Текст книги ""Фантастика 2026-65". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Сергей Зайцев

Когда мы вернулись к дубам, и Драйз увидел кабаниху, он даже не удивился. Только хлопнул в ладоши и улыбнулся улыбкой, даже более довольной, чем у алкаша, когда ему сказали, что нальют бесплатно. Кажется, он уже предвкушал шашлык из свинины, пожаренный на открытом огне.

Самое интересное, что у Драйза нашлась даже веревка. Когда я посетовал на ее отсутствие, он закатал рукав и показал мне браслет на левой руке, сплетенный сложным плетением из тонкого шнура и держащийся на защелке, которую комендант назвал "фастекс".

– Слишком тонкая. – посетовал я.

– Это паракорд! – так важно, словно это шерсть золотой овцы, произнес Драйз. – Выдерживает дикую массу в статике! Твою свинью на раз поднимем!

– Серьезно? – я недоверчиво ухмыльнулся. – Ну давай попробуем.

Драйз снял свой браслет и принялся его расплетать, приговаривая, что всегда знал, что браслет пригодится. Ушло у него на это около минуты, после чего в руке оказалось примерно три метра тонкого черного шнура.

Помучавшись с тем, чтобы связать кабанихе ноги, а потом – с тем, чтобы найти ветку на высоте, достаточной для того, чтобы перекинуть через нее шнур, и еще осталось, мы наконец подвесили свинью вниз головой. Драйз просто взялся за свободный конец паракорда, намотал его на руку, сколько получилось, и поджал ноги, превращаясь в импровизированный противовес свинье.

Драйз оказался тяжелее.

Закрепив шнур, я взялся за нож и принялся потрошить свинью. Это нужно было сделать как можно скорее, пока расхреначенные моими стрелами в кашу внутренности не испортили полностью все мясо. Итак придется большую часть отрезать и выбросить, чтобы не отравиться, а если не пошевелиться как следует, то проще будет просто бросить ее тут, прямо подвешенной, и пойти грибы собирать.

– Ловко у тебя получается. – спустя несколько минут прокомментировал Драйз, наблюдающий за моей работой. – Где научился?

– Я же почти из деревни. – усмехнулся я. – У нас там охота в порядке вещей. Ну, продуктов мало, всякое такое, сам понимаешь.

– Ага, понимаю. – хохотнул Драйз. – Точно так же, как понимаю, что ты выбрался из академии и вытащил с собой девчонок, развел костер в лесу из нихрена, вправил кисть Владе, теперь подстрелил и разделываешь кабана… Не говоря уже обо всем прочем странном в тебе, о чем мы с тобой уже говорили. Ты же не станешь заявлять, что всему этому научился "в деревне"?

Я на секунду оторвался от мяса и бросил взгляд через плечо:

– Ты хочешь сказать что-то конкретное? Обвинить меня в чем-то?

– Упаси духи, что ты! – Драйз замахал руками. – Скорее у меня есть к тебе предложение… Вернее, у меня просто есть предложение, а ты, насколько я тебя знаю, больше всего похож на человека, которому оно понравится.

– И что за предложение?

– Ну смотри, мы же не собираемся сидеть в лесу до посинения, верно? Нас же все равно найдут рано или поздно.

– Да, это так. – вздохнул я.

– Значит, нам надо выбираться отсюда, если мы не хотим отправиться с солдатами, или еще хуже – словить пулю. Но выбираться пешком через лес такой большой группой – не вариант. Нам надо что-то есть, нам надо спать, да и просто-напросто идти будет нелегко.

– Да, это так. – снова согласился я. – Но это все не предложения.

– Ага, потому что предложение будет сейчас. Как ты смотришь на то, чтобы выбраться из академии… Через академию?

Глава 4

Да, толстый нашел, чем меня ошарашить. И дело даже не в абсурдности его предположения, тут как раз все не так однозначно – Драйз все же не создает впечатления тугого на соображалку, и наверняка у него есть какой-то козырь в рукаве. Абсурдной была разве что формулировка, которую я даже не понял. Поэтому, на секунду оторвавшись от туши, я махнул ножом через плечо:

– Поясни?

– Знаешь, чего не произошло сегодня? – непонятно спросил Драйз.

Я даже на секунду задумался и усмехнулся пришедшему в голову ответу:

– Чего-то хорошего?

– Ага. – хмыкнул Драйз. – Нет, я о другом. Сегодня в академию не прибывал поезд.

А вот это уже интересно. Настолько интересно, что я даже оторвался от мяса и развернулся лицом к Драйзу, чтобы видеть его глаза, насколько это позволяли сгущающиеся сумерки:

– Откуда знаешь?

– Когда прибывает поезд, над платформой взлетает сигнальный аэростат. – Драйз руками очертил что-то круглое в воздухе. – Большой и красный с оранжевым. Не увидеть его просто невозможно. Но сегодня я его не видел.

– А обычно видишь?

– Мое окно выходит точно на него. – усмехнулся Драйз. – Думаю, это даже специально сделано, чтобы я знал, когда точно прибывает поезд с учениками и понимал, когда их встречать.

– А что, поезд прибывает в разное время? – не понял я, тут же поморщился и махнул рукой. – Забудь, тупой вопрос, к делу не относится. Значит, по отсутствующему аэростату ты определил, что поезд не приходил… А если его просто не поднимали? Ну, например некому было.

– А там всегда некому. – возразил Драйз. – Там работает автоматика.

– Но ее же могли отключить?

– Могли. – улыбнулся Драйз. – Но для этого сначала должен был приехать поезд, который привезет тех, кто ее отключит. Если, конечно, кто-то в рядах академии не подсуетился заранее.

– И я о том. – я кивнул. – Хотя, конечно, это маловероятно. Да и вообще, если задуматься – а как бы они на поезде всех вывезли? Студенты сюда ехали, почти полностью забив собою вагоны, а ведь кроме них еще надо было солдат впихнуть и преподавателей. Нет, вариант с поездом действительно маловероятен. Но я не понимаю, что нам это дает.

– Если они прибыли не на поезде, то остается только два варианта. – Драйз растопырил пальцы на правой руке двузубой вилкой. – Первый – это по воздуху. Он отметается тоже, потому что нам окружает кольцо пустоты, в котором любой аэромант лишится сил и самолет, да даже и вертолет просто рухнут. Не говоря уже о том, что самолету здесь просто негде приземлиться, а вертолет грохочет так, что мы узнали бы о прибытии управления задолго до самого прибытия.

– И не говоря о том, что люди вроде бы отстранили всех реадизайнеров от управления чем-либо. – себе под ном пробурчал я. – А второй вариант это, как я понимаю, машины.

– Точно! – Драйз загнул средний палец и оставшимся указательным ткнул в мою сторону. – А знаешь, в чем отличие машин от поездов и самолетов? Самолетами и поездами может управлять один человек из тысячи, а машинами – каждый третий. Только среди нас есть как минимум трое, кто может это делать.

План Драйза потихоньку начал вырисовываться у меня перед глазами. Судя по всему, толстяк хочет захватить одну из машин и слинять из академии на ней. Но для этого, понятное дело, в академию надо вернуться. Сюда, в лес, никто нам грузовик не притащит.

– А ключи?

– Ключи у водителя. – охотно ответил Драйз. – А водитель всегда где-то рядом с машиной.

– То есть, ты предлагаешь вернуться в академию, проползти ее насквозь под носом у кучи вооруженных солдат…

– Не кучи. – возразил Драйз. – Очень многие уедут уже сегодня. Увезут раненых и мертвых, плюс заберут реадизайнеров, которые позволили себя схватить. Останутся только те, кто будет заниматься поисками сбежавших в лес.

С каждым словом Драйз все меньше и меньше мне нравился. Добродушный толстяк, комендант общежития, душа компании, если верить Нике, сейчас он меньше всего подходил под какую-то из этих характеристик. Под толстенным слоем жира прорезался и блеснул острый аналитический ум, который пришел к выводам, к которым пришел бы и я сам, если бы обладал аналогичной входной информацией.

– И прочесывать лес они будут, вероятнее всего, ночью. – продолжил я за Драйза, отворачиваясь и снова принимаясь подрезать шкуру. – Когда уставшие люди будут спать. Но это же не значит, что они оставят машины без охраны.

– Конечно, не оставят. Но если на нашей стороне будет элемент неожиданности, мы легко сможем захватить одну из них. Всего одну – нам больше не надо, нас слишком мало.

– Откуда бы ему взяться, элементу неожиданности? – усмехнулся я. – Даже если действительно большая часть личного состава управления отправится в лес по наши души и мы не попадемся никому на глаза, вся академия усыпана камерами наблюдения, я их видел – на тех же столбах, на которых громкоговорители закреплены. Достаточно всего одного человека, чтобы у него на виду оказалась вся площадь. Вместе с нами. А там такой человек совершенно точно не один, там отряд с оружием, как раз на такой случай. И они выдвинутся нам на перехват, едва только мы засветимся на одной из камер.

– Это если мы засветимся.

Что ж, Драйз удивил меня второй раз. Я снова оторвался от мяса и повернулся к нему:

– Имеешь способ сделать нас невидимками?

– В некотором роде. – хмыкнул Драйз. – Как ты относишься к подземельям?

– Терпеть не могу. – автоматически признался я, вспоминая все то мерзкое, что моя память ассоциировала с этим словом. – Стоп, что? При чем тут подземелья?

– А вот при том. – многозначительно поднял бровь Драйз. – Есть подземный ход, по котором отсюда, из леса, можно пробраться на территорию академии.

Я несколько секунд переваривал информацию, пытаясь понять, шутит он надо мной, или что вообще происходит?

– Подземный ход? – уточнил я. – Из леса?

– Ну, технически он в лес. – выделив "В" интонацией, поправил меня Драйз. – Но да, подземный ход. Он соединяет административный блок и общежитие и выводит за территорию основной части академии.

– И зачем его построили?

– Никто его не строил. – Драйз развел руками. – Просто, когда дошло дело до закладки академии, оказалось, что административный блок уже кем-то построен…

– Это я знаю. – перебил я, не желая второй раз выслушивать историю о чудесном появлении административного шпиля. – Дальше давай.

– Ну так когда стали обследовать административный блок, оказалось, что из одного из помещений ведет широкий длинный лаз, который сперва выходил на поверхность, а потом продолжается и заканчивается только в лесу. Знаешь место, где через реку перекинуто бревно замшелое? Вот там недалеко и вход в этот лаз.

– А общежитие тут при чем? – не понял я.

– Ну, когда нашли этот лаз, решили, что нет смысла его заделывать, раз уж на одном его конце все равно уже стоит административный блок. Поэтому там, где второй выход был – просто построили общежитие, решив, что раз уж природа сама распорядилась таким уникальным эвакуационным ходом, то надо этим пользоваться. Дверь напротив моей комнаты видел? Это вход в лаз. Его немного приукрасили силами геомантов, сделав подпорки и скруглив торчащие углы, но по большому счету никто им специально не занимался. Мало того – им ни разу не пользовались, и, так как в строительстве академии почти не принимали участия люди, есть повод предполагать, что знают об этом лазе считанные единицы. И сомневаюсь, что среди солдат найдется тот, кто знал бы об этом лазе… Учитывая, что с момента постройки академии прошло уже триста лет.

– Тогда откуда о лазе знаешь ты? – усмехнулся я.

– Я же комендант общежития. – Драйз развел руками. – Кому как не мне доверить тайну существования эвакуационного выхода?

– Может, у тебя и ключ есть?

– Конечно, есть. – Драйз запустил большие пальцы под ворот своей цветастой майки и вытащил цепочку, на которой болтался небольшой плоский ключ. – Всегда с собой. Дверь напротив моей комнаты видел? Это и есть вход.

– Ту дверь давно уже выломали. – усмехнулся я. – Ты же не надеешься, что они оставят хотя бы одно помещение не обысканным?

– Это не страшно. – помотал головой Драйз. – С виду это помещение – простая кладовка, а лаз скрыт под полом. Его можно найти только в двух случаях – либо уже зная, где он, либо целенаправленно ища именно его. Сейчас управление этим явно заниматься не будет, сейчас их задача, особенно учитывая то, как их потрепали в бою – убедиться, что ни в одном помещении не осталось забытых реадизайнеров. Поэтому они осмотрят кладовку лишь поверхностно, а простукивать полы и стены. Вернее, станут, но через пару дней, не раньше.

И снова его выводы были точными и правильными. Возможно, с некоторой скидкой на "авось", но…

– Мы все равно туда не пойдем. – тут же сбил меня с толку Драйз.

– В смысле? А куда пойдем?

– В административный блок. Там вход в лаз вообще скрыт за стеной, которая открывается только если нажать на правильный блок, причем для этого еще и реадизайнером надо быть. Так что управление даже зная об этом, не смогут его открыть.

– Не пойдет. – я покачал головой. – В шпиле будет больше всего солдат, ведь там кабинет директора и комнаты преподавателей. Считай, там вся документация, компьютеры, всякая личная переписка. Это все сейчас будет перетряхиваться и проверяться неделю, не меньше. В шпиле сейчас больше людей, чем было в столовой на обеде в честь открытия учебного года.

– Выбора нет. – серьезно сказал Драйз. – Мы не знаем, где стоят машины управления, а без этого нас не спасет ни лес, ни подземный ход, ни что-то еще. Мы просто будем вслепую плутать по академии и обязательно попадемся кому-то на глаза. Ты правильно сказал – вся академия усеяна камерами видеонаблюдения, и мы можем это использовать себе на пользу целых два раза. Первый – найти стоянку машин. Второй – нейтрализовать тех, кто наблюдает за мониторами и кто может поставить крест на нашей затее.

Я глубоко задумался. Как ни странно, но слова Драйза действительно звучали логично. Лишенные понимания того, что творится на территории академии, где располагаются силы противника, и самое главное – где и в каком количестве находятся Иллюзионисты, – нам там делать нечего. В прямом столкновении мы продержимся не дольше одной минуты – ровно столько понадобится черно-синим бронированным истребителям реадизайнеров, чтобы добраться до боя. Никаких иллюзий по поводу нового боя с ними я не питал. Я еле-еле победил одну Юлю, наспех натренированную и потерявшую голову от обуревающих ее эмоций, а что случится, если ее место займут несколько Иллюзионистов с холодной головой, прошедших полный курс подготовки… Ну что произойдет, я проиграю, вот что.

Мы все проиграем.

Так что идти вслепую нельзя. Хотя, если вдуматься, именно это мы и собирались сделать, проникая в административный блок через подземный ход. Не зная, сколько там противников, где они находится, чем занимаются… По сути, не зная ничего. При таких вводных лобовой штурм шпиля даже при условии эффекта неожиданности однозначно обречен на провал.

Придется действовать иначе.

Так, как я уже давно не действовал.

– Где находится комната с мониторами? – спросил я, снова возвращаясь к кабаньей туше.

– На последнем этаже, возле кабинета директора. – любезно ответил Драйз.

Ну, конечно, как же иначе. В самой заднице.

– И, кстати, в ней категорически мало места, максимум на двоих, и то плечами толкаться будут. Там вообще по идее никто не должен сидеть, не предполагалось такого. Это к вопросу о том, что там сидит отряд автоматчиков – не сидит. Они, скорее всего, сидят где-то рядом.

Я снова бросил короткий взгляд на Драйза и заметил краем глаза, что он улыбается. Кажется, он уже понял, к чему я веду, и со всем своим радушием ненавязчиво подталкивает меня к этому решению, выдавая именно ту информацию, которая мне поможет.

Осталось выяснить, что при этом он утаивает.

– Что может помешать добраться до комнаты? – спросил я, намеренно избегая упоминания каких-либо личностей.

– Ты сам сказал – солдаты. На каждом этаже будут солдаты. Лифтом, понятное дело, не воспользуешься – моментально выдашь себя. Кроме того, в самом шпиле тоже есть камеры, но их мало, и расположены они одинаково – над дверями, ведущими на этажи. И то только изнутри, со стороны коридора. О них вообще можешь не беспокоиться, если, конечно, тебе зачем-то не понадобится прошвырнуться по комнатам преподавателей. Впрочем, даже в этом случае много хлопот они не доставят – они не двигаются, так что мимо них при определенной доле удачи можно даже проскочить незамеченным.

– Что-то еще?

– Не думаю. Административный блок не предполагалось от кого-то оборонять, поэтому и систем безопасности никаких там нет. Даже те же камеры скорее для порядка и в виде напоминания о наличии наблюдения. В обычных условиях хватало и зверюшек директора, чтобы отвадить от блока посторонних.

Я вспомнил оранжевых животных, встретивших меня в столовой, и ухмыльнулся – да уж, такие отвадили бы кого угодно.

– Так что если там и найдется что-то, о чем я не упомянул – это будут уже игрушки солдат. – подытожил Драйз. – И я о них просто не знаю.

– Шпиль везде одинаковый? Все этажи, кроме первого и последнего?

– Только диаметром отличаются. Ну и количеством комнат на каждом этаже, соответственно.

– Из чего сделан шпиль?

– Тебя материал интересует? – удивился Драйз. – Говорят, что это каменный монолит… Или даже монолитом его не назвать, потому что его никто не отливал, он же существовал всегда. Короче, каменное образование такое себе.

– Ясно.

– С вопросами покончено?

– Угу. – коротко ответил я, уже прикидывая, что конкретно меня завтра будет ждать и как конкретно я с этим буду справляться.

– Тогда вопрос есть у меня. Я правильно понимаю, что нынче в деревнях учат еще и навыкам скрытного проникновения в охраняемые места в одиночку?

– Нет, не учат. – вздохнул я. – Это уже факультативные занятия. Из личного интереса.

Глава 5

В идеале было бы вообще все провернуть в одиночку. Проникнуть в лаз в одиночку, добраться до шпиля в одиночку, подняться в комнату видеонаблюдения в одиночку, выцепить нужную мне информацию в одиночку и вернуться к остальным. Все сделать в одиночку, чтобы остальные не мешались. В идеале было обойтись даже без Драйза.

После разговора за разделкой туши комендант общежития мне резко перестал нравиться. Он без труда прочитал меня, мою истинную суть и мои истинные навыки, а все потому что от него я их не особо-то и скрывал – просто не считал нужным. Драйз смог обмануть меня, и, пока я считал его бесполезным увальнем, он собирал все возможную информацию, в том числе и обо мне, чтобы в итоге придти к какому-то, одному только ему ведомому, выводу. Но этот вывод явно был верным.

В любом случае, Драйз явно не был простым комендантом магического общежития. В том смысле, что это было не основным его родом деятельности, а скорее прикрытием, которое позволяло ему официально присутствовать на территории академии.

А вот основной род деятельности увальня до сих пор оставался под вопросом. Настолько под вопросом, что у меня не было даже вариантов.

Вернее, варианты как раз были. Один другого безумнее, один другого невероятнее – хотя бы потому, что в пользу каждого из них говорило столько же фактов, сколько и против.

Вариант первый – Драйз сотрудник управления ноль под прикрытием. В пользу этого говорила его сложная психологическая подготовка, которая смогла обмануть даже меня, но при этом помогла ему без проблем прочитать мою собственную личность. Сюда же можно было отнести его невероятную манеру ходить – конечно, не сказать чтобы тихо, но хотя бы не застревая между деревьями, что при его комплекции было уже удивительно.

Правда были и факты против этой теории – например, то, что Драйз каким-то образом оказался среди беглых реадизайнеров, вместо того чтобы присоединиться к управлению во время операции. Я расспросил Чел о том, как они встретились – оказалось, что уже в лесу, то есть, Драйз не мог целенаправленно внедриться в группу, чтобы потом привести ее к своим людям. Он банально не знал, что какая-то группа существует.

Зато эта теория легко объясняла, для чего он рассказал мне про подземный ход – чтобы мы оказались там в ловушке как крысы, и нас легко можно было взять голыми руками. Правда для выполнения этого хитрого плана сначала надо, чтобы люди управления знали о лазе тоже – ну да кто поручится за то, что слова Драйза насчет "пары человек, знающих о ходе" – правда? Может, об этом лазе разве что в утренних газетах не пишут?

Я размышлял о личности коменданта, глядя на него сквозь заново разведенный огонь. Студенты, насадив принесенное мясо на зеленые упругие веточки, жарили его над углями, которые я отдельно отгреб в кучу, переговариваясь и даже улыбаясь. При виде еды они заметно оживились, а когда по полянке поплыл дразнящий запах жареного мяса – вовсе повеселели. Кто-то жарил свою порцию почти до углей, те, а кто считал свою порцию уже достаточно прожаренной, – в том числе и Драйз, – ели. Это позволяло мне смотреть на него и заново узнавать все повадки этого человека, меньше опасаясь за то, что он заметит мой интерес – мясо плюс огонь, скрывающий мой взгляд были на моей стороне.

Второй вариант – Драйз работает на заговорщиков. Этот вариант вызывает еще больше вопросов и выглядит еще менее реалистичным, но совсем сбрасывать его со счетов не стоит тоже. Последние несколько недель моей жизни ясно дали понять, что зачастую происходят вещи, которые кажутся совершенно невероятными до того самого момента, пока не произойдут. Насколько бы малой ни была вероятность того, что реадизайнеры-заговорщики зачем-то возьмут в свой заговор простого человека, поставят его на место коменданта, чтобы он после этого влился в группу беглых реадизайнеров, отказавшихся принимать участие в заговоре (опять же – зачем?), такая вероятность существовала.

Значит, что при первом варианте, что при втором, мы идем в ловушку. Только во втором варианте мы окажемся в ней позже, и еще не известно, что она из себя будет представлять. Именно поэтому я и хотел максимум работы выполнить в одиночку – чтобы в случае чего, в опасности оказался один только я. Выбираться из щекотливой ситуации намного проще в одиночку, нежели когда у тебя еще балласт из десятка человек.

Был, конечно, еще и третий вариант – что Драйз действительно тот, за кого себя выдает. Просто человек, устроившийся на работу комендантом, не имеющий ничего общего ни с одной стороной конфликта и предлагающий искреннюю помощь. В этот вариант хотелось верить больше всего, но червячок сомнения все равно точил меня – слишком уж внутренний мир толстяка расходился с его внешностью, слишком уж достоверно он строил из себя того, кем не является.

Прямо сейчас он сидит и зубами снимает с прутика куски мяса, жует их и прямо с набитым ртом рассказывает Мартен какую-то историю. Смешную, судя по тому, как она смеется, прикрывая рот поврежденной рукой.

Острый аналитический ум снова спрятался в ножны из жира и добродушия и никто, кроме меня, не знал, что он там вообще есть. По крайней мере, никто из сидящих здесь.

Поэтому, когда я тихо, чтобы услышали только сидящие рядом Чел и Ника, попросил приглядеть завтра за Драйзом, и убить его без раздумий, едва только он выкинет хоть что-то, хоть отдаленно похожее на странность, они посмотрели на меня так, словно я предложил им покормить с рук стаю скопий.

– Ты это серьезно? – шепотом осведомилась Ника, осуждающе глядя на меня.

– Абсолютно. – серьезно ответил я. – Давайте я не буду сейчас уходить в подробности, это не та тема, которую следует обсуждать в куче лишних ушей.

Чел хихикнула при этих словах, но я ожег ее взглядом, и она снова приняла вид внимательно слушающей отличницы.

– Давайте вы мне просто поверите, что Драйз не тот человек, каким кажется. – продолжил я. – И он действительно может представлять опасность.

– Да он же увалень! – Ника не удержалась и всплеснула руками. – Единственная опасность, которую он может представлять – это если он упадет на тебя! Да и то – всегда можно убежать!

Ника говорила, как всегда, эмоционально, но, к счастью, тихо. Настолько тихо, что даже Чел, сидящая неподалеку, явно слышала все не лучшим образом и потому подвинулась ближе, касаясь одной коленкой меня, а другой – Нику. Некоторые студенты бросили на наш шушукающийся треугольник любопытные взгляды, но тут же вернулись к своему ужину.

– Я не имел в виду прямую опасность. – ответил я Нике. – Хотя и ее со счетов сбрасывать не стоит тоже. В конце концов, если он например тебя тупо схватит и будет держать – что ты ему противопоставишь?

– По яйцам пну. – фыркнула Ника. – Хотя нет, к ним еще хрен пробьешься.

– Вот именно. – усмехнулся я. – Так что будьте хорошими девочками, послушайтесь меня. Я пока не знаю, что на самом деле представляет из себя этот человек, а это уже повод для того, чтобы заочно считать его опасным.

– Хочешь сказать, у него есть скрытые мотивы, стало быть?

– Не хочу. – я помотал головой. – Очень не хочу. Но придется.

Я уже вкратце выложил им план на завтрашний день, и ожидаемо получил порцию фырканья от Ники и непонимания от Чел. Им обеим план не понравился, но через минуту объяснений они согласились, что это самый верный способ выжить и свалить из академии. Пусть даже его верность измеряется парой процентов, это все равно больше чем стремящаяся к нулю вероятность добраться до населенного пункта пешком.

К сожалению, я не мог себе позволить идти в одиночку. Как минимум, в лаз мы должны войти вместе, и дойти до административного блока – тоже. Когда я, уже в одиночку, проникну в комнату видеонаблюдения и выясню, где находятся машины, я неминуемо подниму тревогу. Иллюзий на этот счет я не строил – залезть в логово скопий в надежде, что не заметят, может только дурак, или тот, кто не знает их повадок.

Дураком я себя не считал, и повадки своих "скопий" знал весьма неплохо, поэтому прекрасно понимал – незамеченным я не останусь. Это было бы возможно провернуть, если бы я пошел по трупам, убивая каждого встречного просто для того, чтобы он не обернулся в неподходящий момент и не увидел меня, но этого я делать не собирался. Как минимум, у меня банально не хватит праны на то, чтобы застрелить всех, кто мне попадется. По моим прикидкам, в шпиле должно быть никак не меньше пятнадцати человек, а, скорее, даже больше – двадцать, тридцать, сорок. Не говоря уже о том, что мне могут попасться Иллюзионисты, попытки вывести из строя которых – отдельный вид мазохизма.

Говоря откровенно, даже до комнаты видеонаблюдения я смогу добраться незамеченным только в случае, если меня специально не будут замечать. Однако даже если это дело и выгорит, еще надо будет спуститься обратно, а это тот же самый путь только в другом направлении, и уменьшение секретности нашей операции вдвое.

Поэтому совершенно исключено, чтобы все остальные находились в этот момент где-то далеко – они просто не успеют добраться до меня раньше, чем поднимется полноценная тревога, и на нас двинутся вооруженные перегруппировавшиеся солдаты.

Нет, ребята должны быть рядом. Настолько рядом, чтобы в идеале сорваться к машинам даже раньше, чем я к ним спущусь. Такой возможности, конечно, тоже нет – телефоны по-прежнему не ловили сеть, так что вариант оставался один-единственный – спуститься к группе, забрать ее из подземного хода и уже все вместе отправиться к машинам, скорее всего, попутно отбиваясь от случайного, но ежеминутно нарастающего и обретающего упорядоченность сопротивления.

И именно тот момент, когда я уйду в шпиль, оставив группу под землей, и будет критическим и поворотным. Момент, когда Драйз либо сделает какую-то гадость, тем или иным способом дав понять управлению, где мы находимся и что собираемся сделать, либо не сделает.

Первый такой момент. Потом, если все выгорит, и мы все же доберемся до машин, будут еще и другие такие моменты, но это будет потом. Это будет ЕСЛИ план выгорит. И там я уже смогу присмотреть за Драйзом сам, в отличие от первого момента, для которого мне и нужны мои девочки.

Каким-то образом я все же умудрился взять с них слово, что они не сведут глаз с Драйза и нейтрализуют его, если он начнет творить что-то непонятное. Убивать его они отказались наотрез, что та, что другая, да и в целом не описали границы "странного", но спасибо и на том. В конце концов, я и сам могу убить толстяка, если он что-то отчебучит, когда вернусь.

Само собой, отпускать меня в одиночку Ника отказалась наотрез. Но это поначалу. В первые пятнадцать секунд после того, как она узнала об этой детали плана. Следующие пятнадцать секунд она плавно снижала градус недовольства и громкость своей речи под давлением моего взгляда. Я даже ничего не говорил, просто сидел и скучающе смотрел на нее, ожидая, когда она выговорится.

– Закончила? – спросил я, когда она замолчала.

– Ага. – Ника грустно вздохнула. – Ты идиот.

– Слыхал уже. – я махнул рукой. – Ты повторяешься.

– Потому что ты продолжаешь делать идиотские вещи. – Ника показала мне язык. – Только попробуй не вернуться. Я же тебя отыщу, реанимирую и сама убью.

– Ты умеешь реанимировать? – заинтересовалась Чел. – Разве такое возможно?

– Абсолютно точно – нет. – Ника помотала головой. – Но ради него – научусь за секунду, это я вам обещаю.

– Ну-ну. – хмыкнул я. – Реаниматорша мелкая. Давайте лучше устраиваться спать. Качество сна у нас сегодня будет оставлять желать лучшего, так что надо попробовать хотя бы количеством наверстать. Завтра у нас тот еще денек.

Студенты уже доели свои порции и сейчас тихонько шушукались, бросая на наш советующийся треугольник немного настороженные взгляды. Я решил пока что не ставить их в известность о плане на завтрашний день, потому что было совершенно очевидно, что после таких известий никто из них до утра глаз не сомкнет. А они мне завтра нужны бодрые и полные сил. Ну, насколько это возможно.

Разумеется, никаких пледов и одеял никто не припас. Мало того – у нас не было даже банальной лопаты, с помощью которой можно было бы выкопать неглубокую яму, равномерно усыпать ее углями и присыпать их сверху тонким слоем земли, которая нагревалась бы от них. Возможно, я бы заморочился подобным одним только ножом, если бы нас было трое, но на десять человек я скорее руки по локоть сотру и нож сломаю, чем выкопаю такую яму.

А еще умотаюсь как грузчик на плантации сахарного тростника.

Все, что мы могли себе позволить – это разбросать костер, затушив открытое пламя в угли, и лечь вокруг него, чтобы медленно угасающее тепло грело нас хотя бы до тех пор, пока мы не уснем. К счастью, ночью еще были далеки от холодных, да и дождя, судя по чистому небу, не ожидалось, так что мы действительно имели все шансы проспать до самого рассвета. До того момента, той самой холодной точки утра, когда на листья и кору выпадает роса, не обделив и наши тела тоже.

Это будет неприятно, пробуждение явно не самым радостным, но это даже хорошо. Примерно в такое время нам и надо будет встать. Под самое утро, когда ночные патрули еще не сменились, зато уже почти спят. Когда их внимание рассеяно и взгляд замылен. Идеальный момент для того, чтобы провернуть задуманное.

Если, конечно, их патрули и часовые меняются хотя бы примерно по той же схеме, к какой я привык.