Текст книги ""Фантастика 2026-65". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Сергей Зайцев

Глава 40

Пять часов спустя Айхазард гулял по замку. Он осмотрел книжные залы, поднялся на самую высокую башню. Островов гильдий не было видно – силами Ноксуса они вне досягаемости. В этом плане дух Лиги превзошел все мыслимые технологии, используя, скорее, некую магию. Именно ее частью и владели чемпионы.

С заходом солнца замок начал меняться, и так стремительно, что Айхазард застыл в немом изумлении. Некогда белоснежные стены окрасились в черный камень, а воды голубого озера загорелись белым золотом. Неужели полная противоположность дневному отражению? Даже фонтаны сменили цвет, и в их чашах теперь мерцали фиолетовые искры. К фруктовым деревьям, что Айхазард облюбовал днем, было решено не приближаться в изменчивой обстановке.

На стук в дверь хозяин комнаты отреагировал не сразу. Стоящий в коридоре Айхазард с немым вопросом приподнял найденную бутылку вина, едва Джокер показался на пороге. Без колебания хозяин замка распахнул дверь шире и вернулся вглубь комнаты.

–Если помешаю, дай знать, – Айхазард отошел от стены и ступил в личные покои Джокера, – Осматривая твой остров, я так и не пришел к выводу, кто из вас с Ноксусом больше постарался над этим странным творением вместо замка.

–Не знаю ответа, – честно прозвучало в ответ.

–Зато понял причину, почему твой дом так сильно отличается от привычных гильдий.

–Удовлетворишь любопытство?

–Без меня знаешь.

–Всегда сомневался. Идем, у меня есть идея насчет места для отдыха, – Джокер извлек из шкафа еще две бутылки, – Ничего, если будет мокро?

–А если еще горячо и с расслабляющим массажем, то скажу спасибо.

–Говори, – легко согласился Джокер.

–Горячие источники в собственной комнате, – протянул мечтательно Айхазард, – Вот уж не ожидал. Катая не вернется сегодня?

–Не знаю, – Джокер покачал головой, – Она собирает информацию о чемпионах и следит, чтобы те не перегибали. Обещаю не выгонять, пока самому не надоест.

–Лучше расскажи мне про Шако. Как этот черт умудрился столько времени держать все в тайне?

Разговор о гильдиях и ни о чем в целом не напрягал обоих. Приятный вечер в хорошей компании с откровенно недурным вином. Горячие источники в личных комнатах и впрямь были нечто: огромный зал, заполненный чуть мутной горячей водой, бившей ключом прямо из-под пола. Жар, приятная духота и клубы пара...

Едва бурлящие пузыри коснулись тела, Айхазард удовлетворенно выдохнул. На минуту он откинулся под воду с головой, затем вынырнул и отряхнул волосы, отчего брызги разлетелись в стороны. Привычные пушистые пряди стали топорщиться мокрыми иголками.

–Джокер, они все еще резвятся.

Услышав голос, Айхазард отвлекся от разговора и по инерции посмотрел на дверь. На секунду время замерло от неожиданности, а затем побежало своим чередом. В дверях купальни стояла удивленная девушка, явно не ожидавшая гостей в столь позднее время. На ней было лишь белоснежное махровое полотенце, едва прикрывавшее грудь и бедра. Длинные ноги, стройный стан и алые волосы, полыхающие в клубах пара ярким пламенем.

–Катая! – со смехом произнес Айхазард, едва та рванулась к двери.

–Оставь. Все нормально, – смущение на щеках девушки до сих пор горело румянцем в памяти Джокера.

–Прости, не подумал о ее возвращении, – Айхазард качнул головой, словно упрекая себя, – А ты все так же без ума от нее, как и столько лет назад.

–Не совсем так, – задумался Джокер, – С каждым годом меня тянет к ней все сильнее, и я с трудом заставляю себя уходить по делам гильдии. Чемпионы боятся приближаться в такие моменты – я становлюсь невыносим.

–Влюбленный маньяк арены, – хмыкнул Айхазард с улыбкой, – Не обещаю, что не воспользуюсь этим в корыстных целях в будущем.

–Никто не говорил, что мы будем союзными гильдиями, – согласился с ним Джокер, – Думаю стать третьей стороной. Должно быть увлекательно.

–Бесспорно, так и будет.

Айхазард ушел далеко за полночь. Сквозь приоткрытую дверь он увидел спящую на кровати девушку, укрытую лишь частично простыней. Повезло Джокеру найти себе ту, что завладела его сердцем полностью, играя на нервах. Наверняка она до сих пор не понимает, что может этим пользоваться в некоторой степени. Катая все еще оставалась ребенком в глазах Айхазарда, несмотря на все произошедшее с ней. А Джокер для нее был той самой стеной, за которой можно ничего не бояться.

Утром по берегу голубого озера гуляли двое. Катая в лиловом купальнике буквально утопала в алом пожаре собственных волос, которые со временем убрала в высокий длинный хвост. Джокер же в который раз признавался себе, что эта незамысловатая прическа делала ее непроизвольно манящей. Изгиб шеи, изящные плечи и гибкость тела были ни с чем не сравнимы. Сам он ограничился штанами. Мокрую рубашку после купания надевать не стал и нес в руке, наслаждаясь солнечным теплом.

На краю песчаного пляжа, плавно переходившего в мост, Катая изумленно замерла, глядя на полсотни потрепанных, но таких счастливых чемпионов! От них буквально веяло весельем.

Джокер обернулся в сторону шести мастеров, расположившихся на мосту чуть дальше.

–Они должны были увидеть тех, кому обязаны новым этапом в жизни Лиги, – произнес Айхазард, – Тем более, что теперь нет смысла скрываться: все три твои гильдии признаны частью Лиги.

–И ты собираешься выпустить их на турнир сразу? – на языке Тассила прозвучал вопрос, и сразу же за ним последовал ответ, – Вы проиграете.

–Знаю, – согласился Джокер, – Но ждать сотни лет, прежде чем покорять Лигу за звание чемпиона, я не готов. Пусть учатся на ошибках.

–Так это не шутка?! – из толпы высунулась голова с яркими волосами, – Джокер – новый мастер??

–Не шутка, – согласился с Ивэйн Джокер, – Как поиграли с моими чемпионами?

–Это было весело! – девчушка смутилась под взглядом его темных глаз, – Мастер?

Отвечать Джокер не стал. Впервые в жизни он склонил голову перед теми, кто когда-то был ему близок по званию чемпиона. Когда-то давно и одновременно совсем недавно. Одобрительный громкий свист привлек внимание; Джокер едва заметно кивнул старому другу. Твиш была единственной, кто всегда понимала его. Только она могла быть сильным чемпионом в глазах мастера и лучшим другом за пределами Лиги.

Гостей Джокер проводил в тот же день, желая дать своим чемпионам заслуженный отдых. Знакомство гильдий вышло стоящим, несмотря на многочисленные травмы. По большему счету – пустяковые, хотя были и серьезные.

Как раз изучением списков пострадавших и занимался Джокер, размышляя, не воспользоваться ли услугами лекаря. Теперь это не составит труда – тайна гильдий раскрыта. Но гораздо сильнее его занимала предстоящая Лига Чемпионов. Тассил был прав: все три его гильдии проиграют, причем в первой же игре. Нет у подростков необходимого опыта, а без него победить не получится: их противник слишком силен.

Стук в дверь отвлек от мыслей. Джокер поднял глаза от бумаг и медленно опустил листы на стол, с интересом глядя на неожиданного гостя.

–Айхазард знает?

–Нет.

* * *

-Джокер!

Побитые, но веселые чемпионы Безумия встретили своего мастера на центральной платформе гильдии-древа. Они еще не переоделись после ночных баталий: в кровавых лохмотьях некогда целой одежды, с грязными ссадинами на лицах и горящим азартом в безумных глазах. Гильдия продолжала оправдывать свое название.

Подлетевшая Колючка едва не вертелась волчком в метре от него:

–Ну скажи, скажи это!

–Вы единственные, кто сумел одержать полноценную победу в ночных играх, – Джокер заметил, как девчонка радостно улыбнулась и показала большой палец, – Ожидал от кого угодно, только не от вас.

–Ой, не порти поздравления, – поморщилась Колючка, фыркнула и вернула на лицо ехидную улыбку, – Только мы еще не привели себя в порядок. Ничего?

–Вам идет.

Грязные, потрепанные, но такие счастливые, словно уже стали Чемпионами Лиги, о которой столько мечтали. Джокер не был до конца уверен, решился бы он выпустить подростков так скоро, не будь их настойчивых просьб поступить именно так. Слова о быстром и позорном поражении не тронули их ни капли.

Сама Колючка выглядела едва не красочнее всех присутствующих: вся в грязи с ног до головы, одна нога покрыта засохшей коркой бурой крови, щека и бровь разодраны до мяса. И без того короткая юбка была порвана почти от талии; босая, а вместо топа – простая повязка на груди. Немногочисленные украшения помяты следами чужих навыков, что лишь подчеркивало опасность ночных схваток.

–Ты хорошо справилась, – окинул Джокер Колючку взглядом сверху вниз. Та улыбалась, кивнула, принимая похвалу, – И по праву заслужила награду.

–Да? – с нескрываемым интересом протянула Колючка, – Что мне полагается?

–Что хочешь?

–Хм.

Девушка топталась на месте с минуту, задумчиво глядя в нависшие над головами листья. Наконец она посмотрела к костру, возле которого дебоширили подростки в отсутствии мастера:

–Лео, дай бутылку!

Валькирия метрах в десяти кивнула, что услышала. Быстро отыскала требуемое и без колебаний швырнула в их сторону. Джокер даже не шелохнулся, чтобы ловить. Колючка ловко перехватила бутылку в воздухе и зубами выдернула пробку. Швырнула ее обратно, попав аккурат в костер, а бутылку протянула Джокеру, держа за горлышко:

–Свою награду.

Когда-то давно он и сам был таким же. Слепо влюбленным в своего мастера и готовым ради него убивать. Рвать всех на куски, лишь бы мастер был доволен. И вот теперь он стоял перед чемпионом, чьи эмоции и желания знал, как ничьи другие. Их нельзя было спутать или забыть. Нужно лишь быть аккуратным и не перегибать, оставаясь за чертой.

Джокер поднес бутыль к губам и сделал глоток. Достойное вино с западных земель. Он приложился к бутылке еще раз, а затем обнял девушку за талию и потянул к себе. Та и не думала упираться, позволив ему коснуться своих губ. По ее горлу заструился пьянящий напиток.

Колючка смахнула капли вина с губ тыльной стороной ладони. В глазах резвились черти.

–Мы не подведем вас, мастер! – с легкой наигранностью произнесла она.

Иногда подобрать нужные слова было невыносимо трудно. В такие моменты чемпионы могли сморозить полную глупость.

–Подведете, и не один раз, – эхом откликнулся Джокер, чуть качнув головой, – Сейчас это не имеет значения. Твой подарок, как главного чемпиона, я оставил у тебя в комнате. Не разочаруй меня.

–Разочаровать? – удивленно взметнулась ее бровь.

Отвечать Джокер не стал, развернувшись и уходя от центральной площади гильдии. На прощание он поднял руку – молчаливый жест, ставящий точку в разговоре.

–Чем разочаровать-то? – пробормотала Колючка в задумчивости. Фыркнула, – Бутылку верни!

–Что сказал интересного?

Едва мастер удалился, к Колючке подошел Рандл. Вопреки привычке, на его голом израненном торсе болталась куртка, не надетая в рукава.

–Как он успел оставить подарок у меня в комнате, если пришел только что со стороны моста? – Колючка взъерошила волосы, придав им еще больший беспорядок, – И вино еще забрал. Вот на кой оно ему, а? Или думает, что у нас больше нет и мы не сопьемся теперь?

–Поверь, Колючка, я напою тебя даже против воли, – пообещал Рандл, вытащил из ее разноцветных волос одинокую веточку с листком и отбросил в сторону, – Идем. Никуда твой подарок не денется, а я сегодня настроен именно что напиться.

–Какой ты сегодня, – подозрительно посмотрела на высокого парня Колючка, – А как же нравоучения вести себя пристойно?

–Достойно, – по инерции поправил он.

–Достойно, пристойно... – пробормотала Колючка.

В конце концов она сплюнула и побежала за Рандлом к костру и остальным чемпионам. Раз серый кардинал гильдии сказал пить, значит, надо пить и отдыхать на полную. Кто знает, когда еще выпадет возможность устроить безнаказанную пьянку? Проиграют в Лиге Чемпионов – мастер устроит разбор полетов и ошибок с обязательными тренировками. Там можно будет только повеситься. Да и то не даст.

Тело ломило в каждой клеточке, подорванные силы чемпиона ныли на задворках сознания, а голову хотелось отключить ото всех раздражителей разом. И просто расслабиться в хорошей компании. Наверное, именно поэтому никому не удалось толком напиться, чего нельзя было сказать о всеобщем веселье. Джинн умудрилась уговорить брата достать несколько странных приспособлений, так что фейерверки летали во все стороны, порой застревая в ветвях древа и взрываясь там разноцветными искрами под всеобщий хохот.

В свою комнату Колючка вернулась под утро. Она прихрамывала, не особенно заботясь о боли. Силы чемпиона восстановят все и без того, надо лишь найти мази и бинты. Ей хотелось завалиться в гамак и спать по меньшей мере до обеда. А еще лучше – до ужина.

Едва переступив порог и закрыв дверь, Колючка оперлась о нее спиной, искренне надеясь сохранить вертикальное положение. Ставшие ватными ноги держали с трудом. Похоже, скопившаяся усталость наконец дала о себе знать.

Как иначе реагировать на полуобнаженную фигуру в собственной комнате, на которой из одежды были только штаны?! Приглушенный свет выхватывал из полумрака фиолетовые волосы с одинокой седой прядью. И это телосложение с военной выправкой никогда не сотрется из памяти.

Кажется, Джокер говорил о подарке?

–Раздевайся, – тихо и глухо произнесла Колючка, устало глядя перед собой полупустым взглядом.

Он подчинился. Едва последняя деталь одежды оказалась на полу, Колючка бессильно сползла по двери и запустила руки в волосы. Слишком устала.

Зачем Джокер поступил так? Хотел лишний раз напомнить о самой большой в мире глупости? Когда желание развеять скуку и развлечься привело к непоправимому?

Наверное, она это заслужила. Колючка зажмурилась и замотала головой.

–Я здесь по собственному желанию, – прозвучал спокойный голос меньше чем в метре от нее.

Колючка устало подняла голову, глядя на парня, сидящего на корточках рядом.

–Ты издеваешься? – слова сорвались с языка непроизвольно, – Ты, который ненавидит весь Север и Джокера в частности, находишься у него на цепи по собственному желанию?

–Да.

–Что «да»? Ноксус тебя дери, Зафлин, – простонала Колючка, – За каким чертом ты это сделал? Ты на ошейнике моего мастера! Будь я трижды бессердечной дрянью, любые разборки со мной этого не стоят. И не тешь себя иллюзиями, что я позволю себя тронуть из-за чувства вины. Хрен тебе, а не вина. Понял?

–Понял.

–Чего ты понял? – пробормотала Колючка, – И не трогай меня.

–Понял, что ты пьяная, и сейчас разговора не получится, – Зафлин легко поднял ее на руки.

–Ты вообще знаешь, что из себя представляют слуги в наших гильдиях? – вздохнула Колючка, прижавшись к его теплой груди и закрыв на секунду глаза, – На тебя нет никаких ограничений. Совсем.

–Зиурра...

–Не произноси это имя, – тихо пробормотала девушка, – Убью.

Она уснула у него на руках. Зафлин не ожидал такого, но долго возиться не стал. В отсутствии кровати уложил девушку в гамак и запрыгнул следом. Гамак покачнулся, девушка скатилась в его сильные руки, удобно устроившись на его груди. Она что-то пробормотала во сне, но Зафлин слов не разобрал. По крайней мере, эта дерзкая бестия оставалась верна себе и не закатывала истерик.

Утром Колючка первым делом скинула спящего парня из гамака. Зафлин застонал на полу: в результате неожиданного пробуждения и падения он ушиб бок, руку и бедро, а потому громко выругался.

–Какого черты ты делаешь в моем гамаке?

–Вчера ты не возражала, – Зафлин выдохнул сквозь зубы и сел. Что за дикая бестия свалилась ему на голову?

–Только рискни сказать, что ночью что-то было – пригрозила Колючка из гамака, глядя на его обнаженную фигуру.

–Строить из себя пай-девочку сейчас откровенно поздно. Хватило твоих игр на островах, а затем и в гильдии. Кто тут собирался меня насиловать?

–А... – Колючка запнулась, почему-то смутившись от обвинения, – Сам напросился. За каким чертом решил сорвать нашу Лигу? Уволь от своей жалости и снисходительности.

–Не надоело рычать? – фиалковые глаза подходили парню сильнее прочих, едва ли не сливаясь с цветом волос.

–Первый начал, – фыркнула Колючка, однако слезать с гамака не торопилась, – Знаю о ваших с Джокером отношениях. Чтобы ты просто так согласился стать его игрушкой? Что тебе даст это унижение? Нашел повод развязать войну и рад?

–Я действительно не терплю Север и его Принца, и у меня на то много причин. Не могу сказать, что это не взаимно. Скорее, наоборот.

–Тогда зачем Джокер отдал тебя мне, а не отводит душу сам? Мог бы хоть побить для вида. Кто знает, вдруг ему полегчает?

–Из-за тебя.

–Нашел крайнюю, – снова фыркнула Колючка, – У меня нет совести, я разве не говорила?

–Ни у кого в гильдии Джокера не может быть совести, – согласился Зафлин со словами, – Маньяка арены другие не примут. Только потому, что он твой мастер, я нахожусь здесь.

–Чего?

–Здесь и сейчас я – чемпион чужой гильдии. Воспользуйся я званием лорда Запада – и война уже началась бы. Но я не маленький мальчик и понимаю разницу. Именно поэтому когда-то решил остаться чемпионом, совмещая одно с другим и разграничивая одновременно.

–Так и зачем ты здесь? – тихо произнесла Колючка, лежа в гамаке и глядя на него, – Чемпион чужой гильдии.

–Поговорить с тобой. Объясниться.

–В чем резон верить мне, что все это не было спланировано заранее? Ведь так хорошо складывается мое пребывание на острове и последующая Лига против тебя.

–Условия, озвученные в письме, – Колючка приподняла бровь, ожидая пояснений, – Что никто из вас не знает действующих чемпионов Лиги. Значит, ты и правда не могла знать, кто я.

–Так, может, это игры Джокера?

–Игры мастеров касаются только чемпионов. Ты понимаешь, о чем я.

–Допустим, – согласилась девушка, – А на ошейник зачем подписался? На слуг моей гильдии нет ограничений, как и в других. Никаких. Только рискни меня дурой назвать.

–Мыслишь в верном направлении, – Зафлин на мгновение задумался, глядя на ее хмурую физиономию, – Нельзя чемпионам находится на островах вражеских гильдий без ведома своего мастера и разрешения чужого. Ты права, Джокер мог убить меня, и ему бы никто и слова не сказал. Да и вряд ли бы узнали.

–Тогда чего ты тут забыл?

–Тебя, – на него с подозрением покосились ее разноцветные, лилово-персиковые глаза, – Я жив только потому, что ты и твои желания значат для Джокера слишком много. Я был здесь вчера вечером и видел его подарок за хорошую игру ночью. И он готов пойти на определенную мягкость, чтобы сделать тебе приятно.

–Еще про ревность заикнись.

–Невозможно ревновать к мастеру, будучи в здравом уме. Я даже не уверен, насколько меня хватит, если Джокер захочет развлечься. Мастер никогда не оставляет права выбора, если чего-то хочет. Но я согласен на это, если ты будешь моей. Я абсолютно уверен, что люблю тебя.

–Чушь, – фыркнула Колючка, встряхнула головой, – Не говори мне этой ерунды. Я знаю о влечении чемпионов друг к другу.

–В твоих словах есть нюанс.

–М?

–Я взрослый мальчик, – его фиалковые глаза плавно окрашивались в золотой, – И умею видеть разницу.

–А я маленькая девочка и разницы не вижу, – недовольно пробормотала Колючка в ответ, – Ты старше Джокера?

–Ненамного. Пара столетий, не больше.

–Издеваешься?

–На мне ошейник слуги.

–Он тебе не мешает, – Колючке действительно нравилась эта единственная деталь одежды на его теле, – Но идет... – помолчала с минуту, – Что с тобой сделает твой мастер?

–Не знаю, – Зафлин отвел взгляд, и Колючка впервые в жизни увидела, как дрожь неизвестности пробежала по его телу: ничем хорошим самовольный уход для чемпиона закончиться не может, – Приятного будет мало. Мир?

–Допустим, – задумалась Колючка, глядя на парня.

–В качестве лорда я волен решать, с кем мне быть. Без оглядки на чужое мнение.

–Хочешь сказать, все так просто?

–Хотел сказать тебе это в день перед отъездом, когда понял очевидное. Но тебе хватило ума сбежать молча.

–Сильно злишься? – по одному его взгляду стало все ясно. Колючка рассмеялась, – Забавно, – она положила голову на руки, – Ты злишься на меня и ничего не можешь сделать. А я нет – и могу делать что хочу.

–Так будет не всегда, – Зафлин легко поднялся на ноги и навис над девушкой, склонившись к ее уху, – Пользуйся моментом.

–Поверь, Зафлин, – с улыбкой произнесла Колючка, – Оказаться в моей спальне в ошейнике слуги – то еще удовольствие.

От злого рычания у самого уха она зажмурилась. Развязный язык определенно доведет ее до беды, надо бы научиться хоть иногда прикусывать его вовремя.

–Даже не думай говорить, что спала со всеми чемпионами, – его тихий голос вызвал мурашки по телу, аж дух перехватило.

–Хм.

Она скрутила его невесть откуда взявшимися лианами за секунды. Зафлин чертыхнулся сквозь зубы: ошейник блокировал силы чемпиона, лишая его всякого преимущества.

–Мне ужасно нравится идея твоего положения слуги, – Колючка свесила ноги с гамака, некоторое время смотрела на связанного парня в ошейнике вместо одежды, – Как ты верно заметил: пай-девочкой меня не назовешь.

Колючка неспешно скидывала с себя остатки немногочисленной одежды. Она забыла о том, что неплохо было бы принять душ, прежде чем развлекаться. Но устоять перед соблазном оказалось слишком сложно, а наступать на горло желаниям она не привыкла.

–Я без ума от мысли, – прошептала она ему на ухо, – Что ты слуга именно моей гильдии. Я же предупреждала об отсутствии ограничений. И насколько сильно Джокер тебя ненавидит?

–На неделю, – так же тихо отозвался Зафлин, ощущая горячее женское тело в опасной близости и холод лиан на коже, – Попадешься мне после – пеняй на себя.

–Посмотрим, – Колючка привстала на цыпочки и коснулась языком его уха, уловив, как он выдохнул сквозь зубы, – Кто кого.

Недооценивать противника, пусть даже столь откровенного и юного, изначально не стоило. Впрочем, в ошейнике и положении слуги все же была своя прелесть. И именно эта прелесть сейчас жаждала получить все, о чем так долго думала и вспоминала. На что уже перестала надеяться после их последней встречи в замке чужой гильдии.