Текст книги ""Фантастика 2026-156". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)"

Автор книги: Николай Воронков

Глава 41

* * *

Что ж, стоит отдать ему должное: по поводу гостеприимства Шахиншах не соврал. Всё дальнейшее действительно было «по высшему разряду»: совместная трапеза, там же, на этой искусственной солнечной полянке среди зелени громадного парадайза, в котором поют певчие птицы, цветут невиданные цветы, бродят не боящиеся человека крупные животные, распускают свои грандиозные хвосты откормленные породистые павлины, и с цветка на цветок порхают сказочной красоты бабочки. А воздух и ароматы… даже на флешбэки пробило про очень высоких, как будто вытянутых по вертикали людей с остроконечными ушами. Но не о том речь. Здесь таких не было.

Зато были девушки. Много девушек. Очень красивых, молодых, художественно раздетых в прозрачные газовые ткани, цветные шелковые тряпочки, золото и каменья. И я не ошибся: именно «раздетых», так как «одетыми» их назвать язык не повернётся – всё, что способно возбудить и свести с ума мужчину у них было обнажено и выставлено на показ, но при этом, полностью голыми они тоже не являлись. Тем, кто их так драпировал удалось соблюсти баланс между открытостью, доступностью и «загадкой», заставляющей желать содрать с них и эти невесомые тряпочки с кружевом, чтобы таки заглянуть и под них, увидеть «картинку» полностью, до конца…

Эти девушки приносили на поляну ковры, подушки, подносы и яства, уносили опустевшую посуду, услаждали взоры Шахиншаха и его гостей танцем, а слух лёгкой, ненавязчивой музыкой…

Что ж, стоит признать: действовало! Не смотря на простоту и грубость «провокации», она действовала. Даже на нынешнего меня действовало. На того, кто жил в двух мирах, имел десятки лет жизненного опыта за плечами, да ещё и женат был в мире ином, где супружеские задолжности не успели накапливаться в нашей семье, закрываясь чуть ли не ежедневно. Даже на такого меня действовало!

Что уж говорить, пребывай сейчас на моём месте прежний Юра – подросток в пубертате, входящий в самую его мощную стадию, когда гормоны чуть из ушей не льются.

Простой расчёт, грубый, но от того не менее действенный. Даже присутствие рядом Катерины не сильно помогало. Да – остужало голову, но далеко не так сильно, как бы того хотелось. Пожалуй, её присутствие больше злость, раздражение и дискомфорт вызывало, чем реально спасало.

Ведь, чего хотел добиться Шахиншах? Всего лишь показать мне «сладкую жизнь», продемонстрировать то, насколько мне будет хорошо, если я соглашусь на его предложение и просто останусь здесь. Буду жить, буду петь. Просто быть, и ничего большего от меня не будет требоваться. Не придётся думать ни о пропитании: меня будут кормить тем, что я только пожелаю и в том количестве, какого только пожелаю. Не придётся думать о крыше над головой – предоставят любые условия, какие только сумею выдумать. Не придётся думать об учёбе в Лицее, Академии, Бурсе или ещё какой. Не придётся думать о службе в армии, выполнении приказов и возможности когда-либо попасть на поле боя – настолько ценный ресурс в бой не бросают. Не придётся думать о безопасности – о ней денно и нощно будут думать другие. Все силовые ресурсы государства будут брошены на мою охрану и недопущение покушений со стороны недружественных сил, ведь, пока я жив и пою, весь регион будет процветать. Женщины… ну, тут можно даже не углубляться в тему, и так понятно, что по щелчку – любое их количество и качество.

Единственное – придётся забыть о любых путешествиях и смене места жительства. Но, так-то я никогда и не был таким уж фанатом поиска новых стран и впечатлений.

«Золотая клетка»… Вот ведь, сколько раз я слышал это словосочетание-термин, но никогда не задумывался над ним. Никогда в серьёз не пытался разобраться, чем же она так плоха… Сейчас же оказался на пороге этой «клетки». И мне надо сказать только «да», только сделать шаг, чтобы войти в неё… и я не знаю… стоит ли сопротивляться?

Особенно, при условии, что за её пределами меня ждут только постоянные, всё новые и новые покушения и бесконечная борьба за свою жизнь… со всем миром.

* * *

Дарий не торопил с ответом. Он был достаточно мудр и опытен, чтобы не давить и не требовать немедленно решать, здесь и сразу. Нет: он поманил, предложил и отступил. И теперь будет просто ждать… не прекращая показывать соблазнительных картин моей возможной будущей безбедной и бестревожной жизни в неге, безопасности и достатке.

Дарий не ограничивал наших с Катериной перемещений. Не запрещал покидать пределы Дворца или города. Но предложил быть его Гостями. Предоставил апартаменты во Дворце для нашего проживания, чтобы нам не пришлось возвращаться обратно в номера борделя, где мы эти два дня жили, пока велись съёмки.

Так что, засыпал я в самом шикарном из всех виденных мной за все мои жизни месте. Думаю, бессмысленно даже пытаться его описывать: тут тебе и кровать размером с аэродром, и отдельная комната с джакузи, в котором разве что соревнования по плаванью проводить слегка тесновато будет… областные, тут тебе и те самые знаменитые в обоих мирах персидские ковры, и, кроме джакузи, ещё и отдельный бассейн. И панорамные окна с потрясающими видами на город с высоты в несколько сотен метров (апартаменты располагались на самой горе, той самой, которая превращена в один большой сад). И всякие стандартные мелочи, вроде тренажёрки, почти полноценного бара, каминной комнаты, кальянной комнаты, бильярдной комнаты, игровой комнаты, оборудованной по последнему слову техники для полноценного «гейминга» с огромным изогнутым монитором во всю стену, супер-производительным железом, выделенной десяти-гигабитной линией, разными примочками для гоночных и авиа симуляторов, «VR»-очками и прочими фишками. Я туда, от греха подальше, даже заходить не стал: дверь открыл, на пороге постоял, глазами обвёл всё это великолепие и закрыл дверь обратно. Хотел ещё на ключ запереть или, ещё лучше, досками забить, как в старых дурацких детских мультиках, но… замка на двери не имелось, а забивать гвозди в дверной косяк не своего дома… ну, как минимум, странно и невежливо.

Ну и, самое гадское – обслуживанием всё теми же красотками, что подавали блюда на недавней встрече с Шахиншахом. Подстава грубая, но от того не менее действенная. На самом же деле – очень трудно отказаться, когда всё настолько доступно и просто – лишь руку протяни. Да ещё и последствий, как таковых, можно не бояться. Один раз ты на чистых волевых качествах удержишься, два удержишься, три… а пятьдесят? Пятьдесят один? Пятьдесят два?

Так что, даже не смотря на накопленный жёсткий недосып предыдущих двух суток, уснуть у меня получилось далеко не сразу. А ведь ещё и Алина приехала – её предусмотрительный Дарий (или тот, кому он поручил курировать мой вопрос – не сам же лично Шахиншах будет такими мелочами заниматься? У него дела и поважнее имеются) тоже не забыл официально пригласить к себе в Гости.

Ей отвели место в тех же апартаментах, что и мне. Но, хорошо хоть – в соседней комнате, а то это и вовсе перебор был бы. От того, чтобы попытаться овладеть Алиной, окажись она со мной под одним одеялом, я удержался бы с огро-о-о-омным трудом. Если вообще смог бы удержаться… ведь, если ничего со времени Петрограда не изменилось, она и сама не против.

А вот Катерине апартаменты Дарий предоставил отдельные, сославшись на то, что человеку ТАКОГО уровня не пристало «ютиться» в тесноте с кем-то ещё, кто не является её мужем или членом её семьи. Этикет-с, правила приличия и подобная мура. На самом же деле (ну, насколько это понимаю я сам, что может истине и не соответствовать), для того чтобы усложнить нам с ней возможность нормально поговорить – обсудить результаты встречи. Не помешать совсем, но усложнить. Чуть-чуть.

Алину так соблазнами не пытали, как меня, поэтому она-то отрубилась сразу, как её голова коснулась подушки. Как я узнал? Всё просто: через свой развивающийся Дар Разума, я просто чувствовал её за стеной. Так же, как, наверное, в своё время, меня чувствовал Маверик в моей московской квартире. И тот момент, когда её сознание изменилось с бодрствования на сон, я уловил достаточно чётко.

Она уснула. А я остался ворочаться с боку на бок на этом нефункционально большом и мягком траходроме. Ни за что бы себе сам такой не купил и не поставил. Не люблю нефункциональные вещи.

Однако, и вылезать из постели, чтобы улечься спать на полу рядом… как собака на коврике… было бы грубо по отношению к хозяину. Пришлось ворочаться. А потом, когда сон естественным образом так и не пришёл, ещё и применять специальные практики по принудительному засыпанию. Благо, есть такие, и я парочку из них знаю. Простейшая: перестать двигаться.

Звучит элементарно и даже глупо. Наивно и неэффективно – ты же и так уже в постели, значит: лежишь и не двигаешься. Как бы не так! Ты ворочаешься! Чешешься, перекладываешь «затекшие» и «отлёженные» части тела, тебе не удобно, тебе слишком жарко, или слишком холодно, ты скидываешь с себя одеяло, или наоборот – кутаешься в него… И способ заключается в том, чтобы волевым усилием сознательно прекратить все эти движения. Замереть на месте, закрыть глаза и не двигаться. Что бы не происходило, как бы что ни чесалось. Какие бы мысли не бегали по кругу в твоей голове…

Способ рабочий. Только лежать долго надо. Десять, двадцать, тридцать минут. И, если двинулся, то считай, начинать всё с начала. Но способ рабочий. Тупой, грубый, совершенно лишённый изящества, но рабочий – каким, впрочем, он и должен быть, ведь это армейский способ.

* * *

В мире писателя на дворе стояло лето. Школа не работает. У учителей отпуска. У жены тоже отпуск. Жара. И, словно специально, прямо-таки как на зло – отъезд в лес, на спортивные сборы по Кунг-фу. Десять дней без семьи, на удалённой от города базе с четырьмя двухчасовыми тренировками в день.

Нет, так-то, само по себе – это здорово! Это то, чего я сам хотел, чего долго и упорно добивался, за что я, в конце-то концов, сам заплатил. И мне нравится Кунг-фу. Мне нравятся тяжёлые тренировки и жёсткий спортивный режим. Тем более, не где-нибудь в душном спортзале среди городской застройки, а в прекрасном хвойном лесу, на берегу чистой широкой речки – прелесть же! Ну, согласитесь – настоящий кайф!..

Да только вот, очень уж не ко времени оно совпало с событиями мира параллельного. Совсем не в тему мне было уезжать от жены, когда «там» гадский Шахиншах решил подвергнуть меня испытанию всевозможными соблазнами. Бесплатными, прошу заметить, соблазнами!

Короче, сборы вещей, место общей встречи, отправка, заезд, заселение и прямо тут же, сразу после заселения уже первая тренировка. Потом ужин, и за ней вторая.

В общем, день пролетел буквально по щелчку пальцев. Вроде бы был, вроде бы только начался, щёлк – и всё, нет его. Закрываешь глаза в своём домике на две койки с соседом…

* * *

…и открываешь их на роскошнейшем траходроме во владениях Персидского Шахиншаха. Хотелось бы сказать: «с холодной головой, ясными мыслями и чистыми помыслами», но… Не могу я так сказать, ведь никакой разрядки я в мире писателя получить не успел. И в ближайшие десять дней она там не предвидится – не до неё будет, банально – не с кем.

А тут ещё вчерашние девчонки. Они-то никуда не делись. Одна из них мне «завтрак в постель» принесла. То есть, немного позже рассвета, в дверь спальни раздался тихий деликатный стук. Такой, чтобы не разбудить меня, если ещё сплю, но оповестить о визите, если уже проснулся.

Я уже не спал. И, почему-то уверен, хозяева прекрасно об этом знали, ведь в этом мире я всегда начинаю свой день с рассветом, исключая лишь те случаи, когда мой ритм нарушают непредвиденные непреодолимые обстоятельства. А мой «профайл» в распоряжении их «компетентных органов» должен быть. Не добавляю никаких: «наверняка», «скорее всего», «сто процентов» или прочего в этом духе, так как он просто должен быть. Не может его не быть. Такое не реально.

В общем, отжимаюсь я себе тихонечко на пальцах повернувшись лицом к панорамному окну во всю стену с видом на горы и поднимающееся над горизонтом красное ещё солнце.

Улыбаюсь новому утру, заряжаюсь позитивом на предстоящий день, как раздаётся этот вот деликатный стук в дверь, после которого, с двухсекундной задержкой эта дверь отворяется и в комнату въезжает специальный столик с завтраком. Столик, который тихонечко катит перед собой юная прелестница в… украшениях, органзе и каких-то крайне минималистичных шёлковых тряпочках, прикрывающих от жадного взгляда лишь самое-самое, то, что отличает порно от эротики. В чём-то, что почти не оставляет простора для мужской фантазии… почти.

Я чуть не взвыл!

А она ещё и улыбается. Разглядывает моё тело с почти неприкрытым интересом. А я-то отжимаюсь почти что голый – тепло же. В одних только трусах-боксерах. Хорошо ещё, что физическая нагрузка перераспределяет кровь в организме таким образом, что почти вся она отдаётся работающим мышцам, не оставляя нужного количества незадействованным системам для проявления вполне определённых и естественных в таких случаях реакций. Иначе бы краснел я ещё сильнее. А так: красноту лица и пылающие уши можно почти честно списать на отжимания.

Я глянул на вошедшую всего раз, тут же поспешив вернуть свои глаза к горизонту и поднимающемуся над ним солнечному диску. Ещё и отжиматься стал вдвое быстрее, чем до этого, старательно вкладываясь в каждое движение, ища в них спасение.

К сожалению, то, что я отвернулся, помогло слабо: я чувствовал направленное на меня внимание не только всей своей кожей, но ещё и способностью Ментала. Я бы мог глаза вообще завязать, но этот тёплый игривый лучик, что полз по моему телу, всё равно бы «видел».

Ментал… он удобен в быту. Но может быть и настоящим проклятьем. Ведь я не только «видел» само наличие этого «луча внимания», но и мог считывать его параметры, тональность, эмоции, что к нему прилагались. И я считывал. Считывал, что девчонка… тоже возбуждена.

Она знает, чем именно «рискует», входя вот так в комнату к молодому мужчине, не скованному брачными обязательствами, пуританским воспитанием или какими-либо законодательными ограничениями.

Знает. Понимает. И её эта ситуация возбуждает. Да ещё и то, что она перед собой видит: моё тело – ей очень даже нравится, ведь оно большое, сильное, здоровое и красивое. Ещё и мышцы под напряжением от выполняемого упражнения ярче очерчиваются, перекатываясь под кожей.

Но и это не всё. В девчонке живёт азарт: ведь я – очень хорошая «добыча». Дворянин, сильный Одарённый, молодой, богатый, успешный, перспективный (о том, что ещё и к смерти приговорённый, широкой общественности не известно. Им такое знать ни к чему. Да им никто и не скажет).

А ещё… она – моя фанатка. И сама вызвалась на назначенную ей роль, по собственному желанию! Чтобы быть ближе к своему кумиру.

Ядрёное сочетание! Даже, я бы сказал: ядерное! Уносит крышу только так, на раз-два.

Но я сцепил зубы, «остеклянил» глаза и продолжил отжиматься, с удвоенной, утроенной силой-скоростью. Вкладываясь до предела в каждое своё движение…

Не дождавшись от меня реакции, она оставила столик возле кровати и вышла, не посмев нарочно задерживаться или тревожить меня обращением.

Вышла, а за закрывшейся за ней дверью, прислонилась к этой двери спиной и разочарованно выдохнула. Постояла ещё секунд двадцать, потом ушла окончательно по своим делам.

Привезённый ей завтрак состоял исключительно из свежайших фруктов, овощного салата и свежевыжатого сока, без даже намёка на что-то мясное или термически обработанное – успели достаточно хорошо меня изучить ответственные товарищи.

Однако, есть я не стал. Не рискнул дать себе поблажку – остановиться, задержаться и рухнуть в возбуждающие фантазии. Быстро оделся и поспешил на пробежку, благо маршрут себе наметил заранее, ещё с вечера, и за пределы территории Дворцового и садового комплекса он не вылезал. Так же не пересекал тех секторов, проход и «пробег» через которые мог быть ограничен даже для личных гостей Шахиншаха.

Я искал спасения в беге.

И с ужасом понимал, что не поможет – ведь недостаточно «перетерпеть» сегодня. Недостаточно претерпеть и завтра. Ведь ничего не закончится и завтра. Я нужен Дарию. И он отступать от своего не собирается…

Михаил Француз
Княжич Юра VI Виват Император!

Глава 1

* * *

Во Всесети творился мрак. Так-то, я понимаю, что мрак там творится постоянно. Что-то светлое, доброе или вечное в такой помойке, как глобальная информационная компьютерная сеть, родиться, пусть, теоретически, и может, но вот набрать популярность и вызвать массовый пользовательский резонанс – очень вряд ли. Зато, какие-нибудь срач, чернуха или мемасики – только так. Да ещё и на постоянной основе.

И даже не могу объяснить, почему это так. Не вам не могу объяснить – себе! Ведь, вроде бы Сеть – хорошее же дело. Задумывалась вообще, как объединение мировых интеллектуальных и научных центров, институтов и университетов… правда, сам проект и его финансирование принадлежали военным, и в этом проекте прописана была несколько другая, более простая и приземлённая задача – координация действий разрозненных военных баз, раскиданных по миру и отстоящих друг от друга на весьма солидные расстояния. Но реализация-то была за институтами. И те, кто непосредственно разрабатывал изначальную архитектуру декларировали цель – именно объединение мировых интеллектуальных центров и накопление в одной системе всей когда-либо созданной человечеством информации!

Большая, высокая и благородная цель… Как же оно, в итоге, превратилась в… такое? Почему порнографии на серверах этой системы хранится по занимаемому объёму на порядок больше, чем всех научных работ, мировых библиотек и оцифрованных произведений искусства, взятых вместе? А с посещаемостью онлайн-казино может конкурировать только посещаемость… тех же самых порнографических сайтов. Даже новостные агрегаторы не сравнятся с ними, хоть и они сами – та ещё помойка.

У меня, в связи с этим, есть только одна версия: Сеть – творение Человека, а Человек творит «по образу и подобию своему». То есть, Сеть – это ни что иное, как автопортрет человеческого разума. И заполнена она тем же и в тех же пропорциях, что черепная коробка нас, человеков… А иными словами: «Неча зеркалу пенять, коли рожа крива!».

Мрак во Всесети творится постоянно – это обычное для неё состояние. Вот только, конкретно сейчас этот мрак был связан со мной, и это уже… северный пушной зверёк. И я конкретно охреневал, просматривая форумы, видео-хостинги, читая комментарии под видео, висящими в верхних строчках выдачи по популярности.

Зачем я вообще в эту помойку полез? Вопросом на вопрос отвечу: а как иначе? Как было не полезть после вчерашней встречи с Шахиншахом Дарием девятым? Хотелось же понять глубину той… кроличьей норы, в которую я умудрился загнать себя своими необдуманными импульсивными действиями и решениями.

Просмотром я занялся только утром. После возвращения с максимально возможно утомительной и выматывающей пробежки, маршрут и темп для которой я именно так и подбирал, чтобы выложиться на нём, оставить все свои силы. Вообще все: что бы их уже не хватало на глупые мысли и желания, давящие на мозг и мешающие думать хоть о чём-то кроме постоянно крутящихся где-то поблизости молодых доступных соблазнительниц.

Просматривать пришлось… из той самой «игровой комнаты», которую я, накануне, захлопнул не заходя. Вчера захлопнул, сегодня пришлось войти и запустить компьютер. Моего-то ноутбука под рукой не было – как-то не догадался я его притащить на встречу с Персидским правителем. Не сообразил. А вещи наши с Алиной, оставленные в номерах борделя, служившего местом съёмок для нашего клипа, ещё не успели доставить в предоставленные нам апартаменты. Их доставят. Обязательно доставят. Но чуть позже. А посмотреть хотелось сейчас.

Так что пришлось пользоваться тем, что есть под рукой, тем, что доступно именно в данный момент.

Как я раньше уже упоминал, в комнате был большущий изогнутый игровой монитор размером чуть ли не со всю стену размером. Именно к нему был подключен мощный игровой системный блок компьютера, который я включил. Так что себя любимого имел радость наблюдать я на «большом экране».

Всесеть гудела. За время, прошедшее с концерта – двое с малым суток, шум по его поводу не только не утих, но только усилился. К обсуждению подтягивались и подключались новые и новые люди. Но, если бы только это…

Уже в десятке крупных городов с северных провинций Персии прошли стихийные митинги-демонстрации с моими портретами на их плакатах. Персидского языка я не знаю. Поэтому прочитать то, что было на них написано, не мог. Та же история и с тем, что говорили ведущие, освещавшие эту новость. Однако, практически на всех плакатах, написанных на местном языке, мой слегка притерпевшийся уже взгляд, привыкший смотреть на вывески и витрины в Персидских городах, которые я успел посетить, выделял одну и ту же, от плаката к плакату повторявшуюся группу символов «مرد بارانی».

Видел, выделял, но не понимал – с письменной речью Дар Разума не работал.

А толпа на площади, которую заснял кто-то на свой телефон и сделанную запись выложил на данной электронной платформе, скандировала: «Мэрде Барани! Мэрде Барани! Мерде Барани…».

Хорошо, что мы живём не в средневековье, и даже не в эпоху промышленной революции конца девятнадцатого века. Нынешнее время – время цифровых технологий. И вбить в онлайн-переводчик данные странно звучащие слова – дело пары минут. Нет необходимости даже мучиться с переходом на местные шрифты и набором самих символов. Можно записать по-русски прямо так, как оно слышится.

Я записал, и совершенно закономерно получил результат: «Человек Дождя»…

Видео с таких стихийных митингов было в сети довольно много. Как, собственно, и самих митингов. Вот только, не очень понятна была цель этих сборищ. Чего собравшиеся добивались, чего требовали?

В конце концов, я пришёл к выводу, что они и сами не очень-то понимали, чего именно хотят. Они просто вышли, впечатлённые и поражённые настолько, что не могли сидеть и молчать дальше. Сначала вышли одни, потом другие, а потом движение набрало силу и стало втягивать в себя уже всех подряд.

В результате, они просто трясли моими портретами и скандировали это вот странное прозвище, которое я даже и не знал, как воспринимать: обижаться, гордиться, сердиться?

Но это самые безобидные видео. Те, которые не побоялись даже в телевизионных новостях показать. Сделать на их основе сюжеты… Были и куда более… неоднозначные вещи. К примеру, не раз и не два, мне встретились ролики, в которых взрослые люди… падали на колени и молились мне, словно богу, какому-то! И вот такие проявления внимания уже вызывали невольную дрожь. Меня от них самым натуральным образом передёргивало.

И ведь в своеобразной логике тем людям, которые так делают, не откажешь: они хотят дождя. Дождь им нужен для выживания. Я – могу дать им его. Так зачем молить о дожде Бога, когда можно молить меня? Ведь, неизвестно ещё доподлинно: есть он этот Бог, или нет его… а я – есть.

И понимание этого пугало до дрожи. Не хватало мне только настоящих фанатиков! Не фанатов – фанаты у меня уже были и их существование меня не сильно напрягало, но фанатики…

Да и просто физически было тяжело смотреть на старика, с натуральными слезами текущими из его морщинистых глаз, который просил, умолял меня послать ему ещё дождя, чтобы его урожай не погиб, и его семья – самое дорогое в его жизни, не умерла с голоду… И, если бы он был один такой… Воистину: Маги и Колдуны живут в роскоши, а Чудотворцев распинают на крестах…

На фоне этого всего, не радовала даже популярность вышедших в ротацию наших с Алиной новых клипов. Она ведь вчера вернулась не просто так – она сделала всё, что хотела, отдала наши записи тем, кто будет их крутить, распространять и продвигать.

Я, честно говоря, даже не знаю, кому именно, кто сейчас этим занимается? Лейбл какой-нибудь? Вероятнее всего. Вот только, какой? И на каких условиях? Какие контракты с ним заключены?

Не знаю, потому что мне это не интересно: всей организационной и финансовой работой заведовала Алина. У неё это отлично получалось, поэтому я в эти вопросы не лез. Она ничуть не меньше меня самого заинтересована в нашем совместном успехе, так что ей можно доверять. В этом доверять.

А клипы действительно вышли. И клип на «Грязь» был максимально похож на то, что я показывал сам в своём «мире иллюзий». Только лучше. Ведь «сгенерированные» мной образы никак не сравнятся с настоящей актёрской игрой и натурными съёмками, произведёнными профессионалами своего дела. Образы были грубы и… приблизительны. Им не хватало деталей, глубины, подробностей, мелочей… Это, как сравнивать компьютерную графику и «живое» кино. Пусть, графика и впечатляет, но натура всё равно глубже и ярче.

А ещё, клип отличался и в части сюжета. Совсем немного, но это «чуть-чуть» в корне меняло его тональность и наполнение.

Да – там всё так же был бордель. Да – там был смотр «моделей», выбор «той, что выше всех». Там была алая постель и алая грязь. Там была Алина… вот только… Алины там было больше, чем в том образе, который я показал на площади Суз.

Здесь добавилось три сцены: первая – Алина наблюдает из своей машины, как меня «вышвыривают» из какого-то дома. Вторая: Алина смотрит мне в след долгим взглядом, потом решительно встряхивается, поворачивается к дороге и бьёт по газам. А третья: Алина входит в бордель с заднего входа, и хозяин заведения ей подобострастно кланяется, пряча в карман пачку денег.

Всего три коротких сценки, но как сильно они меняют смысл всей истории! Буквально, с ног на голову всё переворачивают! Алина неподражаема. Победить её на медийном поле… нереально. Любое «унижение» повернёт к своей выгоде и в свою пользу.

Да – ещё была четвёртая сцена. Но она имеет отношение уже не к Алине, точнее, не совсем Алине, но к Катерине. Как и договаривались: за моим Троном стояли двое. Две блондинки. Алина в чём-то светлом и лёгком за правым плечом. И Катерина в красном – за левым.

Больше нигде в клипе Катерина не встречалась. Только в последней сцене – за Троном. И выглядела она там… именно так, как предстала перед Шахиншахом. То есть, в том облике, который был её «настоящим». В том, в котором её могли опознать те самые «немногие», которые помнят её, как Шальную Императрицу в лицо.

Во время самих съёмок на этот момент я не обратил внимания – не до того было. А вот теперь, на огромном экране дорогущей плазмы…

Ладно, сахар с ней, с Катериной.

Был ведь и второй клип, снятый Алиной уже на её песню. На тот самый «Мой рай» от Максим. И тут уж она развернулась. Не только ведь в квартале красных фонарей съёмки шли. Милютина со свойственной ей предприимчивостью нашла в Парсе школу и район, максимально похожий на район Москвы. Не идентичный, естественно, но похожий. И договорилась как-то со школьным руководством, чтобы провести в ней съёмки. А ещё, она использовала кадры из своего личного семейного архива, на котором была она сама в своей настоящей московской школе. Кадры с линеек. Кадры за воротами школы (напомню – в самой школе любые съёмки были запрещены). Кадры, на которых был… я. Да-да: тот самый Юра Долгорукий, каким я был до своего «пробуждения». Хмурый, неприветливый, помятый, пухлый, но вполне себе узнаваемый.

Этих кадров было немного. Просто из-за того, что их много и не могло быть. Никто же не предполагал, что они могут понадобиться. Да и следить за сыном Князя, пусть и опалным – такое себе, не из самых безопасных занятие.

Немного. Но вполне достаточно, чтобы скомпановать из них, нарезать и сшить целостную историю о безответной любви девушки к парню с непростой судьбой и сложным складом характера.

Здесь было всё: и долгие проникновенные взгляды, и тяжкие одинокие вздохи под луной, и написание каких-то то ли стихов, то ли писем, которые, затем, нещадно комкались и выбрасывались. И соперница тоже была. Причём, вставки с ней были выполнены гораздо аккуратнее, чем в прошлый раз, в «Свободе». Здесь использовалась только открытая общественно-доступная светская хроника. Да ещё и вставлялась она не прямыми вставками-вклейками, а опосредованно. К примеру, в клипе был журнал с нашими с Борятинской фотографиями и статьёй о заключении помолвки. Журнал держала в руках Алина и читала статью.

Была передача о праздновании моего дня рождения в Кремле, реальная передача, которую я сам помню – смотрел. И здесь она тоже шла по телевизору, который был в кадре. И статья о помолвке с Борятинской Матвея была – как же без неё.

Много таких вот мелких вставочек, дающих намёки и создающих настроение.

Были ещё и натурные съёмки с моим участием в классах «арендованной» школы, с массовкой из местных подростков примерно нашего возраста и учителями этой же школы. Только форма была подобрана так, чтобы быть максимально похожей на нашу, настоящую, московскую.

В общем, история получилась красивая, целостная, щемящая. Вполне соответствовавшая песне и музыке. Не представляю даже, каких усилий Алине стоило, чтобы слепить его в настолько сжатые сроки. Подозреваю, что у той команды, которая над всем этим работала, вид «выжатый» был совсем не просто так…

А заканчивался этот клип на той сцене, где Алина сидит в той самой красной спортивной машине (принадлежавшей Катерине и пожертвованной ей нам для съёмок). Возле того самого дома, из которого меня «выгоняют» в клипе на «Грязь».

И оба клипа на всех каналах, где их крутят, показываются только и исключительно вместе, парой. И первым идёт именно «Рай».

Да – не просто так Алина сама ездила договариваться о ротации. Совсем не просто так.

Но, если закрыть глаза на то, в каком не самом лучшем свете выставляет эта «история» меня (но тут уж сам виноват – кто заставлял именно такую песню вспоминать?), и посмотреть на результаты нашей с Алиной совместной работы, то… мы порвали все Чарты мира.

Да – песни краденые. Да – их настолько дикая популярность обусловлена больше, чем на девяносто процентов хайпом, поднявшимся из-за применения мной читерских способностей на живом концерте. Слушают и смотрят меня нынче не столько за сами мои песни, сколько за то, что я Княжич, Даровитый, Гений Поколения и даже Тысячелетия, который нарушает все неписанные правила здешней социальной системы (как сказали бы в Индии мира писателя – «касту роняет»).

Пусть, широким кругам и неизвестно о том жёстком конфликте, который происходит у меня с верхушкой элиты этого мира, ведь дело это не публичное, но само то, что я использую Дар не для войны, не в Поединках с такими же Даровитыми Дворянами, как я сам, не для подавления восстаний и волнений – не в борьбе за Власть, грубо говоря, а на потеху Бездарям, уже привлекает ко мне внимание. Причём, нельзя сказать, что одобрительное внимание… но это разговор отдельный.