Текст книги ""Фантастика 2026-195". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)"

Автор книги: Регина Грез

– Они любили друг друга? – сочувственно спросила леди Анна.

– Я думаю, да, – рассеянно ответила я. – В десять лет не сильно думаешь о таких вещах. Но я чувствовала, как сильно они любили меня.

– Твой папа бы тобой гордился, – улыбнулась герцогиня. – Ты смогла вернуться в мир, которому принадлежишь, и занять здесь подобающее тебе место.

И я искренне с ней согласилась. Папа бы точно был доволен.

– Но если бы я могла выбирать, то вернулась бы в свой мир, – заключила я.

– Почему? – удивилась герцогиня Арронская. – Неужели там твоё положение было бы лучше?

– Там мне привычнее. Люди в моём мире понятнее, и я знаю, чего от них ожидать. Конечно, там я не была принцессой, но могла сама выбирать свою судьбу. И, возможно, встретила бы мужчину, которого…

И тут я осеклась, понимая, что фактически говорю приемной матери своего жениха, что не люблю его и надеюсь когда-нибудь встретить свою любовь.

– Любовь – странная штука, – произнесла она, угадав направлении моих мыслей. – Ты думаешь, что для счастья не хватает именно её. Но когда любовь приходит, то оказывается, что она наполовину состоит из страданий. А когда теряешь её – то с течением времени понимаешь, что можешь испытывать счастье и радость без неё.

– Это не то, что мечтает услышать незамужняя девушка, – улыбнулась я, удивившись горечи в её голосе. – Но спасибо, что поделились. Я ещё не рассталась с надеждой полюбить мужчину по-настоящему.

Герцогиня тепло сжала мою руку и поднялась. Я встала вслед за нею и направилась к озеру, чтобы потрогать воду. Захотелось сбросить одежду и пуститься в волны, чтобы поплавать, но мои надежды не оправдались. Вода была такой же ледяной, как и в тот раз, когда мы с Бри пускались в путешествие в мой мир.

– Присмотрись к Эйдану. Мне кажется, ты сможешь его покорить. Если у тебя получится сделать так, чтобы он ел с твоей руки, то твоя жизнь станет приятной и временами очень интересной. В Королевстве Эл ещё не было правительницы, которая бы смогла изменить нашу жизнь.

Я удивленно посмотрела на леди Анну – не ослышалась ли? Она предлагает мне фактически захватить власть и управлять Элом через Эйдана?

Примерно это я и собиралась сделать, конечно, но откуда ей было знать? Если король ей фактически как приёмный сын, то почему она говорит о том, что его можно «прибрать к рукам»?

Личность герцогини всё больше интересовала меня. Надо поближе с ней сойтись и выведать ещё какие-нибудь интересные факты. Да, и нужно найти ворона, чтобы попросить его проследить за поместьем герцогов Арронских. С ними точно нужно держать ухо востро.

– Леди Анна, я всё же очень прошу вас провести мне экскурсию по вашему замечательному дворцу. Уверена, что внутри увижу много такого, что захочу перенять и воплотить в своём новом жилище. А ещё хочу познакомиться с вашим поваром и выразить ему благодарность!

– Ну что ж, пока мужчины разговаривают, мы можем спокойно пройтись по дому и заглянуть на кухню. В конце концов, это самые настоящие женские дела, не находите?

И мы, подстроив шаг друг под друга, направились к дому. В воздухе пахло летом и удовольствием, но внутри я готовилась к важным жизненным переменам, заодно переживая, справлюсь ли? Хватит ли у меня сил, ума и воли пройти это испытание? Мой ли это путь?

Глава 22

Глава 22

Как и в королевском замке, между остальными помещениями и кухней имелась массивная дверь, оббитая сукном. С её помощью отсекали запахи жареного мяса, углей, подгоревшей пищи и многие другие, которые имеют свойство оседать на мебели и раздражать нюх обитателей дома.

Но сама кухня располагалась в отдельном крыле и на первом этаже, а не в подвале – и поэтому была светлой, с высокими окнами, и отдельного освещения днем ей не требовалось.

Слуги были в форме – на женщинах серые платья, на мужчинах – сорочки с просторными штанами. Аккуратные передники, колпаки на головах и даже перчатки из кожи у тех, кто часто имел дело с горячей посудой.

Кухня на миг замерла, приветствуя в поклоне хозяйку дома и её гостью, а потом вновь принялась за дело. Жареные перепёлки не будут ждать, когда посетители насладятся всеобщим почтением.

Возле окон расставлены разделочные столы. Они меньше, чем в королевском замке, где красовались два длинных и массивных стола. Зато за каждым из них работники осуществляли только какую-то одну операцию – например, резали овощи. За другим столом месили тесто, а за третьим – разделывали большого осьминога маленьким острым топориком.

Я вспомнила, как Дэн и Макс стояли рядом, пересмеивались, занимаясь совсем разными делами: один месил тесто, второй резал рыбную тушу, и меня передёрнуло. Поставить много небольших столов – такое простое решение, а какое правильное!

Очаги располагались вдоль одной длинной стены – и леди Анна похвасталась, что за нею находятся комнаты для персонала. Таким образом, отдельно отапливать их зимой нет необходимости – а такая экономия существенно влияет на хозяйский бюджет.

В центре камина, где на огромном вертеле жарился поросёнок, красовалась непонятная конструкция. Понаблюдав немного за нею, я поняла, что это приспособление для поворота тяжёлого вертела. Лопасти крутились от горячего воздуха, который шёл от углей на полу в дымоходную трубу, и медленно поворачивали тяжёлый гружёный мясом прут. Элементарная физика!

Восхитившись вслух таким приспособлением, я получила возможность увидеть и другое изобретение – ровно под томившимся на вертеле поросёнком был установлен плоский металлический поддон вроде привычного нам противня. Он собирал жир, обильно стекавший с тушки, и потом использовался в соусах. Занятно и наверняка очень дорого, но я тоже такое сделаю!

В одном из открытых шкафов, стоявшем в проеме, мне показали весы. Три разных размера: от очень больших до крошечных, и все они использовались при готовке. Это были самые обычные весы с двумя чашками и гирьками разной массы, как на картинках в учебнике, но как же мне их не хватало на кухне замка Форс, да и в своём доме с кондитерской тоже! Оказывается, и их можно при желании купить или заказать.

– А здесь, принцесса Евгения, хранится наша особенная гордость! – с чувством проговорил повар Андреас, выдвигая из небольшого кухонного комода верхний ящичек. – Формы для заливного из птицы и рыбы!

На дне ящика лежали ярко начищенные медные формочки – в виде утки, огромной рыбины с лихо завитым хвостом и в виде фазана с хохолком на голове. Они очень сильно напоминали формы для куличиков, которыми все дети в нашей стране увлекаются в песочнице. Но здесь видно было, насколько тонкая работа проделана для того, чтобы мясное или рыбное желе приняло замысловатую форму.

– Вот тут – для сладких пудингов! – Андреас выдвинул второй сверху ящик и я увидела хорошо знакомые нам формочки, которые мы используем для кексов. Полукруглые, с дольками, как у апельсина, высокие и низкие. Я отметила, что формы для десертов и для мясных желе используются разные, а значит, и правила гигиены тоже соблюдаются. Как жаль, что я сразу не попала на такую образцовую кухню, как эта!

Вдоль других стен красовались длинные деревянные полки, на которых стояли пузатые стеклянные банки для солений. Тут были и маринованные огурчики, и грибочки, и спаржа, и разная зелень, похожая на побеги черемши, и даже молодые грецкие орехи! Крошечные луковички, миниатюрные морковки, нарезанные кубиками кусочки репы и капусты – таких деликатесов я не видела и у нас. Конечно, в нашем мире нет необходимости солить и мариновать всё подряд, но здесь и не было ощущения, что все эти деликатесы пытались сохранить. Скорее, их использовали для приправления и украшения блюд.

На крючках в одном из шкафов висели разные металлические щипцы, прототипы кухонных ножниц, острые короткие ножички, какие-то вилки и прочие приспособления. Андреас объяснил, что они используются для вскрытия панцирей морских гадов и их приготовления. Тут я была не сильна, и только порадовалась такому изобилию.

– Леди Анна, у вас самая образцовая кухня из всех, что я видела! – искренне похвалила я хозяйку и снова почувствовала к ней небывалое расположение. Есть, у кого перенять опыт и просто поговорить по душам!

Я улыбнулась польщённому Андреасу и попросила разрешения иногда звать его к себе для того, чтобы он дал совет или научил какой-то хитрости. Главный Повар герцогини напоследок угостил нас каким-то жидким соусом, который подал на кусочке поджаренного хлеба. Сказал, что он экспериментирует с лёгкой заправкой, которой можно поливать картофель и мясные блюда. Было вкусно, но чего-то будто бы не хватало.

– Кажется, сюда хочется добавить кислоты, – сказала я. Потом откусила ещё кусочек, и меня осенило: да это же недоделанный майонез!

– Андреас, покажите, что вы сюда добавили?

Он тут же указал на поварёнка, который с пыхтением взбивал соус венчиком, но тот никак не хотел становиться густым.

– Попробуйте смешать желтки, оливковое масло, горчицу, уксус, немного соли и щепотку сахара. У вас получится замечательный соус!

Андреас нахмурился, потом попросил разрешения удалится и мы с герцогиней тоже поспешили покинуть кухню.

– Я только что подкинула ему рецепт майонеза, который завоевал дикую популярность в моём мире, – хихикнула я и невежливо пихнула герцогиню в бок. Потом осознала, что сделала, округлила глаза и пробормотала: – Простите, леди Анна!

– Вот об этом я и говорила вам, милое дитя, в нашем саду. В вашей голове столько знаний, о которых мы и понятия не имеем. Если вы примените их во благо в нашей стране, то увидите, насколько важна жизнь даже одного человека для множества других. Особенно такого, как вы.

И я, польщённая и радостная одновременно, поспешила в сад, где нас уже ожидали Эйдан и Хантер. Но остаток вечера я почти не общалась с ними, погружённая в свои мысли. В груди разгоралось тепло, которое всегда означало, что Женя придумала что-то новое. И я чувствовала, что у меня точно всё получится!

* * *

Утренняя инспекция показала, что с задачей отмыть посуду замковые горничные справились. Поварёшки, лопатки, вертелы, двузубые вилки, сковороды, горшки и кастрюли отмыты великолепно. Деревянные столы помыты и выскоблены ножом добела. В награду девушки получили головку сыра из подземных кладовых и каравай хлеба, а также двухчасовой отдых.

Они тут же убежали в сад и устроили пикник на траве, наслаждаясь долгожданным бездельем. Я им даже позавидовала, но слишком много дел предстояло сделать до того, как можно будет расслабиться. А вчерашнее вдохновение, полученное от Андреаса и его кухни, вынуждало действовать активнее.

Ровно половина кухонного каменного пола была отмыта до скрипа. Две судомойки не пожалели ни мыла, ни щёток. Все швы между плитами были отмыты и просушены, а я наконец-то смогла пройти по кухне, не рискуя поскользнуться и разбить нос.

Вторая половина помещения, над которой трудилась один судомойка и одна из уборщиц верхних комнат, оказалась сильно грязнее. Крупный мусор удалили, плиты поскребли. Но кое-где, в особо укромных углах, я заметила крошки и пыльный войлок, который никто и не подумал убрать. Значит, жертва определилась.

Мусорные баки – а их было три штуки, и все они не закрывались крышками, а распространяли зловоние вокруг – наполнились доверху и стояли на улице. Ранее я велела не выбрасывать их в ров, а оставить до особого распоряжения, и вот этот момент настал.

– Доброго утра, дорогие мои работники, – я прогуливалась перед шеренгой персонала, встроенного во внутреннем дворе. – Сегодня у нас день обучения. А потом все дружно займёмся уборкой. Итак, по результатам проверки вчерашней работы выяснилось, что хуже всех с задачей справились вот эти женщины. Сделайте, пожалуйста, шаг вперёд.

Те вышли, переглядываясь. Они уже исправили свои ошибки, но я пообещала себе быть строгой и безжалостной, если хочу, чтобы мне в будущем подавали еду в чистой посуде и приготовленную в надлежащих условиях.

– Все вы видите мусорные баки, которые опорожнялись в ров. С этого дня мы начнём вывозить мусор по-другому. И я научу вас, как именно. Сразу объявлю о штрафных санкциях: те, кто будет замечен в том, что нарушает «мусорные правила», покинет свою должность незамедлительно и лишится жалованья за всю неделю. Все запомнили?

Люди зашептались и загудели.

– Пойдём дальше. Те, кто вчера справился с работой хуже всех – назовите свои имена!

– Генья, – негромко сказала судомойка.

– Меня зовут Мирабель! – гордо ответила уборщица комнат, и с вызовом поглядела на меня.

– Генья и Мирабель сейчас рассортируют мусор, а я расскажу, что мы будем делать с каждым видом отходов. Прошу вас, дамы, высыпайте содержимое первого бака вот сюда, прямо на камни.

И я любезно показала рукой на внутренние плиты двора. Люди зашептались, опасливо косясь на меня, я же спокойно смотрела на Генью с Мирабель и подталкивала начать.

Те неохотно подчинились. По двору разлетелись отходы: очистки от овощей, капустные кочаны, протухшие кости, куски чёрствого хлеба, черепки от разбитого горшка, и всё это густо приправлено тухлой густой подливой, образовавшейся от перемешанных отходов внутри бочки.

Работники тут же сморщили носы и начали отворачиваться. Я же, ни капли не смущаясь, прошлась вокруг вонючей кучи и прокомментировала:

– Черепки убираем в одну сторону, кости – в другую. Всё остальное складываем обратно в бачок.

Настала тишина, в которой провинившиеся служанки испуганно посмотрели на меня.

– Мне повторить? Или вы сами начнёте? – пришлось угрожающе понизить голос и посмотреть на них со всей возможной злостью.

Те принялись брезгливо отбирать мусор, а органические отходы складывать обратно в бочки.

Остальные люди из шеренги молча смотрели, и когда я поняла, что впечатлений для них достаточно, то скомандовала:

– Шесть мужчин нужны мне, чтобы выкопать ямы. Кто согласен?

Упрашивать не пришлось. Люди были согласны выкопать хоть десять ям, лишь бы не копаться в мусоре, как несчастные женщины.

Главный Садовник указал мне места в трех больших садах, где можно было выкопать ямы. Его помощник раздал лопаты и они разделились. Мне нужны были компостные ямы для органических отходов, и к вечеру они должны были быть готовы. Садовнику я обещала выделить целого поросёнка на его команду, состоящую из пятерых человек, если он проследит за работами, а потом будет следить за компостом: вовремя перемешивать и использовать, как удобрение.

Скорее всего, три компостные ямы быстро наполнятся, но и тогда мы пойдём тем же путём – выкопаем новые, но уже за рвом. Оттуда все желающие смогут брать перегной для полей, если захотят.

После того, как я оставила Фрэнка Гордона следить за тем, насколько тщательно провинившиеся сортируют мусор, то направилась инспектировать ров. Там тоже уже должны были трудиться лакеи под руководством Джона Грея, раскапывая канавы для отвода оды из рва.

Тут дела шли неплохо – одна канава была почти готова, и по ней прямо в заливной луг стекала пахучая жижа. Кругом кружили мухи, и мужчины повязали на лицо платки, чтобы защититься от запаха. Долго я тут не задержалась.

– Принцесса Евгения, через три дня вода будет полностью спущена со рва, – отчитался Джон Грей, который явно наслаждался приключением. Он грелся на солнце, сняв все свои тёплые одежды и подставив лучам белоснежную кожу. Кое-где плечи уже покрылись краснотой, и я предостерегла его:

– Вы легко можете обгореть всего за несколько часов. Лучше накиньте легкую рубашку, чтобы завтра быть в рабочем состоянии, – заметила я. Хранитель кладовых был в отличной форме, но его белая кожа буквально слепила глаза.

– Благодарю вас, принцесса! Я ещё немного погреюсь и последую вашему совету! – учтиво произнёс он и нацепил на голову шляпу. Ну хоть солнечный удар ему не грозит!

Я уже почти собиралась уходить, насквозь пропитавшись зловонными испарениями, но увидела, как со стороны стены к месту работ спешит небольшая толпа. Какой-то высокий худощавый человек размахивал бумагами и направлялся прямо к Джону Грею, не замечая меня. Остановившись, я вглядывалась в пришельца, мучительно вспоминая, где же я его видела.

– Я приказываю вам остановиться! Вы обвиняетесь в государственной измене и ослаблении обороны Эльмариона! Стража проводит вас в тюремное подземелье, где вас будут судить!

– Здравствуйте, лорд Хеймор! – громко сказала я и человек с изумлением повернулся в мою сторону. Да, это был губернатор Эльмариона, с которым я познакомилась давным-давно, ещё в замке Форс. Он мгновение рассматривал меня, а потом лицо осветила хищная улыбка:

– Ваше Высочество, рад встретить вас вновь! Странное место, однако, вы выбрали для прогулки, – и он убрал с лица любые намёки на веселье.

– Я не прогуливаюсь тут, а инспектирую работы, которые по моему приказы начаты с сегодняшнего дня. Вы, очевидно, имеете какие-то аргументы против? – я тоже перестала любезничать и придала лицу надменное выражение.

– Дело в том, что замковый ров – это важная часть укреплений Королевской крепостной стены, которая защищает дворец от нападения. Это сложное инженерное сооружение, и вмешательство в его конструкцию повлечёт за собой…

– Разве вашей документацией о сложном инженерном сооружении не предусмотрен уход за ним и очистка? – перебила я его.

– Э-э-э, это ни к чему, Ваше Высочество. Неприятель не рискнёт сунуться в ров, если его вода грязная и дурно пахнет, – возразил он.

– А если из-за отходов глубина рва сильно уменьшилась, то противник сможет пересечь его на лошадях, разве нет? Даже ножки не замочат, – резонно возразила я.

– Доподлинно это неизвестно, – начал тот высокопарно убеждать меня, и я снова не вытерпела и проявила невоспитанность.

– Я предлагаю вам это проверить. Вы же в сапогах? Измерьте глубину рва. Даю слово, что вы будете удивлены, насколько отходы уменьшили обороноспособность столицы.

Конечно же, я блефовала! Предполагала, что за многие десятилетия ров обмелел, но так ли это – не знала. Весь расчёт был на то, что при слугах губернатор не полезет проверять, а мне нужно было выиграть время, чтобы раньше добраться до Эйдана и заручиться его поддержкой. И не хотелось, чтобы на глазах у слуг этот человек смел оспаривать мои решения.

– В этом нет нужды! – заявил он. – Просто передайте мне письменный приказ короля о том, что он согласовывает эти работы, и я приложу его в дело.

– Договорились, лорд Хеймор! В свою очередь я благодарю вас за ваше неравнодушие и искренние опасения о благе королевства.

Хеймор кивнул, но уходить не спешил. Он разглядывал меня, как букашку под микроскопом, и очень хотел что-то сказать. Но не успел – нам помешали. Вода, стекавшая по канаве в луг, обнажила чьи-то белые кости. Дно рва оказалось усеяно белоснежными скелетами, наваленными друг на друга. У кого-то из работников вырвался крик, а я внезапно покачнулась и потеряла опору под ногами. Мир завертелся в моей голове и погас.

Глава 23

Глава 23

Впервые за несколько дней я нежилась в постели в своей комнате в дневное время. После того, как упала в обморок прямо на виду у всех работников лорда Хеймора, прошло пару часов. Королевский лекарь заключил, что я перегрелась на солнце, а ещё «испытала нервическое потрясение». Мне же стало плохо от того, что я вообразила, будто на дне рва могут быть останки семьи Эллинг.

До этого момента мне как-то не приходило в голову подумать о том, что где-то в Эльмарлоне есть кладбища и могилы. А тут…

Я помотала головой, чтобы избавиться от лишних мыслей. Мне они сейчас совсем ни к чему. Не видела этих людей и ничего к ним не чувствовала, а жара и дурной запах из канавы сделали своё дело.

Зато у инцидента имелся и положительный эффект – ко мне пожаловал сам король, и при этом не нужно было надевать сто одежек и три часа причесываться перед зеркалом или ждать, пока горничные приведут меня в порядок.

Эйдан вошёл в сопровождении лакея, который установил у моей кровати большую напольную вазу с пионами. Восхитительный запах окутал комнату, и я погрузила лицо в ароматную охапку. Память моментально воскресила мой двор в родном городке – пышные головки пионов одуряюще пахли в самом начале лета, возвещая пору каникул и летней свободы. Увы, здесь свобода мне только снилась.

Король махнул слугам, чтобы вышли, и в свою очередь присел на кровать, глядя на моё лицо в охапке пионов. Я держала букет, с которого капала вода, и не хотела отдавать.

– Здравствуй, Евгения, – сдержанно произнёс Эйдан, а я вдруг ощутила тяжёлую энергетику мужского тела и чуть-чуть отодвинулась от него, загораживаясь цветами. – Мне доложили о том, что ты упала, и я пришёл тебя навестить, как только смог.

Он смущённо помолчал, но потом восстановил самообладание и продолжил:

– На самом деле я и так хотел сегодня увидеться с тобой и сделать подарок. Ведь жених должен делать подношения невесте, так?

Слово «должен» царапнуло своим подтекстом, но я скрыла нижнюю часть лица букетом и посмотрела на него одними глазами, надеясь, что не выдам бурю чувств, которая поднялась при виде его лица. Учитывая, что мы были в покоях одни, а я лежала под тонким покрывалом в расправленной кровати, ситуация меня сильно беспокоила. Я чувствовала страх, безысходность и невольно следила за каждым его движением.

– Кх-м, вот это украшение я заказывал специально для тебя, – и он достал из внутреннего кармана камзола бархатную коробочку. Открыл и повернул ко мне.

На тёмно-бордовой ткани лежал жёсткий золотой браслет, в плоскость которого искусно инкрустировали квадратные изумруды. Ярко-зелёные, колдовские, они так и приковывали к себе взгляд. Опять изумруды… В памяти всплыл кулон, который Эйдан подарил мне под видом фамильного украшения, а на самом деле следил за мной через него. Теперь следовало быть вдвойне осторожной. Но я буду умнее и не выдам своих догадок.

– Спасибо, – прошептала я и даже улыбнулась.

Эйдан воспринял это как знак и взял браслет, потянувшись к моей руке. Я протянула запястье и он с лёгким щелчком защёлкнул его, самодовольно улыбаясь.

– Ты сумела подружиться с леди Анной, и я очень рад этому. Она в каком-то смысле заменила мне мать, – проговорил Эйдан и поцеловал тыльную сторону ладони. Я еле сдержалась, чтобы не выдернуть руку из-под его губ, и от него не ускользнуло это движение. Его глаза впились в моё лицо, но он промолчал, хотя явно хотел что-то сказать.

Я прочистила горло, отняла свою руку и пробормотала:

– Она очень приятная женщина, это было нетрудно. И мне есть, чему у неё поучиться. Спасибо за браслет.

Я вытянула запястье, полюбовалась и замолчала. Было любопытно – что он ещё сделает и скажет? Подарил цветы и украшения, какой следующий шаг? Что может обнулить насилие и тот факт, что он пытался так привязать к себе? На что надеялся?

– Ещё я хотел сказать, что готов поехать с тобой на осмотр участка, который выделен под дворец. Если ты одобришь, то чертёж адаптируют к рельефу местности и начнут земляные работы.

Эта новость меня обрадовала. Значит, он собирается-таки выполнять свои обещание. Замечательно!

– Я готова съездить, но завтра. Сегодня у меня ещё важные дела на кухне, – важно проговорила я. – И я хотела спросить… Я затеяла очистку замшевого рва. Он так воняет… туда скидывают все отходы из замка. Но в разгар работ прибежал разгневанный губернатор, лорд Хеймор, и обещал прекратить это безобразие. Поэтому мне нужно от тебя письменное разрешение.

Эйдан встал, заложил руки за спину и отошёл к окну. Помолчал, а потом твёрдо сказал:

– Нет. Я не давал тебе такого разрешения! И ров трогать запрещаю!

Я оторопела:

– Почему?

Внезапно я почувствовала бессилие. Эйдан по-прежнему был для меня непонятен. Сначала он обещает сделать всё, лишь бы на мне жениться и получить гипотетических наследников. А потом – запрещает проводить важные работы.

– Потому что ров – защитное сооружение. И ты в этом ничего не понимаешь!

– Кто сказал, что не понимаю? – оторопела я. – Если ты переживаешь, что я увижу скелеты, которые скрыты на дне, то поздно – я уже их увидела. Если тебе не сказали, то в обморок я упала именно из-за них.

Эйдан вздрогнул.

– Нет, дело не в скелетах. Никто не знает, как долго они там лежат и чьи они. Просто не положено женщине, даже самого высокого ранга, лезть в эти мужские дела!

– Эйдан, – я встала с кровати и подошла к окну, замерев сразу за его спиной. – Ты не понимаешь. Жара и вода – это среда для размножения… болезней. Врачи в моём мире уже доказали, что инфекции переносят такие маленькие существа – микробы. Они настолько маленькие, что мы их не видим. Так вот они питаются мусором и прекрасно себя чувствуют в грязной воде. Если не почистить ров и не перестать скидывать туда мусор, то весь замок может заразиться смертельной болезнью и умереть. Ну скажи, разве раньше такого не бывало?

Я робко положила руку ему на плечо, и теперь уже он вздрогнул. Повернулся и оказался близко-близко:

– Почему для тебя это так важно?

– Потому что я не хочу заразиться и умереть от гнилостной горячки. И если уж мне тут жить, то я хочу приносить пользу. А тут я вижу дело, которое мне по плечу. Понимаешь?

– Почему тебе так не нравится та роль, которая тебе выпала? Ты принцесса по рождению, и это твоё настоящее место. Вместо того, чтобы казнить тебя или скрыть твоё существование, я беру тебя в жёны и всем объявил об этом. Любая на твоём месте была бы рада!

– Я не знала, что принцесса, и никто не готовил меня к этой роли, – я искренне пыталась донести до него то, что я чувствую на самом деле. – Я не желала для себя такой жизни. И меня убивает отсутствие выбора, понимаешь? Я хотела бы сама выбирать свою судьбу.

– Например, быть поломойкой на кухне? Или прислугой в пекарне? – с горечью сказал он, разглядывая моё лицо. – Ты мне правда очень нравишься. Я считаю тебя достойной себя и тот жизни, которую предлагаю, но не понимаю, почему ты сопротивляешься.

Я постаралась никак не реагировать на то, что он, видите ли, посчитал меня достойной. Не сейчас, Женя, давай будем умнее. Не время показывать норов и истерить.

– Потому что я хотела бы сама выбрать, кем мне быть, в каком мире жить, с каким мужчиной жить в браке. А сейчас я чувствую себя, словно в клетке. И отвлечься могу только тогда, когда что-то делаю и вижу, что приношу пользу. Если я ничем не занята, то чувствую себя заключённой.

Господи, как же трудно! Почему никто не говорит, что самое сложное – это не встретить любовь и выйти замуж. Самое сложное – это разговаривать с мужчиной, у которого совершенно другое понятие о чести, долге и любви. Особенно, если он готов стать твоим мужем, а ты – не готова к такому браку.

– Какая разница, что ты чувствуешь? У королевской династии нет права выбора. Ты просто делаешь то, что велит долг, и пытаешься сделать это наилучшим образом.

Эйдан не спешил отходить, стоя близко-близко, а я поняла, что уже начинаю задыхаться в его обществе. Перед глазами мелькало его лицо в те моменты, когда он был груб и брал, что хотел.

– А я знаю, что можно по-другому! В моём мире королевские семьи тоже делают то, что должны. Но они научились ставить личное счастье впереди долга, потому что это важно. Что может сделать для народа несчастный человек? Ввергнуть целую страну в страдания, потому что несчастлив сам?

– Но ты не должна заниматься рвом и прочими делами. Ты должна выйти замуж, родить мне наследников и заниматься их воспитанием. Разве это не почётная роль? Ты можешь подарить мир королевству, окружив любовью короля и его детей. И вырастить здоровых наследников, которые будут править честно и открыто. В твоём мире нет магии, и ты не понимаешь, какой это соблазн для того, кто обладает всей полнотой власти. Мой отец тоже не сразу стал таким, что его пришлось убирать с дороги. Неужели ты думаешь, что я легко принял решение о его свержении?

– Я знаю, что бывший король убит, – глухо произнесла я. Не знаю, зачем призналась, но я хотела, чтобы между нами с Эйданом не было недомолвок. Уж лучше знать, какой он на самом деле, чем питать ненужные иллюзии.

– Тем более. Ты думаешь, что я поступлюсь долгом ради какой-то любви? А ты? Разве можешь ты поставить на кон своё будущее, хватаясь за такое непостоянное чувство?

Он навис над мной, но я выдержала его взгляд. Очень хотелось выставить руки и оттолкнуть его, но я не двинулась с места, прямо глядя в его лицо. Мне скрывать нечего!

– А может быть, ты всё ещё влюблена в Роберта Маклейна? – вкрадчиво произнёс он.

Я похолодела, потому что с момента, как увидела допрос Роба в башне глазами ворона, ничего не слышала о нём. И позорно забыла. Как забыла и о Бри, которую так и не видела после всплытия в озере. Я поверила Эйдану, что она сама о себе позаботится, и на этом всё!

– С чего ты решил, что я в него влюблена? – я-таки не выдержала взгляд и отвела его, устыдившись своего поступка.

– У меня есть свои шпионы, дорогая, – и он взял меня двумя пальцами за подбородок. Я дернулась и вырвалась, сделав два шага назад. – И не будь я уверен, что стал твоим первым мужчиной, не сносить бы ему головы.

Я рванулась вперёд и влепила ему пощёчину. Все благоразумные мысли вылетели из головы в тот момент, и мне хотелось просто вцепиться ногтями в лицо этому мерзавцу и оставить на нём красные полосы. К чёрту его, к чёрту свадьбу, к чёрту ров! Пусть гниют тут заживо!

Отвернувшись, я почувствовала, как по щекам потекли слёзы, и закрыла их ладонями. Потом убежала в ванную комнату, закрыла дверь и села на пол. Надеюсь, Эйдану хватит воспитания уйти!

* * *

Сидеть весь день в покоях было голодно. Никто из слуг не навестил меня, не принёс еды или воды. Ну я и сама виновата – подрядила всех на работы, а сейчас собираюсь позорно бросить на полпути. Так нельзя!

Но после сцены, которая произошла у нас с Эйданом, я не могла внятно мыслить, не то, что говорить. И решила перед тем, как навестить людей, работающих в кухне, прогуляться по территории замка. Я видела его урывками, не обращая внимание на состояние построек. Сейчас же хотелось посмотреть на него изнутри взглядом хозяйки. Хотя, конечно, если Эйдан разорвёт помолвку, то в моих услугах уже не будут нуждаться.

Ладно, просто прогуляюсь, потому что сидеть в четырёх стенах невыносимо. Перед глазами проносились сцены его жестокости: вот он закрыл меня в тёмной кладовой наедине с вещами моих предков; а вот напал, задрав юбки и не думая о моих чувствах. Теперь обвинил в том, что я лезу не в своё дело и намекнул, что у меня роман с Робертом. И если до этого страдала я сама, то сейчас речь шла о жизни человека, приютившего меня и помогавшего в трудную минуту. И, что греха таить, я и правда была в него влюблена. Даже призналась ему в этом всего несколько месяцев назад.