносить изображение частями?

–  Да.

–  Тогда начинаем с титула и оборота, –  я перещёлкиваю фото в галерее. –  Это наш фирменный цвет, сделай его фоном.

–  А для внутренней стороны?

–  Излишне, –  морщусь я. –  Внутри будут портреты, изображения товара, подписи, текст. Яркий фон только отвлечёт и затруднит восприятие.

–  Поняла, внутри фон белый, пока работаем с “внешкой”.

Ланли копирует надпись над крыльцом флигеля, тоже с фотографии.

–  Деовчки, –  я окончательно перехожу на неформальное общение, –  на титул лучше косметику или портрет?

Я ответ знаю –  предметная обложка недостаточно “цеплючая”, однозначно, портрет, но не просто лицо, а, скорее, изображение по плечи, и в поднятую к щеке ладонь добавить баночку с алой помадой. Но я хочу, чтобы девочки включились в обсуждение. Командный дух –  это тоже важно, а подтолкнуть к нужной мне мысли я всегда успею.

–  Давайте попробуем оба варианта? –  предлагает Ланли, и на титуле появляется мой портрет.

Глава 32

Я брыкалась! Я сопротивлялась! Я держала оборону, но Ольза и Ланли настояли, и я капитулировала. Особенно Ланли была убедительна. Много портретов на странице с ограниченной площадью означает мельчить, поэтому внутри портретов будет два, на правой и левой странице. А на титуле, чтобы всё было честно, место лицу основательницы компании. Вот редиски…

Проще всего оказалось сделать задник модной книги. Мы оставили розовый фон и по центру разместили текст с объяснением, как сделать заказ.

Благодаря совмещению художественных талантов Ланли, магии и технологии, меню красоты получилось в сотню раз эффектнее, чем я ожидала. Подводит бумага –  слишком простая, не глянцевая, но с этим, увы, ничего нельзя поделать. Зато оформление на высоте.

Первый экземпляр готов.

Я возвращаю его Ланли:

–  А теперь нам нужно таких же меню не менее сотни.

Про декорации Ланли благополучно забыла, хотя мы устроились прямо на сцене, и для создания образов в каталог вовсю использовали театральный реквизит.

–  Сделаю.

–  Завтра в девять утра ждём тебя в модном доме. Ланли, приходи отдохнувшей, потому что нас ждёт тяжёлый день.

–  Х-хорошо.

–  Ланли, один день. Послезавтра сможешь вернуться к работе в театре…

–  Нет. Полагаю, послезавтра мы с Ользой устроим соревнования, кто привлечёт в наш Дом больше посланниц красоты.

Приятно, когда в тебя настолько верят…

Посланницами красоты мы рашили называть синьорин, которе будут разносить каталоги, принимать и доставлять заказы.

–  Рассчитываю на тебя, Ланли.

Время около четырёх дня, когда мы с Ользой выходим из театра. Мы едем ко мне домой, попутно заглядываем в гончарную мастерскую. За спиной у мастера я наняла его проворного сынишку, чтобы он сделал партию миниатюрных баночек под косметику. Мальчишка, гордый, что я не только полностью доверяю ему заказ, но и платить буду ему, а не отцу, согласился сделать баночки едва ли не даром. Не просто так, я пообещала, что если работа мне понравится, то мальчик будет моим главным поставщиком упаковок, и гонорар я подниму. Я намерена сдержать обещание.

До вечера мы с Ользой фасуем помаду, пудру, румяна и подводку.

–  Втроём мы не справимся, скоро навалится работы…

–  Нам надо продержаться первые несколько дней. Как только мы получим первые деньги, мы наймём ведьму из младших. Или ты готова вложиться?

–  Нет.

–  Поэтому работаем своими ручками, а не чужими.

–  У меня уже пальцы узлом завязались, –  жалуется она, но продолжает работать.

Вечером я предлагаю Ользе остаться на ночь, но она отказывается, и это понятно. Дома её ждёт брат. Конечно, Ольза хочет убедиться, что он в порядке, насколько это возможно в его печальном положении. Я провожаю её и напоминаю, что жду к девяти утра, непременно нарядную.

Вроде бы предварительная работа завершена?

Я внимательно перечитываю план и мысленно ставлю галочки: сделано, сделано, сделано. А завтра я узнаю, чего стоят мои планы. Сейчас в ванную и спа-а-ать…

Кажется, ближе к полуночи по моей подушке топтался Сквозя и что-то нежно ворковал, но я так и не проснулась, а на утро нашла брошенный на пол пакетик из-под орешков. Позавтракав, я бросаю взгляд на часы –  я приловчилась соотносить местное время и системное в телефоне. До прихода девочек около получаса, я как раз успею причесаться, нанести макияж, одеться.

Я выбираю розовое платье и подвязываю пучок розовой лентой, делаю всё, чтобы на мне уместно смотрелась розовая помада. Сегодня моя задача не столько красоту наводить, сколько показать продукт.

–  Триста семьдесят шесть! –  оглашает Ланли вместо приветствия, когда я распахиваю входную дверь. –  Оу…

Ланли в некотором ступоре таращится на холл модного дома, и я со вздохом поясняю:

–  Мебели у нас ещё нет.

–  Девочки! –  следом появляется Ольза.

Я улыбаюсь:

–  Как настрой? Нам нужен исключительно боевой, –  и с удивлением замечаю, что от дороги за нами наблюдает Ирьяса.