Текст книги ""Фантастика 2025-187". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Алиса Чернышова

Соавторы: Наталья Чернышева,Диана Найдёнова,Ульяна Муратова,Мстислава Черная
сообщить о нарушении

Текущая страница: 234 (всего у книги 347 страниц)

Глава 35

Резерв опустел на четверть, глаза уже не просто горят, их режет. Но я упрямо продолжаю рассматривать кокон. Плотный мешок, пробить который изнутри Тенер не может. А я снаружи? Сколько вложить в удар? Накопитель со мной, купить ещё – минутное дело. Сливаю четверть резерва.

Хах…

Сказать, что кокон вообще не поддаётся, неправильно. Но пробить его у меня не выходит, удар потрачен впустую – кокон попросту пружинит.

Вложить в удар всё, что осталось и добавить накопители? Пожалуй, нет. Кокон структура слишком высокого порядка, для успешной грубой атаки меня, скорее всего, не хватит. Да и потом мне сила понадобится.

Нет, действовать надо тоньше.

Как же неудобно, что Тенер лежит, скрючившись.

То есть можно подождать, пока приступ закончится, разбираться потом, а сейчас сосредоточиться на обезболивании.

Но…

Я не могу обезболить! Судороги – это почти ничто, корёжит ауру, энергетическую структуру.

Значит, пытаюсь убрать причину.

Я с силой щиплю себя за запястье, на глаза наворачиваются слёзы, и глазам становится капельку легче. Я всматриваюсь в кокон. Не может же он быть сплошным, верно? Так или иначе, кокон – это своеобразная энергетическая структура, безумно плотная, отчего кокон кажется цельным мешком. Но у любого мешка есть горловина, а у чар – точка, где они сходятся, слабое место. Если, например, речь идёт о защите дома, то подобное место обязательно закрывают вторым, а то и третьим слоем дополнительных чар, маскируют, прячут, оставляют ложные дыры и ловушки. Но кокон сложным не выглядит. Да и считается, что нет в этом мире магов, чьих сил хватит, чтобы не то что снять кокон, а просто заметить. Значит, необходимости в дополнительной защите не было…

Нет?! Но кто-то же создал кокон. Хотя тут возможны варианты: иномирец, как я, убеждённый, что он такой один или, например, разумное существо высоких планов, призванное на время, те же дивные духи… Или вообще артефакт был использован. Я же могу артефакт из каталога Системы передать другому магу, а в некоторых случаях для активации даже не обязательно магу.

Отвлечённые размышления не мешают методично искать слабое место в коконе.

Тенер выгибается, хрипит, во взгляде чуть ли не ненависть. Ну да, как же, смею смотреть на слабость. То, что у меня глаза горят, Тенер с пола, похоже не видит. Или не осознаёт.

– Есть!

Я падаю на колени, рывком разворачиваю Тенера спиной ко мне, благо сопротивляться он не может. Нашла! Похоже, тот, кто накидывал и затягивал кокон, бил сзади. Нужная мне точка в районе затылка.

Эх, плоха я с ювелирной работой, слишком тонкая работа, и с первого раза у меня не получается. Со второго тоже. Я не сдаюсь. Надо исхитриться попасть точно.

– Ни-ни…

– Сейчас…

Да!

Мне удаётся зацепить энергетическую линию структуры кокона. Не только зацепить, но и удержать. Теперь надо тихонечко аккуратно-аккуратно потянуть, зафиксировать, чтобы никуда не убежала. Да… И ещё потянуть, раскачать. Энергетические нити расходятся. Прости, Тенер, придётся ещё самую малость потерпеть – я закрываю образовавшееся отверстие собственной силой, чтобы пробраться внутрь кокона и через разрыв сорвать его разом. Если бы я не закупорила дыру, магия нашла выход, и с напором бы я не справилась, а уходила бы она долго и не полностью.

Рывок, кокон слетает.

Меня обдаёт фонтаном энергетическое мерзости, я передёргиваюсь от отвращения, но не отстраняюсь.

Наконец-то, можно перестать выжигать себе глаза. Я отключаю магическое зрение и крепко зажмуриваюсь. Дальше буду действовать на ощупь.

Я переворачиваю Тенера на спину. Как хорошо, что на полу достаточно тёплый ковёр. Да и под ковром, похоже, не каменные плиты, а дерево. Паркет? Не важно.

Действовать придётся грубо, но иначе будет только хуже, а нормальных специалистов тут нет. Я торопливо расстёгиваю камзол, задираю рубашку, мимоходом отмечаю, что судороги прекратились. Я кладу ладони Тенеру в район солнечного сплетения, прикидываю, что у меня осталось чуть больше половины резерва. Пожалуй, должно хватить даже без накопителей.

Тела живых существ пронизаны энергетическими каналами как кровеносными сосудами. Маги используют основные, самые широкие каналы. Остальные, можно сказать, служебные, по ним сила как раз циркулирует по телу. Но сейчас по этим малым каналам я направляю свою энергию в резерв Тенера.

Запрещённый приём, но иначе как маг Тенер останется инвалидом, каналы слишком жестоко покорёжены.

Я наполняю его резерв и заставляю свою силу растечься по организму. Фактически, я выдавливаю, вымываю всю отраву. А заодно растягиваю и выравниваю каналы, чтобы они не схлопнулись, на свернулись, а приняли правильный вид.

Тенер затихает. Должно быть, ему всё ещё больно, но, уверена, уже не так.

– Ещё немного.

Я перекидываю ногу через его бёдра, для удобства усаживаюсь верхом и беру его ладони в свои руки. Резерв пустеет, поэтому устроим круговорот. Я заставляю силу течь из моей правой руки в его леву, а из его правой своей левой наоборот поглощаю. Минут пять активной циркуляции хватит? Больше – тоже во вред.

Да оно вообще всё вред!

Я вызываю голографическое окно, открываю каталог и покупаю браслеты-блокираторы по типу тех, которые использовались на Острове Ведьм, только ещё и ограничивающие потоки магии. Энергетические каналы должны зажить, и лучшее лечение – оставить их на некоторое время переполненными чистой магией.

Браслеты выпадают из воронки, и я защёлкиваю их Тенеру на запястья.

– Ты как? – спрашиваю я.

Тенер смотрит на меня мутным взглядом, и я невольно улыбаюсь. Радужка частично восстановила цвет.

– Ни-ни…

Тенер глубоко вдыхает, закрывает глаза и… расслабленно засыпает.

Позвать слуг, чтобы перенесли? Я даже на дверь оборачиваюсь, но вдруг ловлю себя на том, что руки дрожат, ноги подкашиваются. Вроде бы ничего особенного не делала, а выжала себя досуха. Короче, ковёр ничего не хуже матраса, да и оставлять Тенера даже ненадолго сейчас нельзя, слишком много моей силы в его ауре. Именно поэтому метод в моей прошлой жизни и считался запрещённым, побочный эффект сродни банальному привороту, только гораздо сильнее.

Мда, попал Тенер…

Я слезаю с него, устраиваюсь рядом, прижимаюсь и сама не замечаю, как проваливаюсь в сон.

Первая брачная ночь удалась, на полу, в обнимку… Проснувшись, я не сразу понимаю, где нахожусь. Вроде бы лежу удобно, но непривычно. Оказывается, за ночь я закинула на Тенера ногу, потом руку, а потом и голову пристроила ему на плечо, обняла, вцепилась. Мда… Поднимаю взгляд выше. Тенер не спит, смотрит на меня с лёгкой улыбкой. Глаза почти полностью восстановили цвет.

– С добрым утром, – жмурюсь я.

Надо встать, в отличии от меня, Тенеру вряд ли удобно.

– Доброе утро, Ни-ни. Мне не приснилось, да?

– Тенер, как ты себя чувствуешь?

– Непривычно. Лёгкость во всём теле.

Я слезаю с Тенера, сажусь, скрестив ноги. Тенер медленно поднимается. Видимо, тело затекло. Ещё и я… Ай, ладно! Хорошая же брачная ночь получилась.

Тенер поднимает руку, рассматривает браслет.

– Это блокиратор, – поясняю я. – Пока энергетические каналы не восстановятся, тебе нельзя пользоваться магией. Что более важно, блокираторы контролируют поток энергии, поэтому раньше, чем через неделю снимать нельзя. Снимаются свободно.

– Нишаль…

Я ухмыляюсь не без некоторого самодовольства, сладко тянусь и ловлю на себе полный желания взгляд Тенера. Он протягивает руку будто хочет коснуться моего лица. И я вспоминаю, что всё это побочный эффект. Я рывком поднимаюсь, отхожу в сторону.

– Мда.

– Нишаль?

– Маги обычно работают с энергией из окружающего пространства или из той же энергии, но заключённой в накопители. Энергетическая структура живых существ для магии всё равно что фильтр, только на выходе получается не просто очищенная сила, но и сила с уникальным привкусом души, через которую она прошла. Поскольку я восстанавливала твои энергетические каналы за счёт своего резерва, у тебя сейчас восприятие искажено, я кажусь тебе значимой, близкой. Это… пройдёт. Должно пройти.

Хах, Тенер слишком много «хлебнул», чтобы избавиться от последствий так легко.

– М-м-м? Ни-ни?

Я стою отвернувшись, и не замечаю, в какой миг Тенер оказывается у меня за спиной. Откуда это доверие? В его присутствии я настолько расслабилась, что совсем не слежу за обстановкой, только за внешним периметром.

Его ладони ложатся мне на плечи. Тенер слегка сжимает пальцы, нежно, не торопясь, массирует, спускаясь ниже по спине, а затем поднимаясь на шею, касается затылка. От неожиданности я выдаю самую первую, самую искреннюю реакцию – подаюсь назад, отдаюсь его рукам. Нежный массаж остро приправлен провокацией, соблазном.

– Тенер.

– Ни-ни, ты слишком много думаешь. Если ты думаешь, что моё отношение к тебе изменилось из-за магии, то ты ошибаешься.

– А из-за чего же оно по-твоему изменилось? – оборачиваюсь я.

– Оно не изменилось, – глядя мне в глаза твёрдо произносит Тенер.

– Ах-х…

Тенер оставляет меня наедине с признанием, отходит. Кажется, уходит – я машинально снимаю с внешней двери защиту, чтобы Тенер мог пройти. Меня всё никак не отпускают его слова. Не изменилось? Магия бы не позволила ему отказаться от притяжения, но не помешала бы заметить сам факт его возникновения. Тенер… Я прижимаю пальцы к губам.

Распахнутая дверь громко врезается в стену.

– Ни-ни! Цвет моих глаз! – Тенер налетает на меня, подхватывает и кружит по комнате.

Его радость заразна, и я смеюсь, Тенер подхватывает, и вскоре мы обнимаемся и хохочем вместе, пока нас не прерывает горничная.

– Завтрак, ваши…, – служанка замолкает, даже пятится, не зная, как реагировать.

– Поставь поднос на стол и иди, – приказывает Тенер. – Нишаль, мы должны сегодня поприветствовать императора.

Глава 36

На секунду задумавшись, я киваю.

Горничная ставит поднос на стол и торопится уйти. Я дожидаюсь, когда она закроет за собой дверь, хватаю миниатюрную булочку и отправляю в рот.

– Тенер, пока твои глаза лучше прикрыть иллюзией, да? Уверена, что да. И у меня к тебе вопрос… Кто это сделал? – я спрашиваю легко, почти легкомысленно.

А в мыслях представляю, как я запаковываю виновника в такой же кокон. И не важно, что я не умею, что вчера я разорвала кокон, даже приблизительно не рассмотрев, как его создавать.

Тенер морщится:

– Ливой.

– Хм?

– Я был на передовой. Я точно запомнил, что против меня использовали артефакт, Жезл Семи ветров, если быть точным. Легенды говорят разное. Одни – что Жезл имеет божественное происхождение. Другие – что им владел величайший из чародеев, создавший портал в небо и покинувший наш мир. Из достоверной истории – Жезл принадлежал королевской династии одного из южных соседей Ливоя. Наследник пытался применить Жезл во время переворота, погиб, а Жезл был утерян. Могу только предполагать, что кто-то пытался тайно продать Жезл, а Ливой его перехватил.

– Ясно…

Больше не отвлекаясь на разговоры, принимаюсь за завтрак. Тенер берёт с меня пример, но почему-то время от времени тревожно поглядывает в мою сторону. А я ведь просто размышляю о том, что очень хочу заполучить легендарный артефакт, чтобы разобрать на запчасти и тщательно изучить. Однажды подобную штуку могут применить против меня. Можно рассчитывать на Систему, вряд ли оператор допустит гибель моей души, но надо быть готовой защититься самостоятельно. Так что да, артефакт я беру.

– Нишаль?

– М?

– Честно говоря, меня пугает выражение твоего лица. У тебя такой вид, как будто ты планируешь допить чай и немедля отправиться завоёвывать мир.

– Нет, совсем нет. Я просто собираюсь поработать ластиком.

– М?

– Ливой на политической карте явно лишний. Так почему бы его не стереть?

– Эм? Ни-ни?!

– Тенер, я серьёзно. От Ливоя одни сплошные неприятности. Зачем терпеть? Надо решить проблему раз и навсегда. Возражения можешь оставить при себе, я это делаю не столько ради тебя, сколько для папы. Ему в Самске Ливой мешает.

Тенер отодвигает тарелку, всматривается в моё лицо:

– Нишаль, ты собираешься уничтожить целую страну?

– Пфф! Ну, для начала «страна» громко сказано. Союз кочевых племён с довольно слабой центральной властью. Я бы сказала, центральной власти как таковой вообще нет, верховный вождь выбирается на Совете на время общего похода, и скорее исполняет роль главнокомандующего, нежели правителя. К привилегированной элите относятся дружины вождей, эти воины получают еды вдоволь. Остальное население живёт впроголодь, каменистые почвы трудны в обработке и скупы на урожай. Ливой живёт набегами, грабежом торговых караванов и охраной их от самих себя.

– Да, всё верно. Но к чему ты это?

– Я смотрела карту. Ливой богат железными рудами, кое-где сохранились древние шахты, народа, владевшего той территорией до прихода ливойцев. Я предлагаю навязать им сделку. Азания обеспечивает ливойцев продовольствием в обмен на доступ к земным недрам. Разово, само собой. Ливойцев не так уж и много, переселить их к нам, «размазывая» по дальним провинциям. Условно, не больше пяти семей на город. Они очень быстро растворяться среди азанийцев.

Тенер хмыкает:

– И где же мы возьмём столько продовольствия?

– Я знаю, что многие богатые семьи время от времени ищут среди беднейших горожан и крестьян детей с высоким магическим потенциалом.

– Да, это так. Хенран был сиротой, Лавин Енц, его нашёл и взял в дом мамин отец.

– Во-от. Но дети – это одно, дети – это будущее. Нам же нужно будет собрать группу подростков, и я обучу их аграрной магии. В следующем сезоне благодаря им мы получим минимум вдвое больше урожая, этого хватит, чтобы обеспечить ливойцев.

– Так они и согласятся.

– Вожди и их дружинники – нет. Рядовые скотоводы, редкие ремесленники – да. Мелким вождям можно сохранить право охранять караваны, допустить их в торговлю. Воины могут найти себя в частной охране. Привести в Ливой целителей, учителей… При правильной подаче, уверена, народ примет изменения с радостью, особенно если найти среди вождей, я про мелкие или теряющие влияние племена, которые проявят инициативу, и это будет уже не вторжение, а помощь в ответ на приглашение. Как-то так.

Тенер расправляется со своей порцией, наливает вторую чашку чая:

– А что будет с нашими крестьянами? Если урожая будет в несколько раз больше, чем обычно, то он упадёт в цене.

– Об этом не стоит беспокоиться. Благодаря аграрным магам там, где требовался труд десятка крестьян, будет достаточно трёх-четырёх человек. Остальные отправятся на разработки полезных ископаемых, строительство новых укреплений и городов. К тому же магическое образование можно расширить.

– Аграрная магия, артефакторика…

Куплю в каталоге Системы сборники заклинаний, рассчитанных на мир с низким магическим фоном… Конечно, план пока сырой, надо тщательно проработать каждую мелочь, выслушать и Тенера, и папу, особенно папу, но в целом, я верю в успех. Предложи скотоводу продовольствие для него и всей его семьи, помощь целителей, пастбища, и он пойдёт, особенно если звать его будет его вождь.

– Да, – киваю я.

Приятно, что Тенер не спорит. Он согласился или отмалчивается?

– Ни-ни, я правильно понял? Никакого Странника нет, это ты. Ты знала, что во время молитвы тебя не потревожат, закрытая снаружи дверь для тебя не препятствие. Тебе были нужны деньги и ты обратилась к тому, о ком знала – к министру юстиции.

– Было бы странно, если бы ты не догадался.

– Я всё ещё не понимаю главного. Я убедился, что ты Нишаль. Откуда…?

Я пожимаю плечами.

Скрывать дальше смысла нет. Прошлые жизни, Система – это к делу не относится.

– Ты проверил кровь, Тенер.

– М-м-м…

– Ну же, жрецы проповедуют концепцию реинкарнации. Когда та глупая девочка увидела сестру и жениха целующимися, она не захотела оставаться и уступила мне своё тело. Она получила второй шанс и неплохую компенсацию, а я смогла продолжить жить в её оболочке.

– Ни-ни, ты… богиня?!

Я смеюсь:

– Нет, конечно. Хотя простой смертной меня тоже не назвать. Я… душа. Так, пожалуй, вернее всего.

«Душа» ко мне обращается оператор Системы.

Тенер улавливает моё нежелание продолжать и больше не задаёт вопросов, задумывается. Я не мешаю ему, допиваю свой чай, а затем щёлкаю пальцами и трачу остатки резерва на непроницаемую иллюзию, прячущую почти полностью восстановившийся цвет глаз Тенера. Раньше времени раскрывать изменения точно не стоит.

Вспомнив, рассказываю, как Калан собирался вручить мне особые духи, но почему-то не вручил. Тенер кивнул, принял к сведению, но расспрашивать не стал.

– Тебя что-то беспокоит? – спрашиваю я.

– Я должен рассказать императору…

– Расскажешь, когда будет окончательный результат. Зачем спешить? Послушай… Раз ты знаешь, что был использован Жезл скольких-то там ветров.

– Семи.

– Не важно. Почему не отдали этот жезл целителям, чтобы они разобрались, как снять кокон, в который тебя заперли? – сомневаюсь, что у местных магов получилось бы, но сам факт.

– Выкрасть Жезл невозможно, он привязан к владельцу и всегда возвращается к нему, дважды пытались, жезл испарялся из закрытого ларца. Целителям показывать не нужно…, – Тенер замолкает, во взгляде появляется неуверенность.

– Тенер?

– Жезл мог вернуть мне магию.

– Тогда в чём дело?!

– В цене. За моё исцеление Ливой запросил Самскую провинцию. Естественно, император отказал.

– Хах, «естественно»?

Неуверенность во взгляде Тенера сменяется лёгкой печалью, он улыбается, кивает:

– Его императорское величество поступил верно. Кстати, нам пора.

Глава 37

Император с супругой, облачённые в неизменно чёрное с золотом восседают в тронном зале дворца – небывалая честь быть принятым не просто на территории дворцового комплекса, а в его самом сердце. Впрочем, Тенер старший сын, и было бы странно, если бы император поступил иначе.

Чиновники стоят по обеим сторонам, и среди них я выделяю знакомое лицо министра юстиции. Кто ещё? Калана, само собой, нет, а вот его отец присутствует.

Мы с Тенером приближаемся к тронному возвышению, склоняемся в поклоне. Император не заставляет ждать долго, роняет веское:

– Поднимитесь.

Тенер выпрямляется первым, я – после него. Голову держу опущенной, как и положено скромной леди под пристальным высочайшим вниманием.

– Приветствую вас, ваше императорское величество, – отвечает Тенер.

– Ваше высочество, я поздравляю вас и желаю вам ста сыновей и ста дочерей.

– Благодарю, ваше величество.

Наш визит формальный, мы всего лишь соблюдаем традицию, и я жду, что император отпустит нас, но он удивляет:

– У нас есть дети, но у нас до сих пор нет внуков, что печально. Вы согласны, ваше величество? – он втягивает в беседу императрицу.

Ей же не остаётся ничего, кроме как согласиться:

– Вы совершенно правы, ваше величество. Я мечтаю увидеть процветание рода Азани. Ваше высочество, я желаю вам ста сыновей и ста дочерей.

Ох, я это уже однажды говорила, но повторюсь – сама, пожалуйста, а я двоих-троих-четверых…

– Мечтаете? – цепляется за слово император. – Ваше величество! Мы даруем вам право покинуть наш дворец на месяц, чтобы провести это время в молитвах в горном монастыре «Танцующих облаков».

Сзади кто-то не сдерживается и громко вздыхает. Императрица широко раскрывает глаза, бледнеет. Я же из памяти Нишаль выуживаю, что выбранный императором монастырь отличается суровыми нравами, жёсткой дисциплиной, презрением к комфорту. Императрицу ждут очень тяжёлые условия. И пусть половину срока заберёт дорога, я уверена, что императрица не будет спешить, всё равно, две недели в тюремноподобном монастыре…

Тенер молчит.

Высказаться решается министр юстиции:

– Ваше императорское величество, благодарю вас! Молитва её величества в монастыре «Танцующих облаков» не может не тронуть богов, Азания будет благословлена, – министр переключается на императрицу. – Ваше величество, то, как вы радеете об Азании, достойно лишь восхищения. Я чувствую себя таким жалким перед вашей добродетелью.

Императрица замирает на миг, ей удаётся подавить эмоции. Она даже выдаёт несколько возвышенных фраз.

– Ваше величество, я не стану вас задерживать, – улыбается император. – Я позволяю вам отправиться завтра на рассвете.

– Благодарю, ваше величество.

Оказывается, император умеет наказывать. За попытку возвысить младшего принца её величество дорого заплатит. На словах история подаётся красиво, но чиновники не дураки, читают между строк. И, конечно, дело не только в публичном наказании. Император виртуозно убирает императрицу из столицы, дотянуться до нас с Тенером из монастыря для неё будет очень трудная задача, хотя и не невыполнимая. Что же, пожалуй, я довольна ходом, который сделал его величество.

Император переводит взгляд на Тенера, задумывается, но так ничего и не произносит. Через пару минут тишины он, словно очнувшись, кивает и позволяет нам уйти. Мы с Тенером не задерживаемся ни минуты, покидаем дворец.

Тенер, пользуясь случаем, показывает мне сады. Территория не просто большая, огромная, и мы идём не торопясь, останавливаемся у фонтанов и особо интересных клумб, говорим о глупых мелочах, я расспрашиваю, какие муж предпочитает фрукты и какой его любимый цвет – самые что ни на есть очень важные глупости. Тенер приводит меня к скрытым за стеной зелени качелям и приглашает присесть, а сам берётся за витые верёвки, и я со смехом взлетаю к небесам.

А Тенер оказывается тем ещё хулиганом. Раскачав меня, осторожно выходит вперёд, так, чтобы я его не зацепила, протягивает руки и предлагает:

– Прыгай!

Я смеюсь и действительно прыгаю.

Муж у меня, оказывается, романтик. И прагматик одновременно. Он не требует ответов и внешне очень легко принимает меня, но исподволь он изучает меня, и порой по таким вот живым моментам, как качание на качелях о человеке можно сказать гораздо больше, чем наблюдая за ним в сложной жизненной ситуации. Хорошо, что я умею себя контролировать и показывать нужную реакцию. Впрочем, сейчас я не играю. Взлетая на качелях, я действительно счастлива.

Краткий миг полёта, и Тенер подхватывает меня. Он обещал, что я не упаду, и он удерживает меня в объятиях.

Я бы провела так весь день, но папа… Тенер тоже помнит, что папу нужно проводить, и мы, переходя из сада в сад, продвигаемся к выходу. Я бы побежала, забыв про качели и клумбы, я бы, не задумываясь, рискнула раскрыть свои способности и пробила портал из императорского сада прямиком в родительский дом, но до полудня папа всё равно пропадает в официальных инстанциях

Неподалёку от ворот я замечаю Калана с сестрой.

Вот же!

Калан лишь издали склоняется в поклоне, приветствуя нас, а Камиса нарушает этикет, подлетает ближе:

– Ваше высочество старший принц! Ваше высочество принцесса! От всего сердца поздравляю вас! Нишаль, мне очень жаль, что мы не стали с тобой сёстрами, ноя верю, что боги знают лучше. Я желаю тебе счастья! Ваше высочество старший принц, ста сыновей и ста дочерей вам!

Можно осадить девочку, нарушение в милой обёртке почти детской непосредственности остаётся нарушением правил. Тенер ловит мой взгляд и не вмешивается, притворяется каменным истуканом. А я принимаю от Камисы подарок и ловлю многозначительный взгляд Калана.

Чтобы сэкономить силу, я не окутываю свёрток в непроницаемую сферу, а защищаю пальцы. Мало ли, что может быть на самом пакете. То, что Камиса держит его в руках ни о чём не говорит.

Кивнув, я следую за Тенером, нас уже встречает экипаж – пользоваться одним молодожёнам позволительно. Конечно, можно было бы приехать на двух, с шиком, но Тенер выбрал практичность, а заодно в очередной раз ненавязчиво продемонстрировал своё ко мне отношение.

– Тенер, как думаешь, мы сможем навестить папу в Самске?

– Для этого я должен получить разрешение у императора.

– Его величество может отказать?

– Никто не может знать, о чём думает император.

– Пфф! Менталист может.

У Тенера расширяются глаза.

Хотелось бы самую капельку его подразнить, но вопрос слишком серьёзный.

– Я не умею. То есть я могла бы выпотрошить чужое сознание, но ключевое слово «выпотрошить». После меня останется овощ. Работать нежно я как-то не научилась. Точнее, не училась, знаю только очень общую теорию. Те, чьи сознания могли бы быть интересны, постоянно удерживали ментальные блоки, так что нежно бы в любом случае не получилось, и я не тратила времени.

– Ясно. Но ведь ты можешь прочитать ауру.

– Да. Обмануть менталиста легче, чем мага, специализирующегося на чтении ауры.

– То есть тебе достаточно скрыть свечение глаз…

Если бы… Но Тенер думает в верном направлении.

– Надёжных способов маскировки не существует. Точнее, мне они не известны. Идущий из глаз свет – это ни что иное, как мощный энергетический поток, он смывает чары иллюзии. Я полагаю, когда у тебя полностью восстановятся глаза, скрывать тоже не получится.

Экипаж слегка накреняется на повороте, Тенер придерживает меня за руку, и желание говорить о серьёзных вещах пропадает. Я придвигаюсь ближе, не нарочно, просто само собой получается. Тенер кладёт мне руку за спину, придерживает за плечо. От его ладони идёт тепло, и меня окутывает редкое для меня чувство уюта, чувство… дома. Или семьи? Я отворачиваюсь, смаргиваю предательски выступившую слезу. Тенер, как же так? Я ведь хотела держать своё сердце на замке. Почему ты так легко захватил его?

– Ни-ни?

Я беру себя в руки. Да, я знаю, что однажды мне будет больно, что Тенер со мной не навсегда, что его ждёт естественное перерождение, как заведено природой. А я… Я обязательно справлюсь. Потом. Сейчас, раз уж я увязла, как глупый мотылёк в меду, я буду с упоением пить каждый миг короткого счастья.

Обернувшись, я улыбаюсь, незачем Тенеру знать, какие мысли бродят у меня в голове.

– Я…

– Ни-ни, я постараюсь получить разрешение. Если император откажет, то ты сможешь отправиться одна.

– Одна?! Чтобы говорили, что молодая жена тебя бросила?

– Я привык.

– Пфф! Зачем привыкать, когда можно коллекционироваться языки?

– Какая ты у меня кровожадная…, – вздыхает Тенер, но улыбается, и вдруг резко меняет тему. – Ни-ни, ты ведь хотела спросить у меня что-то неприятное?

Да, но вопрос может быть слишком болезненным.

Я молчу.

Тенер берёт мою руку в свою, поглаживает и выжидательно смотрит. Кто кого должен успокаивать?!

– Нынешняя императрица не связана с тобой кровными узами, так?

– Верно. Моя мама стала первой супругой императора, тогда ещё принца. Родился я, через год сестра, она стала супругой наследного принца наших северных соседей. Через три года родился Райен. А ещё через три года её не стало, её нашли в петле. Официально объявили, что она заболела, и даже отправили целителя сопровождать её на погребальный костёр. Неофициально… убийство. Те годы были очень тяжёлыми, удивительно, что император и мы, сыновья, выжили. Так вот, император, уже император, а не принц, под давлением женился повторно. Очень скоро новая императрица была поймана на шпионаже в пользу Ливоя. Поскольку она уже ждала Нарена, император позволил ей родить. Официально вторая императрица скончалась в тяжёлых родах. Нынешняя императрица третья. У неё нет сыновей, только дочь, которой сейчас пять.

– И которая едва не утонула в пруду?

– Да. Мне докладывали, что вероятнее всего, это был всё-таки несчастный случай, а не покушение.

– Ясно. Но, признаться, я не понимаю. Если нынешняя императрица не связана кровью с Нареном…

– Связана, – перебивает Тенер. – Она не его мать, она двоюродная сестра его матери, и императрица воспитывала Нарена как родного, но, похоже, не столько из родственных чувств, сколько из политического интереса. Ни мою безоговорочную привязанность, ни привязанность Райена она бы получить не смогла. А Нарен… Он почитает её, часто навещает, но её властолюбием, насколько я знаю, не проникся.

– А если?

– Ни-ни, император ведь не лишал меня права наследования. Я лишился статуса из-за потери магии. Как только мои глаза вернут золотое свечение, если вернут…

– Вернут, – твёрдо произношу я.

– В тот миг, когда это произойдёт, я снова стану не просто старшим принцем, а наследным принцем.