Текст книги ""Фантастика 2026-195". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)"

Автор книги: Регина Грез

Я вернула ему приветствие и не удержалась от довольной ухмылки. Что ж, пусть гадает, если ему любопытно. Это моё личное дело.

– Я очень рад, Ваше Величество, что вы полны сил и находитесь в хорошем расположении духа. У нас появились новости о чужеземном вторжении на наш остров и нам срочно нужно составить план действий. Дело не требует отлагательств. А решающее слово – за вами.

И он посмотрел на меня своим особенным взглядом, отчего я сразу решила, что всё он знает про меня с Робертом. И играет со мной в кошки-мышки.

Глава 4. Магический сад

– У меня появились новые данные о том, что неизвестные люди на лодках скрытно плавают вокруг острова. Скорее всего, это разведка. Военные маги фиксируют попытки прощупать энергии защиты. Донесения с каждым днём становятся всё более угрожающими. Похоже, речь идёт о военно-магическом захвате острова, – голос Хантера стал напряжённым, и он пытливо вглядывался в меня, пытаясь понять, насколько серьёзно я воспринимаю его слова.

С меня же с каждым словом слетал романтический флёр, и я соображала, зацепившись за одну из фраз.

– Лорд Джеймс, вы сказали, что они скрытно обследуют остров по кругу… Что, если нам использовать соль?

– Соль? – Хантер наморщил лоб. – Какую?

– В базовой защите в магии используется соль. Если замкнуть круг из соли, то появляется силовая стена, я её видела Лиловым зрением. Может быть, нам замкнуть круг вокруг острова?

Одинокий глаз Хантера округлился, пока он обдумывал услышанное.

– Такое просто решение… может ли оно быть эффективным? – наконец, пробормотал он. – Хотя… почему бы и нет.

– Я не говорю, что нам стоит посолить море, и мы будем под защитой. Просто как ещё одна дополнительная мера, – добавила я, чтобы не выглядеть совсем уж идиоткой.

– Допустим, – уклончиво сказал он. – Мне нужно от вас согласие на использование всех магических сил королевства. У нас есть маги с активным даром, которые служат короне как военные. Они могут метать острые предметы, обливать огнём, замораживать воздух. Но всё это хорошо в ближнем бою. Нам же нужно продумать стратегическую оборону. И тут я упираюсь в отсутствие природной магической защиты острова. Мы потеряли её за последнее столетие.

Он пытливо смотрел на меня.

– У меня есть стойкая уверенность, что остров не зря вернул вас к себе обратно. Вы можете помочь нам вновь укрыться магическим щитом и жить в безопасности, – Хантер подошёл ко мне и положил руки мне на плечи. Тяжёлые, горячие ладони будто придавили к земле.

– То есть это уже не ваше предположение, а стойкая уверенность? – переспросила я.

– Да. Вы же помните, что я умею видеть истинную суть вещей. Именно так я её и вижу. Вы – наше решение.

– И что я должна делать? – напряглась я.

– Думать… чувствовать… возможно, ваша душа уже знает ответ, и нужно просто к ней прислушаться.

Я отошла от Джеймса к окну и поняла, что у меня действительно есть знание, что решение лежит на поверхности.

– Первое, что нужно сделать – доказать невиновность моего отца. Я уверена, что его оболгали, и его свержение – результат заговора. Ни мой Род, ни остров не станут нам помогать, пока не восстановлена справедливость, – уверенно сказала я. И, как это обычно бывает, когда слова уже произнесены вслух, они начинают жить своей жизнью. Высказав своё самое горячее желание, я вдруг поняла, что это простая истина. Оправдать невинно оболганных предков – святая обязанность любого потомка. И моя тоже.

– Евгения, это сейчас очень несвоевременно… – начал Хантер, но я перебила.

– Наоборот – это первое, что нужно сделать. Но есть ещё второе и третье. Не прерывайте меня, пока мысль не ушла.

Я ощутила внутри ровное спокойствие, будто бы именно сейчас делаю то, что должна. Ради чего жила.

– Вы должны разумно использовать абсолютно все запасы синего магического песка. И Изумрудного тоже. Много лет магия выкачивалась из людей и из острова, скапливаясь в хранилищах. Её нужно вернуть. Людям, их земле. Если очень долго в одностороннем порядке использовать энергию, когда-нибудь она иссякнет. Настало время восстановить равновесие. Это второе.

Хантер напряжённо кивнул.

– Третье – важно восстановить ритуалы и праздники, которые славят духов и предков. Я знаю, что в лесах рода Маклейн до сих пор тайком проводятся ритуальные танцы и славится Старейшина рода. Скорее всего, в горах, болотах и степях та же самая история – остались шаманы, бабки-ведуньи, колдуны и знахари, которые помнят старинные обряды. И нужно найти и помочь им передать свои знания дальше. Это тоже про восстановление баланса – чтобы насытить остров энергией, нужно начать её отдавать. Возродить все старинные традиции – угощения урожаем, важные обряды, всё, что было раньше. И чем быстрее, тем лучше!

Я чувствовала, что меня несёт потоком, а слова льются сами по себе. Откуда я брала то, что говорила – не знаю. Просто моя уверенность происходила изнутри, и когда настал момент, все мои догадки вылились наружу.

– Я сама могу подать пример. В старом поместье Эллингов сейчас размещены погорельцы из Форса. Они – прямые потомки людей, которые славили род Маклейнов. Я смогу их уговорить возродить старинные обряды. Тем более что там есть магический сад Эллингов… Почему-то я уверена, что это сработает!

Щёки мои пылали, а глаза ярко горели, пока я описывала Хантеру план действий. Я верила в себя, знала, что смогу это сделать!

– Ваше Величество… это самый необычный план действий, который я когда-либо слышал. Военных действий, – маска ледяного спокойствия слетела с его лица и он улыбался. Тепло, нежно и даже как-то восхищённо. – Я не привык полагаться на чувства, но… сейчас я чувствую, что вы правы. Во всём.

Я залюбовалась этим новым Хантером – но наваждение длилось не дольше минуты.

– Но я не могу полагаться только на это. Успех слишком непредсказуем, а действия растянуты по времени. Пока мы возвращаем магию острову, ничто не помешает врагу на нас напасть. Поэтому, с вашего разрешения, я всё равно организую круговую оборону.

Хантер заложил руки за спину, а потом позвал секретаря из соседней комнаты и начал диктовку:

– Первое. Развернуть корабль послов с товарами от наших берегов. Это может быть ловушка, последствий которой мы не знаем. Второе. Объявить мобилизацию всех военных корпусов, личных войск лордов Королевства Эл. Развернуть лагеря по побережьям острова и ожидать дальнейших приказаний. Третье. Боевым магам собраться в здании Королевской школы. Организовать отряды из старших учеников и начать из немедленное обучение боевой магии. Четвёртое. Организовать транспортировку синего и изумрудного песка из королевских хранилищ в Королевскую школу. Я лично буду выдавать порции песка при сдаче экзаменов на пригодность к боевым действиям. Мы используем эту силу для увеличения способностей наших талантливейших магов.

Он перевёл дух, дожидаясь, пока секретарь закончит писать.

– Пятое. Разместить объявление в газете, что все, кто владеет запрещёнными ранее знаниями об обрядах, ритуалах и заговорах, отныне получают неприкосновенный статус и им даруют право на выплату из казны десяти элов единовременно. Им надлежит собрать группы для обучения ритуалам почитания предков и духов рода. Ответственные за исполнение – лорды соответствующих земель. Шестое. Объявить вознаграждение в десять элов за любую информацию об обороне и защите острова. Если кто-то увидит что-то подозрительное, пусть немедленно сообщит лорду своей земли. Пока всё.

Я сидела и заворожённо слушала, как мои женские догадки и чувствования превращаются в конкретные действия, и для меня в этом тоже таилась магия. Очень легко сидеть и рассуждать о том, что нужно делать. И гораздо сложнее предпринимать конкретные шаги.

– Вы забыли про соль, лорд Хантер, – улыбнувшись, напомнила я.

– Ах, да! Допишите седьмой пункт – снарядить корабль с мешками обычной поваренной соли. Загрузить ею все трюмы и палубу корабля до разрешённого предела грузоподъёмности. Как только корабль будет готов – доложить. Я лично поплыву на нём. И не забудьте – пометка документа «совершенно секретно». За утечку распоряжений из этого списка отвечаете головой.

Секретарь с напряжённым видом дописывал последние распоряжения, а лорд Хантер устало повёл плечами.

– Благодарю вас, Ваше Величество! Я в вас не ошибся! – сухо сказал он и сделал короткий поклон. – Теперь важно успеть всё сделать до того, как враг решит напасть. Разрешите удалиться!

И он вышел, оставив меня наедине с Эйданом. Я осторожно подошла к нему, посмотрела на бледное лицо и недвижимые руки. Грудь его мерно вздымалась, но признаков жизни он не подавал.

Тогда я внезапно открыла Лиловое зрение, чтобы посмотреть на него магическим взглядом, и оторопела. Король был опутан безжизненными щупальцами, как и Марта. Только у нее серые нити напоминали полые трубки, а у Эйдана – хищных паразитов с зубастыми челюстями. Они клубились вокруг него, ища пищу, и развевали свои безобразные рты.

Меня затошнило и я отступила на шаг подальше. Что это? Неужели он всегда был таков, или это было… приобретённое существо? Я вспомнила слова Хантера о том, что Эйдану лучше было бы умереть, и поняла, что он имел в виду. Жить во власти хищных чудовищ, которые управляют его магической частью – что может быть хуже?

Попятившись, я вышла из королевских покоев и почувствовала себя намного лучше. Расправив плечи, устремилась к выходу. Следовало сделать одно из важных дел, которые нельзя было откладывать. И при мысли о нём я улыбалась – до того приятно оказалось об этом размышлять.

***

С отчаянно бьющимся сердцем я ехала в карете в Летний дворец, а рядом со мной лежали стопки простой белой ткани. Это были простыни из кладовых Королевского замка. Служанки по первому требованию сложили для меня всё необходимое, и я, наскоро перекусив, возвращалась в свой дом.

Там я на минуту забежала в королевские покои – чтобы опустошить свою шкатулку с аметистами. Ссыпав драгоценности в поясную сумку, я переоделась. Лёгкое белое платье, удобные кожаные башмачки без каблуков, и я готова.

Вновь запрыгнула в карету и помчалась в старинное поместье своей семьи. Со мной ехала Сибилла, оставившая своё хозяйство на кухне и в детских комнатах ради великой цели. Она захватила с собой травы и большой глиняный кувшин. И всю дорогу, пока я объясняла свою задумку, кухарка загадочно улыбалась.

Основная деятельность развернулась, когда карета влетела во двор поместья, чуть не задавив деловито расхаживающих по траве кур. Я то и дело подгоняла кучера, и он спешил, как мог. Во второй карете, прямо за нами, ехал десант служанок из дворца. Они имели озадаченный вид – но перечить королеве не решились.

Я с удивлением увидела, что у поместья появились новые ворота – кладка у старых столбиков починена, а сами створки сколочены из свежеструганых досок. Сразу же за нами ворота заперли, и от этого простого действия я почувствовала почему-то спокойствие и безопасность.

Спустя полчаса домашние дела и заботы о детях перекочевали от усталых женщин на моих служанок, а мы сами собрались в саду. Десять женщин и мы с Сибиллой – получилось магическое число двенадцать. Дюжина. Двенадцать часов на циферблате, двенадцать месяцев в году. Законченный круг.

Я привела их на поляну посреди зарослей старинных деревьев, где мы уселись кругом, расположив на коленях отрезы с тканями.

Сибилла повела рассказ о том, как с древних времён жители деревеньки Форс поклонялись лесным духам и Старейшине Рода. Как поминали предков и приносили им дары – пироги, яблоки и урожай со своей земли. В деревне существовал специальный жреческий круг из женщин – и они сохраняли старинные благодарственные песни.

Пока мы шили из ткани просторные сорочки без пояса, Сибилла учила нас специальным словам, которые следовало произносить во время работы. Иной раз у меня при звуках того или иного наговора по коже пробегали мурашки. Я чувствовала, что в словах скрыта мощь, которую никто из присутствующих не ощущает. В последний момент вспомнила про аметисты – и раздала девушкам, чтобы они пришили их к наряду.

Когда сорочки были пошиты – оказалось, что часа за два реально соорудить что-то очень простое и просторное – то мы приступили к разучиванию специальных движений.

Я вспоминала сцену, которую видела почти год назад на поляне – с девушками, танцующими вокруг Лилового костра, – и теперь понимала скрытый смысл движений. Шаги, повороты, хоровод – всё замыкало энергию в круг и запускало магический круговорот.

Когда танцевать устали, настало время плести венок. Осенью на голове у женщин красовались жёлтые листья, сейчас же настало время луговых трав. Белые цветы пастушьей сумки, голубые – васильков. Гибкие пальцы женщин ловко вплетали в венок головки нарядной ромашки, а особо опытные умудрялись прикреплять короткие стебельки клевера с их ярко-розовыми соцветиями. Светло-розовая душица и ярко-жёлтые цветки зверобоя вплетались для оберега от злых чар и укрепления здоровья.

Пока я плела свой собственный венок, то ощущала, как энергия места течёт из моих пальцев. Очевидно, я делала что-то настолько правильное и древнее, что само действо наполняло энергией. Иногда из кончиков пальцев проскакивали лиловые искры, и я видела у других женщин то же самое. Видимо, магия всё же замкнулась в круг и передавалась от одной девушки к другой.

Когда и венки, и наряды были готовы, пришла пора отдохнуть и подготовить всё к вечеру. Мы вернулись к дому, который восстанавливали мужчины, и сели за большой деревянный стол. В этот день моим королевским обедом стала сытная похлёбка с картофелем и курицей, лепёшки, испечённые на раскалённом камне, и кислый компот из яблок. И вкуснее угощений я давно не ела!

Когда последние лучи солнца окрасили небо в розовый цвет, а сам диск окрасился в ярко-алый, мы закрыли ворота за последним из мужчин и приступили к обряду. Дети покинули поместье вместе с отцами – эту ночь они проведут в Летнем дворце. Мы же – двенадцать женщин, наряженных особым образом – остались в саду одни.

Сибилла заварила в котелке кипяток и приготовила крепкий отвар из трав: мята, зверобой, девясил, тысячелистник. Полынь. Лимонная трава и душица. Налила в глиняный кувшин и взяла с собой.

Трава колола босые ноги, пока мы шли к поляне. Волосы распущены, лёгкая ткань струится по ногам и будто бы закручивает энергию спиралью. Настроение приподнятое – я словно на праздничный утренник собралась.

Мы встали в хоровод на поляне и Сибилла, наблюдая за солнцем, шёпотом произнесла заветные слова. Кувшин переходил по кругу из рук в руки и мы пили горьковатый и терпкий отвар. Потом неуловимым движением бросила что-то рукой и в середине зажёгся Лиловый огонь. Он был не больше пламени свечи, но ровно горел и приплясывал. Повинуясь взгляду наставницы, я тоже бросила свой огонёк в центр и костёр стал вдвое больше.

Женщины запели песню на языке, который сразу стал сложным для понимания. Какой-то старинный говор, непонятные слова… Я старалась повторять, но быстро поняла, что магия здесь не в звуках. Магия творилась у нас в руках, переливаясь из ладони в ладонь. Потом мы взяли в руки заранее заготовленные веточки с листочками и принялись кружиться, мерно взмахивая ими, как крыльями. Песня постепенно трансформировалась в мелодию, которую женщины напевали без слов.

Я не успела уловить момент, когда Лиловый огонёк превратился в высокий костёр. Пламя взвивалось над деревьями, напитывая сад своей силой. Я заметила, как на ветвях деревьев, окружавших поляну, сначала расцвели цветы, а потом завязались плоды. По мере танца они росли, наливались соком и цветом, и превращались в алые яблоки.

Ритм захватил, я с восторгом кружилась и наблюдала за тем, как наливаются магией аметистовые обереги. В какой-то момент из костра отделилась фигура седовласой женщины с посохом. Она посмотрела на меня лиловыми глазами и я узнала Старейшину рода – только сейчас она больше походила на молодую женщину, чем на старуху. Стройный стан, ровное лицо, спокойная улыбка. Она принялась кружить по поляне, обходя её против часовой стрелки, двигаясь навстречу нам. И я ощутила, как по телу прошёл разряд тока, вызванный плотским желанием.

Жар приливал к щекам, плечам, груди, проникал между бёдер и вырывал изо рта гортанные стоны. Хотелось закончить обряд и отправиться на поиски конкретного мужчины. У меня перед глазами всплыло лицо Роберта, и я чувствовала, что готова штурмом идти на крепость и вырывать его из лап тюремщиков. Так вот как оно на самом деле!

Чувство обладания, неутоленного желания и тоски по мужчине охватили всё моё существо – и я поняла, что могут испытывать влюблённые к своим половинкам.

Когда танец закончился, Старейшина исчезла, а Лиловый костёр потух, сад погрузился во тьму. Разгорячённые женщины исчезли, торопясь к своим мужьям. Каждая испытывала ровно то же, что и я.

На поляне остались только мы с Сибиллой и красные яблоки на ветках, так быстро набравшие спелость и сладость.

– Ты всё сделала правильно, девочка, – прошептала Сибилла. – Только без мужчины обряд не завершить. Тебе нужна пара, а роду – наследник. Ты можешь просить что угодно, если пообещаешь Старейшине исполнение её желания. Все ключи у тебя в руках.

И перед моим мысленным взором снова возник Роберт. Сила, наполнившая тело, толкала на безумства, и я растворилась в ночи, чтобы исполнить древнее пророчество.

Глава 5. В тюремной камере

Мир тонул в лиловом свете. Мышцы налились нечеловеческой силой и я пустилась бежать, словно какая-то горная лань, сквозь деревья магического сада. На бесплодных ветвях уже наливались соком спелые плоды, и сам воздух дышал любовью и страстью.

Сердце – а может быть, и вовсе не оно, а совсем другие инстинкты – вели меня в город, туда, где я могла найти себе пару. Этот безумный животный зов лишил разума и гнал туда, где был Роберт. Ни расстояние, ни преграды в виде стражи и холодного подземелья не имели значения. Обряд должен быть завершён.

В какой-то момент рядом с моими ногами начал мелькать лисий хвост. Я бежала по густой траве, как сумасшедшая, и не чувствовала усталости. Яркая Луна освещала дорогу, а время и пространство сжималось, потому что следующее, что я помню – это каменные булыжники, которым выложена главная улица в столице королевства. Босые пятки больно ударялись об острые выступы и заставляли снижать скорость. Кровь пульсировала по венам и заставляла сердце колотиться в бешеном ритме, а по телу пробегали маленькие иголочки, покалывая беззащитную кожу.

Подобных чувств я не испытывала никогда и ни с кем. Я рванула на себя парадную дверь королевского замка и почувствовала боль в ладони – она оказалась заперта. Приплясывая от нетерпения, я ждала, пока заспанный лакей откроет её для меня.

В следующее мгновение рванула вниз по лестнице, которая вела в подземелье. Чутьё вело меня, словно гончую, и я перепрыгивала через две ступеньки. Я знала – нет, чувствовала, что от исхода сегодняшней ночи зависит моё будущее. Обряд нужно завершить.

Решётчатая дверь подземелья распахнута – и я тенью проскальзываю внутрь. Рука в спешке расшнуровывает завязку ритуальной сорочки – и она уже готова упасть к моим ногам, но я придерживаю её до встречи с Робертом. Сил уже нет, но вот последний вдох-выдох и я снова прорываюсь в распахнутую дверь и мчу по тёмному коридору в поисках нужной камеры. Толкаю створку и бесстрашно ступаю на холодный пол.

Тут нет ни света Луны, ни факелов. Только зов, который сильнее меня. Я налетаю на Роберта и обессиленно закидываю руки ему на плечи. Он окаменел, но я осторожно провожу тыльной стороной ладони по его щеке и слышу, как он выдыхает, а плечи обмякают.

Он проводит ладонями по моим рукам и нежно сжимает запястья, словно пытаясь меня остановить, но завязки остаются без поддержки и сорочка скользит к ногам, мягко поглаживая бёдра.

Без стыда и стеснения я шагаю ближе и поднимаю лицо туда, где должны быть его губы. Мягко прижимаюсь губами к его рту и трусь обнажённой грудью о его руку. Слышу судорожный вдох и чувствую, как он оживает. Короткие вдохи и выдохи, и я чувствую, как Роб нападает на мои губы и углубляет поцелуй. Гортанный стон, руки на моей спине. Пальцы скользят по телу, повторяя изгибы, а я лихорадочно освобождаю его от рубашки и впиваюсь пальцами в тёплую кожу. В моей памяти она смуглая, и я представляю, как бы он выглядел, если бы здесь была хотя бы одна свеча.

Объятия Роберта становятся крепче, собственническим жестом он приподнимает меня вверх, чтобы удобнее было целовать. Я чувствую, как кожа становится натянутой, и каждое прикосновение похоже на раскалённый ожог. Откидываю назад голову и с упоением обхватываю его голову, пока он гладит губами мою шею. Внизу живота возникает еле уловимая дрожь и охватывает всё тело, и я понимаю, что не могу дальше терпеть, но неопытность и осторожность не позволяют ускорить происходящее.

А Роберт слишком нетороплив – он исследует губами мои ключицы, грудь, но мне этого мало. Мне хочется подбодрить его, но что-то внутри не даёт. Кровь пульсирует в голове, и в какой-то момент мне хочется увидеть его всего – и особенно те части его тела, которые раньше были недоступны моему взору.

Я поднимаю руку ладонью вверх и зажигаю Лиловый огонь, а в следующее мгновенье понимаю, что голова мужчины, который откровенно глазеет на меня в свете Лилового огня – это не Роберт.

Мгновенный стыд гасит желание, и я, оттолкнув нахала, отбрасываю огонёк от себя и хватаю сорочку с пола, чтобы прикрыться.

– Хантер! – мой возглас отскакивает от стен и в следующую секунду я уже сползаю по холодной склизкой стене от ужаса и стыда. – Что вы здесь делаете!?

***

Хантер поднял голову и я увидела, что на лице его застыло странное выражение. Он улыбался, но одновременно пытался вернуть контроль на лицом. Повязки не было, и он смотрел на меня обоими глазами, ясно осознавая, в каком возбуждённом состоянии я нахожусь.

– То же, что и вы, – медленно произнёс он, и я поняла, что он так же взбудоражен, как и я. – Ищу Роберта Маклейна.

Я застонала, отвернувшись к двери, и быстро накинула предательскую сорочку. Завязки снова целомудренно собрали сорочку, чтобы прикрыть грудь, но тонкая ткань не могла скрыть чувствительные точки на теле, которые до сих пор горели от его поцелуев.

– Почему вы меня не остановили? – жалобно спросила я, готовая провалиться сквозь землю.

– В том не было нужды, – медленно ответил он и наконец-то сменил позу. Выпрямился, потом скрестил руки на груди и отвернулся. В лиловом свете были прекрасно видны все свидетельства его возбуждения, но всё равно стало легче.

– Как вы посмели! – перешла я от защиты к нападению, но назвать то, что он совершил, всё же не решилась.

– Что посмел? – он тут же понял это и ткнул в слабое место. – В чём вы меня обвиняете?

– Вы… позволили мне думать, что вы – это Роберт! – возмущённо проговорила я. Боже, какой ужас! Я налетела на Хантера и пыталась ему отдаться, прямо в тюрьме, не разобравшись, кто передо мной.

Не дождавшись его ответа, я закрыла руками лицо и прислонилась лбом к стене. Какой позор!!! Хантер, с его ядовитыми высказываниями и невероятным самообладанием, просто растопчет меня без возможности восстановления. Королева, которая, будто течная сука, бежит в подземелье к предполагаемому убийце короля, чтобы отдаться ему… в одной сорочке… мимо заспанных слуг…

Внезапно тёплые руки обняли меня со спины и повернули к себе, и я неожиданно уткнулась в мужскую грудь. Как я сразу не поняла, что это не Роберт? Хантер намного выше его, и я могла бы догадаться…

– Любой бы на моём месте позволил вам думать, что он – это Роберт, – мягко сказал он и осторожно положил подбородок мне на макушку. Как хорошо, что не нужно смотреть ему в лицо!

Я почувствовала, как к горлу подскочили рыдания, и задрожала. А потом позорно разревелась, размазывая слёзы по лицу. Напряжение дня, магия обряда, гонка по лугу и столице, лихорадочная дрожь возбуждения – всё это слепилось в один комок и пыталось выйти наружу, чтобы я смогла, наконец, расслабиться.

И всё это время Джеймс поглаживал меня по спине, давая выплакаться. А мне не хотелось уходить из тёплых объятий. И разговаривать тоже.

– Я никому не расскажу, – прошептал он. – А остальное сейчас не имеет значения. Надо выбираться отсюда, пока никто не увидел вас в таком виде.

Пришлось кивнуть, потому что голос мне изменил. Романтический транс рассеялся, как будто его и не было, а страшная ситуация осталась. И если Хантер даёт мне шанс сохранить своё достоинство, то я им воспользуюсь.

– Вы можете попробовать усыпить стражников? Чтобы мы прошли мимо? Ведь ваша магия способна управлять живыми существами?

Я снова кивнула, хотя не была ни в чём уверена. Раскрыла ладонь и прошептала: «Отведи глаза всем на моём пути. Пусть они меня не видят».

Хантер кивнул и протянул мне руку – будто мы с ним на каком-то балу. Но вместо того, чтобы уцепиться за локоть, а схватила его ладонь и быстро повела по переходам.

Перед нами скакал Лиловый огонёк, а я молила всех известных мне богов помочь добрался до покоев незамеченными. Так и вышло – даже перед входом в мою опочивальню никого не было.

Я развернулась к Хантеру, чтобы попрощаться, но он вдруг сжал пальцы, не отпуская мою ладонь, и набрал в грудь воздуха, чтобы что-то сказать. Но передумал. Толкнул дверь и отступил на шаг, дожидаясь, пока я её закрою. Так я и поступила.

А потом ещё долго стояла и пялилась на деревянное полотно, соображая, зачем всё это было и что это значит.

Ещё немного, и я бы отдалась малознакомому Хантеру прямо на полу тюремной камеры. Грязной, холодной, мерзкой. Что это было?

Конечно, магия. Проще всего было спихнуть всё на магию. Обряд требовал завершения – и я была уверена, что мои подруги по хороводу точно отыскали своих мужей. А вот я… Как я смогла добежать до замка за такое короткое время? Что за волшебство гнало меня к мужчине, который вообще был заперт в подземелье?

И где Роберт сейчас? Его лицо снова возникло перед глазами, и я застонала вслух. Боже, какой ужас! Как мне теперь смотреть в глаза Хантеру?

Не раздеваюсь, я упала на кровать и зарылась в подушки. До конца своих дней не выйду из покоев. Пусть у них будет почти мёртвый король и почти мёртвая от стыда королева.

***

Яркое солнце светило в вымытые дочиста окна, и оттого утро казалось особенно ярким и свежим. Изнуряющая жара середины лета спала и прохладный ветерок принёс облегчение.

Если кто из студентов и догадался, почему их коронованная преподавательница в белом шёлковом платке и поварском кителе выглядит немного припухшей, а голос у неё хрипит – то виду не подал. В конце концов, у неё медовый месяц с королём.

Кхм.

– Вы все пробовали повторить эклеры, которые я продавала в своей кондитерской «Сахар и мёд», – начала я с места в карьер. Ученики стыдливо опустили глаза и неловко заулыбались. – Да-да, можете не смущаться, я знаю, что пытались. Но загадку заварного теста разгадал только шеф Андреас. Я больше ни у кого не видела настолько ровных и идеально пропечённых эклеров. Только на приёмах у леди Анны.

Ученики зашушукались, но я не дала им обсудить услышанное.

– Тесто может подниматься не только из-за реакции кислоты с щёлочью – я говорю про соду. И не только с помощью работы дрожжей. Если правильно заварить муку, воду и сливочное масло, то мы получим крепкое тесто, которое при выпечке будет подниматься за счёт силы пара. Если знать все секреты, то можно приготовить не только идеально ровные эклеры, но и булочки шу, и профитроли, и крокембуш, который многие из вас могли видеть на коронации короля Эйдана.

Теперь наступила тишина. А я случайно бросила взгляд на окно, мимо которого проходил высокий мужчина с тёмными волосами, и почувствовала, как в лицо бросилась краска.

– На ваших столах вы найдёте миски, медные ковши с толстым дном, сита, венчики, железные насадки для теста. А ещё муку – тут важен помол. Чем мельче смолота пшеница, тем выше поднимется тесто. Сейчас я буду рассказывать и показывать, как я завариваю и отсаживаю тесто, а потом настанет и ваша очередь. Приступим?

Студенты сгрудились вокруг меня, и я погрузилась в привычную работу. Она снова странным образом успокоила меня, и пока я отмеряла порцию муки, а потом крепко заваривала комок теста в горячем ковшике на разогретой плите, былая уверенность вернулась ко мне. Я совсем не отвлекалась на посторонние мысли и успешно отсадила ровные колбаски эклеров на смазанной жиром пергаментной бумаге.

Дальше все разошлись по своим рабочим местам – отмерять муку, разбивать яйца и вымешивать эластичное тесто в сотейниках. У меня настал перерыв.

Я вышла на улицу, чтобы сорвать букет цветов для финального стола с эклерами – и замерла. В голове будто вспышкой пронёсся вчерашний обряд. Песни и танцы у лилового костра, ощущение счастья и причастности к чему-то большему.

А потом по телу пронеслась волна жара – мне даже вспоминать не пришлось, откуда он. Просто тело задрожало и напомнило, какой силы страсть я умею испытывать. Руки задрожали, и я усилием воли заставила себя отвлечься. Так нельзя, Женя!

Вскоре на кухне благоухали алые розы, а я показывала студентам, как делать шоколадный ганаш.

Майкл – мой помощник – на наших глазах с помощью миниатюрных жерновов перетёр какао-бобы в пасту и добавил в неё сливочное масло, сахар и сливки, а потом подогрел на водяной бане, чтобы получить кремообразную структуру.

Когда противни с эклерами вытащили наружу, то у студентов вырвался дружный вздох. Мои заготовки были идеально ровными, а у остальных – с изъянами. У кого-то они были коротковаты или длинноваты, у кого-то слишком узкими, у кого-то кривоватыми. Но я успокоила студентов – только опыт и многократное повторение дадут нужный результат.

К тому моменту, как заготовки из теста остыли, ганаш был готов у всех. Я показала, как делать аккуратные дырочки на дне или на боку будущих эклеров, а потом наполнять их кремом из кондитерского мешка. И разрешила попробовать первую заготовку, чтобы они ощутили, насколько крем «решает» судьбу десерта.

Третий этап обучения – глазурь – проходил под всеобщее нетерпение. Я показала, как можно покрыть пирожное тонким слоем солёной карамели, которую мы изучали на прошлом занятии. И показала, как можно покрыть тем же шоколадным ганашем. В планах была ещё и помадка – но мы успели только приготовить её из сахарного сиропа с лимонным соком.

По стандартам помадка должна созревать в холодильнике до двенадцати часов, и уставшие студенты согласились, что покрытие помадкой можно отложить до следующего занятия. Им не терпелось унести домой свои эклеры и отрепетировать полученные навыки.