Текст книги ""Фантастика 2025-187". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Алиса Чернышова

Соавторы: Наталья Чернышева,Диана Найдёнова,Ульяна Муратова,Мстислава Черная
сообщить о нарушении

Текущая страница: 260 (всего у книги 347 страниц)

А что до запрета на вынос книг –  ха! – я его не нарушу, но библиотеку ограблю. И на грабёж я отвожу себе три часа.

Глава 13

Сто лет не была в библиотеке – со школы. В университетскую я ходила за рекомендованными учебниками, а это немного не то. После выпуска я окончательно перешла на электронку –  статьи о последних разработках в области фармацевтики появлялись прежде всего в Сети, и если бы я ждала бумажную публикацию, я бы безнадёжно отстала. Я провожу по корешкам. В душе растёт полузабытое предвкушение. Я ходила в библиотеку, потому что мне нравилось учиться, а мама увлечение химией и биологией не одобряла, требовала, чтобы я занялась тем, что пригодится мне в жизни –  варкой  борща или стиркой штор. Какой муж потерпит на окне пыльные тряпки? Тьфу! Я любила бродить от стеллажа к стеллажу, вынимать книги наугад. Иногда мне попадались настоящие сокровища –  настолько захватывающие, что я приходила в себя, когда рядом начинала ругаться библиотекарша, ведь её рабочий день кончился, а я задерживаю. Вот и сейчас я предвкушаю, что в руки придёт сокровище.

С принципом я разобралась быстро –  тематический.

Ближе ко входу книги для начинающих. Я нашла и “Гимнастику”, и “Наставления”. На следующих полках книги по теории. Я понимаю их важность, но азарт толкает дальше –  к практическим пособиям.

“Тридцать рецептов, которые должна знать каждая ведьма, собравшаяся открыть лавку” –  сокровище? Сокровище! Пособие тонкое, на сотню страниц. Я раскрываю наугад. Заголовок несказанно радует –  мне выпало зелье от клопов. Конечно, штука несомненно полезная, но как-то иначе я представляла себе свою будущую деятельность. Я перелистываю к началу, оглядываюсь, убеждаюсь, что поблизости никого. Дорогой мой телефон, твой выход. Кингу я вынесу в телефоне –  сфотографирую все страницы.

Через два часа я уже не так уверена, что фотографировать лучше, чем конспектировать. Монотонное перелистывание и щёлканье камерой утомило, как не утомляла отчётность в конце квартала.

Я возвращаю очередную книгу на место и задаюсь вопросом, где насобирать клопов, чтобы проверить эффективность зелья. Что бы ни думала Айсан, продавать я буду только те, в качестве которых я уверена.

Ещё одну книгу по теории я не осилю, рецептов набрала на год вперёд. Осталось сделать кое-что для себя. Тело мне досталось крайне неухоженное. Разоряться на косметику? В романе упоминалось, что качественную везут с востока, и стоит она от двадцати галиот за флакончик размером с напёрсток. Некачественная мне даром не нужна, ею только вредить себе и провоцировать преждевременное старение. Довольствоваться маской из огурца и прочими домашними рецептами, найденными в интернете? Зачем себя ограничивать? Ольза, Айсан, Линда –  все встреченные ведьмы могут похвастаться сияющей кожей, густыми волосами, розовыми, похожими на лепестки, ногтями.

Если рецепта зелья красоты нет –  я его изобрету!

–  Иветта, ты так усердно листала книгу… Уже усвоила или сочла предложенные зелья недостойными приготовления?

–  Айсан.

Напугала. Я чуть телефон не выронила и едва вспомнила, что можно приказать ему исчезнуть. Она ведь не заметила девайс? Я оборачиваюсь к Королевской Ледышке.

Айсан закончила чтение и возвращает книгу на полку.

–  Иветта, я еду за травами. Присоединишься?

Вот как она умудряется одновременно быть и чуткой наставницей, и колкой насмешницей?

–  Спасибо за приглашение, я бы очень хотела, но, боюсь, не в этот раз.

Она кивает и врёт:

–  Жаль.

–  Айсан! –  окликаю я. –  Посоветуйте, пожалуйста, где можно почитать про колдовской шампунь? Сами видите, вместо волос лохмы.

–  А что у тебя вместо мозгов? –  тотчас цепляется она и указывает направо. –  Весь шкаф битком забит. Хм… Мне в своё время вот эта книжка очень помогла, –  Айсан подцепляет идеальными ногтями за тёмно-зелёный корешок, вытаскивает книжку и протягивает мне.

–  Спасибо!

–  Если передумаешь, то ещё сможешь догнать и поехать со мной за травами.

Какие травы? Продолжаю фоткать! Я, конечно, дожидаюсь, когда Айсан уйдёт.

Шампуни, бальзамы, крема… Увлёкшись, про время я забываю, и очень удивляюсь, когда таймер срабатывает –  истекли три часа, которые я выделила на разграбление библиотеки. До конца томика ещё пару десятков страниц. Кажется, я натёрла на пальце воображаемую мозоль… Я решаю “добить” рецепты красоты, благо осталось чуть-чуть. Перелистываю предпоследний, последний. Готово! С глубоким чувством удовлетворения я возвращаю книгу на полку. Пожалуй, я получила даже больше, чем рассчитывала.

Плохо, что из намеченного графика я выбилась, так что ни читать, ни фотографировать “Я управляю своей энергетической структурой” Мейриты я уже не буду. Мне давно пора заняться жильём. И вообще, хочу успеть в мэрию за лицензией.

Ой-ё-о-о… Как я могла забыть?!

Чёрт-чёрт-чёрт! Мэрия от меня никуда не сбежит, а вот главная героиня…

В романе Ольза приезжает в Старый Му вечером, а на следующий день ровно в полдень на набережной Ольза сталкивается с главным героем. Как же я хочу это видеть! Это даже круче, чем кино. Так волнующе… Заодно совесть успокою. Я ведь вмешалась в историю –  я должна убедиться, что пара встретится. Я от души переживала за их отношения, пока следила за продой.

Телефон вместо времени показывает какую-то абракадабру. Двадцать семь часов и шестьдесят шесть минут –  что за шутка? Ориентироваться придётся по солнцу.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

–  Иветта?

–  Линда, прости, я убегаю.

–  А-а, ага…

Я бегу, грохоча подковками по каменному полу, прохожу через тёрку недоумевающих взглядов сестёр, сбегаю по ступенькам. Впереди сквозь зелень просматривается блеск водной глади. Река делает изгиб.

Направо или налево? В романе упоминался Горбатый мост. Я верчу головой. Слева вдали мост есть, но самый обычный, на толстых опорах. Справа, метрах в ста от меня через реку перекинут горбыль.  Однозначно –  мне туда, мимо уютных ресторанчиков, ювелирных салонов, галантерейных магазинов.

На Ользе будет вчерашнее сочно-зелёное пальто, украшенное маминой брошью. По роману в тот момент она ещё не решилась сдать брошь в ломбард, надеялась на займ у ростовщика. Моими стараниями сдавать и не потребуется…

А вдруг Ольза дома? Вдруг я сломала не одну сюжетную линию, а историю целиком? Страх напрасный –  вижу! Ольза опирается на парапет, ветер треплет газовый шарф светло-салатового оттенка. Ольза выглядит как настоящая романтическая героиня. Но пришла она не на свидание, она ждёт старую мамину подругу, встреча должна была состояться ещё рано утром, но сеньора так и не появилась. Ольза решила ждать до полудня, а потом попытаться разузнать хоть что-нибудь в парфюмерном салоне, где сеньора работает и через который шла переписка, домашний адрес Ольза не знает.

Я сворачиваю к колоннаде, пристроенной к Горбатому мосту. Хорошая точка –  я смогу свободно наблюдать за встречей с главным героем, а меня от Ользы скроют колонны, таким образом я не помешаю.

Вот Ольза хлопает ладонью по парапету, резко разворачивается.

Мужчина, затянутый –  бывают же совпадения –  в мундир болотного оттенка явно не ожидает, что синьорина, спокойно любовавшаяся течением реки, внезапно окажется у него на пути.

Остановиться он не успевает, Ольза и главный герой налетают друг на друга. Ольза отступает на шаг и врезается спиной в парапет. Герой придерживает её за локоть. Я не слышу, но знаю, что она шипит от боли в пояснице, а он, хотя вина на Ользе, галантно просит его простить. Ольза взмахивает рукой, как от назойливой мухи отмахивается, и устремляется прочь. Она не замечает, как её брошь снова падает.

Направление Ольза выбирает неудачное –  в мою сторону. Я смещаюсь, чтобы избежать её взгляда и замечаю… А что здесь делает мажор со шпагой?! Согласно роману, он появится только в конце эпизода. Но он стоит в тени кипариса и, как и я, наблюдает за парой. Как же он меня бесил…

Глава 14

Тяжёлый тёмно-синий плащ подобран под цвет глаз. Меховой воротник совершенно не по погоде, зато кричит о богатстве и статусе. Как по мне, воротник вылитый хвост несчастной собаки-дворняги и уж точно не сочетается с шёлковым шейным платком, заколотым крупным овалом драгоценной броши. Завершает образ шпага на бедре. Мажор небрежно похлопывает по гарде. Жест настолько показушный, что трудно поверить, что парень выдающийся фехтовальщик.

Впрочем, виртуозное владение холодным оружием его единственное достоинство. Только что моё и без того невысокое мнение о мажоре упало ещё ниже. Кто бы мог подумать, что он шпионит из-за угла? В романе его появление выглядело случайным, а оказывается, он наблюдал и подгадал момент. Пфф! О том, что я тоже шпионю, я не вспоминаю.

–  Иветта?

Ну почему-у-у! Пока я глазела на мажора, Ольза поравнялась со мной и, естественно, заметила! Не просто заметила –  остановилась как вкопанная. А главный герой уже подобрал брошку. Сейчас нагонит и просто отдаст, из-за меня знакомство сорвётся…

–  Захотелось тишины, немного прогуляться, освежить мысли, –  улыбаюсь я. В ответ на такое пояснение тактичный человек вежливо удалится. Ольза тактичная.

–  Набережная одно из самых популярных мест в городе несмотря на близость Круга. Иветта, ты ещё не обедала? Я тоже. Составишь мне компанию?

О?!

Да, в романе после нескольких часов бесплотного ожидания Ольза отправилась в парфюмерный салон не сразу, она пообедала в одном из кафе здесь, на набережной. Главный герой вернёт ей брошь, когда она устроится за столиком, а сам займёт соседний. А сейчас он идёт к нам! На улице знакомство может сорваться, тем более я мешаю своим присутствием. Вряд ли я успею объяснить Ользе, почему она должна пойти обедать без меня.

–  С удовольствием! –  по крайней мере сохранится место действия.

–  Замечательно! Иветта, ты правда не против? Ты выглядела раздражённой. Мне показалось, нам обеим нужна компания.

Столики на веранде кафе свободны, но погода не располагает. Хотя небо ясное, а солнце припекает, в воздухе чувствуется прохлада. Гости предпочитают основной зал, внутри мест нет. Ольза замирает в растерянности:

–  Иветта? Мы можем поискать…

Нельзя, чтобы герой “поймал” нас на пороге!

–  Здесь чудесный вид на реку, –  я тяну Ользу на веранду. Не так уж и холодно, не замёрзнем во имя любви.

Из зала выходит весьма габаритный официант, и устремляется к нам с достоинством крейсера. Своим телом он перекрывает путь главному герою, и тот вынужден сесть в стороне. Официант отвешивает нам поклони с неожиданным для его комплекции изяществом и подаёт плотные картонки, тёмные с одной стороны и светло-кремовые с другой. Чёртным по белому калиграфическим почерком выведен перечень блюд и цены.

Оставив нас выбирать, официант уходит к главному герою и перекрывает обзор. Самое время выбрать блюда. Только вот одного взгляда на цены хватает, чтобы отбить всякий аппетит. Цены задраны, и это понятно, ведь в кафе на набережной ходят не живот набить, а хорошо провести время. Набор основных блюд ожидаемо скудный, зато дессертов больше десяти.

Я откладываю меню. Ольза делает тоже самое, но начать разговор мы не успеваем. Официант возвращается и с угодливой улыбкой вооружается миниатюрной записной книжкой. Ольза заказывает индейку под сырной шапкой, я –  мясной пирог. Второй день подряд… Такими темпами я скоро испорчу себе желудок и превращусь в булочку. Чай мы заказываем на двоих.

–  Иветта, ты похожа на взъерошенного воробья. Не стесняйся рассказать.

–  Было бы что рассказывать. Примеченный червяк в клюв не помещается, думаю, как не подавиться.

Ольза фыркает.

–  Прекрасные синьорины, –  прерывает нас главный герой. –  Прошу прощения, за вторжение. Это ваше, –  он опускает на столик брошь.

Приятная улыбка, тёплый взгляд. В глазах пляшут смешинки. Лицо у главного героя немного простоватое, лишено аристократической породистости, но, пожалуй, от этого только выигрывает.

Ользе действительно повезло.

Она прижимает ладонь к груди, придушенно всхлипывает.

–  Моя…

Главный герой отстраняется.

Ольза привстаёт. Забывшись в порыве чувств, она хватает его за руку. Она тянется к манжетам, но пальцы соскальзывают и касаются обнажённой кожи внутренней стороны запястья, над пульсом. Как в романе… Ольза ощутит биение его сердца.

Потрясённые остротой ощущений, Ольза и главный герой замирают на несколько долгих мгновений.

–  Ларс, кто бы мог подумать, что я увижу тебя в компании двух очаровательных синьорин, –  мажор-шпагоносец с силой хлопает главного героя по плечу.

Момент безвозвратно испорчен.

Вздрогнув, Ольза отдёргивает руку, до крови прикусывает губу, слова благодарности застревают у неё в горле.

– Ирвин, –  главный герой здоровается, но тон полон неприязни.

До приезда Ларса мажор считался первым клинком и непревзойдённым боевым магом, этакий местный царевич-самодур. Но, надо отдать ему должное, своё самодурство он направляет исключительно на боевых магов. В романе ни разу не упоминалось, чтобы он обидел женщину, слугу или простого работягу. Мажор шагал по центральному коридору мэрии, а Ларс, только-только прибывший в город, не стал прижиматься спиной к стене, а лишь посторонился, уступая дорогу. Ирвин оценил пропылённый плащ в заплатах, сношенные ботинки и… толкнул Ларса. На пол упало рекомендательное письмо из академии магии. Увидев, что новичок назван многообещающим талантом, уйти сопокойно Ирвин уже не мог и наступил на письмо. На бумаге появился оттиск грязной подошвы. Ирвин добавил пару оскорблений, вперемешку с издевательскими насмешками. Ларс ответил спокойно –  вызовом. Поединок состоялся там же, под окнами мэрии. Испорченный лёгкими победами, Ирвин не воспринял Ларса всерьёз, за что и поплатился. Репутация неоспоримого победителя в одночасье была разрушена. Что обиднее, Ларс масерски срезал ему самый кончик носа.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Сейчас я вижу, что стараниями целителей шрама не осталось. А жаль.

–  Очаровательные синьорины, кажется, Ларс не слишком понимает, что нужно сказать, поэтому позвольте, я представлюсь сам. Ирвин Мэгг к вашим услугам.

Официант выносит заставленный блюдами поднос.

–  Синьорины, сеньоры, –  он ошибочно ставит на столик не только наш заказ, но и заказы обоих мужчин, ведь мы смотримся как одна компания. О том, что изначально Ларс сел отдельно, официант не задумывается.

Ларс пытается спасти ситуацию, но Ирвин опережает и нагло садится рядом с Ользой напротив меня. В романе было тоже самое.

В последнюю очередь официант выставляет две вазочки с дессертом:

– Прекрасным синьоринам в знак восхищения вашей красотой от сеньора Мэгга.

– Излишне, –  Ольза хочет отказаться, но тонет в потоке комплиментов.

Собственно, Ирвин на неё нацелился по единственной причине –  досадить Ларсу. Впрочем, мне тоже достаётся. Соблазнять дам Ирвин умеет лучше, чем фехтовать. Помня истину, что галантный кавалер не заставит подругу избранницы скучать, Ирвин старается во всю.

Я же уделяю должное мясному пирогу.

–  Из-за меня…, –  виновато вздыхает Ларс.

–  Ваш приятель… весьма потешен, не извиняйтесь, –  хмыкаю я.

Ирвин бросает на меня острый взгляд. Согласна, кому понравится, что его шутом обозвали? Ларс давится смешком.

–  Простите, я могу называть вас Ларс?

–  Да, синьорина.

–  Ларс Первый Клинок? Я польщена знакомством.

Ирвин оборачивается. Светский налёт с него слетел в мгновение. Взгляд пламенный, крылья носа подрагивают. Явно, что Ирвин сдерживается с трудом.

Повёлся, дурень. Им управлять –  как нажимать на кнопку игрушечного зайца.

Слышать, что не он первый, ему нестерпимо. Вызвать Ларса на поединок –  не может, ведь, кто бы ни победил, это будет бой равных. Единственное, что ему остаётся –  это очаровать меня, затмить Ларса обаянием. Ирвин сосредотачивается на мне, а Ларс вынужден поддерживать беседу с Ользой. Чего я и добивалась, ха.

Сейчас они познакомятся, а вечером дома Ольза спохватится, что не поблагодарила Ларса за брошь. Учитывая, что Ларс ей понравился, ничего удивительного, что она захочет увидеть его ещё раз.

Я слушаю Ирвина, слизываю с ложечки политые вареньем взбитые сливки. Я отвечаю вежливо, поощряю, но при этом смотрю на Ирвина с лёгкой насмешкой, и он из кожи вон лезет, чтобы произвести на меня впечатление.

Осознав, что привычные уловки со мной не работают, он пускает в ход тяжёлую артиллерию.

Глава 15

Ирвин вскидывает руку.

Я выразительно выгибаю бровь и отправляю в рот очередную порцию лакомства. Думаю, я знаю, что сейчас будет.

Над головой раздаётся хлопанье крыльев крупной птицы, и на плечо мажора опускается сине-жёлтый попугай. Мощные когти впиваются в ткань плаща.

–  Под цвет глаз выбирали, Ирвин?

Попугай, бесспорно, красавец. Гладкое оперение так и манит провести рукой, ощутить его шелковистую мягкость, но я сомневаюсь, что птицам нравится, когда их трогают, поэтому я любуюсь переливами от тёмно-синего в хвостовом оперении до яркой зелени на макушке. Такого попугая легко представить на плече матёрого морского волка, капитана пиратского галеона, но никак не на плече боевого мага.

–  Лягушка, выскочка и ведьма, –  чётко проговаривая каждое слово, выдаёт попугай.

–  Какая прелесть! –  хотя с попугаем я не согласна. Какая из Ользы лягушка?

Ради попуга от десерта я отвлекаюсь.

–  Иветта, Ольза, позвольте представить вам моего друга. Скво…

–  Сквозняк, –  перебивает попугай. Одну ногу он поджимает, и при этом ухитряется наклониться вперёд, будто поклон отвешивает.

Я ещё из романа, знала, как красавца зовут, поэтому на странное слово не теряюсь:

–  Приятно познакомиться, сеньор Сквозняк, –  произношу я абсолютно серьёзно. Попугай прекрасно понимает человеческую речь, так что относиться к нему надо, как к важному собеседнику.

Ирвину попугай достался вместе с именем и переименовываться отказался, лишь со временем снизошёл и позволил хозяину называть себя ласково Сквозей.

Попугай аккуратно перебирается ко мне на руку, заглядывает в вазочку и разочарованно вздыхает:

–  Орешки?

–  Простите, сеньор Сквозняк, орешков нет. Но к следующей нашей встрече я обязательно подготовлюсь.

В ответ попугай ласково прикусывает меня за ухо.

–  Кажется, вы произвели на моего друга неизгладимое впечатление, синьорина.

Ага, произвела. А задумывалось-то, что это я паду жертвой Скозиного очарования, ха!.

Так, всё, что я могла, я для Ользы сделала, парочка увлечённо воркует, и мажор им уже не помешает, только себя дураком выставит, пирог и десерт съела, чай выпила.

–  Рада знакомству.

–  Синьорина?

–  Дела зовут, я вынуждена откланяться.

Я достаю кошелёк.

–  Синьорина, за кого вы меня принимаете? Я угощаю. Всех, –  и колкий взгляд на главного героя.

Ох, Ирвин хочет покрасоваться? Мне же лучше.

–  Иветта? Ты уже уходишь?

–  Увидимся. Сеньор Сквозняк, вы отправитесь со мной?

Попугай поскрёб когтями клюв, будто человек в задумчивости нос почесал. Я провожу по оперению. Хотя я и предложила, я смутно представляю, что буду делать, если попугай согласится. Но он ведь не бросит своего хозяина? Кто кроме него присмотрит за Ирвином? Издав короткий грустный клёкот, попугай перепархивает на спинку стула.

Попрощавшись, я ухожу не оглядываясь. У меня ведь планы… Были.

Я ориентируюсь на Горбатый мост и иду в противоположную от реки сторону. За узкой полосой городского парка улица, и мне везёт, я сразу замечаю свободную коляску. Вариант идти пешком я не рассматриваю, и не из-за того, что я не представляю, в каком направлении искать нужный мне адрес, это можно у горожан уточнить. Я боюсь, что идти далеко.

Извозчик называет цену ровно в один галиот. Я соглашаюсь и забираюсь на скрипучую колымагу. Сиденье продавлено. От коврика несёт чем-то кислым –  именно так должна пахнуть дешевизна. Коляска трогается, и меня откидывает на жёсткую спинку.

Мне кажется, или я слышу далёкий клёкот? Я даже оборачиваюсь, но козырёк, защищающий пассажиров от дождя и солнца, закрывает небо. Я поворачиваюсь вперёд.

Следить за дорогой я не пытаюсь –  извозчик сходу взял бодрый темп. Город двухэтажный, трёхэтажные дома встречаются редко, архитектурные изыски –  ещё реже. Мы сворачиваем с широкого проспекта на боковую улицу, и здесь жизнерадостные вывески исчезают, как исчезают и магазины. Квартал жилой, причём, похоже, обитают здесь состоятельные господа. Дома не лепятся один к другому, а стоят особняком, разделённые приусадебными участками. Мы проезжаем квартал насквозь и останавливаемся на углу.

–  Прибыли, синьорина.

Дом с флигелем последний в череде богатых домов, одной стороной он выходит на торговую улочку, и единственный украшен вывеской –  схематичным изображением котла в красном круге. На первом этаже хозяйка устроила лавку. Посетительница как раз выходит, останавливается на крыльце, достаёт из клатча флакончик, смотрит его на свет и, удовлетворённо кивнув самой себе, машет моему извозчику. Я остаюсь без колёс.

Ничего удивительного, что ведьма держит лавку, но в моём плане лавка моя. Обрадуется ли хозяйка конкурентке? Три раза…Закрадывается подлая мыслишка, что Айсан права, но я задавливаю сомнения в зародыше –  на пути к успеху они главные враги. Я вхожу в лавку.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Звякает колокольчик. Я осматриваюсь. Чего я ждала от лавки ведьмы? Я думала, что она может быть похожа на аптеку –  на полках в бутылочках из тёмного стекла расставлены всевозможные снадобья. Реальность удивила: вдоль дальней стены выстроены внушительные сундуки на замках, в углу конторка и больше ничего, ни витрин с зельями, ни жаб в аквариуме, ни сухих пучков трав, свисающих с потолка. Зато ничем не пахнет.

За конторкой пышнотелая блондинка, от усердия высунув кончик языка, делает записи.

–  Список слева, –  указывает она, не прерывая занятия.

Список?

Ага… На вколотых в стену булавках висят два листа. На первом размашистым почерком выведен перечень зелий, которые есть в наличии. Два зелья уже жирно замазаны. На втором листе зелья, которые будут приготовлены на следующий месяц, в том числе и от клопов. Не заработать мне на усатых гадах.

Я подхожу к конторке.

–  Сестра Ирьяса? Добрый день.

–  О? –  блондинка нехотя откладывает тетрадь, ответным приветствием она себя не утруждает.

Я протягиваю записку от Айсан:

–  В Круге мне сказали, что у вас можно снять флигель за тридцать галиотов в месяц.

–  За пятьдесят.

Занятно.

Блондинка смотрит равнодушно. По-моему, ей больше понравится, если я уйду.

Выставить самую безумную цену её законное право, но:

–  Вы заламываете почти в два раза выше, чем мне говорили. Наверное, мне стоит спросить у сестёр, почему их сведения… настолько устарели?

Отдать пятьдесят я не готова. К чему вводить в заблуждение? Я просто останусь ночевать в Круге. Придётся искать другой вариант. Снять у Ользы? Попробовать пригород?

–  Не обязательно сестёр по таким мелочам отвлекать. Тридцать стоит снять флигель, ещё двадцать –  полный пансион. Завтракая, обедая и ужиная в трактирах ты оставишь гораздо больше.

–  Я планировала готовить сама.

До первого гонорара, разумеется.

–  Во флигели кухни нет, а на свою я никого не пускаю. Готовить вне кухни запрещено.

Я выкладываю на стол деньги:

–  Сейчас я заплачу тридцать, а по поводу пансиона подумаю. Так можно?

Блондинка смеряет меня нечитаемым взглядом, похоже, в её глазах я поступаю не очень-то умно. Пожав плечами, она поднимается:

–  Можно. Подожди здесь, я схожу за ключом.

–  Нет, минутку.

Осталось прояснить самый щекотливый момент.

–  Что ещё? –  кривится она.

–  Дело в том, что я собираюсь зарабатывать на жизнь.

–  Девочка, избавь меня от своих забавных фантазий. Почему бы тебе просто не пойти в другое место?

С клиентами она такая же недружелюбная? Даже уступая в качестве, я выиграю за счёт сервиса: красивая упаковка, уютное помещение, неизменная улыбка продавца, презенты постоянным покупателям. А, может, мне стоит перепродавать уже готовые зелья? Нет, остатков подсвечников не хватит, чтобы выкупить весь ассортимент, а лезть в долги к ростовщикам я не собираюсь.

–  Мне нужно жильё.

–  Девочка, я понимаю с первого раза. Месяц, так и быть, твой, но не больше. Я сдаю, чтобы подобрать себе помощницу.

–  Странный метод.

–  Тебя не спросила. Так ты уходишь или остаёшься?

–  Вы не против, если на месяц я превращу первый этаж флигеля в свою лавку?

Блондинка заливается хохотом, рыхлая грудь в декольте колышется.

–  Я только порадуюсь… ремонту, –  с трудом выдавливает она и, чуть успокоившись, скрывается в глубине дома.

Я начинаю подозревать, что во флигеле меня поджидают неожиданные трудности.

Глава 16

Хозяйка пропадает минут десять и выносит ключ из тех, которые ожидаешь увидеть под толстым стеклом на выставке в музее. Излишне тонкий, вычурный, едва ли не серебряный –  на вид абсолютно ненадёжный.

–  Он как соломина не переломится? –  я полна скепсиса.

–  Иди уже. Лавку открывать.

–  Займусь незамедлительно.

Флигель при ближайшем рассмотрении оказывается двухэтажной пристройкой светлого песочного оттенка. Крыша и козырёк крыльца покрыты традиционной яркой черепицей. Большое окно слева от входа –  несомненные плюс, можно превратить в витрину. Вывеску пристрою над входом.

Деревянная ступенька под ногой опасно прогибается. Во что обойдётся переделка? Возможно, постелить крепкий пандус будет дешевле.

Замок поддаётся со скрежетом. Дверь надсадно скрипит. В список покупок добавляется масло для петель.

–  А-апчихи!

Первый этаж встречает меня залпом многолетней пыли в нос.

Поиск помощницы в магазин? Скорее экономия на уборщице. За месяц я как раз отскребу чернозём, устилающий все без исключения поверхности, включая потолок. А-апчихи! Вот во что я ввязываюсь? Но я не отступаю –  ещё чего. Я прикрываю нижнюю часть лица шарфом и прохожу вперёд. На полу в серо-чёрном слое отпечатываются мои следы.

Я распахиваю окно настежь, впускаю свежий воздух, осматриваюсь. Расходы растут на глазах. В помещении пусто, а лавку без торговой стойки я не представляю.

За межкомнатной стеной я обнаруживаю спуск в подвал и лестницу на второй этаж.

Начинаю с подвала –  именно в нём мне предстоит работать. Темноту разгоняю фонариком телефона. Возможно, светильник где-то и есть, но я не представляю, как его зажечь, поэтому останавливаюсь на нижней ступеньке. Лезть дальше смысла нет.

–  А-апчихи!

Снова грязь. В воздухе висит нечто, похожее на свалявшуюся паутину. Наверное, паутина и есть. В подвале уцелел стол, похожий на кухонный. Теоретически его можно приспособить под торговую стойку, но я не представляю, как его вытаскивать. И потом, стол пригодится при работе с ингредиентами.

Второй этаж жилой, есть проход в основное здание, но дверь заперта с той стороны. Неожиданно, но на втором этаже относительно чисто, явно, что кто-то убирался не больше пары месяцев назад. У окна бордовое кресло с толстыми кисточками и низкий столик создают намёк на уют. К гостиной примыкает спальня. Есть и кабинет. Если забыть про пылищу, то я сняла настоящие хоромы.

–  Вот.

Я же одна!

Я вздрагиваю, отшатываюсь и, теряя равновесие, оборачиваюсь.

На пороге спальни ухмыляется Ирьяса. Я не знаю, как она появилась настолько бесшумно, чёртова ведьма. Она никак не комментирует мой испуг, протягивает комплект постельного белья.

–  Швабру принесу чуть позже.

–  Что насчёт воды?

–  А что с водой? –  Ирьяса заглядывает в уборную. –  Вода есть.

Корыто, вёдра и кувшин сухие, крана нет. Она издевается? Не похоже.

–  Вас не затруднит показать?

–  На полке, –  Ирьяса переводит на меня недоумённый взгляд.

На полке плошка с прозрачными горошинами.

–  Покажите, пожалуйста, –  повторяю я.

Ирьяса недоумевает ещё больше, но в просьбе не отказывает, проходит в уборную, берёт одну из горошин и прокатывает между пальцами. На стеклянной поверхности выступает влага, словно горошина отлита изо льда и от тепла рук начала таять. Ирьяса бросает её в ведро. Секунду ничего не происходит, а затем из крошечного шарика вырывается струя, ведро стремительно наполняется.

–  Ого! –  на происходящее я смотрю не веря своим глазам. Магия… Хотя я знаю, как самоочищаются ночные горшки, всё равно чудо.

–  Девочка, как можно не знать элементарных вещей?

–  Я издалека.

–  Откуда сбежала? На дремучую крестьянку ты не похожа, значит, были слуги. Принцесса со шваброй, вот умора.

Ирьяса уходит и напоследок громко хлопает дверью.

Я провожаю ведьму смешком. Хах, принцесса. Знала бы она…

Так, уборка подождёт, иначе я увязну по уши. По плану первый пункт по-прежнему мэрия. На обратном пути зайду в трактир или куплю обед на вынос. Ещё бы успеть прикинуть цены на котлы… Размышляя, я вынимаю из саквояжа домашнее платье и расстилаю на кровать. Серый жутик ни капли не жалко, я выкладываю на него стопку постельного белья и немногочисленные пожитки. Зачем таскать сменную одежду с собой, когда можно оставить?

Ирьяса возвращается, брякает об пол ведром, сбрасывает ворох тряпья и выставляет к стене обещанную швабру. Швабра, покачнувшись, падает вдоль стены, но Ирьяса и попытки не предпринимает её поймать или тем более поднять.

–  Спасибо, –  хмыкаю я.

–  Всегда пожалуйста, развлекайся.

–  Чуть позже. После мэрии.

–  Когда голова дурная, добрые советы бессильны.

Я отмахиваюсь. Когда это я жила добрыми советами?

–  Ну-ну, –  летит мне в спину.

На улице я нанимаю закрытый экипаж. Да, он заметно дороже, но я не могу угадать, когда чиновники меня увидят –  когда я войду в кабинет или намного раньше из окна, когда я спущусь на мостовую. Явиться в мэрию на разбитой колымаге всё равно что приехать в банк за многомиллионным кредитом на ржавом “жигули”.

Мягкое сиденье, удобная спинка. Кружево на шторке чуть надорвано. Я сдвигаю шторку вбок, чтобы видеть улицу, и мысленно призываю телефон.

“Душа, вам доступен приветственный бонус, один из списка на ваш выбор”.

Ну-с…

Под первым номером на фото самая обычная кисточка. Описание обещает, что с её помощью я смогу перенести из воображения на любую гладкую поверхность картинку из своего воображения.

Занятно, но бестолково. Наёмный художник прекрасно заменит эту волшебную штучку. Ладно бы рисовать можно было сколько угодно, но всего одна картина –  нет.

Вторым пунктом идёт путеводитель по Старому Му, причём путеводитель электронный. Я получу актуальную карту с геолокацией и базовую справочную информацию. Вроде бы полезно, но я ведь не планирую оседать в провинции, так что нечего забивать память девайса, она не резиновая.

Под третьим номером руководство по призыву и воплощению высшего духа. Я внимательно читаю подробное описание свитка, но яснее не становится. Про призыв понятно, это что-то из сказок: лампу потёр, и джин появился. Я вон телефон призываю. А что такое воплощение? И, главное, кто такой этот загадочный высший дух? Появится услужливый джин или зловредный бес? А может, огненный элементаль устроит адский пожар? Про укрощение призванного духа в описании ни слова. Однозначно нет.