Текст книги ""Фантастика 2026-65". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Сергей Зайцев

Глава 20

– Эй! Эй, ты чего застыл?

Я моргнул и перевел взгляд на Амину, которая дергала меня за рукав и хмурилась:

– Чего?

– Ты чего застыл? Уже минуту стоишь!

Не ответив, я снова перевел взгляд на противоположную сторону улицы, где мелькнула дредастая голова. Мелькнула же? Или мне показалось?

Нет, мне не могло показаться. Я этого человек видел всего один раз и только на фотографии – этого явно слишком мало для того, чтобы он отпечатался в моей памяти. Тем более, отпечатался настолько, чтобы всплыть из ее глубин в такой непредсказуемый момент.

К тому же, опыт прошлой жизни приучил меня к одну простому правилу, которое не раз спасало мне жизнь – если тебе что-то опасное показалось, то тебе не показалось.

– Серж? – на сей раз насторожился и Уайт. – Ты что-то увидел?

Я еще раз бегло окинул взглядом улицу, на сей раз полностью – и нашу сторону, и противоположную. В такую рань в городе было мало людей, двое бредущих по своим делам на нашей стороне, и трое – на противоположной, и потерять среди них такую запоминающуюся голову было просто невозможно.

Но мне не показалось. Мне точно не показалось.

Тем не менее, чтобы не напрягать спутников раньше времени, я мотнул головой и улыбнулся:

– Просто солнце ослепило. Есть идеи, куда идти?

– Куда угодно. – фыркнула Амина. – Иди в любую сторону, через двадцать минут выйдешь к торговому центру.

– Откуда ты знаешь? – повернулся к ней Уайт.

– В современных городах свой торговый центр есть в каждом квартале.

– Никогда не обращал на это внимания. – пожал плечами Уайт.

– Это потому что ты парень. – отбрила Амина. – А я девочка, поэтому и в курсе. В своем родном городе я бывала во всех торговых центрах и знала все магазины в них наизусть.

– Да, и что это за город был?

– Носква.

– О, большой город. – оценил Уайт. – Я из Битера.

– Тоже неплохо. Я слышала, у вас там иногда по ночам солнце не заходит.

– Это миф. – ухмыльнулся Уайт. – На самом деле это просто люминофор светится в воздухе из-за того, что у нас несколько фабрик по его производству в городе.

За своими разговорами ребята сами не заметили, как двинулись следом за мной, и в итоге мы выглядели со стороны именно так, как я хотел – как троица куда-то целенаправленно идущих друзей, живо обсуждающих одним только им интересные молодежные темы. Уайт и Амина натурально сцепились языками, обсуждая разные города, в которых они бывали за свои недолгие жизни, и иногда переходя на горячий спор, я же был занят тем, что сканировал взглядом окружение в поисках сразу двух целей – торгового центра и башки с дредами. Надеясь увидеть первое и не увидеть второе.

– Эй, Серж, а ты сам откуда? – обратился ко мне Уайт, видимо, исчерпав темы для разговора с Аминой.

– Я… – я напряг память, вспоминая свой "родной" город и понял, что не могу это сделать – слишком мало в нем времени я провел, да и родным он мне никогда не был. – Из маленького. Почти деревни.

– А был много где? – не отставал Донни.

– Много. – вздохнул я. – В пяти или шести городах… Может, и больше.

– Ты не запоминал?

– Не то, чтобы я по своей воле там был… По крайней мере, не каждый раз. Это не торговый центр случайно?

Я ткнул пальцем в показавшееся на горизонте здание, спасшее меня от не самой приятной темы. Здание сверкало в лучах поднимающегося солнца, будто бы собранное из осколков разноцветного стекла. Не то чтобы я много торговых центров посетил в этом мире, но те, в которых был – выглядели все как-то на один фасад. Было в каждом из них что-то такое, общее, что сразу давало понять – это не завод и не жилое здание, это именно торговый центр.

– Похоже! – обрадовался Амина. – Я же говорила, быстро найдем!

– Вот бы они еще работали. – справедливо заметил Донни. – Время-то раннее.

– Насколько раннее? – тут же повернулась к нему Амина.

Донни прикрыл глаза ладонью и поглядел на солнце:

– Думаю, часов восемь утра.

– Тогда работают. – уверенно заявила Амина. – Может, не все магазины, но большинство.

– Внутри узнаем. – я махнул рукой, призывая идти за собой, и зашагал к торговому центру, не забывая внимательно осматриваться по сторонам – не мелькнет ли где снова дредастая голова?

Но голова не мелькала, да и вообще особенно наблюдать было не за чем – количество людей на улицах не увеличилось, а редким прохожим до нас не было никакого дела. Идут себе ребята по своим ребячьим делам, не пристают, никого не трогают – и уже хорошо. Пусть себе идут дальше.

Перейдя две дороги, мы добрались наконец до торгового центра и выяснили, что он действительно открыт, и не только сейчас – судя по табличке возле непрерывно крутящихся стеклянных дверей, он вообще открыт круглосуточно. Амина сразу отметила, что это лишь потому, что внутри располагается круглосуточный кинотеатр, а магазины могут работать по своему собственному распорядку.

Тем не менее, большинство магазинов действительно работало в это время. "В это" – в смысле, в восемь тридцать, как мы выяснили благодаря висящим в торговом центре огромным электронным часам.

– Ты был близок. – уважительно посмотрела на Донни Амина, и парень буквально надулся от гордости, как индюк.

Мы пошли по галереям торгового центра, осматривая попадающиеся на пути магазины и коллективно решая, нужно ли нам что-то из их ассортимента. Некоторые магазины, понятное дело, обсуждению не подлежали – они торговали тем, что нам совершенно точно было не нужно, например, садовым инвентарем или женским бельем.

Говоря откровенно, "ненужных" магазинов было большинство.

В торговом центре было почти пусто – по коридорам бродило от силы десять человек, но зато, в отличие от тех, кто ходил по улицам, они были бодры и энергичны, словно сейчас не раннее утро, а самый разгар дня.

Тем не менее, дредастой головы Марка я не видел и здесь. А учитывая, что галереи торгового центра были прямые, как стрела, и спрятаться в них можно было бы только зайдя в какой-то магазин, и вовсе складывалось впечатление, что никто меня и не преследует.

Честное слово, еще немного, и я сам поверю, что мне показалось.

Первым магазином, в который мы зашли, оказался салон сотовой связи. Донни мгновенно взял ситуацию в свои руки, и, поболтав с консультантом пару минут, вернулся к нам с тремя зарядными устройствами разных типов.

– Подойдет всем. – уверил он нас. – Минус две тысячи.

Две из двадцати пяти… Вроде не так и много, но, учитывая, сколько всего по-хорошему нам надо купить – непростительно много.

С другой стороны, эти крошечные аппараты – чуть ли не главное, из-за чего мы вообще выбрались из убежища, так что не купить их было просто нельзя. Что угодно, но не их.

Через пятнадцать минут выяснилось, что я вообще зря волновался насчет небольшой суммы денег – Донни внезапно проявил себя как заправский маркитант. Наткнувшись на открытый магазин, торгующий товарами для туризма и спорта, он безаппелляционно заявил, что нам туда надо и исчез внутри раньше, чем я успел спросить, зачем нам это.

Когда мы его нашли среди рядов с тренажерами и одеждой, он уже набил половину немаленькой тележки на колесах, и стоял с двумя одинаковыми по виду упаковками в руках, будто размышляя, брать их обе или добавить еще столько же.

Я схватился за голову и полез разгребать то, что он навалил в телегу, однако, оказалось, что все там лежащее – лежит там по делу.

Две портативных газовых плитки с набором баллонов для них – обязательно нужно, не припомню, чтобы в клан холле была плита или вообще кухня, максимум – камин, и то неизвестно в каком он состоянии. Походный набор посуды – дорогой, но зато огромный, включая несколько кастрюль и сковородку. Несколько ножей и вообще столовых приборов – дешево, но нужно. Кружки из толстого пластика, тарелки из него же, и прочее, что используется для приготовления и употребления пищи. Несколько десятков отрезов шуршащей пленки, с одной стороны золотистой, с другой серебристой, компактно сложенной в пакетики.

– Нужная штука. – прокомментировал Уайт мой немой вопрос. – Одной стороной греет, другой наоборот – охлаждает. Шуршит правда как газета, когда туалетная бумага кончилась, но ничего не поделать.

Еще в тележке оказалось три больших, но очень простых, и от того очень дешевых спортивных сумки, которые тоже выглядели логично – нам же как-то надо дотащить все покупки обратно в убежище. Не простыню же забирать из клан-холла для этой цели?

В итоге оказалось, что в телеге Уайта нет почти ничего лишнего. Разве что я вытащил и с сомнением повертел в руках длинных коробок "Охотничьих", как было сказано в названии, спичек, и отложил его в сторону – в конце концов, у нас есть пироман-куряка с зажигалкой. Вместо спичек взяли маленький баллончик бензина специально для зажигалок, в четыре раза дешевле – на случай, если у Файерса кончится.

Потратив больше половины нашего денежного запаса и наполовину загрузив сумки всяким нужным скарбом, мы наконец направились к конечной точке запланированного путешествия – к продуктовому магазину.

Конечно, кроме покупки всяких нужных вещей предполагалось еще, что мы что-нибудь разузнаем обо все, что творится в мире, но с этим как-то не задалось. Никаких телевизионных экранов, по которым бы крутили новости, в торговом центре не было, только играла негромкая и приятная музыка. Люди вокруг если о чем-то и говорили, то никак не о том, что где-то там повязали кучу реадизайнеров, а где-то в другом месте реадизайнеры покрошили кучу солдат. А лезть к ним со странными вопросами значило гарантированно привлечь к себе внимание, что было бы даже страшнее, чем просто остаться без информации.

Не без помощи Уайта набрав в магазине всяких продуктов длительного хранения, мы загрузили сумки до упора и наконец решили, что можно отправляться обратно. Или, вернее, не обратно, а туда, откуда мы сможем незамеченными открыть портал и перенестись в убежище. Можно было, конечно, просто вернуться на то же место, откуда мы начинали, но, честно говоря, от мысли об этом становилось нехорошо – это все же не очень близко, а сумки получились увесистыми.

Тем не менее, мы решили, что отправимся тем же маршрутом, только попутно будем заглядывать во все попадающиеся переулки в надежде наткнуться на подходящий раньше, чем доберемся до начальной точки маршрута.

В торговом центре мы проторчали никак не меньше полутора часов, так что солнце уже выкатилось почти на середину небосвода и сейчас усиленно поливало нас дождем горячих лучей. Я мгновенно взмок под тяжестью сумки, и Донни, судя по тому, как он недовольно кряхтел, глядя на небо, постигла та же участь. Амина, которой мы отдали самую легкую сумку, чувствовала себя лучше, но и ей жара явно была не по душе.

Тем не менее, я не забыл о постоянном сканировании всего окружения взглядом, потому что не забыл о том, что видел дредастую голову неприятеля.

И, когда мы обливаясь потом и ругаясь сквозь зубы, уже почти дошли до переулка, из которого выходили, когда я уже решил было, что мне все почудилось, оказалось – не казалось.

В очередной раз обернувшись, я краем глаза где-то в самом-самом уголке зрения снова увидел украшенные бусинами. Увидел – и тут же снова потерял, потому что Марк буквально растворился в пространстве.

– Пошевеливаемся! – процедил я сквозь зубы. – Быстро в переулок!

– Что? – не понял Дони. – Почему?

– Потому! – я толкнул его в спину. – Бегом! Бегом!

Не знаю, чего хотел от нас Марк, но явно ничего хорошего. Возможно, он даже готов напасть – от этих полубезумных Ратко вообще не знаешь чего ждать!

Подгоняемые мной, Амина и Донни вбежали в переулок, и, повинуясь моему указанию, Амина обратилась к Персефоне. Та не заставила себя ждать – портал возник в ту же секунду, словно Персефона только и ждала, что сигнала. Скорее всего, так оно и было.

Амина первая шагнула в портал, я в это время настороженно осматривал переулок. Интуиция буквально вопила о том, что противник где-то рядом, чуть ли не на расстоянии вытянутой руки, но я хоть убей никого не видел.

– Серж, все нормально? – спросил Донни, когда Амина исчезла в портале.

– Пока что да. – ответил я, передавая ему сумку. – Иди с сумками. Иди!

Донни охнул под двойным весом, покачнулся и влетел прямо в портал. На той стороне он, скорее всего, растянулся на полу во весь рост, ну да ладно – в сумках нет ничего сильно хрупкого. Зато отсюда он исчез максимально быстро.

А вот я не торопился. Я стоял на месте и все сканировал окружение всеми доступными органами чувств, пытаясь выяснить, где же противник. Еще лучше – узнать, чего он хочет, но это вытекает из первого. Я стоял открыто, в вызывающей позе, чтобы дать понять противнику, что я знаю о его присутствии, чтобы спровоцировать его напасть прямо сейчас, если таково его намерение. Пусть нападает – несколько секунд я продержусь, а там уже и Арбитр на разборку явится.

Но Марк не нападал. Он даже не появлялся в поле зрения больше, словно затаился в ожидании. Или ушел. Может, он просто хотел проследить за нами, чтобы знать, как и откуда мы проводим свои вылазки?

Вопрос, как он узнал, что мы вообще тут, пока что оставим за скобками…

В любом случае, становилось понятно, что нападать прямо сейчас дредастый не собирается. А раз так – можно спокойно входить в портал. Спиной вперед, конечно, не спуская взгляда с переулка.

Но, как ни крути, а рано или поздно голову тоже покроет бушующий водоворот праны портала, и зрение на секунду померкнет.

И именно в эту секунду в рубашку на моей груди вцепились сильные скрюченные пальцы, рванув на себя!

Вырвать меня из портала было уже невозможно – я уже был по ту его сторону, поэтому противник просто вывалился наружу вместе со мной. Прямо в заброшенный клан-холл Тесслеров. Прямо в круг удивленных его появлением реадизайнеров.

Не знаю, на что он рассчитывал, но его расчеты оказались провальными. Даже если он действительно атакует меня, и даже если ему каким-то образом удастся провернуть это так, чтобы не появился Арбитр, десятки разъяренных реадизайнеров порвут его на ленточки, даже без всякого реадиза.

– А это еще кто такой? – удивилась Ника.

– Эй, я его знаю! – ответила ей Чел. – Это же…

– Марк Ратко. – за нее закончил я, глядя в небесно-голубые глаза молодого мужчины, все так же держащего меня за грудки. – Не знаю, на что ты надеялся, но твой план, кажется, не сработал.

– Да неужели? – ухмыльнулся Марк. – Ты даже не в курсе моего плана!

И он оттолкнул меня от себя, резко разведя руки в стороны!

И все вокруг померкло…

Глава 21

Ну все, идиот, теперь ты точно доигрался! Если до этого момента все были просто удивлены и немного напряжены твоим появлением, то после такой выходки они просто порвут тебя в клочки! Если только Арбитр не явится раньше!

Если до этого момента ты меня просто держал и вроде как не проявлял агрессии, то подобный толчок тебе точно с рук не спустят!

Толчок Марка был таким сильным, что я не удержался на ногах, и повалился на спину. Перекатился, разрывая дистанцию и выигрывая немного времени, и застыл в низкой стойке, опираясь на ноги и на одну руку, а вторую руку держа за спиной и нагоняя в нее прану так, чтобы Марк этого не видел. На случай, если остальные по какой-то причине не вмешаются.

Например, по причине их отсутствия вокруг…

Я нахмурился и еще раз бросил короткий взгляд влево-вправо, убеждаясь, что вокруг действительно никого нет. Ни Ники, ни Чел, ни только что, буквально минуту назад шагнувших в портал Амины и Донни.

Мало того – вокруг нет даже клан-холла. Стен нет, мебели нет, фонтана посреди зала нет.

Вернее, стены есть. Жалкие огрызки, развалины стен, куски которых щерятся острыми краями прямо под ногами. Сильный ветер, который я почему-то совсем не ощущаю, срывает с руин шлейфы светящейся белым пыли, закручивает их в диковинные фигуры, и уносит прочь. Все вокруг затянуто слоистым бледно-фиолетовым туманом, который тоже игнорировал ветер, и где-то высоко над головой через него едва-едва угадывается кружок солнца.

Здесь все выглядело совсем по-другому. Даже Марк. Здесь его дреды были откинуты назад, на затылок, а лицо скрылось под маской из перетекающей праны. Но это была не такая маска, как на "моих" реадизайнерах, это было что-то другое – искривленная и исковерканная, неправильная, некрасивая морда с торчащими из-под нижней губы клыками, и огромным, вывернутым ноздрями наружу, носом.

И однажды я уже видел такую маску. Ее носил Бернард Ратко.

Глаза маски горели ярко-голубым и будто бы оставляли за собой медленно тающие шлейфы голубого сияния в воздухе, а пальцы рук заканчивались острыми прановыми когтями.

Руку, которой я опирался на землю, сковало леденящим холодом, и я поспешил подняться.

Марк не спешил нападать, и даже двигаться не пытался. Он стоял на одном месте, не шевелясь, и только полы его длинного черного плаща неспешно развевались по ветру, которого я не чувствовал.

Я не атаковал тоже. Я никак не мог понять, что происходит, и где мы оказались. У Марка в рукавах наверняка есть козыри, и, возможно, он только и ждет момента, чтобы пустить их в ход. Что это может быть? Возможно, он хочет выставить все так, словно это я на него напал, чтобы появившийся Арбитр выдвинул претензии именно мне?

Да нет, глупость какая-то. Я же просто откажусь от всего, что мне вменят в вину, и не будет продолжать конфликт. Марк не может этого не понимать, не может не понимать, что я не стану усугублять собственное положение.

И тем не менее, он не нападает. И, если отбросить теорию, что он меня провоцирует, останется еще только один вариант.

Он чего-то ждет.

– Что тебе надо?! – спросил я, не отрывая от Марка взгляда.

– Ты знаешь. – глухо ответил он.

– Мы где?

– Нигде. – через маску явно послышалась усмешка. – Что, в первый раз?

– Что значит "нигде"? – прищурился я, игнорируя его вопрос. – И почему на тебе маска?

– Это не маска. Это мой вид здесь. – Марк поднял руку и указал на меня пальцем. – На себя посмотри.

Посмотреть на себя я, конечно, не мог – зеркала поблизости не нашлось. Но Марк так уверенно указывал на меня, все еще не пытаясь атаковать, что я не удержался и перевел взгляд чуть ниже, на свои руки, не забывая держать противника на краю поля зрения.

Мои пальцы тоже заканчивались острыми когтями из фиолетовой праны. Словно граненые колпачки, надетые поверх родных пальцев, они чертили воздух, оставляя в нем быстро исчезающие светящиеся фиолетовые линии.

– Что за херня? – выдавил я из себя, потирая пальцы и чувствуя, что они не соприкасаются друг с другом, словно я делаю это в толстенных перчатках. – И маска на мне есть?

– А как же. – усмехнулся Марк. – Думаю, что очень похожая на мою, мы же одной крови. У Бернарда, например, была почти такая же.

Бернард.

При упоминании этого имени я вздрогнул и снова напрягся, глядя на противника. Несмотря на нашу милую беседу, нельзя забывать о том, что Марк – мой враг, и не думаю, что этот факт внезапно изменился.

– Ты не ответил, где мы. – напомнил я.

– Я ответил. Нигде.

– Что за "нигде"? – спокойно, не давая себе закипеть, спросил я. – Нет такой точки "нигде".

– В пространстве нет. – туманно ответил Марк. – А за его пределами – вполне. Мы в Пустоте. За пределами пространства, за пределами того мира. С его изнаночной стороны, если тебе так проще.

Нет, так совсем не проще. Но выяснять, что за Пустота такая, что за изнаночная сторона, и как можно оказаться за пределами пространства, я не буду. Чем больше я узнаю от Марка, тем более зависимым становлюсь от информации, которую он мне выдает. В его интересах сейчас наврать мне с три короба, а потом воспользоваться всей этой ложью, чтобы свернуть мне шею.

В общем и целом, с этой Пустотой все и так уже понятно – спасибо примеру Бернарда. В нее можно переместиться, в ней можно перемещаться незаметно для других, кто не знает, как смотреть, и не умеет это делать. Бернард именно так следил за мной, и именно так за мной сегодня следил Марк.

В общем-то, ничего, кроме этого, мне прямо сейчас и не нужно было знать.

А то, что я увидел Марка там, на улице – видимо, было лишь случайностью, результатом того, что я просто знал, что кого-то мне надо искать, но не знал как. И только интуитивно нащупав нужную прановую жилку и потянув за нее, смог на секунду заглянуть в эту Пустоту и увидеть неприятеля.

Хотя нет, кое-что знать узнать нужно. Две вещи. И одна из них, сдается мне, вытекает из другой.

По крайней мере, можно точно сказать, что добром Марк меня отсюда не выпустит. Иначе он бы просто меня сюда не затаскивал.

– Как ты нас нашел? – спросил я вторую интересующую меня вещь, хотя по степени важности она была даже первой. Если я отсюда вырвусь, то явно через труп Марка, который уже не ответит на этот сверхважный вопрос. А важен он потому, что, если нас нашел Марк, то очень велика вероятность, что найдут и другие. И, если я выберусь, то было бы неплохо знать об этом способе, чтобы понимать, откуда придет опасность.

Если же я отсюда не выберусь… Что ж, тогда мне будет ни жарко ни холодно от того, что я знаю ответ.

Хотя насчет "холодно" я погорячился.

Смешно, ха-ха.

На самом деле, не смешно, потому что с каждой минутой, проведенной в этом неуютном месте, в этой "изнанке" мира, если верить определению Марка, мне становилось все холоднее и холоднее. Что-то похожее я чувствовал, когда меня зарезали в конце моей прошлой жизни, когда кровь толчками выплескивалась из раны, и вместе с ней утекала сама жизнь. Леденящий холод, который до этого момента я чувствовал только голой кожей руки, которой касался земли, сейчас проморозил насквозь подошвы кроссовок и начал пощипывать пятки. Еще немного – и мои ноги, кажется, превратятся в две ледышки, которые рассыплются на осколки под весом тела.

А вот Марка словно бы ничего не смущало. Он не выказывал никаких признаков неудобства, он даже с ноги на ногу не переминался, как я. Будто у него стельки в обуви не превратились в две плоских ледышки. Будто и вовсе нет никакого холода.

– Не переживай, никто больше на такое не способен. – самодовольно ответил Марк. – Даже наш отец. Все остальные слишком тупы для этого.

– Для чего "этого"? Ты правда думаешь, что самый умный?

– Это не я так думаю, это все остальные так себя представляют. Когда я узнал, что вы сбежали через портал, я сразу понял, что это произошло благодаря нашей дражайшей бабушке Персефоне – больше просто некому. Цвет праны точно указывал на Ратко, а она единственная из Ратко, о чьем местонахождении мы на тот момент были не осведомлены. До этого догадались даже полнейшие идиоты, тут сложно было не догадаться. Но дальше этого никто не пошел.

– Кроме тебя. – уточнил я.

– Разумеется. Я прекрасно знаю пределы силы бабушки, и после того, как добыл всю интересующую меня информацию – количество и комплекцию прибывших и убывших через портал, время его существования и степень рассеивания праны, я рассчитал примерное местонахождение Персефоны. Да, это был круг диаметром в несколько сотен километров, но в этот круг попал всего один город, и я пришел в него. А дальше все было просто – нужно было лишь дождаться, когда Персефона откроет новый портал, чтобы понять, в каком районе вы засели. Ну а конкретно ты привел меня прямо к вам в логово.

– А это-то тебе зачем? Или ты не предполагал, что внутри ты наткнешься на десяток реадизайнеров, которые не разделяют твоих убеждений и которые обязательно попытаются тебя ликвидировать? В таком случае, ты не такой уж и умный, каким хочешь казаться.

– Умнее тебя, если ты сам не можешь ответить на свой вопрос. Все это сделано, чтобы избежать Арбитража, конечно же. – Марк едва заметно пожал плечами. – С того момента, как ты поступил на обучение в академию, ты стал считаться полноценным реадизайнером, и посреди города я не мог бы на тебя напасть ни при каких условиях.

А он любит поболтать. И явно рисуется, наслаждаясь своим превосходством не только в силе, но еще и в уме. Мол, он такой сообразительный, что всех перехитрил и единственный, кто смог вычислить наше местоположение. Вот только остается один вопрос – если он такой умный, то…

– Чего же ты один явился? – прищурился я. – Где твоя армия? Где помощники? Где последний ваш брат? Как там его…

– А зачем они мне все? – почти натурально удивился Марк. – Один на один я с тобой прекрасно справлюсь без всякой помощи. А что касается остальных из вашей тухлой группировки – до них мне дела нет. До них пока что вообще никому дела нет, у нас много других забот. До тебя тоже дела бы не было, если бы не личная вендетта отца, помноженная на его неспособность выполнить задуманное своими руками.

– И ты там уверен, что справишься? Предыдущие двое тоже так думали.

– Они просто тупые. – Марк махнул рукой. – Сделали все, что только можно было сделать, чтобы провалиться в своих попытках. Атаковали впопыхах, без плана, все время на чужой территории, да еще и не обезопасив толком самих себя. Было бы странно, если бы они смогли добиться успеха.

– А ты их не особо жалуешь, я посмотрю. Ничего, что они – твои братья?

– Единокровие ничего не значит. То, что мы родились от одного отца, не делает нас ближе, чем мы есть. – цинично ответил Марк. – Мы с самого детства росли в атмосфере здоровой конкуренции и соревновательности. Сперва – за отцовскую любовь и внимание, позже – просто по привычке. За игрушки покрасивее, за комнату побольше, за пачку карманных денег потолще, за девушку пофигуристее… Это стало для нас нормой. Думаешь, мы дружили? Ни хрена подобного. Собирались вместе мы только в одном случае – если это по той или иной причине нужно было отцу. И знаешь, что самое смешное? Тупые люди, которые это видели, почему-то решили, что мы – не разлей вода, хотя на самом деле мои братья, все как один, тупые, как пробка и при этом никто из нас никогда не любил осталь…

Марк прервался буквально на полуслове и задумчиво глянул куда-то в сторону, прочертив в воздухе уголком сияющего глаза медленно тающую черту. Поднял руку, словно указывая куда-то, и медленно повернул кисть вокруг своей оси, то ли открывая какую-то невидимую дверь, то ли наоборот закрывая. Сделав это, он удовлетворенно кивнул, опустил руку и снова перевел взгляд на меня:

– Ты, кстати, тоже тупой. Не понимаю, как ты вообще умудрился убить хоть кого-то.

– И что же навело тебя на такие мысли? – усмехнулся я.

Губы слушались плохо – я успел замерзнуть настолько, что возникло стойкое желание обхватить себя руками за плечи, чтобы сохранить хоть немного тепла. Но я резко одернул себя сразу по двум причинам. Первая – этим я покажу свою слабость и Марк наверняка атакует. Вторая – если он атакует, я могу просто не успеть поднять руки для защиты.

А то, что он атакует, я был почти уверен – слишком уж недвусмысленно звучало то, что он говорил:

– Пока мы тут болтали, у тебя еще был шанс как-то справиться со мной, ведь все это время я был параллельно с разговором занят тем, что закрывал любые щели, через которые могла бы просочиться к тебе на помощь Персефона. Она пыталась, она еще как пыталась, но войти в Пустоту – нужно время, а я ей этого времени не давал, латая щели раньше, чем она ими успевала воспользоваться. Теперь я закрыл последнюю, и мы с тобой остались здесь вдвоем. Спасибо за то, что облегчил мне работу еще больше.