Текст книги ""Фантастика 2025-187". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Алиса Чернышова

Соавторы: Наталья Чернышева,Диана Найдёнова,Ульяна Муратова,Мстислава Черная
сообщить о нарушении

Текущая страница: 50 (всего у книги 347 страниц)

12

*

Ну здравствуй, Танатос.

Говорят, судьбу и смерть встречаешь на той дороге, по которой от неё бежишь? Это про нас, без вариантов.

Наверное, бывают на этом свете встречи, которых не сбежать, как ни старайся.

Я больше не стану и пытаться.

*

На самом деле, Ли ожидала проблем на последнем этапе. Она была к ним готова, как ни посмотри.

Просто с самого начала всё шло слишком хорошо, чтобы быть правдой: и заряда в маскировочной установке оказалось достаточно, чтобы скрыть ненадолго их боевую формацию, и вылет Джекса прошёл без сучков и задоринок, и идентификационные коды всех уровней у них сработали, как миленькие, и управление посадочными модулями удалось перехватить…

В общем, слишком хорошо. И Ли не особенно удивилась, когда у неё в голове зазвучало два голоса, которые были на удивление синхронны в своём вердикте.

“У нас проблемы, кэп”.

Тут Ли осталось только смириться с ожидаемым и неизбежным.

А ребята меж тем продолжили её “радовать”.

“Тут стоит какой-то изжопнонавороченный вирт, – сообщил Мих. – Даже с теми кодами, что у нас есть, нахрапом шлюзы не ломанёшь.”

Плохо.

“Кэп, бог смерти не клюнул на крючок. Мне навстречу вылетел какой-то высокий чин с приставочкой "диро", крылом Бета и перехватичиком за компанию.”

А вот это уже полное дерьмо.

Видимо, она недооценила хладнокровие Танатоса. Или переоценила степень эмоциональной вовлечённости: была уверена, что после небольшого представления в вирте он точно вылетит навстречу лично.

“Тяни время, Джекс. Столько, сколько только сможешь.”

“Работаю над этим, кэп. Но будь готова. Ты знаешь, что такое крыло Альфа под предводительством бога смерти.”

О да, она знала. Битва за “Славу Королевы” не оставляла пространства воображению.

“Работаем, ребята, – сказала она. – Мих, я к тебе, подвинься.”

“Всегда рад, кэп. Располагайтесь! Как вам код?”

“Гениально. Но как-то и ожидалось, что код для флагмана писал не чей-то дружбан за бутылку пива… Сконцентрируйся, Мих. У тебя железа в мозгах на слияние хватит?”

“Опасно, кэп.”

“Ну точно, мы ведь тут в полной безопасности курим бамбук на грёбаном пляже, так? И нам не дорога каждая миллисекунда, нет-нет!”

“Прости, кэп. Железа для слияния хватит.”

“Кэп, мы раскрыты! Дроны!”

“Джекс, у нас пошла потеха!”

“У меня тоже жара. Поиграю в догонялки с ведущим альданским диро-ублюдком. На связи, кэп!”

Ли затейливо выматерилась. Всё же не успели, чтоб его!

“Мих, слияние. Внешнее крыло, держите дроны подальше от основной формации столько, сколько сможете! Миро, начинай обстрел внешней структуры. Ломани орудийные башни, если сможешь.”

“Работаю. Но зачем тратить снаряды на обшивку?! Эти суки ведь на совесть броню делали, хрен пробьёшь.”

“А ты притворись, что не знаешь и пытаешься пробить. Я понятно объясняю?”

“Понял. Работаю, кэп.”

“Феля, Кай! У нас сейчас будут гости поживее дронов. Встретьте их салютом!”

“Да, кэп!”

Парочка пилотов-неразлучников открыла огонь по боевому ангару, откуда ожидался вылет “компании”. Щиты их прикроют, конечно, но создать небольшую давку на выходе таки не помешает. Здесь, на этих скоростях даже доля секунды – уже выигрыш.

Уничтожитель Миро отделился от остальной боевой формации, открывая огонь. Пятеро пилотов внешнего крыла рванули навстречу дронам. Справятся, но ежу понятно, что дроны – это только разогрев… Ли прикусила губу до крови, с новой силой взгрызаясь в код.

Спасибо шпиону Джекса, у них были внешние коды. Надо было прорвать только внутреннюю линию обороны, не затронув сигналок. Но и это был тот ещё квест, особенно учитывая обстановку. Слияние с Михом прошло трудно, болезненно: сливать свои мощности не зря многие побаиваются, процесс тот ещё, по всем параметрам. Но в их случае другого выхода просто не было.

“Начинает поддаваться!” – мысли Миха теперь звучали в её голове фактически в режиме онлайн.

“Сама вижу. Скорее!”

Не успели. Совсем немного, но не успели.

“Кэп, гости на пороге!”

Ну привет. А вот и ты…

Ли с силой сжала погружённые в вирт-руль пальцы.

“Мих, доламывай грёбаный код. Изображай бурную деятельность, но не подставляйся. Я лечу встречать гостей.”

“Может, лучше наоборот?”

“О нет, не лучше. “Гнев”! Помните то, что я вам говорила? Хаотичная формация, меняем систематику на 3, 5, 7. Давайте танцевать!”

И Ли направила свой робоистребитель прямо в лоб чёрно-хищной, хорошо знакомой машине.

–

Будущее – это скорость.

Гваду ещё до войны в СМИ часто называли миром, в котором светлое будущее наступило. Сейчас, глядя, как разлетаются на космический мусор две машины ребят внешнего крыла, Ли подумала: да, вот оно, наступившее светлое будущее, которое они заслужили. Как там говорили в раннюю космическую эпоху? Привет, прекрасное далёко! Кто бы сомневался, что ты будешь именно таким, а?

Но есть во всём это одно, что всегда прыгает на вас с каждой рекламной голограммы: будущее – это скорость. Вирт-общение, которое быстрее мысли, корабли, которые быстрее света… И космический бой – как апофеоз мощи и скорости. Счёт зачастую идёт даже не на секунды, а на доли секунд. Сколько понадобится Миху, чтобы доломать проклятый вирт, используя их общие мощности? Тридцать секунд, минута? Критически много, но она должна дать ему это время.

Любой ценой.

На внутреннем экране перед глазами мигали данные: статистика и рисунок боя, расположение кораблей, потери… Минус пять ребят внешнего звена – цена первых десяти секунд столкновения с “Альфой”. И то ли ещё будет… А вот Ив, при всех своих сомнениях и молодости, умудрился не только выжить, но и подбить левого крылового формации противников.

Это как минимум плюс пять секунд. Это очень много.

“Пять-три, вы Михин щит!”

“Да!”

“Миро, Кай, Феля, Ив! За мной до упора!”

“Да, кэп!”

“Ловите схематику.”

“Что это, кэп?”

“То, как Танатос скорее всего будет летать,” – она приготовила это для Джекса, по правде. Чтобы дать старпому хотя бы призрачный шанс улизнуть, Ли загрузила на аналитический ИИ все их совместные полёты, в том числе тактически-тренировочные и командные. ИИ понадобилось несколько часов, чтобы сваять соответствующие алгоритмы, но теперь это здорово могло облегчить им жизнь.

Точнее, дать лишние секунд тридцать.

“Но как…”

“Работаем!”

Вокруг всё взорвалось вспышками, будто летишь сквозь салют. Маневр, уклонение, маневр… Это, чтоб его, и правда было похоже на танец. Написанная ИИ программа более-менее сглаживала разницу в скорости, противники друг другу были отлично знакомы и до последней детали изучены, потому в какой-то момент Ли просто выбросило. Защитная реакция психики или что-то вроде, она не знала.

Сам факт: грань между виртом и реальностью размылась, стёрлась, как будто два мира слились в один. И все эти вспышки, маневры, потери личного состава на внутреннем экране, её личный бог смерти в качестве главного противника – полно, это просто суперреалистичные гонки “Последнего шанса”.

Это всё не на самом деле. Не всерьёз.

Это – просто очередная игра.

Они потом вернутся на свою планету. Они будут слушать музыку, читать книги и смотреть на закаты. И те, кто есть в списке потерь – они потом покинут свои вирт-комнаты и будут жить.

Жить...

Это всего лишь игра, да. Разве нет? Всё бессмысленно, никому никого не жаль, вокруг взрывы, кровь хлещет из носу от перегрузок, они с любимым человеком, который вдруг не-совсем-человек, пытаются убить друг друга... Это. Конечно. Игра. С очень высоким качеством графики, но современные вирты могут и не такое. Ведь правда?

Всего лишь игра. Противостояние талантов и тактик.

И её цель – победить.

А потом всё будет хорошо. Потом будет их планета.

Где всегда закат.

Где всегда мир.

Она окажется там, наверняка. Надо только закончить эту игру.

–

Закончи игру, Ли. Обычно в групповых турнирах ты вырываешь у него хотя бы одну победу из двадцати – так пусть этот раз будет двадцатый.

Закончи игру. И тогда всё это – страшное, уродливое, полное огня и смерти – исчезнет.

Закончи эту игру, и больно больше не будет.

-

Она улыбнулась; всё правильно.

Ещё немного подождать. Закончить работу. Привести партию к финалу. Ещё совсем чуть-чуть...

“Держим их, ребята, – приказала она своей команде, заходя в лихой вираж, – любой ценой! Не теряйте формацию!”

Она всегда любила командные игры больше, чем её бог смерти. Ей это всё напоминало шахматы. Как будто она снова сидит с сестрой в родительском саду и смотрит сверху на чёрно-белые клетки. Играет она сейчас за чёрных или белых? Она не помнит. Неважно.

Здесь, сейчас все клетки давно стали серыми. Цвета радиоактивного пепла, покрывающего нынче поверхность Гвады-1.

Всё вокруг слилось в мельтешение огня и вспышек. Орудия на обшивке флагмана тяжёлые, но относительно медленные, от них увернуться не так уж сложно. Другой вопрос, что их постоянная стрельба ограничивает и без того непростые маневры, сковывает, заставляет подставлять бока куда более опасным – и куда более быстрым – атакам…

Уход. Снова уход. Попадание – щит выдержал, но прогнулся. Следующее попадание будет финальным, и это плохо. Она ферзь в этой партии, должна быть на доске как можно дольше.

После неё только король. Интересно, нравится Миху быть королём? Впрочем, уже не важно, что и кому из них нравится.

Справа Миро, на тридцать. Он отличная фигура, быстрая и непредсказуемая. Тура, пожалуй. Феля с Каем – офицеры, на нижние шестьдесят градусов. И Ив слева… а кто Ив? Слишком молод и непредсказуем, чтобы понять, что он за фигура. Тут только время покажет.

Вокруг световое безумие, вспышки орудий и щитов. Не будь её глаза защищены стандартной панелью, сетчатку бы уже давно выжгло, разумеется – но это недостаточно ярко, чтобы развеять пустую, холодную космическую тьму. Этого пустого света, приносящего смерть, всегда будет недостаточно…

Они прикрывают друг друга. Они хороши. Они связывают противника по всем правилам военного искусства. Вот только никакой героизм не может долго противостоять технологическому, огневому и численному превосходству – что бы по этому поводу ни писали во вдохновляющих агитках, итог предопределён.

13

-

И вот уже корабль Миро, выбив одного из внешнего крыла “Альфы”, разлетается на обломки, в лоб поцеловавшись со вторым. Размен один на двоих, да ещё и с “Альфой” – это отличный расклад, но радоваться не тянет.

“Врёшь, не возьмёшь!” – крикнула Феля, выкручивая вираж. Они с Каем работали как единый слаженный механизм, прикрывая Ли со всех сторон. Они были быстры, но Танатос оказался быстрее: он достал Офелию на одном из маневров. Повторное попадание в уже скомпрометированный сектор защиты… Он точен, как всегда. С отстранённым равнодушием Ли оценила точность попадания.

Феля погибла на месте.

Офицер потерян, один из двоих.

Партия в самом разгаре.

Пятнадцать секунд.

Ли сняла ещё одного из Альфы. Второй практически достал её на излёте, но Ив, рявкнув “Получай!”, отправил альда в утиль. Катапультироваться тот, правда, успел, так что выбить полностью не получилось… С тактической точки зрения стоило бы добить. После Гвады-1, собственно, гвадские пилоты получили негласный приказ добивать всех катапультировавшихся альдов. Но Ли не стала: она это не любила. Даже в играх.

Что бы там ни были за обстоятельства, низость остаётся низостью... Впрочем, у Кая таких принципов не было: он добил альда без сомнений.

Ли отвернулась.

Это игра, напомнила она себе. Просто игра.

Показатели на мониторе мигали. Она теряла людей безнадёжно быстро, но Мих был жив, и проклятый вирт почти сдался.

Ещё секунд семь. Надо ещё секунд семь, не больше.

У неё на руках осталось три человека… три фигуры.

Возможно, четыре. Есть ещё Джекс. Его индикатор показывает, что он жив.

Хорошо, если так. Возможно, хоть у него получится вырваться. Иронично, учитывая, что его миссия изначально считалась чуть ли не суицидальной. Но паршивая карта досталась им; так бывает. Она в любом случае надеялась, что Джекс выживет. Ото всей души.

“Кэп, – голос Миха зазвучал в голове Ли лучшей на свете музыкой, – вирт взломан. Я открываю всё, включая технические узлы?”

Ли прикрыла глаза.

Почти всё. Партия почти выиграна. Главное – не упустить её сейчас, когда остался всего один ход.

“Не сразу. Они до последнего не должны понимать, что происходит. Все, к технической площадке для дронов.”

“Принято.”

“Принято.”

“Летим, кэп!”

Они сменили формацию, прорываясь к техническому шлюзу. Со стороны – по крайней мере, Ли на это надеялась – должно было казаться, что они стараются уйти в сектор, где на флагмане повреждены орудийные башни, чтобы не вертеться под перекрёстным огнём и отыграть пространство для манёвра.

Они успели. Почти.

Танатос, прикрываемый своими крыловыми, успел выбить Кая.

Ли намётанным взглядом оценила повреждения. Он почти увернулся, щиты уберегли, так что шанс есть. Кабина скоро будет разгерметизирована, машину завертело, но каркас относительно цел. У парня есть шанс на жизнь, если прямо сейчас.

“Катапультируйся!”

“И дальше что, кэп?”

Риторический вопрос.

Всем понятно, что катапультироваться имеет смысл там, где у тебя есть шанс быть подобранным своими. Говоря же о чужих…

“Ты можешь попробовать поторговаться.”

“Мне тоже есть кого поминать на Гваде-1, Кэп. И знаешь что? Предателей не берут в Вальгаллу, а Фелька ждёт. Я и за вас замолвлю словечко. До встречи!”

Он разгерметизировал кабину и врубил аварийные движки, чтобы скорректировать траекторию и влететь в правого крылового Танатоса. Тот частично увернулся (всё же, управление у Кая было хорошо если процентов на двадцать), но из игры выбыл.

Жизненные показатели Кая замигали.

“До встречи”, – ответила Ли, в который раз благословляя вирт-связь. Притом не только за скорость, но и за то, что говорить не надо. Из-за кома в горле она бы в любом случае не смогла.

Прости, Кай. Предателей не берут в Вальгаллу, потому – прощай.

Там не будет меня.

“Кэп, я почти на позиции, но тут у нас бог смерти на своей волшебной посудинке, – бодро сообщил Мих. – Не подсобишь?”

Вот и пришло время для размена ферзей, так?

“Это на мне. Я расчищу тебе путь. Ив… сейчас тут будет горячо. Маневрируй, как только начнётся большой салют – вали так быстро, как можешь. Меня понял?”

“Понял. Я на ваши двадцать, кэп.”

“Какого?..”

“Вы сами сказали – выбирать. Я выбрал. Я на ваши двадцать. Вы не справитесь одна, а Миху надо расчистить дорогу. Вы сами говорили, это – наша работа.”

Малолетний дурак. Но времени спорить нет, да и смысла тоже. Он прав: это – их работа.

“Тогда на тебе левый крыловой. Займи его, как только можешь”.

“Работаю”.

И занял ведь. Талантливый парень; будь у него больше времени, мог бы стать асом. Но левый крыловой Танатоса даже на фоне “Альфы” хорош, и туча дронов за ним намекает на итог этого противостояния.

Ли не смотрит, как разлетается машина Ива. Её проблема, её работа – это Танатос, единственная преграда на пути Миха. Танатос, с которым они наконец-то остались наедине. Почти свидание, а? Ли нервно хохотнула.

То, что она задумала, было… Грязной игрой. Но что уже теперь терять?

Будущее – это скорость. Бой на космических истребителях – это квинтэссенция будущего.

Пилот, даже с лучшими апгрейдами и с божественной реакцией, полагается на инстинкты и рефлексы. И на своих крыловых. В этом смысле слетавшиеся пилоты – на вес платины, если не дороже; сложно добиться того, чтобы два пилота чувствовали друг друга на уровне рефлексов, подхватывали маневры друг друга, мгновенно зеркалили…

Добиться сложно, но выкорчевать потом из подсознания эти рефлексы – ещё сложнее.

Она на это рассчитывала.

Первые фигуры одного из их совместных маневров она выполнила, как больше сотни раз до того. Как будто они вот прямо сейчас, плечом к плечу, будут выносить превышающее численностью вражеское крыло… И его рефлексы среагировали быстрее ума: он отзеркалил маневр, подставляя ей открытое уязвимое крыло… Он быстро понял свою ошибку, впрочем.

Но тут Ли оказалась быстрее.

Её машина завертелась, разгоняясь с места до первой лунной. Но… в последний момент, уже выстроив траекторию, она поняла, что не сможет.

Что угодно, но только не это.

Потому, выдохнув сквозь зубы, она немного сместила линию полёта – так, чтобы не впилиться лоб в лоб, но задеть по касательной. Боги новой эры, если верить закрытой инфе для командиров – живучие твари; он катапультируется. И его подберут.

Не совсем размен ферзей, и она откровенно сливает эндшпиль. Но…

Ли не хотелось додумывать, что там, за этим “но”. Да и не так уж много у неё было времени на эти все мысли: она просто послала машину вперёд и прикрыла глаза, ожидая неизбежного.

Тряхнуло жутко.

Ли вырубилась на пару мгновений – но почему-то пришла в себя. И вот это уже не вписывалось в план, потому что траектория была однозначной, и позволяла выжить Танатосу, но не ей самой. Только вот, кажется, не у неё одной рука дрогнула в последний момент. Хотел ли он, чтобы она выжила? Или это случайность?

Так или иначе, она жива. Что, конечно, скорее всего плохая новость. Потому что её посудина искалечена, кабина покорёжена, работает только один двигатель, то врубаясь, то отключаясь, и улететь она не сможет. Но костюм не повреждён, система жизнеобеспечения работает, и, похоже, ей придётся самой сделать это. Самой отрубить это всё. Потому что ей, в отличие от Кая, в руки альдам попадать живой действительно нельзя.

Ли дала себе тридцать секунд – на то, чтобы дождаться взрыва на флагмане альдов и убедиться, что всё это было не зря; на то, чтобы постараться взглядом найти Танатоса; на то, чтобы в последний раз посмотреть в глаза холодным звёздам… Немного времени.

Её внешние камеры предсказуемо накрылись, обзор был очень частичным – никакой дурак не станет делать в истребителе больших иллюминаторов. Но то, что осталось от её машины, вертело вокруг своей оси, так что она всё же увидела Танатоса: он действительно катапультировался, и, по всем признакам, вполне успешно – даже несмотря на то, что машина его разбита намного сильнее её.

Возможно, он действительно в самый последний момент сделал всё, подставился сам, чтобы её не убить.

И это сводило с ума.

Любовь делает нас слабыми, верно? Что же, теперь ты выучишь этот урок, правда, Танатос?..

Ли почувствовала, как подступает к горлу горечь, и усилием воли задвинула все чувства на замок. Игра, помнишь? И что-то Мих опаздывает с последним ходом…

Словно в ответ на её мысли, пространство вокруг полыхнуло нестерпимо-ярко – а значит, Мих таки сумел добраться до одного из мини-реакторов флагмана Танатос. Так что, когда Ли в очередной раз швырнуло куда-то, понесло, она только улыбалась, глядя на развороченный бок гигантской машины.

Это не уничтожит флагман, конечно. Он специально сконструирован так, чтобы исключить уязвимости. Она видела, что уже сейчас ИИ “Танатос” перекрывает шлюзы, блокируя разгерметизацию, выпускает орду роботов-ремонтников, спешно вычищает из системы посторонних… Всё это так. Но теперь альдам какое-то время будет не до того, чтобы ловить разлетающихся во все стороны гвадских беглецов. Это лучший шанс, который остальные могли получить – и, если брать соотношение потерь, победа почти всухую.

Как минимум, в стратегическом смысле. Он, этот самый стратегический смысл, всегда про статистику, а не про людей.

Ли откинула голову назад, чувствуя стекающую из носа кровь. Она безумно, смертельно устала. Но дело сделано, игра окончена; теперь отключить систему жизнеобеспечения – и больно наконец-то не будет.

“Эй, кэп, – позвал Джекс. – Отличный получился салют, а?”

Она рассмеялась.

В этом смехе не было ничего здравого, весёлого, уместного – но будь она проклята, если могла остановиться.

Её несло куда-то сквозь космическую холодную тьму, и она даже не смотрела, куда; лёгкие горели; медицинский чип посылал на вирт сигналы тревоги; киберначинка мозга отказывала, частично придя в негодность; из носа текла кровь, а из глаз – слёзы… Она смеялась.

Право, хорошо, что физическое состояние не особенно влияет на разговоры по вирту.

“Ты выбрался, Джекс?” – нужны же хоть какие-то хорошие новости?

“Да как тебе сказать-то, кэп? Вопрос интересный, конечно. Меня можно поздравить с тем, что я отправил племянника самого Канцлера или в медкапсулу, или на тот свет. Надеюсь на второе, но более вероятно всё же первое.”

“Звучит как отменная новость для меня. Убирайся оттуда, Джекс, пока им не до тебя.”

“Разумное предложение, кэп. Но я вишу в космосе, в спасательной капсуле. Движки не пашут, и один из альданских охотников держит меня в манипуляторах. Потому “убирайся” – план очень хороший, только вот для меня, к сожалению, нерелевантный. Собственно, пора активировать ССК. Я не должен попасть им в руки, сама всё понимаешь.”

“Понимаю, – что уж тут непонятного. – У меня базово то же самое. Можем на счёт три, если хочешь. В компании подыхать веселее, а?”

“Гадство. Статус?”

“Движки не пашут, СЖО работает. Лечу куда-то, направление определить сложно.”

“Альды?”

“Нет в обозримой близости. У них сейчас проблемы намного, намного серьёзней, чем космический мусор.”

“Тогда никакого “на счёт три”, кэп. Барахтаться надо до последнего.”

Серьёзно?

“До последнего чего, Джекс? Пока отрублюсь и проснусь в объятиях альдских дознавателей?”

“До последней надежды.”

“Ты там перегрелся, Джекс? Или башкой долбанулся? Какая у нас тут надежда? Квадрат контролируется альдами, полностью. Остатки наших сил удаляются отсюда прямо сейчас настолько быстро, насколько только могут. СЖО хватит на восемь часов при лучших раскладах. Какая нахрен надежда?”

Он помолчал пару мгновений, и Ли показалось, что уже всё.

Она перестала смеяться. Внутри всё скрутило. Она вдруг осознала, что осталась совершенно одна среди обломков кораблей и космического холода. В тишине.

Когда приборы запищали надрывно, сигнализируя о перегреве, она почувствовала практически облегчение. Входим в атмосферу, значит? Интересно, на какую из планет она упадёт? Вот забавно, если на ту самую, яблочную…

“Так вот к чему это я, кэп, – продолжил вдруг Джекс. – У меня осталось пять секунд, и я вдруг понял, что у меня есть последнее желание.”

“Жги,” – сказала она.

Языки пламени заплясали по обшивке.

“Пообещай мне, что всегда будешь барахтаться до последнего. По ту и эту сторону надежды. Пообещай, что будешь жить.”

“Маловероятно, Джекс.”

“А ты проверь. Даже если прямо сейчас не хочется. Должен же кто-то собрать за нас всех эти треклятые камни?”

“Глупо обещать такое, когда всё время играешь со смертью.”

“Мы все, кто пока ещё жив, играем со смертью, Лиана. Но тут главное – играть до последнего хода. Не торопить финал, даже если очень хочется. Пообещаешь?”

“Джекс…”

“Обещай.”

“Обещаю, чтоб тебя! Но я уже…”

Ли умолкла, увидев, что маячок Джекса пропал.

Пламя становилось ярче, системы надсадно визжали. Последний ход, так? Что это, если не он? Но предсмертные желания возможно-почти-друзей, даже самые дурацкие, надо всегда выполнять. Даже если смысла в них чуть.

Потому, вполне понимая всю бессмысленность этого мероприятия, Ли всё равно попыталась врубить последний оставшийся двигатель. Не то чтобы он действительно мог её спасти, но…

До последней надежды, верно?